66RS0056-01-2019-000714-80

Административное дело № 2а-445(5)2019 

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Тавда 17 июля 2019 года

(мотивированное решение составлено 22 июля 2019 года)

Тавдинский районный суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Рудаковской Е.Н., 

при секретаре судебного заседания Овериной М.М., 

с участием, путем использования видеоконференц-связи с ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Курганской области, административного истца ФИО1,

представителя административного истца адвоката Хворовой А.В.,

представителя ответчиков ФСИН России, ФКУ ИК-26 ГУФСИН России по Свердловской области ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению Степаняна ФИО10 к Федеральной службе исполнения наказаний, Управлению Федеральной службе исполнения наказаний по Курганской области, Федеральному казенному учреждению Исправительная колония № 26 Главного управления федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области о признании незаконными действий по избранию для отбывания наказания исправительного учреждения для бывших работников правоохранительных органов и судов, о принятии для отбывания наказания, возложении обязанности принятия решения о переводе в другое исправительное учреждение того же вида,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Тавдинский районный суд с административным исковым заявлением к ФСИН России, УФСИН России по Курганской области, ФКУ ИК-26 ГУФСИН Росси по Свердловской области, в котором просит: признать незаконным избрание ФСИН России, УФСИН России по Курганской области для отбывания наказания в виде лишения свободы исправительного учреждения, в котором содержатся бывшие работники правоохранительных органов и судов, поскольку он не относится к данной категории, чем нарушено его право на раздельное содержание с бывшими работниками правоохранительных органов и судов, а также не учтена дальность нахождения исправительного учреждения, что препятствует осуществлению им права на поддержание семейных связей; признать незаконным действия ФКУ ИК-26 ГУФСИН России по Свердловской области о его принятии для отбывания наказания; обязать ответчиков ФСИН России, УФСИН России по Курганской области принять решение о его переводе в иное, соответствующее назначенному по приговору суда виду исправительного учреждения, расположенное в том субъекте Российской Федерации, где он проживал до осуждения, либо в любом из ближайших к нему субъектов РФ.

В обоснование требований административный истец указал, что 10 апреля 2019 года для отбывания наказания, назначенного приговором Варгашинского районного суда Курганской области, он был доставлен в ФКУ ИК-26 ГУФСИН России по Свердловской области, предназначенное для отбывания наказания осужденными, имеющими статус бывших работников правоохранительных органов и судов. Он неоднократно пояснял сотрудникам учреждения, что не относится к данной категории лиц, поскольку никогда не являлся работником правоохранительных органов и судов. Его мать ФИО11 обращалась с жалобами по поводу его направления в исправительное учреждение для бывших работников правоохранительных органов и судов в прокуратуру Курганской области и УФСИН России по Курганской области. Ответом первого заместителя начальника УФСИН России по Курганской области на данные жалобы было сообщено, что он относится к категории лиц, являющихся бывшими сотрудниками правоохранительных органов, поскольку проходил службу в ВЧ № 6771 ВВ МВД России. 

Однако, он не может быть отнесен к бывшим работникам правоохранительных органов в связи с прохождением им срочной службы в ВЧ № 6771 ВВ МВД России, так как никогда не занимал должность в соответствующем правоохранительном органе, ему не присваивалось специальное звание либо классный чин. Также он не относится к категории лиц перечисленных в ст. 274 Федерального закона от 20 апреля 1995 года № 45-ФЗ «О государственной защите судей, должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов». Кроме того, в ВЧ № 6771 ВВ МВД России он находился всего семь месяцев, после чего был комиссован по состоянию здоровья. 

Считает, что направив его для отбывания наказания в ФКУ ИК-26 ГУФСИН России по Свердловской области совместно с бывшими работниками правоохранительных органов и судов, ответчики нарушили его право на раздельное содержание осужденных к лишению свободы в исправительных учреждениях, предусмотренное Федеральным законом Российской Федерации.

