Дело № 2-1235/2018 

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Ленинск-Кузнецкий «30» июля 2018 года

Ленинск-Кузнецкий городской суд Кемеровской области

в составе председательствующего судьи Бондарь Е.М.,

при секретаре Смердиной Д.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «СУЭК-Кузбасс» об оспаривании вины в несчастном случае на производстве, взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к акционерному обществу «СУЭК-Кузбасс» об оспаривании вины в несчастном случае на производстве, взыскании компенсации морального вреда.

Требования мотивированы тем, что истец с мая 2016 года и по настоящее время работает подземным горнорабочим 3 разряда на участке Шахтового конвейерного транспорта шахты им. А.Д. Рубана АО «СУЭК-Кузбасс». 

<

дата> в 3 смену (смена с 24 часов 00 минут до 08 часов 00 минут) горным мастером участка Шахтового конвейерного транспорта П.Н.Ц. истцу был выдан наряд на расштыбовку концевых станций, сбросов, возвратных роликов ленточных конвейеров и на осланцовку 200 метров горных выработок. После выполнения персонального наряда примерно в 7 часов 50 минут 

<

дата> истец под руководством горного мастера П.Н.Ц. и электрослесаря У.Т.Х. участвовал в работах по запуску конвейерной линии пласта Байкаимского. По окончании работ по запуску транспортной цепочки истец в 8-00 часов направился в сторону Конвейерного наклонного ствола для выезда на поверхность промышленной площадки 

<

номер>. На первой посадочной площадке совершил посадку на ленточный конвейер 1ЛУ-120, который оборудован для перевозки людей. 

Выезжая на ленточном конвейере 1ЛУ-120, истец соблюдал все меры предосторожности и при этом руководствовался «Инструкцией по безопасной перевозке людей ленточными конвейерами в подземных выработках угольных и сланцевы шахт» РД 05-526-03, «Инструкцией 

<

номер> по охране труда для горнорабочего подземного». Во время проезда под переходным мостиком истец получил удар 

<

данные изъяты> Находясь в шоковом состоянии от произошедшего, истец растерялся и проехал площадку схода. Датчик экстренной остановки ленты на случай проезда пассажиром площадки схода не сработал. Истец стал пытаться остановить конвейер с помощью КТВ (кабельно-тросового выключателя) и оказался в зоне геологических нарушений, где был вторично травмирован. Только с третьей попытки истцу удалось остановить ленточный конвейер, и он продолжил движение на поверхность пешком. По выходу на поверхность обратился в здравпункт, где ему была оказана первая медицинская помощь. После чего заместитель начальника участка Д.Х.Ю. на служебном автомобиле доставил истца в ГАУЗ КО ОКЦОШ г.Ленинск-Кузнецкий. С 

<

дата> по 

<

дата> истец находился на лечении в 

<

данные изъяты> отделении № 1 ГАУЗ КО ОКЦОШ г.Ленинска-Кузнецкого с диагнозом: 

<

данные изъяты> Ответчик, зная о произошедшем с истцом несчастном случае на производстве, обязанностей предусмотренных ст.228 ТК РФ, полностью не выполнил. Ответчик решил сокрыть данный несчастный случай на производстве от компетентных органов и не проводить его надлежащее расследование. 

<

дата> истцом было подано заявление работодателю с требованием о проведении расследования несчастного случая на производстве. 

<

дата> комиссией по расследованию несчастного случая на производстве был составлен акт формы Н-1. По мнению истца, работодатель необъективно, предвзято провел расследование несчастного случая на производстве и признал степень вины пострадавшего в наступлении несчастного случая на производстве в размере 25%. По мнению комиссии, грубая неосторожность пострадавшего выразилась в том, что он умышленно проехал площадку, оборудованную для схода работников с ленточного конвейера, где далее по ходу движения находилась зона геологических нарушений, в которой запрещено передвижение на ленточном конвейере, чем нарушил п.1.13 «Инструкции 

<

номер> по охране труда для горнорабочего подземного». Однако никаких действий, содействующих причинению вреда, истец не совершал, пункт 1.13 «Инструкции 

<

номер> по охране труда для горнорабочего подземного» он не нарушал, так как проехал площадку схода с ленточного конвейера из-за полученной ранее травмы и из-за того, что не сработал датчик от проезда пассажиром конечной станции схода.

