Дело № 2-137/2025

59RS0028-01-2024-003425-88

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

23 июня 2025 года Лысьвенский городской суд Пермского края в составе судьи Носковой Е.А., при секретаре Сивковой Н.А., 

с участием прокурора Кабыш Н.С., 

истца Курка М.И.,

представителя истца ФИО1, 

представителя ответчика ФИО2, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Лысьва Пермского края гражданское дело по иску ФИО3 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Пермского края «Лысьвенская больница» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Курка М.И. обратилась в суд с иском Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Пермского края «Городская больница Лысьвенского городского округа» (далее – ГБУЗ ПК «ГБ ЛГО») о взыскании компенсации морального вреда, причиненного некачественным оказанием медицинской помощи её супругу.

В обоснование заявленных требований указано, что ее муж ФИО5 12.06.2023 обратился в приемный покой ГБУЗ ПК «ГБ ЛГО» за медицинской помощью с жалобами в области сердца. После осмотра дежурным врачом-терапевтом Луба А.Н. ФИО5 была сделана кардиограмма сердца, поставлена инъекция обезболивающего препарата «Кеторол», после чего оказание помощи было окончено. ФИО5 был направлен домой. 13.06.2023 ФИО5 в связи с резким ухудшением здоровья бригадой скорой медицинской помощи был направлен в приемный покой ГБУЗ ПК «ГБ ЛГО», где по результатам осмотра и диагностических исследований у ФИО5 был диагностирован 

<

данные изъяты>. Бригадой скорой медицинской помощи ФИО5 был доставлен в ГБУЗ ПК «Чусовская больница им. В.Г. Любимова», откуда в этот же день был транспортирован в ГАУЗ ПК «Городская клиническая больница №4» (

<

адрес>). 28.06.2023 года, находясь в реанимационном отделении ГАУЗ ПК «Городская клиническая больница №4», ФИО5 скончался, причиной смерти явился обширный инфаркт. Считает, что ее мужу медицинская помощь была оказана некачественно, что повлекло тяжкий вред здоровью ФИО5 По данному факту истец обратилась с заявлением в Следственный отдел по г.Лысьва Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Пермскому краю. В ходе проведения проверки Следственным комитетом была назначена судебно-медицинская экспертиза. Как следует из заключения эксперта, дефекты в оказании медицинской помощи ФИО5 имели место, однако дефекты (недостатки) при диагностике больного в причинной связи со смертью ФИО5 не состоят. В заключении эксперта указано, что по профилю «Неврология» обследование больного ФИО5 в ГБУЗ ПК «ГБ ЛГО» проведено не в полном объеме: не проведены общий анализ крови, общий анализ мочи, биохимическое исследование крови (коагулограмма), рентгенография позвоночника. Кроме того, из Акта проверки по ведомственному контролю качества и безопасности медицинской деятельности № 413 от 16.08.2023г. следует, что медицинская помощь ФИО5 в ГБУЗ ПК «ГБ ЛГО» в период его наблюдения в приемном отделении 13.06.2023 года оказана с нарушениями. Из Акта проверки № 214 от 04.10.2023 Министерством здравоохранения Пермского края следует, что в ГБУЗ ПК «ГБ ЛГО» выявлены дефекты оказания амбулаторной медицинской помощи ФИО5 Считает, что при обращении ФИО5 за медицинской помощью к ответчику не были предприняты все необходимые и возможные меры, в том числе предусмотренные стандартами оказания медицинской помощи, не было правильно организовано обследование пациента, хотя у больницы имелась возможность оказать пациенту необходимую и своевременную помощь. При этом, ФИО5 имел право рассчитывать на выполнение работниками ГБУЗ ПК «ГБ ЛГО» необходимых действий, диагностике, обследования и лечения, установленных стандартами оказания медицинской помощи и на получение качественной и своевременной медицинской помощи. Полагает, что допущенные при оказании ФИО5 медицинской помощи дефекты, хотя и не находятся в прямой причинно-следственной связи с возникновением и развитием неблагоприятного исхода (смерти мужа), но закономерно повлияли (уменьшили) эффективность проводимого ему лечения и снизили шансы на благоприятный исход заболевания. Также полагает, что допущенные нарушения ответчиком установленных в соответствии с законом порядка и стандарта оказания медицинской помощи в отношении ФИО5 является грубейшим нарушением требований к качеству медицинской услуги. Оказание медицинской помощи ненадлежащего качества, в том числе по причине дефектов её оказания (непроведение пациенту всех необходимых диагностических мероприятий (исследований), нарушение стандартов медицинской помощи и т.п.) причиняет страдания, то есть причиняет вред, как самому пациенту, так и его родственникам, что является достаточным основанием для компенсации морального вреда. Считает, что действиями ответчика истцу, как жене умершего ФИО5, причинен моральный вред в виде перенесённых ею переживаний в результате ненадлежащего оказания медицинской помощи ФИО5 Осознание того факта, что ее мужу была оказана медицинская помощь ненадлежащего качества, заставляет ее испытывать нравственные страдания. Смерть мужа причинила ей глубокую моральную травму. В результате его смерти, которая является невосполнимой утратой, она перенесла нервное потрясение, по настоящее время испытывает нравственные страдания, которые выражаются в переживаниях, моральной травме, дискомфорте, чувстве потери и горечи утраты близкого человека. Просит взыскать с ГБУЗ ПК «ГБ ЛГО» в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей.