В судебном заседании административный истец ФИО1 заявленные требования поддержал полностью, по обстоятельствам дела пояснил, что после вступления в законную силу приговора суда был направлен для отбывания наказания в ФКУ ИК-26. В настоящее время содержится в СИЗО-1 г. Кургана в связи с рассмотрением в отношении него еще одного уголовного дела, после рассмотрения, которого вновь будет возвращен в ИК-26 для дальнейшего отбывания наказания. Однако он никогда не являлся работником правоохранительных органов, а прохождение им срочной службы в армии не относится в работе в правоохранительных органах. С учетом прохождения обучения в другой войсковой части, период прохождения им срочной службы по призыву составил несколько месяцев, поскольку зачислен в состав ВЧ 6771 он был 29 июня 2008 года, а комиссован по состоянию здоровья 29 декабря 2008 года. При этом, обучение им было пройдено в конце ноября 2008 года, а с 10 декабря 2008 года он был переведен в больницу, впоследствии комиссован по состоянию здоровья. Никакого участия в деятельности по обеспечению общественного порядка и безопасности в период прохождения срочной службы он не принимал. В период предварительного следствия по уголовному делу, с марта 2015 года по июнь 2017 года, он содержался в следственном изоляторе на общих основаниях, а не отдельно как работник правоохранительных органов. О том, что он проходил срочную службу ВЧ ВВ МВД России не скрывал, указывал данные сведения при заполнении анкеты в следственном изоляторе. Во время его этапирования в колонию никаких специальных мер как к бывшему работнику правоохранительных органов, в том числе направленных на обеспечение его безопасности, предпринято не было. По прибытию в ИК-26 он сразу же поставил в известность сотрудников исправительного учреждения о том, что не относится к бывшим работникам правоохранительных органов. Опасаясь за свою безопасность, поскольку содержался совместно с бывшими работниками правоохранительных органов и судов, он вынужден был совершать нарушения установленного порядка отбывания наказания с целью его водворения в изолированные от других осужденных помещения. В период нахождения в ИК-26, он обратился с жалобой в Генеральную прокуратуру Российской Федерации по факту его направления в исправительное учреждение для бывших работников правоохранительных органов и судов, к категории которых он не относится. Ответом ФСИН России ему было отказано в удовлетворении жалобы, ответ им получен уже в СИЗО-1 г. Кургана. Поскольку он не является бывшим работником правоохранительных органов и судов, действия ответчиков по направлению его в специализированное исправительное учреждение, принятие его в данном исправительном учреждении нарушают его права на раздельное содержание с лицами данной категории. Содержась с бывшими работниками правоохранительных органов и судом, он опасается за свою жизнь и здоровье.

Представитель административного истца адвокат Хворова А.В. в судебном заседании поддержала требования административного истца ФИО1. Пояснила, что ФИО1 никогда не являлся работником судов и правоохранительных органов. С военной службы по призыву ФИО1 был уволен по состоянию здоровья в соответствии с пунктом «в» ч. 1 ст. 51 ФЗ «О воинской обязанности и воинской службе» в связи с признанием его военно-врачебной комиссией не годным к военной службе. ФИО1 проходил службу в ВЧ № 6771 ВВ МВД России не по своей воле или собственному желанию, как того требуют трудовые правоотношения, а по призыву в течение семи месяцев с 29 июня 2008 года по 29 декабря 2008 года. Должность в правоохранительном органе он никогда не занимал, специальное звание либо классный чин ему не присваивались. Военнослужащие срочной службы никогда не являлись работниками правоохранительных органов, не относились к ним и имеют разные звания. По смыслу Федерального закона от 20 апреля 1995 года № 45-ФЗ «О государственной защите судей, должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов» ФИО1 также не может быть отнесен к категории сотрудников правоохранительных органов, принимавших непосредственное участие в пресечении действий вооруженных преступников, незаконных вооружений формирований и иных организованных преступных групп, поскольку не принимал и не мог принимать непосредственного участия в указанных действиях, что помимо его доводов подтверждается учетно-послужной карточкой, согласно которой при прибытии в ВЧ № 6771 он был направлен для прохождения обучения в ВЧ № 3421, которая к ВВ МВД не относится, где получил общевойсковую специальность и после окончания обучения 28 ноября 2008 года был направлен в ВЧ 6771. В ВЧ № 6771 ФИО1 пробыл не более двух недель, после чего был госпитализирован в другую ВЧ № 3532. После его госпитализации 10 декабря 2008 года, ФИО1 был признан военно-врачебной комиссией не годным к военной службе по состоянию здоровья и уволен. 04 декабря 2008 года ФИО1 присвоено звание младшего сержанта и должность командира отделения, в которой он фактически пробыл 5 дней, так как с 10 декабря 2008 года находился на лечении, а 29 декабря 2008 года был комиссован. Каких-либо сведений о том, что ФИО1 принимал участие в осуществлении правоохранительных функций ответчиками не представлено. ФИО1 осужден за совершение преступлений совершенных организованной группой, в связи с чем не допустимо содержать его как члена организованной преступленной группы с бывшими сотрудниками правоохранительных органов, поскольку данное обстоятельство угрожает его личной безопасности, жизни и здоровью. Кроме того, с 11 марта 2015 года по 27 июня 2017 года ФИО1 содержался по стражей в общей массе заключенных. Из общей массы подозреваемых и обвиняемых оспариваемыми действиями ответчиков был направлен в специализированную колонию для бывших сотрудников правоохранительных органов. Считала, что действиями ответчиков нарушены права ФИО1 на раздельное содержание осужденных к лишению свободы в исправительных учреждениях, предусмотренное нормами Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, поставлены под угрозу его жизнь, здоровое и личная безопасность. Также ответчиками нарушены положения ст. 73 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, поскольку он направлен для отбывания наказания в другой субъект не по медицинским показаниям, без какой либо угрозы личной безопасности, без его согласия. Преступления, за которые осужден ФИО1, не входят в перечень преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации, позволяющий содержать осужденных в исправительных учреждениях не по территориальности. В ИК-26 условий для размещения осужденного ФИО1 не имеется, поскольку предназначено для отбывания наказания бывших работников правоохранительных органов и судов, к которым ФИО1 не относится. По изложенным обстоятельствам просила административные исковые требования удовлетворить полностью. 

Представитель административных ответчиков ФСИН России, ФКУ ИК-26 ГУФСИН России по Свердловской области ФИО2 в судебном заседании заявленные ФИО1 требования не признала, просила оставить их без удовлетворения, по следующим основаниям. В соответствии с распоряжением ФСИН России от 15 февраля 2019 года № 23-р ФКУ ИК-26 ГУФСИН России по Свердловской области является исправительным учреждением, предназначенным для отбывания наказания в виде лишения свободы в условиях строгого режима осужденными являющимися бывшими работниками правоохранительных органов и судов. ФИО1 в ИК-26 прибыл из ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Курганской области на основании указания ФСИН России исх-03-19875 от 21 марта 2019 года о направлении осужденных бывших работников правоохранительных органов и судов, которым назначено отбывание уголовного наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, в том числе и тех осужденных данной категории, которые до ареста проживали в Курганской области. Повторным указанием ФСИН России от 02 апреля 2019 года исх-03-23477 из осужденных подлежащих направлению в исправительные учреждения Свердловской области исключены осужденные к строгому режиму – бывшие сотрудники судов и правоохранительных органов Курганской области. Согласно справке по личному делу ФИО1, 18 апреля 2019 года он убыл в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Курганской области для участия в следственных действиях на основании постановления Варгашинского районного суда Курганской области. Считала требование административного истца о признании действий ФКУ ИК-26 по факту принятия его для отбывания наказания совместно с бывшими работниками правоохранительных органов и судов необоснованными и неправомерными, поскольку ФИО1 был принят ФКУ ИК-26 для отбывания наказания в виде лишения свободы в соответствии с действующими нормативно-правовыми актами, при этом, административным истцом не представлено относимых и допустимых доказательств нарушения его прав либо возникновения реальной угрозы их нарушения именно действиями ФКУ ИК-26. 

Представитель административного ответчика УФСИН России по Курганской области в судебное заседание не явился, просил о рассмотрении дела без его участия, предоставил суду письменный отзыв, в котором просил в удовлетворении требований ФИО1 отказать в полном объеме, указав в обоснование доводов, что ФИО1, как бывший сотрудник правоохранительных органов, после вступления в отношении него приговора в законную силу, был этапирован в распоряжение ГУФСИН России по Свердловской области на основании указания ФСИН России от 21 марта 2019 года № исх-03-19875. Возвращен в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Курганской области из ФКУ ИК-26 ГУФСИН России по Свердловской области 03 мая 2019 года на основании постановления Варгашинского районного суда Курганской области от 12 апреля 2019 года для участия в судебных заседаниях в качестве обвиняемого. Изначально, по прибытии в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Курганской области 14 декабря 2018 года после вынесения приговора суда, ФИО1 сведения о прохождении службы в правоохранительных органах не представил. Впоследствии было установлено, что ФИО1 являлся военнослужащим и проходил военную службу с 29 июня 2008 года по 29 декабря 2008 года в ВЧ № 6771 ВВ МВД России, в воинском звании младший сержант, в должности командира 2 комендантского отделения 3 комендантского взвода 2 комендантской роты. Исключен из списков личного состава воинской части и снят со всех видов довольствия 29 декабря 2008 года по истечению срока военной службы по призыву. Основным видом деятельности ВЧ № 6771 ВВ МВД России является деятельность по обеспечению общественного порядка и безопасности. Военнослужащий срочной службы, проходящий военную службу по призыву в составе частей и соединений внутренних войск МВД Российской Федерации, на которого при исполнении служебных обязанностей возложено несение службы по охране общественного порядка, является сотрудником правоохранительных органов, что опровергает доводы административного истца о том, что он не состоял в трудовых отношениях с Министерством внутренних дел и потому не является работником правоохранительных органов, являются безосновательными. Доводы административного истца о том, что в связи с отбыванием уголовного наказания в ФКУ ИК-26 нарушаются его права на поддержание социальных связей и право на общение с семьей также не основаны на законе, поскольку законодателем предусмотрены ограничительные меры в отношении лиц, совершивших преступления и подвергнутых наказанию. Кроме того, ФКУ ИК-26 находится в Свердловской области, являющейся соседним регионом с Курганской областью и расположена на расстоянии 328 км от города Кургана. 

