Дело № 2-431/2025

УИД 86RS0010-01-2025-000276-33

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

6 ноября 2025 года

город Мегион

Мегионский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в составе председательствующего судьи Коржиковой Л.Г., при секретаре судебного заседания Микалиной З.Н., с участием представителя истца по первоначальному иску/ответчика по встречному иску ФИО1 – адвоката Горбачевой Г.В., ответчика по первоначальному иску/истца по встречному иску – ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании договора купли-продажи предприятия (бизнеса) расторгнутым, договора купли-продажи транспортного средства недействительным, договора аренды нежилого помещения расторгнутым и встречному иску индивидуального предпринимателя ФИО2 к ФИО1 о расторжении договора купли продажи предприятия (бизнеса), расторжении договора аренды нежилого помещения, взыскании задолженности по договорам и неустойки, взыскании задолженности по оплате коммунальных платежей и неустойки,

установил:

ФИО1 (далее – истец, ответчик по встречному иску) обратилась в суд с указанным иском к ФИО2 (далее – ответчик, истец по встречному иску). Требования истца мотивированы тем, что 01.11.2024 между истцом, как покупателем, и ответчиком, как продавцом, был заключен договор купли-продажи предприятия (бизнеса) по условиям которого истцом приобретен бизнес – салон красоты, при этом после совершения сделки оказалось, что приобретенное предприятие представляет собой лишь совокупность мелкого имущества, представляющего собой мебель и утварь для уборки помещения, также продавец отказался регистрировать переход права к покупателю. В связи с данными обстоятельствами истцом было принято решение расторгнуть указанный договор, в адрес ответчика было направлено соответствующее уведомление. В связи с заключением договора купли-продажи предприятия (бизнеса) сторонами также был заключен договор аренды нежилого помещения, в котором располагалось предприятие – салон красоты. Также, между истцом и ответчиком был заключен договор купли-продажи автомобиля KIA STONIC, который был передан ответчику как покупателю, при этом ответчиком денежные средства за автомобиль не уплачены. На основании указанного, в редакции уточненных требований (т. 1 л.д. 176-177) истец просит признать договор купли-продажи предприятия (бизнеса) от 01.11.2024 расторгнутым с 01.12.2024 и применить последствия недействительности сделки, признать договор купли-продажи транспортного средства от 01.11.2024 недействительным и применить последствия недействительности сделки, признать договор аренды нежилого помещения от 01.11.2024 расторгнутым с 01.12.2024.

В ходе подготовки гражданского дела к судебному разбирательству ФИО2 предъявлен встречный иск к ФИО1 о расторжении договора купли продажи предприятия (бизнеса), расторжении договора аренды нежилого помещения, взыскании задолженности по договорам и неустойки, взыскании задолженности по оплате коммунальных платежей и неустойки (т. 1 л.д. 46-56). Согласно доводам встречного иска, 01.11.2024 между ФИО1, как покупателем, и ФИО2, как продавцом, был заключен договор купли-продажи предприятия (бизнеса), состав которого определен в приложении № 1 к договору. Указанным договором также предусмотрено, что стороны заключают договор аренды нежилого помещения. Стоимость отчуждаемого предприятия определена в размере 15 000 000 рублей, при этом оплата стоимости предприятия производится в рассрочку. В счет оплаты аванса покупателем продавцу был передан автомобиль KIA стоимостью 1 550 000 рублей. Договором установлено, что остаток стоимости бизнеса в размере 13 450 000 рублей, оплачивается покупателем ежемесячно равными платежами в размере 269 000 рублей, не позднее первого числа каждого месяца. Стоимость передаваемого имущества, а также перечень имущества были согласованы и не оспорены сторонами договора. Продавцом обязательства по передаче бизнеса исполнены надлежащим образом, что подтверждается договором и актом приема-передачи от 01.11.2024. В день подписания договора покупателем на расчетный счет продавца была переведена сумма в размере 450 000 рублей в счет оплаты ежемесячных платежей. При этом в нарушение исполнения обязательств по оплате ежемесячных платежей в декабре 2024 года и январе 2025 года покупателем была допущена просрочка оплаты по договорам продажи предприятия и аренды нежилого помещения. Договором продажи предприятия установлено, что по требованию продавца договор может быть расторгнут досрочно в судебном порядке до момента окончательного расчета в случае если покупателем более двух раз подряд допущена просрочка оплаты стоимости предприятия, покупатель более двух раз подряд не вносит арендную плату по договору аренды помещения. В адрес покупателя 01.03.2025 направлено уведомление о расторжении договора продажи предприятия в одностороннем порядке в связи с неисполнением обязательств по внесению арендной платы и оплате стоимости бизнеса. На 01.02.2025 задолженность покупателя по договору продажи предприятия от 01.11.2024 составляет 626 000 рублей, из которых 88 000 рублей – задолженность на 01.12.2024, 269 000 рублей – задолженность на 01.01.2025, 269 000 рублей – задолженность на 01.02.2025. Также, договором установлено, что в случае нарушения установленных сроков оплаты покупатель уплачивает продавцу неустойку в размере 1% от не уплаченной вовремя суммы за каждый день просрочки. На 01.02.2025 неустойка за нарушение установленных сроков оплаты по договору продажи предприятия составляет 137 950 рублей. Дополнительно к договору продажи предприятия 01.11.2024 между сторонами был заключен договор аренды нежилого помещения, по которому ФИО1, как арендатору, передано право пользования нежилым помещением с кадастровым номером 86:19:0010411:557, арендная плата установлена в размере 140 400 рублей в месяц с условием ее внесения ежемесячно авансовым методом в срок до первого числа оплачиваемого месяца. ФИО2, как арендодателем, обязательства по передаче помещения исполнены надлежащим образом, что подтверждается подписанным договором и актом приема-передачи помещения от 01.11.2024. В нарушении исполнения обязательств арендатором допущена просрочка оплаты арендных платежей за декабрь 2024 года и январь 2025 года. На 01.02.2025 задолженность по оплате арендных платежей составляет 421 200 рублей. В адрес арендатора 01.03.2025 направлено уведомление о расторжении договора аренды в одностороннем порядке в связи с неисполнением обязательств по внесению арендной платы. Также договором аренды предусмотрена обязанность по оплате коммунальных платежей, при этом данная обязанность арендатором не исполнена. Общая сумма коммунальных расходов за ноябрь, декабрь 2024 года составила 39 355 рублей 27 копеек. Договором установлено, что в случае нарушения арендатором срока внесения арендной платы и иных платежей последний уплачивает неустойку в размере 0,5% от суммы, оплата которой просрочена, за каждый день просрочки. На 01.02.2025 неустойка за нарушение установленных сроков оплаты арендной платы составляет 67 392 рубля, неустойка за нарушение установленных сроков оплаты коммунальных платежей составляет 9 270 рублей 35 копеек. Таким образом, общая сумма неисполненных обязательств по договору купли-продажи предприятия (бизнеса) от 01.11.2024, договору аренды нежилого помещения от 01.11.2024 составляет 1 301 167 рублей 62 копейки. На основании изложенного, ФИО2 просит расторгнуть договор купли-продажи предприятия (бизнеса) от 01.11.2024 и взыскать с ФИО1 задолженность по указанному договору в размере 626 000 рублей и неустойку в размере 137 950 рублей, расторгнуть договор аренды нежилого помещения от 01.11.2024 и взыскать с ФИО1 задолженность по указанному договору в размере 421 200 рублей, неустойку в размере 67 392 рублей, а также задолженность по оплате коммунальных платежей в размере 39 355 рублей 27 копеек и неустойку за нарушение установленных сроков оплаты коммунальных платежей в размере 9 270 рублей 35 копеек, также просит взыскать с ФИО1 расходы по уплате государственной пошлины в размере 34 012 рублей.