Судом к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены Луба А.Н., Министерство здравоохранения Пермского края.

14.05.2025 года наименование ответчика государственное бюджетное учреждение здравоохранения Пермского края «Городская больница Лысьвенского городского округа» изменено на государственное бюджетное учреждение здравоохранения Пермского края «Лысьвенская больница» (далее по тексту - ГБУЗ ПК «ЛБ»).

Истец Курка М.И. и ее представитель ФИО1 в судебном заседании заявленные требования поддержали в полном объеме. Кроме того, истец Курка М.И. дополнила, что лично сама не видела, делали ли её супругу ЭКГ, так как Луба А.Н. завела ФИО5 в кабинет, истец оставалась в коридоре, слышала только, как Луба А.Н. просила молодого человека (стажера, по ее мнению) принести ленту, так как она закончилась. Результаты ЭКГ ни ей, ни её супругу на руки не выдавались. Просили удовлетворить исковые требования в полном объеме.

Представитель ответчика ГБУЗ ПК «ЛБ» ФИО2 в судебном возражал против удовлетворения требований, полагает, что между действиями ответчика и нравственными страданиями истца причинно-следственная связь отсутствует, в связи с чем, отсутствуют основания для взыскания с ответчика компенсации морального вреда истцу. При отсутствии причинно-следственной связи истец получателем услуг не является, поэтому претендовать на возмещение морального вреда не может. Кроме того, считает размер компенсации морального вреда, заявленный истцом, чрезмерно завышенным. В случае удовлетворения исковых требований просил снизить размер компенсации морального вреда.

Представитель ответчика ФИО4 в судебном заседании участия не принимала, извещена о рассмотрении дела надлежащим образом.

Третьи лица - представитель Министерства здравоохранения Пермского края и Луба А.Н. в судебное заседание не явились, извещены о рассмотрении дела надлежащим образом.

Выслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, материалы уголовного дела №, приняв во внимание заключение прокурора, суд приходит к следующим выводам.

Как установлено судом и следует из материалов дела, Курка М.И. являлась супругой умершего ФИО5 (л.д.13 т.1).

12.06.2023 в вечернее время истец заметила, что её супругу ФИО5 стало плохо, он плохо передвигался, речь была невнятная, жаловался на боли в сердце. Поскольку у ФИО5 до этого несколько лет назад уже был 

<

данные изъяты>, истец решила самостоятельно увезти его в приемный покой больницы для своевременного оказания ему медицинской помощи. Истец с зятем на такси увезли ФИО5 в приемный покой Лысьвенской больницы. В больнице дежурный врач-терапевт Луба А.Н. осмотрела ФИО5, сделала ему кардиограмму сердца, после чего ФИО5 поставили инъекцию обезболивающего препарата «Кеторол» и отправили домой, более никакой помощи ему не оказывали. ФИО5 было рекомендовано на следующий день обратиться на консультацию к участковому терапевту. 

13.06.2023 ФИО5, в связи с резким ухудшением здоровья, бригадой скорой медицинской помощи был направлен в приемный покой ГБУЗ ПК «ГБ ЛГО», где по результатам осмотра и диагностических исследований у ФИО5 был диагностирован 

<

данные изъяты>. 

После чего, бригадой скорой медицинской помощи ФИО5 был доставлен в ГБУЗ ПК «Чусовская больница им. В.Г. Любимова», откуда в этот же день был транспортирован в ГАУЗ ПК «Городская клиническая больница №4» г. Перми. 

28.06.2023 года, находясь в реанимационном отделении ГАУЗ ПК «Городская клиническая больница №4», ФИО5 скончался, причиной смерти явился 

<

данные изъяты>. 

Ссылаясь на то, что смерть её супруга произошла в результате оказания в медицинском учреждении некачественной, непрофессиональной медицинской помощи, смерть близкого родственника причинила моральный вред, супруга умершего ФИО5 обратилась в суд с иском о взыскании с медицинской организации ГБУЗ ПК «ЛБ», оказывавшей медицинскую помощь её родственнику, компенсации морального вреда.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее также - Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ).

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ).

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (пункт 3 статьи 2 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ).

В силу статьи 4 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ охрана здоровья в Российской Федерации основывается на ряде принципов, одним из которых является соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий.

В числе таких прав - право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ).

Медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение (пункт 4 части 1 статьи 2 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Согласно части 1 статьи 37 указанного закона, медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; на основе клинических рекомендаций; с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (пункт 21 статьи 2 указанного закона).

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи (часть 2 статьи 98 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (абзац третий пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Пунктом 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с Гражданским кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и в тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации установлены общие основания ответственности за причинение вреда.

Согласно данной норме закона вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу части 2 статьи 98 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (часть 3 статьи 98 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ).

Таким образом, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе, как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Нарушение установленных в соответствии с законом порядка и стандарта оказания медицинской помощи, проведения диагностики, лечения, выполнения послеоперационных процедур является нарушением требований к качеству медицинской услуги, нарушением прав в сфере охраны здоровья, что рассматривается как основание для компенсации пострадавшим морального вреда.

Как установлено судом и следует из материалов дела, при первичном обращении ФИО5 в ГБУЗ ПК «ГБ ЛГО» 13.06.2023 в 00.10 часов он жаловался на колющие боли в левой половине грудной клетки. При осмотре пациента зафиксировано: тоны сердца приглушены, артериальное давление 90/60 мм.рт.ст., частота сердечных сокращений 72 удара в минуту, частота дыхания 16 в минуту. Выполнена ЭКГ: Синусовая брадикардия. Полная блокада левой ножки. По результатам осмотра, на основании данных анамнеза, клиники, с учетом результата ЭКГ (данных за острую коронарную патологию не выявлено), ФИО5 был установлен диагноз: 

<

данные изъяты>». С целью обезболивания введен кеторол, пациент направлен к участковому терапевту.

13.06.2023 в 09.35 часов ФИО5, с жалобами на головокружение, тошноту, колющие боли в области сердца с иррадиацией в левую руку, слабость, бригадой скорой медицинской помощи был доставлен в ГБУЗ ПК «ГБ ЛГО». Объективно: ЧСС 90 минуту, АД 130/80 мм.рт.ст. После снятия ЭКГ установлен диагноз: 

<

данные изъяты>». 

После чего ФИО5 бригадой скорой медицинской помощи был доставлен в ГБУЗ ПК «Чусовская больница им. В.Г. Любимова», где в 11.14 часов в 11.14 часов осмотрен заведующей отделением кардиологии и в тот же день в 17.45 часов с диагнозом «

<

данные изъяты>)» был транспортирован в ГАУЗ ПК «Городская клиническая больница №4» г. Перми. 

28.06.2023 ФИО5 скончался.

Из Акта проверки по ведомственному контролю качества и безопасности медицинской деятельности № 413 от 16.08.2023г. следует, что медицинская помощь ФИО5 в ГБУЗ ПК «ГБ ЛГО» в период его наблюдения в приемном отделении 13.06.2023 года оказана с нарушениями обязательных требований в части ведения медицинской документации (дневниковая запись от 13.06.2023 в 00:10 написана неразборчивым почерком); результаты осмотров от 13.06.2023 оформлены не в соответствии с утвержденной формой (в нарушение приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 05.08.2022 № 530Н «Об утверждении унифицированных форм медицинской документации, используемых в медицинских организациях, оказывающих медицинскую помощь в стационарных условиях, в условиях дневного стационара и порядков их ведения»); первичный осмотр и сроки оказания помощи (при осмотре 13.06.2023 в 09:35 анамнез собран не полностью: не уточнена длительность болевого синдрома, наличие периодов ремиссии, вариативность боли в течение суток и во время сна, зависимость боли от физических нагрузок, связь боли с положением тела, ходьбой, изменение боли при кашле, чихании, натуживании, наличие у пациента депрессии или тревоги, конфликтных ситуаций и стрессов); установление предварительного диагноза на основании данных анамнеза, осмотра, данных лабораторных, инструментальных и иных методов исследования (при осмотре 13.06.2023г в 09:35: не проведены пробы на болезненность и дисфункцию суставов позвоночника в грудном отделе, провокация боли при перкуссии и глубокой пальпации; в приемном отделении не проведена оценка визуально-аналоговой шкалы (ВАШ) или цифровой рейтинговой шкалы (ЦРШ)) (л.д.21-23 т.1). 

Из Акта проверки № 214 от 04.10.2023 Министерством здравоохранения Пермского края следует, что в ГБУЗ ПК «ГБ ЛГО» выявлены дефекты оказания амбулаторной медицинской помощи ФИО5 на уровне оказания амбулаторной медицинской помощи (дневниковая запись от 13.06.2023 малочитабельна). Из протокола ВК: «Из анамнеза пациента: находился в саду, после физической работы отмечалась кратковременная потеря сознания (со слов жены). На момент осмотра жаловался на колющие боли в левой половине грудной клетки». При изучении анамнеза у пациента не уточнили длительность существования боли и наличие периодов ремиссии; схему развития в течение суток, во время сна; интенсивность боли (визуально-аналоговую шкалу (ВАШ) или цифровую-рейтинговую шкалу (ЦРШ); зависимость от физических нагрузок; связь с положением тела, ходьбой; изменяется ли боль при кашле, чихании, натуживании; возникновение боли в покое или ночью; не было ли конфликтов, стрессов накануне; наличие у пациента признаков депрессии и/или тревоги. При осмотре не проведены пробы на болезненность и дисфункцию суставов позвоночника в грудном отделе, а также провокация боли при перкуссии и глубокой пальпации. Для оценки риска кардиальной паталогии не использована Марбургская Кардиальная Шкала. Таким образом, в ходе проведения экспертизы выявлены нарушения оформления медицинской документации, которые препятствуют провести полноценную экспертизу качества оказанной медицинской помощи, а именно, отсутствует пленка ЭКГ от 13.06.2023. Дневниковая запись за 13.06.2023 в 00:10 малочитабельна. Выявленные дефекты при сборе жалоб, анамнеза, осмотра пациента могли повлиять на установку предварительного диагноза, но не на прогноз заболевания в целом (л.д.17-20 т.1). 

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО10 показала, что является дочерью Курки М.И. и ФИО5, ее родители прожили вместе много лет, всегда друг друга поддерживали, отец во всем помогал матери. 12.06.2023 года ей позвонила мама и сказала, что отцу на даче стало плохо, попросила приехать. Они вместе с ФИО11 (мужем сестры) приехали на такси, помогли собраться отцу, посадили его в такси. У отца были признаки инсульта, такие же, как раньше (примерно в 2013 году у ФИО5 уже был инсульт). Чтобы не терять время, они решили сами отвезти отца в больницу, а не вызывать скорую помощь. ФИО11 поехал на такси вместе с родителями, чтобы помочь отцу дойти до больницы, а она осталась ждать дома. Через некоторое время родители вернулись домой, сказали, что отца не стали госпитализировать, рекомендовали обратиться к участковому врачу на следующий день. Всю ночь они переживали за отца, так как ему было плохо. Скорую помощь до утра вызывать не стали, так как Луба А.Н. предупредила, что если даже они приедут на скорой, она все равно врача им не вызовет. На следующий день рано утром отцу стало совсем плохо, они вызвали скорую помощь и отца увезли в приемный покой Лысьвенской городской больницы, оттуда его увезли сразу в Чусовскую городскую больницу, а затем в г.Пермь, там он и умер.

