РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РФ

16 июля 2018 года Железнодорожный районный суд г.Самары в составе: председательствующего Вельминой И.Н., при секретаре Викторовой Н.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1715/18 по иску ФИО4 ФИО15 и ФИО6 ФИО16 к ОАО «РЖД» о компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО5 и ФИО6 обратились в суд с иском к ОАО «РЖД» о компенсации морального вреда, указав, что 08.10.2003 года на 51 не электрифицированном пути станции Самара на дрезине № 2054 Куйбышевской железной дороги ОАО «РЖД» на производстве был смертельно травмирован ФИО4 ФИО17, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, который являлся истцу ФИО5 –супругом, а истцу ФИО6 - отцом. Утрата близкого и дорогого человека принесла истцам физические и нравственные страдания, которые подлежат компенсации. Поскольку несчастный случай произошел при использовании ответчиком транспортного средства – гибель ФИО13 произошла вследствие причинения вреда источником повышенной опасности, в связи с чем, моральный вред подлежит компенсации ответчиком, как владельцем источника повышенной опасности, независимо от вины. В счёт компенсации морального вреда просят взыскать: с ОАО «РЖД» в пользу истца ФИО5 1 000 000 рублей, расходы на услуги нотариуса в размере 1 620 рублей; с ОАО «РЖД» в пользу истца ФИО6 1 000 000 рублей, расходы на услуги нотариуса в размере 1 270 рублей.

В судебном заседании истица ФИО5 и ее представитель ФИО20, действующий на основании доверенности, заявленные исковые требования поддержали в полном объеме, дали пояснения, аналогичные изложенным в исковом заявлении, просили иск удовлетворить. Истица ФИО5 пояснила, что гибель ФИО13 принесла ей нравственные страдания, поскольку смерть супруга была неожиданным событием и явилась большим горем для всей семьи, принесла ей страх, ужас, страдания и переживания. Она не обращалась в суд с иском о компенсации морального вреда столь долгое время, поскольку не знала о таком праве.

Истец ФИО6 в судебное заседание не явилась, представив суду письменные пояснения, в которых заявленные исковые требования поддержала, просила рассмотреть дело в ее отсутствие.

Представитель ответчика ОАО «Российские железные дороги» ФИО21, действующий на основании доверенности исковые требования не признал, по основаниям, изложенным в отзыве, в частности, что в материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства, подтверждающие перенесение истцами физических и нравственных страданий, каких-либо медицинских документов, при этом, сам по себе факт наличия родственных отношений не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. Пояснил, что размер предъявленной ко взысканию компенсации морального вреда не соответствует требованиям разумности и справедливости и подлежит обязательному уменьшению, поскольку погибший проявил, грубую неосторожность, а именно ФИО13 занимавший на момент несчастного случая должность водителя дрезины Самарской дистанции пути, в нарушение инструкции по техническому обслуживанию и эксплуатации специального самоходного подвижного состава ж.д. РФ ЦРБ-934 п. 5.12., 5.13, п.2.1 Правил электробезопасности для работников ж.д. транспорта на электрофицированных железных дорогах ЦЭ-346 – покинул кабину управления не остановив ее, просил суд отказать в удовлетворении заявленных требований.

Куйбышевский транспортный прокурор в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещался надлежащим образом, о причинах неявки суд не уведомил, что в силу ч. 3 ст. 45 ГПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в отсутствие указанного лица.

Выслушав пояснения сторон, свидетеля, изучив материалы гражданского дела, суд находит заявленные исковые требования обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Статья 12 ГК РФ относит компенсацию морального вреда к способам защиты гражданских прав.

Согласно п.1 ст.1079 ГК РФ, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с ней деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Из разъяснений, данных в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" следует, что в силу ст.1079 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины. По смыслу ст.1079 ГК РФ, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами. Учитывая, что названная норма не содержит исчерпывающего перечня источников повышенной опасности, суд, принимая во внимание особые свойства предметов, веществ или иных объектов, используемых в процессе деятельности, вправе признать источником повышенной опасности также иную деятельность, не указанную в перечне. При этом надлежит учитывать, что вред считается причиненным источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств (п.18).

В соответствии с п.п.1,2 ст.1083 ГК РФ, вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит. Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается. Вина потерпевшего не учитывается при возмещении дополнительных расходов (п.1 ст.1085 ГК РФ), при возмещении вреда в связи со смертью кормильца (ст.1089 ГК РФ), а также при возмещении расходов на погребение (ст.1094 ГК РФ).

Судом на основании представленных документов установлено, что 08.10.2003 года на 51 не электрифицированном пути станции Самара на дрезине № 2054 Куйбышевской железной дороги ОАО «РЖД» был смертельно травмирован водитель дрезины - ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, который являлся истцу ФИО2 –супругом, а истцу ФИО3 - отцом.

Как следует из акта № о несчастном случае на производстве, в ДД.ММ.ГГГГ в 14.30 часов на51 не электрифицированном пути станции Самара на дрезине № произошел несчастный случай был смертельно травмирован водитель дрезины - ФИО1 Дрезина грузовая с крановой установкой предназначена для погрузки, перевозки и выгрузки на железнодорожных путях материалов верхнего строения пути. Оборудование, использование которого привело к несчастному случаю – воздушная линия продольного электроснабжения 10 кВ выполненная проводом АС-50 в границах опор №, смонтирована и введена в эксплуатацию в 1979 году. Обстоятельства несчастного случая: ДД.ММ.ГГГГ в распоряжение 6-го линейного участка была выделена дрезина № под управление водителя ФИО1 и помощника водителя ФИО9 На линию дрезина № выпущена в исправном состоянии. До 10 часов мск ДГКу-2054 работа по уборке материалов верхнего строения пути на стрелочном переводе №. Для работы с крановой установкой дорожным мастером 6-го линейного участка ФИО7 был назначен стропальщик ФИО8 В нарушение правил по охране труда при ремонте железнодорожного пути и сооружений ПОТ РО-32-ЦП-652-99 п..2.9.4 работа производилась без руководителя работ. Инструктаж бригаде дрезины был проведен стропальщиком ФИО8 С 10 до 11 часов ДГКу занималась уборкой пешеходных плит. В обеденный перерыв помощник водителя ФИО9 был отпущен с работы домой начальником дистанции ФИО12 по семейным обстоятельствам. Ввиду производственной необходимости главный инженер дистанции ФИО10 остановил работу автомотрисы АГД021, и в нарушение инструкции по техническому обслуживанию и эксплуатации специального самоходного подвижного состава ж.д. РФ ЦРБ-934 п. п.2.11 перевел помощника машиниста ФИО11 с автомотрисы АГД021 на дрезину ДГКу-2054. В 12часов 30 минут мск ДГКу-2054 отправилась на разгрузку пешеходных плит на 51 путь мехдвора 

<

адрес> за сигнал М-307. По окончании выгрузки отказал подъемный механизм крановой установки. Стропальщик ФИО8 остался на месте погрузки, а водитель дрезины ФИО1 с помощником ФИО11 отъехали к стрелке 331. Водитель дрезины ФИО1 в отсутствие руководителя работ решил произвести смену пальцев муфт редуктора грузовой лебедки. Во время ремонта производилась подача вагонов тепловозом станции Самара на механическом дворе, в виду чего дрезине ДГКу-2054 пришлось отъехать за стрелку 331. После подачи вагонов тепловозом водитель дрезины ФИО1решил вернуться на место стоянки и завершить ремонт. Тронувшись с места и проезжая под воздушной линией электропередач, проходящей через ж.д. пути, водитель ФИО1 в нарушение инструкции по техническому обслуживанию и эксплуатации специального самоходного подвижного состава ж.д. РФ ЦРБ-934 п. 5.12., 5.13, покинул кабину управления. Помощник водителя ФИО11 в нарушение должностной инструкции ЦП-597 п. 2.5.4не принял меры к немедленной остановке дрезины. По истечение некоторого времени ФИО11 услышал крик и увидел лежащего ФИО14 ВА.Б. на земле у железнодорожного пути по которому двигалась дрезина. Помощник водителя ФИО11 затормозил дрезину, сообщил дежурной по станции о случившемся, которая вызвала скорую помощь. На сетке верхней части дрезины остался инструмент, которым водитель дрезины ФИО13 производил ремонт крановой установки. Согласно акту замеров габарита высоты провеса проводов ЛЭП, расстояние от головки рельса до проводов составляет от 7480 до 7050 мм, что не соответствует Правилам технической эксплуатации, чем нарушен п. 7.11 Правил Технической эксплуатации ж.д. РФ ЦРБ-756. Смерть ФИО13 наступила от поражения техническим электричеством, что подтверждается данными судебно-медицинского исследования трупа. При судебно-химическом исследовании крови и мочи от трупа этанол не обнаружен, следовательно, ко времени наступления смерти ФИО13 был трезв. (л.д.37-39).

Согласно акту о расследовании несчастного случая со смертельным исходом от 31.10.2003г. смерть ФИО13 наступила от поражения техническим электричеством, что подтверждается данными судебно-медицинского исследования трупа. При судебно-химическом исследовании крови и мочи от трупа этанол не обнаружен, следовательно, ко времени наступления смерти ФИО13 был трезв. Причинами, вызвавшими несчастный случай послужили: Неудовлетворительная организация работы (код 07), нарушение п. 2.11 «Инструкции по техническому обслуживанию и эксплуатации специального самоходного подвижного состава ж.д. РФ» ЦРБ-934; п. 2.9.4 «Правил по охране труда при содержании и ремонту железнодорожного пути и сооружений» ПОТ РО-32-ЦП-652-99, в части изменения персонального состава бригады и производства работ без руководителя. Неудовлетворительное техническое состояние ВЛ-10 кВ продольного электроснабжения (код 09). Нарушение п. 7.11 «Правил технической эксплуатации железных дорог РФ» ЦРБ-756 в части соблюдения расстояния от нижней точки проводов воздушных линий электропередач. Неудовлетворительная организация работы (код 07) в части организации проведения пред рейсовых медицинских осмотров и выполнение работниками самоходного подвижного состава требований инструкций. Нарушение п. 10.3 Правил по охране труда при содержании и ремонте ж.д. пути и сооружений. Нарушение производственной дисциплины (код 19). Нарушение п. 2.1 «Правил электробезопасности для работников ж.д. транспорта на электрифицированных железных дорогах» ЦЭ-346; п. 5.12, 5.13 «Инструкции по техническому обслуживанию и эксплуатации специального самоходного подвижного состава ж.д. РФ» ЦРБ-934; п. 2.5.4 «должностной инструкции машинисту, водителю, помощнику машиниста и водителя самоходной железнодорожно-строительной машины и моторно-рельсового транспорта при поездной маневровой работе» ЦП-597, в части отлучения с дрезины во время работы и передачи управления лицу, не имеющему на это право, а также не принятия мер к немедленной остановке дрезины. На основании собранного материала, ст. 230 ТК РФ, «Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях», утв. Постановлением Минтруда 24.10.2002 г. № 73, несчастный случай с водителем дрезины Самарской дистанции пути ФИО13 считать допущенным на производстве и подлежит оформлению акта формы Н-1 и учету за ПЧ-11 (л.д.67-68).

В соответствии с приказом при начальника Самарской дистанции пути Куйбышевской железной дороги МПС РФ ФИО12 от ДД.ММ.ГГГГ несчастный случай с водителем дрезины Самарской дистанции пути ФИО1, в соответствии с Положением «Об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях», утв. Постановлением Минтруда ДД.ММ.ГГГГ № признан допущенным на производстве (л.д.71).

Из ответа Куйбышевской транспортной прокуратуры от 25.08.2017 г. № 08-01-2017 следует, что в соответствии с Приказом Генерального прокурора РФ № 113 от 19.06.2008 года «О введении в действие Перечня документов органов прокуратуры РФ и их учреждений с указанием сроков хранения» материалы подтверждающие факт смертельного травмирования ФИО13 отсутствуют (л.д.40).

Согласно акту судебно-медицинского исследования №03-8/5408 от 30.10.2003г. установлено, что смерть ФИО13 наступила от поражения техническим электричеством, что подтверждается наличием атипических электрометок (истончение, разрыхление рогового слоя, отслоение его от эпидермиса, клетки базального слоя эпидермиса вытянуты в виде «щеток», разрыхленность, гомогенизированность коллагеновых волокон дермы) и признаки острой смерти: полнокровием и отеком головного мозга, легких, наличием микрогеморрагии. При судебно-химическом исследовании крови и мочи от трупа ФИО13 этанол не обнаружен, следовательно ко времени наступления смерти ФИО13 был трезв (л.д.33-35).

Факт смерти ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, подтверждается свидетельством о смерти серии I-ЕР №, выданным отделом ЗАГС 

<

адрес> управления ЗАГС аппарата 

<

адрес>, справкой о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой причиной смерти ФИО1, умершего ДД.ММ.ГГГГ, явилось воздействие электрического тока.

Оценивая приведённые выше доказательства в их совокупности и взаимной связи, суд находит их достаточными для подтверждения того, что смерть ФИО1 наступила вследствие причинения вреда в результате деятельности, связанной с повышенной опасностью для окружающих, владельцем инфраструктуры железнодорожного транспорта является ОАО «РЖД», в связи с чем на основании положений ст.1079 ГК РФ, вред подлежит возмещению ответчиком независимо от вины.

Доказательства, свидетельствующие о том, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла ФИО13 в материалах дела отсутствуют. Кроме того, представителем ответчика в рамках норм ст. 56 ГПК РФ не представлено каких-либо доказательств опровергающих данное обстоятельство.

Следовательно, ответчик ОАО «РЖД» являющийся владельцем источника повышенной опасности, в соответствии со ст. ст. 1079 и 1100 ГК РФ обязан возместить вред и при отсутствии его вины.

Также, суд приходит к выводу о том, что действия погибшего являются неосторожностью, поскольку он нарушил правила производственной дисциплины, правила электробезопасности для работников ж.д. транспорта на электрифицированных железных дорогах, при выполнении служебных обязанностей, хотя, как данное обстоятельство, так и отсутствие вины ответчика в его смерти, в силу положений п.1 ст.1079 ГК РФ и п.п.1, 2 ст.1083 ГК РФ, не могут служить основанием для отказа в удовлетворении исковых требований о возмещении вреда, причиненного его смертью. 

Из представленных суду свидетельств о рождении и свидетельств о браке следует, что погибший ФИО13 являлся истцам близким родственником, а именно ФИО5 - супругом, ФИО6 - отцом. 

В абз.3 п.32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" указано, что при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет ни минимальный, ни максимальный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду.

Статьей 5 УПК РФ к близким родственникам отнесены: супруг, супруга, родители, дети, усыновители, усыновленные, родные братья и родные сестры, дедушка, бабушка, внуки.

В силу ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При этом, в соответствии с п.1 ст.150 ГК РФ, к нематериальным благам относятся жизнь и здоровье, в соответствии со ст.1100 ГК РФ, если вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда. 

Согласно ч.2 ст.150 ГК РФ, при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии со ст.1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (п.1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п.2).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.2 Постановления Пленума ВС РФ «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» от 20.12.1994 года № 10 (в ред. Постановлений Пленума ВС РФ от 25.10.96 № 10, от 15.01.98 № 1, от 06.02.2007 № 6), под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащее гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

В связи с тем, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Суд находит общеизвестным и потому не подлежащим доказыванию сам факт причинения нравственных страданий, связанных со смертью близкого родственника, в связи с чем страдания истцов носят неоспоримый характер ввиду невосполнимой утраты близкого им человека – супруга и отца, поэтому сама гибель ФИО13 является для них необратимым обстоятельством, нарушающим их психическое благополучие, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата самого близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на родственные и семейные связи, что свидетельствует о причинении истцам нравственных страданий, что в силу ст.151 ГК РФ, является основанием компенсации морального вреда, и с учётом установленных по делу обстоятельств суд полагает, что имеются основания для возложения на ответчика обязанности по компенсации морального вреда, причинённого истцам смертью ФИО13 

При определении размера компенсации морального вреда суд, в соответствии со ст.151 и п.2 ст.1101 ГК РФ, принимает во внимание неосторожность погибшего характер и степень причиненных истцу нравственных страданий, а также конкретные обстоятельства дела, в частности давность произошедшего (более 15 лет), а также руководствуется принципами разумности и справедливости и по этим основаниям полагает необходимым определить компенсацию морального вреда, подлежащую взысканию с ответчика в пользу истца ФИО5 и ФИО6 в размере 60 000 рублей каждой.

Данный размер согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст.ст.21 и 53 Конституции РФ), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой – не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.

Истцами также заявлены требования о взыскании с ОАО «РЖД» судебных расходов за оформление нотариусом доверенности и заверения копий документов.

В соответствии с ч.1 ст.98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Согласно ч.1 ст.88 ГПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу изложенного, требования о взыскании с ответчика расходов по оформлению доверенности и оплате нотариальных услуг в размере 1620 руб. в пользу истца ФИО5 и расходов по оформлению доверенности и оплате нотариальных услуг в размере 1270 руб. в пользу истца ФИО6 подлежат удовлетворению, поскольку оплата нотариальных услуг подтверждается справками нотариуса, а также тем, что доверенности выданы на участие в суде в качестве представителя в связи с рассмотрением дела о компенсации морального вреда, причиненного смертельным травмированием ФИО13

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ подлежит взысканию с ответчика в доход государства государственная пошлина, от уплаты, которой истец был освобожден при подаче иска в размере 600 руб.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Взыскать с ОАО «РЖД» в пользу ФИО4 ФИО18 компенсацию морального вреда в размере 60 000 рублей, расходы на услуги нотариуса в размере 1620 рублей, в пользу ФИО6 ФИО19 компенсацию морального вреда в размере 60 000 рублей, расходы на услуги нотариуса в размере 1270 рублей.

Взыскать с ОАО «РЖД» государственную пошлину в доход государства в размере 600 рублей. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Самарский областной суд через Железнодорожный районный суд г.Самары в течение месяца со дня изготовления в окончательной форме. 

Решение изготовлено в окончательной форме – 19.07.2018 года.

Судья Вельмина И.Н.