РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

4 марта 2021 года г. Благовещенск

Благовещенский гарнизонный военный суд в составе: 

председательствующего судьи Клюшниченко М.Ф., 

при секретаре судебного заседания Молочевой А.С.,

с участием ответчика ФИО8,

в открытом судебном заседании, в помещении военного суда,

рассмотрев гражданское дело № по исковому заявлению врио командира войсковой части № к бывшему военнослужащему указанной воинской части 

<

данные изъяты> Коржу Д.А. о взыскании денежных средств в счёт возмещения причинённого материального ущерба, 

УСТАНОВИЛ:

командир войсковой части № обратился в суд с исковым заявлением, из которого следует, что ФИО8 в период с 7 октября 2013 года по 7 февраля 2017 года проходил военную службу по контракту в названной воинской части в должности 

<

данные изъяты>. В период прохождения военной службы ФИО8, согласно требованиям – накладным, а также акту приёма-передачи дел и должности получил военное имущество, в том числе два прицела № и один прицел №. Однако, в период сдачи дел и должности ФИО8 указанное военное имущество на склад службы 

<

данные изъяты> (далее – РАВ) войсковой части № не сдал, чем причинил государству материальный ущерб в размере его стоимости (с учётом степени износа), в связи с чем истец просит взыскать с ФИО8 1504687 рублей 18 копеек, в счёт возмещения причинённого материального ущерба. 

Истец, а также привлечённое к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора ФКУ «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Хабаровскому краю», надлежащим образом извещённые о месте и времени, в судебное заседание не прибыли, в связи с чем в соответствии со статьёй 167 ГПК РФ, дело рассмотрено в их отсутствие.

В адресованном суду письменном отзыве представитель ФКУ «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Хабаровскому краю» ФИО1 поддержал заявленные истцом требования. 

В ходе судебного разбирательства ФИО8 не согласился с предъявленными к нему исковыми требованиями и в обоснование своей позиции указал, что истцом не представлено доказательств, которые бы свидетельствовали о том, что ущерб, вызванный утратой прицелов, причинён по его вине, так как из материалов служебного разбирательства, проведённого по данному факту, этого не усматривается. 

Выслушав мнение ответчика, исследовав представленные доказательства, военный суд приходит к следующим выводам.

Судом по делу установлено, что 

<

данные изъяты> ФИО8 на основании приказа Командующего войсками Восточного военного округа от 7 октября 2013 года № и приказа командующего 35 общевойсковой армией от 10 декабря 2014 года № назначен на должность 

<

данные изъяты> войсковой части № и с 7 октября 2013 года полагается принявшим дела и должность и вступившим в исполнение должностных обязанностей.

Как следует из выписки из приказа командира войсковой части № от 3 февраля 2017 года № 

<

данные изъяты> ФИО8, назначенный приказом командующего 35 общевойсковой армией от 14 марта 2016 года № на воинскую должность 

<

данные изъяты>, с 7 февраля 2017 года полагается сдавшим дела и должность и с той же даты исключён из списков личного состава войсковой части №.

Согласно выписке из приказа командира 64 отдельной мотострелковой бригады от 24 июня 2019 года № командир 

<

данные изъяты> указанной воинской части 

<

данные изъяты> ФИО8, досрочно уволенный с военной службы приказом командующего 35 общевойсковой армии Восточного военного округа от 15 марта 2019 года № с зачислением в запас в связи с невыполнением условий контракта, с 19 июля 2019 года исключён из списков состава воинской части, всех видов обеспечения. 

Из акта передачи дел и должности 

<

данные изъяты> от 7 декабря 2015 года усматривается, что 

<

данные изъяты> ФИО8 принял от 

<

данные изъяты> ФИО2 военное имущество, в том числе один прицел №. 

Согласно требованию-накладной № (без даты) 

<

данные изъяты> ФИО8 получил военное имущество, в том числе 8 прицелов №. 

Из заключения по материалам служебного разбирательства по факту утери прицелов в войсковой части № (без даты), проведённого командиром указанной воинской части следует, что 5 октября 2020 года ему поступил доклад от 

<

данные изъяты> ФИО3 об отсутствии 8 прицелов № в подразделениях батальона. В ходе проверки полученного доклада были проверены все прицелы в воинской части во всех подразделениях и на складе РАВ. В ходе проверки указанных номенклатур был выявлена недостача 14 прицелов, в том числе в стрелковой роте снайперов: одного прицела № и двух прицелов №. Из объяснений командира указанной роты 

<

данные изъяты> ФИО4 следует, что он до настоящего времени дела и должность командира данной роты не принял, а недостача названных прицелов произошла при бывшем командире роты 

<

данные изъяты> ФИО5 

Как следует из заключения по материалам дополнительного служебного разбирательства по факту утраты прицелов в стрелковой роте снайперов войсковой части №, по накладной от 31 декабря 2016 года № 

<

данные изъяты> Коржу Д.А. было выдано имущество, в том числе прицелы № в количестве 8 комплектов, для личного состава, убывающего в служебную командировку, по прибытии из которой в апреле 2017 года прицелы были сданы новому командиру 

<

данные изъяты> ФИО5 на плацу войсковой части №, а часть прицелов (4 комплекта №, 1 комплект №) была сдана командиру 

<

данные изъяты> ФИО6, так как личный состав находился в реабилитационном отпуске и соответственно не мог сдать прицелы. ФИО6 после приёма указанных прицелов в апреле-мае 2017 года организовал их хранение в служебной квартире командира 

<

данные изъяты> ФИО7, который убыл в отпуск. В декабре 2017 года из данной квартиры были похищены личные вещи, а также 4 прицела № и один прицел №. 

Согласно справке-расчёту на утраченное имущество службы РАВ 

<

данные изъяты> ФИО8 от 9 декабря 2020 года стоимость прицела № с учётом степени износа составила 77230 рублей, двух прицелов № 1427457 рублей 18 копеек (713728 рублей 59 копеек каждый). Общая стоимость причинённого ущерба составляет 1504687 рублей 18 копеек. 

В соответствии с частью 12 статьи 1 Федерального закона от 31 мая 1996 года № 61-ФЗ «Об обороне» имущество Вооружённых Сил Российской Федерации, других войск, воинских формирований и органов, является федеральной собственностью и находится у них на правах хозяйственного ведения или оперативного управления. 

Согласно статьям 2 и 5 Федерального закона от 12 июля 1999 года №161-ФЗ «О материальной ответственности военнослужащих» (далее – Федеральный закон «О материальной ответственности военнослужащих») к имуществу воинской части, помимо прочего, относится вооружение, военная и специальная техника, специальные средства, другие материальные средства, являющиеся собственностью Российской Федерации и закрепленные за воинской частью. Его утрата или повреждение, а также расходы, которые воинская часть произвела либо должна произвести для восстановления, приобретения утраченного или повреждённого имущества, относятся к реальному ущербу. Военнослужащие несут материальную ответственность в полном размере ущерба в случаях его причинения военнослужащим, которому имущество передано под отчёт для хранения, перевозки, выдачи, пользования и других целей.

В силу части 1 статьи 3 того же Федерального закона военнослужащие несут материальную ответственность только за причинённый по их вине реальный ущерб.

Исходя из данной правовой нормы, обязательными условиями для привлечения военнослужащего к материальной ответственности, наряду с наличием реального ущерба, являются установление наличия в его действиях (либо бездействии) вины в причинении материального ущерба и наличие причинной связи между действием (бездействием) и причинением ущерба.

Согласно части 1 статьи 7 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» командир (начальник) воинской части при обнаружении ущерба обязан назначить административное расследование для установления причин ущерба, его размера и виновных лиц.

В соответствии с частью 2 статьи 9 вышеназванного Федерального закона в случае, если причинивший ущерб военнослужащий уволен с военной службы (убыл (отчислен) с военных сборов) и не был привлечен к материальной ответственности, взыскание с него ущерба производится в соответствии с решением суда по иску, предъявленному командиром (начальником) воинской части, в размере, установленном настоящим Федеральным законом. 

Из требований пунктов 196, 197, 202, 215 и 216 Руководства по войсковому (корабельному) хозяйству в Вооруженных Силах Российской Федерации, утверждённого приказом Министра обороны Российской Федерации от 3 июня 2014 года № 333, следует, что все должностные лица, отвечающие за хозяйственную деятельность, при назначении на должность или переводе к новому месту службы должны лично принимать и сдавать дела и должность. Прием дел и должности производится лично принимающим от сдающего лица в присутствии комиссии, в ходе которой проводится сверка учета материальных средств воинской части с данными учета довольствующего органа на предмет их соответствия, передача лицом, сдающим должность, и одновременно проверка и прием лицом, принимающим должность, материальных, денежных средств, а также документов. 

Комиссия воинской части, назначенная для приема (сдачи) дел и должности, в присутствии принимающего и сдающего дела и должность производит: инвентаризацию материальных ценностей, подлежащих приему вновь назначенным должностным лицом соединения (воинской части); инвентаризацию складов и других объектов материально-технической базы и сверку учетных данных с фактическим наличием и качественным состоянием материальных ценностей.

Командир подразделения прием (сдачу) дел и должности проводит лично на основании приказа командира воинской части в соответствии с Уставом внутренней службы Вооружённых Сил Российской Федерации.

Принимающий дела и должность обязан: заслушать (в присутствии сдающего дела и должность) доклады подчиненных командиров и старшины подразделения о состоянии ротного хозяйства и обеспеченности военнослужащих материальными ценностями; проверить размещение и состояние закрепленных за подразделением служебных помещений; ознакомиться в воинской части с материалами инвентаризации и актами ревизий; проверить фактическое наличие, качественное состояние, комплектность материальных ценностей в подразделении, сверив полученные сведения с данными учета воинской части; произвести (при необходимости) перезакрепление материальных ценностей за должностными лицами подразделения.

Как установлено, и не оспаривается сторонами, ответчик с 7 февраля 2017 года полагался сдавшим дела и должность командира стрелковой роты снайперов войсковой части 61424 и с той же даты исключён из списков личного состава указанной воинской части в связи с убытием к новому месту службы.

При этом, инвентаризационная комиссия приказом командира воинской части не назначалась, акт приема - передачи дел и должности командира стрелковой роты снайперов в установленном порядке не составлялся.

Таким образом, истцом не представлено доказательств, свидетельствующих о недостаче прицелов при сдаче дел и должности ответчиком, а равно как и доказательств, свидетельствующих о том, что недостача прицелов образовалась в период исполнения ответчиком должностных обязанностей командира стрелковой роты снайперов войсковой части №. 

Помимо этого, суд полагает необходимым отметить, что служебное разбирательство по факту утраты прицелов в войсковой части №, в том числе в стрелковой роте снайперов: одного прицела № и двух прицелов №, проводилось в октябре 2020 года, то есть по прошествии более трёх лет после исключения ответчика из списков личного состава войсковой части №. 

Кроме того, в представленных суду заключениях по материалам разбирательства по факту утраты вышеуказанных прицелов отсутствуют какие-либо сведения о том, что утрата названного имущества произошла по вине ФИО8 

Более того, из заключения по материалам дополнительного разбирательства по факту утери вышеназванных прицелов следует, что полученные ФИО8 перед убытием в служебную командировку прицелы, в апреле 2017 года были переданы военнослужащим войсковой части № - 

<

данные изъяты> ФИО5 и 

<

данные изъяты> ФИО6, при этом утрата указанных в исковом заявлении прицелов, как это следует из заключения по результатам разбирательства, произошла в декабре 2017 года по вине ФИО6 

Таким образом, вопреки положениям статьи 56 ГПК РФ, истцом не представлено доказательств, подтверждающих, что ущерб, вызванный утратой указанного в искового заявлении имущества, был причинён именно по вине ответчика, в связи с чем военный суд приходит к выводу, что исковое заявление врио командира войсковой части № удовлетворению не подлежит. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 5, 9 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» и статьями 194 - 199 ГПК РФ, военный суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении искового заявления врио командира войсковой части № к бывшему военнослужащему указанной воинской части 

<

данные изъяты> Коржу Д.А. о взыскании денежных средств в счёт возмещения причинённого материального ущерба, - отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в 1-й Восточный окружной военный суд через Благовещенский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме. 

Председательствующий по делу М.Ф. Клюшниченко