Судья Кемпи Е.И.

№ 33-3306/2025

10RS0018-01-2024-000492-69

№ 2-14/2025 (2-407/2024)

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КАРЕЛИЯ

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

01 декабря 2025 года

г. Петрозаводск

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Карелия в составе:

председательствующего судьи Никитиной А.В.,

судей Величко С.А., Маловой Н.Б.

при ведении протокола помощником судьи Касьяновой А.Э.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ответчика на решение Суоярвского районного суда Республики Карелия от 07 августа 2025 года по иску ФИО2 ича к ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Величко С.А., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО1 по тем основаниям, что ХХ.ХХ.ХХ в лесном массиве (.....) между истцом и ответчиком произошел конфликт. В ходе конфликта ответчиком по отношению к истцу было применено травматическое оружие (пистолет), произведены не менее двух выстрелов, в результате которых истцу были причинены телесные повреждения, а именно: (...), квалифицирующиеся как вред здоровью средней тяжести. В течение двух недель истец находился на лечении в ГБУЗ РК «Суоярвская ЦРБ», после чего продолжил реабилитацию и лечение в учреждениях здравоохранения (.....), ввиду чего не имел возможности осуществлять трудовую деятельность. Вследствие причиненных телесных повреждений испытывал нравственные страдания, вызванные негативными эмоциями от произошедших событий и наступивших неблагоприятных последствий, а также физические страдания, вызванные физической болью. Вынужден был проходить длительное лечение, был ограничен в быту и личной жизни в связи с нахождением на лечении. Ссылаясь на указанные обстоятельства, просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 500000 руб.

Впоследствии истец увеличил исковые требования, просил также взыскать с ответчика в связи с утратой дохода, получаемого от осуществления трудовой деятельности, 139200 руб. в счет возмещения вреда за период с ХХ.ХХ.ХХ по ХХ.ХХ.ХХ включительно; 106400 руб. в счет возмещения вреда за период с ХХ.ХХ.ХХ по ХХ.ХХ.ХХ; возложить на ответчика обязанность ежемесячно выплачивать возмещение вреда в размере 12000 руб., начиная с ХХ.ХХ.ХХ; возложить на ответчика обязанность ежеквартально до 10 числа месяца, следующего за окончанием квартала, производить индексацию ежемесячных платежей возмещения вреда пропорционально росту установленной в соответствии с законом величины прожиточного минимума на душу населения в Республике Карелия с выплатой разницы, образовавшейся в результате индексации, до 15 числа месяца, следующего за окончанием квартала.

Судом к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО3, ООО «Д-Строй».

Определением Суоярвского районного суда Республики Карелия от ХХ.ХХ.ХХ прекращено производство по делу в части требований ФИО2 к ФИО1 о взыскании суммы в размере 139200 руб. в счет возмещения вреда за период с ХХ.ХХ.ХХ по ХХ.ХХ.ХХ включительно; о взыскании суммы в размере 106400 руб. в счет возмещения вреда за период с ХХ.ХХ.ХХ по ХХ.ХХ.ХХ; о выплатах ежемесячно возмещения вреда в размере 12000 руб., начиная с ХХ.ХХ.ХХ; о возложении обязанности ежеквартально до 10 числа месяца, следующего за окончанием квартал, производить индексацию ежемесячных платежей возмещения вреда пропорционально росту установленной в соответствии с законом величины прожиточного минимума на душу населения в Республике Карелия с выплатой разницы, образовавшейся в результате индексации, до 15 числа месяца, следующего за окончанием квартала, в связи с отказом истца от иска в указанной части, который судом был принят.

Решением Суоярвского районного суда Республики Карелия от ХХ.ХХ.ХХ исковые требования удовлетворены частично. С ФИО1 в пользу ФИО2 в счет компенсации морального вреда взыскано 150 000 руб. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано. Также с ФИО1 в бюджет Суоярвского муниципального округа в счет уплаты государственной пошлины взыскано 3 000 руб.

