Р Е Ш Е Н И Е

02 марта 2021 года г. Бежецк

Судья Бежецкого межрайонного суда Тверской области Величко П.С., 

с участием государственного инспектора Тверской области в области охраны окружающей среды ФИО1,

представителя лица, в отношении которого возбуждено производство по делу об административном правонарушении, ФИО2 – ФИО3, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в Бежецком межрайонном суде Тверской области, расположенном по адресу: 

<

...>, жалобу государственного инспектора Тверской области в области охраны окружающей среды ФИО1 на постановление мирового судьи судебного участка №2 Тверской области Белугиной А.А., и.о. мирового судьи судебного участка №3 Тверской области, от 22 октября 2020 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1.2 ст. 8.37 КоАП РФ, в отношении ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, русского, гражданина РФ, с высшим образованием, женатого, имеющего на иждивении двоих несовершеннолетних детей, ДД.ММ.ГГГГ г. и ДД.ММ.ГГГГ г. рождения, работающего инженером 

<

данные изъяты> зарегистрированного и проживающего по адресу: 

<

адрес>,

у с т а н о в и л:

постановлением мирового судьи судебного участка №2 Тверской области Белугиной А.А., и.о. мирового судьи судебного участка №3 Тверской области, от 22 октября 2020 года производство об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1.2 ст. 8.37 КоАП РФ, в отношении ФИО2 прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ. 

Не согласившись с указанным постановлением, государственный инспектор Тверской области в области охраны окружающей среды ФИО1 обратился в суд с жалобой, в которой просит постановление по делу об административном правонарушении от 22.10.2020 г. отменить. В обоснование доводов жалобы указывает, что мировым судьей нарушены нормы материального и процессуального права, обстоятельствам по делу дана неправильная оценка. Прекращая производство по делу, мировой судья руководствовался тем, что по делу не установлено, что целью нахождения ФИО4 в охотничьих угодьях являлась охота, что следует из его и его представителя показаний. К охоте приравнивается нахождение в охотничьих угодьях лица с собакой охотничьей породы, поэтому вывод судьи в этой части не основан на положениях Федерального закона от 24.07.2002 года №209-ФЗ «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации». Кроме того, собака без привязи способна вести поиск, выслеживание, преследование и добычу животных, что является охотой. Такие действия собаки ФИО2 зафиксированы видеозаписью правонарушения, представленной суду Министерством, а также показаниями допрошенного в ходе судебного заседания по ходатайству представителя ФИО2 – специалиста ФИО8, кинолога служебного собаководства, показавшей, что зафиксированная на видеозаписи собака бегает, нюхает, суетится. Мировой судья указал, что из представленных доказательств нельзя сделать однозначный вывод о принадлежности собаки ФИО2 к охотничьей породе. При этом в обоснование такого вывода приведены показания допрошенных по делу специалистов, а также лица, привлекаемого к административной ответственности. По мнению подателя жалобы, показаниям данных лиц дана ненадлежащая правовая оценка, а пояснения участвовавшего при рассмотрении дела государственного инспектора Тверской области в области охраны окружающей среды ФИО1, обнаружившего правонарушение и составившего соответствующий протокол в отношении ФИО2, в судебном акте не приведены и не получили оценки суда. Так, государственный инспектор ФИО1 в судебном заседании подтвердил обстоятельства правонарушения, указанные в протоколе по делу об административном правонарушении, пояснив также в суде, что ФИО2 на месте правонарушения дважды подтвердил, что его собака относится к породе легавая. Данное его утверждение зафиксировано на видеозаписи с места правонарушения, которая недопустимым доказательством по делу не признавалась, приобщена к материалам дела. При этом, приводя в постановлении данные этой видеозаписи, суд исказил объяснения, данные ФИО2, указав, что последний сообщил, что его собака не является охотничьей, в то время как он пояснил инспектору, что он не охотится, а его собака относится к породе легавых. Опираясь в постановлении на показания специалиста ФИО8 о том, что собака ФИО2 является дворовой, суд не учел, что такое ее утверждение основано лишь на том, что на животное не представлен паспорт. При этом она не смогла пояснить, почему собака не является охотничьей. Ввиду этого вызывает сомнение квалификация такого специалиста и ее способность определить породу собаки, поскольку таковая устанавливается не паспортом, а по внешним признакам животного. Паспорт же лишь это подтверждает. Надлежащей оценки данные факты в постановлении не получили. Согласно показаниям специалиста ФИО9, предупрежденного об ответственности по ст. 17.9 КоАП РФ и допрошенного с соблюдением требований действующего административного законодательства, имеющего высшее образование биолога-охотоведа и стаж работы по специальности более 20 лет, которые допустимыми и достоверными доказательствами не опровергнуты, следует, что зафиксированная на видеозаписи собака ФИО2 имеет породу курцхаар легавая, что следует из ее окраса, внешнего вида, формы головы. Аналогичные показания в ходе судебного заседания дал специалист биолог-охотовед ФИО7 Неопровержимых доказательств того, что собака ФИО2 является метисом в деле нет, а представленный им суду паспорт на собаку оформлен ветеринарной службой г. Кашина, которая не относится к числу лиц, правомочных определять породу собак. При этом при составлении протокола об административном правонарушении ФИО2 пояснил, что принадлежащая ему собака наблюдается в ветеринарной клинике г. Твери и относится к породе легавая. Кроме того, целью оформления такого паспорта является не фиксация породы собак, а фиксация прививок. Также этот документ не представлялся ФИО2 инспектору Министерства, в производстве которого находилось дело, а был представлен лишь мировому судье, спустя значительное время после возбуждения дела. В ходе рассмотрения дела представителем Министерства было представлено объяснение руководителя ветеринарной клиники г. Кашина, где она сообщила о том, что паспорт на собаку, представленный ФИО2 суду, оформляла она, а породу собаки указала со слов ее хозяина. Однако суд не дал никакой оценки этому факту, в судебное заседание в целях проверки показаний данное лицо не вызывал. На основании изложенного просит отменить постановление мирового судьи как незаконное и необоснованное. 

