Санкт-Петербургский городской суд

Рег. № 22-12744/2024

Дело № 1-369/2023 Судья Буланая О.П.

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ 

ПРИГОВОР

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Санкт-Петербург 13 февраля 2025 года

Судебная коллегия по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда в составе: 

председательствующего судьи Сафоновой Ю.Ю.,

судей: Жигулиной С.В., Васюкова В.В.,

с участием: 

старшего прокурора апелляционного отдела управления прокуратуры Санкт-Петербурга ФИО1,

осужденного ФИО2,

защитника-адвоката Азязова В.Г.,

при секретаре судебного заседания Романчуке Н.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя - старшего помощника прокурора Центрального района Санкт-Петербурга Корниенко А.Э. и апелляционную жалобу адвоката Азязова В.Г. на приговор Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от 20 октября 2023 года, которым 

ФИО2, 

<

дата> рождения, уроженец 

<

...>, 

<

...>, зарегистрированный и проживающий по адресу: 

<

адрес>, ранее не судимый,

осужден по ч.5 по ст.291 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере семидесятикратной суммы взятки – 105 000 000 (сто пять миллионов) рублей, с указанием реквизитов для уплаты штрафа. 

Меру пресечения ФИО2 в виде запрета определенных действий по вступлении приговора в законную силу постановлено отменить.

Арест на имущество, принадлежащее ФИО2, а именно на денежные средства в размере 55 000 рублей 00 копеек, 377 долларов США, 8 925 евро, а также на транспортное средство «Mercedes-Benz GLE-CLASS» (Мерседес-Бенц GLE-CLASS) серого цвета с г.р.з. 

<

...> и VIN№... постановлено сохранить для обеспечения исполнения наказания в виде штрафа.

Доложив материалы уголовного дела, заслушав выступления прокурора Денищица Е.А., поддержавшего доводы апелляционного представления, возражавшего против удовлетворения апелляционной жалобы, осужденного ФИО2 и его защитника-адвоката Азязова В.Г., поддержавших доводы апелляционной жалобы, возражавших против удовлетворения апелляционного представления, судебная коллегия, 

УСТАНОВИЛА:

Приговором суда ФИО2 признан виновным и осужден за дачу взятки, то есть дачу взятки должностному лицу через посредника за совершение заведомо незаконного бездействие, в особо крупном размере.

Преступление совершено при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре. 

Подсудимый ФИО2 в судебном разбирательстве суда первой инстанции вину в совершении преступления признал полностью. Уголовное дело рассмотрено в общем порядке судебного разбирательства. 

В апелляционном представлении государственный обвинитель Корниенко А.Э. просит приговор суда отменить, как незаконный, необоснованный, несправедливый, ввиду неправильного применения уголовного закона и несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам, изложенным в приговоре, направив уголовное дело на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе. 

В обоснование доводов апелляционного представления выражает несогласие с выводами суда, положенными в основу обжалуемого приговора, в частности с изменением объема предъявленного ФИО2 обвинения и установлением его вины в даче взятки должностному лицу через посредника в размере 1 500 000 рублей. 

Так, автор апелляционного представления оспаривает вывод суда, основанный на показаниях свидетеля С2 о том, что, оговаривая необходимый для решения вопроса размер денежных средств, он не сообщал ФИО2, какая именно сумма будет передана сотруднику налоговой службы. Считает, что данное обстоятельство не виляет на установленный и доказанный умысел ФИО2 на дачу взятки в размере именно 2 500 000 рублей.

Ссылаясь на требования п.п. 11.1, 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 09.01.2013 № 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях», указывает, что дача взятки подлежит квалификации по направленности умысла. Обращает внимание, что как следует из материалов уголовного дела, в том числе: показаний свидетеля С2, выступавшего посредником при передаче взятки, он сообщил ФИО2, что для ликвидации ООО 

<

Р.Н.-С.> без проблем и налоговой требуются денежные средства в размере 2 500 000 рублей. Указанные обстоятельства подтверждаются и показаниями подсудимого ФИО2, в связи с чем, его умысел был направлен на дачу взятки именно в размере 2 500 000 рублей, которые и были переданы посреднику.

Таким образом, считает незаконным и необоснованным уменьшение судом объема предъявленного ФИО2 обвинения в части размера взятки, и, как следствие, назначение ему несправедливого наказания за содеянное преступление вследствие чрезмерной мягкости.

Ссылаясь на требования ст.ст. 6, 43 УК РФ, п.п. 1, 29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», выражает несогласие с признанием судом в качестве смягчающего вину обстоятельства в соответствии с п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ явку с повинной. 

Полагает, что не может признаваться добровольным заявление о преступлении, сделанное лицом в связи с его задержанием по подозрению в совершении этого преступления, и признание лицом своей вины в совершении преступления в таких случаях может быть учтено судом в качестве иного смягчающего обстоятельства, в порядке ч.2 ст.61 УК РФ.

Обращает внимание, что явка с повинной дана ФИО2 лишь 20.01.2023, то есть после дополнительного допроса по обстоятельствам совершенного преступления. В тоже время ФИО2 задержан правоохранительными органами 22.09.2022, то есть задолго до оформления явки с повинной. Считает, что совершенное осужденным преступление выявлено не в связи с обращением ФИО2 в правоохранительные органы с соответствующим заявлением. При этом на момент дачи явки с повинной правоохранительным органам уже было известно о противоправной деятельности ФИО2, собраны достаточные доказательства, подтверждающие причастность ФИО2 к даче взятки.

Кроме того, по мнению автора апелляционного представления, судом назначено наказание, не соответствующее тяжести содеянного, личности осужденного. Считает, что судом не принято во внимание совершение ФИО2 особо тяжкого преступления, направленного против государственной власти, нарушающего нормальную управленческую деятельность государственных учреждений, подрывающего их авторитет, деформирующего правосознание граждан, создавая у них представление о возможности удовлетворения личных и коллективных интересов путем подкупа должностных лиц, препятствующего конкуренции, затрудняющего экономическое развитие. 

Учитывая изложенные обстоятельства, считает, что судом неверно применен уголовный закон при квалификации действий ФИО2, включая уменьшение объема предъявленного ему обвинения, и при назначении наказания, являющегося несправедливым ввиду его чрезмерной мягкости, что противоречит целям уголовного закона и основным принципам уголовного судопроизводства. 

В апелляционной жалобе адвокат Азязов В.Г. считает приговор суда несправедливым, ввиду чрезмерной суровости назначенного ФИО2 наказания. Просит приговор суда изменить, смягчить назначенное ФИО2 наказание, а именно, назначить ФИО2 по ст. 291 ч.5 УК РФ наказание с применением положений ст. 64 УК РФ в виде штрафа в размере десятикратной суммы взятки – 15 0000 (пятнадцать миллионов) рублей, либо наказание в виде лишения свободы сроком на 05 лет, которое на основании ст. 73 УК РФ считать условным с испытательным сроком в течение 05 лет, со штрафом в размере 5 000 000 (пять миллионов) рублей и с возложением на ФИО2 обязанности не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, куда ежемесячно являться на регистрацию.

В обоснование доводов апелляционной жалобы считает, что назначенное ФИО2 судом наказание в виде штрафа является по сути лишь отсрочкой лишения свободы ввиду заведомой его неисполнимости для осужденного.