С решением суда не согласен ответчик, в апелляционной жалобе просит состоявшееся по делу судебное постановление отменить, принять новое решение об отказе в удовлетворении иска. В обоснование доводов апелляционной жалобы указывает, что суд первой инстанции пришел к неверному выводу об отсутствии оснований для освобождения ответчика от ответственности в соответствии с положениями ст. 1066 Гражданского кодекса РФ, не дал при этом надлежащей оценки тому обстоятельству, что ФИО2 ранее неоднократно высказывал угрозы нанесения телесных повреждений ответчику и его супруге – ФИО3, а также угрозы повреждения имущества ответчика (автомобиля). Кроме того, истец неоднократно причинял телесные повреждения ответчику и его супруге. Отмечает, что ХХ.ХХ.ХХ, когда ответчик со своей семьей находился в лесном массиве, неожиданно появился ФИО2, который был агрессивен и имел намерение избить ответчика. Своими действиями ФИО2 поставил ответчика в безвыходное положение, поскольку они находились в глухом лесу, в связи с чем было невозможно вызвать полицию. При этом истец на устные предупреждения и требования уйти не реагировал, применил насилие к супруге ответчика, оттолкнув ее в сторону. Учитывая разницу в возрасте и физической силе, у ответчика не оставалось иных способов защиты себя и своей семьи, кроме как произвести выстрелы из травматического пистолета в сторону истца.

В возражениях на апелляционную жалобу прокурор Суоярвского района Республики Карелия просил решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика – без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции ответчик ФИО1 апелляционную жалобу поддержал по изложенным в ней доводам.

Третье лицо ФИО3 полагала апелляционную жалобу ответчика обоснованной и подлежащей удовлетворению.

Прокурор отдела по обеспечению участия прокуроров в гражданском и арбитражном процессе прокуратуры Республики Карелия Барышнева Н.В., давая заключение по делу, полагала решение суда первой инстанции законным и обоснованным, апелляционную жалобу ответчика подлежащей оставлению без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, своих представителей не направили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

Представителем истца ФИО2 – ФИО4, действующим на основании ордера, до начала судебного заседания суда апелляционной инстанции заявлено ходатайство об отложении судебного заседания в связи с участием представителя в другом судебном заседании, а также нахождением истца на стационарном лечении в ГБУЗ «РБ СЭМП», в удовлетворении которого определением судебной коллегии, занесенным в протокол судебного заседания, было отказано по причине непредставления стороной истца доказательств уважительности причин неявки в судебное заседание.

С учетом положений ст. 167 ГПК РФ, принимая во внимание, что участие в судебном заседании является правом, а не обязанностью лиц, участвующих в деле, судебная коллегия полагает возможным рассмотреть настоящее гражданское дело в отсутствие не явившихся лиц.

Заслушав пояснения явившихся лиц, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на жалобу, исследовав новые доказательства, принятые судом апелляционной инстанции в целях установления юридически значимых по делу обстоятельств в порядке ч.1 ст.327.1 ГПК РФ, обозрев материалы № об отказе в возбуждении уголовного дела (КУСП № от ХХ.ХХ.ХХ), материалы № об отказе в возбуждении уголовного дела (КУСП № от ХХ.ХХ.ХХ), материалы надзорного производства №, медицинскую документацию в отношении ФИО2, проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, возражений, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации (ст.3).

Статьей 12 Гражданского кодекса РФ в качестве одного из способов защиты гражданских прав предусмотрена возможность потерпевшей стороны требовать компенсации морального вреда.

Согласно ст.1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Не подлежит возмещению вред, причиненный в состоянии необходимой обороны, если при этом не были превышены ее пределы (ст. 1066 Гражданского кодекса РФ).

В ст.150 Гражданского кодекса РФ установлено, что жизнь и здоровье относятся к личным неимущественным правам и нематериальным благам, принадлежащим гражданину от рождения или в силу закона, подлежат защите в силу закона.

В соответствии ст.151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В п.1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №33 от 15.11.2022 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина.

В силу разъяснений, содержащихся в п.15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33, причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда (п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

Как следует из положений ст.ст. 151, 1101 Гражданского кодекса РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При этом характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ХХ.ХХ.ХХ в лесном массиве в районе (.....) между истцом и ответчиком произошел словесный конфликт. В ходе названного конфликта ФИО1 было произведено два выстрела из травматического оружия в ФИО2, тогда как ФИО2 нанес ФИО1 нескольку ударов руками и ногами по телу.

В КУСП ОМВД России «Суоярвское» зарегистрирован материал проверки по факту причинения ФИО1 с использованием гражданского огнестрельного оружия ограниченного поражения модели МР-461 «Стражник» тяжкого вреда здоровью ФИО2

Постановлением СГ ОМВД России «Суоярвское» от ХХ.ХХ.ХХ отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО1 по признакам состава преступления, предусмотренного (...) УК РФ на основании (...) УПК РФ, которое в последующем было отменено, материал проверки направлен в СУ УМВД России по (.....).