В отзыве на жалобу лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, ФИО2 просит постановление по делу оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения. В обоснование доводов указал, что постановление мирового судьи является законным и обоснованным. Ссылаясь на положения ч. 5 ст. 1, ч. 2 ст. 57 Федерального закона от 24.07.2009 №209-ФЗ «Об охоте и сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», указывает, что собака, ему принадлежащая, охотничьей не является, что подтверждается международным паспортом собаки (прививочным сертификатом), согласно которому порода собаки указана как метис, то есть порода не определена ввиду смешения кровей разных собак. Такой вывод сделала ветеринар при постановке собаки на первичный учет в 2017 году. Ссылка подателя жалобы на объяснение руководителя ветеринарной клиники г. Кашина, выдавшей вышеуказанный паспорт, не подлежит правовой оценке, поскольку доказательство получено с нарушением закона, лицо было допрошено вне судебного заседания, права и обязанности не разъяснены, предупреждение об административной ответственности не сделано. В силу ч. 3 ст. 26.2 КоАП РФ такое доказательство является недопустимым. ФИО2 неоднократно заявлял, что собака не является охотничьей, о чем свидетельствуют и приложенные в материалы дела пояснения от 18.06.2020 и объяснения от 07.05.2020. Привлеченный специалист ФИО8, имеющая специальное образование инструктора-кинолога служебного собаководства, после просмотра видео и фотографий собаки, также пояснила, что собака относится к дворовой породе и охотничьей не является. Специалист ФИО11 несмотря на то, что его показания являются недопустимыми, отвечая на вопрос защитника о том, исключает ли он, что собака может быть смешанных пород, в том числе не охотничьих, ответил, что не исключает. Специалист ФИО7, отвечая на вопрос судьи о том, может ли он однозначно утверждать только по внешним признакам, что собака является охотничьей, ответил, что не может, однозначный вывод можно сделать только по результатам генетической экспертизы. На вопрос защитника о том, исключает ли он, что собака смешанных пород, ответил, что однозначно нет. Все неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица. Вопреки доводам жалобы о том, что в деле отсутствуют неопровержимые доказательства принадлежности собаки к дворовой породе, бремя доказывания наличия состава правонарушения лежит на административном органе. Ввиду отсутствия неопровержимых доказательств вины лица, привлекаемого к административной ответственности, производство по делу об административном правонарушении правомерно было прекращено.