Анализируя положения ст.ст. 31,32 УИК РФ, ст. 46 ч.5 УК РФ указывает, что в случае неуплаты ФИО2 штрафа полностью, либо в рассрочку, ему безальтернативно будет назначено наказание в виде лишения свободы. При этом выплатить одномоментно, либо в рассрочку сумму назначенного ему судом в качестве наказания штрафа осужденный заведомо не в состоянии.

Считает, что анализ имущественного положения осужденного, сделанный судом, носит формальный характер, поскольку у ФИО2 отсутствует реальная возможность исполнить назначенное ему наказание.

Обращает внимание, что выводы суда при назначении осужденному ФИО2 наказания в виде штрафа в установленном судом размере противоречат выводам суда о том, что наказание в виде реального лишения свободы негативно отразится на уровне жизни осужденного и членов его семьи. Так, назначая ФИО2 наказание, учитывая наличие у него сына, являющегося инвалидом 

<

...>, супруги, страдающей 

<

...> хроническим заболеванием, тещи, являющейся инвалидом, находящихся на иждивении ФИО2, суд указал, что наказание в виде реального лишения свободы будет являться не только чрезмерно суровым, но и крайне негативно отразится на уровне жизни его семьи. Однако, по логике суда первой инстанции, наказание в виде штрафа в размере 105 000 000 рублей негативно на уровне жизни его семьи не отразится. В связи с этим считает изложенные выводы суда при назначении наказания ФИО2 необоснованными.

Просит учесть данные о личности ФИО2, в частности: размер ежемесячного его дохода – заработной платы в размере 

<

...> рублей в должности генерального директора ООО 

<

С.П.Ф.>; остаток денежных средств по счету ПАО 

<

...>; наличие иных денежных средств, движимого имущества 

<

...> в совместной собственности. Также обращает внимание на низкий размер пенсии 

<

...> супруги ФИО2 

Помимо этого, усматривает наличие оснований для назначения наказания с применением ч.2 ст.64 УК РФ, и что суд, перечислив обстоятельства, смягчающие вину подсудимого, необоснованно не счел их исключительными. 

Полагает, что при назначении наказания суд указал, однако не учел в качестве смягчающих обстоятельств, наличие у осужденного 

<

...> хронического заболевания, его предпенсионный возраст 

<

...>, отсутствие ущерба государству, а также наличие у него 

<

...> высших образований. 

Суд также не учел пассивную роль ФИО2 в совершении преступления, выразившуюся в том, что хотя он и совершил дачу взятки, однако сделал это не по своей инициативе, не создавал соответствующих условий для этого, не был знаком с посредником в даче взятки и взяткополучателем, деятельность указанных лиц не координировал. Полагает, что степень вовлеченности лично ФИО2 в передачу взятки должностному лицу налогового органа С10 при содействии двух посредников – С2 и С9 была явно незначительной, третьестепенной по сравнению с активной ролью указанных лиц. Также полагает, что роль ФИО2 сводилась к тому, что он уступил настойчивым уговорам юриста С2 и не нашел в себе принципиальности не согласиться с соответствующим коррупционным предложением. 

По мнению защитника, судом также проигнорированы лояльность и законопослушность ФИО2, отсутствие его предосудительного поведения до и после совершения преступления, не смотря на то, что сослался на указанные обстоятельства в приговоре. 

Изложенные обстоятельства, включая данные о личности ФИО2, существенно уменьшающие степень общественной опасности преступления, а также его активное содействие раскрытию преступления, защитник полагает, что имеют все основания признать перечисленные обстоятельства исключительными в их совокупности. 

Выражает несогласие с отказом суда о возможности назначения ФИО2 наказания с применением положений ст.73 УК РФ, и что вопрос о возможности исправлении ФИО2 при назначении условного наказания фактически судом не рассмотрен. 

На апелляционное представление прокурора адвокатом Азязовым В.Г. поданы возражения, в которых защитник просит отказать в удовлетворении апелляционного представления, а приговор суда изменить по доводам апелляционной жалобы.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы, выслушав участников процесса, судебная коллегия находит приговор суда, подлежащим отмене в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного разбирательства, по следующим основаниям.

Приговором суда установлена вина ФИО2 в совершении дачи взятки, то есть дачи взятки должностному лицу через посредника за совершение заведомо незаконного бездействия, в особо крупном размере, то есть в совершении преступления, предусмотренного ст. 291 ч.5 УК РФ,

а именно в том, что в точно неустановленный период времени, но не позднее 16 часов 54 минут 10 июля 2020 года, находясь в точно неустановленном месте на территории Санкт-Петербурга, ФИО2 действующий в пользу ООО 

<

Р.Н.-С.> ИНН 

<

...> (далее - Общество) желая обойти закон, из личной заинтересованности, выражающейся в непроведении выездной налоговой проверки в отношении Общества, состоящего на учете в МИФНС России №... по Санкт-Петербургу (далее - МИФНС №...), имея умысел на дачу взятки в виде денег должностному лицу МИФНС №..., за совершение заведомо незаконного бездействия в отношении Общества, в отсутствие законных оснований для непроведения выездной налоговой проверки предусмотренных НК РФ, а также на приискание и достижение договоренности с должностным лицом МИФНС №... о непроведении вышеуказанной выездной налоговой проверки, заведомо зная, что у его знакомого С2 имеются обширные связи среди должностных лиц в МИФНС №..., обратился к последнему с просьбой оказать содействие в непроведении выездной налоговой проверки в отношении Общества, путем дачи взятки должностному лицу МИФНС №..., а также в приискании и достижении договоренности с должностным лицом МИФНС №... о непроведении вышеуказанной выездной налоговой проверки.

Далее, ФИО2 в точно неустановленный период времени, но не позднее 16 часов 54 минут 10 июля 2020 года, находясь в точно неустановленном месте на территории Санкт-Петербурга, имея умысел на дачу взятки должностному лицу, то есть дачу взятки должностному лицу через посредника за совершение заведомо незаконного бездействия, в особо крупном размере, действуя умышлено, незаконно, из корыстных побуждений, достиг соглашения с С2, согласно которому он (С2) выступит в качестве посредника между ним (ФИО2) и неизвестным ему (ФИО2) должностным лицом МИФНС №... – С10 при передачи денежных средств в качестве взятки в сумме 1 500 000 рублей 00 копеек, то есть в особо крупном размере, для последующей передачи их в качестве взятки должностному лицу МИФНС №... – С10 за совершение заведомо незаконного бездействия в отношении Общества, а именно непроведение выездной налоговой проверки в отношении Общества, в отсутствие законных оснований для непроведения выездной налоговой проверки предусмотренных НК РФ, на что С2 согласился.

После чего 10 июля 2020 года в период времени с 16 часов 54 минут по 17 часов 05 минут, ФИО2 находясь у дома 

<

адрес>, реализуя вышеуказанный преступный умысел, действуя умышленно и незаконно, желая обойти закон, передал С2 денежные средства в сумме 1 500 000 рублей 00 копеек, для последующей их передачи должностному лицу МИФНС №... – С10 в качестве взятки, за совершение заведомо незаконного бездействия в отношении Общества, в отсутствие законных оснований для непроведения выездной налоговой проверки предусмотренных НК РФ, из которых С2 получил 500 000 рублей 00 копеек в качестве вознаграждения.

