Дело № 2-777/2024

УИД 

<

номер>

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

11 декабря 2024 года г. Благовещенск

Благовещенский районный суд Амурской области в составе: 

председательствующего Воропаева Д.В., 

при секретаре ФИО2,

с участием:

представителей истца Российская Федерация в лице МВД России – ФИО4, действующей на основании доверенности от 11 января 2024 года 

<

номер>, ФИО19, действующего на основании доверенности от 11 января 2024 года 

<

номер>, ФИО5, действующей на основании доверенности от 11 января 2024 года 

<

номер>, действующей также в интересах третьего лица УМВД России по Амурской области на основании доверенности от 11 декабря 2023 года 

<

номер>,

ответчика ФИО1 и её представителя – адвоката ФИО6, представившего ордер от 15 октября 2024 года 

<

номер> и удостоверение 

<

номер>, выданное Управлением Министерства юстиции Российской Федерации по Амурской области ДД.ММ.ГГГГ,

представитель третьего лица Управление федерального казначейства по Амурской области – ФИО3, действующей на основании доверенности от 23 сентября 2024 года 

<

номер>,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел России к ФИО1 о возмещении ущерба в порядке регресса,

УСТАНОВИЛ:

Российская Федерация в лице Министерства внутренних дел (далее – МВД) России обратилась в Благовещенский районный суд Амурской области с исковым заявлением к ФИО1. 

В обоснование иска истцом указано, что на основании вступившего в законную силу решения Арбитражного суда Амурской области от ДД.ММ.ГГГГ в пользу акционерного общества «Туранлес» (далее – АО «Туранлес») с Российской Федерации в лице МВД России взысканы за счет средств казны Российской Федерации убытки на сумму 362 500 рублей, которые были причинены вследствие необеспечения надлежащего хранения имущества, изъятого по уголовному делу 

<

номер>. Убытки были причинены названной организации тем, что в ходе расследования указанного уголовного дела, следователем СО МО МВД России «Тындинский» ФИО1 было обнаружено принадлежащее АО «Туранлес» имущество, а именно, лом чёрного металла в количестве 29 т., которое сначала было передано руководителю пункта приёма лома цветного металла, а затем якобы передано АО «Туранлес» на ответственное хранение. Однако проведённые следственные действия и иные мероприятия не были надлежащим образом процессуально оформлены, постановление о возвращении вещественного доказательства (металла) следователем также не выносилось По мнению истца, действия (бездействие) должностного лица повлекли за собой утрату имущества, принадлежащего АО «Туранлес». В ходе служебной проверки ФИО1 указанные факты не отрицала.

На основании изложенного, истец просила взыскать в доход федерального бюджета Российской Федерации с ФИО1 в счёт возмещения ущерба в порядке регресса 362 500 рублей 00 копеек.

В письменном отзыве на исковое заявление ФИО1 с иском не согласилась, приводила доводы о том, что решение Арбитражного суда Амурской области от ДД.ММ.ГГГГ преюдициального значения не имеет, поскольку она не привлекалась к участию в этом деле и не извещалась о дате, времени и месте рассмотрения дела арбитражным судом. Указывала, что причинно-следственная связь между действиями (бездействием) ответчика и причинением ущерба АО «Туранлес», а впоследствии выплатой денежных средств указанной организации, произведённой на основании судебного решения, не установлена. Кроме того, истцом пропущен срок исковой давности для обращения в суд по данной категории требований.