Государственный инспектор Тверской области в области охраны окружающей среды ФИО1 в судебном заседании поддержал доводы жалобы, просил их удовлетворить. Дополнительно пояснил, что в им в день произошедших событий было выявлено нарушение обязательных требований в области охоты, а именно на территории общедоступных охотничьих угодий ФИО2 выгуливал свою собаку охотничьей породы легавая не на привязи, которая осуществляла поиск, что подтверждается материалами дела, в частности имеющейся в деле видеозаписью. Сам владелец собаки ФИО2 на вопросы о том, какой породы собака, ответил, что она легавая. Полагал, что по внешним признакам собаки возможно достоверно определить, к какой породе она относится, для чего не требуется проведение экспертизы. Собака ФИО2 относится к охотничьей легавой, что подтверждается допрошенными по делу специалистами ФИО9, ФИО7, которые определили ее породу по внешним признакам. Также указал, что если у собаки смешанных кровей 50% охотничьих и 50% дворовых, следовательно, она уже является охотничьей. Ссылаясь на проводимые выставки собак, указал, что их порода также определяется специальной комиссией исходя из внешнего вида, окраса, иных признаков, при этом анализ крови у них не отбирается. В судебном заседании приобщал к материалам дела письменные объяснения руководителя ветеринарной клиники 

<

адрес> г. Кашина Тверской области ФИО10, предупрежденной об ответственности по ст. 17.9 КоАП РФ с разъяснением предусмотренных кодексом прав и обязанностей, которые отобраны у нее им 17.10.2020 года, и которые считает допустимым доказательством по делу. При этом данные объяснения им лично были отобраны у ФИО10 в связи с тем, что ранее ФИО2 пояснял, что собака наблюдается в г. Твери, но впоследствии было установлено, что на самом дела она наблюдается в ветеринарной клинике в г. Кашин, где и были взяты объяснения у руководителя данной клиники. 

Представитель лица, в отношении которого возбуждено производство по делу об административном правонарушении, ФИО2 – ФИО3 в судебном заседании возражал против удовлетворения доводов жалобы, полагая их незаконными и необоснованными, поддержав представленный отзыв на жалобу. Дополнительно пояснил, что согласно письменным пояснениям ФИО2 его собака охотничьей не является. Согласно международному паспорту порода собаки указана как метис, данный документ не оспорен. По внешним данным, признакам породу собаки определить невозможно. При проведении выставок владельцы собак имеют родословные животных, возможно у них отбирают пробы крови. Ни один из допрошенных по делу специалистов однозначно не утверждал, что собака ФИО2 является охотничьей. Данное обстоятельство не установлено. При этом полагал, что специалист ФИО9 является заинтересованным лицом, поскольку он является сотрудником административного органа, в связи с чем, имеются сомнения в обоснованности данных им пояснений. Специалист ФИО8, являющаяся инструктором-кинологом служебного собаководства, и имеющая более узкую специализацию, пояснила, что собака относится к дворовой породе. Таким образом, по внешним признакам невозможно установить породу собаки. Специалист ФИО7 в суде пояснил, что собака может быть метисом. Соответствующая экспертиза на предмет определения породы собаки не проводилась. Вина ФИО2 не подтверждена. Все неустранимые сомнения толкуются в пользу привлекаемого к административной ответственности лица. Имеющееся в деле письменное объяснение ФИО10 полагал недопустимым доказательством, поскольку ее личность в суде не устанавливалась, объяснение было отобрано вне судебного заседания, права и обязанности не разъяснены, при этом согласно положениям КоАП РФ сбор необходимых материалов, доказательств осуществляется на стадии производства по делу. При этом в случае необходимости представитель административного органа не был лишен возможности по ходатайству заявить о вызове и допросе необходимых по делу лиц, учитывая, что бремя доказывания вины привлекаемого к административной ответственности лица возложено на административный орган. Лицо, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, ФИО2, надлежащим образом неоднократно извещавшийся о времени и месте рассмотрения жалобы, в судебное заседание не явился, повторно об отложении слушания материала не ходатайствовал, направив в суд для представления его прав и интересов своего представителя по доверенности ФИО3

С учетом мнения участвующих лиц дело рассмотрено в отсутствие неявившегося лица.

Выслушав участников процесса, изучив доводы жалобы, отзыва на жалобу, исследовав материалы дела об административном правонарушении в отношении ФИО2, прихожу к следующему.

Согласно положениям ст. 30.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ) при рассмотрении жалобы на постановление по делу об административном правонарушении проверяется законность и обоснованность вынесенного постановления, в том числе на основании имеющихся в деле и дополнительно представленных материалов. Судья, вышестоящее должностное лицо не связаны доводами жалобы и проверяют дело в полном объеме.

