дело №

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

«04» июля 2019 года г. Челябинск

Калининский районный суд г. Челябинска в составе:

председательствующего судьи Максимовой Н.А.,

при секретаре Петровец А.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Федеральной службе исполнения наказаний, Федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор № 1 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Челябинской области», Министерству финансов Российской Федерации, Управлению Федерального казначейства по Челябинской области о компенсации морального вреда, 

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с иском к Федеральной службе исполнения наказаний (далее по тексту ФСИН России), Федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор № ФИО4 (далее по тексту (адрес) (адрес)) о компенсации морального вреда, просил взыскать с *** в счет компенсации морального вреда №, с (адрес) (адрес) в счет компенсации морального вреда № (л.д.21-26 том 1).

В обоснование заявленных исковых требований указал, что в период с (дата) по (дата) содержался под стражей в качестве обвиняемого в (адрес) (адрес) в камере №, при этом условия содержания в данной камере не отвечали требованиям действующего законодательства, в частности: 

- не соблюдались нормы санитарной площади 4 кв.м на одного человека;

- не выдавались средства личной гигиены, принадлежности для обработки пола, раковин, унитаза, жидкость для дезобработки, силами администрации не проводилась дезинсекция и дератизация камер;

- искусственное освещение не соответствовало установленным нормам, было тусклым;

- не соблюдались нормы температурного режима, количество отопительных приборов было недостаточно для жилой площади камеры в холодное время года, в летнее время года искусственная вентиляция отсутствовала, естественная вентиляция была затруднена из-за решеток, установленных на окнах и неисправности оконных рам;

- не работала система вызова администрации, в связи с чем установить контакт с представителями администрации, в том числе вызвать врача или иного сотрудника в случае возникновения экстренной ситуации было невозможно;

- постельное белье в стирку не принималось, сменное белье, положенное к выдаче отсутствовало;

- в коридоре было очень шумно, с подъёма и до отбоя по радио, установленному в коридоре, громко играла музыка, а не общеразвивающие станции, несмотря на неоднократные просьбы, громкость не убавлялась, что воздействовало на психологическое состояние;

- было скудное питание, отсутствовал необходимый минимум продуктов, порции очень маленькие, питание раздавалось холодным, являлось однообразным;

- в душ водили мыться один раз в неделю и реже, но не более чем на 15 минут, при этом напор воды был слабый, были постоянные перебои с горячей водой, возможность стирки и просушки вещей в камере отсутствовала, в связи с чем вещи на теле постоянно были влажные, грязные, от чего на теле появилась сыпь и раздражение, возникала угроза развития иных кожных заболеваний;

- вода, которая подавалась из крана, установленного в камере, не предназначалась для потребления, доступ к питьевой воде отсутствовал, баков для питьевой воды в камерах не было, питьевую воду не раздавали, напор воды был слабый, вода подавалась с перебоями;

- возможность заниматься физическими упражнениями отсутствовала, камеры и прогулочные дворы не были оборудованы спортивным инвентарем, на прогулку выводили очень редко и не более чем на 30 минут;

- установленные места для курения в прогулочных двориках и камерах отсутствовали, в связи с чем другие следственно-арестованные курили в камере и прогулочных двориках, тем самым нанося вред здоровью истца, который не курит;

- не выдавались средства периодической печати, настольные игры и прочее;

- заявления, жалобы на действия сотрудников администрации не регистрировались и не отправлялись;

- администрация не выводила истца на встречи с представителями религии, тем самым нарушая его право на свободу вероисповедания, допуская дискриминацию по признаку религиозной принадлежности;

- медицинская помощь не оказывалась, медицинские препараты не выдавались.

В результате вышеуказанных нарушений истец претерпел физические и нравственные страдания, поскольку был подвергнут жестокому и унижающему достоинство обращению, а потому вправе требовать компенсацию морального вреда.

Определением (адрес) (адрес) от (дата), занесенным в протокол судебного заседания, к участию в деле в качестве соответчиков привлечены (адрес) (л.д.37 том 1).

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом (л.д.52), при обращении в суд просил о рассмотрении дела в свое отсутствие (л.д.8).

Представитель ответчиков (адрес) (адрес) ФИО3, действующая на основании соответствующих доверенностей (л.д.56, 58 том 1), в судебном заседании против удовлетворения заявленных требований возражала, утверждала, что нарушения, указанные истцом в исковом заявлении не допускались. Представила письменный отзыв на исковое заявление (л.д.59-63 том 1).

Представители ответчиков (адрес) (адрес) в судебное заседание не явились, о месте и времени судебного заседания извещены надлежащим образом (л.д.47,49 том 1).

Суд, выслушав представителя ответчиков, исследовав письменные материалы дела, оценив и проанализировав их по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле, на основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, при этом правовых оснований для удовлетворения заявленных требований не находит. 

Как установлено судом, истец ФИО1 в период с (дата) по (дата) содержался под стражей в (адрес) (адрес) (л.д.16 том 1), при этом в период с (дата) по (дата) был помещен в камеру №, с (дата) по (дата) был помещен в камеру № (л.д.41-42 том 1).

