№ 2-100/2020 года. (публиковать).

УИД18RS0002-01-2019-000242-29

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

15 июля 2020 года. 

Первомайский районный суд г. Ижевска Удмуртской Республики в составе: судьи Обуховой М.А., 

при секретаре Смирновой А.М., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «УраЛИжтрак» о взыскании заработной платы, компенсации по ст. 236 ТК РФ, морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ответчику ООО «УраЛИжтрак» о взыскании заработной платы, денежной компенсации за задержку выплаты и взыскании морального вреда, указывая в обоснование заявленных требований, что с 

<

дата> истец работает в ООО «УраЛИжтрак» в должности начальника финансово-экономического отдела. Копию приказа о назначении на должность ответчик не предоставил. Согласно п. 4.1 ответчик обязан выплачивать установленную заработную плату ежемесячно до 15 числа следующего за расчетным месяцем. Однако до настоящего времени не выплачена заработная плата за 9 месяцев работы в размере 360 000 руб. Письменное заявление истца от 

<

дата> о выплате заработной платы ответчиком удовлетворено не было. 

<

дата> уведомил о приостановлении работы до выплаты заработной платы и морального вреда. Поставить отметку о получении на данном заявлении ответчик отказался. 

Просит: 

1. Признать незаконным бездействие ответчика по выплате заработной платы за 9 месяцев в соответствии с заявлением от 

<

дата>. 

2. Взыскать с ответчика задолженность по заработной плате за 9 мес. в размере 360 000 руб.. 

3. Взыскать с ответчика 45 024 руб. в качестве процентов (денежной компенсации) из расчета 1/150 действующей ключевой ставки Центрального банка РФ от не выплаченных в срок сумм заработной платы, за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. 

4. Взыскать с ответчика 10 000 руб. в счет компенсации причиненного морального вреда. 

5. Взыскать с ответчика в доход Федерального бюджета государственную пошлину в размере, рассчитанном в соответствии с пп.2 п.1 ст. 333.19 НК РФ, от уплаты которой истец при подаче иска был освобожден в соответствии с пп.1 п.1 ст. 333.36 НК РФ. 

6. Вынести частное определение в адрес Государственной инспекции труда в УР, поставив вопрос о привлечении ответчика к ответственности за нарушение трудового законодательства.

В ходе рассмотрения дела истцом неоднократно были уточнен предмет исковых требований и просил : 

Взыскать с ответчика заработную плату за период с 

<

дата> по 

<

дата>, пояснив свой расчет за март как не полный месяц, и с учетом выплаты в апреле 2018г суммы 40 000 рублей в общем размере 426765 ( 368000 + 29000 за апрель 2018 г и + 29765 за январь 2019 г). 

В ходе рассмотрения дела истец окончательно уточнив предмет иска просил : 

Взыскать с ответчика: 

- заработную плату за период с 

<

дата> по 31.12.2018г ( за 8 месяцев из расчета 40000 х1.15х 8=368 000 рублей)

- компенсацию по ст. 236 ТК РФ за 8 месяцев с 

<

дата> по 

<

дата> в сумме 20 000 рублей. 

- моральный вред 10 000 рублей. 

Определением Первомайского райсуда г. Ижевска от 

<

дата> принят частичный отказ от иска от требований истца :

- признании незаконным бездействия ответчика по не выплате заработной платы за 9 месяцев от 22.01.2019г ;

- вынесения частного определения в Госинспекцию по труду УР 

- за апрель 2018 года -29 000 рублей и за период с 

<

дата> по 23.01.2019г в размере 29765 рублей. 

В ходе рассмотрения дела истец ФИО1 дал следующие пояснения. 

На исковых требованиях настоял указывая, что факт трудовых отношений подтверждён трудовым договором, записью в трудовой книжке. На окончательном расчете долга по заработной плате за 8 месяцев с мая по декабрь 2018г в размере 368 000 рублей, на него компенсации по ст. 236 ТК РФ за этот же период в размере 20 000 рублей и моральном вреде в размере 10 000 рублей настаивает. Компенсация за неиспользованный отпуск, как указано в первоначальном иске на первой странице иска им никогда не заявлялась, не рассчитывалась и не предъявлялась к ответчику.

Истец полагает, что сторона ответчика признала факт подписания договора. Расчет его требований произведен из оклада в трудовом договоре 40 000 рублей, с учетом уральского коэффициента. Переживал из-за невыплаты зарплаты, этим обосновывает моральный вред и его требуемый размер. Первоначально договаривался о работе с ФИО2 Дату подписания трудового договора не помнит. Подписывал трудовой договор при приеме на работу, но когда его получил на руки, не помнит. Трудовая функция: подготовка финансовой модели. Должностная инструкция ему не выдавалась. Выполнял поручения ФИО2 и ФИО3 Подавал заявку через ПК через Интернет от имени ООО «УраЛИжтрак» это было непосредственно при ФИО3, подписан документ его ЭЦП. 

