2-652/19

39RS0004-01-2018-004234

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

24 июня 2019

Московский районный суд города Калининграда в составе

председательствующего судьи В.В. Бондарева

при секретаре А.Л. Латышевой 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ИП ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 о взыскании материального ущерба, 

УСТАНОВИЛ:

Истец индивидуальный предприниматель ФИО1 обратился в суд с иском, указав, что является директором магазина «Гленфилд», расположенный по адресу 

<

адрес>,в котором осуществляется реализация трикотажной продукции. 25 мая 2018 установлено, что один из продавцов не внес деньги после продажи товара в кассу, в отчете не отразил. 26 мая 2018 с продавцами была проведена беседа и все продавцы написали расписки о том, что они признают свою вину, и готовы оплатить сумму недостачи. Согласно аудиторской проверки от 20.06.2018, проведенной за период с 01 января 2016 по 25 мая 2018 выявлены расхождения при сверке сумм ежедневной выручки от реализации товаров по отчетам закрытия терминала с суммами выручки по безналичным расчетам, отраженным в отчетах о закрытии смены, и отчетах о закрытии смены, между суммами ежедневной выручки, отраженной в журнале продаж, с суммами выручки за день, отраженных в отчетах о закрытии смены кассы. Общая сумма расхождений составила 

<

данные изъяты> руб. С ответчиками были заключены договоры о полной индивидуальной материальной ответственности, а также договор о полной коллективной материальной ответственности. Просит суд взыскать в пользу ИП ФИО1 с ответчиков ФИО2 материальный ущерб в размере 517968 руб. 50 коп., с ФИО3 – 517968 руб. 50 коп., с ФИО4 – 315527 руб. 50 коп., с ФИО5 -315527 руб. 50коп.

В судебное заседание истец индивидуальный предприниматель ФИО1 не явился, извещен надлежаще о времени и месте заседания.

Его представитель по доверенности ФИО6 поддержала исковые требования, представила письменные пояснения, где указала, ссылаясь на разъяснения Пленума Верховного Суда РФ от 16.11.2006 № 52, статьи Трудового кодекса РФ, регулирующих материальную ответственность работников, что ответчики работали у истца в качестве продавцов-консультантов магазина «Гленфилд». В их обязанности входила приемка товара по накладным, продажа товара и подарочных сертификатов, а также наличные и безналичные расчеты с покупателями через кассу. С каждым из ответчиков при приеме на работу был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности. В связи с выявлением в 2014 недостачи, которую ответчики добровольно погасили, с ними был заключен договор о полной коллективной материальной ответственности. 25 мая 2018 директор ФИО7 при просмотре видеозаписей торгового зала увидела манипуляции ответчиков ФИО2 и ФИО3 с наличными денежными средствами после оплаты покупки покупателем посредством банковской карты. На более ранних видеозаписях зафиксированы аналогичные манипуляции. В ходе устной беседы с ответчиками они признали, что изымали наличные денежные средства, списывали неоплаченный товар, чтобы недостача его не могла быть выявлена. С ответчиков были истребованы письменные объяснения, привлечен аудитор с целью установления обстоятельств причинения ущерба. Истец использует упрощенную систему налогообложения, поэтому не обязан вести бухгалтерский учет. Сами ответчики и аудитор в заключении прямо указали на умышленный характер действий. Ответчики изымали из кассы денежную наличность для личного обогащения, реализовывали товар по подарочным сертификатам, при продаже которых деньги в кассу не оприходовались. Документально подтвержденный прямой действительный ущерб за период с 01.01.2016 по 25.05.2018 составил 

<

данные изъяты> руб. Он равен сумме наличных денежных средств, изъятых из кассы истца, в том числе путем сокрытия факта неоплаты присвоенного ответчиками товара посредством соответствующих кассовых операций, т.е. ущерб причинен уже имеющемуся имуществу ответчика, определенный по цене розничной продажи товара. Сменой ФИО2, ФИО3 причинен ущерб на сумму 

<

данные изъяты> руб., сменой ФИО4, ФИО5 ущерб причинен на сумму 

<

данные изъяты> руб.

Ответчиками не представлено никаких доказательств отсутствия вины в причинении ущерба истцу. Просит исковые требования удовлетворить.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась, извещена надлежаще о времени и месте судебного заседания, ранее пояснила, что с иском не согласна. Она была в отпуске, когда все произошло. Она работала в магазине «Свит мама» на 

<

адрес>, потом уволилась, и с 1 июля 2014 пришла снова на место ФИО14. С нею был заключен договор об индивидуальной материальной ответственности. 25 или 26 мая 2018 года ей позвонили и сказали, что нужно прийти в магазин. Сказали, что произошел какой-то инцидент. ФИО7 начала что-то показывать, какие-то записи рукописные, сказала, что у нее что-то не сходится, какая- то сумма не записана. Она написала расписку под сильным прессингом, полагая, что может быть она сделала что –то не так. Договор о коллективной материальной ответственности она не подписывала, а подписывала договор о пожарной безопасности в свое время. Она не придала значение документу, поскольку там уже стояли подписи Белой и ФИО5. С аудиторским отчетом ее не знакомили. Деньги на заработную плату брали из кассы с ведома ФИО1 или ФИО7 С иском не согласна.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, извещена надлежаще, ранее пояснила суду, что с иском не согласна. Работала у истца с 1 августа 2010 г. В июне ушла на больничный и уволилась в июле 2018. Договор об индивидуальной материальной ответственности заключался, договор о коллективной материальной ответственности она не подписывала и подпись в договоре стоит не ее, и на ее почерк не похожа. Официальная заработная плата составляла 

<

данные изъяты> руб., неофициальная – 

<

данные изъяты> руб., подарочные сертификаты выписывала, записывали сертификаты в синюю тетрадь, так повелось еще до нее. Записывали в тетрадь, потому что Москва не должна была знать об этом. Расписку писала 26 мая в свой выходной. Белая скинула ей на телефон текст расписки, которую ей продиктовала ФИО7 Расписку написала, потому что ей угрожали Асатрян. Ранее возникшую недостачу она оплачивала вместе с другими продавцами. С аудиторским отчетом ее не знакомили, откуда взялись эти цифры ей непонятно. В отношении недостачи в мае месяце в размере 500 руб. она знает. В тот день она работала со стажером. Была продана одежда «Свит мама» и товарный чек куда-то делся. Расписку она писала задним числом. Как фамилия стажера она не знает. Просит в иске отказать.

Ответчик Белая в судебное заседание не явилась, извещена надлежаще, ранее пояснила суду, что работала продавцом-кассиром в магазине с 1.05.2013, с нею заключен трудовой договор и договор об индивидуальной материальной ответственности. Расписка была написана под давлением. ФИО7 вызвала ее с выходного, не было никаких объяснений, все началось с расписок. Не доложенных денег не было. Было две кассы: официальная и неофициальная. Вещи, которые продавались по товарным чекам, не пробивались через кассу, поэтому была отдельная коробка, куда складывались товарные чеки «Свит мама» и «Брачиалини». По кассовому аппарату пробивался только «Гленфилд», его учет велся по компьютеру по кассе, по всему остальному была отдельная синяя тетрадка, куда заносился учет товара, не проходивший по кассе: «Свит мама» и «Брачиалини». В тетради они вели учет наличных денежных средств. Последняя инвентаризация по товарам фирмы «Гленфилд» проводилась в 2017. Приезжали сотрудники из Москвы. Сумму требований узнала только из иска. Истец не предъявлял к ней требований по недостаче, заявленных в иске. Приказ о взыскании денежных средств не издавался. В договоре о коллективной материальной ответственности подпись похожа на ее, но такой документ она не подписывала. Фамилия « Белая» выполнена не ее рукой. В трудовом договоре был установлен фиксированный размер заработной платы в 

<

данные изъяты> руб. Фактически им платили 

<

данные изъяты> руб. за смену за минусом подоходного налога. Зарплату начисляла ФИО7 Деньги брали из кассы и учитывали в тетради. Контроль за выдачей заработной платы осуществляли ФИО1 или ФИО7 С приказом о проведении служебного расследования она была ознакомлена. С отчетом аудиторской проверки ее не знакомили. Расписку от 26 мая 2018 она писала под диктовку. В 2014 году была проведена инвентаризация, которая выявила недостачу около 

<

данные изъяты> руб. Недостачу они выплатили. В магазине были предусмотрены подарочные сертификаты фирмы «Гленфилд», оплата за которые по кассе не пробивалась. Выписывался кассовый чек. В журнал продаж они также не вносились, потому что у них отсутствовал штрих-код. Была синяя тетрадь, куда продажа сертификатов вносилась. В журнале продаж отражались товары только «Гленфилд». В отношении купленного по сертификату товара в журнале продаж указывалось продажа по сертификату. Сам сертификат укладывался в кассу. По подарочному сертификату можно было приобрести любой товар. Москва о наличии подарочных сертификатов не знала. Это была инициатива ФИО13. Денежные средства, вырученные от продажи товаров «Свит-мама» через кассу не пробивались. Просит в иске отказать.

Ответчик ФИО5 в судебное заседание не явилась, извещена надлежаще, ранее пояснила суду, что ее заработная плата продавца-консультанта фактически составляла 25000 -30000 руб. Деньги на выплату заработной платы брали из кассы, в тетради отмечали выдачу денег на зарплату. Сумму денежных средств на заработную плату, которую можно взять из кассы определяла ФИО7 С аудиторской проверкой ее не знакомили. Расписку от 26 мая 2018 она писала под давлением и угрозой. Она писала, что отношения к кассе не имеет, все остальное ей диктовал Асатрян. Подпись в договоре о коллективной материальной ответственности похожа на ее, но сам договор она не видела. Расписку она писала в связи с тем, что 25 мая 2018 ФИО7 показала ей видеозапись, где деньги за товар «Свит-мама» были положены не в кассу, а под нее. Речь шла о 500 руб. Других объяснительных она не писала. Просит в иске отказать.

Представитель ответчиков по ордерам адвокат Коршаков И.В. с исковыми требованиями не согласился, указав, что не доказан размер причиненного ущерба. Не соблюдена процедура установления причины. Объяснения датированы 25-26 мая 2018, не содержат описания конкретных действий и сумм ущерба. Ответчики поясняют, что расписки были написаны под давлением. Это подтверждает и свидетель ФИО3, и переписка сообщений. Результаты служебного расследования не оформлены. По пояснениям истца результатом служебного расследования стало заключение аудитора. Что касается заключения аудитора, эксперт не мог ответить как посчитать ущерб. Он делает выводы о способах хищения, что не входит в его компетенцию. Он не смог обозначить, каким образом произвести расчет недостачи за конкретную дату. Сотрудники ежедневно отчитывались о количестве проданного товара, в т.ч. по неофициальному товару. Истцом пропущен срок за обращением в суд, истец мог подать не позднее декабря 2018 г. Помимо товара по франшизе, продавались другие бренды, в итоге велось две бухгалтерии и путаница в данном случае неизбежна. Видеозаписи представлены за 3 или 4 дня, хотя бы по ним нужно было работодателю провести служебное расследование и опросить работников. Что касается договора о коллективной материальной ответственности, то процедура не соблюдена, ответчики заявляют, что в таком виде документы не подписывались. ФИО3 вообще заявила, что подпись не её. Просит в иске отказать.

Выслушав участников процесса, допросив специалиста, свидетеля, исследовав материалы гражданского дела, суд считает, что исковые требования удовлетворению не подлежат.

Согласно ст.232 ТК РФ сторона трудового договора (работодатель, работник), причинивший ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с настоящим кодексом. Расторжение трудового договора после причинения ущерба не влечет за собой освобождения стороны этого договора от материальной ответственности.