В судебном заседании представитель истца Российская Федерация в лице МВД России – ФИО4, ФИО20, ФИО5, действуя также в интересах третьего лица УМВД России по Амурской области, на удовлетворении иска настаивали по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Представитель истца – ФИО23 дополнительно пояснил, что принадлежавшее АО «Туранлес» имущество было изъято ответчиком, однако к уголовному делу в качестве доказательства не приобщалось, впоследствии владельцу не передавалось, что является ненадлежащим исполнением должностных обязанностей. В связи с этим с МВД России была взыскана сумма ущерба, поэтому причинно-следственная связь между выплатой АО «Туранлес» денежных средств за счёт казны Российской Федерации и действиями ответчика имеется. По мнению стороны истца, нарушения процессуального законодательства, допущенные ответчиком, также подтверждаются материалами служебной проверки. Так, ответчик не оформила надлежащим образом протокол изъятия, не приобщила имущество в качестве вещественных доказательств, не передала его на ответственное хранение лицу, у которого это имущество находилось, что повлекло утрату имущества, принадлежащего АО «Туранлес». Каких-либо обстоятельств, препятствующих выполнению ФИО1 требований процессуального законодательства, не имелось. Обращал внимание на то, что расчёт требований производился на основании судебного решения. Доводы ответчика о пропуске истцом сроков исковой давности полагал основанными на неверном толковании норм права. По мнению стороны истца, правоотношения, вытекающие из возмещения ущерба, причинённого Российской Федерации, в порядке регресса, не являются трудовыми, а носят гражданско-правовой характер, поскольку её работодателем являлось не МВД России, а МО МВД России «Тындинский», контракт о прохождении службы в органах внутренних дел непосредственно с МВД России с ответчиком не заключался, в связи с чем к правоотношениям подлежит применению общий срок давности, который составляет три года. Решение Арбитражного суда Амурской области от ДД.ММ.ГГГГ имеет преюдициальное значение, поскольку, по мнению стороны истца, имеется презумпция истинности фактов.

Ответчик ФИО1 и её представитель – адвокат ФИО6 возражали против удовлетворения исковых требований по основаниям, изложенном в письменных возражениях. Дополнительно пояснили, что довод истца о преюдициальном значении решения Арбитражного суда Амурской области от ДД.ММ.ГГГГ несостоятелен, поскольку к участию в рассмотрении этого гражданского дела ФИО1 не привлекалась. Доводы стороны истца о том, что к сложившимся правоотношениям применимы нормы гражданского, а не трудового законодательства, а работодателем являлось не МВД России, а МО МВД России «Тындинский», полагала основанными на неверном толковании норм материального права. Обращала внимание на то, что бремя доказывания наличия причинно-следственной связи между действиями ответчика и причинением истцу ущерба возложено на работодателя, и стороной истца таких доказательств не представлено. Кроме того, ответчик полагала, что каких-либо нарушений норм процессуального законодательства ею не было допущено. Так, ей стало известно о том, что металл, похищенный у АО «Туранлес», находится на территории пункта приёма цветного металла у ФИО7, который угрожал уничтожением этого металла. В связи с этими угрозами она вместе с ФИО8, который выступал в качестве представителя АО «Туранлес» в срочном порядке направилась на пункт приёма цветного металла, где произвела изъятие похищенного имущества, сделала его фотоснимки и организовала погрузку металла в количестве около 13 тонн на грузовик, который был найден ФИО8 Вместе с ФИО8 она поехала на территорию АО «Туранлес», однако по дороге грузовой автомобиль был остановлен сотрудниками ГИБДД в связи с тем, что у техники не были надлежащим образом оформлены документы. Несмотря на протесты ФИО1, автомобиль был перемещён на арест-площадку. ФИО1 ставила в известность руководство о сложившейся ситуации. В дальнейшем ФИО1 стало известно, что автомобиль был выдан ФИО9 и вместе с грузом доставлен в АО «Туранлес». Само по себе уголовное дело 

<

номер> находилось в её производстве всего один день, в дальнейшем он было изъято из её производства. Собственник изъятого металла установлен не был, позднее уголовное дело было передано другому следователю.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание также не явились, извещены о дате, времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в связи с чем соответствии с правилами ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив представленные материалы дела, выслушав объяснения явившихся участников процесса, суд приходит к следующим выводам. 