<

дата> по поручению ФИО2 выполнял и другие его поручения. 

Была разработка и доработка финансовой модели для банка. 

<

дата>, был выполнен перевод иностранного письма по поручению ФИО4. И ФИО3 тоже. С ФИО3 встретился первый раз вроде в апреле 2018г. Есть подписанная трудовая книжка с подписью ФИО3, которая им подавалась в Министерство экономики на конкурс в октябре. Расчет по зарплате за первый месяц производил ФИО2. Перевод на банковскую карту был и частично наличными, всего ответчик выплатил зарплату один раз - 40 000 рублей, выплата была в мае. Подписывал кассовый ордер. Больше выплат не было. Из кассы или личного счета зарплату в виде д/с не получал. Фактическое место работы до ноября работал удаленно по поручению ФИО2,т.к. шел ремонт в офисе. В ноябре был выдан пропуск. В ноябре-декабре 2018 года свои трудовые обязанности выполнял по адресу: Ижевск, 

<

адрес>. Нигде не знакомился и нигде не расписывался что являлось его рабочим местом. При приеме на работу выполнял функции один, хотя говорили, что в последующем будет набор команды, это говорил ФИО2 ФИО2 - это единственный человек в ООО «УраЛИжтрак» с кем он общался, и к нем уже обратился с просьбой выдать трудовой договор. Подтверждаются трудовые отношения трудовой книжкой и договором, что он представил в суд. Пенсионный фонд не требует предоставления трудового договора. Дома работал с 

<

дата> по конец октября 2018, с 

<

дата> работал в офисе на 

<

адрес> занимался табелем учета рабочего времени, пояснить не может. При приеме на работу пояснили, что рабочего места пока предоставить истцу не могут. Была договоренность с ФИО4 работать удаленно, т.е. на дому. ФИО2 - председатель наблюдательного совета, наблюдательный совет является высшим органом, принимающим решения. Считал, что ФИО4 имеет право давать истцу поручения. ФИО2 пояснил, что рабочее место будет находиться по адресу: 

<

адрес>, однако пока там идет ремонт и свои должностные обязанности, а также поручения по работе я буду выполнять удаленно, находясь дома по адресу: 

<

адрес> на личном ноутбуке, либо, при необходимости, по адресу фактического местонахождения ООО «УраЛИжтрак»: 

<

адрес>, пл. 50 лет Октября, 

<

адрес>. В период с 

<

дата> по 

<

дата> исполнял свои трудовые обязанности и поручения ФИО2, находясь на рабочем месте по указанному адресу. Организационная техника для выполнения трудовых обязанностей предоставлена не была, поэтому работу выполнял на личном ноутбуке. За период работы с марта 2018 года по январь 2019 года были выполнены все задачи, согласно поступающим поручениям от ФИО2 Факт выполнения данных работ подтверждается распечаткой электронных писем за вышеуказанный период. Выполненная работа предоставлена мной ФИО2 на электронном носителе при личной встрече. В период с сентября 2018 года по ноябрь 2018 года была проведена работа по подготовке документов, и заполнению электронной заявки на участие в конкурсном отборе на право получения субсидий из федерального бюджета российскими организациями на компенсацию части затрат на проведение научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ по приоритетным направлениям гражданской промышленности в рамках реализации такими организациями комплексных инвестиционных проектов, проводимым Минпромторгом Российской Федерации в октябре-ноябре 2018 года. Подготовка документации проводилась совместно с директором ООО «УраЛИжтрак» ФИО3 по адресу: 

<

адрес> 

Кроме того, истец в суд представил в письменном виде пояснения к иску и доказательства исполнения им трудовой функции за весь период, в том числе большей частью, при его работе удаленно по месту жительства с марта 2018 по январь 2019 г указав : 

- 21.03.2018г разработан и направлен ФИО5 план работы финансово-экономического отдела на 1 полугоде 2018года ;

- 02.04.2018г проведен анализ проекта протокола совместного совещания ООО «УраЛИжтрак» и ООО Маватек, подготовлены замечания и предложения ;

- 18.04.2018г. подготовлена и направлено заключение по проекту договора мены векселей между ООО «УраЛИжтрак» и ОО Маватек ;