Постановлением следователя 2 отдела СУ УМВД России по (.....) от ХХ.ХХ.ХХ отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО1 по признакам состава преступления, предусмотренного (...) УК РФ на основании (...) УПК РФ.

Постановлением И.о. прокурора Суоярвского района Республики Карелия от ХХ.ХХ.ХХ указанное выше постановление следователя об отказе в возбуждении уголовного дела, вынесенное ХХ.ХХ.ХХ в отношении ФИО1, отменено, материал доследственной проверки направлен в СГ ОМВД России «Суоярвское» для организации проведения дополнительной проверки и принятия решения.

По имеющимся в материалах дела сведениям, до настоящего времени уголовное дело в отношении ФИО1 не возбуждено.

Как следует из материалов доследственной проверки КУСП № от ХХ.ХХ.ХХ, в частности пояснений ФИО1 от ХХ.ХХ.ХХ, ФИО3 от ХХ.ХХ.ХХ, последняя состоит с ХХ.ХХ.ХХ года в браке с ФИО1, от которого имеют двоих детей. С ХХ.ХХ.ХХ года по ХХ.ХХ.ХХ года ФИО3 состояла в отношениях с ФИО2, периодически сожительствовала с последним, что послужило основанием для возникновения конфликтных отношений между ФИО1 и ФИО2 на почве (...).

Из пояснений ФИО1 от ХХ.ХХ.ХХ следует, что ХХ.ХХ.ХХ он приехал вместе с супругой ФИО3 в (.....), для того, чтобы забрать свои вещи из дома. Но В. предложила ему остаться с ночевкой и на следующий день сходить в лес за грибами, он согласился, и они остались ночевать. На следующий день ХХ.ХХ.ХХ они пошли в лес, он, В. и их дочь М.. Когда они набрали грибов и начали выходить из леса, примерно в 12 часов дня, он увидел ФИО2, который шел им навстречу, в руках у него был мобильный телефон. В какой-то момент ФИО2 нагнулся и ему показалось, что он что-то поднял с земли, но что именно он не видел. ФИО2 начал приближаться к нему и говорил ему: «Готовь патроны, я иду». Он испугался действий ФИО2, и зная, что он может причинить ему физический вред, достал свой травматический пистолет и прицелился в него и громко сказал ему: «Стоять!», на что он ему ответил: «Стреляй!» и приближался все ближе к нему. В тот момент его дочь - М. убежала к выходу из леса, а супруга - В. стояла рядом с ним. Он видел, что ФИО2 был очень агрессивно настроен. Когда ФИО2 был от него на расстоянии примерно 3-4 метров, он выстрелил ему в грудь один раз, в тот момент ФИО2 повернулся к нему левым боком, он подумал, что не попал в него, и выстрелил в него еще раз, куда попал, он не видел. В тот момент он почувствовал удар в области головы, а затем ФИО2 подошел близко к нему, повалил на землю и начал наносить ему удары по всему телу кулаками и ногами. Он почувствовал физическую боль. В какой-то момент ФИО2 перестал его избивать, как он понял, ФИО2 почувствовал боль и он воспользовался моментом, встал с земли, забрал свою дочь - М. и пошел быстро к машине, которая находилась около леса. Он сел в машину вместе с ребенком и они уехали в сторону поселка (.....). В тот момент его супруга - В. осталась с ФИО2 в лесу. Он немного отъехал от леса и позвонил в полицию, сообщив о случившемся. Также пояснил, что используя пистолет, он защищал себя, свою жену и ребенка от действий ФИО2, потому что, видел, что он очень агрессивно настроен.

Аналогичного содержания пояснения относительно обстоятельств произошедшего были даны ФИО3 в объяснениях от ХХ.ХХ.ХХ.

