№ 44г-17/2019

Суд первой инстанции: судья Щербакова А.В.

Суд апелляционной инстанции: Горбачук Л.В.

(председательствующий-докладчик), Алсыкова Т.Д., Стефанков Д.В.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

суда кассационной инстанции

г. Иркутск 11 марта 2019 года

Президиум Иркутского областного суда в составе

председательствующего Ляхницкого В.В.,

членов президиума: Корнюшиной Л.Г., Ореховой И.Р., Симанчевой Л.В., Трапезникова П.В., Чертковой С.А.,

при секретаре Васильевой Н.О., 

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 о признании недействительными доверенности, договоров купли-продажи квартиры, прекращении права собственности и признании права собственности на квартиру по кассационной жалобе ФИО1 на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Иркутского областного суда от 7 августа 2018 года с учетом определения судебной коллегии по гражданским делам Иркутского областного суда от 18 декабря 2018 года об исправлении описки. 

Заслушав доклад судьи Иркутского областного суда Рудковской И.А., объяснения представителя ФИО2 – ФИО8, возражавшей против удовлетворения кассационной жалобы, суд кассационной инстанции

установил:

ФИО1 в обоснование уточненных исковых требований указал, что с 22 июля 2002 года являлся собственником квартиры, расположенной "Адрес изъят", на основании договора купли-продажи. В настоящее время ему стало известно, что данная квартира принадлежит на праве собственности ФИО2, с которой он никаких сделок не совершал, квартиру не продавал, договоры не подписывал, доверенности с правом продажи квартиры не выдавал.

Определениями Братского городского суда Иркутской области от 24 ноября 2017 года и от 12 декабря 2017 года к участию в деле в качестве соответчиков привлечены ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО3, ФИО4 и в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика, нотариус Братского нотариального округа Иркутской области ФИО9

ФИО1 просил признать недействительными доверенность "Номер изъят" от 6 марта 2012 года, выданную от имени ФИО1 на имя ФИО4, договоры купли-продажи квартиры от 13 августа 2013 года, 21 сентября 2013 года, 1 июня 2016 года, расположенной "Адрес изъят", прекратить право собственности ФИО2 на указанную квартиру и признать за ФИО1 право собственности на спорную квартиру.

Решением Братского городского суда Иркутской области от 8 февраля 2018 года исковые требования удовлетворены.

Признана недействительной доверенность "Номер изъят" от 6 марта 2012 года, выданная от имени ФИО1 на имя ФИО4, признаны недействительными договоры купли-продажи квартиры от 13 августа 2013 года, 21 сентября 2013 года, 1 июня 2016 года, расположенной "Адрес изъят", прекращено право собственности ФИО2 на указанную квартиру, а за ФИО1 признано право собственности на данную квартиру.

При рассмотрении данного гражданского дела по апелляционной жалобе ФИО2 суд апелляционной инстанции на основании части 5 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации перешел к рассмотрению настоящего дела по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с ненадлежащим извещением ФИО2

Кроме того, суд апелляционной инстанции на основании статьи 40 и пункта 4 части 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определением от 26 июня 2018 года привлек к участию в деле в качестве соответчика администрацию муниципального образования г. Братска, поскольку установил, что 1 декабря 2017 года на момент рассмотрения дела судом первой инстанции между ФИО2 и комитетом по управлению муниципальным имуществом администрации г. Братска был заключен договор мены спорной квартиры, расположенной "Адрес изъят", и собственником указанного жилого помещения является администрация муниципального образования г. Братска.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Иркутского областного суда от 7 августа 2018 года с учетом определения судебной коллегии по гражданским делам Иркутского областного суда от 18 декабря 2018 года об исправлении описки решение Братского городского суда Иркутской области от 8 февраля 2018 года отменено и принято новое решение, которым ФИО1 в удовлетворении заявленных требований отказано. 

В кассационной жалобе заявитель просит апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Иркутского областного суда от 7 августа 2018 года с учетом определения судебной коллегии по гражданским делам Иркутского областного суда от 18 декабря 2018 года об исправлении описки отменить и оставить в силе решение Братского городского суда Иркутской области от 8 февраля 2018 года. 

По результатам изучения доводов кассационной жалобы 17 октября 2018 года гражданское дело истребовано, и определением судьи Иркутского областного суда Рудковской И.А. от 19 февраля 2019 года кассационная жалоба вместе с делом переданы для рассмотрения в судебном заседании президиума Иркутского областного суда.

