<

данные изъяты>-199/20

П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Солнечногорск 16 сентября 2020 года

Солнечногорский городской суд Московской области в составе:

председательствующего судьи Чепика С.А., 

государственного обвинителя - ст. помощника Солнечногорского городского прокурора Московской области ФИО7,

подсудимого ФИО1,

защитника - адвоката АПКО ФИО8, представившего удостоверение № и ордер №,

при секретаре ФИО9,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении 

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца ФИО2, гражданина РФ, зарегистрированного и проживающего по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес>, с высшим образованием, женатого, не работающего, ранее не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 285 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 совершилзлоупотребление должностными полномочиями, то есть использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, если это деяние совершено из корыстной заинтересованности и повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан, повлекшее тяжкие последствия, то есть совершил преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 285 УК РФ.

Преступление совершено подсудимым при следующих обстоятельствах:

В соответствии с приказом начальника ФГКУ «Специальное управление федеральной противопожарной службы № Министерства РФ по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий» от ДД.ММ.ГГГГ № л/c, ФИО1 назначен на должность начальника Специального отдела № ФГКУ «Специальное управление федеральной противопожарной службы № Министерства РФ по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий» (далее - Специальный отдел № ФГКУ «СУ ФПС № МЧС России»), то есть являлся должностным лицом, выполняющим организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции в федеральном государственном казенном учреждении, которое в соответствии с должностной инструкцией начальника Специального отдела № ФГКУ «СУ ФПС № МЧС России» от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденной начальником СУ ФПС № МЧС России, а также ранее действовавшей должностной инструкцией начальника Специального отдела №ФГКУ «СУ ФПС № МЧС России» от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденной начальником ФГКУ «Специальный отдел № ФГКУ «СУ ФПС № МЧС России», наделено полномочиями, в том числе, по контролю своевременности и полноты предоставления предусмотренных льгот личному составу специального отдела; организации и руководству финансово-хозяйственной деятельности специального отдела; распределению в установленном порядке выделенных финансовых средств и материальных ресурсов. Так, он в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, более точное время следствием не установлено, работая в указанной выше должности, находясь в помещении Специального отдела № СУ ФПС № МЧС России, расположенном по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес>, имея умысел на злоупотребление своими должностными полномочиями из корыстных побуждений, с целью личной наживы и незаконного обогащения, осознавая, что в круг имеющихся у него должностных полномочий входят вопросы распределения финансовых средств и материальных ресурсов возглавляемого им учреждения, в том числе способствование получения сотрудниками учреждения материальной помощи, предусмотренной приказом Министерства РФ по деламгражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении Порядка обеспечения денежным довольствием сотрудников федеральной противопожарной службы Государственной противопожарной службы», используя свое служебное положение вопреки интересам службы и заведомо зная, что подчиненные ему сотрудники в связи с опасением за свое служебное положение не могут отказаться от выполнения его (ФИО1) требований, умышленно организовал систематическое получение ими денежных выплат, предусмотренных вышеуказанным приказом, а именно денежных средств в виде материальной помощи на последующее лечение, при этом действуя из корыстных побуждений, с целью последующего завладения частью подлежащих выплате сотрудникам учреждения денежных средств, он (ФИО1) выдвинул ряду сотрудников, в частности ФИО14, ФИО15, а также еще четырем сотрудникам, данные о личностях которых засекречены, условно обозначенным, как ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, требования о передаче ему большей части положенных указанным лицам выплат, от чего данные сотрудники не имели возможности отказаться, поскольку находились в непосредственном подчинении ФИО4 по службе и опасались за свое служебное положение в случае отказа от выполнения данных требований.В результате указанных противоправных действий и требований ФИО1, в указанный выше период времени, сотрудники Специального отдела № ФГКУ «СУ ФПС № МЧС России» ФИО14, ФИО15, а также еще четверо сотрудников, данные о личностях которых засекречены, условно обозначенных, как ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, регулярно писали рапорта на выплату им материальной помощи на последующее лечение, а затем, в соответствии издаваемыми ФИО1 приказами, получали выплаты в различных суммах от 43 500 рублей до 87 000 рублей, часть из которых ФИО1 забирал себе и распоряжался ими по своему усмотрению.Таким образом, в вышеуказанный период времени, находясь по месту своей службы в вышеуказанном месте, ФИО1, используя свое должностное положение вопреки интересам службы, руководствуясь корыстными побуждениями, получил от подчиненных ему сотрудников денежные средства в сумме не менее 1 429 100 рублей, в частности от ФИО14 не менее 250 000 рублей, ФИО15 не менее 210 000 рублей, ФИО13(данные о личности которого засекречены) не менее 195 750 рублей, ФИО10 (данные о личности которого засекречены) не менее 240 000 рублей, ФИО12 (данные о личности которого засекречены) не менее 303 350 рублей, ФИО11 (данные о личности которого засекречены) не менее 230 000 рублей.Своими вышеуказанными противоправными действиями ФИО1 причинил ФИО14, ФИО15, а также сотрудникам, данные о личностях которых засекречены, условно обозначенным, как ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13 значительный материальный ущерб, существенно нарушив их права и законные интересы, то есть вышеуказанные его противоправные действия повлекли тяжкие последствия. 