Истец считает, что грубая неосторожность в его действиях отсутствует, требований охраны труда он не нарушал, выполнил все зависящие от него действия для обеспечения собственной безопасности, но в силу того обстоятельства, что датчик от проезда человеком конечной станции схода не сработал и экстренно не отключил ленточный конвейер, с ним произошел несчастный случай на производстве. Ссылаясь на ст.237 ТК РФ, истец считает, что своими незаконными действиями, выразившимися в ненадлежащем исполнении обязанностей по расследованию несчастного случая на производстве, его сокрытии, необоснованном признании вины истца в размере 25%, ответчик причинил ему нравственные страдания, т.е. моральный вред, который он оценивает в 10 000 рублей.

Истец просит суд признать абзац 2 подпункта 10.3 акта 

<

номер> о несчастном случае на производстве от 

<

дата> недействительным в части указания вины ФИО1 в размере 25%; установить вину ФИО1 в несчастном случае на производстве, произошедшем 

<

дата>. в АО «СУЭК-Кузбасс» 0%, вину АО «СУЭК-Кузбасс» - 100%. Взыскать с АО «СУЭК-Кузбасс» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 10 000,00 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал, дал пояснения аналогичные исковому заявлению. Заявил ходатайство о взыскании с ответчика в его пользу судебных расходов на оплату услуг представителя в размере 10 000,00 рублей.

Представитель истца адвокат Новоселов Н.В., действующий по ордеру, в суде исковые требования, заявленные ФИО1, поддержал в полном объеме. Пояснил, что ответчик не предоставил достоверных доказательств того, в каком состоянии находился переходной мостик, где ФИО1 был первично травмирован, были ли вывалы породы над мостиком, были ли надлежащим образом закреплены все конструктивные элементы переходного мостика, в каком состоянии находился датчик проезда пассажиром станции схода на момент несчастного случая, так как ответчик не выполнил обязанностей, установленных статьей 227 Трудового Кодекса РФ: «сохранить до начала расследования несчастного случая обстановку, какой она была на момент происшествия, если это не угрожает жизни и здоровью других лиц и не ведет к катастрофе, аварии или возникновению иных чрезвычайных обстоятельств, а в случае невозможности ее сохранения - зафиксировать сложившуюся обстановку (составить схемы, провести фотографирование или видеосъемку, другие мероприятия)». В судебном заседании ответчик признал, что истец обязан был руководствоваться Инструкцией по безопасной перевозке людей ленточными конвейерами в подземных выработках угольных и сланцевых шахт РД 05-526-03. Предоставил журнал ознакомления истца с данной инструкцией. Пункт 4.4 Инструкции по безопасной перевозке людей ленточными конвейерами в подземных выработках угольных и сланцевых шахт РД 05-526-03 гласит, что за конечной станцией на расстоянии 3 - 5 м за светильником красного цвета должен быть установлен датчик проезда для автоматического отключения конвейера при проезде человеком конечной станции схода, датчик должен обеспечивать надежное обнаружение людей на ленте и экстренное отключение конвейера, усилие воздействия датчика механической конструкции на человека не должно превышать 300 Н. Поэтому считает, что если датчик неисправен, то пассажир может проехать датчик. Таким образом, грубая неосторожность в действиях истца отсутствует, требований охраны труда он не нарушал, выполнил все зависящие от него действия для обеспечения собственной безопасности, но в силу того обстоятельства, что датчик от проезда человеком конечной станции схода не сработал и экстренно не отключил ленточный конвейер, с истцом произошел несчастный случай на производстве. Таким образом, вины ФИО1 в наступлении несчастного случая на производстве или увеличении последствий несчастного случая нет. Комиссией неправомерно установлена вина истца в несчастном случае на производстве, поскольку грубой неосторожности истцом не допущено. Просит исковые требования удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика АО «СУЭК-Кузбасс» ФИО2, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признала в полном объеме по доводам, изложенным в письменных возражениях на иск. Пояснила, что ответчик считает, что рассматривая настоящий спор, суд нарушает установленный законодательством РФ, а именно ст.231 ТК РФ, порядок разрешения разногласий по вопросам расследования, оформления и учета несчастных случаев. Кроме того, тот факт, что ФИО1 проехал площадку, оборудованную для схода работников с ленточного конвейера, продолжил движение на ленточном конвейере, где далее по ходу движения находилась зона геологических нарушений, что установлено комиссией по расследованию несчастного случая на производстве, говорит о халатности, в его действиях имеется грубая неосторожность. Действуя осознанно, у истца отсутствует понимание, что он работает на предприятии, являющимся опасным производственным объектом, а также, что подвергает свою жизнь и здоровье опасности. Актом формы Н-1 установлено, что при выполнении работ ФИО1 нарушил требования охраны труда, последствием чего явилось причинение вреда собственному здоровью, т.е. в его в действиях имелась грубая неосторожность. Ответчик считает, что оснований для изменения степени вины ФИО1 в несчастном случае не имеется, в связи с чем требования о компенсации морального вреда также удовлетворению не подлежат. С требованиями о взыскании с ответчика в пользу истца расходов на оплату услуг представителя в размере 10 000,00 рублей ответчик также не согласен, считает сумму расходов чрезмерно завышенной. Просит истцу в иске отказать в полном объеме.

Прокурор, извещенный о месте и времени судебного заседания, в суд не явился.

Суд, выслушав стороны, свидетелей, изучив письменные материалы дела, приходит к следующему.

Согласно статьям 211 и 212 Трудового кодекса Российской Федерации, на работодателя возложена обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда, предусматривающая обеспечение соблюдения правил, процедур, критериев и нормативов, направленных на сохранение жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности.

В соответствии с положениями статьи 227 ТК РФ расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Статья 228 ТК РФ вменяет в обязанности работодателя осуществление ряда мероприятий, в том числе организацию расследования несчастного случая и оформлению его материалов.

Порядок расследования несчастных случаев подробно урегулирован ст. ст. 227 - 231 ТК РФ и Постановлением Минтруда России от 24 октября 2002 г. N 73 "Об утверждении форм документов, необходимых для расследования и учета несчастных случаев на производстве, и положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях".

В соответствии с положениями статьи 228 ТК РФ, при несчастных случаях, указанных в статье 227 Трудового Кодекса РФ, работодатель (его представитель) обязан: немедленно организовать первую помощь пострадавшему и при необходимости доставку его в медицинскую организацию; сохранить до начала расследования несчастного случая обстановку, какой она была на момент происшествия; немедленно проинформировать о несчастном случае органы и организации, родственников пострадавшего; принять иные необходимые меры по организации и обеспечению надлежащего и своевременного расследования несчастного случая и оформлению материалов расследования в соответствии с настоящей главой.

В соответствии с положениями статьи 229 ТК РФ, для расследования несчастного случая работодатель (его представитель) незамедлительно образует комиссию в составе не менее трех человек. В состав комиссии включаются специалист по охране труда или лицо, назначенное ответственным за организацию работы по охране труда приказом (распоряжением) работодателя, представители работодателя, представители выборного органа первичной профсоюзной организации или иного представительного органа работников, уполномоченный по охране труда. Комиссию возглавляет работодатель (его представитель), а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, - должностное лицо соответствующего федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по контролю и надзору в установленной сфере деятельности. Если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, то состав комиссии утверждается приказом (распоряжением) работодателя. Конкретный перечень материалов расследования определяется председателем комиссии в зависимости от характера и обстоятельств несчастного случая. На основании собранных материалов расследования комиссия (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственный инспектор труда, самостоятельно проводящий расследование несчастного случая) устанавливает обстоятельства и причины несчастного случая, а также лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, вырабатывает предложения по устранению выявленных нарушений, причин несчастного случая и предупреждению аналогичных несчастных случаев, определяет, были ли действия (бездействие) пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем либо участием в его производственной деятельности, в необходимых случаях решает вопрос о том, каким работодателем осуществляется учет несчастного случая, квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством. 

Несчастный случай на производстве является страховым случаем, если он произошел с застрахованным или иным лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Если при расследовании несчастного случая с застрахованным установлено, что грубая неосторожность застрахованного содействовала возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью, то с учетом заключения выборного органа первичной профсоюзной организации или иного уполномоченного работниками органа комиссия (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственный инспектор труда, самостоятельно проводящий расследование несчастного случая) устанавливает степень вины застрахованного в процентах.

В соответствии с частями 1, 2 статьи 14 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" если при расследовании страхового случая комиссией по расследованию страхового случая установлено, что грубая неосторожность застрахованного содействовала возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью, размер ежемесячных страховых выплат уменьшается соответственно степени вины застрахованного, но не более чем на 25 процентов.

Статья 46 Конституции Российской Федерации гарантирует каждому право на судебную защиту.

Доводы представителя ответчика о несоблюдении истцом досудебного порядка разрешения спора со ссылкой на положения ст. 231 ТК РФ не могут быть признаны состоятельными, поскольку указанная статья закона не регулирует порядок разрешения индивидуальных трудовых споров, а определяет лишь порядок рассмотрения разногласий по вопросам расследования, оформления и учета несчастных случаев и предоставляет пострадавшему и другим лицам право оспаривания решения федерального органа исполнительной власти по этим вопросам. Порядок разрешения индивидуальных трудовых споров регламентируется главой 60 ТК РФ, ч.1 ст.391 которой допускает возможность обращения работника за разрешением индивидуального трудового спора непосредственно в суд.

Судом установлено, что в период исполнения трудовых обязанностей в АО «СУЭК-Кузбасс» шахта им. А.Д. Рубана участок Шахтовый транспорт конвейерный с подземным горнорабочим 3 разряда ФИО1 

<

дата> в 08-20 часов произошел несчастный случай на производстве, в результате которого согласно медицинскому заключению 

<

номер> от 

<

дата>. ФИО1 получил следующие телесные повреждения: 

<

данные изъяты> 

Истец как работник АО «СУЭК-Кузбасс» является застрахованным лицом по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Данные обстоятельства сторонами не оспариваются.

Судом также установлено, что после получения травмы, по выходу на поверхность ФИО1 обратился в здравпункт, где ему была оказана первая медицинская помощь, после чего зам. начальника участка Д.Х.Ю. на служебном автомобиле отвез ФИО1 в ГАУЗ КО ОКЦОЗШ г.Ленинск-Кузнецкий. Данные обстоятельства указаны в акте о несчастном случае на производстве и не оспариваются сторонами. 

Таким образом, работодателю было известно о произошедшем несчастном случае, однако в нарушение ч.1 ст.229 ТК РФ АО «СУЭК-Кузбасс» не создало незамедлительно комиссию в составе не менее трех человек для расследования несчастного случая, произошедшего с ФИО1

В период с 

<

дата> по 

<

дата> истец находился на лечении в ГАУЗ КО ОКЦОЗШ г.Ленинск-Кузнецкий, с 

<

дата> по 

<

дата> на лечении в ГАУЗ КО ЛКГБ № 1 г.Ленинск-Кузнецкий, что подтверждается листками нетрудоспособности.