Истец ФИО1, ответчики ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, представитель администрации муниципального образования г. Братска, третье лицо нотариус Братского нотариального округа Иркутской области ФИО9, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела в кассационном порядке, в судебное заседание не явились. Президиум Иркутского областного суда, руководствуясь статьей 385 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся истца ФИО1, ответчиков ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, представителя администрации г. Братска, третьего лица нотариуса Братского нотариального округа Иркутской области ФИО9 

Проверив материалы гражданского дела, обсудив обоснованность доводов кассационной жалобы, президиум Иркутского областного суда находит жалобу подлежащей удовлетворению частично.

В соответствии с частью 2 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела в кассационном порядке суд проверяет правильность применения и толкования норм материального права и норм процессуального права судами, рассматривавшими дело, в пределах доводов кассационных жалобы, представления. В интересах законности суд кассационной инстанции вправе выйти за пределы доводов кассационных жалобы, представления.

Под интересами законности, которые дают суду кассационной инстанции основания для выхода за пределы доводов кассационной жалобы, следует, в частности, понимать необходимость обеспечения правильного рассмотрения дела.

Согласно статье 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов. 

Президиум Иркутского областного суда приходит к выводу, что в настоящем деле такого характера существенные нарушения норм материального и процессуального права были допущены судами обеих инстанций, поэтому полагает возможным выйти за пределы доводов кассационной жалобы.

Судом первой инстанции при рассмотрении дела установлено, что истец ФИО1 на основании договора купли-продажи от 1 июля 2002 года являлся собственником квартиры, расположенной "Адрес изъят".

Впоследствии указанная квартира на основании договора купли-продажи от 13 августа 2013 года, заключенного между ФИО1 в лице поверенной ФИО4, действующей на основании доверенности "Номер изъят" от 6 марта 2012 года, продана ФИО3

На основании договора купли-продажи от 21 сентября 2013 года ФИО3 данная квартира продана ФИО5, которая впоследствии подарила двум своим несовершеннолетним детям ФИО6 и ФИО7 2/3 доли в указанной квартире.

На основании договора купли-продажи от 1 июня 2016 года собственником указанной квартиры стала ФИО2

Обращаясь в суд с настоящим иском об оспаривании всех сделок по отчуждению квартиры, расположенной "Адрес изъят", истец указал, что доверенности на заключение сделок по продаже указанной квартиры на имя ФИО4 он не выдавал и квартиру не продавал. Воля на отчуждение спорной квартиры у истца отсутствовала. 

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции, проанализировав положения статей 166, 167, 168, 301 и 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришел к выводу об удовлетворении заявленных требований. При этом суд исходил из того, что первоначальная односторонняя сделка по выдаче доверенности от 6 марта 2012 года от имени ФИО1 на имя ФИО4, дающая ей полномочия продавать за цену и на условиях по своему усмотрению принадлежащую истцу спорную квартиру, является ничтожной, поскольку была оформлена без выражения воли истца на ее выдачу и на отчуждение спорной квартиры. Признав доверенность на отчуждение спорной квартиры ничтожной, суд первой инстанции пришел к выводу, что сделка от 13 августа 2013 года, заключенная на основании указанной доверенности, а также все последующие сделки по продаже спорного жилого помещения являются ничтожными, противоречащими закону и нарушающими права истца.

Суд апелляционной инстанции, рассматривая спор по правилам производства в суде первой инстанции, отказал ФИО1 в удовлетворении заявленных требований. При этом исходил из того, что истцом ФИО1 пропущен срок исковой давности на оспаривание сделок, о применении которого в суде апелляционной инстанции просила ФИО2 Судебная коллегия указала, что оспаривая выдачу ФИО4 доверенности, истец ссылался на то, что никаких сделок он не заключал, договоры не подписывал, доверенности с правом продажи квартиры не выдавал. Между тем в материалы дела нотариусом Братского нотариального округа Иркутской области ФИО9 была представлена доверенность от 24 апреля 2012 года, согласно которой ФИО1 уполномочил ФИО10, в том числе быть его представителем у нотариуса, в любом банке, в администрации г. Братска Иркутской области, комитете по управлению муниципальным имуществом и других органах в связи с переселением из ветхого жилья, расположенного "Адрес изъят", для чего предоставил право заключать все разрешенные законом сделки, в частности: покупать, обменивать, определяя во всех случаях суммы, сроки и другие условия по своему усмотрению, заключать и подписывать договоры, в том числе договоры купли-продажи, мены, акты приема-передачи и другие необходимые документы; производить расчеты по заключенным сделкам, регистрировать правоустанавливающие документы, договоры, переход права собственности и право собственности в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Иркутской области. Поскольку выдачу доверенности от 24 апреля 2012 года истец не оспаривал, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что, выдавая указанную доверенность на совершение действий относительно спорной квартиры в связи с переселением из ветхого жилья, в том числе по продаже спорной квартиры, ФИО1 выразил свое волеизъявление на продажу квартиры, следовательно, о нарушении своего права он узнал именно с 24 апреля 2012 года в момент выдачи доверенности. Применив положения статьи 181 (в редакции, действующей на момент рассмотрения спора) Гражданского кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что сделка по выдаче доверенности является оспоримой, следовательно, срок на ее оспаривание, как и на оспаривание сделок, указанных в исковом заявлении, истек 24 апреля 2013 года. 