Суд, заслушав участников процесса, исследовав письменные доказательства по делу, приходит к выводу о частичном удовлетворении требований ФИО1 по следующим основаниям.

Согласно ч. 1 ст. 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

Исходя из положений части 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд удовлетворяет заявленные требования об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если установит, что оспариваемое решение, действие (бездействия) нарушает права и свободы административного истца, а также не соответствует закону или иному нормативному правовому акту. В случае отсутствия указанной совокупности суд отказывает в удовлетворении требования о признании решения, действия (бездействия) незаконными.

Ограничения прав и свобод, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, могут быть связаны, в частности, с применением в качестве меры государственного принуждения к лицам, совершившим преступления и осужденным за это по приговору суда, уголовного наказания в виде лишения свободы, особенность которого состоит в том, что при его исполнении на осужденного осуществляется специфическое воздействие, выражающееся в лишении или ограничении его прав и свобод и возложении на него определенных обязанностей, целями которого являются исправление осужденных и предупреждение совершения новых преступлений, как осужденными, так и иными лицами.

Согласно ч. 2 ст. 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

Согласно ч. 1 ст. 73 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, осужденные к лишению свободы, кроме указанных в части четвертой настоящей статьи, отбывают наказание в исправительных учреждениях в пределах территории субъекта Российской Федерации, в котором они проживали или были осуждены. В исключительных случаях по состоянию здоровья осужденных или для обеспечения их личной безопасности либо с их согласия осужденные могут быть направлены для отбывания наказания в соответствующее исправительное учреждение, расположенное на территории другого субъекта Российской Федерации.

В силу части 4 статьи 73 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденные за преступления, предусмотренные статей 126, частями второй и третьей статьи 127.1, статьями 205 - 206, 208 - 211, 275, 277 - 279, 281, 282.1, 282.2, 317, частью третьей статьи 321, частью второй статьи 360 Уголовного кодекса Российской Федерации, осужденные при особо опасном рецидиве преступлений, осужденные к пожизненному лишению свободы, осужденные к отбыванию лишения свободы в тюрьме, осужденные, которым смертная казнь в порядке помилования заменена лишением свободы, направляются для отбывания наказания в соответствующие исправительные учреждения, расположенные в местах, определяемых федеральным органом уголовно-исполнительной системы.

В соответствии с частью 1 статьи 75 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации порядок направления осужденных в исправительное учреждение определяется федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний.

В соответствии с ч. 3 ст. 80 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, в отдельных исправительных учреждениях содержатся осужденные - бывшие работники судов и правоохранительных органов. В эти учреждения могут быть направлены и иные осужденные.

В силу ч. 2 ст. 81 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, осужденные к лишению свободы должны отбывать весь срок наказания, как правило, в одной исправительной колонии. Перевод осужденного для дальнейшего отбывания наказания из одного исправительного учреждения в другое того же вида допускается в случае болезни осужденного либо для обеспечения его личной безопасности, при реорганизации или ликвидации исправительного учреждения, а также при иных исключительных обстоятельствах, препятствующих дальнейшему нахождению осужденного в данном исправительном учреждении. Порядок перевода осужденных определяется Министерством юстиции Российской Федерации.