В судебном заседании представитель ФИО1 – Горбачева Г.В., поддержала заявленные требования по доводам, изложенным в исковом заявлении, заявлении об уточнении исковых требований, против удовлетворения встречного иска возражала, при этом пояснила, что предприятия, выступающего предметом договора купли-продажи от 01.11.2024, фактически не существует, вместо него ФИО1 была передана совокупность вещей различного назначения, реальная общая стоимость которых была многократно ниже цены договора, предприятие не имеет оформленных в соответствии с трудовым законодательством работников, их штат ФИО1 не передавался.

ФИО2 в судебном заседании против исковых требований ФИО1 возражала, поддержала требования встречного иска, при этом пояснила, что между сторонами действительно были заключены спорные договоры купли-продажи бизнеса и автомобиля, договор аренды нежилого помещения. Предметом договора купли-продажи предприятия выступил готовый бизнес – салон красоты «Шанталь». Переговоры о продаже данного предприятия велись между сторонами с июля 2024 года, в ходе переговоров до покупателя была доведена исчерпывающая информация о деятельности салона красоты, сторонами были согласованы все условия сделки. В момент совершения сделки от ФИО2 к ФИО1 бизнес был передан в том виде, в котором существовал, были переданы мебель, техника и специальное оборудование, находившиеся в помещении салона, расходные материалы, необходимые для деятельности салона, клиентская база и доступ к программам учета. Мастера салона красоты имели статус ИП или самозанятого и работали в нем на основании договоров аренды рабочего места с арендной платой в виде процента от обслуженных клиентов, об этом покупатель был осведомлен, ему разъяснялась необходимость заключения с мастерами новых договоров на свое имя, поскольку на момент сделки все договоры с мастерами были оформлены на имя ФИО2 Мастера салона также были уведомлены о необходимости заключения договоров с ФИО1 в связи со сменой собственника салона, против чего не возражали. Нежилое помещение, в котором находился салон, было передано в пользование покупателя по договору аренды в соответствии с условиями договора купли-продажи предприятия. Сделка была совершена, бизнес был передан ФИО1, при этом фактически руководство салоном осуществляла ее дочь ФИО3. К концу ноября 2024 года ФИО1 обратилась к ней с намерением расторгнуть договор, продемонстрировала ей письменное предложение о расторжении договора купли-продажи бизнеса, поскольку прибыль от салона красоты не оправдала ее ожиданий, ФИО2 ответила отказом. После этого ФИО1 заявила о том, что договор расторгнут и 01.12.2024 оставила ключи от салона администратору, демонтировала терминал оплаты из помещения салона. ФИО2 ключи от салона забрала себе, поскольку создавала бизнес в виде салона красоты в течение семи лет и не была намерена оставить его так, вновь стала организовывать деятельность салона лично. В декабре 2024 года, в связи с отсутствием терминала, по которому клиенты могли производить оплату в пользу ФИО1, оплата за услуги стала приниматься путем перевода через мобильный банк по номеру телефона ФИО1, однако последняя этим была недовольна, просила так не делать, в связи с чем в декабре 2024 года оплата за оказанные в салоне услуги принималась только наличными денежными средствами. Из данных денежных средств ФИО2 были уплачены коммунальные платежи, связанные с деятельностью салона, выплачены денежные средства мастерам, закуплены закончившиеся расходные материалы и товары, оплачены услуги клининга салона, куплена кофемашина в салон взамен сломавшейся. В январе салон был закрыт, с 1 февраля 2025 года возобновил свою работу.

Также ФИО2 представлены письменные возражения относительно требований ФИО1, из которых следует, что отсутствуют основания для расторжения договора купли-продажи транспортного средства, поскольку сторонами договор исполнен в полном объеме, транспортное средство передано, денежные средства уплачены. Отсутствуют основания для расторжения договора купли-продажи бизнеса и аренды нежилого помещения, поскольку возражений относительно стоимости передаваемого бизнеса покупателем не выражалось, все условия договора были приняты сторонами без каких-либо замечаний. После подписания договоров к работе в салоне фактически приступила ФИО3, которая регулярно консультировалась с ФИО2 по различным вопросам ведения бизнеса в том числе: прием новых сотрудников (исполнителей), закуп материалов, ремонтные работы, выплата вознаграждения мастерам, работа с кассой. В период с ноября по декабрь ФИО1 осуществляла предпринимательскую деятельность и получала прибыль. Покупатель приняла исполнение договора купли-продажи предприятия (бизнеса) и договора аренды нежилого помещения, следовательно не вправе ссылаться на недействительность договора, поскольку своими действиями подтвердила действие договора. ФИО1 как сторона, допустившая существенное нарушение условий договора путем прекращения оплаты ежемесячных платежей не вправе требовать возвращения того, что было исполнено.

Допрошенный в ходе судебного заседания свидетель ФИО4 показала, что с 10.05.2021 осуществляет деятельность в салоне красоты «Шанталь» в качестве парикмахера, работает по договору аренды рабочего месте с уплатой процента от дохода. В ноябре 2024 года салон купила ФИО1, салон был передан в том виде, в котором существовал, с мебелью, материалами. После сделки клиенты также пользовались услугами салона, производили оплату, мастера обслуживали клиентов. Новым владельцем был установлен терминал оплаты, оплата также принималась наличными и переводом через банковское приложение. ФИО1 она не видела, деятельностью салона фактически руководила ее дочь ФИО3, которую свидетель после 29-30 ноября 2024 года также не видела. После этого некоторое время оплата услуг проводилась также через терминал или переводом по номеру ФИО1 В ноябре 2024 года свидетель обращалась к ФИО5 Эллине по вопросу заключения нового договора аренды рабочего места в связи со сменой собственника бизнеса, однако договор заключен не был.