Сторонами не оспаривалось сторонами, в июле 2019 года генеральным директором АО «Туранлес» ФИО10 в УМВД России по Амурской области было подано заявление по факту хищения с территории общества лома чёрного металла весом 33,77 тонн, а также запасных частей на общую сумму 590 558 рублей 37 копеек. 9 февраля 2018 года лом черного металла в количестве 29 тонн был обнаружен на территории пункта приёма лома цветного металла в 

<

адрес> и изъят дознавателем ОД МО МВД России «Тындинский» ФИО11 в ходе осмотра места происшествия, металл передан на ответственное хранение руководителю пункта приёма лома цветного металла ФИО7 9 февраля 2018 года на основании расписки. ДД.ММ.ГГГГ СО МО МВД России «Тындинский» возбуждено уголовное дело 

<

номер> по признакам преступления, предусмотренного п. «в» ч. 3 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ) по факту того, что ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес> неустановленные лица, находясь на территории филиала ДОЗ «Восточный» АО «Туранлес», расположенной по 

<

адрес> путем свободного доступа тайно похитили металлом весом 33,77 тонн, а также запасные части на общую сумму 590 448 рублей 37 копеек, причинив АО «Туранлес» ущерб в крупном размере. Производство предварительного следствия было поручено следователю СО МО МВД ФИО1

9 февраля 2018 года лом черного металла в количестве 29 тонн был обнаружен на территории пункта приёма лома цветного металла в 

<

адрес> и изъят дознавателем ОД МО МВД России «Тындинский» ФИО11 в ходе осмотра места происшествия, а впоследствии передан на ответственное хранение руководителю пункта приёма лома цветного металла ФИО7

ДД.ММ.ГГГГ следователем СО МО МВД России «Тындинский» старшим лейтенантом юстиции ФИО12 уголовное дело 

<

номер> прекращено в связи с отсутствием события преступления, впоследствии постановление о прекращении уголовного дела отменено заместителем Тындинской городской прокуратуры и направлено в следственный орган для дальнейшего расследования.

Указанные обстоятельства подтверждаются также представленными в материалы настоящего гражданского дела копиями уголовного дела 

<

номер>.

Кроме того, в производстве Арбитражного суда Амурской области находилось гражданское дело № А04-1559/2021 по исковому заявлению АО «Туранлес» к Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации о взыскании убытков, причинённых вследствие необеспечения федеральным органом исполнительной власти надлежащего хранения имущества, изъятого по уголовному делу. 

В силу ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных ГПК РФ.

Как разъясняется в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении», исходя из смысла ч. 4 ст. 13, ч.ч. 2 и 3 ст. 61, ч. 2 ст. 209 ГПК РФ лица, не участвовавшие в деле, по которому судом общей юрисдикции или арбитражным судом вынесено соответствующее судебное постановление, вправе при рассмотрении другого гражданского дела с их участием оспаривать обстоятельства, установленные этими судебными актами. В указанном случае суд выносит решение на основе исследованных в судебном заседании доказательств.

К участию в гражданском деле № А04-1559/2021, рассмотренном Арбитражным судом Амурской области, ФИО1 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований не привлекалась, она допрашивалась в рамках указанного гражданского дела в качестве свидетеля, в связи с чем решение Арбитражного суда Амурской области от 16 декабря 2021 года (резолютивная часть оглашена 9 декабря 2021 года) не имеет преюдициального значения при рассмотрении настоящего гражданского дела. Вместе с тем, указанное решение оценивается судом как иное письменное доказательство.

Из данного судебного решения следует, что постановлением следователя СО МО МВД России «Тындинский» от ДД.ММ.ГГГГ предписано возвратить АО «Туранлес» металл в количестве 29 тонн и две картонные коробки с бухгалтерскими документами представителю потерпевшего АО «Туранлес». Однако возвращены в АО «Туранлес» были только бухгалтерские документы. 

Сторонами не оспаривалось, что в рамках исполнения вступившего в законную силу решения Арбитражного суда Амурской области от ДД.ММ.ГГГГ в пользу АО «Туранлес» с Российской Федерации в лице МВД России взысканы за счет средств казны Российской Федерации в пользу АО «Туранлес» убытки на сумму 362 500 рублей.

В силу п. 1 ст. 1081 ГК РФ лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

На основании п. 3.1 ст. 1081 ГК РФ Российская Федерация, субъект Российской Федерации или муниципальное образование в случае возмещения ими вреда по основаниям, предусмотренным ст.ст. 1069 и 1070 ГК РФ, имеют право регресса к лицу, в связи с незаконными действиями (бездействием) которого произведено указанное возмещение.

Давя оценку доводам истца о том, что возмещение было произведено в результате причинения вреда незаконными действиями (бездействием) ФИО1, суд приходит к следующему. 

Арбитражным судом Амурской области установлено, что в ходе осмотра места происшествия – территории Юго-Восточная промзоны 

<

адрес> был изъят лом чёрного металла общим весом 29 т., представляющий из себя металл тракторной техники и автомобильного транспорта.

В соответствии с ч. 2 ст. 81.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее – УПК РФ) постановление о признании вещественными доказательствами предметов и документов, указанных в ч. 1 этой статьи, выносится в срок не позднее 10 суток с момента их изъятия. В случае, если для осмотра изъятых предметов и документов ввиду их большого количества или по другим объективным причинам требуется больше времени, по мотивированному ходатайству следователя или дознавателя этот срок может быть продлён ещё на 30 суток соответственно руководителем следственного органа или начальником органа дознания. В случае, если для признания таких предметов и документов вещественными доказательствами требуется назначение судебной экспертизы, срок вынесения постановления о признании их вещественными доказательствами не может превышать 3 суток с момента получения следователем или дознавателем заключения эксперта.

В силу ч. 4 ст. 81.1 УПК РФ изъятые в ходе досудебного производства, но непризнанные вещественными доказательствами предметы, включая электронные носители информации, за исключением предметов, указанных в п. 2 ч. 3 ст. 81 УПК РФ, и документы возвращаются лицам, у которых они были изъяты, не позднее чем через 5 суток по истечении сроков, указанных в ч. 2 данной статьи.

В нарушение приведённых норм закона изъятый дознавателем металл в количестве 29 т. в установленном порядке не признан вещественным доказательством и к материалам уголовного дела не приобщён. При этом, несмотря на постановление от ДД.ММ.ГГГГ об отмене постановления о прекращении предварительного следствия и указания прокурора на то, что изъятый в ходе осмотра места происшествия от 9 февраля 2018 года металл вещественным доказательством не признан, меры к возвращению имущества не приняты

Следовательно, материалами дела, исследованными в судебном заседании, подтверждается, что изъятый металл не признавался в установленном порядке вещественными доказательствами, а потому он в силу положений ч. 4 ст. 81 УПК РФ подлежал возврату собственнику.

В силу ч. 1 ст. 183 УПК РФ при необходимости изъятия определенных предметов и документов, имеющих значение для уголовного дела, и если точно известно, где и у кого они находятся, производится их выемка.

Выемка производится в порядке, установленном ст. 182 УПК РФ, с изъятиями, предусмотренными ст. 183 УПК РФ (ч. 2 ст. 183 УПК РФ).

Согласно ч. 13 ст. 182 УПК РФ в протоколе помимо прочего должно быть указано, в каком месте и при каких обстоятельствах были обнаружены предметы, документы или ценности, выданы они добровольно или изъяты принудительно. Все изымаемые предметы, документы и ценности должны быть перечислены с точным указанием их количества, меры, веса, индивидуальных признаков и по возможности стоимости.