В судебном заседанииФИО1 свою вину в совершении инкриминируемого ему преступления признал полностью, в содеянном раскаялся, пояснил, что преступление совершено им в соответствии с изложенными в предъявленном обвинении обстоятельствами, полностью подтверждает показания потерпевших и свидетелей по делу, а также обстоятельства и доказательства, изложенные в обвинительном заключении.

Вина подсудимогоФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления,подтверждается следующими доказательствами:

- показаниями потерпевшего ФИО14, данными на предварительном следствии и оглашенными в судебном заседании с согласия сторон, из которых следует, что с 2007 года по сентябрь 2018 года он работал в Специальном отделе № ФГКУ «СУ ФПС № МЧС России» в должности респираторщика. В его должностные обязанности входило обеспечение пожарной безопасности и тушение пожаров на охраняемой территории. У него имелся доступ к сведениям, составляющим государственную тайну 2 степени. Специальный отдел № ФГКУ «СУ ФПС № МЧС России» располагается по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес>.За период службы он неоднократно проходил диспансеризацию. Диспансеризация проводилась в Поликлинике № ГУВД 

<

адрес>. По итогам прохождения диспансеризации (медицинского обследования) он был признан соответствующим по состоянию здоровья требованиям, предъявляемым к сотрудникам МЧС России. Отметки о прохождении диспансеризации были проставлены в его рапортах на отпуск. Начальником Специального отдела № ФГКУ «СУ ФПС № МЧС России» является ФИО1 В 2016 году он вызвал его (ФИО14) к себе в кабинет и пояснил, что он (ФИО14) может написать рапорт на выплату материальной помощи, при этом пояснил, что ему (ФИО14) не обязательно для получения денежных средств фактически болеть или иметь необходимость в получении денежных средств на лечение, поскольку формулировка рапорта стандартная: «Прошу Вас предоставить мне материальную помощь на последующее лечение». То есть, к рапорту не нужно было прикладывать никаких документов, подтверждающих факт болезни и необходимости производства затрат на лечение. Не нужно было также и в самом рапорте обосновывать необходимость получения денежных средств, так как формулировка рапорта всегда была одинаковая, установлена вышестоящей организацией. Он (ФИО14) согласился писать рапорты на получение материальной помощи, но при этом фактически не болел. Рапорты он (ФИО14) писал несколько раз за период с июля 2016 года по декабрь 2017 года. Каждый раз перед тем, как должна была прийти материальная помощь, его (ФИО14) вызывал к себе ФИО1 и пояснял, что скоро должна прийти материальная помощь, поэтому он (ФИО14) писал рапорт на ее получение. Также ФИО1 пояснял ему (ФИО14), что материальная помощь придет в размере «немного больше положенного», и что излишки полученной материальной помощи он (ФИО14) должен будет передать наличными ему (ФИО4). Материальная помощь приходила, как правило, вместе с заработной платой, а иногда в другое время, зачислялась на банковскую карту. Он (ФИО14) обналичивал денежные средства, составляющие материальную помощь (сумма озвучивалась заранее ФИО1). Как правило на следующий день после зачисления материальной помощи к нему (ФИО14) подходил ФИО1 и говорил, какую сумму из полученной материальной помощи ему (ФИО14) необходимо будет ему передать. После этого он (ФИО14) заходил в кабинет к ФИО4, он спрашивал его (ФИО14), принес ли он (ФИО14) деньги, он (ФИО14) давал утвердительный ответ, тогда он жестом показывал рукой на свой стол и он (ФИО14) складывал ему на стол сумму, которую он до этого просил ему вернуть.Суммы, передаваемые им (ФИО14) ФИО1, были разные и зависели от той суммы, которая зачислялась на его (ФИО14) счет в виде материальной помощи. То есть, если ему (ФИО14) приходила материальная помощь в размере 100 000 рублей, он (ФИО14) передавал ФИО1 по указанию того примерно 60 000 рублей из них, а если приходила в размере 50 000 рублей, он (ФИО14) передавал ему примерно 35 000 рублей. Точную сумму денежных средств, которые он (ФИО14) передавал ФИО1, он (ФИО14) не помнит, так как прошло много времени. Денежные средства он (ФИО14) передавал ФИО1 не в конверте, он никогда не пересчитывал полученные от него (ФИО14) денежные средства при нем (ФИО14).Всего он (ФИО14) писал рапорты на материальную помощь несколько раз: в июле, августе, декабре 2016 года и в декабре 2017 года. В июле 2016 года он (ФИО14) получил 100 000 рублей, в августе 2016 - 100 000 рублей, в ноябре 2017 года 100 000 рублей, в декабре 2016 года 50 000 рублей, в декабре 2017 года 50 000 рублей. Итого за указанный период он (ФИО14) получил материальную помощь в размере 400 000 рублей. Те суммы, которые оставались у него (ФИО14) после передачи большей части ФИО1, он (ФИО14) тратил на личные нужды. ФИО1 не каждый месяц предлагал ему (ФИО14) писать рапорты, а только несколько раз (периоды указаны выше). Остальные сотрудники отдела, как ему (ФИО14) кажется, также получали по предложению ФИО1 денежные средства, однако, он (ФИО14) не может сказать, в каком размере и с какой периодичностью, эти вопросы в коллективе не обсуждались. Учитывая, что он (ФИО14) на тот момент находился в подчинении ФИО1, он (ФИО14) никогда не отказывал ему в требовании передать ему большую часть полученных им (ФИО14) денег, поскольку боялся, что у него (ФИО14) из-за этого могут возникнуть проблемы на работе (Т. 1 л.д. 163-165, 177-178);

