Дело № 2-3629/17

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

21 ноября 2017 года г. Казань

Приволжский районный суд г. Казани Республики Татарстан в составе: 

председательствующего судьи Прытковой Е.В., 

при секретаре судебного заседания Сычевой А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Федеральному казенному учреждению Исправительная колония №19 Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Республике Татарстан, Министерству финансов Российской Федерации, Федеральной службе исполнения наказаний России о компенсации морального вреда, взыскании заработной платы, 

установил:

ФИО2 обратился в суд с иском к Федеральному казенному учреждению Исправительная колония №19 Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Республике Татарстан (далее - ФКУ ИК-19 УФСИН России по РТ) о компенсации морального вреда, взыскании заработной платы. В обоснование иска указано следующее. 

Постановлением начальника ФКУ ИК-19 УФСИН России по РТ от ДД.ММ.ГГГГ истец был признан злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания. Также на основании постановления начальника ФКУ ИК-19 УФСИН России по РТ от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 был переведен из облегченных условий в строгие условия отбывания наказания.

В ходе проведения проверки Казанской прокуратурой по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях (далее – прокуратура) по жалобе осужденного ФИО2, отбывающего наказание в ФКУ ИК-2 УФСИН России по РТ, установлено, что постановлением начальника ФКУ ИК-19 УФСИН России по РТ от ДД.ММ.ГГГГ осужденный ФИО2 признан злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания.

Проверкой установлено, что ДД.ММ.ГГГГ начальником ФКУ ИК-19 УФСИН России по РТ вынесено постановление о признании ФИО2 злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания, однако ДД.ММ.ГГГГ осужденному взыскания, предусмотренные пунктами «в», «г», «д» части 1 ст. 115 УИК РФ не налагались. ДД.ММ.ГГГГ, в день признания злостным нарушителем, осужденному объявлено взыскание в виде выговора, что не соответствует требованиям ст. 115 УИК РФ. 

Проверкой прокуратуры установлено, что постановление начальника ФКУ ИК-19 УФСИН России по РТ от ДД.ММ.ГГГГ о признании ФИО2 злостным нарушителем режима содержания подлежит отмене ввиду нарушений требования ст. 115-117 УИК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ прокуратурой был принесен протест на имя начальника ФКУ ИК-19 УФСИН России по РТ на постановление от ДД.ММ.ГГГГ о признании ФИО2 злостным нарушителем порядка отбывания наказания, с требованием о его отмене как незаконного.

ДД.ММ.ГГГГ прокуратурой был принесен протест на имя начальника ФКУ ИК-19 УФСИН России по РТ на постановление от ДД.ММ.ГГГГ о переводе ФИО2 из облегченных на строгие условия отбывания наказания, с требованием о его отмене как незаконного, поскольку ФИО2 не являлся злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания, следовательно, перевод его на строгие условия отбывания наказания также осуществлен в отсутствие законных оснований.

На основании протеста Казанской прокуратуры по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях от ДД.ММ.ГГГГ на постановления начальника ФКУ ИК-19 УФСИН России по РТ от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ руководство ФКУ ИК-19 УФСИН России по РТ ДД.ММ.ГГГГ отменило указанные постановления, тем самым признав их неправомерными.

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ ФКУ ИК-19 УФСИН России по РТ ФИО2 был уволен ДД.ММ.ГГГГ с должности подсобного рабочего участка хозяйственной обслуги, где ранее работал. Ссылаясь на то, что в период пребывая в строгих условиях отбывания наказания, истец был лишен возможности трудиться, ФИО2 также просил взыскать с ответчика заработную плату.

Истец указывает, что в результате незаконных действий администрации ФКУ ИК-19 УФСИН России по РТ и перевода в строгие условия содержания, он был переведен в камеру, лишен возможности передвигаться по территории колонии, лишен положенных при облегченных условиях содержания, в которых ранее находился, краткосрочных и длительных свиданий, передач и бандеролей. Действиями колонии истцу причинены моральные страдания, истец чувствует себя униженным, оскорбленным, был лишен возможности условно-досрочного освобождения, возможности возмещать вред потерпевшим, причиненный в результате совершенных им преступлений. 

Ссылаясь на изложенное, истец просит взыскать с ФКУ ИК-19 УФСИН России по РТ 2 005 000 рублей (два миллиона пять тысяч рублей) компенсации морального вреда, обязать ФКУ ИК-19 УФСИН России по РТ возместить истцу заработную плату в размере 52 844 рублей.

В ходе рассмотрения дела к участию в качестве соответчиков были привлечены Министерство финансов Российской Федерации, Федеральная служба исполнения наказаний России (далее – ФСИН России), в качестве третьего лица - УФСИН России по РТ.

В судебном заседании представитель истца по ордеру - ФИО1, представитель истца на основании доверенности - ФИО4 исковые требования поддержали.

Представители ответчиков ФКУ ИК-19 УФСИН России по РТ – ФИО5, ФСИН России – ФИО6 в судебном заседании исковые требования не признали, указали также на пропуск истцом срока для обращения в суд за защитой трудовых прав.

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации – ФИО7 исковые требования не признал, указал, что по заявленным требованиям Министерство финансов Российской Федерации является ненадлежащим ответчиком.

Представитель третьего лица УФСИН России по РТ – ФИО6 указал, что оснований для удовлетворения исковых требований не имеется.

Суд, выслушав пояснения участников процесса, изучив письменные материалы дела, приходит к следующему.

Согласно ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В соответствии со ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 настоящего Кодекса. Вред, причиненный при осуществлении правосудия, возмещается в случае, если вина судьи установлена приговором суда, вступившим в законную силу.

Как указано в ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В силу ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как следует из материалов дела, постановлением начальника ФКУ ИК-19 УФСИН России по РТ от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 был признан злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания. (л.д. 162)

Также на основании постановления начальника ФКУ ИК-19 УФСИН России по РТ от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 был переведен из облегченных условий содержания в строгие условия отбывания наказания.(л.д. 163)

В ходе проведения проверки Казанской прокуратурой по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях установлено, что постановлением начальника ФКУ ИК-19 УФСИН России по РТ от ДД.ММ.ГГГГ осужденный ФИО2 признан злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания.

В соответствии с требованиями ч. 3 ст. 116 УИК РФ осужденный признается злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания при условии назначения ему взыскания в виде выдворения в штрафной изолятор, перевода в помещение камерного типа, единое помещение камерного типа. 

Осужденный признается злостным нарушителем режима содержания одновременно с наложением взыскания (ч. 4 ст. 116 УИК РФ).

Проверкой установлено, что ДД.ММ.ГГГГ начальником ФКУ ИК-19 УФСИН России по РТ вынесено постановление о признании ФИО2 злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания, однако ДД.ММ.ГГГГ осужденному взыскания, предусмотренные пунктами «в», «г», «д» части 1 ст. 115 УИК РФ не налагались. ДД.ММ.ГГГГ, в день признания злостным нарушителем, осужденному объявлено взыскание в виде выговора, что не соответствует требованиям ст. 115 УИК РФ. (л.д. 13-14)

Проверкой прокуратуры установлено и указано, что постановление начальника ФКУ ИК-19 УФСИН России по РТ от ДД.ММ.ГГГГ о признании ФИО2 злостным нарушителем режима содержания подлежит отмене ввиду нарушений требования ст. 115-117 УИК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ прокуратурой был принесен протест на имя начальника ФКУ ИК-19 УФСИН России по РТ на постановление от ДД.ММ.ГГГГ о признании ФИО2 злостным нарушителем порядка отбывания наказания, с требованием о его отмене как незаконного.(л.д. 62)

Ввиду принесенного ДД.ММ.ГГГГ прокуратурой протеста на постановление от ДД.ММ.ГГГГ о признании ФИО2 злостным нарушителем, ДД.ММ.ГГГГ прокуратурой также был принесен протест на имя начальника ФКУ ИК-19 УФСИН России по РТ на постановление от ДД.ММ.ГГГГ о переводе ФИО2 из облегченных на строгие условия отбывания наказания, с требованием о его отмене как незаконного, поскольку ФИО2 не являлся злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания, следовательно, перевод его на строгие условия отбывания наказания также осуществлен в отсутствие законных оснований.(л.д.16)

На основании протеста Казанской прокуратуры по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях от ДД.ММ.ГГГГ на постановления начальника ФКУ ИК-19 УФСИН России по РТ от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ руководство ФКУ ИК-19 УФСИН России по РТ ДД.ММ.ГГГГ отменило указанные постановления. (л.д. 17-19)

Оценив установленные по делу обстоятельства, суд приходит к выводу, что поскольку постановления о признании ФИО2 злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания и переводе из облегченных в строгие условия отбывания наказания отменены, указанное свидетельствует о незаконности наложенного на истца взыскания, признания злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания и перевода в строгие условия отбывания наказании.При таком положении, истец был незаконно ограничен в правах, в связи с чем его доводы о причинении моральных и нравственных страданий незаконными действиями должностных лиц ФКУ ИК-19 УФСИН России по РТ, являются обоснованными.

Вместе с тем, положения статьи 1071 ГК РФ предусматривают, что в случаях, когда в соответствии с указанным Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 Гражданского кодекса РФ эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В соответствии с подпунктом 12.1 пункта 1 статьи 158 Бюджетного кодекса РФ главный распорядитель средств федерального бюджета отвечает соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств и согласно пункту 3 указанной статьи выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, предъявляемым при недостаточности лимитов бюджетных обязательств, доведенных подведомственному ему получателю бюджетных средств, являющемуся казенным учреждением, для исполнения его денежных обязательств.

Согласно п.п. 6 п. 7 Положения о ФСИН России, утвержденного Указом Президента РФ от 13 октября 2004 года № 1314, ФСИН России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций.

Поскольку истец заявляет о причинении ему морального вреда в результате незаконных действий должностных лиц ФКУ ИК-19 УФСИН России по РТ, следовательно, в силу подпункта 12.1 пункта 1 и пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса РФ, статей 1069, 1071 ГК РФ надлежащим ответчиком по настоящему делу будет являться ФСИН России, как главный распорядитель федерального бюджета по ведомственной принадлежности.

Учитывая изложенное, требования о взыскании компенсации морального вреда заявленные истцом к ФКУ ИК-19 УФСИН России по РТ и Министерству финансов РФ не подлежат удовлетворению, как к ненадлежащим ответчикам.

Таким образом, по смыслу пункта 1 статьи 125 и статьи 1071 ГК РФ, подпункта 1 пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса РФ по искам о возмещении вреда, причиненного в результате действий (бездействия) должностных лиц ФСИН России за счет казны Российской Федерации от имени Российской Федерации в суде выступает и отвечает по своим денежным обязательствам ФСИН России как главный распорядитель бюджетных средств.

Определяя размер подлежащей взысканию в пользу истца компенсации морального вреда, суд, руководствуясь критериями, предусмотренными положениями статей 151, 1101 ГК РФ, исходя из степени причиненных истцу нравственных страданий, конкретных обстоятельств дела, с учетом требований разумности и справедливости, определяет размер денежной компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в лице ФСИН Российской Федерации в пользу ФИО2 в размере 20 000 рублей.

Разрешая требования истца о взыскании заработной платы, суд приходит к следующему. 

Согласно ст. 11 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) трудовое законодательство и иные акты, содержащие нормы трудового права, также применяются к другим отношениям, связанным с использованием личного труда, если это предусмотрено настоящим Кодексом или иным федеральным законом.

Ограничение распространения трудового законодательства в полной мере на осужденного, предусмотрено ч. 1 ст. 103 УИК РФ, из которой следует, что каждый осужденный к лишению свободы обязан трудиться в местах и на работах, определяемых администрацией исправительных учреждений. Поскольку общественно полезный труд, как средство исправления (ст. 9 УИК РФ) и обязанность (ст. ст. 11 и 103 УИК РФ) осужденных, является одной из составляющих процесса отбывания наказания, их трудовые отношения с администрацией исправительного учреждения носят специфический характер.

Из толкования указанных правовых норм следует, что правоотношения, возникающие в связи с осуществлением трудовой деятельности осужденными в местах отбывания наказания в виде лишения свободы, регулируются не только нормами трудового, но и уголовно-исполнительного законодательства.

Законодатель не отнес указанную категорию граждан к лицам, работающим по трудовым договорам, то есть состоящим в трудовых отношениях с учреждениями, в которых они трудоустраиваются на период отбывания наказания.

Между лицом, осужденным к лишению свободы и привлекаемым к труду, с одной стороны, и учреждением уголовно-исполнительной системы, исполняющим наказание в виде лишения свободы, где труд основан не на свободном волеизъявлении осужденного, а его обязанностью трудиться в определенных местах и на работах, не возникают трудовые правоотношения, регулируемые исключительно нормами ТК РФ.

В соответствии с ч. 1 ст. 102, ч. 1 ст. 104, ч. 1 ст. 105 УИК РФ на осужденных распространяются нормы трудового законодательства РФ, регулирующие материальную ответственность осужденных к лишению свободы, продолжительность рабочего времени, правила охраны труда и техники безопасности, производственной санитарии, оплаты труда. Вместе с тем, согласно закону, на осужденных не распространяются, в частности, нормы трудового законодательства, регулирующие порядок приема на работу, увольнения с работы, восстановления на работе, перевода на другую работу и перемещение, социальные гарантии, предусмотренные трудовым договором.

Согласно ч. 2 ст. 392 ТК РФ за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

А за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки

С учетом приведенных выше положений закона к спорным правоотношениям подлежат применению положения статьи 392 ТК РФ.

Установлено, что приказом № от ДД.ММ.ГГГГ ФКУ ИК-19 УФСИН России по РТ ФИО2 был уволен ДД.ММ.ГГГГ с должности подсобного рабочего участка хозяйственной обслуги, где ранее работал.

Согласно справке о заработной плате истца, сведений об учете рабочего времени осужденного, после увольнения в августе 2011 года начисление заработной платы истцу было прекращено и возобновлено лишь в октябре 2012 года в связи с зачислением ДД.ММ.ГГГГ на должность подсобного рабочего участка хозяйственной обслуги. (л.д. 20-21, 22, 61)

Указанные обстоятельства также подтверждаются и соотносятся со сведениями лицевого счета ФИО2 по учету движения личных денег и операций по безналичному расчету. Согласно карточке лицевого счета истца, он расписывался в личной карточке при каждом поступлении денежных средств на счет, включая зачисления заработной платы.

В соответствии с указанными обстоятельствами, о нарушении своих трудовых прав, ФИО2 мог и должен был узнать еще в установленные дни выплаты заработной платы, то есть еще с августа 2011 года.

С настоящим иском ФИО2 обратился в суд ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 4), следовательно, на момент предъявления заявленных требований установленный законом срок для защиты прав истек. При этом доказательств, свидетельствующих об уважительности причины пропуска данного срока, истцом суду не предоставлено. 

Так общим признаком причин, являющихся уважительными в случае пропуска срока обращения в суд, является отсутствие возможности в рамках установленного срока обратиться с заявлением в суд.

Доводы представителя истца о том, что отсутствие образования, а также нахождения истца в местах лишения свободы являются уважительными причинами, препятствующим для обращения в суд в установленный законом срок, являются не состоятельными.

Указанные истцом обстоятельства не могут быть квалифицированы как уважительные причины пропуска срока обращения в суд, поскольку не могут быть расценены как причины, объективно препятствовавшие истцу своевременно обратиться в суд, указанная позиция отражена в абзаце 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2.

Суд приходит к выводу о том, что доказательств наличия обстоятельств, препятствующих истцу своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора, не представлено.

Таким образом, истцом пропущен срок для обращения в суд для разрешения индивидуально-трудового спора, что в силу действующего законодательства является самостоятельным основанием для отказа в иске. 

Оценив в совокупности обстоятельства дела, и с учетом требований закона, суд приходит к выводу о том, что заявленные истцом требования о взыскании заработной платы в размере 52 844 рублей не подлежат удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 56, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

р е ш и л:

Исковое заявление ФИО2 к ФКУ ИК-19 УФСИН России по РТ, Министерству финансов Российской Федерации, ФСИН России о компенсации морального вреда, взыскании заработной платы удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей (двадцати тысяч рублей).

В остальной части исковых требований ФИО2 к Федеральной службе исполнения наказаний России - отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФКУ ИК-19 УФСИН России по РТ, Министерству финансов Российской Федерации о взыскании морального вреда, взыскании заработной платы - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Татарстан через Приволжский районный суд г. Казани в течение одного месяца со дня принятия мотивированного решения.

Судья Прыткова Е.В.