66RS0003-01-2023-006499-51 

<

***>

Дело № 2-443/2024

Мотивированное 

решение

 изготовлено 15.07.2024

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Екатеринбург 08.07.2024

Кировский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Самойловой Е. В., 

при секретаре Поликарповой Е. А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «МЕТРО Кэш энд Керри» о взыскании компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд к ООО «МЕТРО Кэш энд Керри» с требованием о взыскании компенсации морального вреда, причинённого в результате повреждения здоровья.

В обосновании иска указано, что 13.03.2023 истец на рабочем месте в торговом залеООО «МЕТРО Кэш энд Керри» получила травму в виде 

<

***>.

По факту полученной травмы составлен акт формы Н-1.

Претензия, направленная в адрес ответчика, оставлена без удовлетворения.

В связи с полученной травмой истец, обратившись в суд, просила взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в сумме 1 000 000 рублей.

Истец в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, воспользовалась правом на ведение дела через представителя.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании требования и доводы иска поддержал, указав, что выводы экспертного заключения не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, поскольку падение с палеты произошло на правую сторону, соответственно, непонятен вывод экспертов о том, что по имеющимся данным достоверно определить время образования переломов костей 

<

***> у ФИО1 не представляется возможным. Также, отмечает, что отсутствуют ссылки на медицинскую литературу по выводам, все выводы противоречат друг другу. Кроме того, просил суд отметить, что выводы Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга указывают на обоснованность составления акта формы Н-1. Полагает, что со стороны истца имеется нарушение инструкции, соответственно, ее степень вины в произошедшем не может превышать 20-25%.

Представители ответчика ФИО3, ФИО4 в судебном заседании против иска по доводам отзыва (т. 2 л.д. 190-191), а также приобщенного в судебном заседании дополнительного отзыва, - возражали, указав, что факт падения с палеты не отрицают, факт получения первоначально зафиксированных повреждения также не отрицают, однако, отсутствует причинно-следственная связь между получением повреждения в виде перелома нижней части тела и бездействием ответчика.

Третьи лица Отделение фонда пенсионного и социального страхования РФ по Свердловской области, ФИО5,главный технический инспектор труда Федерации профсоюзов Свердловской области ФИО6, государственный инспектор ФИО7, консультант ОР и эСС отделения ОСФР по Свердловской области ФИО8 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, уважительных причин неявки суду не представили.

При таких обстоятельствах, суд определил рассмотреть дело в их отсутствие.

Свидетель ***18 в судебном заседании 15.01.2024 пояснила, что является руководителем отдела в ООО «МЕТРО Кэш энд Керри». По существу заданных вопросов указала, что 13.03.2023находилась дома. Позвонила ФИО1 рассказала, что случилось такая ситуация, что упала. На вопрос о самочувствии, она ответила спокойно, не плакала. Предложила вызвать скорую или такси до дома, она отказалась. После, свидетель сообщила о случившемся своему руководителю. На следующий день во вторую смену с 13-00 до 22-00 проводилось собрание и разбирали данный случай в присутствии истца. Она стояла, не сидела. Про самочувствие сказала, что может работать, если вдруг плохо станет, ей предложено пойти на больничный. Был проведен инструктаж. Проговорила правила по охране труда, все расписались. По последствиям 13.03.2023 истец жаловалась на боли в руке. Снова спросила про больничный, она сказала, что у нее осталось несколько дней до отпуска, доработает. 15.03.2023 у истца был выходной, истец сходила в травмпункт. 16.03.2023 истец вышла и сказала, что с жалобой на руку обратилась в больницу. Ей предложено взять дни на перенос смены, однако от ФИО1 поступил отказалась. ФИО1 выполняла обычную работу, никакого облегчения не было. Она работала в отделе: крупы, макароны. Пояснила, что, что можно было бы не лезть наверх, можно было сфотографироватьили взять ценник на палетной выкладке. Либо вывезти электророхлю. Вставать на палет никто не просил. Палеты тяжелые. Можно было сделать фото и отправить на кассу.Истец при всех на собрании пояснила, что она торопилась, поскольку был конец рабочей смены. Инструкции по смене ценников в табелке нет, имеется стандартная схема.

Свидетель ***19 допрошенная в судебном заседании 15.01.2024, пояснила, что является руководителем направления в ООО «МЕТРО Кэш энд Керри». С ФИО1 знакома с 2014 году. По существу заданных вопросов указала, что инструктажи происходит по-разному. В последнее время в журнал заносятся сотрудники, которые не работают уже. Начальник службы безопасности проводил инструктаж по пожарной безопасности. По обстоятельствам происшествия пояснила, что узнала 14.03.2023 на собрании руководителей-экспертов с администрацией о данном факте от управляющей ***20, что 13.03.2023 произошел несчастный случай, что упал сотрудник с высоты. В своих высказываниях она усомнилась в умственных способностях этого сотрудника, имя не озвучила. Сказала, что сотрудник встала на палет и он разъехался, после она упала. После озвучила, что упала ФИО1, указала, что если сотрудник обратится в травму и зафиксирует ее, то будет уволена, а руководитель будет сидеть. 14.03.2023 при разговоре с ФИО1 узнала, что она плохо себя чувствует, принимает обезболивающее, начала рассказывать как упала. Что попросили табелку, на стремянке не могла дотянуться, также крючком не смогла достать, встала на палет и он разъехался, в следствие упала. Потом прибежала ФИО9, скорую не вызывали. Случаев привлечения к ответственности за неснятые ценники в организации не имелись, однако, недовольство клиентов чревато. Сотрудники работают ответственные. 

Заслушав лиц, участвующих в деле, свидетелей, исследовав представленные доказательства, мнение прокурора Каткова П. В., полагавшего требования о компенсации морального вреда подлежащие удовлетворению, оставив их размер на усмотрение суда, суд приходит к следующему.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (часть 1 статьи 41), на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца и в иных случаях, установленных законом (часть 1 статьи 39).

Трудовой кодекс Российской Федерации особо закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, гарантируя его обязательным социальным страхованием от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом (статья 219 Трудового кодекса РФ).

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью застрахованного при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных законом случаях, предоставляется в порядке обязательного социального страхования. Отношения по данному виду обязательного социального страхования регулируются Федеральным законом от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний".

Согласно статьям 3, 7 Федерального закона "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" право на обеспечение по страхованию возникает со дня наступления страхового случая.

В силу абзаца 4 части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда.

Абзацем 16 части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами.

Согласно ч. 1 ст. 227 Трудового кодекса Российской Федерации, расследованию и учету в соответствии с настоящей главой (глава 36 «Обеспечение прав работников на охрану труда») подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 марта 2011 года N 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», в силу положений ст. 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ и ст. 227 Трудового кодекса Российской Федерации несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах, как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода, застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Для правильной квалификации события, в результате которого причинен вред жизни или здоровью пострадавшего, необходимо в каждом случае исследовать, указано ли происшедшее событие в перечне событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев (ч. 3 ст. 227 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с абзацем 2 пункта 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Из разъяснений данных в абзаце 2 пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", следует, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 Трудового кодекса РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" осуществляется причинителем вреда.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда.

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (часть 2 статьи 1064 Гражданского кодекса).

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Пленум Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" в пункте 25 разъяснил, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 названного постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации).

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае (абзац 2 пункт 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Из содержания приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи с причинением вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, размер компенсации морального вреда определяется на основании оценки судом конкретных обстоятельств дела. При этом суд наряду с учетом степени вины работодателя в причинении вреда жизни и здоровью работника в произошедшем несчастном случае, степени физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, должен учитывать требования разумности и справедливости.

Так, судом установлено что ФИО1 принята в ООО «МЕТРО Кэш энд Керри» на основании трудового договора № 07/07/14-1065/П- 02 от 07.07.2014, на должность оператора торгового зала(т. 1 л.д. 238-241).

Дополнительным соглашением от 30.12.2021 трудовой договор изменен, истец продолжила трудовую функцию в должности старшего оператора отдела движения товара (т. 2 л.д. 242).

Согласно доводам иска, 13.03.2023 ФИО1 находилась на рабочем месте по адресу ***, где в период осуществления трудовых действии, произошел несчастный случай, в ходе которого истец получила травму при следующих обстоятельствах: в 21-20 13.03.2023истцу позвонил на служебный телефон работник отдела кассового контроля и сообщил, что на табелке с товаром указана неверная цена товара, так как на кассе при обслуживании клиентов пробивается другая стоимость. Сотрудник отдела кассового контроля попросил принести основание для изменения цены клиентам. В 21-30 ФИО1 взяла лестницу-стремянку, чтобы убрать неправильную цену в табелке и предоставить ее на кассовую зону коллегам. Установив лестницу на полу в зоне продажи напитков (около регала 1б) рядом с паллетами газировки, она обнаружила, что длины лестницы ей не хватает для того, чтобы достать нужный ценник (высота табелки от уровня пола примерно 2.4 метра), после чего она попыталась достать табелку с помощью длинного крюка, однако ей также не удалось это сделать. ФИО1 решила убрать верхние упаковки с газировкой, чтобы встать на картон, который лежит между разными уровнями упаковок. Далее она поднялась по лестнице, встала ногами на освобожденное от упаковок место на палете, сняла требуемый ценник на товар и начала спускаться. В этот момент под картоном начали рассыпаться упаковки с газировкой, в результате чего она потеряла равновесие и упала на пол. ФИО1 почувствовала боль в правой стороне тела. Через некоторое время на возникший шум прибежала оператор отдела движения товара ***22, которая поинтересовалась о её самочувствии и требуется ли ей помощь. ФИО1 сообщила ей, что всё нормально. С пола она смоглаподняться самостоятельно, дошла до отдела кассового контроля и передала работникам.

Обстоятельства падения истца с палет сторонами не отрицается, а также соответствует представленной и исследованной в судебном заседании видеозаписи.

22.09.2023 составлено заключение государственного инспектора труда ФИО7 (т. 1 л.д. 15-26), согласно которому данный случай подлежит квалификации как несчастный случай, связанный с производством.

27.09.2023 по данному несчастному случаю составлен акт № 18 формы Н-1, (т. 1 л.д. 27-38). Причинами несчастного случая определена неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в отсутствии в ООО «Метро Кэш энд Керри» порядка безопасного выполнения работ по снятию ценников с табелок (при выполнении которых ФИО1 получила травму) находящихся на значительной высоте (высота табелки от уровня пола примерно 2.4 метра), что не позволило пострадавшей 13.03.2023 осуществить безопасное выполнение работы по снятию ценника с табелки, в результате чего она поднялась по лестнице, встала ногами на освобожденное от упаковок место на паллете, сняла требуемый ценник на товар и, в момент спуска с палеты, под картоном начали рассыпаться упаковки с газировкой, в результате чего пострадавшая потеряла равновесие и упала на пол, получив травму. Нарушение ст. 214 ТК РФ, п. 2, 8, 9 Общих требований к организации безопасного рабочего места, утв. Приказом Минтруда России от 29.10.2021 N 774н.

Из медицинского заключения магнитно-резонансной томографии №1014 от 02.05.2023 ФИО1, выданного ***23, следует, что по результатам МРТ диагностировано: 

<

***>. 

<

***>. 

<

***>. Рекомендована консультация невролога, МРТ мягких тканей таза (т. 2 л.д. 154).

Из медицинского заключения компьютерной томографии №261 от10.05.2023 следует, что по результатам компьютерной томографии диагностировано: 

<

***> (т. 2 л.д. 155).

Из медицинского заключения магнитно-резонансной томографии №1188 от 23.05.2023 следует, что по результатам МРТ у ФИО1 диагностированперелом 

<

***> (т. 2 л.д. 156-157).

Согласно справкам по форме 315/у от 07.07.2023 № 1590, от 25.07.2023 № 1717, выданным ГАУЗ СО «Центральная городская клиническая больница № 23 город Екатеринбург» диагноз и код диагноза по МКБ-10, поставленный ФИО1: 

<

***> (т. 1 л.д. 203-204).

Решением Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга № 2а-372/2024 от 26.01.2024 требования ООО «МЕТРО Кэш энд Керри» о признании незаконным заключения и предписания ГИТ СО оставлены без удовлетворения (приобщено в судебном заседании). Решение суда вступило в законную силу.

Ответчик факт падения истца в период осуществления трудовой деятельности не отрицает, указывая, что истцом получены следующие травмы: ушиб правого плечевого сустава. Ушиб грудной клетки справа. Ушиб левого лучезапястного сустава. В свою очередь истец, заявляя требования о компенсации морального вреда, указывает, что полученные травмы в виде перелома правой лонной кости, правой седалищной кости, левой лонной кости. Ушиб грудной клетки справа. Ушиб правого плечевого сустава. Ушиб правого / лучезапястного сустава являются следствием ее падения, произошедшего 13.03.2023 в период исполнения трудовых обязанностей.

Поскольку юридически значимым обстоятельством при рассмотрении дела является факт получения травмы в виде перелома правой лонной кости, правой седалищной кости, левой лонной кости. Ушиб грудной клетки справа. Ушиб правого плечевого сустава. Ушиб правого / лучезапястного сустава вследствие падения 13.03.2023, судом по ходатайству ответчика назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза.

По результатам исследования экспертами НП «ЕБСЭ» составлено заключение № 02-09/2024 (т. 4 л.д. 2-76). Из анализа заключения следует, что истцу после 13.03.2023 установлены следующие повреждения: перелом верхней ветви правой лонной кости, перелом ветви седалищной кости справа и перелом левой лонной кости в области лонного симиза без смешения костных отломков. Дополнительно экспертами отмечено, что миозит большой приводящей и внутренней запирательной мышц справа, это воспаление большой приводящей (Большая приводящая мышца начинается от нижней ветви лобковой кости, ветви седалищной кости (передние волокна) и седалищного бугра (задние волокна). Прикрепляется мышца к ягодичной бугристости, середине шероховатой линии, медиальной надмыщелковой линии и медиальному надмыщелку бедренной кости) и внутренней запирательной мышц (Внутренняя запирательная мышца берет начало на седалищно-лобковой ветви и запирательной мембране таза и прикрепляется к медиальной поверхности большого вертела бедренной кости.) справа. Данное воспаление может быть связано с переломами костей таза;Переходный люмбосакральный (пояснично-крестцовый) S1 позвонок относится к группе аномалий развития позвоночника, т.е. это анатомическая вариация пятого поясничного позвонка, при которой увеличенный поперечный отросток образует сочленение с крестцом или подвздошной костью. Переходный люмбосакральный (пояснично-крестцовый) S1 позвонок никак не связан с переломами костей таза.

По имеющимся данным достоверно определить время образования переломов костей 

<

***> у ФИО1 не представляется возможным.

Отдельно эксперты указали, что, учитывая выявленные у ФИО1 переломы 

<

***> место приложения травмирующей силы было в область 

<

***>. А учитывая механизм падения ФИО1 с палеты на пол, переломы костей 

<

***> у ФИО1 не могли образоваться в следствии несчастного случая, произошедшего 13.03.2023 (падение с палеты).

Диагностированные у ФИО1 заболевания в виде 

<

***> являются самостоятельными заболеваниями и никак не связаны с несчастным случаем, произошедшим13.03.2023 (падение с палеты).

Не доверять заключению экспертов НП «ЕБСЭ»оснований не имеется. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Доказательств заинтересованности экспертов в исходе дела не представлено. Заключение полное, мотивированное, научно обоснованное.

В соответствии с положениями статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации экспертное заключение является важным видом доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования. В то же время, суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения эксперта должен учитывать и иные добытые по делу доказательства и дать им надлежащую оценку. Экспертные заключения оцениваются судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Экспертное заключение № 02-09/2024, выполненное экспертами, предупрежденным об уголовной ответственности, в полном объеме отвечает требованиям действующего законодательства, регулирующего вопросы экспертной деятельности, поскольку содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате выводы и научно-обоснованные ответы на поставленные вопросы, в обоснование сделанных выводов эксперты приводят соответствующие данные из имеющихся в распоряжении документов, основываются на исходных объективных данных, учитывая имеющуюся в совокупности документацию, а также на использованной при проведении исследования научной и методической литературе, в заключении указаны данные о квалификации экспертов, их образовании, стаже работы. Суд находит данное заключение обоснованным, полным, последовательным и подробным.

В связи с чем, суд при оценке доводов сторон о наличии травм связанных с падением с палеты 13.03.2023 руководствуется именно данным заключением, определяя, что в результате происшествия 13.03.2023 истец на производстве получила следующие травмы: ушиб правого плечевого сустава. Ушиб грудной клетки справа. Ушиб левого лучезапястного сустава.

Ходатайство о вызове экспертов судом отклонено.

Согласно части 2 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы.

В соответствии с частями 1 и 2 статьи 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случаях недостаточной ясности или неполноты заключения эксперта суд может назначить дополнительную либо повторную экспертизу, поручив ее проведение тому же или другому эксперту.

Также гражданским процессуальным законодательством предусмотрено право суда вызвать эксперта в суд для личного участия в судебном заседании и ответа на вопросы, связанные с проведенным исследованием и данным им заключением (статьи 85, 113, 168 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Пунктом 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 N 23 «О судебном решении» разъяснено, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем, суд не усматривает какой-либо неполноты и противоречивости в заключении судебной экспертизы, проведенной экспертами НП «ЕБСЭ», поскольку истец бездоказательно сослался лишь на наличие другой точки зрения, отличной от мнения экспертов, по сути основанной на оценке той же представленной медицинской документации. Вопросы представителя истца касающиеся отсутствия возможности определить давность образования травм вопреки его мнению экспертами отражена в описательной части со ссылкой на отсутствие медицинских данных ранее 23.05.2023, поскольку 15.03.2023 травма на приеме врача квалифицирована со слов истца как бытовая. На рентгенограммах правого 

<

***> в прямой проекции травматических изменений не выявлено. На рентгенограммах 

<

***> травматических изменений не определяется. На рентгенограмме 

<

***> костных травматических изменений не выявлено.Диагноз выставлен: Ушиб правого плечевого сустава. Ушиб гр. клетки справа. Ушиб правого л/запястного сустава...». 

При этом, последовательно по хронологии событий установлено, что 16.03.2023 ФИО1 вышла на работу и отработала по графику до конца смены.

С 17.03.2023 по 18.03.2023 согласно графику работы у ФИО1 были выходные дни.

19.03.2023 пострадавшая вышла на работу и отработала по графику до конца смены.

С 20.03.2023 по 02.04.2023 ФИО1 направилась в ежегодный оплачиваемый отпуск.

30.03.2023 ФИО1 почувствовала ухудшение своего самочувствия и обратилась в ***24 расположенной по адресу: ***, где ей диагностировали «остеохондроз позвоночника» и назначили курс лечения в виде уколов медицинскими препаратами. Лист нетрудоспособности ей не открыли.

С 03.04.2023 по 12.04.2023 ФИО1 находилась на листке нетрудоспособности в ***25, с кодом утраты трудоспособности 01.

С 13.04.2023 по 17.04.2023 ФИО1 находилась на листке нетрудоспособности в ***26 с кодом утраты трудоспособности 01.

С 18.04.2023 по 28.04.2023 ФИО1 находилась на листке нетрудоспособности в ***27, с кодом утраты трудоспособности 01.

С 28.04.2023 по 12.05.2023 ФИО1 находилась на листке нетрудоспособности в ***28, с кодом утраты трудоспособности 01.

С 13.05.2023 по 29.05.2023 ФИО1 находилась на листке нетрудоспособности в ***29 с кодом утраты трудоспособности 01.

Согласно письму и.о. главного врача ***30 ***31 указанные листки нетрудоспособности выданы ФИО1 с диагнозом: 

<

***>.

Таким образом, объективно данных за наличие диагноза 

<

***> медицинская документация до 10.05.2023 не содержит.

Также, суд не находит оснований полагать, что экспертами не раскрыты выводы касающиеся отсутствия причинно-следственной связи между выявленной 10.05.2023 травмой 

<

***> и падением. Напротив, выводы о том, что переломы костей 

<

***> 

<

***> у ФИО1 не могли образоваться в следствии несчастного случая, произошедшего13.03.2023(падение с палеты) подробно с пошаговой раскадровкой видеозаписи падения, а также последующими событиями в совокупности отражены в заключении:

1. При начале падения ФИО1 выставляет вправо правую руку и начинает падать правым боком (Фото 1-3).

2. На пол ФИО1 вначале падает на ладонь правой руки (Фото 3), затем на ладонь левой руки (Фото 4), далее на правое плечо и правую боковую половину грудной клетки (Фото 5 - 6).

3. Далее пола касается правая боковая поверхность таза и затем ноги (Фото 7 -9).

После падения 13.03.2023 ФИО1 отрабатывает смену до конца, сама уходит домой. На следующий день она выходит на работу и отрабатывает по графику до концасмены.

При осмотре 15.03.2023 ФИО1; указывает: «...

<

***>...», предъявляет жалобы: «...

<

***>...» (дословно), т.е. жалобы на боли в области 

<

***> ФИО1 не предъявляет, при ее осмотре какие-либо повреждения в области 

<

***> не описаны.

Далее 16.03.2023, 19.03.2023 ФИО1 выходит на работу и отрабатывает по графику до конца смены.

30.03.2023ФИО1 почувствовала ухудшение своего самочувствия и обратилась в ***32 где находилась на листке нетрудоспособности с диагнозом: «

<

***>» до 12.05.2023, когда после проведенного КТ (Компьютерная томография) №261 от 10.05.2023 на которой были выявлены: «...Заключение

<

***>...», ФИО1 выставляют диагноз: «

<

***>».

При этом, при ответе на вопрос какие объективные медицинские ограничения в образе жизни имеются у лиц получивших подобные повреждения, в частности: ограничения по передвижению, длительному нахождению в вертикальном состоянии, болевые ощущения, экспертами со ссылкой на специальную медицинскую литературу отмечено, что при переломах верхней ветви правой лонной кости, ветви седалищной кости справа и левой лонной кости в области 

<

***> у пострадавших отмечается болезненность 

<

***>, через несколько часов после травмы появляются припухлость и гематома, ноги согнуты в коленном и тазобедренном суставах и разведены - «положение лягушки». При переломе верхней ветви 

<

***> не может оторвать пятку от постели - симптом «прилипшей пятки». При переломах вблизи 

<

***> больной слегка сгибает ноги и сводит их вместе, при попытке разведения ног наблюдается резкая болезненность. Т.е. у пациента наблюдаются болевые ощущения, имеются ограничения по передвижению и длительному нахождению в вертикальном положении.

Таким образом, оценив в совокупности имеющиеся в медицинской документации сведения с обстоятельствами, следовавшими за днем происшествия, экспертами объективно сделан вывод об отсутствии причинно-следственной связи между падением и диагнозом, установленным в результате МРТ 10.05.2023. В данном случае данных относительно болевых ощущений на 3 день после падения в области таза истец не предъявляла, соответственно, соотнести травмы, выявленные 10.05.2023 с падением 13.03.2023 объективно не представляется возможным.

Ссылка представителя истца на отсутствие медицинской литературы судом отклоняется, поскольку в тексте самого заключения подобные ссылки указаны, имеется список литературы.

При этом, доводы представителя истца относительно наличия решения Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга № 2а-372/2024 от 26.01.2024 суд находит также несостоятельными, поскольку предметом административного иска ООО «МЕТРО Кэш энд Керри» являлась оценка действия государственного инспектора труда по оформлению произошедшего несчастного случая, тогда как цель настоящего иска определить связь выявленной 10.05.2023 травмы с падением, произошедшим 13.03.2023. Кроме того, сторонами не отрицается, что в результате падения 13.03.2023 истец получила травмы, зафиксированные 15.03.2023 в виде Ушиба правого плечевого сустава. Ушиба гр. клетки справа. Ушиба правого л/запястного сустава.

К доводам представителя истца относительно необходимости составления рецензии на заключение суд относится критически, поскольку ознакомившись с результатами экспертизы 25.06.2024, в течение 2 недель до даты судебного заседания не предпринял попыток ее подготовки, что судом расценивается как недопустимое затягивание рассмотрения дела. 

Доводы, заявленные представителем истца, относительно необходимости вызова экспертов судом также отклонены, поскольку сводятся к фактическому несогласию с выводами по ранее указанным основаниям.

В связи с чем, суд приходит к выводу, что в результате падения 13.03.2023 в торговом зале ООО «МЕТРО Кэш энд Керри» истец получила следующие травмы: 

<

***>. Травмы 

<

***> не состоят в связи с падением 13.02.2023. Данный вывод также отражен в особом мнении члена комиссии по расследованию несчастного случая на производстве – консультанта ОР и ЭСС ОСФР по СО ФИО8 (т. 1 л.д. 159-160).

В тоже время, учитывая, что истец в результате падения 13.03.2023 получила травму, суд приходит к следующему.

Согласно приложению «Ж» от 01.01.2022 к трудовому договору № 07/07/14-1065/П-02 от 07.07.2014 в должностные обязанности старшего оператора отдела движения товара входит в том числе:

осуществление печати, контроль наличия и правильности оформления всех видов ценников, этикеток. В случае изменения цены своевременно производить замену ценников (п. 4.5), 

своевременно реагировать на вызовы Кассовой зоны (нечитаемый штрих-код, содержание МЕТРО-единиц, качество товара и т.п. (п. 4.7).

Судом установлено, что в ООО «Метро Кэш энд Керри» не разработан порядок безопасного выполнения работ по снятию ценников с табелок (при выполнении которых ФИО1 получила травму) находящихся на значительной высоте (высота табелки от уровня пола примерно 2.4 метра), что не дозволило пострадавшей 13.03.2023 осуществить безопасное выполнение работы по снятию ценника с табелки, в результате чего она поднялась по лестнице, встала ногами на освобожденное от упаковок место на паллете, сняла требуемый ценник на товар и, в момент спуска с паллета, под картоном начали рассыпаться упаковки с газировкой, в результате чего пострадавшая потеряла равновесие и упала на пол, получив травму. В соответствии с чем, суд полагает обоснованными доводы истца относительно наличия со стороны ответчика нарушений, предусмотренных ст. 214 Трудового кодекса 

<

...> Общих требований к организации безопасного рабочего места, утв. Приказом Минтруда России от 29.10.2021 N 774н.

Таким образом, ввиду отсутствия порядка снятия ценника с табелки, суд приходит к выводу, что ответчиком не была обеспеченабезопасность выполнения данной работы, что послужило причиной несчастного случая, в результате которой истец получила травмы 

<

***>. 

Что касается доводов представителя ответчика о наличии со стороны ФИО10 грубой неосторожности, суд приходит к следующему.

Пунктом 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается. Вина потерпевшего не учитывается при возмещении дополнительных расходов (пункт 1 статьи 1085), при возмещении вреда в связи со смертью кормильца (статья 1089), а также при возмещении расходов на погребение (статья 1094).

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.) (абзац третий пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина").

В абзаце пятом пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" внимание судов обращено на то, что размер возмещения вреда в силу пункта 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть уменьшен судом с учетом имущественного положения причинителя вреда - гражданина, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

При грубой неосторожности нарушаются обычные, очевидные для всех требования, предъявляемые к лицу, осуществляющему определенную деятельность. При простой неосторожности, наоборот, не соблюдаются повышенные требования.

В соответствии с позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 21.02.2008 N 120-О-О, исследование вопроса о том, является ли неосторожность потерпевшего грубой небрежностью или простой неосмотрительностью, не влияющей на размер возмещения вреда, разрешается в каждом случае судом с учетом конкретных обстоятельств.

Применительно к существу настоящего спора грубая неосторожность может иметь место в ситуации, когда работник, осознавая угрозу причинения вреда жизни или здоровью, например, осуществляет действия по снятию ценника с табелки в нарушении установленном инструкцией порядке, имея ее распоряжении.

Между тем, таких обстоятельств в ходе рассмотрения дела не установлено.

В тоже время, суду представлена инструкция по охране труда при работе на лестницах стремянках ИОТ 12-18, с которой истец ознакомлена (т. 2 л.д. 130-135). Так, согласно абз. 3, 10 п. 3.10 указанной инструкции при производстве работ на лестницах и стремянках запрещается работать с двух верхних ступенек стремянок, не имеющих перил или ограждений, а также утраивать дополнительные опорные сооружении из ящиков или других подручных средств в случае недостаточной длины лестницы.

Таким образом, суд полагает, что истец, действуя неосторожно в отсутствие инструкции по снятию ценников с табелки, способствовала падению, а соответственно получению травмы. Истец не отрицает, что действовала в нарушении инструкции, однако, отсутствие порядка снятия ценников с табелки не снимает с ответчика ответственности за данное происшествие, поскольку иным способом исполнить возложенные обязанности истец возможности не имела. Доводы представителей ответчика относительно отсутствия необходимости снимать ценник, а возможности его фотографирования и размещения в чат, суд отклонят в том числе по основанию отсутствия в организации регламентирующих правил. В связи с чем, суд полагает, что в данном случае имеется обоюдная вина работника и работодателя, размер которой суд определяет в равных долях.

Доводы ответчика об отсутствии его вины в причинении вреда здоровью истца, отсутствии причинно-следственной связи между причинением вреда здоровью истца и действиями (бездействием) ответчика, судом признаются несостоятельны, поскольку как указано ранее, и разъяснено в пункте 15 постановления Пленума Верховного суда РФ N 33 от 15.11.2022 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда. Поскольку несчастный случай произошел с ФИО1 в рабочее время в результате выполнения поручения работодателя, то исходя из вышеуказанных разъяснений, не имеется оснований полагать, что ответчик подлежит освобождению от возмещения вреда, причиненного истцу.

Оценивая требования иска в части определения размера компенсации морального вреда, суд исходя из установленной обоюдной вины работника и работодателя, определяет соразмерную страданиям сумму в размере 20 000 рублей, при этом, учитывает то обстоятельство, что в связи с полученной травмой, истец испытывала болезненные ощущения, вынудившие ее обратиться к врачу. Также, суд принимает во внимание обстоятельства и степень вины работодателя в произошедшем несчастном случае на производстве (нарушения требований охраны труда и производственной безопасности), а также следующее за событием отношение ответчика –представление согласно пояснениям свидетелей помощи в вызове такси, скорой помощи; характер и степень причиненных истцу нравственных и физических страданий обусловленных тяжестью причиненного вреда ее здоровью и нравственными переживаниями в связи с полученной травмой; состояние дискомфортности и, как следствие, физические и невосполнимые нравственные страдания, ухудшения качества жизни.

В связи с удовлетворением исковых требований в части, взысканию с ответчика в доход бюджета подлежит государственная пошлина в размере 300 рублей (ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. ст. 50, 61.1. Бюджетного кодекса Российской Федерации, ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации).

Суд при вынесении решения оценивает исследованные доказательства в совокупности и учитывает, что у сторон не возникло дополнений к рассмотрению дела по существу, стороны согласились на окончание рассмотрения дела при исследованных судом доказательствах, сторонам также было разъяснено бремя доказывания в соответствии с положениями ст.ст.12,35,56,57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «МЕТРО Кэш энд Керри» (ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО1 (

<

***>) компенсацию морального вреда 20 000 рублей.

В удовлетворении остальной части требований ФИО1, - отказать.

Взыскать с ООО «МЕТРО Кэш энд Керри» (ОГРН 

<

***>) в доход бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд через Кировский районный суд г. Екатеринбурга в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья 

<

***> Е. В. Самойлова