Свидетель ФИО6, допрошенная в судебном заседании, показала, что с 2021-2022 года осуществляет деятельность в салоне красоты «Шанталь» в качестве мастера маникюра, работает по договору аренды рабочего месте с уплатой процента от дохода. В ноябре 2024 года салон был продан, все имущество в салоне осталось как и было, оборудование и расходные материалы по ее направлению деятельности также были переданы новому владельцу в полном объеме. После этого в салоне она видела ФИО1, однако салоном фактически управляла ее дочь ФИО3, салон оказывал услуги по маникюру, педикюру, парикмахерские и косметологические услуги, оплата оказанных в салоне услуг производилась по терминалу и переводом через банковское приложение на имя ФИО1 После смены владельца салона свидетелем с ФИО1 нового договора аренды рабочего места не заключалось, заключенный с ФИО2 договор аренды не изменялся. В декабре 2024 года денежные средства, полученные в качестве оплаты услуг, передавались ФИО2, в январе 2025 года салон не работал.

Допрошенный в ходе судебного заседания свидетель ФИО7 показала, что до ноября 2024 года работала в салоне красоты «Шанталь» в качестве администратора, присутствовала на встрече, организованной ФИО5 Эллиной с работниками салона красоты, обсуждала с последней вопросы деятельности салона, ФИО3 приглашала ее продолжить работу администратором, при этом свидетель 14.11.2024 пользовалась услугами салона как клиент, оплату услуг производила переводом через банковское приложение на имя ФИО1

ФИО8, допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля показала, что с декабря 2021 года осуществляет деятельность в салоне красоты «Шанталь» в качестве мастера косметолога, работает по договору аренды рабочего месте с уплатой процента от дохода, заработную плату получает переводом или наличными. О намерении ФИО2 продать салон ей и другим сотрудникам было известно за год до его продажи, поскольку это ими обсуждалось, в том числе в общем чате сотрудников салона в мессенджере. Свидетель присутствовала в салоне в день совершения сделки в ноябре 2024 года, ФИО1 в тот день присутствовала при подписании договора. После продажи салона фактически его деятельностью управляла ФИО3, с которой обсуждались вопросы заработной платы, закупки материалов, иные рабочие моменты, оплата оказанных в нем услуг производилась клиентами через терминал, переводом через банковское приложение на имя ФИО1, наличными. Выплата заработной платы осуществлялась свидетелю переводом через банковское приложение ФИО1 В конце ноября 2024 года она слышала как ФИО3, ФИО1 и ФИО2 на повышенных тонах общались по вопросу расторжения договора купли-продажи салона, ФИО2 расторгать договор отказалась. В декабре 2024 года оплата в салоне производилась наличными, в январе 2025 года салон не работал, к нормальной работе салон вернулся с начала февраля 2025 года. 

Допрошенный в ходе судебного заседания свидетель ФИО9 показала, что с июня 2024 года по февраль 2025 года работала в салоне красоты «Шанталь» в качестве администратора, в ноябре 2024 года по вопросам деятельности салона она общалась с ФИО1 и ФИО5 Эллиной через мессенджеры и лично, в этот период салон оказывал услуги по маникюру, педикюру, парикмахерские услуги, продавались косметические товары. Оплата услуг салона клиентами осуществлялась через терминал, переводом через банковское приложение на имя ФИО1, наличными денежными средствами, которые учитывались администратором и хранились в кассе, откуда их забирала ФИО5. С мастерами заключались договоры аренды рабочего места, которые хранились у администратора, лично ФИО1 заключался такой договор с мастером Снежаной. В конце ноября 2024 года ФИО3, ФИО1 и ФИО2 в помещении салона общались по вопросу расторжения договора купли-продажи салона, ФИО2 расторгать договор отказалась. Из переписки в чате салона она помнит, что ключи от салона были переданы ФИО2 30.11.2024 или 01.12.2024.

Дело рассмотрено в отсутствие извещенного надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства истца ФИО1, при обеспечении явки в судебное заседание ее представителя.

Заслушав стороны спора, рассмотрев доводы, приведенные в обоснование их требований и возражений, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела, фото и видеоматериалы, суд приходит к следующему. 

Согласно сведениям из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей (ЕГРИП), ФИО1 обладала статусом индивидуального предпринимателя – ОГРНИП 

<

***>, в период с 08.07.2024 по 06.12.2024. Деятельность в качестве индивидуального предпринимателя прекращена в вязи с принятием предпринимателем соответствующего решения.

ФИО2 зарегистрирована в ЕГРИП в качестве индивидуального предпринимателя с 17.10.2018 по настоящее время, ОГРНИП 

<

***>.

Между ФИО2, в качестве продавца, и ФИО1, в качестве покупателя, 01.11.2024 подписан договор купли-продажи предприятия (бизнеса). Согласно п. 1.1 договора, продавец обязуется передать в собственность покупателя предприятие в целом как имущественный комплекс (бизнес), а покупатель обязуется принять его и оплатить полную его стоимость. Вид деятельности предприятия: оказание услуг в сфере красоты (п. 1.2). 

В соответствии с п. 1.3 договора, состав продаваемого имущества определен в приложении № 1 (акт приа-передачи) к настоящему договору, являющимся неотъемлемой частью договора. 

Пунктом 1.4 договора предусмотрено, что в рамках заключения договора купли-продажи бизнеса, стороны заключают договор аренды, согласно которому продавец передает покупателю права пользования помещением, расположенным по адресу: 

<

данные изъяты>. 

Из п. 2.1 договора следует, что отчуждаемое предприятие считается переданным в собственность покупателю после полной оплаты стоимости бизнеса. Пунктом 2.4 договора предусмотрено, что в момент передачи предприятия покупателю также передается клиентская база в количестве 5800 человек, штат сотрудников в количестве 23 человек. После исполнения условия об оплате в собственность покупателя переходит оборудование и иные имущественные права, связанные с предприятием. Права на обозначение, иные индивидуализирующие обозначения и другие исключительные права передаются покупателю после полной оплаты предприятия (п. 2.5). После окончательного расчета покупателю передается в пользование программное обеспечение, позволяющее осуществлять онлайн запись, абонентский номер телефона (п. 2.6).