<

дата> ФИО1 обратился к работодателю с заявлением о расследовании произошедшего с ним несчастного случая на производстве.

<

дата> на основании приказа директора шахтоуправления 

<

номер> была создана комиссия из трех человек, в составе председателя комиссии главного инженера Б.Х.Ш., заместителя директора по ПК и ОТ П.И.М., председателя ППО Росуглепрофа Ф.Р.П. по расследованию несчастного случая на производстве в АО «СУЭК-Кузбасс» шахта им. А.Д. Рубана, произошедшего с подземным горнорабочим ФИО1

Представленные материалы расследования несчастного случая включают: заявление ФИО1 о проведении расследования; приказ о создании комиссии по расследованию несчастного случая; медицинское заключение о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве; объяснительные и протоколы опросов пострадавшего ФИО1, горного мастера П.Н.Ц., заместителя начальника участка Д.Х.Ю.; табели выходов на работу; журнал учета процедур; заключение профсоюзного комитета; инструкцию по охране труда для горнорабочего подземного 

<

номер>; листки нетрудоспособности; книгу нарядов; эскиз и схему места несчастного случая; материалы фотофиксации; акт расследования о несчастном случае на производстве.

По итогам расследования 

<

дата>. комиссией составлен акт 

<

номер> о несчастном случае на производстве. Согласно п.8 акта, комиссия пришла к выводу, что несчастный случай произошел при следующих обстоятельствах: 

<

дата> в 3 смену (с 24-00 часов до 08-00 часов) горным мастером участка Шахтового конвейерного транспорта П.Н.Ц. был выдан наряд подземному горнорабочему ФИО1 расштыбовывать концевые станции, сбросы, возвратные ролики, осланцовывать выработку. Подземный горнорабочий ФИО1 в течении смены выполнял работы согласно выданному наряду. Приблизительно в 7-30 часов ФИО1 покинул рабочее место и направился в сторону Конвейерного наклонного ствола пром. площадки 

<

номер>. В 7-50 ФИО1 в районе концевой станции ленточного конвейера, установленного в Конвейерном уклоне 

<

номер>, встретил электрослесаря У.Т.Х. и горного мастера П.Н.Ц., который организовывал работы по запуску конвейерной линии, по его распоряжению ФИО1 участвовал в работе по запуску конвейерной линии пласта Байкаимского. По окончанию работ по запуску транспортной цепочки ФИО1 в 8-00 часов направился в сторону конвейерного наклонного ствола на площадку посадки на ленточный конвейер для выезда на поверхность пром. площадки 

<

номер>. На площадке посадки ФИО1 совершил посадку на ленточный конвейер 1ЛУ-120, оборудованный для перевозки людей. Со слов пострадавшего при передвижении на ленточном конвейере совершил столкновение с неизвестным предметом в районе переходного мостика. Комиссией по расследованию несчастного случая было установлено, что подземный горнорабочий ФИО1 проехал площадку, оборудованную для схода работников с ленточного конвейера, продолжил движение на ленточном конвейере, где далее по ходу движения находилась зона геологических нарушений, в которой не могут быть обеспечены необходимые зазоры между ленточным конвейером и кровлей для безопасной перевозки людей, в связи с чем езда далее площадки схода запрещена. После получения травмы ФИО1 произвел остановку ленточного конвейера при помощи кабельного тросового выключателя 

<

номер>, и в дальнейшем продолжил движение пешком в сторону поверхности пром. площадки 

<

номер>. 

Причинами несчастного случая указаны: нарушение работником трудового распорядка и дисциплины труда, запрещено проезжать конечные станции схода за светильник красного цвета, чем нарушил п.1.13 пп.е «Инструкции 

<

номер> по охране труда для горнорабочего подземного» (п. 9.1 акта).

Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, указаны подземный горнорабочий ФИО1, который проехал площадку схода и попал в зону геологических нарушений, в которой запрещено передвижение на ленточном конвейере, чем нарушил п.1.13 пп.е «Инструкции 

<

номер> по охране труда для горнорабочего подземного», а также горный мастер участка П.Н.Ц., который не обеспечил сохранность места несчастного случая на производстве, нарушил «Положение об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях», ст.ст.227, 228 ТК РФ, пункты 2.3, 4 «Должностной инструкции горного мастера участка ШТК», начальник участка Ш.В.У., который не обеспечил сохранность места несчастного случая на производстве, нарушил «Положение об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях», ст.ст. 227, 228 ТК РФ, пункт 1.11 «Должностной инструкции начальника участка ШТК».

Ввиду грубой неосторожности, содействующей причинению вреда пострадавшего, учитывая мнение профсоюзного органа, указанного в заключении 

<

номер> от 

<

дата>., комиссия признала степень вины ФИО1 в наступлении несчастного случая 25% (п. 10 акта).

Допрошенные в судебном заседании члены комиссии Б.Х.Ш., П.И.М., Ф.Р.П. пояснили, что очевидцев несчастного случая не было, к выводу о наличии грубой неосторожности в действиях пострадавшего комиссия пришла на основании пояснений самого ФИО1, а также его поведения, поскольку ФИО1 ранее неоднократно нарушал трудовую дисциплину, от расследования несчастного случая сам уклонялся, в пояснениях путался. При этом, если человек решит проехать датчик проезда, то он сможет принять определенную позу, прижаться к ленте и «проскочить».

Допрошенный в качестве свидетеля подземный горный мастер П.Н.Ц. в суде пояснил, что 

<

дата> работал с ФИО1 в одну смену, после выполнения работ начали выдвигаться на выход из шахты, он увидел как ФИО1 сел на ленту, через некоторое время он также сел на ленту, ехал в метрах 40, подъезжая к площадке схода, сработал КТВ 

<

номер>, лента остановилась, он слез с ленты и пошел пешком на поверхность. ФИО1 вышел 

<

данные изъяты>. В этот день ленточный конвейер проверял слесарь в начале смены, при этом ведется специальный журнал. Если в течение смены обнаруживается неисправность, то её исправляют, не делая запись в журнале. Все датчики контроля схода ленты не проверяют, если хоть один датчик работает, то значит все работают. 

Из протокола опроса и письменных объяснений пострадавшего ФИО1 следует, что после выполнения работ он отправился на поверхность, запрыгнул на ленту, как положено в направлении ленты, лежа. Около переходного мостика получил удар 

<

данные изъяты> 

На основании ст. 330.5 ТК РФ при организации и проведении подземных работ работодатель обязан обеспечивать организацию и проведение подземных работ в соответствии с утвержденной технической документацией, технологическими нормами и установленными требованиями к оборудованию, технологическим процессам, применяемым в производстве инструментам, сырью и материалам.

В свою очередь ФИО1 как работник угольного предприятия, обязан знать и выполнять требования технических документов и нормативных актов по охране труда, касающиеся его профессии; соблюдать требования по охране труда и промышленной безопасности, предусмотренные трудовым (коллективным) договором (соглашением), правилами внутреннего трудового распорядка предприятия.

В соответствии с п.1.13 пп.е «Инструкции 

<

номер> по охране труда для горнорабочего подземного», с которой истец ознакомлен, запрещается проезжать конечные станции схода за светильник красного цвета.

Инструкцией по безопасной перевозке людей ленточными конвейерами в подземных выработках угольных и сланцевых шахт РД 05-526-03, с которой истец также ознакомлен, установлены обязательные технические требования к конструкции ленточных конвейеров, предназначенных для перевозки людей, включая систему их управления, требования по зазорам и оснащенности горных выработок, а также требования к организации безопасной перевозки людей и правила их личного поведения.

В соответствии с Пунктом 4.4 Инструкции по безопасной перевозке людей ленточными конвейерами в подземных выработках угольных и сланцевых шахт РД 05-526-03, за конечной станцией на расстоянии 3—5 м за светильником красного цвета должен быть установлен датчик проезда для автоматического отключения конвейера при проезде человеком конечной станции схода, датчик должен обеспечивать надежное обнаружение людей на ленте и экстренное отключение конвейера, усилие воздействия датчика механической конструкции на человека не должно превышать 300 Н.

В соответствии с абз.4 ст.228 ТК РФ работодатель обязан по возможности сохранить до начала расследования ту обстановку, при которой произошел несчастный случай. 

Если существует опасность аварии или иной чрезвычайной ситуации, которые угрожают жизни и здоровью людей, и сохранить обстановку в первоначальном виде невозможно, ее нужно зафиксировать (абз. 4 ст. 228абз. 4 ст. 228 ТК РФ). Фиксация обстановки включает: составление схемы места происшествия; фотографирование или видеосъемку; другие мероприятия.

Действующее законодательство не содержит критериев разграничения простой и грубой неосторожности. Представляется, что грубая неосторожность является таким поведением потерпевшего, когда он предвидел или должен был предвидеть возможность причинения ему вреда, но легкомысленно надеялся избежать этого или безразлично относился к возможности причинения вреда. 

Бесспорных доказательств в подтверждение того, что в действиях истца имела место грубая неосторожность, которая содействовала возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью, ответчик суду не представил. В нарушение ст. 228 ТК РФ обстановку, при которой произошел несчастный случай, ответчик не сохранил и не зафиксировал. Очевидцы несчастного случая отсутствовали.

Выводы комиссии по расследованию несчастного случая в части наличия грубой неосторожности в действиях самого пострадавшего, который, по мнению комиссии, умышленно проехал конечную станцию схода за светильник красного цвета, прижавшись к ленточному конвейеру для того чтобы проехать датчик проезда, предусмотренный для автоматического отключения конвейера при проезде человеком конечной станции схода, основаны на предположениях и ничем не подтверждены. 

ФИО1 при расследовании несчастного случая объяснял, что проехал конечную станцию схода неумышленно, так как получил травму 

<

данные изъяты> и растерялся. 

Данные доводы комиссией не проверены, в суде никакими доказательствами не опровергнуты, поскольку расследование проводилось через длительный промежуток времени, обстановку, при которой произошел несчастный случай, ответчик не сохранил и не зафиксировал.

При этом суд отмечает, что датчик проезда, предназначенный для автоматического отключения конвейера при проезде человеком конечной станции схода, который должен обеспечивать надежное обнаружение людей на ленте и экстренное отключение конвейера, не сработал.

Сведения, зафиксированные в протоколе осмотра места несчастного случая и материалами фотофиксации от 

<

дата>., суд не может принять во внимание, поскольку, данный протокол и материалы фотофиксации составлены комиссией по расследованию несчастного случая на производстве практически через месяц после произошедшего несчастного случая.

Доводы представителя ответчика о том, что подземный горный мастер П.Н.Ц. через 10 минут ехал на ленте следом за ФИО1 и никаких посторонних предметов не видел, суд находит несостоятельными, поскольку осмотр места несчастного случая не производился, кроме того ленточный конвейер двигался. 

При этом относимых и допустимых доказательств, подтверждающих, что в день несчастного случая датчик проезда для автоматического отключения конвейера при проезде человеком конечной станции схода был исправен, суду также не представлено. 

Журнал записи осмотра ленточного конвейера таким доказательством не является, поскольку подземный горный мастер П.Н.Ц., ответственный за проведение осмотра, в суде пояснил, что датчик проезда, в месте, где случился несчастный случай, в тот день он не проверял. При этом если в течение смены обнаруживается неисправность, то её исправляют, не делая об этом запись в журнале.

Анализ обстоятельств несчастного случая, произошедшего 

<

дата> с пострадавшим ФИО1, позволяют суду сделать вывод о наличии неосторожности в действиях истца, однако, данная неосторожность является простой неосмотрительностью. При этом работодатель в соответствии со ст.ст. 219, 220 Трудового кодекса РФ должен был должным образом обеспечить безопасность труда на производстве. Грубой неосторожности в действиях ФИО1 судом не установлено.

Таким образом, суд приходит к выводу, что со своей стороны работодатель АО «СУЭК-Кузбасс» в нарушение требований трудового законодательства не обеспечил должным образом безопасность труда на производстве, что и явилось причиной несчастного случая, а потому суд приходит к выводу о том, что вина работодателя в рассматриваемом несчастном случае 100%.

Во всяком случае, со стороны ответчика данные обстоятельства не опровергнуты допустимыми доказательствами, а именно факта того, что со стороны пострадавшего ФИО1 была допущена грубая неосторожность, которая содействовала возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью.

Исходя из установленных обстоятельств, оценивая представленные доказательства в их совокупности, суд считает необходимым признать акт о несчастном случае на производстве 

<

номер> от 

<

дата> недействительным в части установления вины работника и установить вину предприятия в размере 100%. 

Подлежат удовлетворению и требования истца о взыскании компенсации морального вреда.

Статья 237 ТК РФ устанавливает, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 63 (абзац 2) Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", следует, что суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости (абзац 3 пункта 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2).

Определяя размер компенсации морального вреда, суд, исходя из конкретных обстоятельств нарушения трудовых прав истца (незаконное указание в акте Н-1 на наличие грубой неосторожности со стороны истца и установление его вины в размере 25%), формы вины работодателя, возраста истца, от которого зависит степень нравственных страданий, а также требований разумности, справедливости и соразмерности, находит необходимым взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей.

Согласно ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы по оплате услуг представителя в разумных пределах.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 13 постановления от 21 января 2016 года № 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

В силу п. 11 указанного Постановления разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (ч. 4 ст. 1 ГПК РФ).

В целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Принимая во внимание требования разумности и справедливости, учитывая продолжительность и сложность данного гражданского дела, характер спорных правоотношений, объем и качество оказанной представителем ответчика квалифицированной помощи, а также, принимая во внимание позицию представителя ответчика, взысканию с АО «СУЭК-Кузбасс» в пользу ФИО1 подлежат расходы на оплату услуг представителя в сумме 10 000 рублей, которые суд находит разумными и соразмерными с объемом выполненной работы.

На основании ст.103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, в размере 300 руб.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к акционерному обществу «СУЭК-Кузбасс» об оспаривании вины в несчастном случае на производстве, взыскании компенсации морального вреда удовлетворить.

Признать незаконным абзац 2 подпункта 10.3 акта о несчастном случае на производстве 

<

номер> от 

<

дата>, составленного АО «СУЭК-Кузбасс», в части указания вины пострадавшего ФИО1 в размере 25%.

Установить вину работодателя акционерного общества «СУЭК-Кузбасс» в несчастном случае на производстве, произошедшем 

<

дата> с подземным горнорабочим 3 разряда ФИО1, в размере 100%, вину пострадавшего – 0%.

Взыскать с акционерного общества «СУЭК-Кузбасс» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 10 000,00 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 10 000,00 рублей, а всего 20 000,00 рублей. 

Взыскать с акционерного общества «СУЭК-Кузбасс» государственную пошлину в доход бюджета Ленинск-Кузнецкого городского округа в размере 300,00 рублей.

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение одного месяца со дня составления в окончательной форме.

Решение в окончательной форме составлено «04» августа 2018 года.

Председательствующий: подпись Е.М. Бондарь

Подлинник документа находится в материалах гражданского дела № 2-1235/2018 Ленинск-Кузнецкого городского суда города Ленинска-Кузнецкого Кемеровской области