Будучи опрошенным ХХ.ХХ.ХХ по данному факту ФИО2 пояснил, что от ФИО3, с которой он с (...) года состоял в любовных отношениях, он узнал о приезде ХХ.ХХ.ХХ ФИО3, ее супруга и дочери в (.....), где расположен жилой дом, одна половина которого принадлежит родителям ФИО2, а вторая приобретена в (...) году семьей К-вых. Он знал, что ФИО7 останутся в указанном месте с ночевкой. На следующий день (ХХ.ХХ.ХХ), находясь в (.....), от ФИО3 он узнал о том, что В. спала с мужем на одной кровати, на что очень разозлился, так как они договорились с ней о том, что они с мужем живут в разных комнатах. Затем, он узнал от В., что они собираются в лес, он сразу сел в машину и поехал в (.....). Приехав в поселок, он поехал в сторону леса, где оставил машину около дороги, после чего увидев В. с Б., пошел им навстречу. Он видел, что с Б. вместе была и В. и их дочь М., ХХ.ХХ.ХХ. Между ними было примерно 30 метров, он пройдя несколько метров, остановился около одного из пней и выложил все вещи какие у него были в кармане. И снова пошел им навстречу, в руках у него ничего не было. Когда он подходил ближе, то видел, что дочь В. убежала в сторону автомобиля, а В. находилась рядом. Он, подходя к Б. ближе (он знал, что у него есть травматический пистолет, который он постоянно носит с собой в последнее время), сказал ему: «Выкидывай пистолет, пойдем поговорим, если хочешь стрелять, то стреляй». Когда он начал подходить ближе, расстояние между ними было примерно 2 метра, ФИО1 достал пистолет и прицелился в него, пистолет он держал двумя руками. Тогда он остановился, а ФИО1 выстрелил ему в область груди, но он сразу не почувствовал боли, от выстрела его пошатнуло и он повернулся левым боком к ФИО1, и он выстрелил в него еще раз. Боль он сразу не почувствовал, поскольку находился в состоянии сильного эмоционального возбуждения. Подойдя ближе к ФИО1, поняв, что тот пытается перезарядить пистолет, ФИО2 поднял с земли палку и ударил ему по рукам данной палкой, пистолет отлетел в сторону. Затем, он нанес ФИО1 данной же палкой по спине, после чего Б. упал на землю, а он выбросил палку на землю и начал наносить ему удары по телу руками и ногами. В какой-то момент он почувствовал резкую боль в груди и левой руке, и упал на колени на землю. Затем, он увидел, что у него пошла кровь из раны на груди, и из раны на левом локте. После чего он перестал наносить удары ФИО1, а последний, воспользовавшись этим, поднялся с земли и в какой-то момент он увидел у него в руках нож, тогда он взял палку и ударил ему по рукам данной палкой, нож отлетел куда-то в сторону, а Б. убежал в сторону своего автомобиля. В. осталась с ФИО2, вызывала скорую помощь и полицию.

Согласно карте вызова скорой медицинской помощи № от ХХ.ХХ.ХХ у ФИО2 установлены симптомы: (...).

В соответствии с выписным эпикризом из медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях №, открытой ГБУЗ «РБ СЭМП» на имя ФИО2, истец в период с ХХ.ХХ.ХХ по ХХ.ХХ.ХХ находился на лечении в хирургическом отделении ГБУЗ РК «Суоярвская ЦРБ» с диагнозом: (...). При поступлении жалобы на (...). (...).

По результатам рентгенограмм от ХХ.ХХ.ХХ установлено: (...)

Также в ходе проведения доследственной проверки (КУСП № от ХХ.ХХ.ХХ) постановлением УУП ОУУП и ПДН ОМВД РФ «Суоярвское» от ХХ.ХХ.ХХ была назначена судебная медицинская экспертиза.

Согласно заключению эксперта ГБУЗ «Бюро СМЭ» № от ХХ.ХХ.ХХ (т. 1, л.д. 129-130) у ФИО2 установлены повреждения: (...) (п. 8.1 Приложения к приказу Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24.04.2008 № 194н); (...) (п. 6.11.2 Приложения к приказу Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24.04.2008 № 194н).

В целях установления юридически значимых обстоятельств, судом первой инстанции на основании ходатайства истца была назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза.

Согласно заключению эксперта № от ХХ.ХХ.ХХ (ГБУЗ РК «Бюро СМЭ», т. 1, л.д. 115-122), по результатам изучения рентгенограмм (...) экспертами установлено наличие у ФИО2 при поступлении в хирургическое отделение ГБУЗ РК «Суоярвская ЦРБ» ХХ.ХХ.ХХ следующих повреждений: (...).

Также при осмотре ФИО2 в рамках производства экспертизы установлено (...), квалифицируемый как легкий вред здоровью по признаку его кратковременного расстройства, при этом возможность образования ХХ.ХХ.ХХ не исключается.

При этом экспертами отмечено, что п. 6.11.2 Приложения к приказу Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24.04.2008 № 194н не может быть использован как квалифицирующий признак для определения причинения тяжкого вреда здоровья истцу, поскольку при квалификации по указанному пункту необходимо наличие переломов костей, составляющих локтевой сустав, а именно: переломы дистального (нижнего) отдела плечевой кости и переломы проксимального (верхнего) отдела обеих костей предплечья (лучевой и локтевой костей), что в данном случае при анализе рентгеновских снимков установлено не было. Длительное (более (...) дня) лечение является квалифицирующим признаком вреда здоровью средней тяжести, однако независимо от продолжительности временное нарушений функций (временная нетрудоспособность) не является квалифицирующим признаком тяжкого вреда здоровью.

Вместе с тем, эксперты пришли к выводу, что в настоящее время у ФИО2 имеется стойкое нарушение функции (...), процент утраты общей трудоспособности в зависимости от степени её выраженности составляет (...) %, что относится к квалифицирующим признакам вреда здоровью средней тяжести.

Также экспертами констатировано, что на момент проведения исследования у истца ясен исход травмы (...) и в соответствии с критериями определения степени утраты профессиональной трудоспособности (утв. Приказом Минтруда от 30.09.2020 № 687н) у ФИО2 (...) степень стойких незначительных нарушений функций организма человека, обусловленные несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, в диапазоне от (...) до (...) %.

При этом экспертами отмечено, что ФИО2 может выполнять профессиональную деятельность, непосредственно предшествующую несчастному случаю на производстве и профессиональному заболеванию, при снижении квалификации и/или объема (тяжести) работ, но без изменений условий труда (в размере (...) % утраты профессиональной трудоспособности).

Допрошенная в судебном заседании суда первой инстанции (протокол судебного заседания от ХХ.ХХ.ХХ, т. 1, л.д. 180-181) эксперт ГБУЗ РК «Бюро СМЭ» - ФИО5 выводы, изложенные в заключении эксперта № от ХХ.ХХ.ХХ, подтвердила. Пояснила, что квалифицировать причиненный истцу вред здоровью в части повреждения (...) как тяжкий оснований не имеется ввиду того, что оно объективно исследовано и отражено в заключении экспертом, имеющим специализацию в области рентгенологии.

Также судом установлено, что и ФИО1 обращался в правоохранительные органы с заявлением по факту причинения ему ФИО2 телесных повреждений при указанных выше обстоятельствах.

Как следует из материалов об отказе в возбуждении уголовного дела (КУСП №), ХХ.ХХ.ХХ в дежурную часть ОМВД России «Суоярвское» поступило сообщение ФИО1 о том, что житель (.....) ФИО2, находясь в лесном массиве у (.....), причинил заявителю телесные повреждения, а так же набросился на него с бревном, после чего ФИО1 выстрелил в ФИО2 из травматического пистолета «Стражник» два раза в область груди.

В рамках проведения проверки была назначена судебно-медицинская экспертиза. Согласно заключению эксперта ГБУЗ «Бюро СМЭ» № от ХХ.ХХ.ХХ, у ФИО1 установлены повреждения: (...). Данные повреждения квалифицированы экспертом как не причинившие вреда здоровью (п. 9 «Приложение к приказу Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24 апреля 2008 г. № 194н»), возникли от травматических воздействий твердых тупых предметов (удар, трение-скольжение) и могли образоваться от ударов рукой, ногой, палкой (не менее двух).

Постановлением старшего УУП ОУУП и ПДН ОМВД России «Суоярвское» от ХХ.ХХ.ХХ отказано в возбуждении уголовного дела по (...) УК РФ в отношении ФИО2 по основаниям (...) УПК РФ

Разрешая заявленные требования, руководствуясь ст.ст. 150, 151, 1064, 1066, 1101 ГК РФ, разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», установив обстоятельства произошедшего конфликта, вследствие которого причинение вреда здоровью истцу произошло ввиду применения ответчиком травматического оружия, приняв во внимание выводы комиссионной судебно-медицинской экспертизы относительно степени тяжести причиненного истцу вреда здоровью, придя к выводу о том, что действия ФИО1 находятся в прямой причинно-следственной связи с полученными ФИО2 телесными повреждениями, суд первой инстанции усмотрел основания для возложения на ответчика ответственности за причиненный истцу вред здоровью.

При этом суд исходил из того, что в результате полученных телесных повреждений истец, безусловно, претерпевал физические и нравственные страдания, в частности, испытывал физическую боль, которую и в последующем вынужден был в течение некоторого времени испытывать от полученных травм, проходить лечение, что, безусловно, свидетельствует о причинении ему морального вреда, выразившегося в физических и нравственных страданиях, который подлежит компенсации.