Кроме того, при рассмотрении дела судебная коллегия установила, что собственником спорного жилого помещения является администрация муниципального образования г. Братска, поскольку 1 декабря 2017 года, то есть на момент рассмотрения дела в суде первой инстанции, ФИО2 с комитетом по управлению муниципальным имуществом администрации г. Братска в рамках программы переселения из ветхого и аварийного жилья заключен договор мены, в соответствии с которым спорное жилое помещение передано в собственность администрации муниципального образования г. Братска, а ФИО2 передана в собственность квартира, расположенная "Адрес изъят". При этом указанные обстоятельства судом первой инстанции установлены не были. При таких установленных обстоятельствах с принятыми судом первой и апелляционной инстанции судебными актами согласиться нельзя.

В соответствии со статьей 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно статье 154 данного Кодекса сделки могут быть двух- или многосторонними (договоры) и односторонними (пункт 1).

Односторонней считается сделка, для совершения которой в соответствии с законом, иными правовыми актами или соглашением сторон необходимо и достаточно выражения воли одной стороны (пункт 2).

Статьей 185 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действующей на момент возникновения спорных правоотношений) установлено, что доверенностью признается письменное уполномочие, выдаваемое одним лицом другому лицу для представительства перед третьими лицами. Письменное уполномочие на совершение сделки представителем может быть представлено представляемым непосредственно соответствующему третьему лицу (пункт 2).

В соответствии со статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности устанавливается в три года.

Согласно пункту 1 статьи 200 данного Кодекса течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила устанавливаются названным Кодексом и иными законами.

В силу статьи 181 этого же Кодекса (в редакции, действующей на момент выдачи доверенности от 6 марта 2012 года) срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки (пункт 1).

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2).

Отменяя решение суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции сослался на пропуск истцом годичного срока исковой давности, установленного пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации для оспариваемых сделок. При этом указав, что сделки, в том числе по выдаче доверенности, являются оспоримыми.

Между тем судом не были учтены положения пункта 6 статьи 3 Федерального закона от 7 мая 2013 года № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации», которые устанавливают, что нормы Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона) об основаниях и о последствиях недействительности сделок (статьи 166-176, 178-181) применяются к сделкам, совершенным после дня вступления в силу настоящего Федерального закона.

Согласно пункту 69 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» положения Гражданского кодекса Российской Федерации об основаниях и последствиях недействительности сделок в редакции Закона № 100-ФЗ применяются к сделкам, совершенным после дня вступления его в силу, то есть после 1 сентября 2013 года (пункт 6 статьи 3 Закона № 100-ФЗ).

Исходя из материалов дела, оспариваемая истцом доверенность датирована 6 марта 2012 года, то есть сделка была совершена до вступления в силу Федерального закона от 7 мая 2013 года № 100-ФЗ, в силу чего к спорным правоотношениям не могли быть применены положения Гражданского кодекса Российской Федерации об основаниях и последствиях недействительности сделок в редакции Закона № 100-ФЗ.

Статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации в прежней редакции предусматривала, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. В частности, ничтожной является сделка по выдаче доверенности, если доверитель ее не подписывал.

Таким образом, срок исковой давности для оспаривания ничтожной сделки, установленный статьей 181 Гражданского кодекса Российской Федерации составляет три года, а не один год, как указал суд апелляционной инстанции.

Более того, приведенные выше положения закона о специальных сроках исковой давности по требованиям о недействительности сделки и применении последствий ее недействительности не могут быть применимы в том случае, когда требования основаны не на недействительности имевшей место сделки, а на ее отсутствии.

Применяя положения статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации о сроке исковой давности по требованиям о признании сделки недействительной по отношению к оспариваемому документу - доверенности от 6 марта 2012 года и отказывая в иске на основании пропуска срока исковой давности, применяемого к сделкам, суд апелляционной инстанции не учел, что требования истца основаны на том обстоятельстве, что никакой сделки по выдаче доверенности ФИО4 он не совершал, о наличии оспариваемого документа ему известно не было и не могло быть известно в силу названных причин.