Согласно разделу 4 договора стоимость отчуждаемого предприятия составляет 15 000 000 руб. Оплата стоимости предприятия производится в рассрочку, сроком на 50 месяцев. В счет оплаты аванса (предварительной оплаты) в размере 1 550 000 руб. покупателем продавцу передается автомобиль KIA, VIN 

<

данные изъяты>. Остаток стоимости бизнеса в размере 13 450 000 руб., оплачивается покупателем ежемесячно равными платежами в размере 269 000 руб., не позднее первого числа каждого месяца. В силу п.п. 4.4, 6.2 договора, в случае нарушения установленных сроков оплаты покупатель уплачивает продавцу неустойку в размере 1% от не уплаченной вовремя суммы за каждый день просрочки.

Из п. 5.2 следует, что договор может быть расторгнут по соглашению сторон. Согласно п. 5.3 по требованию продавца договор может быть расторгнут досрочно в судебном порядке, до момента окончательного расчета, согласованного в разделе 4 договора, в случаях если: покупателем более двух раз подряд допущена просрочка оплаты стоимости предприятия; покупатель более двух раз подряд по истечении установленного договором аренды помещения срока оплаты не вносит арендную плату; в результате действий покупателя существенно ухудшается (снижается) репутация бизнеса.

Согласно акту приема-передачи (приложение № 1) к договору купли-продажи предприятия продавцом покупателю передано имущество в виде мебели, электротехники, специального косметологического оборудования и продукции, иных вещей, перечисленных в акте. В соответствии с п. 2 акта приема-передачи, предприятие считается переданным покупателю со дня подписания настоящего акта сторонами. С момента подписания акта на покупателя переходит риск случайной гибели или случайного повреждения имущества, переданного в составе предприятия. 

Согласно квитанции № 2-16-019-081-111 от 02.11.2024 ФИО1 уплачены денежные ФИО2 средства в размере 450000 руб. с указанием назначения платежа «плата за бизнес ноябрь 2024».

Из просмотренных в судебном заседании фото и видео материалов, представленных стороной ответчика на USB-носителях, следует переписка между ФИО2 и ФИО5 Эллиной относительно процесса заключения договора купли-продажи бизнеса, последующее консультирование по вопросам ведения бизнеса, а также переговоры между ФИО2 и ФИО1 по вопросу расторжения договоров, обстановка помещениях в салона красоты.

Также, 01.11.2024 между ФИО2, в качестве арендодателя, и ФИО1, в качестве арендатора, подписан договор аренды нежилого помещения. 

Согласно п. 1.1 договора аренды арендодатель обязуется предоставить арендатору во временное владение и пользование принадлежащее на праве собственности арендодателю нежилое помещение, с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, расположенное по адресу: ХМАО

<

данные изъяты>, а арендатор обязуется принять помещение во временное владение и пользование за плату, использовать помещение в целях разрешенного использования в течение срока аренды, уплачивать арендодателю арендную плату, осуществлять иные платежи, предусмотренные договором, а также исполнять все иные обязательства, установленные договором и законодательством. 

Согласно разделу 4 договора, арендная плата за пользование помещением составляет 140 400 руб. в месяц, из расчета стоимости одного квадратного метра помещения в размере 1 000 руб. В дополнение к арендной плате арендатором уплачиваются коммунальные платежи согласно показаниям приборов учета. Арендатор осуществляет уплату арендной платы ежемесячно авансовым методом в срок до 1 числа оплачиваемого месяца путем передачи наличных денежных средств либо путем перечисления денежных средств на расчетный счет арендодателя. В силу п. 7.2 договора в случае нарушения арендатором срока внесения арендной платы и иных платежей, предусмотренных разделом 4 договора, арендатор уплачивает неустойку в размере 0,5% от суммы, оплата которой просрочена, за каждый день просрочки.

В соответствии с п. 6.3 договор аренды может быть расторгнут сторонами по их требованию в одностороннем порядке на основании письменного уведомления другой стороны о досрочном расторжении договора, направленного за 30 календарных дней до предполагаемой даты расторжения.

Согласно квитанции № 2-16-019-017-921 от 02.11.2024 ФИО1 уплачены ФИО2 денежные средства в размере 140400 руб. с указанием назначения платежа «аренда за ноябрь 2024».

Также, между ФИО1, в качестве продавца, и ФИО2, в качестве покупателя, 01.11.2024 подписан договор купли-продажи автомобиля KIA, VIN 

<

данные изъяты>, стоимостью 1 550 000 руб. Согласно п.п. 4, 5 договора покупатель уплатил стоимость автомобиля, а продавец передал его покупателю.

Указанные договор купли-продажи предприятия и акт приема-передачи имущества, договор аренды нежилого помещения, договор купли-продажи транспортного средства подписаны сторонами собственноручно.

Из свидетельства о регистрации ТС 9970 907639 следует, что автомобиль KIA, VIN 

<

данные изъяты>, зарегистрирован на имя ФИО2 с 22.02.2025.

Согласно договору от 03.11.2024 между ФИО1, как арендодателем, и ФИО10, как арендатором, заключен договор аренды рабочего места, по условиям которого арендатору предоставляется рабочее место в салоне красоты «Шанталь» по адресу: 

<

данные изъяты>. для оказания услуг ногтевого сервиса. Арендная плата установлена в размере 60% от оборота арендатора в месяц.

Из сведений, предоставленных ПАО Сбербанк, следует, что на имя ФИО1, как индивидуального предпринимателя, в период с 29.07.2024 по 17.12.2024 был открыт счет 

<

данные изъяты>. Из выписки по указанному счету следует совершение операций по дебету и кредиту, на общую сумму в размере 341059 руб. 40 коп. Также, на имя ФИО1 30.10.2024 зарегистрированы платежные терминалы с мерчант ID 

<

данные изъяты>, адрес установки 

<

данные изъяты>, по которым производились транзакции, терминалы заблокированы 10.12.2024, 10.12.2024, 02.12.2024 соответственно.

26.11.2024 ФИО1 почтовым отправлением в адрес ФИО2 направлено предложение о расторжении договора купли-продажи предприятия и возврате исполненного, со ссылкой на несогласованность условий договора.

В адрес ФИО1 01.03.2025 почтовым отправлением ФИО2 направлены уведомления о расторжении договоров купли-продажи предприятия, аренды нежилого помещения.

Согласно пункту 2 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

В силу ст. ст. 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

Согласно п. 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается.

В соответствии с п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В силу п. 3 ст. 432 ГК РФ сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности (п. 3 ст. 1 ГК РФ).

По договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену) – п. 1 ст. 454 ГК РФ.