Порядок направления осужденных к лишению свободы для отбывания наказания и их перевода из одного исправительного учреждения в другое установлен на дату рассмотрения заявления Инструкцией о порядке направления осужденных к лишению свободы для отбывания наказания, их перевода из одного исправительного учреждения в другое, а также направления осужденных на лечение и обследование в лечебно-профилактические и лечебные исправительные учреждения, утвержденной Приказом Минюста России от 26.01.2018 N 17, в пункте 5 которой указано, что в отдельные исправительные учреждения направляются осужденные - бывшие работники судов и правоохранительных органов. В эти учреждения могут быть направлены и иные осужденные. 

Таким образом, раздельное содержание вышеперечисленных категорий осужденных в первую очередь требуется для того, чтобы организовать исправительное воздействие на заключенных с учетом особенности той или иной их группы и повысить эффективность их реализации. Включение в закон этого правила обусловлено необходимостью обеспечения безопасности этой категории осужденных, которые в связи с их прошлой деятельностью могут подвергаться проявлениям мести со стороны других осужденных.

В ходе судебного разбирательства судом установлено и подтверждено представленными материалами дела, что приговором Варгашинского районного суда Курганской области от 12 декабря 2018 года, с учетом изменений внесенных апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Курганского областного суда от 19 марта 2019 года, ФИО1 осужден за совершение преступлений, предусмотренных п.п. «а,в,г» ч. 3 ст. 163, п. «а» ч. 3 ст. 161, п.п. «а,г» ч. 2 ст. 161, п. «а» ч. 4 ст. 162, п. «а» ч. 4 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации, на основании ч. 3 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок 11 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

В соответствии с указанным приговором суда срок отбывания наказания ФИО1 исчислен с 12 декабря 2018 года. На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации время фактически непрерывного содержания под стражей ФИО1 с 01 ноября 2012 года по 02 ноября 2012 года включительно, с 11 марта 2015 года по 27 июня 2017 года, с 14 декабря 2018 года по день вступления приговора в законную силу зачтено в срок лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима. 

Местом регистрации и проживания ФИО1 до осуждения являлся адрес: Курганская область, Кетовской район, с. Кетово, ул. Российская, 22 – 1.

В соответствии с письмом ФСИН России от 21 марта 2019 года № исх-03-19875, адресованным начальникам территориальных органов ФСИН России, разрешается после 20 марта 2019 года направлять из СИЗО осужденных строго режима – бывших работников судов и правоохранительных органов, до ареста проживающих в Курганской, Свердловской, Тюменской областях, Ханты-Мансийском автономном округе - Югра, Ямало-Ненецком автономном округе, в распоряжение ГУФСИН России по Свердловской области. 

В соответствии со сведениями указанными инспектором группы спецучета УФСИН России по Курганской области в справке от 11 июня 2019 года ФИО1 14 декабря 2018 года (дата взятия под стражу по приговору суда) прибыл в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Курганской области, сведений о том, что проходил службу в правоохранительных органах не представил. На основании рапорта начальника отдела ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Курганской области от 06 марта 2019 года о том, что ФИО1 проходил службу в ВВ МВД РФ, осуществлены соответствующие запросы. Согласно поступившему 15 марта 2019 года ответу из военного комиссариата Курганской области, ФИО1 проходил службу в ВЧ № 6771 ВВ МВД РФ, в связи с чем, 01 апреля 2019 года ФИО1 был этапирован в распоряжение ГУФСИН России по Свердловской области на основании указания ФСИН России от 21 марта 2019 года № исх-03-19875. 08 мая 2019 года поступил ответ из ВЧ № 3111 Федеральной службы войск национальной гвардии РФ, в котором указано, что ФИО1 являлся военнослужащим и проходил службу с 29 июня 2008 года по 29 декабря 2008 года в ВЧ № 6771 ВВ МВД России, в воинском звании младший сержант, в должности командира 2 комендантского отделения 3 комендантского взвода 2 комендантской роты.

Согласно справке по личному делу осужденного ФИО1, составленной старшим инспектором ГСУ ФКУ ИК-26 России по Свердловской области, ФИО1 11 апреля 2019 года прибыл в ФКУ ИК-26 России по Свердловской области из ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Курганской области на основании указания ФСИН России от 21 марта 2019 года № исх-03-19875, которое является обязательным к исполнению. 18 апреля 2019 года ФИО1 убыл в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Курганской области на основании постановления Варгашинского районного суда Курганской области от 12 апреля 2019 года. В материалах личного дела осужденного имелась справка о прохождении службы в ВЧ-6771.