Отклоняя доводы ответчика о наличии предусмотренных ст. 1066 Гражданского кодекса РФ оснований для освобождения его от гражданской ответственности за причинение вреда здоровью истцу, суд исходил из того, что, несмотря на отсутствие окончательного вывода органов предварительного расследования об уголовно-правовой квалификации действий ФИО1, вместе с тем для причинения телесных повреждений ФИО2 ответчик использовал травматическое оружие без учета сложившейся на месте происшествия обстановки, в связи с чем судом не было усмотрено оснований для вывода о причинении истцу вреда ответчиком в состоянии необходимой обороны без превышения ее пределов.

Поскольку факт причинения истцу вреда здоровью, противоправность поведения ответчика, а равно наличие причинно-следственной связи между ними нашли свое подтверждение при рассмотрении настоящего дела, при этом ответчиком не представлено достаточных доказательств, подтверждающих наличие оснований для освобождения его от ответственности, на основании вышеприведенных норм материального права и разъяснений по их применению суд первой инстанции пришел к выводу о том, что заявленное истцом требование о взыскании в его пользу с ответчика денежной компенсации морального вреда является в целом обоснованным и подлежащим удовлетворению.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию, суд первой инстанции, приняв во внимание степень тяжести причиненного истцу вреда здоровью, нравственные и физические страдания, установление утраты общей и профессиональной трудоспособности на дату проведения судебной экспертизы, ограничения в быту и личной жизни, а также аморальное поведение истца, состоявшего в интимных отношениях с супругой ответчика, унижающее честь и достоинство последнего, использование ответчиком травматического оружия при нанесении истцу телесных повреждений и место их причинения, поведение ответчика непосредственно перед причинением ему телесных повреждений, носящее провокационный характер, наличие у сторон ранее конфликтных отношений и физическое превосходство истца перед ответчиком, наличие на иждивении ответчика несовершеннолетнего ребенка, дохода в виде пенсии, пришел к выводу, что сумма 150 000 руб. с учетом фактических обстоятельств и характера причинения истцу нравственных страданий, степени вины причинителя вреда, является разумной и справедливой, согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности.

Судебная коллегия соглашается с вышеуказанными выводами суда первой инстанции, находя их основанными на правильном применении норм материального права. Выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным судом по результатам произведенной правилам ст. 67 ГПК РФ оценки доказательств, представленных лицами, участвующими в деле.

Доводы апелляционной жалобы о наличии оснований для освобождения ответчика от ответственности в соответствии с положениями ст. 1066 Гражданского кодекса РФ судебной коллегией отклоняются.

Указанные доводы аналогичны доводам, которые приводились ответчиком в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции, которым дана надлежащая оценка в обжалуемом судебном постановлении.

Отклоняя указанные доводы ответчика, суд первой инстанции исходил из того, что для причинения телесных повреждений ФИО2 ответчик использовал травматическое оружие без учета сложившейся на месте происшествия обстановки.

Оснований не согласиться с указанным выводом суда первой инстанции судебная коллегия не усматривает.

В соответствии со ст. 1066 Гражданского кодекса РФ не подлежит возмещению вред, причиненный в состоянии необходимой обороны, если при этом не были превышены ее пределы.

Гражданское законодательство не содержит понятия необходимой обороны. Она содержится в уголовном законодательстве РФ и определяется ст. 37 УК РФ. Так необходимая оборона - это защита личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства.

Однако причинение вреда в случае превышения пределов необходимой обороны является противоправным действием.

Согласно ч. 2 ст. 37 УК РФ превышением пределов необходимой обороны признаются умышленные действия, явно не соответствующие характеру и общественной опасности посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия.

То есть превышение пределов необходимой обороны, в частности, имеет место тогда, когда оборонявшийся прибегнул к защите от посягательства, указанного в ч. 2 ст. 37 УК РФ, такими способами и средствами, применение которых явно не вызывалось характером и опасностью посягательства (п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.09.2012 № 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление»).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при причинении вреда в состоянии необходимой обороны (ст. 1066 Гражданского кодекса РФ) вред возмещается на общих основаниях (статья 1064 Гражданского кодекса РФ) только в случае превышения ее пределов. Размер возмещения определяется судом в зависимости от степени вины как причинителя вреда, так и потерпевшего, действиями которого было вызвано причинение вреда. При этом суд, приняв во внимание имущественное положение лица, причинившего вред, вправе уменьшить подлежащую взысканию сумму (ст. 1083 Гражданского кодекса РФ).

Ответчиком, с учетом лежащего в данном случае на нем бремени доказывания, достаточных доказательств тому, что его действия по отношению к истцу были соразмерны действиям последнего, не представлено.