По смыслу ст. 132 ГК РФ предприятием как объектом прав признается имущественный комплекс, используемый для осуществления предпринимательской деятельности. Предприятие в целом как имущественный комплекс признается недвижимостью. В состав предприятия как имущественного комплекса входят все виды имущества, предназначенные для его деятельности, включая земельные участки, здания, сооружения, оборудование, инвентарь, сырье, продукцию, права требования, долги, а также права на обозначения, индивидуализирующие предприятие, его продукцию, работы и услуги (коммерческое обозначение, товарные знаки, знаки обслуживания), и другие исключительные права, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно п. 1 ст. 559 ГК РФ по договору продажи предприятия продавец обязуется передать в собственность покупателя предприятие в целом как имущественный комплекс (статья 132), за исключением прав и обязанностей, которые продавец не вправе передавать другим лицам.

В силу ст. 560 ГК РФ договор продажи предприятия заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (пункт 2 статьи 434), с обязательным приложением к нему документов, указанных в пункте 2 статьи 561 настоящего Кодекса. Договор продажи предприятия подлежит государственной регистрации и считается заключенным с момента такой регистрации – п. 3 ст. 560 ГК РФ.

Состав и стоимость продаваемого предприятия определяются в договоре продажи предприятия на основе полной инвентаризации предприятия, проводимой в соответствии с установленными правилами такой инвентаризации. До подписания договора продажи предприятия должны быть составлены и рассмотрены сторонами: акт инвентаризации, бухгалтерский баланс, заключение независимого аудитора о составе и стоимости предприятия, а также перечень всех долгов (обязательств), включаемых в состав предприятия, с указанием кредиторов, характера, размера и сроков их требований – ст. 561 ГК РФ.

Как указано в ст. 563 ГК РФ передача предприятия продавцом покупателю осуществляется по передаточному акту, в котором указываются данные о составе предприятия и об уведомлении кредиторов о продаже предприятия, а также сведения о выявленных недостатках переданного имущества и перечень имущества, обязанности по передаче которого не исполнены продавцом ввиду его утраты. Подготовка предприятия к передаче, включая составление и представление на подписание передаточного акта, является обязанностью продавца и осуществляется за его счет, если иное не предусмотрено договором. Предприятие считается переданным покупателю со дня подписания передаточного акта обеими сторонами.

Право собственности на предприятие переходит к покупателю с момента государственной регистрации этого права. Если иное не предусмотрено договором продажи предприятия, право собственности на предприятие переходит к покупателю и подлежит государственной регистрации непосредственно после передачи предприятия покупателю – ст. 564 ГК РФ.

В силу ст. 606 ГК РФ по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

В судебном заседании установлено, что между индивидуальными предпринимателями ФИО1 и ФИО2 в период с 01.07.2024 и не позднее 01.11.2024 возникла договоренность о продаже действующего бизнеса в сфере оказания косметических услуг – салона красоты «Шанталь», принадлежавшего ФИО2, что подтверждается исследованными в судебном заседании фото и видеоматериалами переписки, объяснениями сторон и основаниями предъявленных ими исков. При этом по состоянию на 01.11.2024 бизнес представлял собой совокупность активов, состоящую из движимого имущества, необходимого для осуществления деятельности в сфере оказания косметических услуг, штата исполнителей, непосредственно оказывающих услуги потребителям, клиентской базы, сформировавшейся репутации салона, о которой свидетельствуют отзывы из открытых источников в сети «Интернет».

В качестве реализации намерения покупки и продажи указанного бизнеса между ФИО1 и ФИО2 01.11.2024 заключен договор, поименованный как «договор купли-продажи предприятия (бизнеса)», по условиям которого ФИО1 передается указанный бизнес – салон красоты, с условием оплаты путем внесения авансового платежа и платежей в рассрочкув определенном сторонами размере. Договор подписан сторонами собственноручно.

Во исполнение указанного договора сторонами осуществлена передача движимого имущества, необходимого для осуществления деятельности в сфере оказания косметических услуг, в виде мебели, электротехники, специального косметологического оборудования и продукции, иных вещей, о чем ФИО1 и ФИО2 составлен и собственноручно подписан акт приема-передачи имущества (приложение № 1) к договору купли-продажи бизнеса. Указанное имущество принято покупателем, сведений о наличии претензий к составу имущества, его качеству не имеется.

Помимо этого, во исполнение договора купли-продажи бизнеса сторонами заключен договор аренды нежилого помещения, расположенного по адресу: 

<

данные изъяты>, в котором размещался салон красоты «Шанталь». По договору аренды нежилого помещения ФИО1 передано право пользования недвижимостью с целью организации деятельности салона красоты. Условие о заключении договора аренды нежилого помещения содержится в договоре купли-продажи бизнеса. Факт передачи в пользование ФИО1 указанного жилого помещения последней не оспаривается и подтверждается собранными по делу доказательствами, в том числе показаниями свидетелей.

В судебном заседании исследованы заполненные рукописно журнал, содержащий связанные с деятельностью салона красоты сведения об учете доходов поступивших в той или иной форме (наличными, через терминал, банковское приложение), а также журнал, в котором отражены выплаты денежных средств исполнителям, копии журналов после обозрения оригиналов приобщены к материалам дела. Указанные сведения отражены, в том числе, за период с 01.11.2024 по 30.12.2024. Также исследована выгрузка из информационной системы, отражающая ежедневную деятельность салона в период с 01.11.2024 по 30.11.2024 и содержащая сведения об исполнителях, количестве оказанных ими услуг, их стоимости, клиентах с отражением оказанной им услуги, выручке и форме ее поступления.

Указанные сведения подтверждают осуществление деятельности по оказанию косметических услуг в салоне красоты в период с 01.11.2024 по 30.11.2024, при этом такие услуги оказывались потребителям определенными исполнителями, что с учетом показаний допрошенных в судебном заседании свидетелей, осуществлявших деятельность в салоне красоты в качестве исполнителей в указанный период, свидетельствует о факте передачи покупателю штата исполнителей во исполнение условий договора купли-продажи бизнеса.

Также приведенные сведения свидетельствуют о факте передачи покупателю клиентской базы, поскольку исходя из выгрузки данных, в информационной системе за период с 01.11.2024 по 30.11.2024 содержатся сведения о идентифицированных клиентах с указанием их наименования, номера телефона, адреса электронной почты.

Как следует из материалов дела, ФИО1 произведена оплата по договору купли-продажи бизнеса в виде авансового платежа в размере 1550000 руб. путем передачи транспортного средства KIA, VIN 

<

данные изъяты>, а также уплачены денежные средства в размере 450000 руб. согласно квитанции № 2-16-019-081-111 от 02.11.2024, то есть исполнены условия договора об оплате в части ее внесения в момент заключения договора.