Согласно ст.33 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» размещение подозреваемых и обвиняемых в камерах производится с учетом их личности и психологической совместимости. Курящие по возможности помещаются отдельно от некурящих. При размещении подозреваемых и обвиняемых, а также осужденных в камерах обязательно соблюдение следующих требований: 1) раздельно содержатся: мужчины и женщины; несовершеннолетние и взрослые; в исключительных случаях с согласия прокурора в камерах, где содержатся несовершеннолетние, допускается содержание положительно характеризующихся взрослых, впервые привлекаемых к уголовной ответственности за преступления небольшой и средней тяжести; лица, впервые привлекаемые к уголовной ответственности, и лица, ранее содержавшиеся в местах лишения свободы; подозреваемые и обвиняемые, а также осужденные, приговоры в отношении которых вступили в законную силу; подозреваемые и обвиняемые по одному уголовному делу; 2) отдельно от других подозреваемых и обвиняемых содержатся: подозреваемые и обвиняемые в совершении преступлений против основ конституционного строя и безопасности государства и преступлений против мира и безопасности человечества; подозреваемые и обвиняемые в совершении следующих преступлений, предусмотренных Уголовным кодексом Российской Федерации: убийство; убийство матерью новорожденного ребенка; умышленное причинение тяжкого вреда здоровью; заражение ВИЧ-инфекцией; похищение человека; изнасилование; насильственные действия сексуального характера; торговля несовершеннолетними; грабеж; разбой; вымогательство, совершенное при отягчающих обстоятельствах; терроризм; захват заложников; организация незаконного вооруженного формирования; бандитизм; организация преступного сообщества (преступной организации); пиратство; посягательство на жизнь лица, осуществляющего правосудие или предварительное расследование; посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа; дезорганизация нормальной деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества; подозреваемые и обвиняемые при особо опасном рецидиве преступлений; осужденные к смертной казни; лица, являющиеся или являвшиеся судьями, адвокатами, сотрудниками правоохранительных органов, налоговой инспекции, таможенных органов, службы судебных приставов, учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, военнослужащими внутренних войск федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел, военнослужащими и сотрудниками войск национальной гвардии Российской Федерации; по решению администрации места содержания под стражей либо по письменному решению лица или органа, в производстве которых находится уголовное дело, подозреваемые и обвиняемые, жизни и здоровью которых угрожает опасность со стороны других подозреваемых и обвиняемых; больные инфекционными заболеваниями или нуждающиеся в особом медицинском уходе и наблюдении.

Исходя из положений ст. 23 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место. Подозреваемым и обвиняемым бесплатно выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы, туалетная бумага, а также по их просьбе в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств индивидуальные средства гигиены (как минимум мыло, зубная щетка, зубная паста (зубной порошок), одноразовая бритва (для мужчин), средства личной гигиены (для женщин). Все камеры обеспечиваются средствами радиовещания, а по возможности телевизорами, холодильниками и вентиляционным оборудованием. По заявлению подозреваемых и обвиняемых радиовещание в камере может быть приостановлено либо установлен график прослушивания радиопередач. В камеры выдаются литература и издания периодической печати из библиотеки места содержания под стражей либо приобретенные через администрацию места содержания под стражей в торговой сети, а также настольные игры. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

Кроме того, в соответствии с ч.1 ст.99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров, в тюрьмах - двух с половиной квадратных метров, в колониях, предназначенных для отбывания наказания осужденными женщинами, - трех квадратных метров, в воспитательных колониях - трех с половиной квадратных метров, в лечебных исправительных учреждениях - трех квадратных метров, в лечебно-профилактических учреждениях уголовно-исполнительной системы - пяти квадратных метров.

Как установлено судом, площадь камеры №, в которой содержался истец с (дата) по (дата), составляет №, одновременно с истцом в данной камере содержалось не более трех человек, площадь камеры №, в которой содержался истец с (дата) по (дата), составляет № одновременно с истцом в данной камере содержалось не более четырех человек, что подтверждается справками о площади камер (л.д.43-44, 65-67 том 1), а также выкопировками из книг количественной проверки лиц, содержащихся в СИЗО (л.д.75-173 том 1). 

Таким образом, во всех камерах, в которых содержался истец, установленная норма санитарной площади, вопреки утверждению истца в исковом заявлении, соблюдена.

Также судом установлено, что камеры, в которых содержался ФИО1 оборудованы согласно п.8.57 свода правил «Нормы проектирования следственных изоляторов и тюрем Минюста России», утвержденных приказом Министерства юстиции Российской Федерации от (дата) №, а именно: кроватями и прикроватными тумбочками, столами и скамейками с числом посадочных мест по количеству мест в камерах из расчета периметра столов и длины скамеек по 0,4 погонных метра на одного человека, шкафом для продуктов, вешалкой для верхней одежды, полкой для туалетных принадлежностей, зеркалом, вмонтированным в стену камеры, подставкой под бачок для питьевой воды, бачком для питьевой воды, радиодинамиком для вещания общегосударственной программы, урной для мусора, светильниками рабочего и дежурного освещения, тазом для гигиенических целей и стирки одежды. Санитарный узел в камерах оборудован в соответствии с пунктом 8.66 свода правил «Нормы проектирования следственных изоляторов и тюрем Минюста России», утвержденных приказом Министерства юстиции Российской Федерации от (дата) №. Отопление режимных корпусов осуществлялось централизованно от Челябинских тепловых сетей, за период содержания ФИО1 в учреждении отопительная система находилась в рабочем состоянии. Все камеры, в которых содержался ФИО1 были оборудованы светильниками дневного и ночного освещения, мощность применяемых ламп, используемых для дневного освещения – 100-150 Вт, используемых для ночного освещения – 60 Вт. Все камеры, в которых содержался ФИО1 имели естественную вентиляцию, в частности имелась возможность проветривания путем открывания фрамуг (форточек), оборудование оконных проемов находилось в исправном состоянии, препятствий для осуществления проветривания камер не имелось (л.д.65-67 том 1).

