№ 22-1452 судья Новиков В.С.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

24 июня 2021 года город Тула

Тульский областной суд в составе: 

председательствующего Кузнецовой Е.Б.,

при ведении протокола помощником судьи Чуприновой Е.А.,

с участием прокурора Воронцовой У.В.,

осуждённых Савиной Г.В., Савина О.В.,

адвокатов Морозова С.Б., Матвеева А.В. 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы адвоката Матвеева А.В. в защиту интересов осужденного Савина О.В. и адвоката Морозова С.Б. в защиту интересов осужденной Савиной Г.В. на приговор Щекинского районного суда Тульской области от 30 декабря 2020 года, которым Савина Г.В. и Савин О.В. осуждены по ч. 2 ст. 330 УК РФ.

Заслушав доклад судьи и выступления участников процесса, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л :

приговором Щекинского районного суда Тульской области от 30 декабря 2020 года 

ФИО5, 

<

данные изъяты>, судимый

11 марта 2003 года Московским областным судом по п. «ж», «з» ч.2 ст.105, п. «в» ч.3 ст.162 УК РФ к 15 годам лишения свободы, освобождён условно-досрочно 14 сентября 2015 года на 1 год 7 месяцев 24 дня,

осуждён по ч.2 ст.330 УК РФ к лишению свободы на срок 2 года с отбыванием с исправительной колонии строгого режима.

ФИО6, 

<

данные изъяты>, судимая

4 мая 2010 года Кунцевским районным судом г.Москвы по ч.3 ст.30, п. «а», «б» ч.2 ст. 228.1 УК РФ к 7 годам 6 месяцам лишения свободы; освобождена 17 мая 2017 по отбытии наказания,

осуждена по ч.2 ст.330 УК РФ к лишению свободы на срок 2 года с отбыванием с исправительной колонии общего режима.

Мера пресечения в отношении ФИО5 и ФИО6 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменена на заключение под стражу. Взяты под стражу в зале суда.

Срок отбывания наказания осуждённым исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

В соответствии с ч.3.1 ст.72 УК РФ в срок лишения свободы осуждённым зачтено время содержания под стражей с 30 декабря 2020 года по день вступления приговора в законную силу включительно: ФИО6 - из расчёта один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, с учётом положений, предусмотренных ч.3.3 ст.72 УК РФ; ФИО5 - из расчета один день содержания под стражей за один день дня отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Судьба вещественных доказательств решена.

ФИО5 и ФИО6 осуждены за самоуправство, то есть самовольное, вопреки установленному законом порядку, совершение действий, правомерность которых оспаривается потерпевшими ФИО и ФИО1, и которыми потерпевшим причинён существенный вред, с применением насилия и угрозой применения насилия.

Преступление совершено в пос.Ломинцевский Щёкинского района Тульской области 21 марта 2020 года, при изложенных в приговоре обстоятельствах.

В апелляционной жалобе адвокат Матвеев А.В. в защиту осуждённого ФИО5 выражает несогласие с приговором, считая его незаконным и необоснованным. Полагает, что суд, мотивируя квалификацию действий его подзащитного по ч.2 ст.330 УК РФ, неверно установил наличие нарушенного конституционного права потерпевших, предусмотренного ст.22 Конституции РФ - права на свободу и личную неприкосновенность, поскольку такое конституционное право охраняется диспозицией ст. 127 УК РФ и не может охраняться ст. 330 УК РФ. Обращает внимание на то, что в приговоре при описании преступного деяния отсутствуют указания о том, что ФИО5, ФИО6 и двое неустановленных лиц нарушали конституционное право потерпевших на неприкосновенность личности, говорится лишь о том, что ФИО6 удерживала детей ФИО1, которые по уголовному делу имеют процессуальный статус свидетелей и не признаны потерпевшими; из показаний потерпевшей ФИО1 не следует, что она пыталась покинуть место происшествия, и её удерживали каким-либо образом. Считает, что суд ошибочно связал нарушение ФИО5 права потерпевших на неприкосновенность личности с причинением им телесных повреждений, так как причинением телесных повреждений нарушается право каждого на жизнь и здоровье, но не право личности на неприкосновенность, связанное с незаконным удержанием. В этой связи изложенный в приговоре вывод суда о наличии существенного вреда, причинённого потерпевшим в результате действий подсудимых ввиду нарушения закрепленных ст. 22 Конституции РФ право потерпевших на неприкосновенность личности, находит не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела. Считает, что суд неверно определил наличие признаков объективной стороны преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 330 УК РФ - самоуправства, обязательным признаком объективной стороны которого является причинение существенного вреда потерпевшим гражданам. Обращает внимание на то, что самовольные действия по незаконному проникновению в жилище охватываются отдельным составом преступления, предусмотренного ст. 139 УК РФ и не могут охватываться признаками диспозиции ст. 330 УК РФ. Указывает, что диспозиция ст. 330 УК РФ предполагает, что существенный вред должен причиняться именно правам и законным интересам потерпевших в рамках предмета спорного правоотношения, и определяться, исходя из количественных и качественных характеристик этого предмета. Считает, что поскольку предметом спорного правоотношения, возникшего между потерпевшими и осуждёнными, являлись деньги, то именно существенность причинения имущественного вреда самовольными действиями ФИО5 образуют причинно-следственную связь необходимую для квалификации действий ФИО5 по статье 330 УК РФ. Полагает, что суд неверно определил, что причинение телесных повреждений является нарушением конституционного права на неприкосновенность личности, поскольку квалифицирующий признак ч. 2 ст. 330 УК РФ уже предполагает причинение телесных повреждений. С читает, что суд первой инстанции неправильно установил наличие в самовольных действиях ФИО5 причинение существенного вреда. Просит приговор отменить, ФИО5 оправдать.

В апелляционной жалобе адвокат Морозов С.Б. в защиту осуждённой ФИО6 находит приговор суда незаконным. Считает, что обвинительный приговор в отношении его подзащитной построен исключительно на показаниях потерпевших, содержащих существенные противоречия, не устранённые в судебном заседании. В частности, указывает на противоречия в показаниях потерпевшей ФИО1 относительно выдвижения к ней со стороны ФИО6 требований о возврате денег 21 марта 2020 года и относительно того, что ФИО6 ограничивала передвижение детей, то есть не давала выйти им из комнаты; а также противоречиям в показаниях потерпевшего ФИО относительно того, видел ли он лично ФИО6 в их второй приезд или нет, слышал ли, как Савина говорила его жене переводить деньги за щенков или об этом ему стало известно со слов жены. Обращает внимание на то, что относительно адресности фразы ФИО6 ФИО высказывает предположение, а не утверждение. Полагает, что суд не дал надлежащей правовой оценки показаниям ФИО6 о её непричастности к совершению преступления. Указывает на то, что суд оставил без внимания то обстоятельство, что через некоторое время после произошедших событий между ФИО и ФИО7 состоялся телефонный разговор, в ходе которого ФИО заявил, что данная ситуация может быть решена за денежную сумму в размере от 500 тысяч до 1 млн. рублей, и ФИО и ФИО7 в суде подтвердили, что данный разговор имел место. Считает, что потерпевшие оговорили ФИО7, чтобы побудить С-ных выплатить им вышеуказанную сумму денег. Отмечает, что первоначально обвинение было предъявлено только ФИО5, а ФИО6 находилась в статусе свидетеля. Указывает на то, что приговор в части первоначального момента выдвижения требований о возврате денег не соответствует фактическим обстоятельствам дела и показаниям потерпевшей ФИО1, согласно которым вошедшие стали наносить ФИО удары, не выдвигая до этого никаких требований о возврате денег, что согласуется с протоколом выемки у ФИО1 и осмотра мобильного телефона. Считает, что действия подсудимой ФИО6 описанные в приговоре не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, не разграничены с действиями других участников событий; квалификация действий подсудимой в связи с этим по ч. 2 ст. 330 УК РФ является неверной. Считает, что факт распределения ролей, предварительный сговор на совершение преступления между ФИО5 ФИО6 и двумя неустановленными лицами не доказан, и вывод суда о том, что каждый из участников совершал конкретные действия для достижения общей преступной цели, понятные другим соучастникам, не соответствует действительности и фактическим обстоятельствам дела. Указывает на то, что в качестве существенного вреда ФИО6 вменяется нарушение закреплённых в ст.ст. 22 и 25 Конституции РФ прав потерпевших на неприкосновенность личности и неприкосновенность жилища, однако ФИО6 ни к кому насилие не применяла и его применением не угрожала, то есть не нарушала право личности на неприкосновенность; право потерпевших на неприкосновенность жилища в данной ситуации не нарушала; материального ущерба никому не причинила, поскольку пистолетом не завладевала, требования о его передаче в счёт компенсации за щенков не выдвигала. Отмечает, что никто из пришедших в дом не знал, что у ФИО есть пистолет; мужчины забрали пистолет у ФИО в целях безопасности, поэтому все действия с пистолетом никак не охватывались и не могли охватываться умыслом ФИО6 Указывает на то, что насилие является квалифицирующим признаком ч. 2 ст. 330 УК РФ, в связи с чем одновременное присутствие данного признака как обязательного признака объективной стороны данного преступления в виде существенного ущерба и квалифицирующего признака для части второй, как с применением насилия или угрозой его применения, исключается. Ссылаясь на принцип презумпции невиновности, просит приговор отменить, вынести в отношении ФИО6 оправдательный приговор в связи с отсутствием в её действиях состава преступления.