В силу ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Как разъяснено в п. 43 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду. Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

При квалификации договора для решения вопроса о применении к нему правил об отдельных видах договоров (пункты 2 и 3 статьи 421 ГК РФ) необходимо прежде всего учитывать существо законодательного регулирования соответствующего вида обязательств и признаки договоров, предусмотренных законом или иным правовым актом, независимо от указанного сторонами наименования квалифицируемого договора, названия его сторон, наименования способа исполнения и т.п. – п. 47 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 49.

Граждане и юридические лица приобретают и осуществляют права своей волей, в своем интересе и по своему усмотрению, что вытекает из положений п. 2 ст. 1, п. 1 ст. 9 ГК РФ. Таким образом, в Российской Федерации установлен принцип диспозитивности гражданского права. 

Гарантированная Конституцией Российской Федерации свобода экономической деятельности предполагает прежде всего свободу предпринимательства, которая представляет собой универсальный (интегрированный) конституционно-правовой принцип, объединяющий несколько относительно самостоятельных принципов правового регулирования, включая принцип свободы договора, общедозволительный принцип, принцип свободы конкуренции (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 7 февраля 2012 года N 276-О-О).

Гражданское законодательство регулирует отношения между лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность, или с их участием, исходя из того, что предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг – ст. 2 ГК РФ. 

Статьей 11 НК РФ закреплено определение индивидуального предпринимателя как физического лица, зарегистрированного в установленном порядке и осуществляющего предпринимательскую деятельность без образования юридического лица. 

По смыслу норм гражданского и налогового законодательства, в частности исходя из обязательности государственной регистрации в целях осуществления предпринимательской деятельности физическим лицом, законодателем установлен повышенный стандарт разумности и осмотрительности при осуществлении индивидуальным предпринимателем своей деятельности, влекущей возникновение изменение и прекращение гражданско-правовых отношений, исходя из статуса профессионального участника гражданского оборота.

Одним из юридически значимых обстоятельств, подлежащих установлению при рассмотрении настоящего гражданского дела, является реальная сущность правоотношений, возникших между сторонами в связи с совершением ими спорных сделок.

При установленных по делу обстоятельствах суд приходит к выводу, что заключенный между сторонами 01.11.2024 договор, поименованный как «договор купли-продажи предприятия (бизнеса)», не является договором купли-продажи предприятия исходя из норм ст. 132 и § 8 «Продажа предприятия» главы 30 ГК РФ, поскольку по смыслу гражданского законодательства предприятие как имущественный комплекс является объектом недвижимости, то есть подлежит регистрации в установленном порядке, к обороту данного объекта прав применяются соответствующие нормы, в частности установлены специальные требования к удостоверению состава продаваемого предприятия.

В то же время, исходя из реальной общей воли сторон, направленной на возникновение правоотношения, содержание которого сводилось к передачи от покупателя к продавцу действующего бизнеса в виде салона красоты, с учетом цели договора, суд считает что сторонами действительно совершена сделка купли-продажи, объектом которой выступил бизнес – салон красоты «Шанталь», представляющий собой, как указано ранее, совокупность активов, состоящую из соответствующего движимого имущества, штата исполнителей, клиентской базы, репутации салона. При этом стороны приступили к исполнению указанной сделки, салон красоты был передан покупателю, который в период с 01.11.2025 по 30.11.2025 осуществлял соответствующую предпринимательскую деятельность, получал доход от деятельности салона, что влечет вывод о подтверждении ими своим поведением действительности заключенной сделки.

Исходя из указанного, доводы истца о несогласовании предмета договора, отсутствии государственной регистрации предприятия и оформленных в соответствии с трудовым законодательством работников нельзя признать состоятельными, поскольку исходя их повышенного стандарта разумности и осмотрительности при осуществлении лицом предпринимательской деятельности, в момент совершения сделки ФИО1, обладавший на тот момент статусом ИП, предполагается ее понимание сущности совершаемой сделки и осведомленность об отсутствии у предмета сделки статуса предприятия, как объекта имущественных прав по смыслу ГК РФ, и характере отношений собственника бизнеса с лицами, действующими в качестве исполнителей или работников. Иное толкование действий ФИО1 не может являться обоснованным, поскольку позволяет данной стороне сделки ссылаться на незаключенность договора ввиду несогласования условия о предмете сделки, что ведет к возможности извлечь преимущество из незаконного или недобросовестного поведения данной стороны. 

Учитывая принципы свободы договора и диспозитивности гражданского законодательства, общедозволительный принцип правового регулирования гражданских правоотношений, стороны спора обладали возможностью совершить указанную сделку купли-продажи бизнеса, хотя такой вид договора не поименован в ГК РФ, легального понятия «бизнес» законодательство РФ не содержит, однако в то же время стороны договора с достаточной степенью определенности описали условия договора и его предмет, в том числе определив место расположения салона красоты на момент заключения договора. Условия договора купли-продажи бизнеса не противоречат действующему законодательству, из чего следует, что договор не может быть признан незаключенным. Более того, приняв исполнение по сделки и осуществляя деятельность салона, ФИО1 своим поведением указывает на подтверждение заключенности и действительности договора.

Оснований для признания сделки купли-продажи бизнеса недействительной не установлено, сторона истца на какое бы то ни было предусмотренное законом конкретное основание недействительности сделки не ссылается, следовательно отсутствуют основания для применения последствий недействительности сделки. Требования ФИО1 в данной части удовлетворению не подлежат.

Относительно факта заключения между сторонами 01.11.2024 договора купли-продажи автомобиля KIA, VIN 

<

данные изъяты>, суд отмечает следующее.

При совершении между сторонами 01.11.2024 сделки купли-продажи бизнеса, указанное транспортное средство выступило в качестве авансового платежа, установленного в размере 1550000 руб. Факт передачи ФИО1 транспортного средства ФИО2 сторонами не оспаривается. 

Учитывая обстоятельства совершения сторонами сделки купли-продажи бизнеса, суд приходит к выводу о том, что подписанный сторонами договор купли-продажи транспортного средства в действительности не повлек правовых последствий в виде совершения сделки купли-продажи автомобиля KIA, поскольку ФИО1 передала данный автомобиль ФИО2 не в качестве предмета самостоятельной сделки купли-продажи, а в качестве оплаты по договору купли-продажи бизнеса, тем самым передав последней право собственности на автомобиль. 

Исходя из положений гражданского законодательства о вещных правах, право собственности на вещь может быть передано собственником иному лицу лишь однократно, поскольку передав данное право собственник его лишается. 