- показаниями потерпевшегоФИО15,данными на предварительном следствии и оглашенными в судебном заседании с согласия сторон, из которых следует, что он с 1993 года по декабрь 2016 года работал в Специальном отделе № ФГКУ «СУ ФПС № МЧС России» в должности водителя пожарного автомобиля. Имел допуск к государственной тайне по 2 форме.За период службы он неоднократно проходил диспансеризацию. Диспансеризация проводилась в Поликлинике № ГУВД 

<

адрес>. По итогам прохождения диспансеризации (медицинского обследования) он был признан соответствующим по состоянию здоровья требованиям, предъявляемым к сотрудникам МЧС России. Отметки о прохождении диспансеризации были проставлены в его рапортах на отпуск.Начальником Специального отдела № ФГКУ «СУ ФПС № МЧС России» является ФИО1 В 2016 году он вызвал его (ФИО15) к себе и пояснил, что он (ФИО15) может написать рапорт на выплату материальной помощи, при этом пояснил, что ему (ФИО15) не обязательно для получения денежных средств фактически болеть или иметь необходимость в получении денежных средств на лечение, поскольку формулировка рапорта стандартная: «Прошу Вас предоставить мне материальную помощь на последующее лечение». То есть, к рапорту не нужно было прикладывать никаких документов, подтверждающих факт болезни и необходимости производства затрат на лечение. Не нужно было также и в самом рапорте обосновывать необходимость получения денежных средств, так как формулировка рапорта всегда была одинаковая, установлена вышестоящей организацией. Он (ФИО15) согласился писать рапорты на получение материальной помощи, но при этом фактически он (ФИО15) не болел. Рапорты он (ФИО15) писал несколько раз - в июне, июле и августе 2016 года. В июне 2016, июле 2016, августе 2016 года он (ФИО15) получил материальную помощь 3 раза, всего сумма выплаченной мне материальной помощи составила 300 000 рублей.Каждый раз перед тем, как должна была прийти материальная помощь, его (ФИО15) вызывал к себе ФИО1 и пояснял, что скоро должна прийти материальная помощь, поэтому он (ФИО15) писал рапорт на ее получение, то есть, инициатива всегда исходила от ФИО1 Также ФИО1 пояснял ему (ФИО15), что материальная помощь придет в размере «немного больше положенного», и что излишки полученной материальной помощи ему (ФИО15) необходимо будет передать наличными ему (ФИО4), говорил: «получишь 100000 рублей, отдашь 70000 рублей». Материальная помощь приходила, как правило, вместе с заработной платой, а иногда в другое время, зачислялась на банковскую карту. Он (ФИО15) обналичивал денежные средства, составляющие материальную помощь (сумма озвучивалась заранее ФИО1). Как правило, на следующий день после зачисления материальной помощи он (ФИО15), действуя согласно ранее данному ему указанию ФИО1, передавал ему наличными денежными средствами 70 000 рублей в его рабочем кабинете. Деньги он приносил без конверта. После того, как он заходил в его кабинет, ФИО1 уточнял, принес ли он деньги. Получив от него утвердительный ответ, он показывал рукой на свой рабочий стол. Исходя из данного жеста, он складывал принесенные с собой денежные средства в размере 70 000 рублей на стол его рабочего кабинета, расположенного в здании Специального отдела № СУ ФПС № МЧС России (Московская область, г. Солнечногорск-30). Деньги ФИО1 не пересчитывал. После этого он (ФИО15) выходил из его рабочего кабинета. ФИО1 не каждый месяц предлагал ему (ФИО15) писать рапорты, а только несколько раз (периоды указаны выше). Остальные сотрудники отдела, как ему кажется, также получали по предложению ФИО1 денежные средства, однако, он не может сказать, в каком размере и с какой периодичностью, эти вопросы в коллективе не обсуждались. Основную часть денежных средств, полученных имв виде материальной помощи, он потратил на лекарства, так как болеет сахарным диабетом. Учитывая, что он на тот момент находился в подчинении ФИО1, он никогда не отказывал ему в требовании передать ему большую часть полученных денег, поскольку боялся, что из-за этого могут возникнуть проблемы на работе (Т. 1 л.д. 181-188);