- 23.04.2018г подготовлен и направлен проект административной структуры финансово-экономического отдела ;

- 24.04.2018г проведена встреча и направлено коммерческое предложение с претензионным альбом строительной компании 

- 25.04.2018г проведена встреча руководителем ВТБ –Страхование ФИО6 по вопросу страхования рисков при будущем строительстве завода. Направлено предложение ФИО5 

-10.05.2018г направлен на рассмотрение ФИО5 комплект документов страхования строительно-монтажных рисков будущем строительстве завода ;

-24.05.2018г получены и переадресованы ФИО7 возникшие вопрос ВТБ-Страхования ;

- 05.06.2018г получены от ВТБ –Страхования и направлены ФИО5 указанные выше условия страхования рисков завода;

- 16.07.2018г поведена консультация и получен комплект документов для разблокировки счета ООО «УраЛИжтрак» в Банке Открытие. Все отправлено ФИО5. ;

- 20.11.2018г скорректирован бизнес-план инвестиционного проекта ООО «УраЛИжтрак» получена статистика Минсельхоза по свободным индикаторам из субъектов по обеспечению сельскохозяйственной техникой, включая трактора ;

- 12.12.2018г произведён тестовый перевод финансового соглашения с инвестором проекта и направлен ФИО5 

Представитель ответчика ФИО2,, действующий в суде по доверенности. Ранее в судебном заседании суду пояснил, что ФИО1 истца знает, знаком. Трудовой договор ему известно, что был подписан в связи с необходимостью истцу предоставить его в Пенсионный фонд. Он просил ФИО3 исполнить такую просьбу ФИО8. Просьбу от отца ФИО8, не получал. Появление на рабочем месте истца ФИО1 в ноябре-декабре 2918гола спорно, поскольку он его на рабочем месте не видел. В январе же 2019 года- возможно, поскольку там приглашались разные лица, системности никакой не было. На работу никого не принимали, поскольку деятельности не вели. Уже назначен исполнительный директор, распоряжения давал. В сведениях о застрахованных лицах ФИО1 нет. Истец проходил на работу по пропуску ФИО3. Запись в трудовой книжке истца была сделана возможно позднее января 2019 года. Он с истцом трудового договора не заключал и не обсуждал. После ФИО3 директором был ФИО4, но и он не прошел. 

Представители ответчика ФИО9, ФИО10, действующие по доверенности, исковые требования не признали, пояснили, что в 2018 году организация не принимала сотрудников, поскольку не вела деятельность. ФИО2 только организовывал собрания в ООО. В 2018 и 2019 году табель учета рабочего времени не велся вообще. В штатном расписании 80% сотрудников работают по совместительству, у них основное рабочее место в других организациях. Я ФИО3 и ФИО4 работали по адресу: Ижевск, 

<

адрес> не приобрели и ничего не продали в 2018 году. Бухгалтерская отчетность была нулевая. Допуск лица к работе лицом, не уполномоченным к этому не может расцениваться. Изготовление 5 документов март, апрель, май, ноябрь и декабрь не говорит о выполнении трудовой функции истцом. Что тогда он делал с июня по октябрь. Он прекрасно понимал, что ФИО2 не уполномоченное лицо. В письменных показаниях истца есть разногласия по срокам и порядку заключения договора. Адреса такого на момент заключения договора не было, внесения изменений адреса в ЕГРЮЛ были только в ноябре 2018 года. Все подтверждается экспертизой. Что договор был подписан не ранее ноября 2018 года. Отношения между ФИО2 и ФИО1 были, как между физическими лицами, их можно охарактеризовать как гражданско-правовые. ФИО1 исполнял работу лично для ФИО2 и за эту выпиленную работу он и получил 40 тыс. Помогал ФИО3 заполнить форму, но это не возникновение трудовых отношений. Просят отказать в удовлетворении исковых требований.

Представитель ответчика ФИО9 также поддержали письменные возражения, согласно которым истец в обоснование своих требований указывает на то, что он в период с 

<

дата> он работает в ООО «УраЛИжтрак» (далее - ответчик, предприятие) в должности начальника финансово-экономического отдела. Утверждение истца «я работаю» является ложным, так как, начиная с четвертого квартала 2017 года, предприятие какой-либо финансовой и хозяйственной деятельности не осуществляет вообще, работники в штате предприятия отсутствуют, заработная плата не начисляется (документы прилагаются). Как такового финансово- экономического отдела на предприятии в природе не существует и не существовало (в штат предприятия не принято ни одного работника ф/э отдела, и соответственно какую-либо работу ф/э отдел в указанный период не выполнял). В связи со сказанным, принятие истца на должность начальника ф/э отдела предприятия для выполнения вообще какой бы то ни было работы является просто абсурдным. В январе 2019 года истец, обратился к ФИО2 - председателю Наблюдательного совета ООО «УраЛИжтрак», с просьбой о формальном подписании с истцом трудового договора, а также для проставления отметок о приеме на работу в трудовую книжку, для последующего предоставления копий этих документов в Пенсионный фонд РФ. Отец истца ФИО11 является членом Наблюдательного совета ООО «УраЛИжтрак». ФИО2 попросил директора ФИО3 подписать трудовой договор с истцом и поставить в трудовой книжке истца соответствующие отметки, что последний и сделал. Тогда никто и подумать не мог, что ФИО1 действует целенаправленно с корыстной целью получить от предприятия незаслуженную заработную плату и причинить имущественный вред ответчику. Между тем, заключение трудового договора «задним» числом, т.е. на 10 месяцев позже даты, указанной в трудовом договоре, и трудовой книжке, подтверждается, в том числе, следующим: в реквизитах сторон на второй странице трудового договора указан адрес работодателя: 

<

адрес>, офис 402. Однако согласно выписке запись об адресе внесена в ЕГРЮЛ лишь 

<

дата> (ГРН 1181832619571), в связи с заключением 01.11.2018г. договора аренды на указанное помещение. До ноября 2018 года в указанном помещении (офис 402), и вообще на территории 

<

адрес>, никто из представителей предприятия никогда не находился, так как пропуска были оформлены тоже только в ноябре-декабре 2018 года. Следовательно, истец ранее никогда не появлялся на своем «рабочем месте» и не мог это сделать чисто физически. Кроме этого, в период 2017 года с начальниками отделов предприятия заключались трудовые договоры примерно одного формата, с указанием места работы, времени начала и окончания работы, перечнем документов для ознакомления, а также с обязательной расшифровкой и конкретизацией в них должностных обязанностей и функций работников (от 20 до 26 позиций). Однако в представленном в дело трудовом договоре, ничего подобного нет - в обязанности начальника ф/э отдела входят лишь какие-то абстрактные и ни к чему не обязывающие формулировки: «исполнять обязанности, предусмотренные законодательством о труде», «повышать квалификацию», «соблюдать дисциплину» и «не разглашать сведения», а другие положения вообще отсутствуют, что ни по форме, ни по содержанию не соответствует принятым и действительно заключенным трудовым договорам между предприятием и работниками уровня начальника отдела. Это также подтверждает, что трудовой договор с истцом «заключался» лишь формально, без цели вступить с ним в трудовые правоотношения. Таким образом, ответчик не состоял и не мог состоять с истцом в трудовых отношениях с 

<

дата>, так как ни у истца, ни у ответчика не было такой цели. Представленные истцом в качестве доказательств факта трудовых отношений, это документы составлены на 10 месяцев позднее даты, указанной в этих документах. В удовлетворении требований истца просят отказать в полном объеме. 

После ознакомления с экспертным заключением АНО Право в экономике, проведенным по определению суда экспертизы давности выполнения реквизитов документов, сторонами в суд представлены письменные пояснения истца, в сути которых истце настаивал на исковых требованиях, давая оценку собранным доказательствам, а также письменный отзыв представителя ответчика ФИО9 в которых указывается, что истец в письменном отзыве № указывает, что для устройства на работу в ООО «УраЛИжтрак» он обращался непосредственно к председателю Наблюдательного совета ФИО2, которому якобы передал все свои документы. Далее истец указывает, что именно ФИО2 затягивал с выдачей подписанного трудового договора. Таким образом, истец подтверждает, что о приеме на работу он договаривался именно с ФИО2, а не с директором ООО «УраЛИжтрак» ФИО3 Между тем в отзыве № истец утверждает, что он не обращался к ФИО2 В отзыве № истец утверждает, что подписание трудового договора было им произведено в период с 10 по 

<

дата>. Однако в отзыве № истец уже считает подписание трудового договора в период с октября 2018 года по январь 2019 года закономерным. Указанные противоречия истца прямо говорят о намеренном введении суд в заблуждение. Также, умышленно ложным являлся тезис истца о том, что трудовой договор был подписан истцом в период с 10 по 

<

дата>, причем истец указывает, что на трудовом договоре уже стояла печать ООО «УраЛИжтрак». Между тем, как установлено экспертным заключением и подпись ФИО1 и печать ООО «УраЛИжтрак» были нанесены на трудовой договор не ранее декабря 2018 года. Указание в реквизитах договора адреса работодателя: 

<

адрес> также подтверждает, что трудовой договор мог быть составлен и соответственно подписан лишь после 07-го декабря 2018 года, так как такой адрес был зарегистрирован в ЕГРЮЛ лишь 07.12.2018г. 