В соответствии с ч. 2 ст. 82 УПК РФ вещественные доказательства в виде предметов, которые в силу громоздкости или иных причин не могут храниться при уголовном деле, в том числе большие партии товаров, хранение которых затруднено или издержки по обеспечению специальных условий хранения которых соизмеримы с их стоимостью фотографируются или снимаются на видео- или кинопленку, по возможности опечатываются и по решению дознавателя, следователя передаются на хранение в соответствии с законодательством Российской Федерации в порядке, установленном Правительством Российской Федерации. К материалам уголовного дела приобщается документ о месте нахождения такого вещественного доказательства, а также может быть приобщён образец вещественного доказательства, достаточный для сравнительного исследования или возвращаются их законному владельцу, если это возможно без ущерба для доказывания.

1 марта 2012 года между МО МВД России «Тындинский» в лице начальника подполковника полиции ФИО13 и ФИО1 был заключен контракт о прохождении службы в органах внутренних дел Российской Федерации, в соответствии с п. 1 которого гражданин (сотрудник) берёт на себя обязательства связанные с прохождением службы в органах внутренних дел Российской Федерации, а начальник МО МВД России «Тындинский» обязуется обеспечить гражданину (сотруднику) прохождение службы в органах внутренних дел в соответствии с Федеральным законом «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации». 

Из дела видно, что 9 февраля 2018 года на территории пункта приёма лома цветного металла, расположенного в Юго-Восточной промзоне 

<

адрес> сотрудниками МО МВД в ходе смотра места происшествия изъято 20 т. металлических изделий и их частей.

В материалы настоящего гражданского дела представлены материалы служебной проверки в отношении ФИО1, из которых видно, что ДД.ММ.ГГГГ было возбуждено уголовное дело 

<

номер> в отношении неустановленного лица по признакам преступления, предусмотренного п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ. Производство предварительного следствия поручено следователю СО МО МВД России «Тындинский» ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 без документирования передала 13 т. металла в АО «Туранлес», а 16 т. металла остались на территории пункта приёма лома цветного металла на хранении ФИО14

В производстве ФИО1 уголовное дело находилось до июля 2018 года. 

Тем самым, вопреки требованиям УПК РФ, ФИО1 приняла необоснованное решение о перемещении 13 т. металла в АО «Туранлес», не осуществив при этом обязательные мероприятия, предусмотренные ст.ст. 81.1, ст. 82, 182, 193 УПК РФ, не осуществив надлежащее документирование изъятого имущества. 

В судебном заседании ответчик приводила доводы о том, что ФИО7 угрожал уничтожением изъятого металла, что вызвало у неё необходимость предпринимать немедленные действия. 

Вместе с тем, допустимых доказательств существования таких угроз ФИО1 в нарушение ч. 1 ст. 56 ГПК РФ не представила. 

В судебном заседании на обсуждение сторон выносился вопрос о целесообразности перемещения спорного металла из пункта хранения металла с учётом передачи лома цветного металла на ответственное хранение руководителю пункта. Однако какие-либо пояснения по данному факту от ответчика получить не представилось возможным. 

Доводы ответчика о том, что транспортное средство, на котором перевозился металл, было остановлено и перемещено на арест-площадку, не освобождают её от надлежащего оформления процессуальных документов. Доказательств невозможности передачи спорного металла на ответственное хранение руководителю арест-площадки в материалы дела также не представлено. 

Более того, ФИО1 в судебном заседании приводила доводы о наличии угрозы уничтожения спорного имущества, а потому она, достоверно зная, что это имущество может быть уничтожено, должна была принять исчерпывающие меры к его надлежащему оформлению и передаче на хранение уполномоченным лицам под расписку. 

Однако таких мер следователем ФИО1 предпринято не было. 

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что ДД.ММ.ГГГГ именно следователем ФИО15 лом металла на территории пункта приема металла был изъят в количестве 13 тонн 740 килограммов. Вместе с тем, процессуально факт изъятия не оформлен и не подтверждается материалами уголовного дела. В тот же день, автомобиль «

<

данные изъяты>» государственный регистрационный знак 

<

номер> с изъятым металлом был помещён сотрудниками ГИБДД МО МВД «Тындинский» на арест-площадку в связи с нарушениями перевозки груза.

Достоверно зная о том, что автомобиль с изъятым металлом помещён на арест-площадку сотрудниками ГИБДД МО МВД «Тындинский», следователь ФИО16 в нарушение п. 3.11 должностной инструкции не доложила незамедлительно руководству и в дежурную часть о сложившейся ситуации. 

Доказательств обратного в материалы дела стороной ответчика также не представлено. 

28 марта 2019 года указанный автомобиль и находящийся внутри него металл был выдан со стоянки ФИО8, который перевёз его на территорию АО «Туранлес», при этом расписка о получении изъятого металла в материалах дела отсутствует.

Таким образом, изъятый лом металла на территории пункта приёма металла 9 февраля 2018 года не был приобщён к материалам уголовного дела в качестве вещественного доказательства, постановления о его возвращении владельцу также в материалах уголовного дела не имеется, а потому действия ФИО1 и её бездействие в описанной части не могут быть признаны законными. 

Между действиями (бездействием) ФИО1 и причинением ущерба Российской Федерации имеется причинно-следственная связь. 

Так, именно неисполнение ФИО1 как следователем своих должностных обязанностей вследствие недобросовестного или небрежного отношения к службе при наличии реальной возможности производства осмотра изъятого металла, признания его вещественным доказательством и передачи на хранение ответственному лицу, повлекло за собой причинение материального ущерба АО «Туранлес», что стало основанием для судебного разбирательства между ним и МВД России.

Давая оценку обоснованности требований истца о взыскании с ФИО1 материального ущерба, суд приходит к следующему. 

Согласно части 5 статьи 15 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – ФЗ № 342) вред, причиненный гражданам и организациям противоправными действиями (бездействием) сотрудника органов внутренних дел при выполнении им служебных обязанностей, подлежит возмещению в порядке, установленном законодательством Российской Федерации. В случае возмещения Российской Федерацией вреда, причиненного противоправными действиями (бездействием) сотрудника, федеральный орган исполнительной власти в сфере внутренних дел имеет право обратного требования (регресса) к сотруднику в размере выплаченного возмещения, для чего федеральный орган исполнительной власти в сфере внутренних дел может обратиться в суд от имени Российской Федерации с соответствующим исковым заявлением.

В силу ч. 6 ст. 15 ФЗ № 342 за ущерб, причиненный федеральному органу исполнительной власти в сфере внутренних дел, его территориальному органу, подразделению, сотрудник органов внутренних дел несет материальную ответственность в порядке и случаях, которые установлены трудовым законодательством.

Также, в соответствии с ч. 3 ст. 33 Федерального закона от 7 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции» (далее – ФЗ № 3) вред, причинённый гражданам и организациям противоправными действиями (бездействием) сотрудника полиции при выполнении им служебных обязанностей, подлежит возмещению в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, а за ущерб, причинённый федеральному органу исполнительной власти в сфере внутренних дел, территориальному органу, подразделению полиции либо организации, входящей в систему указанного федерального органа, сотрудник полиции несёт материальную ответственность в соответствии с трудовым законодательством Российской Федерации (ч. 4 ст. 33 ФЗ № 3).

Исходя из изложенного следует, что к спорным отношениям подлежат применению, в том числе нормы Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ).

В частности, ст. 238 ТК РФ установлено, что работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат. Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

В силу ст. 239 ТК РФ работник не может быть привлечён к материальной ответственности, если ущерб возник вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику.

Также, ст. 241 ТК РФ определено, что за причинённый ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено Кодексом или иными федеральными законами. Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных Кодексом или иными федеральными законами (ч. 2 ст. 242 ТК РФ).

Как усматривается из разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, приведенных в пункте 15 Постановления от 16 ноября 2006 года № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», под ущербом, причиненным работником третьим лицам, следует понимать все суммы, которые выплачены работодателем третьим лицам в счет возмещения ущерба, при этом работник может нести ответственность лишь в пределах этих сумм и при условии наличия причинно-следственной связи между виновными действиями (бездействием) работника и причинением ущерба третьим лицам.

Вместе с тем, в материалах личного дела ФИО1 отсутствует договор, либо иной нормативно-правовой акт, регламентирующий её материальную ответственность.

Следовательно, на ответчика не может быть возложена материальная ответственность в размере, превышающем её средний заработок на момент совершения соответствующих действий (бездействия), то есть по состоянию на 2018 год. 

Представленной справкой МО МВД России «Тындинский» от 4 декабря 2024 года 

<

номер> подтверждается, что средний заработок ФИО1 в должности следователя СО МО МВД России «Тындинский» составлял 75 792 рубля 62 копейки. 

Тем самым размер материальной ответственности ФИО1 не может превышать указанную сумму. 

Кроме того, давая оценку доводам о пропуске истцом срока исковой давности, суд приходит к следующему.

В силу ст. 392 ТК РФ работодатель имеет право обратиться в суд по спорам о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, в течение одного года со дня обнаружения причиненного ущерба. При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй, третьей и четвертой настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом. 

Как разъясняется в абз. 3 п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», работодатель вправе предъявить иск к работнику о взыскании сумм, выплаченных в счёт возмещения ущерба третьим лицам, в течение одного года с момента выплаты работодателем данных сумм.

Отсюда следует, что срок на обращение в суд работодателя за разрешением спора о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, составляет один год, который начинает течь с момента, когда работодателем осуществлены выплаты третьим лицам сумм в счет возмещения причиненного работником ущерба.

Платёжное поручение на выплату АО «Туранлес» в размере 362 500 рублей в счет возмещения вреда по делу № А04- 1559/2021 датировано 11 ноября 2022 года, в свою очередь штамп входящей корреспонденции на исковом заявлении датирован 24 мая 2024 года, в связи с чем суд приходит к выводу о пропуске истцом сроков исковой давности. 

Довод истца о том, что работодателем ответчика являлось не МВД России, а МО МВД России «Тындинский» суд признаёт основанным на неверном толковании норм права.

В частности, в п.п. 1, 3 статьи 1 ФЗ № 342 указано, что служба в органах внутренних дел – федеральная государственная служба, представляющая собой профессиональную служебную деятельность граждан Российской Федерации (далее - граждане) на должностях в органах внутренних дел Российской Федерации (далее - органы внутренних дел), а также на должностях, не являющихся должностями в органах внутренних дел, в случаях и на условиях, которые предусмотрены настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами и (или) нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации. Руководитель федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел - лицо, замещающее государственную должность Российской Федерации и осуществляющее полномочия нанимателя от имени Российской Федерации в отношении сотрудников органов внутренних дел, из чего следует что нанимателем сотрудников органов внутренних дел является Российская Федерация. При этом факт заключения служебного контракта с ответчиком МО МВД России «Тындинский», а не МВД России, не имеет правового значения для квалификации сложившихся между сторонами правоотношений в качестве трудовых и для применения к ним норм трудового законодательства. 

Аналогичная позиция изложена в определении судебной коллегии по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 12 сентября 2024 года № 88-15872/2024, определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 23 октября 2017 года № 57-КГ17-11 и других. 

При таких обстоятельствах истцу в удовлетворении заявленных требований следует отказать в полном объёме. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

в удовлетворении искового заявления Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел России к ФИО1 о возмещении ущерба в порядке регресса – отказать полностью. 

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Амурского областного суда через Благовещенский районный суд Амурской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий Д.В. Воропаев 

Решение принято в окончательной форме 25 декабря 2024 года.