Следственно-арестованный ФИО1 обеспечивался тазами для гигиенических целей и стирки одежды, проходил санитарную обработку не реже одного раза в неделю, ему предоставлялась возможность помывки в душе, продолжительностью не менее 15 минут, смена постельного белья осуществлялась еженедельно после помывки в душе (л.д.1-19 том 2). 

Для общего пользования в камеру, в которой содержался ФИО1, выдавались издания периодической печати из библиотеки СИЗО, настольные игры, при этом для оформления подписки на какие-либо периодические печатные издания ФИО1 с заявлением на имя начальника учреждения не обращался (л.д.69-70 том 1).

Согласно Журналам «Учета предложений, заявлений и жалоб подозреваемых, обвиняемых и осужденных, содержащихся в корпусном отделении №№,3», предложения, заявления и жалобы от следственно-арестованного ФИО1 на действия сотрудников администрации за время содержания в (адрес) (адрес) не поступало (л.д.68, 174-184, 185-189 том 1). 

За время содержания в (адрес) (адрес) ФИО1 ежедневно выводился на прогулки, продолжительностью не менее одного часа. Прогулка проводилась на территории прогулочных дворов, которые оборудованы скамейками для сидения и навесами от дождя (л.д.68, 190-265 том 1).

В учреждении имеется молельная комната, обеспечено взаимодействие со священнослужителями ФИО5, проводятся богослужения, литургии, крещения, нравственные беседы, однако ФИО1 с заявлением на вывод в молельную комнату не обращался, разрешения на встречу со священнослужителем в учреждение не поступало. При проведении обысков ФИО1, предметы религиозного культа не изымались (л.д.69-70 том 1). 

Согласно медицинской справке, выданной на основании журналов амбулаторного приема медицинской части (адрес) (адрес), ФИО1 обращался за медицинской помощью (дата), (дата), (дата), ему выставлены соответствующие диагнозы, оказана необходимая медицинская помощь (л.д.71 том 1). 

ФИО1 обеспечивался питанием в соответствии с нормой питания для подследственных и подозреваемых мужчин, установленной приказом Минюста России от (дата) № «Об установлении повышенных норм питания, рациона питания и норм замены одних продуктов питания другими, применяемых при организации питания осужденных к лишению свободы, а также подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в учреждениях Федеральной службы исполнения наказаний, на мирное время» (л.д.46, 65-67 том 1).

Разрешая требования ФИО1 о компенсации морального вреда в связи с ненадлежащими условиями содержания в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по (адрес), суд учитывает, что как разъяснено в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная *** и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии со ст. ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степень вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» также разъяснено, что степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Исходя из положений ст.1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Из системного толкования указанных выше правовых норм, с учетом разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации, следует, что сами по себе нарушения личных неимущественных прав потерпевшего или посягательство на нематериальные блага не являются безусловными основаниями для удовлетворения требований о компенсации морального вреда. Обязательным условием удовлетворения названных требований является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий.

Процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

Содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

При таких обстоятельствах само по себе содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях, не порождают у него право на компенсацию морального вреда.

Юридически значимым и подлежащим доказыванию обстоятельством по делу о такой компенсации является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий.

Между тем, в нарушение положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, соответствующих доказательств причинения истцу физических или нравственных страданий в результате действий ответчиков истцом не представлено, судом не добыто.

Совокупность собранных по делу доказательств не только не подтверждает факт причинения истцу физических или нравственных страданий в результате действий (бездействия) ответчика, но не подтверждает содержание ФИО1 в условиях, не отвечающих требованиям соответствующих нормативных актов, регулирующих порядок содержания под стражей, в том числе Федеральному закону от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», Нормам проектирования следственных изоляторов и тюрем Минюста РФ, утвержденным приказом Министерства юстиции РФ от 28 мая 2001 года №161-дсп.

При таких обстоятельствах, правовых оснований для удовлетворения заявленных требований не имеется.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 12, 193, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

р е ш и л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Федеральной службе исполнения наказаний, (адрес) № (адрес) (адрес)», (адрес) (адрес) о компенсации морального вреда отказать в полном объеме. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Челябинский областной суд через Калининский районный суд (адрес) в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы.

Председательствующий Н.А. Максимова

Мотивированное решение изготовлено (дата).

Судья Н.А. Максимова