Кроме этого все работы, которые истец перечисли в отзыве №, истец выполнял непосредственно для ФИО2, что подтверждается электронной перепиской между ФИО1 и ФИО2 Между тем, ФИО2 никогда не являлся и не является директором ООО «УраЛИжтрак», а в период с марта 2018 года по январь 2019 года не занимал в ООО «УраЛИжтрак» должности, которая бы позволяла ему давать поручения от имени ООО «УраЛИжтрак». В трудовом договоре также не указано: кому непосредственно подчиняется ФИО1 при выполнении своих «трудовых функций». Полномочия ФИО2, как председателя Наблюдательного совета ООО «УраЛИжтрак» установлены уставом общества, и не дают ему право нанимать кого бы то ни было на работу, и давать поручения от имени ООО «УраЛИжтрак». По сути, между ФИО2 и ФИО1 сложились гражданско-правовые отношения, регулируемые договором поручения, где ФИО1, как исполнитель, выполнял частные поручения ФИО2, как заказчика. За весь период «работы» ФИО1 направил в адрес ФИО2 лишь четыре документа. Таким образом, 1 план, 1 проект, 2 записки и 1 перевод текста, которые истец предоставил в качестве доказательств нахождения в трудовых отношениях с ответчиком, фактически истец составил лично для ФИО2, а не для ООО «УраЛИжтрак» (что признает и сам истец). При этом ФИО3, являющийся на тот момент единоличным исполнительным органом ООО «УраЛИжтрак», имеющим право отдавать приказы, планировать деятельность организации, давать какие-либо поручения работникам и контролировать их выполнение, в период с марта по декабрь 2018 года непосредственно с истцом ни в какие контакты не вступал (за исключением единственной встречи для подписания фиктивного трудового договора и проставления на нем печати), никакие поручения истцу не давал. Проанализировав все доказательства в комплексе, в том числе: заключение эксперта; показания свидетеля ФИО3; отсутствие в штатном расписании организации должности начальника финансово-экономического отдела (и самого финансово- экономического отдела); отсутствие непосредственно ФИО1 в отчетности организации, направляемой во внебюджетные фонды; отсутствие хозяйственной и другой деятельности ООО «УраЛИжтрак»; оплата работы ФИО1 не ООО «УраЛИжтрак», а лично ФИО2; несоответствие формы и содержания трудового договора от 19.03.2018г. принятым в ООО «УраЛИжтрак» и уже заключенным трудовым договорам; противоречие показаний самого истца в своих отзывах, можно сделать однозначный вывод о том, что между истцом и ответчиком отсутствовали признаки трудовых отношений. Как указал Конституционного Суда РФ в определении от 

<

дата> № суды общей юрисдикции должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов, но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации. Таким образом, ответчик не состоял и не мог состоять с истцом в трудовых отношениях в период с 

<

дата> по январь 2019 года, так как ни у истца, ни у ответчика не было такой цели. Факт возникновения трудовых отношений между истцом и ответчиком материалами дела опровергается. 

Как установлено экспертным заключением, а также показаниями свидетеля ФИО3, трудовой договор, датированный 19.03.2018г. (который представлен истцом в качестве основного доказательства взыскания сумм заработной платы), был составлен и подписан сторонами не ранее декабря 2018 года. Таким образом, трудовой договор от 19.03.2018г. имеет признаки подложности (фальсификации). В соответствии со статьей 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами (Допустимость доказательств). Следовательно, для подтверждения возникновения трудовых правоотношений между истцом и ответчиком именно с 19-го марта 2018 года, и соответственно, взыскания заработной платы с этой даты, истец должен представить в суд трудовой договор составленный и заключенный именно в этот период. В связи с этим, представленный истцом трудовой договор от 19.03.2018г., но составленный и подписанный лишь, самое раннее, в середине декабря 2018 года, является недопустимым доказательством.

Допрошенный свидетель ФИО3, суду пояснил, что с 

<

дата> вновь является директор ООО « УралИжТрак».Ранее был также директором с 

<

дата> по 

<

дата>. С ФИО8 встречался на площади 50 лет Октября, примерно 2 раза по 2 часа, в конце ноября 2018 года, последний готовил документы для сайта Минпром, принес документы на флешке и отдал. Более не помнит встреч с истцом. В то время сняли новые площади, не было оборудования. Истец просил его дать ему место. В марте 2018 года с истцом трудовой договор не подписывал, так как он директором не работал на тот период. В январе 2019 года подписал истцу трудовой договор по просьбе истца, т.к. истец его распечатал и принес. Внес в трудовую книжку истца запись о работе.