При этом судебная коллегия учитывает то обстоятельство, что ответчик, как следует из его пояснений относительно обстоятельств конфликта сторон ХХ.ХХ.ХХ, увидев на значительном расстоянии приближающегося к нему истца, проявлявшего агрессивные намерения по отношению к ответчику, не предпринял попытки избежать конфликта, покинуть вместе с семьей лесной массив, предупредительного выстрела в воздух не произвел, выстрелил в истца дважды. При этом именно второй из выстрелов, необходимость в произведении которого не является очевидной, повлек причинение истцу вреда здоровью средней тяжести.

Отсутствие окончательного вывода органов предварительного расследования об уголовно-правовой квалификации действий ФИО1 не лишают суд возможности при разрешении вопроса о гражданско-правовых последствиях причинения вреда дать оценку доводам о наличии или отсутствии оснований для освобождения от таковой по правилам ст. 1066 Гражданского кодекса РФ (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 06.02.2018 № 78-КГ17-103).

В данном случае оснований для вывода о причинении ответчиком вреда истцу правомерными действиями и, следовательно, для освобождения ответчика от гражданско-правовой ответственности, судом не установлено.

Вместе с тем, судебная коллегия обращает внимание, что в том случае, если в рамках уголовного судопроизводства будет установлено отсутствие в действиях ФИО1 превышения пределов необходимой обороны, последний будет не лишен права обратиться в суд с заявлением о пересмотре решения в порядке ст. 392 ГПК РФ.

Доводы ответчика об отсутствии в его действиях вины в причинении истцу вреда здоровью судебной коллегией также отклоняются.

Согласно ст. 2 Федерального закона от 13.12.1996 № 150-ФЗ «Об оружии» оружие является источником повышенной опасности.

Как установлено судом и следует из материалов дела, в ходе возникшего между сторонами конфликта ответчиком был применен травматический пистолет, вследствие чего истцу был причинен вред здоровью.

Владельцем указанного травматического оружия является ответчик ФИО6, что подтверждается разрешением серии № №.

Как следует из заключения эксперта № от ХХ.ХХ.ХХ, при проведении исследования в рамках комплексной судебной экспертизы, назначенной при проведении проверки по факту причинения телесных повреждений ФИО2 (КУСП №), эксперт пришел к выводу, что пистолет, изъятый ХХ.ХХ.ХХ при осмотре места происшествия, является пистолетом модели МР-461 «Стражник», с заводским номером «Ж446104576», изготовленный промышленным способом, который относится к категории гражданского огнестрельного оружия ограниченного поражения.

В соответствии с абз. 14 ст. 1 Федерального закона от 13.12.1996 № 150-ФЗ «Об оружии» огнестрельное оружие ограниченного поражения – короткоствольное оружие и бесствольное оружие, предназначенные для механического поражения живой цели на расстоянии метаемым снаряжением патрона травматического действия, получающим направленное движение за счет энергии порохового или иного заряда, и не предназначенные для причинения смерти человеку.

При таких обстоятельствах, поскольку примененное ответчиком травматическое оружие является источником повышенной опасности, в силу п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса РФ возмещение вреда осуществляется владельцем такого источника повышенной опасности независимо от его вины.

Определенный судом размер компенсации морального вреда, взысканный в пользу истца, согласуется с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.

Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания в разумных размерах.

При этом принципы, которыми суд должен руководствоваться при определении размера денежной компенсации морального вреда, изложены в п.п. 25-30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 33 от 15.11.2022 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда».

В п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

При определении размера компенсации морального вреда, суду необходимо установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

В п. 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

В силу п. 3 ст. 1083 Гражданского кодекса РФ суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Руководствуясь вышеуказанными нормами материального права и разъяснениями по их применению, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд первой инстанции определил размер компенсации морального вреда в сумме 150 000 руб. с учетом фактических обстоятельств, при которых истцу причинен моральный вред, характера и степени физических и нравственных страданий ФИО2, связанных с полученными в результате действий ФИО1 телесными повреждениями, квалифицированными экспертом как легкий вред здоровью (в части (...)) и средней тяжести (в части (...)).

Также при определении указанного размера компенсации морального вреда суд учел поведение самого истца, который ХХ.ХХ.ХХ сознательно прибыл к месту нахождения ответчика с семьей и спровоцировал конфликт с ответчиком, вел себя агрессивно и вызывающе, имея физическое превосходство над ответчиком. Кроме того судом принято во внимание несоответствие поведения истца принципам общественной морали, имея в виду факт нахождения истца длительное время в близких отношениях с супругой ответчика, что, безусловно, унижало честь и достоинство последнего.