В соответствии со ст.247 ТК РФ до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов. Истребование от работника письменного объяснения для установления причин возникновения ущерба является обязательным.

Согласно ст.238 ТК РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя.

Статьей 244 ТК РФ в качестве основания для возложения на работников полной материальной ответственности за недостачу вверенных им товарно-материальных ценностей предусмотрено наличие заключенных между этими работниками и их работодателями письменных договоров о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности.

Перечни работ и категорий работников, с которыми могут заключаться письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности, а также типовые формы этих договоров утверждаются в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации.

Статьей 245 ТК РФ определено, что при совместном выполнении работниками отдельных видов работ, связанных с хранением, обработкой, продажей (отпуском), перевозкой, применением или иным использованием переданных им ценностей, когда невозможно разграничить ответственность каждого работника за причинение ущерба и заключить с ним договор о возмещении ущерба в полном размере, может вводиться коллективная (бригадная) материальная ответственность. Письменный договор о коллективной (бригадной) материальной ответственности за причинение ущерба заключается между работодателем и всеми членами коллектива (бригады).

По договору о коллективной (бригадной) материальной ответственности ценности вверяются заранее установленной группе лиц, на которую возлагается полная материальная ответственность за их недостачу. Для освобождения от материальной ответственности член коллектива (бригады) должен доказать отсутствие своей вины.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 14 ноября 2002 г. N 823 "О порядке утверждения перечней должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности, а также типовых форм договоров о полной материальной ответственности" Министерству труда и социального развития Российской Федерации поручено, в том числе, разработать и утвердить перечень работ, при выполнении которых может вводиться полная коллективная (бригадная) материальная ответственность за недостачу вверенного работникам имущества, а также типовую форму договора о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности.

Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 31.12.2002 № 85 « Об утверждении перечня должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности, а также типовых форм договоров о полной материальной ответственности" утвержден перечень работ, при выполнении которых может вводиться полная коллективная (бригадная) материальная ответственность за недостачу вверенного имущества, и типовая форма договора о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности которые содержатся в приложениях N 3 и 4 данного постановления. 

Как следует из содержания типовой формы договора о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности (приложение N 4), решение работодателя об установлении полной коллективной (бригадной) материальной ответственности оформляется приказом (распоряжением) работодателя и объявляется коллективу (бригаде). Приказ (распоряжение) работодателя об установлении полной коллективной (бригадной) материальной ответственности прилагается к договору о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности. Комплектование вновь создаваемого коллектива (бригады) осуществляется на основе принципа добровольности. При включении в состав коллектива (бригады) новых работников принимается во внимание мнение коллектива (бригады). Руководитель коллектива (бригадир) назначается приказом (распоряжением) работодателя. При этом принимается во внимание мнение коллектива (бригады). Договор не перезаключается при выбытии из состава коллектива (бригады) отдельных работников или приеме в коллектив (бригаду) новых работников. В этих случаях против подписи выбывшего члена коллектива (бригады) указывается дата его выбытия, а вновь принятый работник подписывает договор и указывает дату вступления в коллектив (бригаду). При смене руководства коллектива (бригадира) или при выбытии из коллектива (бригады) более 50 процентов от его первоначального состава договор должен быть перезаключен. 

Из материалов дела установлено, что истец зарегистрирован в налоговом органе в качестве индивидуального предпринимателя с 15.11.2000г. Истец арендует помещение общей площадью 48,7 кв.м в Торговом центре 

<

данные изъяты> расположенном по адресу 

<

адрес> в котором располагается магазин «Гленфилд». 

Ответчик ФИО2 была принята на работу в магазин «Гленфилд» в качестве продавца-консультанта с 1 июля 2014. Прием на работу оформлен приказом № от 01.07.2014.

Ответчик ФИО4 принята на работу продавцом-консультантом в данный магазин 1 мая 2013г. приказом № от 01.05.2013г. 

Ответчик ФИО8 принята на работу в магазин «Гленфилд» на должность продавца-консультанта 1 сентября 2011.

Ответчик ФИО5 была принята на работу в магазин на должность продавца-консультанта 1 февраля 2014г.

С каждым из них в день приема на работу были заключены договора о полной индивидуальной материальной ответственности.

21 июля 2014 с ответчиками заключен договор о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности, по условиям которого руководство коллективом возлагается на руководителя коллектива, который назначается приказом работодателя, с учетом мнения коллектива. Согласно договору коллектив принимает на себя полную коллективную материальную ответственность за необеспечение сохранности имущества, вверенного ему для приема, реализации, подготовки к реализации, за осуществление расчетов при реализации вверенного товара, в том числе через кассу, без кассы через продавца, а также за ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам. Работодатель обязался создать коллективу условия, необходимые для надлежащего исполнения принятых обязательств. В договоре указано, что коллектив имеет право принимать участие в инвентаризации, ревизии, иной проверке сохранности состояния вверенного коллективу имущества.

Приказы об установлении полной коллективной материальной ответственности, о назначении ФИО8 руководителем коллектива (бригадира), письменное мнение коллектива (бригады) о назначении ФИО9 руководителем коллектива, доказательства, послужившие основанием для заключения договора о полной коллективной материальной ответственности, истцом не представлены.

Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, указанным в п.4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 № 52 « О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Невыполнение работодателем требований трудового законодательства о порядке и условиях заключения договора о коллективной (бригадной) материальной ответственности является основанием для освобождения работника от обязанности возместить причиненный по его вине ущерб в полном размере, превышающем его средний месячный заработок.

Приказом директора магазина № 3 от 5.06.2018 назначено проведение служебного расследования в связи с установлением расхождения сумм выручки за день, указанной в Z-отчетах и отчетах о закрытии смены с суммами выручки, отраженной в отчетах закрытия смены терминала, назначена комиссия для проведения служебного расследования, в состав которой включены директор магазина «Гленфилд» ФИО7 и специалист АО «

<

данные изъяты>».

По результатам проведенной в период с 13.06.2018 по 20.06.2018 аудиторской проверки специалистом аудиторской фирмы «

<

данные изъяты>» ФИО15 составлен отчет, из которого следует, что в результате проведения сверки за период с 01 января 2016 по 25 мая 2018 ежедневной выручки от реализации товаров по отчетам закрытия смены терминала с суммами выручки по безналичным расчетам, отраженными в Z-отчетах (отчетах с гашением) и отчетах о закрытии смены (после перехода на онлайн-ККТ с 10.11.2017) выявлены расхождения на сумму 

<

данные изъяты> руб.

При сверки за тот же период сумм ежедневной выручки, отраженной в журнале продаж с суммами выручки за день, отраженными в отчетах о закрытии смены кассы выявлены отклонения в сумме 

<

данные изъяты> руб.

Специалистом сделан вывод о том, что расхождения при сверке сумму ежедневной выручки составили на общую сумму 

<

данные изъяты> руб., в том числе по сменам: 1 смена ФИО2- ФИО10 

<

данные изъяты> руб.; 2 смена ФИО4, ФИО5 -

<

данные изъяты> руб.

Из допроса специалиста ФИО15 генерального директора АО «

<

данные изъяты>», установлено, что в ходе аудиторской проверки производилась сверка отчетов по терминалу с отчетами, которые составляли продавцы. Деньги брались от покупателя и в кассу не оприходовались. Товар был показан как реализованный, как он был продан неизвестно, деньги за него не поступали ни наличными, ни безналичными средствами, а в отчете он был показан как продан безналичным способом, продавцы в своих журналах это указывали, а через терминал они не поступали. Работодатель не сверял отчеты по терминалу с журналами. При ежемесячной сверке отчетов по терминалу и отчетами продавцов эти расхождения выявились бы, но такая сверка не производилась. Методом инвентаризации никак нельзя было установить расхождения. Их можно было бы установить только сверив с банковским отчетом. 

С доводами истца о том, что был соблюден порядок привлечения ответчиков к материальной ответственности, суд согласиться не может.

Приказом Министерства финансов Российской Федерации от 29 июля 1998 г. N 34н утверждено Положение по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации, пунктом 27 которого установлено, что проведение инвентаризации является обязательным, в том числе при выявлении фактов хищения, злоупотребления или порчи имущества.

Как пояснил представитель истца 25 мая 2018 директор магазина ФИО7 обнаружила, что продавец ФИО3 осуществила продажу товара на сумму 500 руб. и деньги в кассу не внесла, в отчетности не отразила, после просмотра камер видеонаблюдений обнаружила недостачу. Были получены расписки от ответчиков.

Проведение инвентаризации по результатам обнаружения недостачи денег 25 мая 2018 истцом осуществлено не было.

Доводы истца о виновности ответчиков в причинении материального ущерба основаны на результатах отчета аудиторской компании, которая осуществляла проверку на основании представленных истцом журнала кассира-операциониста, журнала продаж, Z-отчетов, отчетов закрытия смены терминала, графика работы продавцов-консультантов, и в своих выводах указала о выявленных расхождениях сумм выручки за проверяемый период. Однако отчет аудитора не доказывает в безусловном порядке наличия материального ущерба при недоказанности у работодателя недостачи товарно-материальных ценностей.

В своих пояснениях ответчики указали, что заработную плату брали из кассы с ведома работодателя, при этом фактический размер заработной платы был выше официально указанного в трудовом договоре. Кроме того, денежные средства брались из кассы и на другие цели, что подтверждается скриншотами переписки по вайберу между ФИО7 и Белой.

Доводы ответчиков истцом не опровергнуты.

Письменных объяснений у ответчиков по результатам проведенной аудиторской проверки истец не затребовал, аудиторская проверка проведена без участия ответчиков, с результатами аудиторской проверки ознакомлены не были.

Итоги результатов созданной по приказу № 3 от 05.06.2018 комиссии приказом оформлены не были.

Представленные истцом расписки ФИО2, ФИО5, Белой, ФИО3 от 26 мая 2018 не свидетельствуют о добровольном признании ими своей вины в возникновении материального ущерба в полном объеме, предъявленном истцом в исковых требованиях.

Представленные суду видеозаписи, произведенные в мае 2018, с учетом установленных обстоятельств, не свидетельствуют однозначно о хищении денежных средств ответчиками.

Таким образом, исходя вышеизложенного, суд считает, что истцом требования ст.247 ТК РФ не были соблюдены, надлежащих доказательств, подтверждающих прямой действительный ущерб, причиненный ИП ФИО1 виновными действиями ответчиков и причинно-следственной связи между действиями ответчиков и наступившим ущербом, суду не представлено. 

Исходя из вышеизложенного, суд приходит к выводу в удовлетворении исковых требований отказать.

Представителем ответчиков Коршаковым И.В. заявлено ходатайство о пропуске истцом срока обращения в суд, предусмотренный ст.392 ТК РФ. Полагает, что истец мог обратиться в суд, не позднее декабря 2018.

В силу части третьей статьи 392 ТК РФ работодатель имеет право обратиться в суд по спорам о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю в течение одного года со дня обнаружения причиненного ущерба.

Факт обнаружения недостачи истцом установлен 25 мая 2018. С иском истец обратился 27 декабря 2018, то есть в установленный законом срок.

В связи с чем, заявление представителя ответчика о пропуске срока обращения удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

Решил:

В исковых требованиях ИП ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 о взыскании материального ущерба отказать. 

Решение может быть обжаловано в Калининградский областной суд через Московский районный суд в апелляционном порядке в течение месяца с момента вынесения решения в окончательной форме.

Окончательное решение изготовлено 1 июля 2019.

Судья Бондарев В.В.