Дело № 2-1421/2017 г.

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

26 декабря 2017 года

Левобережный районный суд г.Липецка в составе:

председательствующего Чумаченко Л.М.

при секретаре Кузнецовой В.В.

с участием прокурора Сафоновой И.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Липецке гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о прекращении права пользования жилым помещением и выселении и по встречному иску ФИО2 к ФИО1 о признании сделок купли-продажи земельных участков и садовых домиков недействительными, признании права собственности на недвижимое имущество, признании недостойным наследником, отстранении от наследства и обязании возвратить неосновательно полученное недвижимое имущество,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 с учетом увеличенных исковых требований обратилась в суд с иском к ФИО2 о прекращении права пользования садовым домиком и выселении.

Свои требования обосновывает тем, что является собственником садового домика, находящегося по адресу: 

<

адрес>. С 01 февраля 2017 года ответчик был зарегистрирован в спорном помещении. ФИО2 регулярно устраивает скандалы, оскорбляет ее грубой нецензурной бранью, угрожает физической расправой, что влечет невозможность дальнейшего его проживание в данном садовом домике. Ответчику было предложено добровольно сняться с регистрационного учета, и освободить помещение, но он отказался. Поскольку ответчик не является членом ее семьи, совместного хозяйства они не ведут, соглашение о порядке пользования садовым домиком между ними не заключалось, просила признать ФИО2 прекратившим право пользования вышеуказанным садовым домиком и выселить его из указанного помещения.

В судебном заседании истица поддержала исковые требования и пояснила, что в 2008 году ее мать ФИО20. приобрела по договору купли-продажи спорный садовый домик. В данном домике проживали: она, ее братья и их мать ФИО3. В 2013 году мать продала ей земельные участки и садовые домики, находящиеся по адресу: 

<

адрес>. Денежные средства, заработанные ею, она передала матери в счет проданного ей недвижимого имущества. Ответчик ФИО2 знал о совершенных сделках. После смерти матери ФИО21., она обратилась в суд об установлении факта пригодности садового домика, находящегося по адресу: 

<

адрес>, для постоянного проживания и регистрации. С 01 февраля 2017 года в спорном домике были зарегистрированы она и с ее согласия ее брат ФИО2. До апреля 2017 года она считала ответчика ФИО2 членом своей семьи, так как они вели совместное хозяйство. В апреле 2017 года ответчик устроил скандал, оскорблял ее грубой нецензурной бранью, угрожал физической расправой, и с этого времени они не ведут общего хозяйства, каждый имеет свой бюджет, готовит себе самостоятельно пищу. Коммунальные услуги оплачивает она, передавая денежные средства ФИО2, который оплачивает квитанции ресурсоснабжающих организаций. Считает, что совместное проживание с ответчиком ФИО2 невозможно и категорично настаивала на прекращении ФИО2 права пользования садовым домиком и выселении последнего из него.

Представители истицы по доверенности ФИО4 и ФИО5 поддержали исковые требования, ссылаясь на те же доводы.

Ответчик ФИО2 исковые требования не признал и пояснил, что 2008 году его семья переехала из Казахстана в Россию. В 2008 году мать ФИО22. приобрела садовый домик, находящийся по адресу: 

<

адрес>. В период с 2010 по 2013 годы данный садовый домик отстраивался на денежные средства, принадлежащие ему и его матери. В 2013 году его мать совершила сделку купли-продажи, продав земельный участок и садовый домик, находящиеся по адресу: 

<

адрес>, его сестре ФИО1. В августе 2013 года его мать ФИО23 пояснила ему, что жалеет о совершенной сделке и хотела ее отменить, оформить садовый домик на всех детей, но не успела этого сделать, умерла. После смерти матери ФИО24 он вступил в наследство, сестра ФИО1 отказалась от наследства. ФИО1 обращалась в суд о признании садового домика, находящегося по адресу: 