Суд, выслушав стороны, допросив свидетелей, исследовав материалы гражданского дела, приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 15 Трудового кодекса российской Федерации (далее по тексту также – ТК РФ) трудовые отношения представляют собой отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В соответствии со ст. 16 ТК РФ трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом, а также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Как указано в ст. 56 ТК РФ, трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Трудовой договор должен отражать существенные условия, предусмотренные ст. 57 ТК РФ, в том числе: место работы; трудовая функция (работа по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретный вид поручаемой работнику работы); дата начала работы, а в случае, когда заключается срочный трудовой договор, - также срок его действия и обстоятельства (причины), послужившие основанием для заключения срочного трудового договора в соответствии с настоящим Кодексом или иным федеральным законом; условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты); режим рабочего времени и времени отдыха (если для данного работника он отличается от общих правил, действующих у данного работодателя); условия, определяющие в необходимых случаях характер работы (подвижной, разъездной, в пути, другой характер работы).

Согласно ст. 61 ТК РФ трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя.

Работник обязан приступить к исполнению трудовых обязанностей со дня, определённого трудовым договором. 

В соответствии со ст. 67 ТК РФ трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами. Один экземпляр трудового договора передается работнику, другой хранится у работодателя. Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе.

В соответствии с требованиями ст. 68 ТК РФ прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора. Приказ (распоряжение) работодателя о приеме на работу объявляется работнику под роспись в трехдневный срок со дня фактического начала работы. По требованию работника работодатель обязан выдать ему надлежаще заверенную копию указанного приказа (распоряжения). При приеме на работу (до подписания трудового договора) работодатель обязан ознакомить работника под роспись с правилами внутреннего трудового распорядка, иными локальными нормативными актами, непосредственно связанными с трудовой деятельностью работника, коллективным договором.

Приказ о приеме на работу истца ФИО1 ни истцом, ни ответчиком в суд не представлен.

Истцом представлен его экземпляр трудового договора № от 

<

дата> между истцом ФИО1 и ответчиком ООО «УраЛИжтрак», в лице директора ФИО3, о приеме на должность : начальника финансово-экономического отдела с 

<

дата> с испытательным сроком 3 месяца с окладом в 40.000 рублей, с указанием обязанностей работника :

-исполнять общие обязанности, предусмотренные законодательством о труде и в соответствии с должностной инструкцией. 

-систематически повышать квалификацию;

- соблюдать производственную и технологическую дисциплину, правил охраны труда и техники безопасности ; 

-не разглашать сведения коммерческую тайну и конфиденциальную информацию. 

И права:

-докладывать обо всех недостатках в работе и ставить вопросы по устранению

-вносить предложения по совершенствованию работы. 

Трудовой договор подписан истцом и со стороны работодателя ФИО3

А также в суд истцом представлена копия трудовой книжки с записью № от 

<

дата> ООО «УраЛИжтрак» принят на работу на должность начальника финансового отдела., копия заверена директором ООО «УраЛИжтрак» ФИО3

Экземпляр трудового договора, представленный в суд со стороны истца и был направлен на экспертизу. 

Согласно экспертного заключения № от 

<

дата> АНО « Право в экономике» отвечая на вопрос в какой период времени выполнены подписи и оттиски печати в трудовом договоре № от 

<

дата>, дан ответ, что подпись от имени ФИО1 со второй страницы документа из трудового договора № от 19.03.2018г выполнена в период с октября 2018 года по январь 2019года. Оттиск печати ООО « УраЛИжтрак из трудового договора № от 19.03.2018г выполнена в период с декабря 2018года по январь 2019года. Установить в какой период времени выполнены штрихи рукописного текса « ФИО1» и « ФИО3» с первой страницы документа, подписи от имени и.о. директора ООО « УраЛИжтрак» ФИО3 со второй страницы документа не представляется возможным, поскольку на фоне продуктов термодесорбции бумаги не представляется возможным получить количественную характеристику содержания растворителя в штрихах (штрихи не пригодны для определения времени их выполнения). 

