Дело №2-1711/2019 

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

3 июля 2019 года г. Кызыл

Кызылский городской суд Республики Тыва в составе председательствующего судьи Сватиковой Л.Т., при секретаре Доржу А.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Федерального казенного учреждения «Исправительная колония №1 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Тыва» к Н о возмещении материального ущерба, 

с участием представителя истца ФИО1, ответчика Н, 

у с т а н о в и л:

ФКУ «Исправительная колония №1 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Тыва» (далее – ФКУ ИК-1 УФСИН России по РТ) обратилось в суд с иском к Н о возмещении материального ущерба. В обоснование иска указано, что Н проходил службу в ФКУ ИК-1 УФСИН России по РТ на должности начальника производственного отдела с ДД.ММ.ГГГГ. Приказом УФСИН России по РТ от ДД.ММ.ГГГГ №-лс Н был назначен на должность старшего инспектора группы социальной защиты и учета трудового стажа осужденных ФКУ ЛИУ-2 УФСИН России по Республике Тыва. 

Постановлением государственного инспектора труда Государственной инспекции труда в Республике Тыва от ДД.ММ.ГГГГ № ФКУ ИК-1 УФСИН России по РТ подвергнуто административному наказанию в виде административного штрафа в размере 65000 рублей за нарушение норм трудового законодательства, выявленных в ходе проверки первым заместителем прокурора Республики Тыва С, по факту необеспечения электросварщика Ч средствами индивидуальной защиты (СИЗ) руководством ФКУ ИК-1 УФСИН России по РТ. 

Согласно перечню норм, сроков обеспечения работника по должности электросварщика ручной сварки спецодеждой, спецобувью и другими средствами индивидуальной защиты, утв. начальником ФКУ ИК-1 УФСИН России по РТ от ДД.ММ.ГГГГ, электросварщику ручной сварки положены: комбинезон х/б для защиты от общих производственных загрязнений и механических воздействий-1 шт. на 1 год; костюм из смешанных тканей для защиты от общих производственных загрязнений и механических воздействий-1 шт. на 1 год; ботинки кожаные – 1 пара на 1 год; рукавицы комбинированные – 1 пара на 1 год; перчатки х/б – 4 пары на 1 год; перчатки с полимерным покрытием – 1 пара на 1 год; очки защитные – 1 шт. до износа; перчатки с защитным покрытием морозостойкие с шерстяными вкладышами – 3 пары на 1 год. 

В личной карточке Ч отсутствуют данные о выданных средствах индивидуальной защиты.

Приказом ФКУ ИК-1 УФСИН России по РТ от ДД.ММ.ГГГГ № Н был назначен ответственным лицом по охране труда и технике безопасности. 

Вследствие несоблюдения требований законодательства РФ начальником производственного отдела Н нарушены требования норм действующего трудового законодательства, что повлекло наложение административного наказания по ч. 4 ст. 5.27 КоАП РФ в виде штрафа 65000 рублей на ФКУ ИК-1 УФСИН России по РТ.

Ссылаясь на письмо Роструда от 19.03.2006 № 1746-6-1, положения Трудового кодекса Российской Федерации и Гражданского кодекса Российской Федерации, истец считает, что к прямому действительному ущербу можно отнести сумму уплаченных штрафов, наложенных на организацию по вине работника.

Просит взыскать с ответчика в пользу истца сумму, взысканную вследствие привлечения к административной ответственности ФКУ ИК-1 УФСИН России по РТ 65000 рублей.

В судебном заседании представитель истца Ф, действующая на основании доверенности, иск поддержала по изложенным основаниям. 

Ответчик ФИО2 иск не признал, поддержав доводы письменного возражения, в котором указал, что его вина не установлена; сумма административного штрафа не может быть отнесена к прямому реальному действительному ущербу, который обязан возместить работник организации. 

Выслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетеля, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с п.1 ст. 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

Так как нормы, специально регулирующие вопросы возмещения материального ущерба сотрудниками ФСИН России, отсутствуют, то подлежат применению положения Трудового кодекса Российской Федерации. 

В силу ст.233 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

Согласно ст. 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат. Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

В соответствии со ст. 239 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность работника исключается в случаях возникновения ущерба вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику.

В силу ст. 241 Трудового кодекса Российской Федерации за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Согласно ст. 242 Трудового кодекса Российской Федерации полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере.

Как разъяснено в п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. №52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Пунктом 5 данного Постановления также разъяснено, что работник не может быть привлечен к материальной ответственности, если ущерб возник вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику (статья 239 ТК РФ). К нормальному хозяйственному риску могут быть отнесены действия работника, соответствующие современным знаниям и опыту, когда поставленная цель не могла быть достигнута иначе, работник надлежащим образом выполнил возложенные на него должностные обязанности, проявил определенную степень заботливости и осмотрительности, принял меры для предотвращения ущерба, и объектом риска являлись материальные ценности, а не жизнь и здоровье людей. Неисполнение работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику, может служить основанием для отказа в удовлетворении требований работодателя, если это явилось причиной возникновения ущерба.

Таким образом, из анализа приведенных норм законодательства, регулирующего спорные правоотношения, следует, что материальная ответственность может быть применена к работнику при наличии одновременно четырех условий: прямого действительного ущерба, противоправности поведения работника, вины работника в причинении ущерба, причинной связи между противоправным поведением работника (действиями или бездействием) и наступившим ущербом. Работник освобождается от материальной ответственности, когда сам работодатель поставил работника в такие условия, в которых при любой степени его добросовестного отношения к выполнению обязанности по сохранению материальных ценностей обеспечить такую сохранность невозможно.