Свидетель ФИО11 показал, что является зятем (мужем дочери) Курки М.И. и ФИО5 12.06.2023 года ему позвонила Курка М.И. и сказала, что ФИО5 на даче стало плохо, у него признаки инсульта или инфаркта, попросила приехать. Они вместе с ФИО10 приехали на такси, помогли собраться ФИО5, одели его, посадили его в такси. У ФИО5 были признаки инсульта, бессвязная речь, не было сил для того, чтобы самостоятельно передвигаться. Чтобы не терять время, они решили сами отвезти ФИО5 в больницу, а не вызывать скорую помощь. Приехав в приемный покой, они просидели в коридоре больше часа, ждали врача, за это время неоднократно подходили к медсестре и говорили о том, что у ФИО5 инсульт и плохо с сердцем, медсестра кому-то звонила по телефону и сказала, что пациент с признаками инсульта, но никто так и не приходил. Потом пришла врач Луба А.Н., посмотрела на ФИО5 и сказала, что никаких признаков инфаркта или инсульта у него нет, так как сам пришел, на своих ногах. Затем Луба А.Н. завела ФИО5 в кабинет для того, чтобы сделать ЭКГ, но у них в аппарате закончилась лента. Сделали ли ФИО5 ЭКГ, он не знает, так как не видел, никаких результатов им на руки не дали, а отправили домой, сказали обращаться на следующий день к участковому терапевту. Также Луба А.Н. сказала, чтобы они не вызывали ночью скорую помощь, все равно она врача не направит.

Свидетель ФИО13 показала, что является дочерью Курки М.И. и ФИО5, ее родители прожили вместе много лет, всегда друг друга поддерживали, отец во всем помогал матери. 12.06.2023 года ей позвонила мама и сказала, что отцу на даче стало плохо, они увезли его в приемный покой, но отца не госпитализировали, а отправили домой. Всю ночь отцу было плохо, они все были на связи, по телефону она узнавала о состоянии отца, а утром на следующий день отца все-таки увезли на скорой в больницу. Об обстоятельствах произошедшего в дальнейшем она знает со слов матери и сестры.

При рассмотрении дела, с целью установления наличия дефектов оказания медицинской помощи супругу истца в ГБУЗ ПК «ГБ ЛГО» 13.06.2023 года, а также наличия причинно-следственной связи между дефектами оказания медицинской помощи и ухудшением состояния здоровья супруга истца, а впоследствии и его смертью, по ходатайству истца судом была назначена комплексная судебно-медицинская экспертиза.

Из заключения экспертов № 80 (комплексной судебно-медицинской экспертизы), выполненной отделением судебно-медицинской экспертизы по материалам дела Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Пермского края «Краевое бюро судебно-медицинской экспертизы и патолого-анатомических исследований» (л.д.77-102 т.2) следует, что причиной смерти ФИО5 явился острый трансмуральный крупноочаговый инфаркт миокарда (1 типа) задней стенки левого желудочка и межжелудочковой перегородки давностью не менее 10 суток, осложнившийся развитием ишемического инфаркта головного мозга, двусторонней нижнедолевой гнойной пневмонии и полиорганной недостаточности.

Анализ представленных медицинских документов показал, что при первичном обращении ФИО5 имел место неверный сбор анамнеза: не уточнена длительность существования боли и наличие периодов ремиссии, схема развития в течение суток, интенсивность боли по ВАШ или ЦРШ; зависимость от физических нагрузок; связь с положением тела, ходьбой; не установили: изменяется ли боль при кашле, чихании, натуживании; возникновение боли в покое или ночью; не было ли конфликтов, стрессов накануне; наличие у пациента признаков депрессии и/или тревоги. При осмотре ФИО5 не были проведены пробы на болезненность и дисфункцию суставов позвоночника в грудном отделе, а также провокация боли при перкуссии и глубокой пальпации, что является нарушением п.2.1 пп. «б» Критериев оценки качества медицинской помощи, утвержденных Приказом Минздрава России от 10.05.2017 № 203-н: оформление результатов первичного осмотра, включая данные анамнеза заболевания, записью в амбулаторной карте, то есть дефектами оказания медицинской помощи.