-показаниями потерпевшего под псевдонимом ФИО10,данными на предварительном следствии и оглашенными в судебном заседании с согласия сторон, из которых следует, что он работает в Специальном отделе № ФГКУ «СУ ФПС № МЧС России». Начальником Специального отдела № ФГКУ «СУ ФПС № МЧС России» является ФИО1 В 2016 году ФИО1 вызвал его к себе в кабинет и пояснил, что он может написать рапорт на выплату материальной помощи, при этом пояснил, что ему не обязательно для получения денежных средств фактически болеть или иметь необходимость в получении денежных средств на лечение, поскольку формулировка рапорта стандартная: «Прошу Вас предоставить мне материальную помощь на последующее лечение». То есть, к рапорту не нужно было прикладывать никаких документов, подтверждающих факт болезни и необходимости производства затрат на лечение. Не нужно было также и в самом рапорте обосновывать необходимость получения денежных средств, так как формулировка рапорта всегда была одинаковая, установлена вышестоящей организацией. Он согласился писать рапорты на получение материальной помощи, но при этом фактически не болел. Рапорты он писал несколько раз, более 5 раз за период с 2016 по 2017 год, при этом точный период времени вспомнить не может по прошествии длительного времени. Каждый раз перед тем, как должна была прийти материальная помощь, его вызывал к себе ФИО1 и пояснял, что скоро должна прийти материальная помощь, поэтому он писал рапорт на ее получение. Также ФИО1 пояснял ему, что часть от полученной в качестве материальной помощи суммы он должен будет оставить себе, а часть отдать ему «для передачи в управление», то есть, как он понял, эту часть суммы ФИО1 собирался передать в вышестоящую организацию. Передавал ли полученные деньги ФИО1 в управление или нет, ему не известно. Ту сумму, которую он должен был передать ФИО4, он передавал ему наличными всегда, то есть, сумму он обозначал точную и говорил, сколько он (ФИО10) из этих денег должен будет отдать ему. Материальная помощь приходила вместе с зарплатой и составляла отдельно от нее 100 000 рублей как правило, и 2 раза по 50 000 рублей. ФИО1 обозначал ему (ФИО10) сумму в зависимости от размера материальной помощи, то есть, если он получал 100 000 рублей, то должен был отдать 60 000 или 70 000 рублей, а если получал 50 000 рублей, должен был передать 30 000 рублей. Точную сумму денежных средств, которые он передавал ФИО1, не помнит, так как прошло много времени. Он обналичивал названную ФИО1 сумму, и в день получения денег либо в ближайшее время, когда получалось обналичить, он заходил к нему в кабинет с наличными денежными средствами в той сумме, которую он предварительно обозначал, он спрашивал, принес ли он деньги, он (ФИО10) говорил, что принес и складывал ему на стол денежные средства, после чего уходил.Всего он (ФИО10) писал рапорты на материальную помощь несколько раз, однако, не помнит, когда точно, ФИО1 сам обозначал время, когда он должен написать рапорт, иногда писал каждый месяц, иногда раз в несколько месяцев.Те суммы, которые оставались у него после передачи большей части ФИО1, он тратил на личные нужды - у него болеет ребенок и нужны были деньги на покупку для него лекарств. Поскольку он находился в непосредственном подчинении ФИО1, в состоянии служебной зависимости от него, он вынужден был отдавать ему часть от суммы, получаемой им в качестве материальной помощи по его требованию (Т. 1 л.д. 189-200);

-показаниями потерпевшего под псевдонимом ФИО11,данными на предварительном следствии и оглашенными в судебном заседании с согласия сторон, из которых следует, что он работает в Специальном отделе № ФГКУ «СУ ФПС № МЧС России». Начальником Специального отдела № ФГКУ «СУ ФПС № МЧС России» является ФИО1 В 2016 году ФИО1 вызвал его к себе в кабинет и пояснил, что он может написать рапорт на выплату материальной помощи, при этом пояснил, что ему не обязательно для получения денежных средств фактически болеть или иметь необходимость в получении денежных средств на лечение, поскольку формулировка рапорта стандартная: «Прошу Вас предоставить мне материальную помощь на последующее лечение». То есть, к рапорту не нужно было прикладывать никаких документов, подтверждающих факт болезни и необходимости производства затрат на лечение. Не нужно было также и в самом рапорте обосновывать необходимость получения денежных средств, так как формулировка рапорта всегда была одинаковая, установлена вышестоящей организацией. Он согласился писать рапорта на получение материальной помощи, но при этом фактически он не болел. Рапорта он писал, примерно, раз 10 за период с 2016 по 2017 год, при этом точный период времени он вспомнить уже не может по прошествии длительного времени. Каждый раз перед тем, как должна была прийти материальная помощь, его вызывал к себе ФИО1 и пояснял, что скоро должна прийти материальная помощь, поэтому он писал рапорт на ее получение. Также ФИО1 пояснял, что часть от полученной в качестве материальной помощи суммы он должен будет оставить себе, а часть отдать ему. При этом ФИО1 не пояснял, для каких целей ему нужно передавать часть денежных средств от полученной им материальной помощи, предназначенной для моего лечения.Ту сумму, которую он должен был передать ФИО4, он передавал ему наличными всегда, то есть, сумму он обозначал точную и говорил, сколько он из этих денег должен будет отдать ему. Материальная помощь приходила вместе с зарплатой и составляла отдельно от нее 50 000 рублей, то есть, ее размер всегда был одинаков. ФИО1 обозначал каждый раз разную сумму, которую он должен был ему передать, иногда он отдавал ему 32 000 рублей, иногда 20 0000 рублей, иногда 30 000 рублей. Таким образом, он в основном передавал ему половину от полученной суммы. Точную сумму денежных средств, которые он передавал ФИО4, он не помнит.ФИО11 обналичивал названную ФИО1 сумму, и в день получения денег либо в ближайшее время, когда получалось обналичить, ФИО3 заходил к нему в кабинет с наличными денежными средствами в той сумме, которую он предварительно обозначал, ФИО1 спрашивал его, принес ли он деньги, ФИО11 говорил, что принес и складывал ему на стол денежные средства, после чего уходил. Так как он (ФИО11) при каждом получении денежных средств отдавал ему часть, со временем он, заходя к нему в кабинет, просто вытаскивал из кармана деньги и складывал ему на стол, он кивал ему головой и ФИО11 уходил.Всего он писал рапорты на материальную помощь несколько раз, ФИО1 сам обозначал время, когда он (ФИО11) должен написать рапорт, иногда писал каждый месяц, иногда раз в несколько месяцев.Те суммы, которые оставались у него (ФИО11) после передачи большей части ФИО4, он тратил на личные нужды, при этом фактически он не болел. В конце июля 2019 года ФИО1 собрал у себя в кабинете офицерский состав Специального отдела № ФГКУ «СУ ФПС № МЧС России» и провел с ними беседу о том, что в скором времени возможен его арест в связи с тем, что он организовал массовое написание рапортов на получение материальной помощи на последующее лечение и при этом забирал от подчиненных часть полученных денежных средств. В связи с этим он сказал, чтобы в случае, если них будут допрашивать, они должны будут подтвердить факт получения денежных средств в качестве материальной помощи на последующее лечение, но отрицать, что они передавали ФИО4 часть от этих денежных средств. Также он дал команду довести эту информацию до подчиненных, что и было им сделано (Т. 1 л.д. 201-212);