В силу требований ст.61 ТК РФ, а также с учетом собранных в совокупности по делу доказательств, а именно показаний в суде стороны истца, окончательно указавшего, что он не помнит когда подписывался трудовой договор, а также показаний стороны ответчика, фактически не отрицавшего факт подписания трудового договора между сторонами, но указывающего, что подписан трудовой договор был на 10 месяцев позже даты, указанной на нем ( март 2018года ), экспертного заключения указывающего на факт подписания договора в период с октября 2018года по январь 2019года, а также того факта, что ФИО3 являлся руководителем ООО УраЛИжтрак с 

<

дата> по 

<

дата> ( копия приказа об увольнении) и в дальнейшем вновь с 

<

дата> по 

<

дата> и показаний в суде свидетеля ФИО3 о период его работы в должности руководителя. А также имеющейся в материалах дела выписки из ЕГРЮ. А также тот факт, что ФИО3 на март 2018года – дату указанную в трудовом договоре не был директором, в то же время судом установлено, что на дату подписания трудового договора с истцом, ФИО3 вновь был назначен и являлся руководителем, т.е. в силу ст. 61 ТК РФ трудовой договор вступил в силу с момента его подписания, суд приходит к выводу, что трудовой договор между сторонами был заключен, и ФИО1 приступил к исполнению трудовых обязанностей в соответствии с п. 1.3 трудового договора № от 19.03.20018года в должности начальника финансово-экономического отдела с 

<

дата>, что и подписано руководителем. 

Одного факта заключённого между сторонами трудового договора не достаточно, поскольку нормами трудового законодательства предусмотрено, что работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы (абз. 5 ч. 1 ст. 21 ТК РФ); на работодателя возлагается обязанность выплачивать в полном размере причитающуюся работнику заработную плату в сроки, установленные в соответствии с Трудовым кодексом РФ, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовым договором (абз. 7 ч. 2 ст. 22 ТК РФ); заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда (ст. 135 ТК РФ); при прекращении трудового договора работодатель обязан произвести выплату всех сумм, причитающихся работнику, в день его увольнения (ст. 140 ТК РФ). При увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска (ст. 127 ТК РФ).

К характерным признакам трудового правоотношения, позволяющим отграничить его от других видов правоотношений, в том числе гражданско-правового характера относятся: личный характер прав и обязанностей работника, обязанность работника выполнять определенную, заранее обусловленную трудовую функцию, выполнение трудовой функции в условиях общего труда с подчинением правилам внутреннего трудового распорядка, возмездный характер трудового отношения (оплата производится за живой затраченный труд).

В соответствии со ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

В соответствии со ст.56 ГПК РФ на истца возложена обязанность по предоставлению доказательств обоснованности своих требований, в том числе доказательств нахождения истца (работника) и ответчика (работодателя) в трудовых правоотношениях; размера заработной платы, а также выполнения истцом определенной, заранее обусловленной трудовой функции, с подчинением правилам внутреннего трудового распорядка.

Суд, оценивая собранные в совокупности по делу доказательства, приходит к выводу, что истец не доказал, что в период с мая 2018года по декабрь 2018 года ( с учетом предмета иска) ежедневного выполнения определенной, заранее обусловленной трудовой функции, с подчинением правилам внутреннего трудового распорядка, поскольку сам истец в суде пояснил, что в период с 

<

дата> по конец октября 2018года он работал удаленно, дома на собственном компьютере и выполнял в основном поручения ФИО4. Истец в письменном виде указал и представил в суд письменные пояснения о выполняемой им работе, как начальника финансово-экономического отдела и приложенные в качестве доказательств электронную распечатку писем. Суд оценивая данные доказательства со стороны истца, не усматривает их как доказательства выполнения лично истцом заранее обусловленной трудовой функции, с подчинением у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, поскольку сам истец в данных доказательствах указывает даты их выполнения ( 

<

дата> ; 

<

дата> 

<

дата> и 16.07.2018г; и т.д.) т.е. периодично, а не систематически, и как сам указывает истец, не на рабочем месте в соответствующем офисе, а дома на персональном компьютере, и как сам истец указывает, что это были в основном указания члена наблюдательного совета ФИО2, и который работодателем истца и не являлся. Объем же работы выполненной и переданной истцом непосредственно руководителю и работодателю ФИО3 не значителен, и как указывает сам истец заключался в подготовке в электронной заявки на участие на конкурсной основе на право получение субсидий из федерального бюджета, проводимых Минпромторгом в октябре-ноябре 2018года. Суд также оценивает доказательства факта выполненной истцом работы в периоде с ноября по декабрь 2018года, как сам истец указывает в офисе на 

<

адрес> ( 

<

дата> и 12.12.2018г – в виде Корректировки план-бизнеса инвестиционного проекта, получение и формирование статистики Минсельхоза и перевод финансового соглашения ) также не возможно отнести к доказательствам выполнения ежедневной трудовой функции и именно как начальника финансово-экономического отдела. 