<

адрес>, пригодным для проживания и, затем, 01.02.2017 года зарегистрировала его в данном домике. До 01.02.2017 года он имел регистрацию в 

<

адрес>, но фактически там не проживал. Спорный домик является его единственным жильем, где он проживает постоянно, имеет свою комнату и вещи. С апреля 2017 года между ним и его сестрой сложились неприязненные отношения, и они перестали считать себя членами одной семьи, так как не ведут общего хозяйства и имеют раздельные бюджеты, самостоятельно готовят кушать. При этом, только он оплачивает коммунальные услуги и членские взносы в СНТ «Дачный-3». 

Представитель ответчика ФИО2 по доверенности ФИО6 обратился со встречным иском к ФИО1 о признании сделок купли-продажи от 09.07.2013 года земельных участков и садовых домиков, находящихся по адресу: 

<

адрес>, недействительными, ссылаясь на то, что в момент заключения спорных сделок мать ответчика ФИО25 рассчитывала на то, что ее дочь ФИО1 (до брака ФИО7) будет ухаживать за ней, поэтому сделки были безденежными. ФИО1 ни в момент совершения сделок, ни в последующем не имела денежных средств, и соответственно, не передавала их по сделкам ФИО26.. В договорах не указаны порядок и способ передачи и получения денежных средств. Никакого ухода ФИО1 не осуществляла за больной матерью, этим занимался ответчик ФИО2. В садовом домике ФИО1 фактически не проживала, проживая то в 

<

адрес>, то в 

<

адрес>. Применяя аналогию закона, считает, что сделки купли-продажи земельных участков и садовых домиков, находящихся по адресу: 

<

адрес>, можно считать незаключенными, и полученными ФИО1 как неосновательное обогащение. Помимо этого, ФИО1 является недостойным наследником, так как не заботилась о своей больной матери. Все расходы по содержанию дома, оплате земельного налога и коммунальных услуг, строительству пристройки, ремонту комнат производил ФИО2, который имел при переходе права на дом к ФИО1 требовать возмещения затрат на эти улучшения. ФИО8 (до брака Ивко) В.С. при заключении сделок, знала, что они безденежные, то есть денежные средства она не передавала, а потому действовала недобросовестно. Просил признать ФИО1 недостойным наследником, отстранить ее от наследования по закону, обязать ФИО1 возвратить ФИО2 все имущество, неосновательно полученное ею, признать незаключенными договоры купли-продажи земельных участков и садовых домиков от 09.07.2013 года, признать за ФИО2 право собственности на данные недвижимые объекты.

В судебном заседании представитель ответчика по доверенности ФИО6 пояснил, что с момента приобретения садового домика, расположенного по адресу: 

<

адрес>, в нем постоянно проживала семья ФИО27: ее сыновья ФИО2 и ФИО28., дочь ФИО7 (после вступления в брак ФИО1). Таким образом, единственным помещением для постоянного проживания данной семьи являлся садовый домик по вышеуказанному адресу. Полагает, что в силу п.1 ст.558 ГК РФ применима аналогия закона, и ФИО2, проживавший в садовом домике до сделки, сохраняет право пользования им и после совершенной сделки. Отметил, что истцом ФИО1 не приведены доказательства того, что ФИО2 перестал быть членом ее семьи. Семейные отношения истца ФИО1 и ответчика ФИО2 сформировались с момента их приезда в г.Липецк в 2000 году и укрепились со времени вселения в садовый домик в 2008 году по адресу: 

<

адрес>, как на постоянное место жительства. Ответчик ФИО2 в полном объеме выполнял обязанности члена семьи: обеспечивал материально, оплачивал коммунальные услуги, за свой счет и своими силами фактически построил и реконструировал садовый домик, провел все внутренние коммуникации по воде, отоплению, канализации, электроснабжению, благоустроил территорию двора. Никакого участия по исполнению обязанностей члена семьи ФИО1 (до брака ФИО7) не принимала. Указал, что садовый домик соответствовал всем признакам пригодности для постоянного проживания до решения суда от 14.12.2016 года. ФИО2 был вселен в садовый домик с 2008 года, и после смерти матери ФИО29., в спорном домике продолжали проживать члены одной семьи истец ФИО1 и ответчик ФИО2, который проживает в домике до настоящего времени. Помимо этого, указал, что садовый домик не является жилым помещением, а потому право пользования ответчика ФИО2 не может быть прекращено исходя из требований Жилищного кодекса РФ. Считает, что срок исковой давности по оспариванию сделок купли-продажи земельных участков и садовых домиков от 09.07.2013 года не пропущен, так как ФИО2 узнал об исполнении данных сделок только в ноябре 2017 года, предъявлением ФИО1 иска к ФИО2 о прекращении права пользования и выселении. 

Ответчик ФИО2 встречные исковые требования поддержал, ссылаясь на те же доводы, изложенные во встречном исковом заявлении. 

Истица ФИО1 не признала встречные исковые требования и пояснила, что в 2011 году она работала неофициально и имела заработки. Перед совершением сделок купли-продажи, она вместе с матерью посоветовались с юристом, а затем оформили сделки. Денежные средства по обеим сделкам были переданы ею своей матери 

<

адрес> наличными до подписания договоров. Утверждает, что сразу после совершения спорных сделок ФИО2 знал о них, то есть с августа 2013 года, но не оспаривал. Пояснила, что единственным наследником к имуществу 

<

адрес> является ФИО2, поскольку от наследственных прав она отказалась. 

Представители истца по доверенности ФИО4 и ФИО5 заявили о пропуске 3-х годичного срока исковой давности в части оспаривания сделок купли-продажи от 09.07.2013 года земельных участков и садовых домиков, находящихся по адресу: 

<

адрес>. 

Выслушав объяснения сторон и их представителей, показания свидетелей, исследовав материалы дела, учитывая мнение прокурора Сафоновой И.Ю., полагавшей исковые требования ФИО1 подлежащими удовлетворению, а во встречных исковых требованиях ФИО2 следует отказать, суд считает требования ФИО1 подлежащими удовлетворению, встречные исковые требования ФИО2 неподлежащими удовлетворению.

В соответствии с положениями статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц.

Собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения (ст. 304 ГК РФ).

Согласно части 1 статьи 30 Жилищного кодекса Российской Федерации собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены настоящим Кодексом.

Частью 1 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы и в исключительных случаях иные граждане могут быть признаны членами семьи собственника, если они вселены собственником в качестве членов своей семьи.

По общему правилу, в соответствии с частью 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением собственника с бывшим членом его семьи. Это означает, что бывшие члены семьи собственника утрачивают право пользования жилым помещением и должны освободить его (ч. 1 ст. 35 ЖК РФ). В противном случае собственник жилого помещения вправе требовать их выселения в судебном порядке без предоставления другого жилого помещения (п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 г. N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации").

Статьей 10 Жилищного кодекса Российской Федерации установлено, что жилищные права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными правовыми актами, а также из действий участников жилищных отношений, которые хотя и не предусмотрены такими актами, но в силу общих начал и смысла жилищного законодательства порождают жилищные права и обязанности.

Судом установлено, что 09 июля 2013 года между ФИО30 и ФИО7 (истицей по делу) были заключены договоры купли-продажи: земельного участка площадью 400 кв.м с кадастровым номером № за 80000 руб. и размещенного на нем садового домика общей площадью 12 кв.м, расположенных по адресу: 

<

адрес> стоимостью 60000 руб., и земельного участка площадью 600 кв.м с кадастровым номером № стоимостью 15000 руб. и размещенного на нем садового домика общей площадью 31,6 кв.м, расположенных по адресу: 

<

адрес> стоимостью 15000 руб.. Согласно пунктам 4 и 5 данных договоров расчет между сторонами произведен полностью до подписания настоящих договоров. Исходя из копии регистрационных дел и выписки из ЕГРН с августа 2013 года истец ФИО1 (до брака ФИО7) является собственником вышеуказанной недвижимости.

Согласно решению Левобережного районного суда г.Липецка от 14.12.2016 года по заявлению ФИО7 (после брака ФИО1) установлен факт пригодности для постоянного проживания в садовом домике, общей площадью 85 кв.м, расположенного на земельном участке 

<

адрес> Данное решение после его вступления в законную силу явилось основанием для регистрации ФИО7 в указанном помещении. Кроме того, данным решением суда установлено, что ФИО7 является собственником земельного участка 

<

адрес> площадью 600 кв.м и расположенного на нем садового домика, площадью 85 кв.м, что подтверждалось свидетельствами о государственной регистрации права от 05.08.2013 года, и выпиской из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок в ним Управления Росреестра по Липецкой области от 28.09.2016 года. Из карточки учета строений и сооружений по состоянию на 08.07.2016 года следует, что вышеуказанный садовый домик состоит из литеров А и А1. Садовый домик, расположенный на земельном участке № №, может быть использован заявителем ФИО7 для постоянного проживания как полноценное жилое помещение, в силу чего установил факт пригодности садового домика для постоянного проживания в целях регистрации заявителя ФИО7 в нем.

Как следует из копии домовой книги 01 февраля 2017 года в вышеуказанном садовом домике, расположенном на земельном участке 

<

адрес>, были зарегистрированны ФИО7 и ФИО2. В июле 2017 года ФИО7 вступила в брак с ФИО31, и ей была присвоена фамилия ФИО8. Как истец ФИО1, так и ответчик ФИО2 подтвердили в судебном заседании, что до апреля 2017 года они считали себя членами одной семьи, но в апреле 2017 года между произошел скандал, и с апреля 2017 года до настоящего времени они не ведут общего хозяйства, каждый имеет свой бюджет, они не считают себя членами одной семьи. При этом ФИО2 продолжает проживать с комнате, где имеются его вещи. Объяснения сторон нашли свое подтверждение в показаниях свидетеля ФИО9, являющегося супругом истицы и постоянно проживающего в оспариваемом помещении.

Следовательно, прекратив семейные отношения с собственником помещения, пригодного для постоянного проживания, ответчик ФИО2 с апреля 2017 года является бывшим членом семьи собственника, а потому его право пользования подлежит прекращению в данном помещении. При этом как истец, так и ответчик не отрицали, что какого-либо соглашения между ними о порядке пользования помещением, где они зарегистрированы, не достигнуто. 

Доводы ответчика о том, что садовый домик, расположенный на земельном участке 

<

адрес>, является его единственным жильей и только он оплачивает коммунальные услуги и членские взносы в СНТ «Дачный-3» не являются основанием для отказа истцу ФИО1 в иске. Кроме того, из объяснений истца ФИО1 следует, что она передавала денежные средства ФИО2, а он оплачивал квитанции. 

Доводы представителя ответчика по доверенности ФИО6 о том, что ФИО2, проживавший в садовом домике с 2008 года, сохранил право пользования им и после совершенной сделки купли-продажи, семейные отношения между ФИО1 и ФИО2 в силу толкования семейного законодательства не могут быть утрачены, несостоятельны, так как до вступления решения суда в законную силу (20.01.2017 года) садовый домик не был признан пригодным для постоянного проживания, и в нем не возможна была регистрация. При этом по заявлению собственника спорного садового домика, расположенного на земельном участке 

<

адрес> ФИО10 данный домик был признан пригодным и лишь с ее письменного согласия ФИО2 смог зарегистрироваться в нем, а именно с 01.02.2017 года. А ссылки представителя ответчика на наличие семейных отношений между сторонами основаны на неверном толковании норм жилищного права. Указания на отсутствие доказательств того, что ФИО2 является собственнику помещения бывшим членом семьи противоречат объяснениям самого ответчика ФИО2, который подтвердил, что с апреля 2017 года он не ведет общий бюджет с сестрой Викторией, также как и общее хозяйство, не считает ее членом своей семьи.

Ссылки представителя ответчика, что садовый домик не является жилым помещением, а потому право пользования ответчика ФИО2 не может быть прекращено исходя из требований Жилищного кодекса РФ, несостоятельны, поскольку решением Левобережного районного суда г.Липецка от 14.12.2016 года установлен факт пригодности садового домика, расположенного на земельном участке 

<

адрес>, для постоянного проживания для целей регистрации, следовательно, на данные правоотношения распространяется действие Закона РФ «О праве граждан на свободу передвижения и выбор места пребывания и жительства в пределах РФ», Правил регистрации и снятия граждан РФ с регистрационного учекта по месту пребывания и по месту жительства в пределах РФ, а также Жилищного кодекса РФ в части права пользования жилым помещением.

Оснований для удовлетворения требований встречного иска ФИО2 и его представителя по доверенности ФИО6 суд не находит по следующим основаниям.

В силу ст.420 Гражданского кодекса РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей. 

Согласно п.1 ст.421 Гражданского кодекса РФ, граждане свободны в заключении договора. При этом, условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (ст.422 Гражданского кодекса РФ).

По смыслу положений ст.432 Гражданского кодекса РФ, существенными следует считать условия, выражающие природу соответствующего договора. 

Согласно п. 1 ст. 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).

В силу п. 1 ст. 551 ГК РФ переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.

На основании п.1 ст.166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц. Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки. Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с п.1 ст.167 Гражданского кодекса РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с требованиями ч.1 ст.56 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ч.1 ст.57 Гражданского процессуального кодекса РФ доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

Заявляя требования о признании договоров купли-продажи земельных участков № № и № № и расположенных на них садовых домках недействительными в силу безденежности, ответчик ФИО2 и его представитель ФИО6 указывают на то, что ФИО1 денежные средства ФИО3 по вышеуказанным договорам в общей сумме 170000 руб. не передавала. Вместе с тем, данные доводы противоречат условиям договоров купли-продажи, прошедших государственную регистрацию, из которых следует, что расчет между сторонами произведен подностью до подписания настоящих договоров. Таким образом, продавец ФИО3 подтвердила, что денежные средства она получила от своей дочери - покупателя недвижимости за проданные ею объекты в полном объеме. Кроме того, сама ФИО3 при жизни данные сделки не оспаривала, заключив их в 2013 года, а умерев в 2016 году. Помимо этого, свидетель ФИО11 подтвердила, что ФИО1 (до брака ФИО7) работала до 2013 года и могла иметь денежные средства. Данные показания свидетеля подтверждают объяснения самой истицы, пояснившей в судебном заседании, что она неофициально работала, имела заработок и передала своей матери ФИО3 денежные средства за покупаемые у последней объекты недвижимости. 

Из показаний свидетеля ФИО32, являющего родным братом ФИО33., следует, что об оспариваемых сделках он узнал от сестры после их совершения, но передавались ей или нет денежные средства по данным сделкам сестра ему ничего не говорила. Учитывая показания свидетеля ФИО34 к показаниям свидетелей ФИО35. и ФИО36. в части того, что им известно со слов ФИО37, что сделку она совершила формально, без получения денежных средств, суд относится критически, поскольку данные люди не являлись родственниками ФИО38.. Кроме того, показания данных свидетелей не последовательны и противоречат условиям договоров купли-продажи, подписанных как ФИО3, так и истицей ФИО1 (до брака ФИО7), и не оспоренным ФИО39 при жизни.