Учитывая, что ФИО1 автомобиль KIA действительно передан ФИО2, что сторонами не оспаривается и следует из факта регистрации ТС за ФИО2, при этом отсутствуют иные документы, подтверждающие факт передачи автомобиля, исходя из сущности возникших при совершении сделки купли-продажи бизнеса правоотношений сторон, документ, подписанный сторонами 01.11.2024 и поименованный как «договор купли-продажи транспортного средства», следует считать составленным в качестве подтверждения исполнения ФИО1 обязанности по внесению аванса по договору купли-продажи бизнеса и факта принятия ФИО2 автомобиля в качестве исполнения указанной обязанности.

Поскольку ввиду вышеуказанных обстоятельств «договор купли-продажи транспортного средства» по своей природе представляет собой лишь документ о передаче транспортного средства, что само по себе сделкой не является, так как данное действие осуществляется во исполнение сделки купли-продажи бизнеса, положения ГК РФ о недействительности сделок, в частности о последствиях недействительной сделки, в данном случае применены быть не могут. Следовательно, требования ФИО1 в части признания договора купли-продажи транспортного средства недействительным и применении последствий недействительной сделки удовлетворению не подлежат.

Рассматривая требования ФИО1 о признании договора купли-продажи бизнеса от 01.11.2024 расторгнутым с 01.12.2024, признании договора аренды нежилого помещения от 01.11.2024 расторгнутым с 01.12.2024, а также требования ФИО2 о расторжении указанных договоров, суд приходит к следующему.

Как установлено в ходе рассмотрения дела, сторонами заключен договор купли-продажи бизнеса от 01.11.2024, во исполнение данного договора сторонами также заключен договор аренды нежилого помещения от 01.11.2024. После заключения договоров стороны приступили к их исполнению, ФИО1 был передан бизнес в виде салона красоты «Шанталь», последняя в период с 01.11.2025 по 30.11.2025 осуществляла соответствующую предпринимательскую деятельность, получала доход от деятельности салона. По договору аренды ФИО1 в пользование предано нежилое помещение, в котором располагался указанный салон красоты.

26.11.2024 ФИО1 почтовым отправлением в адрес ФИО2 направлено предложение о расторжении договора купли-продажи бизнеса и возврате исполненного.

Как следует из объяснений сторон, показаний свидетелей, видеоматериалов, в конце ноября 2024 года ФИО1 в ходе личного общения предложила ФИО2 расторгнуть договор купли-продажи бизнеса, ФИО2 ответила отказом.

В то же время, из обстоятельств дела следует, что не позднее 01.12.2024 ФИО1 в качестве выражения воли, направленной на расторжение договора купли-продажи бизнеса и договора аренды нежилого помещения, администратору салона красоты были переданы ключи от нежилого помещения, в котором расположен салон, из помещения салона был демонтирован зарегистрированный на имя ФИО1 терминал оплаты, более деятельностью салона красоты ФИО1 не занималась, оплату по договорам не производила, 06.12.2024 прекратила статус индивидуального предпринимателя.

При этом не позднее 01.12.2024 ключи от салона ФИО2 были приняты, поскольку последняя не могла оставить салон, относилась к нему как к собственному, деятельность бизнеса была продолжена под руководством ФИО2, которая получая доход от осуществления соответствующей предпринимательской деятельности распоряжалась им, в том числе производя выплаты исполнителям, закупая расходные материалы и товары, а также пользовалась нежилым помещением, переданным по договору аренды, что следует из данных ФИО2 в судебном заседании объяснений, показаний свидетелей. Руководство деятельностью салона ФИО2 осуществлялось в том числе в январе и феврале 2025 года, что стороной ответчика не оспаривается.

К отношениям, вытекающим из договоров купли-продажи в которых согласовано условие оплаты товара через определенное время после его передачи покупателю (продажа товара в кредит) и рассрочка оплаты товара применяются положения ст.ст. 488, 489 ГК РФ

Пунктом 3 ст. 488 ГК РФ предусмотрено, что в случае, когда покупатель, получивший товар, не исполняет обязанность по его оплате в установленный договором купли-продажи срок, продавец вправе потребовать оплаты переданного товара или возврата неоплаченных товаров.

В силу п. 2 ст. 489 ГК РФ в случае, когда покупатель не производит в установленный договором срок очередной платеж за проданный в рассрочку и переданный ему товар, продавец вправе, если иное не предусмотрено договором, отказаться от исполнения договора и потребовать возврата проданного товара, за исключением случаев, когда сумма платежей, полученных от покупателя, превышает половину цены товара.

Из договора купли-продажи бизнеса следует, что сторонами согласовано условие о рассрочке оплаты стоимости бизнеса. Таким образом, ФИО2 в случае нарушения ФИО1 условия о рассрочке оплаты бизнеса и уплате последней в общей сумме менее половины стоимости договора, имела право отказаться в одностороннем порядке от исполнения договора и потребовать возврата проданного бизнеса.

Учитывая отказ ФИО1 от исполнения договора купли-продажи бизнеса, в том числе в части внесения периодических платежей, факт оставления ФИО1 ключей от помещения салона в качестве символической передачи предметов договор купли-продажи бизнеса и аренды нежилого помещения, и принятия данных ключей ФИО2 при условии дальнейшего осуществления ею предпринимательской деятельности в виде организации деятельности салона красоты в соответствующем нежилом помещении с распоряжением полученными от деятельности салона доходами, судом расценивается как предусмотренный п. 2 ст. 489 ГК РФ односторонний отказ ФИО2 от исполнения договора купли-продажи бизнеса в связи с нарушением ФИО1 обязательства об оплате, при условии, что по состоянию на 01.12.2024 покупателем была уплачена сумма в размере 2000000 руб. (1550000 – аванс, 450000 – оплата за ноябрь), то есть менее половины цены договора в размере 15000000 руб., при этом предмет договора – бизнес в виде салона красоты был возвращен ФИО2

По смыслу п. 1 ст. 450.1 ГК РФ право на односторонний отказ от договора осуществляется путем уведомления другой стороны об отказе от договора. Договор прекращается с момента получения данного уведомления.

В силу п. 2 ст. 450.1 ГК РФ в случае одностороннего отказа от договора, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным.

Поскольку из поведения ФИО1 явствовала воля на расторжение договора купли-продажи бизнеса с 01.12.2024 и отказ от оплаты, что также следует из заявленных ею исковых требований, при этом возврат предмета договора и его принятие ФИО2 осуществлено в эту же дату, суд считает договор купли-продажи бизнеса от 01.11.2024 расторгнутым с 01.12.2024.

Также, поскольку договор аренды нежилого помещения заключен сторонами во исполнение договора купли-продажи бизнеса, нежилое помещение передано в пользование арендатора с целью его использования для организации деятельности салона красоты, с учетом факта передачи и последующего фактического пользования помещением после 01.12.2024 ФИО2 для осуществления предпринимательской деятельности, договор аренды нежилого помещения от 01.11.2024 также следует считать расторгнутым с 01.12.2024. Иное при обстоятельствах пользования нежилым помещением после 01.12.2024 ФИО2 означало бы недобросовестное неосновательное обогащение последней, поскольку при сохранении договора в силе после 01.12.2024 ФИО2 не имела права пользования помещением ввиду передачи данного права собственника арендатору.

Таким образом, удовлетворению подлежат требования ФИО1 о признании договор купли-продажи бизнеса от 01.11.2024 расторгнутым с 01.12.2024, признании договора аренды нежилого помещения от 01.11.2024 расторгнутым с 01.12.2024. Требования ФИО2 о расторжении указанных договоров удовлетворению не подлежат.

Поскольку договор купли-продажи бизнеса от 01.11.2024 и договор аренды нежилого помещения от 01.11.2024 суд считает расторгнутым с 01.12.2024, требования ФИО2 о взыскании задолженности по договору купли-продажи бизнеса в размере 626 000 рублей и неустойки в размере 137 950 рублей, о взыскании задолженности по договору аренды нежилого помещения в размере 421 200 рублей и неустойки в размере 67 392 рублей, удовлетворению не подлежат ввиду отсутствия оснований возникновения задолженности за период после 01.12.2025.

Относительно требования ФИО2 о взыскании задолженности по оплате коммунальных платежей и требования о взыскании неустойки за несвоевременное исполнение обязанности по уплате коммунальных платежей, суд считает их подлежащими частичному удовлетворению в размере 19 183 руб. 91 коп. и 6 042 руб. 93 коп. соответственно, поскольку обязанности по оплате арендатором коммунальных платежей и уплате неустойки установлены договором аренды нежилого помещения от 01.11.2024. 

Размер коммунальных платежей за ноябрь 2024 года составляет: 11 767 руб. за электроэнергию, 1 036 руб. 80 коп. за ТКО, 6380 руб. 11 коп. за содержание и текущий ремонт общего имущества МКД, в общей сумме 19 183 руб. 91 коп., что подтверждается представленными истцом по встречному иску платежными документами АО "Газпром энергосбыт Тюмень", АО "ЮГРА-ЭКОЛОГИЯ", ООО "ЖЭК". Ответчиком по встречному иску не представлено доказательств исполнения обязанности по оплате данных коммунальных платежей, в связи с чем они подлежат взысканию с последнего. Коммунальные платежи за декабрь 2024 года и январь 2025 года взысканию с ответчика по встречному иску не подлежат, поскольку договор аренды признан судом расторгнутым с 01.12.2024.

Ввиду нарушения указанной обязанности по оплате коммунальных платежей ФИО1, на сумму долга в размере 19 183 руб. 91 коп. подлежит начислению неустойка за период 01.12.2024 по 01.02.2025 (63 дня) в размере 6 042 руб. 93 коп. (19183,91 х 0,5% х 63). Требования о взыскании неустойки за несвоевременное исполнение обязанности по уплате коммунальных платежей в остальной части удовлетворению не подлежат, поскольку не подлежат удовлетворению соответствующие вышеуказанные требования о взыскании основной задолженности.

По вопросу о взыскании судебных расходов понесенных в связи с рассмотрением настоящего гражданского дела, суд приходит к следующему.

Согласно статье 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со статьей 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе расходы на оплату услуг представителей, другие признанные судом необходимыми расходы.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии со статьей 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Поскольку требования ФИО1 о признании договора купли-продажи бизнеса от 01.11.2024 расторгнутым с 01.12.2024, признании договора аренды нежилого помещения от 01.11.2024 расторгнутым с 01.12.2024, судом удовлетворены, при этом последняя от уплаты государственной пошлины освобождена на основании п. 2 ч. 2 ст. 333.36 НК РФ, с ответчика ФИО2 в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 6 000 руб., исходя из размера государственной пошлины за самостоятельное требование неимущественного характера в размере 3000 руб.

Исходя из заявленных ФИО2 встречных требований имущественного характера в общем размере 1 301 167 руб. 62 коп. и их частичного удовлетворения в размере 25226 руб. 84 коп. (19183,91 + 6042,93), что составляет 1,9%, требования ФИО2 о взыскании судебных расходов, понесенных в связи с уплатой государственной пошлины, подлежат удовлетворению в размере 532 руб. 20 коп. (28012 х 1,9%). 

На основании выше изложенного, руководствуясь статьями 98, 103, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

иск ФИО1 к ФИО2 о признании договора купли-продажи предприятия (бизнеса) расторгнутым, договора купли-продажи транспортного средства недействительным, договора аренды нежилого помещения расторгнутым, удовлетворить частично.

Признать договор купли-продажи предприятия (бизнеса) от 1 ноября 2024 года, заключенный между индивидуальным предпринимателем ФИО2 и индивидуальным предпринимателем ФИО1, расторгнутым с 1 декабря 2024 года.

Признать договор аренды нежилого помещения от 1 ноября 2024 года, заключенный между индивидуальным предпринимателем ФИО2 и индивидуальным предпринимателем ФИО1, расторгнутым с 1 декабря 2024 года.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Встречный иск ФИО2 к ФИО1 о расторжении договора купли продажи предприятия (бизнеса), расторжении договора аренды нежилого помещения, взыскании задолженности по договорам и неустойки, взыскании задолженности по оплате коммунальных платежей и неустойки, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 (ИНН 

<

данные изъяты>) в пользу ФИО2 (ИНН 

<

данные изъяты>) задолженность по оплате коммунальных платежей по договору аренды нежилого помещения от 1 ноября 2024 года в размере 19 183 рубля 91 копейки. 

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 неустойку за нарушение установленных сроков оплаты коммунальных платежей по договору аренды нежилого помещения от 1 ноября 2024 года в размере 6 042 рублей 93 копеек.

В удовлетворении остальной части встречного иска отказать.

Взыскать с ФИО1 в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 судебные расходы, связанные с уплатой государственной пошлины в размере 532 рубля 20 копеек. 

Взыскать с ФИО2 (ИНН 

<

данные изъяты>) в пользу местного бюджета государственную пошлину в размере 6000 рублей, от уплаты которой ФИО1 была освобождена.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Мегионский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры.

Мотивированное решение суда в окончательной форме составлено 17.11.2025.

Судья

подпись

Л.Г. Коржикова

Копия верна. Судья 

Л.Г. Коржикова