УИД: 36RS0026-01-2020-000215-53

Дело № 2-210/2020 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Острогожск 15 октября 2020 года

Острогожский районный суд Воронежской области в составе:

председательствующего судьи Горохова С.Ю.,

при секретаре Фоменко О.И., 

с участием истцов старшего помощника Острогожского межрайпрокурора ФИО1,

ФИО2, ФИО3,

ответчика ФИО4,

третьего лица ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску Острогожского межрайпрокурора в интересах ФИО2, ФИО3 к ФИО4 о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

В Острогожский районный суд Воронежской области поступило исковое заявление Острогожского межрайпрокурора в интересах ФИО2, ФИО3 к ФИО4 о компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований Острогожский межрайпрокурор указал, что материалами уголовного дела № 11901200020390117, возбужденного 25.04.2019 г., установлено, что ФИО4 20.04.2019 г. около 23 часов, управляя автомобилем 

<

данные изъяты>, гос.знак №, допустил нарушение Правил дорожного движения, приведшее к ДТП, в котором погиб ФИО7 (сын истцов), тем самым совершил преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 264 УК РФ. Указанные обстоятельства подтверждаются материалами уголовного дела и приговором Острогожского районного суда от 18.02.2020 г. ФИО2 и ФИО3 постановлениями следователя Острогожского МСО СУ СК России по Воронежской области от 24.06.2019 признаны потерпевшими по уголовному делу. Согласно свидетельства о регистрации транспортного средства серии № №, выданного 12.09.2018 МРЭО ГИБДД № 11 ГУ МВД России по Воронежской области, собственником транспортного средства 

<

данные изъяты>, гос.знак №, является ответчик ФИО5 28.01.2020 г. в межрайпрокуратуру поступило обращение истцов, в котором они просят обратиться в суд в их интересах к владельцу транспортного средства, с участием которого произошло ДТП, в результате чего погиб их сын ФИО7, указывая, что самостоятельно обратиться в суд не имеют возможности в силу юридической неграмотности и тяжелого материального положения. Просят взыскать с ФИО4 с учетом уточнений, компенсацию морального вреда в пользу ФИО2 в размере 800000 рублей, в пользу ФИО3 в размере 800000 рублей, а всего в размере 1600000 рублей. 

В судебном заседании старший помощник Острогожского межрайпрокурора ФИО1, истцы ФИО2, ФИО3 уточнённые исковые требования поддержали по изложенным в иске основаниям, просили иск удовлетворить.

Ответчик ФИО4 в судебном заседании не оспаривая обстоятельства, изложенные в иске, выразил несогласие с заявленной суммой требований, считая заявленную сумму завышенной, признал исковые требования частично, просил взыскать моральный вред в сумме по 300 000 рублей в пользу каждого истца.

Третье лицо ФИО5 в судебном заседании согласен с позицией ответчика ФИО4

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд пришел к следующему выводу.

Судом установлено, что на основании приговора Острогожского районного суда Воронежской области от 18.02.2020 года ФИО4 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ, ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком 2 (два) года с отбыванием наказания в колонии-поселении с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами сроком на 3 (три) года; преступление совершено ФИО4 при обстоятельствах, изложенных в приговоре суда, согласно которому 20.04.2019 в период времени с 22 часов 48 минут до 23 часов 00 минут, точное время следствием не установлено, ФИО4, управляя технически исправным автомобилем марки «

<

данные изъяты>», государственный регистрационный знак «№», принадлежащим на праве собственности его отцу - ФИО5, двигался по сухой асфальтированной проезжей части, не имеющей дефектов в асфальтовом покрытии, по главной дороге 

<

адрес>, со стороны въезда в 

<

адрес> с автомобильной трассы «

<

адрес>», в направлении перекрестка с примыкающей справа дорогой 

<

адрес>; при подъезде к нерегулируемому перекрестку 

<

адрес>, имеющим изгиб дороги с левым поворотом, и примыкающей к ней справа, относительно автомобиля марки «

<

данные изъяты>», государственный регистрационный знак «№ под управлением ФИО4, второстепенной дороги 

<

адрес> в нарушение п.п. 1.3, 1.5, 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров Правительства РФ от 23 октября 1993 года № 1090 в редакции от 04.12.2018 (далее - ПДД РФ), ФИО4, не имея намерения повернуть направо с 

<

адрес>, относясь небрежно к возможным общественно опасным последствиям своих действий, при управлении автомобилем 

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак «№», сместил полосу своего движения вправо от первоначального направления и допустил выезд своего автомобиля за пределы проезжей части главной дороги 

<

адрес>, на примыкающую к ней второстепенную дорогу 

<

адрес>, где допустил столкновение с автомобилем марки 

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак «№ под управлением ФИО7, двигавшимся в этот момент в направлении главной дороги 

<

адрес>, по своей полосе проезжей части второстепенной дороги 

<

адрес>, и который в момент столкновения не доехал не менее 2,5 метров до границы с главной дорогой 

<

адрес>; в результате ДТП водитель автомобиля марки 

<

данные изъяты>», государственный регистрационный знак «№» ФИО7 скончался. 

Апелляционным постановлением Воронежского областного суда от 06 августа 2020 года приговор Острогожского районного суда Воронежской области от 18 февраля 2020 года в отношении ФИО4 оставлен без изменения, а апелляционное представление государственного обвинителя Бородкина А.В., апелляционные жалобы осужденного ФИО4 и адвоката ФИО11, в защиту осужденного ФИО4, адвоката ФИО12 в защиту интересов потерпевших ФИО3, ФИО2 – без удовлетворения. 

В соответствии с ч.4 ст. 61 ГПК вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Анализируя установленные по делу обстоятельства и представленные суду доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что причиной смерти ФИО7 явилось грубое нарушение ответчиком ФИО4 Правил дорожного движения Российской Федерации.

Согласно ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Согласно п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (в том числе, использование транспортных средств), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

В соответствии с абз. 2 п. 1 ст. 1079 ГК РФ обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Гражданское законодательство, предусматривая в качестве способа защиты гражданских прав компенсацию морального вреда, устанавливает общие принципы для определения размера такой компенсации. При этом владелец источника повышенной опасности, каковым является автомобиль, обязан возместить моральный вред даже при отсутствии вины в дорожно-транспортном происшествии в его действиях, если не докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности). 

Как установлено судом, автомобиль марки «

<

данные изъяты>», государственный регистрационный знак «№» на момент ДТП находился в пользовании ответчика ФИО4 на законных основаниях, что было установлено в ходе рассмотрения уголовного дела и изложено в приговоре Острогожского районного суда Воронежской области от 18.02.2020 года, а также подтверждается материалами гражданского дела, в частности, копией страхового полиса ХХХ № (л.д. 52), согласно которому ФИО4 являлся на момент ДТП лицом, допущенным к управлению автомобилем марки «

<

данные изъяты>», государственный регистрационный знак «№», соответственно, владел им на законных основаниях. 

В материалы гражданского дела не представлено доказательств, свидетельствующих о наличии непреодолимой силы или умысла потерпевшего (погибшего ФИО7) в возникновении вреда, а также грубой неосторожности, в связи с чем, лицом ответственным за возмещение причиненного вреда, является ответчик ФИО4 как владелец источника повышенной опасности.

Пунктом 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» определено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

Суд пришел к выводу о том, что причиненный истцам ФИО2, ФИО3 моральный вред связан с переживаниями по поводу утраты родственника – сына ФИО7

Требования истцов о компенсации морального вреда мотивированы тем, что смертью сына им причинены нравственные страдания, следовательно, ответчик обязан возместить моральный вред.

В силу ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вред определяются правилами, предусмотренными гл. 59 ГК РФ и ст. 151 ГК РФ.

Согласно п.1 ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации вреда.

Кроме того, согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

При этом суд учитывает, что смерть близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством ФИО3 и ФИО2, нарушающим психическое благополучие, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего нормальному социальному функционированию и требует от потерпевших адаптации к новым жизненным обстоятельствам (в частности, дальнейшей жизни без сына), а также нарушает неимущественное право на семейные связи.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает степень нравственных страданий истцов, которые являются родителями погибшего, их возраст, в силу которого страдания воспринимаются и переносятся тяжелее, принимает во внимание совместное проживание истцов с умершим, его регулярную помощь своим родителям, которые оказались лишёнными её по причине смерти сына, особенности их связей с умершим, а также факт и степень эмоционального потрясения истцов, их нравственных страданий, которые они уже перенесли в связи с гибелью родного им человека, а также и их страдания, которые они со всей очевидностью перенесут в будущем, когда нехватка близкого человека также будет ощущаться и порождать нравственные страдания.

Также суд принимает во внимание материальное и семейное положение ответчика, учитывает требования разумности и справедливости. 

Принимая во внимание все вышеуказанные обстоятельства, характер и степень причиненных истцам нравственных страданий, материальное положение ответчика ФИО4, учитывая, что компенсация морального вреда не преследует цель восстановить материальное положение истцов, поскольку произошло умаление неимущественной сферы граждан, а лишь цель максимально сгладить негативные изменения в психической сфере личности, а также требования разумности и справедливости, суд считает необходимым установить размер компенсации морального вреда по 600 000 рублей в пользу каждого истца, полагая, что указанный размер отразит и компенсирует степень нравственных и физических страданий истцов, а также отвечает обстоятельствам дела, требованиям разумности и справедливости.

На основании изложенного, и руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования Острогожского межрайпрокурора в интересах ФИО2, ФИО3 к ФИО4 о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 600000 (шестьсот тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере600000 (шестьсот тысяч) рублей

В удовлетворении исковых требований в остальной части отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Воронежский областной суд через Острогожский районный суд Воронежской области в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Судья С.Ю. Горохов

Мотивированное решение суда изготовлено 19.10.2020 года.

УИД: 36RS0026-01-2020-000215-53

Дело № 2-210/2020