Исчислив срок исковой давности с момента выдачи ФИО1 доверенности на имя ФИО10 от 24 апреля 2012 года и полагая, что именно с этого момента истец выразил свою волю на отчуждение спорной квартиры, суд апелляционной инстанции не учел, что первая сделка по продаже спорной квартиры состоялась 13 августа 2013 года и была совершена не на основании доверенности от 24 апреля 2012 года, выданной от имени ФИО1 на имя ФИО10, с момента выдачи которой суд апелляционной инстанции исчислил срок исковой давности, а на основании иной доверенности от 6 марта 2012 года на имя ФИО4, выдачу которой оспаривал истец.

Указав, что срок исковой давности по оспариванию истцом сделок, в том числе по выдаче доверенности от 6 марта 2012 года на имя ФИО4, и первоначальной сделки купли-продажи квартиры истек 24 апреля 2013 года, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об истечении срока исковой давности еще до момента совершения первой оспариваемой сделки - 13 августа 2013 года, что не соответствует требованиям статей 181 и 200 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Отказывая истцу в удовлетворении заявленных требований по мотиву пропуска срока исковой давности, суду апелляционной инстанции надлежало установить, когда истец узнал или должен был узнать о существовании оспариваемой доверенности от 6 марта 2012 года, выданной на имя ФИО4, поскольку именно на основании указанной доверенности заключен договор купли-продажи спорной квартиры от 13 августа 2013 года и квартира выбыла из фактического обладания собственника ФИО1

Исходя из доводов истца о том, что он доверенность на продажу спорного жилого помещения не подписывал и не выдавал, суду апелляционной инстанции в соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации необходимо было распределить бремя доказывания, возложив на ответчиков обязанность по представлению доказательств того, что воля ФИО1 на продажу квартиры в пользу первоначального покупателя ФИО3 была выражена в надлежащей форме. 

При рассмотрении настоящего дела судом первой инстанции также были нарушены нормы материального и процессуального права. 

В соответствии со статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действующей на момент заключения первой оспариваемой сделки) недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Юридически значимым обстоятельством по данному делу является, в том числе фактическое наличие самого объекта недвижимого имущества, являющегося предметом оспариваемых сделок, а также установление собственника спорного жилого помещения на момент рассмотрения дела. Удовлетворяя заявленные требования и признавая недействительными сделки купли-продажи жилого помещения, признавая за ФИО1 право собственности на квартиру, расположенную "Адрес изъят", суд первой инстанции не установил все юридически значимые обстоятельства, а именно: имелось ли на момент рассмотрения настоящего дела спорное жилое помещение в натуре, учитывая, что дом, в котором оно расположено, является ветхим и аварийным.

Прекращая право собственности ФИО2 на жилое помещение, суд не установил собственника жилого помещения, расположенного "Адрес изъят", на момент рассмотрения дела, принимая во внимание, что 1 декабря 2017 года между ФИО2 и комитетом по управлению муниципальным имуществом г. Братска в рамках программы переселения из ветхого и аварийного жилья заключен договор мены, в соответствии с которым спорное жилое помещение передано в собственность администрации муниципального образования г. Братска, а ФИО2 передана в собственность квартира, расположенная "Адрес изъят". 

Признавая оспариваемые сделки недействительными, суд первой инстанции не учел правовую позицию, изложенную в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21 апреля 2003 года № 6П «По делу о проверке конституционности положений пунктов 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14 и ФИО15», о возможности применения статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации к спорным правоотношениям. 

При таких обстоятельствах решение Братского городского суда Иркутской области от 8 февраля 2018 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Иркутского областного суда от 7 августа 2018 года с учетом определения судебной коллегии по гражданским делам Иркутского областного суда от 18 декабря 2018 года об исправлении описки нельзя признать законными и обоснованными, они подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в Братский городской суд Иркутской области в ином составе суда. 

При новом рассмотрении дела суду первой инстанции необходимо учесть изложенное, установить наличие в натуре спорного жилого помещения, установить его собственника и разрешить возникший спор в соответствии с подлежащими применению к спорным отношениям нормами материального права, требованиями процессуального закона и установленными по делу обстоятельствами. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 387, 388, пунктом 2 части 1 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции

постановил:

кассационную жалобу ФИО1 удовлетворить частично.

Решение Братского городского суда Иркутской области от 8 февраля 2018 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Иркутского областного суда от 7 августа 2018 года с учетом определения судебной коллегии по гражданским делам Иркутского областного суда от 18 декабря 2018 года об исправлении описки по данному гражданскому делу отменить.

Направить гражданское дело на новое рассмотрение в Братский городской суд Иркутской области в ином составе суда. 

Председательствующий В.В. Ляхницкий