Согласно разъяснениям, данным Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в пункте 15 постановления от 16 ноября 2006 года N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю", в силу статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить лишь прямой действительный ущерб, причиненный работодателю, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества, а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение или восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

Под ущербом, причиненным работником третьим лицам, следует понимать все суммы, которые выплачены работодателем третьим лицам в счет возмещения ущерба. При этом необходимо иметь в виду, что работник может нести ответственность лишь в пределах этих сумм и при условии наличия причинно-следственной связи между виновными действиями (бездействием) работника и причинением ущерба третьим лицам.

Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Таким образом, данное в статье 238 Трудового кодекса Российской Федерации понятие прямого действительного ущерба не является тождественным понятию убытков, содержащимся в статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, и в настоящем случае нормы ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации к рассматриваемому правоотношению не применимы. 

Как установлено, Н проходил службу в ФКУ ИК-1 УФСИН России по РТ на должности начальника производственного отдела с ДД.ММ.ГГГГ. Приказом УФСИН России по РТ от ДД.ММ.ГГГГ №-лс Н был назначен на должность старшего инспектора группы социальной защиты и учета трудового стажа осужденных ФКУ ЛИУ-2 УФСИН России по Республике Тыва. 

Постановлением государственного инспектора труда Государственной инспекции труда в Республике Тыва от ДД.ММ.ГГГГ № ФКУ ИК-1 УФСИН России по РТ подвергнуто административному наказанию в виде административного штрафа в размере 

<

данные изъяты> рублей за нарушение норм трудового законодательства, а именно: по факту необеспечения электросварщика Ч средствами индивидуальной защиты (СИЗ) руководством ФКУ ИК-1 УФСИН России по РТ. 

Данную сумму штрафа, оплаченную истцом – юридическим лицом, истец полагает суммой материального ущерба, понесенного в результате ненадлежащего исполнения ответчиком своих должностных обязанностей. 

Между тем, применение ст. 238 Трудового кодекса Российской Федерации к работнику, если организация была привлечена к административной ответственности и понесла материальный ущерб по вине работника, возможно только при условии, что административный проступок был совершен самим работником, а его вина была установлена соответствующим государственным органом.

При рассмотрении дела, в силу ст. 56 ГПК РФ, обязанность доказать заявленные требования, в том числе наличие ущерба, причину его образования, его действительный размер и виновность ответчика в причинении ущерба возлагается на истца.

Однако истцом в материалы дела не представлено надлежащих доказательств того, что указанные расходы в виде оплаченного штрафа напрямую связаны с действиями (бездействием) ответчика. 

Так, согласно иску и пояснениям представителя истца в суде – бездействие ответчика выразилось в отсутствии надлежащего контроля за выдачей работнику средств индивидуальной защиты. При этом истцом не представлено ни одного доказательства того, что данные средства индивидуальной защиты имелись в ФКУ ИК-1 УФСИН России по РТ и если имелись, то по чьей вине они не были выданы; не представлена личная карточка вышеуказанного работника, что не позволяет проверить, какие именно и когда выдавались ему средства индивидуальной защиты. 

Кроме того, свидетель ФИО3 показал, что работал в рассматриваемый период мастером производственного отдела, контроль за выдачей средств индивидуальной защиты на указанном участке входил в его должностные обязанности; средства индивидуальной защиты были не в полном объеме, но если данные средства имелись на складе, то они работникам выдавались; электросварщик Чымы работал на отдаленном участке и поэтому в карточке не всегда расписывался. 

Таким образом, истцом не доказаны виновные действия (бездействие) ответчика, а также причинно-следственная связь между действиями (бездействием) ответчика и наступившими неблагоприятными последствиями. Напротив, из пояснений ответчика и показаний свидетеля следует, что сам работодатель не в полном объеме обеспечивал работников средствами индивидуальной защиты. 

Кроме того, анализ приведенных выше положений трудового законодательства не позволяет отнести к материальной ответственности работника выплату работодателем ответчика штрафа третьему лицу, поскольку штраф является мерой административной ответственности, применяемой к юридическому лицу за совершенное административное правонарушение, такая выплата не направлена на возмещение причиненного третьему лицу ущерба, что является обязательным условием наступления ответственности работника перед работодателем, сумма уплаченных финансовых санкций не относится к категории наличного имущества истца.

Таким образом, поскольку оснований для наступления у работодателя права регрессного требования к работнику при рассмотрении данного дела не установлено, а сумма финансовых санкций в виде административного штрафа, уплаченных истцом ФКУ ИК-1 УФСИН РФ по РТ в соответствии с законом, не может быть отнесена к прямому реальному действительному ущербу, который обязан возместить работник организации без условия доказанности его вины, то оснований для удовлетворении заявленных исковых требований не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194,198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л :

в удовлетворении иска Федерального казенного учреждения «Исправительная колония №1 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Тыва» к Н о возмещении материального ущерба отказать. 

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Тыва через Кызылский городской суд в течение месяца дней со дня изготовления мотивированного решения. 

Мотивированное решение изготовлено 8 июля 2019 года. 

Судья Л.Т. Сватикова