Исходя из представленных по запросу суда выписок из приказа командира войсковой части 6771 в отношении ФИО1 от 30 июня 2008 года № 149 с/ч и от 29 декабря 2008 года № 306 с/ч, рядовой ФИО1 был зачислен в списки личного состава воинской части 6771 с 29 июня 2008 года из военного комиссариата Курганской области, 29 декабря 2008 года ФИО1 имеющий должность командира 2 комендантского отделения 3 комендантского взвода 2 комендантской роты и воинское звание младший сержант исключен из личного состава воинской части в соответствии с требованиями подпункта «б» пункта 1 ст. 51 Федерального закона Российской Федерации от 28 марта 1998 года № 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе» по истечении срока военной службы по призыву.

Таким образом, срок службы ФИО1 в войсковой части 6771 составил период с 29 июня 2008 года по 29 декабря 2008 года, то есть шесть месяцев. 

Факт прохождения административным истцом срочной службы по призыву в войсковой части 6771 и период прохождения данной службы сторонами не оспаривается, также подтверждается сведениями, содержащимися в военном билете АЕ 1625832 на имя ФИО1, выданного 15 июня 2008 года, учетно-послужной карточкой к военному билету АЕ 1625832, а также сведениями, представленными административным ответчиком УФСИН России по Курганской области (ответ Федеральной службы войск национальной гвардии РФ ВЧ 3111 от 23 апреля 2019 года, ответ ФКУ «Военный комиссариат Курганской области» военный комиссариат (Кетовского, Половинского и Притобольного районов Курганской области от 12 марта 2019 года, адресованные начальнику ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Курганской области).

В соответствии с Выпиской из единого государственного реестра юридических лиц от 17 июня 2019 года учредителем войсковой части 6771 является Министерство внутренних дел России, основным видом деятельности войсковой части является деятельность по обеспечению общественного порядка и безопасности.

Вместе с тем, суд приходит к выводу, что административный истец не относится к числу сотрудников Министерства внутренних дел России, а, следовательно, и к работников правоохранительных органов, так как, выполняя свой воинский долг в период с 29 июня 2008 года по 29 декабря 2008 года, проходил срочную военную службу, которая сама по себе не может являться трудовыми отношениями, возникшими между Министерством внутренних дел России и ФИО1.

Согласно п. 1 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации (утверждено Указом Президента РФ от 19 июля 2004 г. N 927) и действовавшего на момент прохождения ФИО1 военной службы в 2008 году, Министерство внутренних дел Российской Федерации (МВД России) являлось федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел, а также по выработке государственной политики в сфере миграции.

При этом, органы, входящие в структуру МВД России подразделялись на две категории: 1) органы внутренних дел, служба в которых регулировалась Положением о службе в органах внутренних дел РФ, утвержденным постановлением ВС РФ от 23.12.1992 N 4202-1. При этом, в соответствии с данным Положением граждане Российской Федерации, состоящие в должностях рядового и начальствующего состава органов внутренних дел или в кадрах Министерства внутренних дел Российской Федерации, которым в установленном настоящим Положением порядке присвоены специальные звания рядового и начальствующего состава органов внутренних дел, имели статус сотрудника органов внутренних дел Российской Федерации, 2) внутренние войска, которые в соответствии с Федеральным законом от 31 мая 1996 г. N 61-ФЗ "Об обороне" являлись одним из видов войск в Российской Федерации, статус которых определялся Федеральным законом от 6 февраля 1997 г. N 27-ФЗ "О внутренних войсках Министерства внутренних дел Российской Федерации" 

В соответствии со ст. 15 Федерального закона от 6 февраля 1997 г. N 27-ФЗ "О внутренних войсках Министерства внутренних дел Российской Федерации" военная служба является разновидностью федеральной государственной службы. Она может исполняться, в соответствии с Федеральным законом "О воинской обязанности и военной службе", на добровольной основе и по призыву. Комплектование внутренних войск, согласно указанному закону, осуществляется путем поступления на военную службу по контракту, а также путем призыва на военную службу по экстерриториальному принципу.

Граждане, проходящие военную службу во внутренних войсках МВД России, являются военнослужащими и имеют статус, устанавливаемый Федеральным законом "О статусе военнослужащих". К военнослужащим относятся, в том числе военнослужащие, проходящие военную службу по призыву. 

Таким образом, срочная служба во внутренних войсках Министерства внутренних дел являлась особым видом военной службы, имеющим иное правовое регулирование, а сотрудники органов внутренних дел имели иной правовой статус нежели военнослужащие внутренних войск.

Поскольку истец проходил военную службу по призыву в войсковой части внутренних войск МВД России, имея статус военнослужащего, приказа о зачислении его в штат сотрудников внутренних дел МВД России не имеется, суд приходит к выводу, что он не приобрел статуса работника правоохранительных органов, которые по смыслу ч. 3 ст. 80 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации должны содержаться в отдельных исправительных учреждениях. 

Более того, суд учитывает, что согласно сведениям, содержащимся в учетно-послужной карточке к военному билету АЕ 1625832, ФИО1, будучи призванным на военную службу, проходил обучение в войсковой части 3421, обучение им пройдено 28 ноября 2008 года, о чем имеется запись о соответствующем приказе, и только после завершения обучения, 04 декабря 2008 года в войсковой части 6771 ему было присвоено воинское звание младший сержант и должность командира отделения, а в соответствии с выпиской из приказа командира войсковой части 6771 от 29 декабря 2008 года № 306 с\ч ФИО1 исключен из списков личного состава воинской части 29 декабря 2008 года на основании рапорта военнослужащего от 07 декабря 2008 года. При этом, из представленного стороной административного истца свидетельства о болезни № 89, утвержденного Центральной военно-врачебной комиссией ВВ МВД России 25 декабря 2008 года, не оспоренного административными ответчиками, ФИО1, проходивший службу в войсковой части 6771, находился на лечении и обследовании в войсковой части 3632 с 10 декабря 2008 года, то есть в воинском звании младший сержант и в должности командира отделения ФИО1 мог исполнять воинские обязанности в период с 04 декабря 2008 года по 09 декабря 2008 года, то есть шесть дней. 

Из пояснений административного истца следует, что, находясь в войсковой части 6771, он не принимал никакого участия в деятельности по обеспечению общественного порядка и безопасности. Данные доводы административного истца ничем не опровергнуты, каких-либо доказательств того, что в период прохождения срочной службы ФИО1 непосредственно принимал участие по обеспечению общественного порядка и безопасности суду не представлено ни административными ответчиками, ни по соответствующему судебному запросу, направленному командиру войсковой части 6771.

При изложенных судом обстоятельствах, у административного ответчика УФСИН России по Курганской области оснований полагать, что ФИО1 является бывшим работником правоохранительных органов и принятия решения о направлении его в ФКУ ИК-26 ГУФСИН России по Свердловской области именно как лицо, относящиеся к данной категории осужденных, не имелось, поскольку при прохождении срочной военной службы по призыву в войсковой части внутренних войск МВД России (в течение шести месяцев), ФИО1 статус работника правоохранительных органов не приобрел.

Таким образом, суд приходит к выводу, что действиями административного ответчика УФСИН России по Курганской области, выразившихся в принятии решения о направлении административного истца в ФКУ ИК-26 ГУФСИН России по Свердловской области по мотивам отнесения его к бывшим работникам правоохранительных органов, нарушены его права на раздельное содержание с осужденными данной категории лиц, и принимая во внимание доводы административного истца о существовании реальной угрозы для его личной безопасности, жизни и здоровья, что ни чем не опровергнуто, суд признает незаконным избрание УФСИН России по Курганской области административному истцу ФИО1 для отбывания наказания в виде лишения свободы исправительного учреждения, в котором содержатся бывшие работники правоохранительных органов, как лицу, не являющему бывшим работником правоохранительных органов.

Относительно заявленных административным истцом требований к ФСИН России о признании незаконным избрание ему для отбывания наказания в виде лишения свободы исправительного учреждения, в котором содержатся бывшие работники правоохранительных органов, то суд не находит оснований для их удовлетворения, поскольку данным административным ответчиком никакого решения в отношении ФИО1 по направлению его в специализированное исправительное учреждение не принималось, письмо ФСИН России от 21 марта 2019 года № исх-03-19875, которым руководствовалось УФСИН России по Курганской области при направлении ФИО1 в исправительное учреждение для бывших работников правоохранительных органов, не индивидуализировано в отношении ФИО1, направлялось для исполнения всем своим территориальным органам. 

Также, не имеется оснований для удовлетворения требований ФИО1 о признании незаконными действий ФКУ ИК-26 ГУФСИН России по Свердловской области о принятии его для отбывания наказания, поскольку в данное исправительное учреждение он прибыл по распоряжению УФСИН России по Курганской области, принявшего решение о том, что ФИО1 относится к бывшим работникам правоохранительных органов. Оснований для оспаривания решения УФСИН России по Курганской области у ФКУ ИК-26 ГУФСИН России по Свердловской области в силу его полномочий не имелось.