В судебном заседании апелляционной инстанции осуждённые ФИО5, ФИО6, адвокаты Морозов С.Б. и Матвеев А.В. поддержали доводы апелляционных жалоб, прокурор Воронцова У.В. просила приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и апелляционного представления, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции находит приговор законным, обоснованным и справедливым.

Вывод суда о виновности ФИО8 в совершённом преступлении подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, анализ которых подробно приведён в приговоре, в частности: показаниями потерпевших ФИО и ФИО1; показаниями несовершеннолетних свидетелей ФИО2 и ФИО3 на предварительном следствии; свидетеля ФИО4; протоколами осмотра места происшествия; протоколами опознания; протоколами очных ставок; заключениями экспертов, заключениями медицинских экспертиз, протоколами осмотра предметов и другими собранными по делу доказательствами, проверенными в судебном заседании.

Показания потерпевших и свидетелей судом обоснованно признаны достоверными и положены в основу обвинительного приговора, поскольку они последовательны и согласуются с другими доказательствами, исследованными в ходе судебного разбирательства.

Каких-либо противоречивых доказательств, которые могли бы существенно повлиять на выводы суда о виновности осуждённых и которым суд не дал бы оценки в приговоре, не имеется. Доказательства, на которых основан приговор, всесторонне, полно и объективно исследованы судом, их анализ и оценка изложены в приговоре.

Все изложенные в приговоре доказательства суд, в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ проверил, сопоставив их между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности признал их достаточными для разрешения уголовного дела по существу, а также указал мотивы, по которым он принимает одни доказательства и отвергает другие.

Проанализировав и оценив доказательства в их совокупности, суд сделал правильный вывод о доказанности вины ФИО8 в самоуправстве, то есть в самовольном, вопреки установленному законом порядку, совершении каких-либо действий, правомерность которых оспаривается гражданином, и такими действиями причинён существенный вред, с применением насилия и угрозой применения насилия, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на достаточной совокупности допустимых и достоверных доказательств, исследованных в судебном заседании и подробно изложенных в приговоре. 

При этом суд обосновал своё критическое отношение к версии защиты об отсутствии у осуждённых умысла на совершение противоправных действий.

Показания потерпевших ФИО и ФИО1 в части изложения основных событий, произошедших 21 марта 2020 года, являются последовательными, каких-либо существенных противоречий не содержат, подтверждаются показаниями свидетелей и исследованными в ходе судебного разбирательства доказательствами, поэтому суд обоснованно признал их достоверными и положил в основу обвинительного приговора.

Основания для оговора потерпевшими и свидетелями осуждённых судом не установлены.

Выводы суда о совместном характере действий осуждённых и лиц, уголовное дело в отношении которых выделено в отдельное производство, их предварительной договорённости на совершение преступления, основаны на совокупности доказательств, которые были тщательно проверены в судебном заседании как каждое в отдельности, так и в совокупности, и сомнений в своей достоверности не вызывают.

Действия осуждённых ФИО8 судом правильно квалифицированы по ч. 2 ст. 330 УК РФ, при этом выводы суда о юридической оценке действий осуждённых, в том числе о причинении ими существенного вреда потерпевшим, с применением насилия и угрозой его применения, вопреки доводам стороны защиты, подробно мотивированы в приговоре. Оснований для оправдания ФИО8, равно как и для применения в отношении ФИО5 закона о менее тяжком преступлении, суд обоснованно не усмотрел.

Наказание осуждённым ФИО8 назначено в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ, с учётом характера и степени общественной опасности содеянного, конкретных обстоятельств преступного деяния, данных о личности, в том числе с учётом установленных по делу смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств.

Все заслуживающие внимания обстоятельства, были учтены при решении вопроса о виде и размере наказания, которое является справедливым, соразмерным содеянному.

Оснований для удовлетворения апелляционных жалоб суд апелляционной инстанции не усматривает.

Руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

постановил:

приговор Щёкинского районного суда Тульской области от 30 декабря 2020 года в отношении ФИО6 и ФИО5 оставить без изменения, а апелляционные жалобы адвокатов – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции в течение 6 месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а осуждёнными, содержащимися под стражей – в тот же срок со дня вручения копии приговора, вступившего в законную силу.

Осуждённые вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий