Дело №2-2148/2018

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

14 июня 2018 года г. Старый Оскол 

Старооскольский городской суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Черных Н.Н.,

при секретаре судебного заседания Бобриковой М.А.,

с участием истца ФИО1 и его представителя – адвоката Ботвиньевой Я.Н. (ордер №026896 от 07.03.2018 года), поддержавших заявленные требования, представителя ответчика – ФИО3 (доверенность от 21.11.2017 года), возражавшей против удовлетворения иска,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к открытому акционерному обществу «Стойленский горно-обогатительный комбинат» о признании незаконным распоряжения от 05.02.2018 года о применении дисциплинарного взыскания и взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 с 13.02.2003 года работает в ОАО «Стойленский горно-обогатительный комбинат» в должности специалиста второй категории отдела экономической безопасности управления безопасности.

Распоряжением №26/0.00-01-07 от 05.02.2018 года за неисполнение должностных обязанностей, указанных в п.2.3.1.3 должностной инструкции специалиста отдела экономической безопасности управления безопасности ДИ 0.00-071-005-2017 ФИО1 объявлен выговор и снижен размер премии за февраль 2018 года на 50%.

Дело инициировано иском ФИО1, который просил суд признать незаконным распоряжение №26/0.00-01-07 от 05.02.2018 года ОАО «Стойленский горно-обогатительный комбинат» о применении к нему дисциплинарного взыскания и уменьшении размера премии; взыскать с ответчика в его пользу компенсацию морального вреда в размере 10000 рублей.

Исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным доказательствам, суд признает исковые требования ФИО2 обоснованными и подлежащими удовлетворению в части.

ФИО1 с 13.02.2003 года принят на работу в ОАО «Стойленский горно-обогатительный комбинат» в должности охранника с выполнением обязанностей контролера на КПП второго класса, что подтверждается трудовым договором №799 от 13.02.2003 года и приказом о приеме работников на работу №32-к от 11.01.2003 года.

В соответствии с дополнительным соглашением №1490-5 от 01.09.2017 года истец переведен на должность специалиста второй категории отдела экономической безопасности управления безопасности исполнительной дирекции.

В распоряжении №26/0.00-01-07 от 05.02.2018 года указано, что ФИО1 в нарушение п.2.3.1.3 должностной инструкции специалиста отдела экономической безопасности управления безопасности ДИ 0.00-071-005-2017 не выдал заключение о возможности парковки, при проверке заявок, поступивших в группу обеспечения пропускного режима в январе 2018 года. Кроме того, в период 15.01.2018 года по 19.01.2018 года ФИО1 должен был осуществить контроль за проведением проверки сохранности МПЗ во время ремонта линии дробления №1 ККД; проведение проверки сохранности МПЗ и запасных частей в ходе и после проведенного ремонта оборудования ОФ (приказ №33 по ремонту конвейеров участка дробления); проведение проверки сохранности МПЗ и запасных частей в ходе и после проведенного ремонта оборудования ОФ (приказ №28 по ремонту оборудования 3-й ТС, ВПВД 31-1 и ВПВД 32-2). 

В данном распоряжении указано, что согласно протоколу оперативного совещания личного состава управления безопасности №50 от 22.01.2018 года, ФИО1 должен был предоставить подтверждающие материалы, выполнения вышеуказанных проверок. Материалы не предоставлены, в нарушение п.2.3.1.3 вышеуказанной должностной инструкции. 

В обоснование законности оспариваемого распоряжения представитель ответчика ссылалась на п.2.3.1.3 должностной инструкции специалиста отдела экономической безопасности управления безопасности ДИ 0.00-071-005-2017, в котором закреплена обязанность истца проверять заявки, поступавшие в группу обеспечения пропускного режима, на выдачу постоянных пропусков на личный транспорт на предмет обоснованности стоянки на парковочных местах структурных подразделений комбината и выдавать заключение о возможности парковки согласно утвержденным планам-схемам парковки. В заключении также необходимо указать количество выданных пропусков работникам подразделения, из которого поступила заявка, для парковки транспорта на территории подразделения и общей стоянки и конкретное место, на котором работник планирует парковать свой транспорт исходя из плана-схемы парковки.

Заявитель пояснял, что исходя из текста распоряжения №26/0.00-01-07 от 05.02.2018 года невозможно сделать вывод за какие именно нарушения он привлечен к дисциплинарной ответственности, то есть когда они были совершены, по каким конкретно заявкам им не выданы заключения. 

В судебном заседании представитель ответчика предоставила две заявки работников ответчика - в отношении ФИО7 от 17.01.2018 года и в отношении ФИО8 от 18.01.2018 года.

Сторона истца указывала на то, что в названном пункте должностной инструкции закреплена обязанность заявителя проверять заявки на выдачу постоянных пропусков, в то время как работодатель ставит ему в вину то, что он не выдал заключения о возможности парковки, при проверке заявок на замену постоянных пропусков. Данная обязанность указанной должностной инструкцией не закреплена.

Кроме того, из предоставленных ответчиком заявок усматривается, что парковочные места по данным заявкам требовались на стоянке общего пользования.

Как усматривается из распоряжения №26/0.00-01-40 от 21.06.2017 года в целях эффективности обеспечения безопасности предприятия закреплены за истцом следующие объекты общества: обогатительная фабрика (ОФ): ОФ, ККД, КСМД, ДСУ; фабрика окомкования (ФОК); цех хвостового хозяйства (ЦХХ); ремонтный комплекс (РК) (за исключением цеха по ремонту горного оборудования (ЦРГО).

Таким образом, в должностной инструкции закреплена обязанность по проверке заявок на предмет обоснованности стоянки на парковочных местах структурных подразделений комбината. Исходя из закрепленных за истцом объектов общества, стоянка общего пользования за ним не закреплена.

Необоснованными являются доводы представителя ответчика о том, что согласно названным заявкам они поданы в отношении работников, которые исполняют свои трудовые обязанности на объектах, которые закреплены за истцом, а значит, последний должен был проверять данные заявки. Распоряжением №26/0.00-01-40 от 21.06.2017 года закреплены за истцом объекты общества, а не работники данных объектов.

То обстоятельство, что согласно п.2.3.1.3 должностной инструкции специалиста отдела экономической безопасности управления безопасности ДИ 0.00-071-005-2017, в заключении также необходимо указать количество выданных пропусков работникам подразделения, из которого поступила заявка, для парковки транспорта на территории подразделения и общей стоянки, не отменяет положений распоряжения №26/0.00-01-40 от 21.06.2017 года, которым закреплены конкретные объекты общества за ФИО1 Данным пунктом должностной инструкции не закрепляется за истцом такой объект работодателя как общая стоянка.

Кроме того, заявителем пояснялось, что по сложившейся практике в его отделе он на поступавшие заявки указывал о своем согласовании, поскольку именно с такой формулировкой к нему поступали задания от непосредственного руководителя ФИО11 «для проверки и согласования». Данные обстоятельства подтверждены предоставленной истцом электронной перепиской, а также показаниями свидетеля ФИО11, который в судебном заседании пояснил, что действительно ранее он направлял заявки ФИО1 с названной формулировкой, однако с него стали требовать, чтобы были составлены заключения, поэтому он 17.01.2018 года тоже потребовал от истца заключение.

Как усматривается из предоставленной электронной переписки, изначально 17.01.2018 года была направлена истцу заявка для рассмотрения и согласования, а позднее в этот же день была вновь направлена заявка с формулировкой для рассмотрения и подготовки заключения. При этом истец пояснил, что поскольку номер заявки дублировался, он не обратил внимание на изменения задания, поэтому просто еще раз ответил, что согласовал данную заявку.

Кроме того, в своей пояснительной записке истец 26.01.2018 года указал на невозможность подготовки истребуемых заключений поскольку не представляется возможным выделить информацию в базе данных ГОПР для анализа и составления таких заключений.

Данные доводы заявителя не опровергнуты стороной ответчика, а предоставленные заключения других сотрудников отдела экономической безопасности не могут быть приняты во внимание судом, поскольку доказательств достоверности данных заключений суду не предоставлено.

Согласно действующему трудовому законодательству работодатель обязан указать в приказе конкретные обстоятельства совершенного проступка, причины и основания привлечения работника к дисциплинарной ответственности. В рассматриваемом случае сделать однозначный вывод относительно того по каким именно заявкам ФИО1 не выдал заключения, невозможно. Следовательно, работодателем не были установлены все фактические обстоятельства невыдачи данных заявок. 

Определять, по каким конкретно заявкам ФИО1 не выдал заключения в январе 2018 года, не входит в компетенцию суда, а является обязанностью работодателя до принятия приказа о применении дисциплинарного взыскания. 

Доказательств того, что по названным двум заявкам на замену пропусков, эта замена не была произведена, а также того, что несоставление заключений привело к нарушению прав лиц, нуждающихся в их замене или был причинен ущерб обществу, суду ответчиком не предоставлено.

При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу о необоснованности привлечения ФИО1 к дисциплинарному взысканию по указанному основанию.

Другим основанием для издания оспариваемого распоряжения от 05.02.2018 года послужило то, что в период 15.01.2018 года по 19.01.2018 года ФИО1 должен был быть осуществлен контроль за проведением проверки сохранности МПЗ во время ремонта линии дробления №1 ККД; проведение проверки сохранности МПЗ и запасных частей в ходе и после проведенного ремонта оборудования ОФ (приказ №33 по ремонту конвейеров участка дробления); проведение проверки сохранности МПЗ и запасных частей в ходе и после проведенного ремонта оборудования ОФ (приказ №28 по ремонту оборудования 3-й ТС, ВПВД 31-1 и ВПВД 32-2). 

Однако, как установлено в судебном заседании, в указанный период времени ремонт линии дробления №1 ККД не проводился, что подтверждается предоставленным приказом №1309 от 29.12.2017 года и показаниями свидетеля ФИО9

Кроме того, согласно приказу №8 от 10.01.2018 года «Об организации ремонта оборудования технологической секции №1 на обогатительной фабрике», ремонт оборудования ОФ проводился с 12.01.2018 года по 13.01.2018 года, то есть также не в указанный в спорном распоряжении период времени.

Относительно остальных приказов №28 от 16.01.2018 года и №33 от 17.01.2018 года, положенных в основу распоряжения от 05.02.2018 года, суд усматривает, что согласно тексту данных приказов, на ФИО1 никаких обязанностей не возлагалось и ознакомлен он с ними не был.

Однако, согласно предоставленным ответчиком докладным запискам за периоды с 09.01.2018 года по 12.01.2018 года, 10.01.2018 года, с 15.01.2018 года по 19.01.2018 года, 15.01.2018 года, 18.01.2018 года, 19.01.2018 года, истец проводил контроль сохранности МПЗ на указанных в распоряжении от 05.02.2018 года объектах общества, в том числе и за пределами установленного срока. Свидетель ФИО9 подтвердил, что на закрепленных за ним объектах общества ФИО1 осуществлял контроль сохранности МПЗ, как во время ремонта оборудования, так и после его проведения.

Как указывала представитель ответчика, на оперативном совещании личного состава управления безопасности №50 от 22.01.2018 года, ФИО1 поручалось предоставление подтверждающих материалов выполнения вышеуказанных проверок, которые не были предоставлены в нарушение п.2.3.1.3 названной должностной инструкции.

Истцом обоснованно заявлялось, что данным пунктом должностной инструкции закреплено выполнение им контроля сохранности материально-производственных запасов и объектов основных средств в закрепленных подразделениях, но отсутствует указание на оформление материалов проверок. Необходимые проверки им проведены, а их результаты отражены в отчетах за дни и недели того периода времени. 

Кроме того, суд обращает внимание, что мероприятия по контролю осуществлены истцом в установленные сроки, как указано работодателем в период ремонта оборудования или сразу после него, а указание по предоставлению материалов проверки дано ФИО1 22.01.2018 года. В то время как все мероприятия по контролю завершились 19.01.2018 года.

Убедительными являются ссылки стороны истца на то, что у работодателя отсутствует регламент порядка проведения вышеуказанных проверок и оформления материалов по результатам их проведения, что подтверждено свидетелями и руководителями истца ФИО10 и ФИО11 Данные свидетели поясняли, что указанные материалы могли быть составлены истцом в произвольной форме. После издания оспариваемого распоряжения свидетель ФИО11 более подробно указывает истцу, какое задание ему выдается и какие мероприятия необходимо проводить.

Процедура привлечения к дисциплинарной ответственности в данном случае была соблюдена работодателем, ФИО1 предоставил письменные объяснения, и после их получения ему был объявлен выговор.

За совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарные взыскания: замечание; выговор; увольнение по соответствующим основаниям (ч.1 ст.192 ТК РФ).

На основании ч.5 ст.192 ТК РФ, при наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Согласно абз.3 п.53 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 года №2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (ч.5 ст.192 ТК РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Соблюдение работодателем требований вышеназванной нормы закона при наложении дисциплинарного взыскания имеет правовое значение.

Судом не установлено, что в результате действий истца был причинен ответчику вред или наступили для него другие негативные последствия, в связи с чем, ответчиком нарушен принцип соразмерности наказания.

Работодателем в распоряжении также не учтено предшествующее поведение истца, его отношение к труду, стаж работы. 

С учетом конкретных обстоятельств дела суд приходит к выводу, что наложенное на истца дисциплинарное взыскание в виде выговора не соответствует тяжести совершенного проступка, оно не отвечает требованиям равенства, справедливости, гуманизма.

На основании изложенного, суд полагает необходимым удовлетворить требование истца и признать незаконным оспариваемое распоряжение ответчика.

При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что примененное дисциплинарное наказание к ФИО1 является незаконным, поскольку работодателем не доказан факт нарушения трудовой дисциплины истцом.

Согласно абз. 14 ч. 1 ст. 21 и ст. 237 ТК РФ, подлежат удовлетворению требования истца о компенсации морального вреда, причиненного неправомерными действиями работодателя по незаконному удержанию части заработной платы, нарушившими имущественные права истца.

В соответствии со ст.237 ТК РФ, компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости (ст. 1101 ГК РФ).

Моральный вред, причиненный ответчиком истцу, выразился в нравственных страданиях последнего относительно незаконного привлечения к дисциплинарной ответственности.

Суд, с учетом изложенных обстоятельств, полагает разумным и справедливым определить компенсацию морального вреда для взыскания с ответчика в размере 

<

данные изъяты> рублей в пользу истца, в удовлетворении остальной части требований о компенсации морального вреда в сумме 

<

данные изъяты> рублей следует отказать.

В силу ст.103 ГПК РФ, п.п.8 п.1 ст.333.20 и п.п.1 п.1 ст.333.19 НК РФ, учитывая, что истец освобожден от уплаты государственной пошлины при подаче иска, с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 

<

данные изъяты> в доход местного бюджета.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 к открытому акционерному обществу «Стойленский горно-обогатительный комбинат» о признании незаконным распоряжения от 05.02.2018 года о применении дисциплинарного взыскания и взыскании компенсации морального вреда удовлетворить в части.

Признать незаконным распоряжение №26/0.00-01-07 от 05.02.2018 года открытого акционерного общества «Стойленский горно-обогатительный комбинат» о применении к ФИО1 дисциплинарного взыскания.

Взыскать с открытого акционерного общества «Стойленский горно-обогатительный комбинат» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты> рублей, в удовлетворении остальной части требования отказать.

Взыскать с открытого акционерного общества «Стойленский горно-обогатительный комбинат» в бюджет Старооскольского городского округа государственную пошлину в сумме 

<

данные изъяты> рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Старооскольский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме 

Судья Н.Н. Черных

Решение в окончательной форме принято 25.06.2018 года.