Разрешая требования административного истца о возложении на ответчиков ФСИН России, УФСИН России по Курганской области обязанности принять решение о его переводе в иное, соответствующее назначенному по приговору суда виду исправительного учреждения, расположенное в том субъекте Российской Федерации, где он проживал до осуждения, либо в любом из ближайших к нему субъектов РФ, суд принимает во внимание следующее.

Как следует из представленных материалов дела, ФИО1 постановлением Варгашинского районного суда Курганской области от 12 апреля 2019 года на основании ст. 77.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации был переведен из ФКУ ИК-26 ГУФСИН России по Свердловской области в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Курганской области для участия в судебном разбирательстве в качестве подсудимого. Из исправительного учреждения, из которого осужденный просит его перевести в другое исправительное учреждение того же вида, он убыл 18 апреля 2019 года и по настоящее время содержится в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Курганской области. Следовательно, его требование о возложении на ответчиков ФСИН России, УФСИН России по Курганской области обязанности принять решение о его переводе из ФКУ ИК-26 ГУФСИН России по Свердловской области в иное исправительное учреждение в настоящее время не может быть удовлетворено, поскольку ФИО1 в данном исправительном учреждении не содержится. 

Кроме того, исходя из письма ФСИН России от 02 апреля 2019 года исх-03-23477, адресованного начальникам территориальных органов ФСИН России, с приложенным к нему перечнем территориальных органов уголовно-исполнительной системы Российской Федерации, в распоряжение которых на основании ч. 3 ст. 80 Уголовного кодекса Российской Федерации подлежат направлению для отбывания наказания осужденные строгого режима – бывшие работники судов и правоохранительных органов, осужденные проживающие до осуждения в Курганской области не могут быть направлены для отбывания в исправительные учреждения, являющиеся территориальными органами ГУФСИН России по Свердловской области.

Доводы административного истца о том, что по окончании судебного разбирательства в соответствии с требованиями ч. 4 ст. 77.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации он будет возвращен в ФКУ ИК-26 ГУФСИН России по Свердловской области для дальнейшего отбывания наказания, не могут служить основанием для удовлетворения его требований в данной части, поскольку при его возможном направлении в будущем в указанное исправительное учреждение после рассмотрения в отношении него другого уголовного дела, для участия в котором он был переведен в следственный изолятор, и принятия по данному делу судебного решения, ФИО1 не лишен возможности оспаривания данных действий органов государственной власти. 

Также не могут служить основанием для удовлетворения данных требований и его доводы, касающиеся удаленности исправительного учреждения от места проживания его близких родственников, поскольку данное обстоятельство не свидетельствуют о наличии непреодолимых препятствий иметь свидания с близкими и родственниками, получать почтовые отправления, вести телефонные переговоры, так как данные права осужденного регламентированы нормами Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации и не зависят от места нахождения исправительного учреждения.

Таким образом, оснований для удовлетворения требований ФИО1 о возложении на ответчиков ФСИН России, УФСИН России по Курганской области обязанности принять решение о его переводе в иное, соответствующее назначенному по приговору суда виду исправительного учреждения, расположенное в том субъекте Российской Федерации, где он проживал до осуждения, либо в любом из ближайших к нему субъектов РФ, в настоящее время не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 175-180, 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, 

РЕШИЛ:

Административные исковые требования административного истца Степаняна ФИО12 к Федеральной службе исполнения наказаний, Управлению Федеральной службе исполнения наказаний по Курганской области, Федеральному казенному учреждению Исправительная колония № 26 Главного управления федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области о признании незаконными действий по избранию для отбывания наказания исправительного учреждения для бывших работников правоохранительных органов и судов, о принятии для отбывания наказания, возложении обязанности принятия решения о переводе в другое исправительное учреждение того же вида, удовлетворить частично.

Признать незаконными действия Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Курганской области по избранию Степаняну ФИО13 для отбывания наказания исправительного учреждения для бывших работников правоохранительных органов и судов.

В остальной части административных исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня составления мотивированного решения, то есть с 22 июля 2019 года, путем подачи апелляционной жалобы через Тавдинский районный суд Свердловской области, вынесший решение. 

Решение изготовлено машинописным способом в совещательной комнате.

Председательствующий судья Е.Н. Рудаковская.