- показаниями потерпевшего под псевдонимом ФИО12,данными на предварительном следствии и оглашенными в судебном заседании с согласия сторон, из которых следует, что за период службы он (ФИО12) неоднократно проходил диспансеризацию в Поликлинике № ГУВД 

<

адрес>. По итогам прохождения диспансеризации (медицинского обследования) он (ФИО12) был признан соответствующим по состоянию здоровья требованиям, предъявляемым к сотрудникам МЧС России. Отметки о прохождении диспансеризации были проставлены в рапортах на отпуск. В 2016 году ФИО1 вызвал его к себе в кабинет и пояснил, что он (ФИО12) может написать рапорт на выплату материальной помощи, при этом пояснил, что ему (ФИО12) не обязательно для получения денежных средств фактически болеть или иметь необходимость в получении денежных средств на лечение, поскольку формулировка рапорта стандартная: «Прошу Вас предоставить мне материальную помощь на последующее лечение». То есть к рапорту не нужно было прикладывать никаких документов, подтверждающих факт болезни и необходимости производства затрат на лечение. Не нужно было также и в самом рапорте обосновывать необходимость получения денежных средств, так как формулировка рапорта всегда была одинаковая, установлена вышестоящей организацией. Он (ФИО12) согласился писать рапорты на получение материальной помощи, но при этом фактически не болел. Рапорты он (ФИО12) писал несколько раз за период с 2016 по 2017 год, при этом точный период времени он (ФИО12) вспомнить уже не может по прошествии длительного времени. Каждый раз перед тем, как должна была прийти материальная помощь, его (ФИО12) вызывал к себе ФИО1 и пояснял, что скоро должна прийти материальная помощь, поэтому он (ФИО12) писал рапорт на ее получение. Также ФИО1 пояснял ему (ФИО12), что материальная помощь придет в размере большем, чем ему (ФИО12) положено получить, и что излишки полученной материальной помощи он (ФИО12) должен будет передать наличными ему, то есть, сумму он обозначал точную и говорил, сколько он (ФИО12) из этих денег должен будет отдать ему. Суммы каждый раз были разные, однако, по его (ФИО12) подсчетам, каждый раз на руках оставалось 30% от суммы полученной им (ФИО12) материальной помощи на дальнейшее лечение (после передачи названной ФИО1 суммы ему). Материальная помощь приходила, как правило, вместе с заработной платой, а иногда в другое время, зачислялась на банковскую карту. Он (ФИО12) обналичивал названную ФИО1 сумму, и в день получения денег либо в ближайшее время, когда получалось обналичить, он (ФИО12) заходил к нему в кабинет с наличными денежными средствами в той сумме, которую он предварительно обозначал и передавал ему лично в руки денежные средства, после чего уходил.В основном материальная помощь приходила ему (ФИО12) в сумме от 30 000 рублей от 50 000 рублей (30% ФИО12 оставлял себе), несколько раз он (ФИО12) получал материальную помощь в сумме 80 000 рублей (тогда 50 тысяч рублей отдавал ФИО4, 30 тысяч оставлял себе). Точную сумму денежных средств, которые он (ФИО12) передавал ФИО1, не помнит, так как прошло много времени (Т. 1 л.д. 213-224);

- показаниями потерпевшегопод псевдонимом ФИО13,данными на предварительном следствии и оглашенными в судебном заседании с согласия сторон, из которых следует, что за период службы он (ФИО13) неоднократно проходил диспансеризацию в Поликлинике № ГУВД 

<

адрес>. По итогам прохождения диспансеризации (медицинского обследования) он (ФИО13) был признан соответствующим по состоянию здоровья требованиям, предъявляемым к сотрудникам МЧС России. Отметки о прохождении диспансеризации были проставлены в его (ФИО13) рапортах на отпуск. В 2016 году (точное время не помнит) ФИО1 вызвал его к себе в кабинет и пояснил, что он (ФИО13) может написать рапорт на выплату материальной помощи, при этом пояснил, что ему не обязательно для получения денежных средств фактически болеть или иметь необходимость в получении денежных средств на лечение, поскольку формулировка рапорта стандартная: «Прошу Вас предоставить мне материальную помощь на последующее лечение». То есть, к рапорту не нужно было прикладывать никаких документов, подтверждающих факт болезни и необходимости производства затрат на лечение. Не нужно было также и в самом рапорте обосновывать необходимость получения денежных средств, так как формулировка рапорта всегда была одинаковая, установлена вышестоящей организацией. Он (ФИО13) согласился писать рапорты на получение материальной помощи, но при этом фактически он не болел. Рапорты он писал 5 раз за период с 2016 по 2017 год, при этом точный период времени он вспомнить уже не может.Каждый раз перед тем, как должна была прийти материальная помощь, его (ФИО13) вызывал к себе ФИО1 и пояснял, что скоро должна прийти материальная помощь, поэтому он (ФИО13) писал рапорт на ее получение. Также ФИО1 пояснял ему (ФИО13), что полученной материальной помощью он (ФИО13) должен будет с ним поделиться. Он говорил ему (ФИО13), что нужно будет отдать определенную сумму от полученной материальной помощи (сколько именно он говорил ему передавать, не помнит, так как прошло много времени, но передать ему он должен был примерно половину от суммы, полученной в качестве материальной помощи на последующее лечение). Деньги он (ФИО13) должен будет передать ему наличными.Он (ФИО13) обналичивал названную ФИО1 сумму, и в ближайшее время, когда получалось обналичить, он (ФИО13) заходил к нему в кабинет с наличными денежными средствами в той сумме, которую он предварительно обозначал и складывал ему на стол денежные средства.Материальная помощь на последующее лечение приходила ему (ФИО13) 5 раз, 4 раза он (ФИО13) получил ее в размере 100 000 рублей и 1 раз в размере 50 000 рублей. Примерно половину от этой суммы он передавал ФИО4, то есть если он (ФИО13) получал материальную помощь в размере 100 000 рублей, отдавал впоследствии ФИО4 50 000 рублей, а если получал 50 000 рублей, отдавал ему 25 000 рублей. ФИО1 сам обозначал время, когда он (ФИО13) должен написать рапорт, иногда писал каждый месяц, иногда раз в несколько месяцев (Т. 1 л.д. 225-235);

- протоколом очной ставки между ФИО14 и ФИО1, согласно которому ФИО14 подтвердил ранее данные показания (Т. 1 л.д. 236-237);

- показаниями свидетеля ФИО17, данными на предварительном следствии и оглашенными в судебном заседании с согласия сторон, из которых следует, что незадолго до июня 2016 года на счет специального отдела поступили денежные средства по статье расходов «денежное довольствие». В соответствии с приказом Министерства РФ по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении Порядка обеспечения денежным довольствием сотрудников федеральной противопожарной службы Государственной противопожарной службы» сотрудники могли получать материальную помощь на последующее лечение. При этом предоставление отчетных документов, подтверждающих запланированное лечение, рекомендации и назначения врачей, приказом предусмотрены не были. Она обратилась к ФИО4 с информацией о том, что сотрудники могут получить подобную помощь. Далее руководством отдела до сотрудников была доведена данная информация.Все, что требовалось для получения материальной помощи это соответствующий рапорт на имя начальника отдела, то есть на ФИО1 Рапорта сдавались сотрудниками в отдел кадров. Далее на основании приказа специального отдела о комиссии по социальным выплатам, создавалась комиссия, на которой рассматривается каждый рапорт индивидуально. В состав комиссии входили заместитель начальника отдела, она, сотрудник отдела кадров. Сам сотрудник, подавший рапорт, не присутствовал на заседании комиссии. При наличии денежных средств на счету рапорт удовлетворялся, составлялся протокол комиссии, на основании которого издавался приказ специального отдела о выплате материальной помощи за подписью ФИО1, который также знакомился с рапортом сотрудника под роспись.При наличии дополнительного финансирования до сотрудников вновь доводилась соответствующая информация о возможности получения материальной помощи на лечение. В 2015 году в приказ МЧС России были внесены изменения, которые не требовали подтверждение запланированного лечения, в том числе не требовались рекомендации врачей.В связи с чем, денежные средства на последующее лечение начислялись обоснованно, в соответствии с действующим приказом. Нарушений не допускалось (Т. 3 л.д. 32-34);

- заключением эксперта №э от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому денежные средства перечислены в качестве материальной помощи на последующее лечение в период с июня 2016 по декабрь 2017 сотрудникам Специального отдела № ФГКУ «СУ ФПС № МЧС России» в размере 29 382 632,37 рублей. В том числе ФИО14 в июле и августе 2016 по 87 000 рублей, в ноябре 2016 – 87 000 рублей, в декабре 2016 и декабре 2017 по 43 500 рублей. В том числе ФИО15 в июне, июле и августе 2016 по 87 000 рублей (Т. 1 л.д. 245-254);

- протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому непосредственным объектом осмотра является здание, в котором располагается Специальный отдел № ФГКУ «СУ ФПС № МЧС России», по адресу: Московская область, г. Солнечногорск-30, 

<

адрес>. Здание располагается на территории закрытой воинской части №. Само здание по всему периметру огорожено забором из сетки-рабицы. В заборе имеются въездные ворота. Здание снабжено одним входом. Здание трехэтажное, охраняется силами сотрудников отдела. Кабинет начальника Специального отдела № располагается на втором этаже здания, кабинет № (Т. 2 л.д. 130-135);

- протоколом осмотра предметов, согласно которомуосмотрены тетради «Дело № том №, содержащая «личные карточки денежного довольствия сотрудников Специального отдела № ФГКУ Специальное управление ФПС № МЧС России. Начато ДД.ММ.ГГГГ, окончено ДД.ММ.ГГГГ, количество листов 65», «Дело № том №, содержащая «личные карточки денежного довольствия сотрудников Специального отдела № ФГКУ Специальное управление ФПС № МЧС России. ДД.ММ.ГГГГ- ДД.ММ.ГГГГ, количество листов 65», «Дело № том №, содержащая «текущие документы по финансовым вопросам (ведомости, первичные документы, акты списания, документы финансирования, компенсационных выплат, доверенности, платежные поручения) Специального отдела № ФГКУ Специальное управлениеФПС № МЧС России. ДД.ММ.ГГГГ- ДД.ММ.ГГГГ, количество листов 342», «Дело № том №, содержащая «Приказы Специального отдела № ФГКУ Специальное управление ФПС № МЧС России. ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, количество листов 247», «Дело № том №, содержащая «Приказы Специального отдела № ФГКУ Специальное управление ФПС № МЧС России. ДД.ММ.ГГГГ- ДД.ММ.ГГГГ, количество листов 248», «Дело № том №, содержащая «текущие документы пофинансовым вопросам (ведомости, первичные документы, акты списания, документы финансирования, компенсационных выплат, доверенности, платежные поручения) Специального отдела № ФГКУ Специальное управление ФПС № МЧС России. ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ, количество листов 286», «Дело № том №, содержащая «текущие документы по финансовым вопросам (ведомости, первичные документы, акты списания, документы финансирования, компенсационных выплат, доверенности, платежные поручения) Специального отдела № ФГКУ Специальное управление ФПС № МЧСРоссии. ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ, количество листов 275», «Дело № том №, содержащая «текущие документы по финансовым вопросам (ведомости, первичные документы, акты списания, документы финансирования, компенсационных выплат, доверенности, платежные поручения) Специального отдела № ФГКУ Специальное управление ФПС № МЧС России. ДД.ММ.ГГГГ – ДД.ММ.ГГГГ, количество листов 294», «Дело № том №, содержащая «текущие документы по финансовым вопросам (ведомости, первичные документы, акты списания, документы финансирования, компенсационных выплат, доверенности, платежные поручения) Специального отдела № ФГКУ Специальное управление ФПС № МЧС России. ДД.ММ.ГГГГ – ДД.ММ.ГГГГ, количество листов 342», «Дело № том №, содержащая «текущие документы по финансовым вопросам (ведомости, первичные документы, акты списания, документы финансирования, компенсационных выплат, доверенности, платежные поручения) Специального отдела № ФГКУ Специальное управление ФПС № МЧС России. ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ, количество листов 405», «Дело № том №, содержащая «текущие документы по финансовым вопросам (ведомости, первичные документы, акты списания, документы финансирования, компенсационных выплат, доверенности, платежные поручения) Специального отдела № ФГКУ Специальное управление ФПС № МЧС России. ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, количество листов 269», «Дело № том №, содержащая «текущие документы по финансовым вопросам (ведомости, первичные документы, акты списания, документы финансирования, компенсационных выплат, доверенности, платежные поручения) Специального отдела № ФГКУ Специальное управление ФПС № МЧС России. ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ, количество листов 221», «Дело № том №, содержащая «Приказы Специального отдела № ФГКУ Специальное управление ФПС № МЧС России. ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, количество листов 247», копия архивного дела ФИО1 №-ДД.ММ.ГГГГ на 104 л., содержащее характеристики, заявления, приказы, касающиеся службы с 1982 года ФИО1, копия архивного дела ФИО1 №-ДД.ММ.ГГГГ на 5 л. Содержатся положительные служебные характеристики на ФИО1, копия архивного дела ФИО1 №-ДД.ММ.ГГГГ на 7 л. Содержится выписка из приказа от ДД.ММ.ГГГГ № л/с «По личному составу. О приеме работника на работу. В соответствии с приказом ФИО1 принят на работу в должности начальника Специального отдела № ФГКУ Специальное управление ФПС № МЧС России, утвержденный начальником Специального управления федеральной противопожарной службы № Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий подполковником внутренней службы ФИО18Также содержатся иные приказы в отношении ФИО1 Копия архивного дела ФИО1 №-ДД.ММ.ГГГГ на 44 л. Содержатся должностная инструкция начальника Специального отдела № ФГКУ «СУ ФПС № МЧС России» от ДД.ММ.ГГГГ, копия архивного дела ФИО1 №-ДД.ММ.ГГГГ на 15 л. Содержит справки о доходах ФИО1 за 2016-2018 (Т. 2 л.д. 137-172).