Судом также обоснованно учтено имущественное положение ответчика, который является получателем страховой пенсии по старости, имеет на иждивении несовершеннолетнего ребенка.

Как следует из пояснений ответчика и третьего лица ФИО3, а также подтверждается материалами дела, ответчик проживает с супругой, имеют на иждивении несовершеннолетнего ребенка (ХХ.ХХ.ХХ).

В целях установления юридически значимых обстоятельств, в частности, проверки имущественного положения ответчика и членов его семьи, судом апелляционной инстанции были направлены запросы в ОСФР по Республике Карелия, Федеральную налоговую службу России, ППК «Роскадастр» о предоставлении сведений о доходах и имуществе указанных лиц.

Так, на основании запроса судебной коллегии Отделением Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Карелия представлены сведения, в соответствии с которыми ФИО1 является получателем страховой пенсии по старости и фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости, которые в совокупности составляли в период с ХХ.ХХ.ХХ про ХХ.ХХ.ХХ – (...) руб., в период с ХХ.ХХ.ХХ по ХХ.ХХ.ХХ – (...) руб., в период с ХХ.ХХ.ХХ по ХХ.ХХ.ХХ – (...) руб., в период с ХХ.ХХ.ХХ по ХХ.ХХ.ХХ – (...) руб.

По сведениям, предоставленным Федеральной налоговой службой России, ФИО3 (супруга ответчика) в (...) года имела доход в общей сумме (...) руб. (коды дохода 2000, 2002, налоговый агент К.Д.В.), совокупный доход за ХХ.ХХ.ХХ составил (...) руб. (коды дохода, 2300, 2000, 2002, 2013, налоговые агенты ОСФР по Свердловской области, ООО «Галастор», К.Д.В.).

Согласно пояснениям третьего лица ФИО3, данным в судебном заседании суда апелляционной инстанции, в настоящее время она трудоустроена в Санкт-Петербурге, работает в ООО «Зенит» уборщицей помещений, оклад по занимаемой ею должности составляет (...) руб. в месяц.

Кроме того, согласно сведениям из Единого государственного реестра недвижимости ФИО1 и ФИО3 являются собственниками по (...) доли каждый жилого помещения с кадастровым номером №, расположенного по адресу: (.....), также ФИО3 является собственником (...) доли жилого помещения с кадастровым номером №, расположенного по адресу: (.....).

С учетом имущественного положения ответчика, в том числе совокупного дохода его семьи (около (...) руб.), судебная коллегия не находит оснований для вывода о том, что определенный судом размер компенсации морального вреда в сумме 150000 руб. является для ответчика чрезмерно обременительным, вследствие чего не находит оснований для уменьшения размера такой компенсации по доводам апелляционной жалобы ответчика.

Исходя из изложенного, доводы апелляционной жалобы истца не могут служить основанием для уменьшения размера либо освобождения ответчика от компенсации морального вреда, определенного судом в соответствии с требованиями закона. Оснований для иной оценки доказательств, представленных в подтверждение степени перенесенных истцом страданий, с учетом обстоятельств, установленных при рассмотрении настоящего спора не имеется.

Доводы апелляционной жалобы не содержат правовых оснований к отмене или изменению решения суда, по существу сводятся к выражению несогласия с произведенной судом оценкой представленных по делу доказательств, не содержат фактов, не проверенных и не учтенных судом первой инстанции при рассмотрении дела и имеющих юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияющих на обоснованность и законность судебного постановления, либо опровергающих выводы суда первой инстанции, в связи с чем являются несостоятельными и не могут служить основанием для отмены или изменения законного и обоснованного решения суда.

При указанных обстоятельствах судебная коллегия считает, что решение суда первой инстанции является правильным, оснований для его отмены или изменения применительно к положениям ст. 330 ГПК РФ по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Предусмотренных ч. 4 ст. 330 ГПК РФ оснований для отмены решения суда первой инстанции вне зависимости от доводов, содержащихся в апелляционной жалобе, по данному делу судебная коллегия также не усматривает.

Руководствуясь ст.ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Суоярвского районного суда Республики Карелия от 07 августа 2025 года по настоящему делу оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия.

Вступившие в законную силу судебные акты могут быть обжалованы в кассационном порядке в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения в Третий кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции, принявший решение.

Председательствующий

Судьи

дата изготовления мотивированного

апелляционного определения – 10 декабря 2025 года