Иных доказательств, в их совокупности с другими письменными и свидетельскими показаниями, несмотря на разъяснение истцу, им в суд представлено не было. 

Суд соглашается в данной части с мнением и стороны ответчика, указывающего, что экземпляр трудового договора истца, резко отличается от представленных в суд со стороны ответчика иных трудовых договоров с иными работниками предприятиями, в части главы Обязанностей и прав работника, в том числе и доказательств именно в чем конкретно заключалась трудовая функция истца. Суд также принимает в качестве относимых и допустимых доказательств со стороны ответчика доказательств, что предприятие в период с 2017 -2018 год деятельность не велось. А также, что аренда помещения на 

<

адрес> г. Ижевска была заключена только с 

<

дата>, а потому и работа истца в офисе в период с марта по октябрь 2018года не могла осуществляться. Данные выводы в совокупности подтверждаются по мимо представленных со стороны ответчика письменных доказательств, в том числе и штатным расписанием, в котором отдел указываемый истцом, отсутствует, а также показаниями в суде как представителем ответчиков, в том числе ФИО9 и ФИО2, а также показаниями допрошенного в суде свидетеля ФИО3, указывающих, что истец ежедневно трудовую функцию начальника финансово-экономического отдела не выполнял. 

Истец не представил в суд относимых и допустимых доказательств, что именно он лично выполнял указанную им работу, и что эту работу ответчик работодатель у него принял. 

Кроме того, суд рассмотрев профессиональный стандарт и Функциональные обязанности по должности начальника финансово-экономического отдела и тот объем работы, который возложен на данную должность данным стандартом, в том числе например ведение планов счетов бухгалтерского учета методы организации разработки проектно-сметной документации, технологию и организацию работ по профилю предприятия, разрабатывает механизмы повышения финансовой устойчивости, проводит анализ потребностей в финансовых средствах и т. д. и с учетом указываемой истцом и выполняемой им трудовой функции, говорить о должном объеме выполняемой истцом работы, не приходится. А потому и говорит о сложности, количестве и качестве выполняемой истцом работы, не приходится. 

Суд отмечает, что истец заявления о приеме на работу не писал, оформление истца на работу непосредственно руководителем ответчика не производилось, приказ о приеме на работу не издавался и до истца не доводился. 

Предусмотренная вышеуказанными нормами Трудового кодекса Российской Федерации процедура приема на работу и согласования сторонами существенных условий трудового договора, а также сами существенные условия трудового договора из заявления истца, его объяснений и из материалов дела не усматриваются.

Оформление на работу и увольнение с работы не производились, соответствующих требований об оформлении трудовых отношений и их прекращения истцом не заявлено, в том числе в настоящем деле.

Не подтверждается материалами дела наличие у истца претензий к ответчику в связи с ненадлежащим оформлением трудовых отношений согласно требованиям вышеизложенных норм Трудового кодекса Российской Федерации и предполагаемом нарушении трудовых прав.

Таким образом, исходя из того, что: 

- несмотря на то, что трудовой договор между сторонами заключен, доводы ответчика о фиктивности трудового договора из совокупности доказательств своего подтверждения не нашли 

-истцом не представлено суду достаточно достоверных доказательств его фактического допуска ответчиком (уполномоченным на то работником ответчика) к работе; 

-истцом не представлено суду достаточно достоверных доказательств выполнения какой-либо работы в интересах ответчика,

-поскольку у истца заработная плата указана как оклад, что истец не доказал, что в требуемом в иске периоде он вырабатывал норму рабочего времени, ежедневно выполняя указываемую им трудовую функцию и подчиняясь у работодателя правила внутреннего трудового распорядка, 

а потому и суд приходит к выводу, требования истца по выплате заработной платы за спорный период удовлетворению не подлежат, как не подлежат удовлетворению и вытекающие из него требования компенсация по ст. 236 ТК РФ и морального вредам. 

Таким образом, принимая во внимание выше изложенное требования истца ФИО1 к ООО «УраЛИжтрак» о взыскании заработной платы, компенсации по ст. 236 ТК РФ, морального вреда не основано на законе, а потому удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ООО «УраЛИжтрак» о взыскании заработной платы, компенсации по ст. 236 ТК РФ, морального вреда, - отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Удмуртской Республики (через Первомайский районный суд г. Ижевска) в течение месяца со дня изготовления мотивированной части решения.

Мотивированная часть решения изготовлена : 

<

дата>.

Судья : М.А. Обухова