В судебном заседанииФИО1 свою вину в совершении инкриминируемого ему преступления признал полностью, в содеянном раскаялся, пояснил, что преступление совершено им в соответствии с изложенными в предъявленном обвинении обстоятельствами, полностью подтверждает показания потерпевших и свидетелей по делу, а также обстоятельства и доказательства, изложенные в обвинительном заключении, при этом пояснил, что премии распределял среди всех сотрудников, аполученные денежные средства от своих подчиненных тратил на личные нужды, сожалеет о случившемся, готов возмещать причиненный ущерб.

Оценивая вышеуказанные доказательства в их совокупности с точки зрения их допустимости, относимости и достоверности, суд приходит к выводу, что показания потерпевших и свидетелей последовательны, непротиворечивы и полностью подтверждаются материалами уголовного дела, полученными в соответствии с требованиями УПК РФ. Указанные лица подробно и логично излагают события произошедшего, их показания согласуются между собой и с другими исследованными по уголовному делу доказательствами. При этом суд не усматривает оснований не доверять показаниям вышеуказанных потерпевших и свидетелей, так как они не имеют оснований для оговора подсудимого.

Принимая во внимание вышеизложенное, суд считает, что представленными стороной обвинения доказательствами полностью подтверждена вина ФИО1 в совершении злоупотребления должностными полномочиями, то есть использовании должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, если это деяние совершено из корыстной заинтересованности и повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан, повлекшее тяжкие последствия,доказан умышленный и осознанный характер преступных действий подсудимого, так как по делу в ходе предварительного и судебного следствия установлено, когда и при каких обстоятельствах подсудимый совершил преступление, вина подсудимого подтверждается совокупностью представленных доказательств, суд квалифицирует действия ФИО1 по ч. 3 ст. 285 УК РФ.

При назначении вида и меры наказания суд учитывает: характер и степень общественной опасности совершенного подсудимым преступления, которое отнесено законом к категории тяжких преступлений; данные о личности ФИО1, который ранее не судим, впервые привлекается к уголовной ответственности,на учете у нарколога и психиатра не состоит,неоднократно поощрялся ведомственными благодарностями и наградами, по месту жительства и по прошлому месту работы характеризуется положительно,вину в совершении инкриминируемого ему преступления признал полностью и в содеянном раскаялся.

Суд учитывает цели наказания – восстановление социальной справедливости, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и предупреждение совершения им новых преступлений.

На основании ч. 2 ст. 61 УК РФ суд признает смягчающими наказание обстоятельстваминаличие ряда благодарностей и поощрений, а такжепризнание подсудимым своей вины, раскаяние в содеянном. Обстоятельств, отягчающих наказание, нет.

Учитывая фактические обстоятельства преступления, степень его общественной опасности, данные о личности подсудимого и иные заслуживающие внимания обстоятельства, суд не усматривает оснований для изменения категории инкриминируемого подсудимому преступления на менее тяжкую категорию, а равно для применения положений ст. 64 УК РФ.

Оценивая все перечисленные обстоятельства в их совокупности, суд полагает целесообразным и соответствующим целям наказания назначение подсудимому наказания в виде лишения свободы, с лишением права занимать должности государственных и муниципальных служащих, с применением положений ст. 73 УК РФ условно, с испытательным сроком и возложением дополнительных обязанностей, полагая, что исправление осужденного при данных обстоятельствах возможно без изоляции от общества. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.299, 303-304, 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л :

Признать ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 285 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок3 (три) года,слишением права занимать должности государственных и муниципальных служащих на срок 1 (один) год и 6 (шесть) месяцев.

На основании ст. 73 УК РФ наказание в виде лишения свободы, назначенное ФИО4, считать условным, определив испытательный срок 3 (три) года, в течение которого осужденный своим поведением должен доказать свое исправление. 

В целях способствованию исправления осужденного возложить на ФИО5 являться на регистрацию один раз в два месяца в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденного, по месту жительства, а также и не менять места жительства без уведомления данного органа.

Дополнительное наказание в виде лишения права занимать должности государственных и муниципальных служащих подлежит самостоятельному исполнению.

Меру пресечения в отношении ФИО6 виде подписки о невыезде и надлежащем поведении – отменить по вступлении приговора в законную силу. 

Вещественные доказательства: тетради «Дело № том №, «Дело № том №, «Дело № том №, «Дело № том №, «Дело № том №, «Дело № том №, «Дело № том №, «Дело № том №, «Дело № том №, «Дело № том №, «Дело № том №, «Дело № том №, «Дело № том №, копии архивных дел №№, 798, 799, 800, 801 – хранить при уголовном деле.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке Московский областной суд через Солнечногорский городской суд Московской области в течение 10 суток со дня его провозглашения. 

В случае подачи апелляционной жалобы или представления осужденный в течение 10 суток вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Судья 

<

данные изъяты> С.А. Чепик

<

данные изъяты>