В силу ст.195 ГК РФ, исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно ст.196 ГК РФ, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определенного в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Согласно ч.1 ст.200 ГК РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В силу ст.181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Суд соглашается с позицией представителей истца о том, что ответчиком пропущен срок исковой давности по оспариванию сделок, так как самим ФИО2 не отрицалось, что ему было известно о совершенных сделках в 2013 году, однако он обратился в суд с требованиями о признании сделок недействительными только в 2017 году, то есть спустя три года. При этом каких-либо уважительных причин пропуска данного срока суду предоставлено не было. А указания ответчика ФИО2 и его представителя ФИО6 на то, что ФИО2 узнал о нарушении его прав только после подачи ФИО1 встречного иска противоречат объяснениям самого ФИО2, который неоднократно в судебных заседаниях пояснил, что в 2013 году его мать ФИО40. пояснила ему, что жалеет о совершенных сделках купли-продажи земельных участков и садовых домиках.

Ссылки ответчика ФИО2 и его представителя на то, что ФИО2 до 2013 года пристроил к садовому домику пристройку и на момент совершения оспариваемой сделки купли-продажи земельного участка № № и садового домика, расположенного на нем, площадь домика составляла 85 кв.м в то время как в договоре указан иной объект – садовый домик площадью 31,6 кв.м, противоречат письменным доказательствам по делу. Так, согласно оспариваемому договору купли-продажи от 09.07.2013 года земельного участка площадью 600 кв.м с кадастровым номером № и размещенного на нем садового домика, расположенных по адресу: 

<

адрес>, общая площадь последнего составляет 31,6 кв.м. Согласно решению суда от 14.12.2016 года установлен факт пригодности для постоянного проживания ФИО7 в садовом домике, общей площадью 85 кв.м, расположенного на земельном участке № № в 

<

адрес>. Из копии карточки на данный садовый домик следует, что строительство пристройка под литером А1 произведено в 2016 году. При этом заявляя встречные требования о признании права собственности на объекты недвижимости в виде земельного участка площадью 400 кв.м с кадастровым номером № и размещенного на нем садового домика общей площадью 12 кв.м, расположенных по адресу: 

<

адрес>, и земельного участка площадью 600 кв.м с кадастровым номером № и размещенного на нем садового домика общей площадью 31,6 кв.м, расположенных по адресу: 

<

адрес>, ответчик не указывал в силу каких обстоятельств за ним следует признать право собственности на данные объекты.

Поскольку в наследственные права после смерти ФИО41ФИО42., умершей ДД.ММ.ГГГГ, вступил только ответчик ФИО2, что подтверждается копией наследственного дела и не оспаривалось сторонами, то оснований для удовлетворения требований ответчика о признании ФИО1 недостойным наследником и отстранении ее от наследства не имеется. 

Учитывая вышеизложенное, суд считает, что требования ФИО2 не подлежат удовлетворению по тем основаниям, которые были заявлены им к ФИО1 во встречном иске.

В силу ст.35 ЖК РФ, прекращение права пользования жилым помещением является основанием для выселения, однако спорный садовый домик является постоянным и единственным местом жительства ответчика ФИО2.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, регулирование прав на жилое помещение должно осуществляться на основе баланса прав и охраняемых законом интересов всех участников соответствующих правоотношений; в тех случаях, когда имущественные права на спорную вещь имеют другие, помимо собственника, лица, этим лицам также должна быть гарантирована государственная защита их прав; признание приоритета прав собственника жилого помещения либо проживающих в этом помещении иных лиц, как и обеспечение взаимного учета их интересов зависят от установления и исследования фактических обстоятельств конкретного спора, то есть не исключается необходимость учета особенностей конкретных жизненных ситуаций при разрешении соответствующих гражданских дел (Постановления от 21 апреля 2003 г. N 6-П, от 8 июня 2010 г. N 13-П и Определение от 3 ноября 2006 г. N 455-О).

Норма части 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации, наделяя суд известной свободой усмотрения при решении вопросов о сохранении за бывшим членом семьи собственника права пользования жилым помещением, сроке существования данного права, а также об обязании собственника обеспечить соответствующее лицо иным жилым помещением, предполагает необходимость всестороннего и глубокого изучения судом фактических обстоятельств дела с целью проверки того, имеются ли в действительности основания для сохранения права пользования жилым помещением за бывшим членом семьи собственника данного помещения или предоставления ему иного жилого помещения собственником.

Согласно пункту 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 г. N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации", при рассмотрении иска собственника жилого помещения к бывшему члену семьи о прекращении пользования жилым помещением и выселении суду в случае возражения ответчика против удовлетворения иска в целях обеспечения баланса интересов сторон спорного правоотношения надлежит исходя из положений части 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации решить вопрос о возможности сохранения за бывшим членом семьи права пользования жилым помещением на определенный срок независимо от предъявления им встречного иска об этом.

Принятие судом решения о сохранении права пользования жилым помещением за бывшим членом семьи на определенный срок допускается частью 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации при установлении следующих обстоятельств:

а) отсутствие у бывшего члена семьи собственника жилого помещения оснований приобретения или осуществления права пользования иным жилым помещением (то есть у бывшего члена семьи собственника не имеется другого жилого помещения в собственности, отсутствует право пользования другим жилым помещением по договору найма; бывший член семьи не является участником договора долевого участия в строительстве жилого дома, квартиры или иного гражданского правового договора на приобретение жилья и др.);

б) отсутствие у бывшего члена семьи собственника возможности обеспечить себя иным жилым помещением (купить квартиру, заключить договор найма жилого помещения и др.) по причине имущественного положения (отсутствует заработок, недостаточно средств) и других заслуживающих внимания обстоятельств (состояние здоровья, нетрудоспособность по возрасту или состоянию здоровья, наличие нетрудоспособных иждивенцев, потеря работы, учеба и т.п.).

При определении продолжительности срока, на который за бывшим членом семьи собственника жилого помещения сохраняется право пользования жилым помещением, суду следует исходить из принципа разумности и справедливости, конкретных обстоятельств каждого дела, учитывая материальное положение бывшего члена семьи, возможность совместного проживания сторон в одном жилом помещении и другие заслуживающие внимания обстоятельства.

Учитывая, что ответчик ФИО2 был вселен в спорное помещение в качестве члена семьи собственника ФИО1 и проживает там постоянно в отдельной комнате, а его материальное положение не позволяет ему немедленно обеспечить себя иным жилым помещением, суд полагает, что правовых оснований для удовлетворения заявленных ФИО1 требований и выселения ФИО2 без сохранения за ним права пользования жилым помещением на определенный срок не имеется.

Исходя из принципов разумности и справедливости, времени года, а также предоставления ответчику времени для разрешения его жилищного вопроса (переезда на иное место жительства), суд полагает возможным сохранить за ФИО2 права пользования спорным садовым домиком до июня 2018 года.

В силу ст.98 ГПК РФ, с ответчика подлежат взысканию судебные расходы истца в сумме 600 руб.

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Признать ФИО2 прекратившим право пользования садовым домиком, находящимся по адресу: 

<

адрес>, и выселить его из указанного помещения.

Сохранить за ФИО2 право пользования садовым домиком, находящимся по адресу: 

<

адрес>, сроком до июня 2018 года.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 расходы по оплате государственной пошлины в сумме 600 (шестьсот) рублей.

Во встречном иске ФИО2 к ФИО1 о признании сделок купли-продажи земельных участков и садовых домиков недействительными, признании права собственности на недвижимое имущество, признании недостойным наследником, отстранении от наследства и обязании возвратить неосновательно полученное недвижимое имущество отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Липецкий областной суд через Левобережный районный суд г.Липецка в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий Л.М.Чумаченко

Мотивированный текст решения составлен 09 января 2018 года.