В соответствии с клиническими рекомендациями «Боль в грудном отделе позвоночника» и «Дегенеративные заболевания позвоночника» обследование ФИО5 при установленном диагнозе «

<

данные изъяты>» было проведено не в полном объеме: не проведены инструментальные исследования: рентгенография либо МРТ/КТ позвоночника. Не использована Марбургская Кардиальная Шкала для оценки риска кардиальной патологии, не описан болевой синдром по ВАШ, что является нарушением п.2.1 пп. «ж» Критериев оценки качества медицинской помощи, утвержденных Приказом Минздрава России от 10.05.2017 № 203-н, то есть дефектами оказания медицинской помощи.

Согласно изучению результата ЭКГ на пленке от 13.06.2023 в 00.10 часов у пациента имелись признаки острого нижнего инфаркта с вовлечением боковой стенки и верхушки. С учетом жалоб на колющие боли в левой половине грудной клетки при первичном обращении пациента у врача имелась возможность заподозрить инфаркт миокарда и оказать необходимую медицинскую помощь, однако данный диагноз своевременно поставлен не был и пациент был отправлен домой. Неполноценный сбор анамнеза и неверная интерпретация результатов ЭКГ (синусовая брадикардия, полная блокада левой ножки) привела к неправильной установке диагноза, выбору неверной тактики ведения и лечения ФИО5, что является дефектами оказания медицинской помощи.

При повторной обращении пациента 13.06.2023 в 09.35 диагноз ФИО5 был установлен верно, медицинская помощь была оказана своевременно и в полном объеме. Дефектов оказания медицинской помощи на данном этапе не имелось.

Причиной развития неблагоприятного исхода в данном случае стало прогрессирование имеющегося у пациента заболевания. Согласно данным специальной литературы мультифокальный атеросклероз является общим патогенетическим фактором развития инфаркта миокарда и ишемического инсульта с сочетанным поражением коронарных и сонных артерий. Одним из главных факторов риска развития инфаркта миокарда и ишемического инсульта является артериальная гипертензия. Эти заболевания имели место быть у ФИО5 до момента его обращения за медицинской помощью. По данным разных авторов, у пациентов с гемодинамическим значимым атеросклерозом коронарных артерий поражение каротидного русла достигает 30%, что значимо ухудшает прогноз у пациентов с ИБС в общей популяции (показатель выживаемости в течение 5 лет не превышает 50%). Сочетание двух патологий обуславливает развитие безболевой формы инфаркта миокарда, без присущих ему симптомов (боли, одышки, страха смерти, падения артериального давления). Своевременная диагностика инфаркта миокарда у ФИО5 Повышала шансы на благоприятный исход заболевания, но не гарантировала его.

Дефекты оказания медицинской помощи, а именно неполноценный сбор анамнеза и неверная интерпретация результатов ЭКГ привели к неправильной установке диагноза и, как следствие, к неверной тактике ведения и лечения ФИО5 Учитывая причину смерти, характер и тяжесть имевшейся у ФИО5 патологии, дефекты оказания медицинской помощи были факторами/условиями, которые не дали возможности изменить негативный характер течения патологического процесса, приведшего к смерти пациента, поэтому в прямой причинно-следственной связи с ней не состоят, но имеют к ней косвенное отношение.

Оснований сомневаться в достоверности выводов экспертного заключения суд не усматривает, поскольку указанное заключение отвечает требованиям ч. 2 ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, является ясным, полным, объективным, определенным, мотивированным, не имеющим противоречий, содержит подробное описание проведенных исследований, сделанные в результате их выводы и ответы на поставленные судом вопросы. Из текста экспертного заключения следует, что экспертами учитывались все имеющие значение для дела обстоятельства, проанализированы медицинские документы, гистологические препараты, протокол патологоанатомического вскрытия.

Учитывая установление в ходе судебно-медицинской экспертизы допущенных ГБУЗ ПК «ЛБ» дефектов оказания медицинской помощи ФИО5, состоящих в косвенной причинно-следственной связи с ухудшением состояния его здоровья, а впоследствии с его смертью, суд исходит из доказанности того факта, что медицинская помощь ФИО5 ответчиком была оказана ненадлежащего качества, не соответствовала клиническим рекомендациям, эти нарушения причинили нравственные страдания истцу, которая вправе была рассчитывать на квалифицированную и своевременную медицинскую помощь для супруга, в связи с чем, суд находит требования о возмещении морального вреда обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Суд полагает необоснованными доводы представителя ответчика ГБУЗ ПК «ЛБ» о том, что между действиями ответчика и нравственными страданиями истца причинно-следственная связь отсутствует, в связи с чем, отсутствуют основания для взыскания с ответчика компенсации морального вреда истцу. При отсутствии причинно-следственной связи истец получателем услуг не является, поэтому претендовать на возмещение морального вреда не может. 

Здоровье - это состояние полного социального, психологического и физического благополучия человека, которое может быть нарушено ненадлежащим оказанием пациенту медицинской помощи, а при смерти пациента нарушается и неимущественное право членов его семьи на здоровье, родственные и семейные связи, на семейную жизнь.

По общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред, в том числе моральный, являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Таким образом, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда и возмещения материального ущерба юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с причинением вреда его здоровью неправомерными действиями (бездействием) причинителя вреда, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины.

В соответствии с пунктом 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Согласно пункту 49 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

При установлении опосредованной (косвенной) причинно-следственной связи между дефектами (недостатками) оказания медицинским персоналом ответчика медицинской помощи, которые могли способствовать ухудшению состояния здоровья пациента и ограничить его право на получение отвечающего установленным стандартам лечения оснований для отказа в удовлетворении требований о взыскании компенсации морального вреда не имеется.

При этом, ухудшение состояния здоровья человека вследствие ненадлежащего оказания ему медицинской помощи, в том числе по причине дефектов ее оказания (несвоевременность оказания медицинской помощи, непроведение пациенту всех необходимых диагностических и лечебных мероприятий, ненадлежащий уход за пациентом и т.п.) причиняет страдания, то есть причиняет вред, как самому пациенту, так и его родственникам, что является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Судом на основании совокупной оценки собранных по делу доказательств достоверно установлено, что в действиях работников ГБУЗ ПК «Лысьвенская больница» при оказании медицинской помощи ФИО5 имели место дефекты диагностических и лечебно-тактических мероприятий, которые находятся в косвенной причинно-следственной связи с его смертью.

О близких отношениях между супругами, их эмоциональной связи, о перенесенных истцом страданиях, связанных со смертью супруга, о характере её переживаний, степени её душевных страданий пояснили также допрошенные в ходе судебного разбирательства свидетели ФИО10, ФИО11, ФИО13, не доверять показаниям которых у суда оснований не имеется, данные свидетели были предупреждены об уголовной ответственности за дачу ложных показаний.

Несмотря на то, что прямой причинно-следственной связи между дефектами оказания медицинской помощи и смертью ФИО5 не имеется, оказание медицинских услуг является особым видом предоставления услуг, должно учитывать установленные законодателем принципы охраны здоровья, такие как доступность и качество медицинской помощи, а, следовательно, выявленные дефекты при оказании медицинской помощи ФИО5 нарушает права его родственника (супруги), что является основанием для взыскания компенсации морального вреда.

Данная категория дел носит оценочный характер, и суд вправе при определении размера компенсации морального вреда, учитывая вышеуказанные нормы закона, с учетом степени вины ответчика и индивидуальных особенностей потерпевшего, определить размер денежной компенсации морального вреда по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела.

При определении размера компенсации морального вреда, суд принимает во внимание фактические обстоятельства дела, характер и степень причиненных истцу нравственных страданий, тот факт, что потеря супруга причинила истцу нравственные страдания, учитывает характер родственных и семейных связей с умершим, возраст истца и умершего супруга, длительность их совместного проживания, характер взаимоотношений с умершим, состояние здоровья истца, обстоятельства и характер её переживаний, степень претерпеваемых ею душевных страданий в виде осознания безвозвратной потери близкого человека. Также принимается во внимание состояние, в котором находился ФИО5 при поступлении в больницу, действия, предпринятые для оказания ему медицинской помощи, характер дефектов, допущенных при оказании медицинской помощи ФИО5, степень вины ответчика, требования разумности и справедливости, в связи с чем, суд полагает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 200000 рублей.

На основании ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3000 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3 (паспорт №) к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Пермского края «Лысьвенская больница» (ОГРН №) о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Пермского края «Лысьвенская больница» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 200000 рублей.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Пермского края «Лысьвенская больница» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Лысьвенский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 27 июня 2025 года.

Судья: (подпись) Е.А.Носкова

Верно. Судья: