Судья Киселева Ю.А.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 уголовное 

дело № 22-1132/2025

г. Астрахань

14 августа 2025 г.

Суд апелляционной инстанции Астраханского областного суда в составе: председательствующего судьи Тушновой И.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Дягтяревой Т.В.,

с участием государственного обвинителя - прокурора отдела прокуратуры Астраханской области Ибрагимовой У.К.,

осужденного ФИО1,

защитника в лице адвоката Зулькафиевой В.Н.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Тимофеева Д.В. в интересах осужденного ФИО1 на приговор Ленинского районного суда г. Астрахани от 05 июня 2025 г., которым

ФИО1 ФИО21, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес> 

<

данные изъяты>, ранее не судимый,

осужден по:

- пп. «б», «в» ч. 1 ст. 256 УК Российской Федерации к наказанию в виде обязательных работ на срок 300 часов, 

- ч. 1 ст. 264.1 УК Российской Федерации к наказанию в виде обязательных работ на срок 300 часов, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 6 месяцев; 

на основании ч.2 ст. 69 УК Российской Федерации, по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, окончательно назначено наказание в виде обязательных работ на срок 450 часов, с выполнением их на объектах, определенных органом местного самоуправления по согласованию с исполнительной инспекцией по месту жительства осужденного, с лишением права заниматься деятельностью связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 6 месяцев;

разрешен вопрос относительно меры пресечения, о судьбе вещественных доказательств, гражданский иск заместителя прокурора Ленинского района г. Астрахани о возмещении ущерба, причиненного преступлением, в размере 13720 рублей в доход федерального бюджета, удовлетворен.

Заслушав доклад судьи Тушновой И.Ю. по обстоятельствам дела, содержанию приговора, доводам апелляционной жалобы, выслушав осужденного ФИО1 и его защитника - адвоката Зулькафиеву В.Н., поддержавших доводы апелляционной жалобы, государственного обвинителя Ибрагимову У.К., возражавшую относительно удовлетворения доводов апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Приговором суда ФИО1 признан виновным в незаконной добыче (вылове) водных биологических ресурсов (за исключением водных биологических ресурсов континентального шельфа Российской Федерации и исключительной экономической зоны Российской Федерации), если это деяние совершено с применением других запрещенных орудий и способов массового истребления водных биологических ресурсов, на миграционных путях к местам нереста, а так же - в управлении автомобилем лицом, находящимся в состоянии опьянения, подвергнутым административному наказанию за невыполнение законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Преступления совершены ФИО1 15.09.2024 г. и 28.12.2024 г. в Ленинском и в Кировском районах г.Астрахани при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении преступлений признал, по его ходатайству дело рассмотрено в особом порядке судебного разбирательства, в соответствии с главой 40 УПК Российской Федерации.

В апелляционной жалобе адвокат Тимофеев Д.В. ставит вопрос о необходимости изменения приговора ввиду несправедливости назначенного ФИО1 наказания ввиду его чрезмерной суровости и неверного разрешения вопроса о судьбе вещественных доказательств.

Не оспаривая квалификацию содеянного ФИО1, полагает, что судом при вынесении приговора фактически не учтены : признание вины, заявленное осужденным ходатайство о рассмотрении дела в особом порядке судебного разбирательства, раскаяние в содеянном, удовлетворительная характеристика по месту жительства, наличие на иждивении троих малолетних детей, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств. Кроме того, судом на учтен статус ФИО1 в качестве самозанятого, зарегистрированного в налоговом органе в данном статусе трудовой деятельности, его жизненная необходимость использования собственного транспортного средства как в ходе трудовой деятельности в должности водителя такси, так и для перевозки своих малолетних детей в дошкольные учреждения и на дополнительные занятия в воспитательно-образовательных целях.

Ссылаясь на ч. 1 ст. 6, абз.6 п.1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №58 от 22.12.2015 (в редакции от 18.12.2018г.) «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», считает, что суд не мотивировал причину назначения ФИО1 столь сурового наказания за каждое преступление в виде 300 часов обязательных работ, что составляет в каждом случае 2/3 от максимально предусмотренного санкцией статьи (480 часов).

Кроме того, ссылается на отсутствие в приговоре мотивов принятого решения о необходимости изъятия в доход государства транспортного средства, являющегося единственным источником дохода для семьи ФИО1, которая состоит из неработающей супруги и трех малолетних детей.

Полагает, что при назначении наказания ФИО1 не учтено влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия его жизни.

Считает, что суд необоснованно применил в качестве наказания лишение права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 6 месяцев, что, по мнению подателя жалобы, также не соответствует личности ФИО1 и является чрезмерно суровой мерой.

Не согласен с решением о передаче в собственность государства вещественного доказательства – резиновой лодки с двумя алюминиевыми веслами, поскольку лодка не принадлежала ФИО1, и в материалах дела имеются сведения о ее собственнике – Свидетель №6, который был допрошен в ходе дознания.

Отмечает, что исковые требования, заявленные в порядке ст. 44 УПК Российской Федерации, не были поддержаны государственным обвинителем в прениях сторон, в связи с чем, принятое судом решение об их удовлетворении также не законно.

По приведенным мотивам просит приговор изменить, смягчить ФИО1 наказание, вернуть вещественные доказательства собственникам: автомобиль – ФИО1, лодку с веслами – по принадлежности, в исковых требованиях о возмещении ущерба, причиненного преступлением, в размере 13720 рублей – отказать в полном объеме. 

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Агульжанова А.Р., полагая приговор законным и обоснованным, просит апелляционную жалобу оставить без удовлетворения. 

Изучив материалы дела, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Виновность ФИО1 в совершении преступлений, за которые он осужден, квалификацию действий осужденного стороны не оспаривают. 

Требования ст. 316, 317 УПК Российской Федерации при рассмотрении уголовного дела соблюдены. Юридическая оценка действиям ФИО1 по пп. «б», «в» ч. 1 ст. 256 УК Российской Федерации и по ч. 1 ст. 264.1 УК Российской Федерации судом дана правильно.

Установленные судом в приговоре фактические обстоятельства дела, с которыми согласился осуждённый, заявивший об этом добровольно, после консультаций со своим защитником, не дают оснований для иной квалификации содеянного.

Как видно из материалов дела, органом дознания при производстве предварительного расследования и судом при рассмотрении дела в судебном заседании каких-либо нарушений УПК Российской Федерации, влекущих отмену приговора, допущено не было.

Согласно ч. 2 ст. 389.18 УПК Российской Федерации несправедливым является приговор, по которому было назначено наказание, не соответствующее тяжести преступления, личности осужденного, либо наказание, которое хотя и не выходит за пределы, предусмотренные соответствующей статьей Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации, но по своему виду или размеру является несправедливым как вследствие чрезмерной мягкости, так и вследствие чрезмерной суровости.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, при назначении наказания суд, в соответствии с положениями ст.ст. 6, 60 УК Российской Федерации, учел характер и степень общественной опасности каждого из совершенных преступлений, данные о личности осужденного, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

В качестве смягчающих наказание осужденному ФИО1 обстоятельств судом учтены: полное признание ФИО1 своей вины, наличие на иждивении троих малолетних детей. 

Отягчающих наказание обстоятельств судом верно не установлено.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований к признанию в качестве смягчающих наказание обстоятельств иных, не учтенных судом первой инстанции, поскольку таковых стороной защиты не указано; при этом, по смыслу уголовного закона, признание в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ смягчающими наказание каких-либо фактов, прямо не отнесенных законодателем к смягчающим обстоятельствам, является правом суда, а не его обязанностью.

По тем же основаниям суд апелляционной инстанции не усматривает оснований к признанию в качестве смягчающих наказание обстоятельств и, как следствие, к снижению назначенного осуждённому наказания раскаяние ФИО1 в содеянном, заявленное осужденным ходатайство о рассмотрении дела в особом порядке судебного разбирательства, удовлетворительную характеристику по месту жительства, статус ФИО1 в качестве самозанятого. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката, вид и размер как основного, так и дополнительного наказания, назначенных ФИО1, суд апелляционной инстанции признает соразмерными содеянному и отвечающими требованиям справедливости.

При этом, вывод суда о необходимости назначения ФИО1 основного наказания в виде обязательных работ и о назначении дополнительного наказания по преступлению, предусмотренному ч. 1 ст. 264.1 УК Российской Федерации, в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, с целью исправления осужденного и предотвращения совершения им новых преступлений, судом в достаточной степени мотивирован, является правильным, соответствует разъяснениям, содержащимся в п.12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09.12.2008 N 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения».

Вопреки доводам апелляционной жалобы, назначенное ФИО1 наказание является справедливым. Оснований для применения положений ст.ст. 64, ч.6 ст.15 УК Российской Федерации, суд апелляционной инстанции, соглашаясь с выводами суда первой инстанции, не усматривает.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что суд первой инстанции необоснованно при назначении ФИО1 наказания учел положения ч.5 ст.62 УК Российской Федерации, поскольку указанные положения закона применяются по отношению к размеру наиболее строгого вида наказания, которым, согласно санкциям ч.1 ст.256 и ч.1 ст.264.1 УК Российской Федерации, является лишение свободы, тогда как суд в качестве наказания по каждому из преступлений назначил ФИО1 наказание в виде обязательных работ, в связи с чем, указание суда на положения ч.5 ст.62 УК Российской Федерации подлежит исключению из описательно-мотивировочной части приговора.

Вместе с тем, вносимые в приговор изменения в указанной части не влекут признание назначенного наказания как за каждое из совершенных преступлений, так и по их совокупности, несправедливым, поскольку, вопреки доводам апелляционной жалобы, назначая осуждённому такое наказание, суд руководствовался положениями ст.6,60 УК Российской Федерации, обоснованно учел характер и степень общественной опасности содеянного, мотивы и способ совершения преступлений, обстоятельства дела, влияние назначенного наказания на исправление осуждённого и на условия жизни его семьи.

Кроме того, суд апелляционной инстанции находит неубедительными доводы апелляционной жалобы о необоснованности решения суда в части конфискации автомобиля марки «

<

данные изъяты> а также - решения о передаче в собственность государства вещественного доказательства – резиновой лодки с двумя алюминиевыми веслами, по следующим основаниям.

Так, в силу ст. 104.1 УК Российской Федерации конфискация имущества есть принудительное безвозмездное изъятие и обращение в собственность государства на основании обвинительного приговора имущества, перечисленного в пунктах «а» - «д» этой статьи.

В соответствии с п. «д» названной статьи конфискации подлежит транспортное средство, принадлежащее обвиняемому и использованное им при совершении преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК Российской Федерации.

Согласно положениям п. 1 ч. 3 ст. 81 УПК Российской Федерации орудия, оборудование или иные средства совершения преступления, принадлежащие обвиняемому, подлежат конфискации или передаются в соответствующие учреждения, или уничтожаются.

Исходя из изложенного, конфискация имущества, указанного в ст. 104.1 УК Российской Федерации, по общему правилу является обязательной мерой уголовно-правового характера, и подлежит применению судом в случае, указанном в п. «д» ч. 1 ст. 104.1 УК Российской Федерации, при наличии двух условий: транспортное средство принадлежит обвиняемому, и оно использовалось им при совершении преступления, предусмотренного ст. 264.1, 264.2, или 264.3 УК Российской Федерации.

Согласно п. 3(1) Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2018 № 17 (в редакции от 12.12.2023 года) «О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве» в силу пп. «г» и «д» ч. 1 ст. 104.1 УК Российской Федерации, орудия, оборудование или иные средства совершения преступления, транспортное средство, которое было использовано обвиняемым при совершении преступления, предусмотренного ст. 264.1, 264.2 или 264.3 УК РФ, подлежат конфискации при условии, что они принадлежат обвиняемому. Для целей главы 15.1 УК Российской Федерации принадлежащим обвиняемому следует считать имущество, находящееся в его собственности, а также в общей собственности обвиняемого и других лиц, в том числе в совместной собственности супругов.

Как правильно установлено судом и подтверждается материалами дела, при совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264.1 УК Российской Федерации, ФИО1 использовал автомобиль марки «

<

данные изъяты>, собственником которого он является.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, использование ФИО1 собственного транспортного средства в ходе трудовой деятельности в должности водителя такси и для перевозки своих малолетних детей не препятствует конфискации данного транспортного средства, поскольку положения уголовного закона о конфискации носят императивный характер. Для применения конфискации необходимо наличие совокупности предусмотренных ст. 104.1 УК Российской Федерации условий, которая по настоящему делу установлена. 

Таким образом, выводы суда о конфискации автомобиля марки «

<

данные изъяты> у суда апелляционной инстанции сомнений в их правильности не вызывают, являются обоснованными и мотивированными.