В силу ч. 3 ст. 29.1 КоАП РФ судья, орган, должностное лицо при подготовке к рассмотрению дела об административном правонарушении выясняют, правильно ли составлен протокол об административном правонарушении, а также правильно ли оформлены иные материалы дела, достаточно ли имеющихся по делу материалов для его рассмотрения по существу.

По делу об административном правонарушении выяснению подлежат, в том числе, наличие события административного правонарушения, лицо, совершившее противоправные действия (бездействие), виновность лица в совершении административного правонарушения, что предусмотрено ст.26.1 КоАП РФ.

В соответствии с положениями ст.ст. 26.2, 26.11 КоАП РФ, доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

Указанные данные устанавливаются протоколом об административном правонарушении, иными протоколами, предусмотренными настоящим Кодексом, объяснениями лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями эксперта, иными документами, а также показаниями специальных технических средств, вещественными доказательствами.

Судья, члены коллегиального органа, должностное лицо, осуществляющие производство по делу об административном правонарушении, оценивают доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела в их совокупности. Никакие доказательства не могут иметь заранее установленную силу.

Как следует из ч. 1 ст. 2.1 КоАП РФ административным правонарушением признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое настоящим Кодексом или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность.

Административная ответственность за осуществление охоты с нарушением установленных правилами охоты сроков охоты, за исключением случаев, если допускается осуществление охоты вне установленных сроков, либо осуществление охоты недопустимыми для использования орудиями охоты или способами охоты, предусмотрена ч. 1.2 ст. 8.37 КоАП РФ.

Согласно п.п. 5, 7, 8 ст. 1 Федерального закона от 24.07.2009 года №209-ФЗ «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» охота – это деятельность, связанная с поиском, выслеживанием, преследованием охотничьих ресурсов, их добычей, первичной переработкой и транспортировкой; способы охоты – методы и приемы, применяемые при осуществлении охоты, в том числе с использованием охотничьих сооружений, собак охотничьих пород, ловчих птиц; сроки охоты – сроки, определяемые периодом, в течение которого допускается добыча охотничьих ресурсов. 

В силу ст. 23 указанного Федерального закона основой осуществления охоты и сохранения охотничьих ресурсов являются правила охоты. Правила охоты обязательны для исполнения физическими лицами и юридическими лицами, осуществляющими виды деятельности в сфере охотничьего хозяйства, за исключением деятельности, указанной в ст. 14.1 настоящего Федерального закона.

В соответствии с ч. 2 ст. 57 Федерального закона «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» к охоте приравнивается нахождение в охотничьих угодьях физических лиц с орудиями охоты и (или) продукцией охоты, собаками охотничьих пород, ловчими птицами.

Таким образом, объективная сторона правонарушения, предусмотренного ч. 1.2 ст. 8.37 КоАП РФ, выражается в нарушении правил охоты, то есть требований к осуществлению охоты и сохранению охотничьих ресурсов на всей территории Российской Федерации, в частности нахождение физических лиц в охотничьих угодьях с орудиями охоты и (или) продукцией охоты, собаками охотничьих пород, ловчими птицами без соответствующего разрешения в закрытые для охоты сроки.

Из положений Постановления Губернатора Тверской области от 03.09.2012 года №216-пг «Об утверждении видов разрешенной охоты и параметров осуществления охоты в охотничьих угодьях на территории Тверской области, за исключением особо охраняемых природных территорий федерального значения» следует, что срок весенней охоты на водоплавающую и боровую дичь в Бежецком районе Тверской области определен с четвертой субботы апреля продолжительностью 10 календарных дней, то есть применительно к 2020 г. – с 25 апреля 2020 г.

Согласно протоколу об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ в 20 часов 07 минут в 580 м на восток от 

<

адрес>, в 200 м на север от д. 

<

адрес> ФИО2 находился в общедоступных охотничьих угодьях Бежецкого района Тверской области с собакой охотничьей породы легавая немецкая гладкошерстная курцхаар, что в соответствии с ч. 2 ст. 57 Федерального закона от 24 июля 2009 г. №209-ФЗ «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» приравнивается к охоте. Таким образом, ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ в вышеуказанном месте осуществлял охоту с нарушением установленных правилами охоты сроков охоты. Действия ФИО2 административным органом квалифицированы по ч. 1.2 ст. 8.37 КоАП РФ. 