Также, в соответствии с ч. 3 ст. 81 УК Российской Федерации, судом первой инстанции разрешен вопрос о передаче в собственность государства вещественного доказательства – резиновой лодки зеленого цвета с двумя алюминиевыми веслами.

Как следует из материалов уголовного дела, ФИО1 при незаконной добыче водных биологических ресурсов использовал резиновую надувную лодку без бортовых номеров с двумя веслами. Указанные предметы предназначались и непосредственно использовались им для достижения преступного результата, в связи с чем, они признаны и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств.

В соответствии с п.29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 18.10.2012 N 21 (ред. от 15.12.2022) «О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования» орудия, оборудование или иные средства совершения экологического преступления, в том числе, транспортные средства, с помощью которых совершались, например, незаконная охота или незаконная рубка лесных насаждений и (или) иных насаждений, приобщенные к делу в качестве вещественных доказательств, подлежат конфискации на основании пункта «г» части 1 статьи 104.1 УК Российской Федерации.

Исходя из того, что конфискации подлежат только орудия, оборудование или иные средства совершения преступления, принадлежащие обвиняемому (подсудимому), при решении данного вопроса обязательно установление их собственника.

Если в судебном заседании собственник орудия, оборудования или иного средства совершения преступления, предусмотренного главой 26 Уголовного кодекса Российской Федерации, не установлен, то такие орудия, оборудование и средства подлежат передаче в собственность государства (п. 6 ч. 3 ст. 81 УПК Российской Федерации).

Как верно установлено судом первой инстанции, материалы дела не содержат сведений о том, что резиновая лодка с двумя веслами принадлежит ФИО1, как и не содержат сведений о ее принадлежности другому лицу. К таковым не относится и расходная накладная № от 

<

данные изъяты>. ввиду того, что идентифицировать указанный в ней товар, как изъятую в ходе осмотра места происшествия резиновую лодку, равно как и факт принадлежности этого товара ФИО10 либо другому лицу, не представляется возможным.

При этом, вопреки утверждениям защиты, сам по себе факт допроса Свидетель №6 в качестве свидетеля, заявившего о принадлежности ему резиновой лодки, представившего расходную накладную на имя ФИО10, не подтверждает право собственности Свидетель №6 на изъятую у ФИО1 резиновую лодку.

Таким образом, суд первой инстанции верно пришел к выводу о невозможности установления собственника резиновой лодки зеленого цвета с двумя алюминиевыми веслами и, как следствие, о передаче их в собственность государства, при этом, все споры о принадлежности вещественных доказательств подлежат разрешению в порядке гражданского судопроизводства.

Несостоятельными суд апелляционной инстанции признает и доводы адвоката о необоснованности приговора в части удовлетворения гражданского иска заместителя прокурора Ленинского района г. Астрахани о возмещении ущерба, причиненного преступлением, в размере 13720 рублей.

В соответствии со ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению лицом, причинившим вред в полном объеме.

Материалами дела установлено, что в связи с противоправными действиями ФИО1, совершившего преступление, предусмотренное пп. «б», «в» ч.1 ст.256 УК Российской Федерации, государственным рыбным запасам причинен имущественный вред на сумму 13720 рублей. Эти обстоятельства, в силу ст. 45 ГПК РФ предусмотрены, как основание для предъявления иска в защиту интересов Российской Федерации.

Учитывая указанные обстоятельства, а так же положения ст.53 ФЗ от 20.12.2004 г. № 166-ФЗ «О рыболовстве», суд первой инстанции принял правильное решение о взыскании с ФИО1 в доход федерального бюджета суммы 

<

данные изъяты>, составляющей размер ущерба, причиненного преступлением.

Вопреки доводам жалобы, исковые требования, заявленные в порядке ст. 44 УПК Российской Федерации, были поддержаны государственным обвинителем Агульжановой А.Р. в полном объеме, о чем свидетельствует протокол судебного заседания от 05.06.2025г. (том 2 л.д. 106).

Иных оснований для изменения приговора, равно как и для его отмены, не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Ленинского районного суда г. Астрахани от 05 июня 2025 г. в отношении ФИО1 

<

данные изъяты> изменить:

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылку суда на учет положений ч. 5 ст.62 УК Российской Федерации.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Тимофеева Д.В. в интересах осужденного ФИО1 – без удовлетворения. 

Апелляционное постановление вступает в законную силу немедленно и может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, при этом осужденный вправе заявить ходатайство об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий подпись И.Ю. Тушнова