Постановлением мирового судьи судебного участка №2 Тверской области Белугиной А.А., и.о. мирового судьи судебного участка №3 Тверской области, от 22 октября 2020 года производство об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1.2 ст. 8.37 КоАП РФ, в отношении ФИО2 прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ. 

Прекращая производство по делу, мировой судья, оценивая представленные доказательства в их совокупности, пришел к выводу о том, что оснований для вывода о том, что принадлежащая ФИО2 собака является собакой охотничьей породы, не имеется. 

Оснований не согласиться с таким выводом у суда не имеется.

В основу постановления мировым судьей, в том числе положены показания допрошенных по делу лиц. В частности, государственный инспектор по Тверской области в области охраны окружающей среды ФИО9, допрошенный в качестве специалиста, в суде первой инстанции показал, что на видеозаписи зафиксирована собака породы курцхаар легавая, осуществляющая поиск, данная порода является охотничьей. Заключение о том, что собака породы курцхаар, он делает по ее внешним данным – экстерьеру, по купированному хвосту, клиновидной форме головы, висящим ушам, окрасу. Допускает, что собака может быть смешанных пород курцхаара и дратхаара, обе эти собаки являются охотничьими. 

Специалист биолог-охотовед ФИО7 в суде первой инстанции показал, что на видеозаписи зафиксирована собака породы курцхаар. Данное заключение он сделал по окрасу, шерсти, экстерьеру, пояснив, что примеси другой породы не наблюдается. Вместе с тем, специалист ФИО7 при этом допустил, что собака может быть метисом. 

Кроме того, допрошенная ранее в качестве специалиста инструктор-кинолог служебного собаководства ФИО8 показала, что собака, зафиксированная на видеозаписи, бегает, нюхает, суетится. Собака является дворовой породы, поскольку паспорт на собаку отсутствует. Она допускает, что собака смешанных кровей 50% охотничьих и 50% дворовых, но охотничьей она не является. Визуально породу собаки установить невозможно. 

Таким образом, из показаний вышеуказанных специалистов невозможно достоверно установить, что собака ФИО2 относится к породе охотничьей. Так, ФИО7 допустил, что собака может быть метисом, ФИО8 показала, что визуально нельзя определить породу собаки и допустила, что собака смешанных кровей.

Каких-либо письменных доказательств, подтверждающих наличие охотничьей породы собаки ФИО2 административным органом не представлено.

При этом судьей учитывается, что согласно ч. 4 ст. 1.5 КоАП РФ неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица.

Более того, как следует из имеющегося в деле письменного объяснения руководителя ветеринарной клиники 

<

данные изъяты> ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ, отобранного государственным инспектором ФИО1 после разъяснения указанному лицу прав и обязанностей, предусмотренных ч. 1 ст. 25.1, ч. 2 ст. 25.2, ч. 3 ст. 25.6 КоАП РФ, ст. 51 Конституции РФ, а также предупреждения об ответственности по ст. 17.9 КоАП РФ, она является руководителем указанной клиники, расположенной в г. Кашине. Клиника оказывает услуги по лечению животных, выдает ветеринарные свидетельства на собак, в которых указываются сведения о породе собаки, кличке, владельце собаки. Они не определяют породу собак. Если у владельца отсутствуют документы с родословной, то в свидетельстве указывается порода собаки со слов владельца. В их клинике с 2017 года по настоящее время наблюдается собака ФИО2, в отношении которой выдано свидетельство, в котором указана порода собаки метис с его слов, так как на собаку отсутствует документ с родословной. 

Принимая во внимание, что бремя доказывания вины привлекаемого лица возложено на административный орган, должностное лицо не было лишено возможности обратиться с письменным ходатайством о вызове в суд для допроса руководителя ветеринарной клиники «

<

данные изъяты> ФИО10 Как следует из материалов дела с указанным ходатайством участвующие в деле лица не обращались.

Вместе с тем, давая оценку вышеуказанному объяснению, суд полагает, что, несмотря на то, что вышеуказанное лицо не было допрошено в судебном заседании, оно получено с соблюдением норм закона, допрашиваемому лицу были разъяснены права и обязанности с предупреждением ответственности по ст. 17.9 КоАП РФ, в связи с чем, оно является допустимым доказательством по делу, оснований не доверять указанным объяснениям не имеется. Вопреки доводам представителя лица, в отношении которого ведется дело об административном правонарушении, административный орган, составляющий протокол об административном правонарушении, вправе собирать доказательства по делу непосредственно до судебного заседания, в том числе путем составления письменных объяснений у допрашиваемых лиц. 

При этом суд учитывает, что вышеуказанное объяснение ФИО10 также не свидетельствует о том, что собака ФИО2 является охотничьей. 

Согласно письменным объяснениям ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ, приложенным к протоколу об административном правонарушении, отобранным государственным инспектором 

<

адрес> в области охраны окружающей среды ФИО5, он ДД.ММ.ГГГГ около 19 часов 50 минут приехал к д. 

<

адрес> с собакой. Он выпустил собаку и направился в сторону реки ФИО6. Собака была без привязи, находилась на расстоянии около 30 метров от него. Собака без породы, похожая на легавую, окрас черный. Паспорта на собаку нет, ветеринарная книга с отметками от привития от бешенства имеется. В ветеринарной книге не указана порода собаки. Он является охотником, имеет охотничьи билет, оружие. Охотничий стаж с ноября 2015 года. При этом в объяснениях имеется указание о том, что «с моих слов записано верно, мною прочитано», имеются подписи как ФИО2, так и государственного инспектора ФИО1 

Согласно письменным пояснениям ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ факт виновного нахождения на территории охотничьих угодий не доказан. Сам по себе факт нахождения в охотничьих угодьях с собакой не на привязи не образует состава административного правонарушения, о чем разъяснено в письме Министерства природы России от 24.07.2014 №15-29/15462. При съезде с трассы Бежецк-Сонково, а затем и по маршруту следования отсутствовали специальные информационные знаки о пересечении границы охотничьего угодья. Территориальная местность не свидетельствовала о начале охотничьего угодья – поле вдоль дороги. Не имея намерения осуществлять охоту, у него отсутствовало оружие, разрешительные документы – охотничий билет, разрешение на оружие. Его собака, не натасканная на охоту и никогда не охотившаяся, просто гуляла. 

Из представленного в дело международного паспорта для собак с отражением статистики проводимых вакцинаций следует, что собака ФИО2 породы метис.

Статьей 24.1 КоАП РФ определены задачи производства по делам об административных правонарушениях, которыми являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом, обеспечение исполнения вынесенного постановления, а также выявление причин и условий, способствовавших совершению административных правонарушений.

Исходя из представленных доказательств, в том числе показаний специалистов – биолога-охотоведа ФИО7, инструктора-кинолога ФИО8, государственного инспектора Тверской области в области охраны окружающей среды ФИО9, имеющим соответствующие познания и образование, а также учитывая протокол об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ, объяснения ФИО2, акт о результатах планового осмотра охотничьих угодий от ДД.ММ.ГГГГ с приложенными планом-схемой, видеозаписью, международный паспорт для собак, объяснение ФИО10, в том числе показания государственного инспектора Тверской области в области охраны окружающей среды ФИО1, суд приходит к выводу о том, что факт принадлежности собаки к охотничьей породе не установлен, достаточных и бесспорных доказательств, подтверждающих данное обстоятельство, в том числе письменных доказательств, не представлено.

Других доказательств по делу, которые могли бы безусловно подтвердить факт совершения ФИО2 административного правонарушения, предусмотренного ч. 1.2 ст. 8.37 КоАП РФ, в деле не имеется.

Вопреки доводам жалобы, мировой судья в постановлении пришел к верному выводу о том, что по делу не установлено, что целью нахождения ФИО4 в охотничьих угодьях являлась охота. При этом мировой судья руководствовался положениями ч. 2 ст. 57 Федерального закона «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», согласно которым к охоте приравнивается нахождение в охотничьих угодьях физических лиц с орудиями охоты и (или) продукцией охоты, собаками охотничьих пород, ловчими птицами. Таким образом, нахождение физического лица в охотничьих угодьях с собаками охотничьих пород расценивается как охота. Вместе с тем, учитывая, что факт принадлежности собаки ФИО2 к охотничьей породе не доказан, что является обязательным для квалификации действий привлекаемого лица к административной ответственности по данному составу правонарушения, вышеуказанный вывод мирового судьи является законным и обоснованным, на основании которого производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1.2 ст. 8.37 КоАП РФ, в отношении ФИО2 на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ правомерно прекращено. 

В обжалуемом постановлении мирового судьи отсутствует ссылка на показания государственного инспектора Тверской области в области охраны окружающей среды ФИО1, о чем указано в жалобе. Вместе с тем, учитывая, что согласно ч. 3 ст. 30.6 КоАП РФ судья вправе проверить дело в полном объеме, с учетом имеющихся в деле и дополнительно представленных материалов, при рассмотрении настоящей жалобы на постановление мирового судьи по делу об административном правонарушении судьей были заслушаны, в том числе и показания должностного лица, которые учтены при принятии настоящего решения. 

В соответствии со ст. 26.11 КоАП РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании обстоятельств дела в их совокупности.

Мировым судьей были приняты меры к обеспечению всесторонности и полноты исследования обстоятельств дела.

Рассматривая показания должностного лица, допрошенных по делу специалистов, лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, в совокупности с другими письменными материалами, суд приходит к выводу о том, что доказательств наличия в действиях ФИО2 состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1.2 ст. 8.37 КоАП РФ, не представлено.

При таких обстоятельствах, обжалуемое постановление мирового судьи вынесено с соблюдением норм материального и процессуального права, выводы об отсутствии состава административного правонарушения соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Учитывая, что согласно ст. 1.5 КоАП РФ лицо, привлекаемое к административной ответственности, не обязано доказывать свою невиновность, представление ФИО2 паспорта на собаку с фиксацией произведенных вакцинаций только в ходе рассмотрения дела мировым судьей на законность и обоснованность вынесенного постановления не влияет, при этом указанное лицо вправе избрать тот или иной способ защиты от привлечения к административной ответственности. С учетом указанных положений закона, а также предусматривающих возложение бремени доказывания вины на административный орган, не могут быть приняты во внимание и доводы должностного лица о том, что в деле нет неопровержимых доказательств того, что собака ФИО2 является метисом, а также о первоначальном указании ему ФИО2 о том, что его собака является легавой. В материалах дела имеются письменные пояснения ФИО2, согласно которым он указал, в том числе и в день произошедших событий, что собака без породы, похожая на легавую, паспорта на собаку нет, в ветеринарной книге с отметками о вакцинации не указана порода собаки.

Согласно п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2005 года №5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса об административных правонарушениях» при рассмотрении дел об административных правонарушениях, а также по жалобам на постановления или решения по делам об административных правонарушениях необходимо исходить из закрепленного в статье 1.5 КоАП РФ принципа административной ответственности - презумпции невиновности лица, в отношении которого осуществляется производство по делу. Реализация этого принципа заключается в том, что лицо, привлекаемое к административной ответственности, не обязано доказывать свою невиновность, вина в совершении административного правонарушения устанавливается судьями, органами, должностными лицами, уполномоченными рассматривать дела об административных правонарушениях. Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, должны толковаться в пользу этого лица.

Все вышеперечисленные обстоятельства не подтверждают с достоверностью нарушения ФИО2 п. 39 Правил охоты, утвержденных приказом Минприроды России от 16.11.2010 №512 «Об утверждении Правил охоты», ч. 5 ст. 23 ФЗ от 24.07.2009 №209-ФЗ «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ», Постановления губернатора Тверской области от 03.09.2012 №216-пг. 

Таким образом, в настоящем деле имеются неустранимые сомнения, которые трактуются в силу положений ч. 4 ст. 1. 5 КоАП РФ в пользу лица, привлекаемого к административной ответственности.

В связи с тем, что достоверно не установлена вина ФИО2 в его действиях отсутствует состав административного правонарушения.

В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ производство по делу об административном правонарушении не может быть начато, а начатое производство подлежит прекращению, в случае отсутствия состава административного правонарушения.

При таких обстоятельствах, производство по делу обоснованно прекращено, доводы жалобы удовлетворению не подлежат.

Существенных нарушений материальных и процессуальных норм, предусмотренных КоАП РФ, мировым судьей не допущено.

Руководствуясь ст. 30.7, ст. 30.9 КоАП РФ, судья

р е ш и л:

постановление мирового судьи судебного участка №2 Тверской области Белугиной А.А., и.о. мирового судьи судебного участка №3 Тверской области, от 22 октября 2020 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1.2 ст. 8.37 КоАП РФ, в отношении ФИО2 оставить без изменения, жалобу государственного инспектора Тверской области в области охраны окружающей среды ФИО1 - без удовлетворения.

Судья П.С. Величко

1версия для печати