В дальнейшем, ФИО2, действуя на основании соглашения, достигнутого с С2, 30 октября 2020 года в период времени с 12 часов 03 минут по 15 часов 35 минут, находясь у дома 

<

адрес>, реализуя вышеуказанный преступный умысел, действуя умышленно и незаконно, желая обойти закон, передал С2 денежные средства в сумме 1 000 000 рублей 00 копеек, для последующей их передачи должностному лицу МИФНС №... – С10 в качестве взятки, за совершение заведомо незаконного бездействия в отношении Общества, в отсутствие законных оснований для непроведения выездной налоговой проверки предусмотренных НК РФ.

Таким образом, ФИО2, действуя вышеуказанным способом, совершил дачу взятки должностному лицу, то есть дачу взятки должностному лицу через посредника за совершение заведомо незаконного бездействия, в общей сумме 1 500 000 рублей 00 копеек, то есть особо крупном размере, за совершение должностным лицом МИФНС №... – С10 заведомо незаконного бездействия, а именно непроведение выездной налоговой проверки в отношении Общества, в отсутствие законных оснований для непроведения выездной налоговой проверки предусмотренных НК РФ.

В судебном заседании ФИО2 вину в совершении преступления признал полностью, пояснил, что с 2004 года занимает должность финансового директора АО 

<

П.>. В его обязанности входит непосредственное руководство финансовой и экономической политикой, как и АО 

<

П.>, так и нескольких аффилированных компаний, таких как ООО 

<

Р.Н.-С.>. В 2019 году ООО 

<

Р.Н.-С.> перестала приносить прибыль, а в 2020, после начала пандемии короновирусной инфекции COVID-19, ситуация стала критической, и компания начала приносить убытки, в связи с чем акционеры Общества приняли решение о его ликвидации, что и было ему (ФИО2) поручено, и в связи с чем он (ФИО2) обратился в ООО 

<

А.-К.>, генеральным директором которого является С2 Он (ФИО2) попросил С2 уточнить, можно ли провести ликвидацию ООО 

<

Р.Н.-С.> без проведения проверки, так как допускал возможные нарушения налогового законодательства со стороны Общества. Через несколько дней С2 сообщил, что ликвидация ООО 

<

Р.Н.-С.> без проведения проверки возможна, определил стоимость работы в 2 500 000 рублей, при этом он (ФИО3) не уточнял, на какие конкретно расходы пойдет указанная сумма. Будучи финансовым директором группы компаний 

<

П.> и отвечая за ее финансовую и экономическую политику, за обеспечение финансовой и налоговой деятельности, предполагая, что налоговые нарушения в деятельности ООО 

<

Р.Н.-С.> могли иметь место вследствие ошибок, допущенных лично им, он (ФИО2) опасался, что проведение налоговой проверки в отношении ООО 

<

Р.Н.-С.> может повлечь для него, как финансового директора, существенные негативные служебные последствия, вплоть до увольнения. Учитывая изложенное, он (ФИО2) согласился на предложение С2, при этом руководство АО 

<

П.> он в известность об этом не ставил. Денежные средства в размере 2 500 000 рублей он (ФИО2) передал С2 двумя траншами: 1 500 000 рублей 1 000 000 рублей, соответственно. Передача денежных средств в обоих случаях происходила наличными денежными средствами купюрами номиналом 5 000 рублей около офиса С2 в его (ФИО2) автомобиле, при этом переданные С2 денежные средства в размере 2 500 000 рублей были его личными накоплениями.

Согласно приговору вина ФИО2 в совершении установленного судом преступления подтверждается совокупностью исследованных судом и приведенных в приговоре доказательств, а именно:

- показаниями свидетеля С14, допрошенной в судебном заседании, а также показаниями свидетеля, которые были даны ею на предварительном следствии и оглашены в судебном заседании в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, согласно которым с 15 февраля 2021 года она состоит в должности главного бухгалтера АО 

<

П.>, генеральным директором которого является С13, финансовым директором – ФИО2. Также, ФИО2 является генеральным директором ООО 

<

С.П.Ф.>. АО 

<

П.> предоставляет ООО 

<

С.П.Ф.> рекламные конструкции, находящиеся в собственности Общества, на основании договора аренды, а ООО 

<

С.П.Ф.> размещает на арендованных конструкциях рекламу клиентов. Акционеры 

<

П.> являются учредителями ООО 

<

С.П.Ф.>. Иных взаимоотношений общества не имеют. В ее (С14) должностные обязанности входит подготовка и сдача бухгалтерской и налоговой отчетности в МИФНС России №... по Санкт-Петербургу, прохождение аудиторских проверок, подготовка пакетов документов для кредитования, ежеквартальный мониторинг отчетности банками, осуществление руководства бухгалтерией. ООО 

<

Р.Н.-С.> являлось контрагентом АО 

<

П.>, в настоящее время взаимоотношений не имеется, так как ООО 

<

Р.Н.-С.> ликвидировано в январе 2021 года. Ее (С14) непосредственным руководителем является С11, которая занимает должность финансового директора ООО 

<

С.П.Ф.>, по факту выполняла трудовые обязанности в АО 

<

П.> и контролируют текущие платежи Общества и экономический отдел АО 

<

П.>. Также С11 отдает ей распоряжения в части текущих платежей, инициатором которых является она, то есть когда контрагенту необходимо перечислить денежные средства, она составляет платежные документы и отправляет на согласование С11 После личного одобрения С11 платежи уходят в исполнение, после перечисления денежных средств с расчетного счета компании, сведения о платеже вносятся в «1С». В отчетный период, бухгалтерия собирает данные обо всех доходах и расходах, после чего начинают формировать налоговую отчетность. На этапе окончания сбора информации от С11 они получают указания о корректировке или об отправке данной отчетности в МИ ФНС (т. 3 л.д. 162-166);

- показаниями свидетеля С16, допрошенного в судебном заседании, а также показаниями свидетеля, которые были даны им на предварительном следствии и оглашены в судебном заседании в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, согласно которым он занимает должность заместителя начальника отдела камеральных проверок №... МИФНС России №... по Санкт-Петербургу. АО 

<

П.> состоит на налоговом учете в МИ ФНС России №... и является одним из значительных налогоплательщиков. В ноябре 2020 года заместителем руководителя МИ ФНС России №... С12 дано устное распоряжение провести камеральную проверку уточненной налоговой декларации по НДС за 3 квартал 2018 года АО 

<

П.>. В соответствии со ст. 88 НК РФ основанием проведения камеральной проверки является наличие в системе АИС «НАЛОГ-3» расхождений с контрагентом 1 звена ООО 

<

Р.Н.-С.>. Расхождения заключались в том, что АО 

<

П.> в уточненной декларации отразило налоговый вычет в сумме 11 000 000 рублей, а ООО 

<

Р.Н.-С.> в своей уточненной декларации отразило нулевые показатели, тем самым отказав в налоговых вычетах АО 

<

П.>. В ходе проведения камеральной проверки за 3 квартал 2018 года АО 

<

П.> и проверки контрагента 1 звена ООО 

<

Р.Н.-С.> установлено, что ООО «

<

...> в своих налоговых декларациях по налогу о добавленной стоимости принимало налоговые вычеты от налогоплательщиков с несформированным источником налога на добавленную стоимость, тем самым обнаружены взаимоотношения с техническими компаниями. Также в ходе проверки установлено, что генеральным директором АО 

<

П.> и ООО 

<

Р.Н.-С.> является одно физическое лицо С13, юридические адреса АО 

<

П.> и ООО 

<

Р.Н.-С.> совпадали, в АО 

<

П.> и ООО 

<

Р.Н.-С.> трудоустроены одни и те же физические лица. Таким образом, в ходе камеральной проверки установлены признаки афилированности юридических лиц. В декларации АО 

<

П.> указаны два договора подряда, согласно которым ООО 

<

Р.Н.-С.> производило работы в пользу АО 

<

П.>. Указанные договоры являлись основанием перечисления денежных средств с расчетных счетов АО 

<

П.> на расчетные счета ООО 

<

Р.Н.-С.>. Таким образом, АО 

<

П.> являлось конечным бенефициаром выполнения работ и услуг ООО 

<

Р.Н.-С.>. По результатам проверки составлен акт камеральной налоговой проверки, согласно которому АО 

<

П.> сняты налоговые вычеты по контрагенту ООО 

<

Р.Н.-С.>, то есть АО 

<

П.> должен выплатить в бюджет 21 000 000 рублей, либо представить возражения налоговому в течение одного месяца с вручения акта проверки. При заместителе руководителя инспекции созвано совещание с налогоплательщиком, в ходе которого представителю по доверенности ФИО2 вручили акт камеральной проверки и объявили о необходимости уплаты указанной суммы в бюджет РФ. АО 

<

П.> представлены возражения по акту, с изложением позиции налогоплательщиков с представлением подтверждающих документов, а именно счетов фактур и договоров. Из 21 000 000 рублей АО 

<

П.> не смогли подтвердить налоговые вычеты на сумму 6 миллионов рублей, после чего представили еще одну уточненную декларацию и выплатили бюджету РФ 6 000 000 рублей. Также в ходе проверки им изучались налоговые декларации по НДС АО 

<

П.> и ООО 

<

Р.Н.-С.> за иные периоды, на предмет изучения взаимозависимости и пересечения контрагентов, в том числе ним изучены декларации за 4 квартал 2018 года. В результате чего в книге покупок ООО 

<

Р.Н.-С.> также обнаружены налогоплательщики с несформированным источником налога о добавленной стоимости, то есть организации с признаками технических. В ходе изучения деклараций по НДС установлено применение АО 

<

П.> по сделкам с ООО 

<

Р.Н.-С.> идентичных сделок, направленных на формирование вычетов по НДС. ООО 

<

Р.Н.-С.> ликвидировалось в конце 2020 года. После подачи заявления по форме 13001, о намерении ликвидировать юридическое лицо, в МИ ФНС России №... по Санкт-Петербургу, которое является регистрирующим налоговым органом в области регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей. В АИС «Налог-3» появляется отметка о подаче заявления на регистрацию, после чего каждый отдел налогового органа по месту учета проводит проверку на предмет наличия налоговых нарушений. Если в ходе данной проверки обнаружились задолженности перед бюджетом РФ, расхождения в декларациях с контрагентами, не исчисленные и неудержанные налоги и сборы, то регистрация приостанавливается и назначается выездная налоговая проверка. Нарушения ООО 

<

Р.Н.-С.>, которые им обнаружились в ходе камеральной проверки, являлись одним из оснований для проведения выездной налоговой проверки при ликвидации юридического лица. До апреля 2019, ООО 

<

Р.Н.-С.> состояло на учете в МИ ФНС России №.... С апреля 2019 до момента ликвидации оно состояло на учете в МИ ФНС России №.... Также, он познакомился с ФИО2 в ходе проведения камеральной проверки АО 

<

П.>, когда ФИО2 представился финансовым директором АО 

<

П.>, представлял по доверенности интересы АО 

<

П.> в налоговом органе, он общался с последним исключительно по предмету камеральной проверки. Общались они неоднократно, в том числе. В ходе переписок в мессенджере «What’s app» обсуждался ход проведения проверки и вопросы по уплате в бюджет задолженности по налогам и сборам. Выгода для АО 

<

П.> в ликвидации ООО 

<

Р.Н.-С.> состояла в том, что после ликвидации ООО 

<

Р.Н.-С.>, у налоговых органов исчезают правовые основания для доначисления налогов и сборов к уплате в бюджет РФ со стороны АО 

<

П.> по взаимоотношениям с ООО 

<

Р.Н.-С.> (т. 3 л.д. 184-188);

- показаниями свидетеля С18, допрошенного в судебном заседании, а также показаниями свидетеля, которые были даны им на предварительном следствии и оглашены в судебном заседании в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, согласно которым ООО 

<

Р.Н.-С.> ему известно, около 

<

...> лет назад акционеры АО 

<

П.> и АО 

<

П.> выкупили указанное Общество у бывшего учредителя – С17, до очередной реформы наружной рекламы указанная компания занималась размещением наружной рекламы, однако, после реформы, данный тип рекламных щитов запрещен в использовании и фирма потеряла свой основной источник дохода, превратившись в техническую компанию. Деятельность Общества сведена к владению рекламными конструкциями. В период с 2018 по 2019 года, на очередном собрании акционеров сообщили, что возникла необходимость ликвидации ООО 

<

Р.Н.-С.>, так как Общество не приносит дохода и терпит значительные убытки. Ликвидатором Общества назначался юрист АО 

<

П.> - С15, который являлся и генеральным директором ООО 

<

Р.Н.-С.>. Предложение о назначении ликвидатором С15, поступило от генерального директора АО 

<

П.> - С13, так как С15 являлся юристом АО 

<

П.> и все равно бы сопровождал ликвидацию Общества, поэтому для оптимизации труда С15 назначен ликвидатором. В конце 2020 или в начале 2021 ООО 

<

Р.Н.-С.> ликвидировано. ФИО2 ему знаком, поскольку последний является директором по экономике и финансам АО 

<

П.>, с последним состоит в рабочих отношениях. На указанную должность в АО 

<

П.> ФИО2 пригласил С13 В АО 

<

П.> ФИО2 является наемным работником, в связи с чем, не может принимать решения самостоятельно, также как и принять решение о необходимости ликвидации ООО 

<

Р.Н.-С.>, последний мог только давать рекомендации по этому вопросу в силу своих должностных обязанностей в АО 

<

П.> (т. 3 л.д. 179-182);

- показаниями свидетеля С10, допрошенного в судебном заседании, а также показаниями свидетеля, которые были даны им на предварительном следствии и оглашены в судебном заседании в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, согласно которым в период с 2015 по 2022 он занимал должность заместителя начальника МИФНС России №... по Санкт-Петербургу. До 10 июля 2020 года ранее знакомая ему С9 обратилась к нему за помощью и рассказала, что к последней обратился неизвестный ему представитель ООО 

<

Р.Н.-С.>, который пояснил, что Общество необходимо ликвидировать без проведения выездной налоговой проверки, пояснила, что к ООО 

<

Р.Н.-С.> могут возникнуть претензии по налогу за добавленную стоимость в сумме около 30 000 000 рублей 00 копеек. Он пояснил С9, что за 1 500 000 рублей 00 копеек он может обеспечить ликвидацию ООО 

<

Р.Н.-С.> без проведения выездной налоговой проверки. Также он проанализировал финансово-хозяйственную деятельность ООО 

<

Р.Н.-С.>, обнаружив в действиях ООО 

<

Р.Н.-С.> составы налоговых правонарушений, однако, данные нарушения не препятствовали Обществу в ликвидации. Он сообщил С9, что Общество может ликвидироваться, так как он обеспечит ликвидацию без проведения выездной налоговой проверки, введя последнюю в заблуждение, так как никаких действий предпринимать по данному вопросу не собирался. После дачи согласия С9 оказать помощь в решении вопроса ООО 

<

Р.Н.-С.>, последняя связалась с ними и сообщила, что представители Общества передали денежные средства в сумме 1 000 000 рублей 00 копеек, и С9 готова передать их ему. 11 июля 2020 года С9 подъехала в период с 09 часов 00 минут по 10 часов 00 минут к его предыдущему месту работу к 

<

адрес>, он вышел на улицу, сел в автомобиль С9 марки «Range Rover», в кузове 

<

...>. С9 передала ему в руки полиэтиленовый пакет, в котором находились денежные средства в сумме 1 000 000 рублей 00 копеек, купюрами номинала 5 000 рублей. После чего он пояснил С9, что вопрос ООО 

<

Р.Н.-С.> будет решен, и что не стоит бояться выездной налоговой проверки. За посреднические услуги он разрешил С9 забрать 500 000 рублей 00 копеек. В октябре 2020 года, он сообщил С9, что представители ООО 

<

Р.Н.-С.> должны выплатить еще 1 000 000 рублей 00 копеек. 30 октября 2020 года С9 сообщила, что получила деньги, и он сказал привести их ему 02 ноября 2022 года. Он не принимал никаких решений в отношении указанных юридических лиц, используя свои должностные полномочия, он обманным путем получил денежные средства и обратил их в свою пользу. Процесс ликвидации ООО 

<

Р.Н.-С.> он не контролировал. Ему сообщила С9 о том, что Общество заявило о ликвидации, но он, полагаясь на свой анализ состояния общества, не контролировал ход ликвидации, так как был убежден в том, что это произойдет само собой (т. 5 л.д. 10-15);

- показаниями свидетеля С3, которые были даны ею на предварительном следствии и оглашены в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ, согласно которым она в ООО 

<

А.-К.> работает с октября 2015 года в должности юрисконсульта. Ее непосредственным руководителем является С2 - генеральный директор и учредитель ООО 

<

А.-К.>. ООО 

<

О.> и ООО 

<

Р.Н.-С.> ей известны, те являлись клиентами ООО 

<

А.-К.>. Она и С5, которая также является юрисконсультом ООО 

<

А.-К.>, вместе готовили документы в налоговый орган для изменения места регистрации ООО 

<

О.>, а также составление необходимых документов для ликвидации ООО 

<

Р.Н.-С.>. Она осуществляла юридическое сопровождение данных организаций в период с 2019 по 2021 года. После подачи осуществления регистрационных действий с ООО 

<

О.> и постановки указанного юридического лица на учет в МИ ФНС России №... по Санкт-Петербургу, она более не оказывала услуг для данной компании. Ею подготовлены необходимые документы для ликвидации ООО 

<

Р.Н.-С.>, а именно уведомление по форме Р 15016, протоколы ликвидации и о назначении ликвидатора. После подачи в установленные законом сроки всех необходимых документов ООО 

<

Р.Н.-С.> ликвидирована в начале 2021 года. Генеральным директором ООО 

<

О.> является С8, но лично с которым она не знакома, к нотариусу для получения доверенности С8 сопровождала ее коллега - С5 Она знакома с ликвидатором ООО 

<

Р.Н.-С.> С15 (т. 4 л.д. 228-231)

- показаниями свидетеля С5, которые были даны ею на предварительном следствии и оглашены в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ, согласно которым она работает в ООО 

<

А.-К.> с октября 2017 года в должности юрисконсульта. Ее непосредственным руководителем является С2 - генеральный директор и учредитель ООО 

<

А.-К.>. ООО 

<

О.> и ООО 

<

Р.Н.-С.> ей известны, те являлись клиентами ООО 

<

А.-К.>. Она и С3, которая также является юрисконсультом ООО 

<

А.-К.>, вместе готовили документы в налоговый орган для изменения места регистрации ООО 

<

О.>, а также составление необходимых документов для ликвидации ООО 

<

Р.Н.-С.>. Она осуществляла юридическое сопровождение данных организаций в период с 2019 по 2021 года. После подачи осуществления регистрационных действий с ООО 

<

О.> и постановки указанного юридического лица на учет в МИ ФНС России №... по Санкт-Петербургу, она более не оказывала услуг для данной компании. Ею подготовлены необходимые документы для ликвидации ООО 

<

Р.Н.-С.>, а именно уведомление по форме Р 15016, протоколы ликвидации и о назначении ликвидатора. После подачи в установленные законом сроки всех необходимых документов ООО 

<

Р.Н.-С.> ликвидирована в начале 2021 года. Она знакома с генеральным директором С8, поскольку сопровождала С8 к нотариусу для получения доверенности на представление интересов от имени ООО 

<

О.>. Она знакома с ликвидатором ООО 

<

Р.Н.-С.>, - С15 (т. 4 л.д. 232-235);

- показаниями свидетеля С7, которые были даны им на предварительном следствии и оглашены в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ, согласно которым ему известно ООО 

<

Р.Н.-С.>, при обстоятельствах, когда около 

<

...> лет назад, акционеры АО 

<

П.> выкупили указанное Общество у бывшего учредители, ООО 

<

Р.Н.-С.> занимается предоставлением рекламных щитов по договорам аренды. В период с 2018 по 2019 года, на очередном собрании акционеров им сообщили, что возникла необходимость в ликвидации ООО 

<

Р.Н.-С.>, так как Общество не приносит дохода и терпит значительные убытки. Ликвидатором ООО 

<

Р.Н.-С.> назначен юрист АО 

<

П.> - С15, предложение о назначении которого поступило на его электронную почту, также в письме указывалась дата визита к нотариусу для подписания документов. Причины назначения С15 ему неизвестны. В конце 2020 или в начале 2021 произошла ликвидация ООО 

<

Р.Н.-С.>. Также, он знаком с ФИО2, последний учился вместе с С13 и по совместительству является финансовым директором АО 

<

П.>. Ранее, существовало двое ООО 

<

П.>, где в обоих он является участником, однако, первое ООО 

<

П.> продано в апреле 2019 года, информацию о ликвидации Общества он получал от сотрудника юридического отдела С15 (т. 5 л.д. 6-9);

- показаниями свидетеля С9, допрошенной в судебном заседании, а также показаниями свидетеля, которые были даны ею на предварительном следствии и оглашены в судебном заседании в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, согласно которым не позднее 30 октября 2020 года, к ней обратился С2 и сообщил, что у него есть клиенты, которые хотят ликвидировать ООО 

<

Р.Н.-С.> без проведения выездной налоговой проверки. Она обратилась к С10, сообщила индивидуальный налоговый номер ООО 

<

Р.Н.-С.>, тот, проанализировал компанию, сообщил о необходимости уплаты в бюджет Российской Федерации 6 000 000 рублей 00 копеек, а лично С10 выплатить 2 000 000 рублей 00 копеек. В случае отказа на предложение представителей ООО 

<

Р.Н.-С.> из-за имеющихся нарушений налогового законодательства обязали бы уплатить в бюджет гораздо большую сумму. С2 позвонил ей и сообщил, что представители ООО 

<

Р.Н.-С.> дали 2 500 000 рублей 00 копеек, и С2 готов передать денежные средства ей. Она назначила встречу в этот же день у тренажерного зала по адресу: 

<

адрес> около 19 часов 00 минут С2 подъехал к тренажерному залу по указанному адресу, позвонил ей и сказал, что ждет ее на парковке в своей машине BMW 

<

...>. После того, как она села в автомобиль С2, последний передал ей 2 000 000 рублей купюрами номиналом 5 000 рублей 00 копеек. Она положила их в свою сумку и сообщила С2, что ООО 

<

Р.Н.-С.> проведут ликвидацию без выездной проверки. В этот же день она сообщила С10, что получила денежные средства за ООО 

<

Р.Н.-С.>. 31 октября 2020 года в промежуток с 09 часов 00 минут по 18 часов 00 минут, она приехал к зданию МИ ФНС России №... по Санкт-Петербургу, где передала С10 денежные средства в сумме 1 500 000 рублей 00 копеек. Остальные денежные средства она оставила себе за посреднические услуги (т. 4 л.д. 238-243, 244-248);

- показаниями свидетеля С2, допрошенного в судебном заседании, согласно которым в конце 2020 года ФИО2 обратился к нему с просьбой решить проблему с ликвидацией ООО 

<

Р.Н.-С.>, сообщил, что есть риск проведения выездной налоговой проверки, которая может выявить налоговые нарушения. Он (С2) обратился к С9, которая сообщила, что ООО 

<

Р.Н.-С.> можно ликвидировать без проблем, с указанной целью необходимо 2 000 000 рублей. Он (С2) назвал ФИО2 сумму в 2 500 000 рублей, сказав, что часть денег пойдет в налоговую для решения проблем. ФИО4 передал ему (С2) 2 500 000 рублей, он (С2) в свою очередь передал С9 2 000 000 рублей купюрами номиналом по 5 000 рублей, 500 000 рублей оставив себе. В итоге ООО 

<

Р.Н.-С.> была ликвидирована;

- копией протокола осмотра предметов от 19 сентября 2022 года, произведенный в рамках уголовного дела №..., согласно которому осмотрен мобильный телефон марки «Iphone»IMEI: 353918107773099, принадлежащий С10, в ходе осмотра вышеописанного мобильного телефона, в приложении «Signal» обнаружена переписка с абонентским номером 

<

...>, сохраненным в записной книжке как «С9», в которой ведется обсуждение деятельности Обществ и обсуждение вопросов проведения выездной налоговой проверки (т. 1 л.д. 144-157);

- постановлением о представлении результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд от 11 ноября 2022 года, согласно которому заместитель начальника УМВД России по Адмиралтейскому району Санкт-Петербурга – начальник полиции С4, постановил представить оперативно-служебные материалы, отражающие результаты оперативно-розыскной деятельности, представляющие собой негласные аудиозаписи телефонных переговоров лица, использующего телефон со следующим абонентским номером: 

<

...>, в следственный отдел по Адмиралтейскому району Главного следственного управления Следственного комитета России по Санкт-Петербургу (т. 2 л.д. 124-125);

- актом исследования предметов и документов от 11 ноября 2022 года с приложением, согласно которому оперуполномоченным ОЭБиПК УМВД России по Адмиралтейскому району Санкт-Петербурга С6 осмотрен оптический диск DVD-R № 4210с/1287с (МНИ №... ОЭБиПК) содержащий папку с файлами «ПТП-С-75-24230-22 (Пленум-С1)», в которых содержались записи телефонных переговоров лица, использующего мобильный номер 

<

...> с лицами, использующими мобильные номера 

<

...> и 

<

...>. Записи телефонных разговоров, содержащие оперативно-значимую информацию были скопированы на CD-R диск белого цвета марки «Verbatim» № С3123АА16213622LH (т. 2 л.д. 131-136);

- справкой оперуполномоченного ОЭБиПК УМВД России по Адмиралтейскому району Санкт-Петербурга С6, согласно которой в ходе проведения ОРМ установлено, что лицом, использующим телефон с абонентским номером: 

<

...>, является С13; лицом, использующим абонентским номер 

<

...> является С18; лицом, использующим абонентский номер 

<

...>, является С1 В ходе разговора происходящего между С13 и С1, последний передает мобильный телефон ФИО2, для продолжения разговора с С13 (т. 2 л.д. 137);

- протоколом осмотра предметов от 27 ноября 2022 года, согласно которому осмотрен CD-R диск белого цвета марки «Verbatim» № C3123AA16213622LH, на котором, обнаружены аудиозаписи телефонных переговоров абонента с номером 

<

...>, который согласно материалам уголовного дела принадлежит С13 с ФИО2 (т. 2 л.д. 138-142);

- протокол следственного действия – протокол осмотра предметов от 27.11.2022, согласно которому осмотрен оптический CD-R диск желтого цвета марки «VS» №LH3151 YJO3020659 D2, на котором обнаружены протоколы телефонных соединений абонента номера 

<

...>, используемого ФИО2, согласно которым вышеуказанный мобильный телефон находился в Центральном районе Санкт-Петербурга в следующие периоды времени: 10 июля 2020 года в период с 16 часов 54 минут по 17 часов 05 минут; 30 октября 2020 года в период с 12 часов 03 минут по 15 часов 35 минут (т. 3 л.д. 29-32);

- протоколом осмотра предметов с участием свидетеля С16 от 09 ноября 2022 года с приложением, согласно которому осмотрен мобильный телефон марки «Samsung GalaxyS9» с IMEI353325102764341, принадлежащий С16, изъятый в ходе выемки 09 ноября 2022 года. В ходе осмотра содержимого вышеописанного телефона, при переходе в мессенджер «What’sapp», обнаружена переписка с контактом, сохраненным в телефонной книге, как «Эдуард Владимирович Голубков» с абонентским номером 

<

...>. Также, при переходе в мессенджер «Signal», обнаружена переписка с контактом, сохраненным в телефонной книге, как Д. с абонентским номером 

<

...>. Свидетель С16 пояснил, что переписка с телефонным номером 

<

...> – это переписка с ФИО2 В ходе данной переписки они обсуждали уплату установленных законодательством РФ налогов и сборов бюджет РФ. Также, в ходе переписки с телефонным номером 

<

...> под именем Д., они обсуждали доплату денежных средств бюджет РФ путем подачи уточненных налоговых деклараций в бюджет РФ. Д. является представителем ООО 

<

З.> (т. 3 л.д. 195-221);

- протоколом явки с повинной от 20 января 2023 года, согласно которой ФИО2, добровольно сообщил о совершённом им преступлении, а именно о том, что он передал через посредника С2 денежные средства в сумме 2 500 000 рублей 00 копеек для передачи неизвестному для него лицу (т. 5 л.д. 71).

Указанным доказательствам судом дана надлежащая оценка, они полно и подробно изложены в приговоре, согласуются между собой и с другими материалами дела, в связи с чем, правильно признаны судом достоверными и взяты за основу при постановлении приговора. Судом приведены мотивы, по которым одни доказательства признаны достоверными, а другие отвергнуты. Противоречия, обнаружившиеся в отдельных доказательствах, выяснены и оценены. Существенных противоречий, которые могли бы свидетельствовать об их недостоверности, показания свидетелей обвинения не содержат.

Оснований не доверять показаниям свидетелей обвинения, у суда не имелось, поскольку они последовательны, логичны, согласуются между собой и с другими доказательствами по делу, признанными судом достоверными. Причин для оговора осужденного данными лицами судом не установлено. Не усматривается таких оснований и судебной коллегией.

При этом суд дал правильную оценку показаниям осужденного, признавшего в полном объеме свою вину.

Проанализировав представленные сторонами доказательства, судебная коллегия приходит к выводу, что указанные в приговоре доказательства действительно подтверждают виновность ФИО2 в совершении инкриминированного ему преступления, а приговор суда первой инстанции, как обвинительный является законным и обоснованным. 

Вместе с тем, выводы суда о фактически совершенных ФИО2 преступных действиях и о направленности его умысла на их совершение не соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным в ходе судебного разбирательства, и противоречат представленным доказательствам.

В соответствии с п. 1 ст. 389.15 УПК РФ основанием для отмены судебного решения в апелляционном порядке является, в том числе, несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции.

В соответствии с п. 1 ст. 389.16 УПК РФ приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, если выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании.

В силу п.4 ст. 389.16 УПК РФ приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, если выводы суда, изложенные в приговоре, содержат существенные противоречия, которые повлияли или могли повлиять на решение вопроса о виновности или невиновности осужденного или оправданного, на правильность применения уголовного закона или на определение меры наказания.

При этом, как усматривает судебная коллегия, допущенные судом нарушения могут быть устранены при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке. В связи с этим, судебная коллегия приходит к выводу о том, что по данному уголовному делу должно быть вынесено новое судебное решение в соответствии с п.2 ч.1 ст.389.20 УПК РФ, ст.389.23 УПК РФ, а именно постановлен новый обвинительный приговор по следующим основаниям.

Органом предварительного следствия ФИО2 обвиняется в том, что совершил дачу взятки должностному лицу через посредника за совершение заведомо незаконного бездействия, в особо крупном размере, а именно в том, что через посредника – С2 передал должностному лицу МИФНС №... – С10 за непроведение налоговой проверки в отношении ООО 

<

Р.Н.-С.> деньги в сумме 2 500 000 рублей в два приема (1500000 и 1000000 рублей), то есть в совершении преступления, предусмотренного ст.290 ч.5 УК РФ.

Согласно обжалуемому приговору, суд, признав ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ст.290 ч.5 УК РФ, в результате анализа представленных доказательств, пришел к выводу о том, что представленными доказательствами подтвержден факт передачи ФИО2 взятки лишь в размере 1 500 000 рублей.

При этом суд сослался на приведенные в приговоре показания свидетелей:

- С2 о том, что по его просьбе ФИО2 передал ему деньги в размере 2 500 000 рублей, но он, С2, не оговаривал с ФИО2, какая именно сумма будет передана сотруднику налоговой службы; 

- С9 о том, что узнав от С2 о передаче ему представителями ООО 

<

Р.Н.-С.> денег в сумме 2 500 000 рублей для передачи должностному лицу МИФНС №... – С10 за непроведение налоговой проверки в отношении указанного Общества, получила от последнего для этих целей 2 000 000 рублей, из которых передала С10 1 500 000 рублей 00 копеек. Остальные денежные средства она оставила себе за посреднические услуги;

- С10 о том, что согласился на предложение С9 о ликвидации ООО 

<

Р.Н.-С.> за 1 500 000 рублей и получил указанную сумму от С9

На основании показаний указанных свидетелей, а также и самого ФИО2 суд пришел к выводу о недоказанности обвинения в части наличия у ФИО2 умысла на передачу взятки в размере 2 500 000 рублей.

В тоже время при описании преступного деяния, суд, указав в приговоре, что ФИО2, договорившись с С2 о передаче последнему для дальнейшей передачи должностному лицу – С10 взятки в размере 1 500 000 рублей за непроведение налоговой проверки в отношении ООО 

<

Р.Н.-С.>, далее указал в приговоре, что для этой цели ФИО2 передал С2 10.07.2020г. сначала 1 500 000 рублей, а затем – 30.10.2020г., с этой же целью, передал ему еще 1 000 000 рублей.

Далее, в этой же части приговора, суд указал, что действуя указанным способом, ФИО2 совершил передачу взятки должностному лицу (С10) через посредника за совершение заведомо незаконного бездействия в общей сумме 1 500 00 рублей, то есть в особо крупном размере.

При таких обстоятельствах из приговора не ясно, каков установленный размер взятки, в передаче которой должностному лицу, ФИО2 признан судом виновным и, следовательно, не ясно, в каких конкретно преступных действиях ФИО2 признан виновным. 

В тоже время вывод суда о том, что умысел ФИО2 был направлен на дачу взятки именно в размере 1 500 000 рублей, поскольку С2 не сообщал ему о том, какую конкретно сумму он передаст С10, не убедителен и противоречит приведенным в приговоре показаниям самого ФИО2, последовательного показавшего, что он передал С2 для передачи должностному лицу за непроведение налоговой проверки в отношении ООО 

<

Р.Н.-С.> 2 500 000 рублей.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 11.1, п. 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 июля 2013г. N 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях» (в редакции от 24.12.2019г.), если взяткодатель намеревался передать, а должностное лицо - получить взятку в значительном или крупном либо в особо крупном размере, однако фактически принятое должностным лицом незаконное вознаграждение не составило указанного размера, содеянное надлежит квалифицировать как оконченные дачу либо получение взятки соответственно в значительном, крупном или особо крупном размере.

Например, когда взятку в крупном размере предполагалось передать в несколько приемов, а взяткополучатель был задержан после передачи ему первой части взятки, не образующей такой размер, содеянное должно квалифицироваться по п. «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ.

Таким образом, по смыслу закона, дача взятки подлежит квалификации по направленности умысла, и доводы апелляционного представления в данной части являются убедительными.

При таких обстоятельствах тот факт, что получая от ФИО2 деньги в размере 2 500 000 рублей для их передачи должностному лицу, посредник С2 не сообщил ФИО2 какую конкретно сумму денег из полученных от последнего он намерен передать должностному лицу, как и тот факт, что об этом же С2 не сообщила и С9, непосредственно передавшая должностному лицу С10 денежные средства в размере 1 500 000 рублей из переданных ей С2 2 000 000 рублей, не свидетельствуют о том, что ФИО2 не имел умысла на передачу взятки в размере 2 500 000 рублей и о том, что его умысел был направлен на передачу лишь 1 500 000 рублей.

Приведенные в приговоре, показания как самого ФИО2, так и свидетелей С2, С9 и С10 оснований для сделанного судом вывода о направленности умысла ФИО2 на передачу должностному лицу лишь 1 500 000 рублей, не дают. Вывод суда об этом несостоятелен.

И хотя установленный судом размер взятки – 1 500 000 рублей не влияет на квалификацию действий ФИО2 по ст.291 ч.5 УК РФ, вывод суда о том, что представленными доказательствами установлено, что ФИО2 передал взятку должностному лицу именно в указанном размере не соответствует фактически установленным обстоятельствам и не подтверждается исследованными судом доказательствами, что влечет отмену состоявшегося по делу приговора.

Таким образом, суд первой инстанции допустил существенные противоречия, которые безусловно повлияли на решение вопроса о виновности осужденного по предъявленному ему обвинению и на правильность определения меры наказания.

На основании исследованных судом доказательств, судебная коллегия считает установленной вину ФИО2 в совершении дачи взятки должностному лицу в размере 2 500 000 рублей, то есть в совершении дачи взятки должностному лицу через посредника за совершение заведомо незаконного бездействия, в особо крупном размере, а именно:

в точно неустановленный период времени, но не позднее 16 часов 54 минут 10 июля 2020 года, находясь в точно неустановленном месте на территории Санкт-Петербурга, ФИО2, действующий в пользу ООО 

<

Р.Н.-С.> ИНН 

<

...> (далее - Общество) желая обойти закон, из личной заинтересованности, выражающейся в непроведении выездной налоговой проверки в отношении Общества, состоящего на учете в МИФНС России №... по Санкт-Петербургу (далее - МИФНС №...), имея умысел на дачу взятки в виде денег должностному лицу МИФНС №..., за совершение заведомо незаконного бездействия в отношении Общества, в отсутствие законных оснований для непроведения выездной налоговой проверки предусмотренных НК РФ, а также на приискание и достижение договоренности с должностным лицом МИФНС №... о непроведении вышеуказанной выездной налоговой проверки, заведомо зная, что у его знакомого С2 имеются обширные связи среди должностных лиц в МИФНС №..., обратился к последнему с просьбой оказать содействие в непроведении выездной налоговой проверки в отношении Общества, путем дачи взятки должностному лицу МИФНС №..., а также в приискании и достижении договоренности с должностным лицом МИФНС №... о непроведении вышеуказанной выездной налоговой проверки.

Далее, ФИО2 в точно неустановленный период времени, но не позднее 16 часов 54 минут 10 июля 2020 года, находясь в точно неустановленном месте на территории Санкт-Петербурга, имея умысел на дачу взятки должностному лицу, то есть дачу взятки должностному лицу через посредника за совершение заведомо незаконного бездействия, в особо крупном размере, действуя умышлено, незаконно, из корыстных побуждений, достиг соглашения с С2, согласно которому он (С2) выступит в качестве посредника между ним (ФИО2) и неизвестным ему (ФИО2) должностным лицом МИФНС №... – С10 при передачи денежных средств в качестве взятки в сумме 2 500 000 рублей 00 копеек, то есть в особо крупном размере, для последующей передачи их в качестве взятки должностному лицу МИФНС №... – С10 за совершение заведомо незаконного бездействия в отношении Общества, а именно непроведение выездной налоговой проверки в отношении Общества, в отсутствие законных оснований для непроведения выездной налоговой проверки предусмотренных НК РФ, на что С2 согласился.

После чего 10 июля 2020 года в период времени с 16 часов 54 минут по 17 часов 05 минут, ФИО2, находясь у дома 

<

адрес>, реализуя вышеуказанный преступный умысел, действуя умышленно и незаконно, желая обойти закон, передал С2 денежные средства в сумме 1 500 000 рублей 00 копеек, для последующей их передачи должностному лицу МИФНС №... – С10 в качестве взятки, за совершение заведомо незаконного бездействия в отношении Общества, в отсутствие законных оснований для непроведения выездной налоговой проверки предусмотренных НК РФ, из которых С2 получил 500 000 рублей 00 копеек в качестве вознаграждения.

В дальнейшем, ФИО2, действуя на основании соглашения, достигнутого с С2, 30 октября 2020 года в период времени с 12 часов 03 минут по 15 часов 35 минут, находясь у дома 

<

адрес>, реализуя вышеуказанный преступный умысел, действуя умышленно и незаконно, желая обойти закон, передал С2 денежные средства в сумме 1 000 000 рублей 00 копеек, для последующей их передачи должностному лицу МИФНС №... – С10 в качестве взятки, за совершение заведомо незаконного бездействия в отношении Общества, в отсутствие законных оснований для непроведения выездной налоговой проверки предусмотренных НК РФ.

Таким образом, ФИО2, действуя вышеуказанным способом, совершил дачу взятки должностному лицу, то есть дачу взятки должностному лицу через посредника за совершение заведомо незаконного бездействия, в общей сумме 2 500 000 рублей 00 копеек, то есть особо крупном размере, за совершение должностным лицом МИФНС №... – С10 заведомо незаконного бездействия, а именно непроведение выездной налоговой проверки в отношении Общества, в отсутствие законных оснований для непроведения выездной налоговой проверки предусмотренных НК РФ, то есть совершил преступление, предусмотренное ст. 291 ч.5 УК РФ.

Согласно ст.ст. 6, 60 УК РФ наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного. 

В соответствии с требованиями ч.2 ст.43 и ч.3 ст.60 УК РФ во взаимосвязи с п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2015 № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений. При назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, смягчающие наказание обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, а характер общественной опасности преступления определяется уголовным законом и зависит от установленных судом признаков состава преступления. При учете характера общественной опасности преступления судам следует иметь в виду прежде всего направленность деяния на охраняемые уголовным законом социальные ценности и причиненный им вред.

Степень же общественной опасности преступления устанавливается судом по каждому делу в зависимости от конкретных обстоятельств содеянного, в частности, от способа совершения преступления, вида умысла.

Приговор, по которому назначено наказание, не соответствующее тяжести преступления, личности осужденного, либо наказание, которое, хотя и не выходит за пределы, предусмотренные соответствующей статьей Особенной части УК РФ, однако, по своему виду и размеру является несправедливым как вследствие чрезмерной мягкости, так и вследствие чрезмерной суровости, признается несправедливым. 

Принимая во внимание изложенное, и соглашаясь с доводами апелляционного представления о чрезмерной мягкости назначенного осужденному ФИО2 наказания в размере семидесятикратной суммы взятки, судебная коллегия, разрешая вопрос о назначении наказания осужденному, приходит к следующим выводам. 

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, судебная коллегия учитывает в соответствии ч. 2 ст. 61 УК РФ, - признание ФИО2 вины, раскаяние в содеянном, состояние здоровья осужденного, страдающего 

<

...> хроническим заболеванием, наличие совершеннолетнего сына, являющегося инвалидом 

<

...>, наличие на иждивении супруги, страдающей 

<

...> хроническим заболеванием, а также тещи, находящейся в преклонном возрасте и имеющей инвалидность, исключительно положительные характеристики, оказание материальной поддержки детскому хоспису, привлечение к уголовной ответственности впервые. Также судебная коллегия учитывает, что осужденным были предприняты меры к исполнению наказания, назначенного ему апелляционным приговором от 06 марта 2024 года (отмененным кассационным определением от 03 декабря 2024 года) и в полном объеме оплачен штраф в размере 11 056 416 рублей (платежное поручение от 26 апреля 2024 года т.6 л.д. 246).

При этом судебная коллегия, исходя из обстоятельств, предшествовавших даче ФИО2 явки с повинной, а именно ее дача спустя длительное время после его задержания, при наличии доказательств его противоправной деятельности, полагает отсутствующими основания для признания явки с повинной смягчающим обстоятельством, а доводы прокурора в данной части находит убедительными. 

Вместе с тем, принимая во внимание, что на момент дачи явки с повинной 20.01.2023 года ФИО2 обвинялся в даче взятки в размере 1500000 рублей, а в явке с повинной обвиняемый сообщил информацию ранее не известную органу предварительного расследования о дачи им взятки в большем размере - 2500000 рублей, судебная коллегия признает наличие в действиях осужденного смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ – активное способствование раскрытию и расследованию преступления. 

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО2, судебной коллегией не установлено.

Конкретные обстоятельства уголовного дела, отсутствие по делу отягчающих наказание обстоятельств, возраст осужденного, установленные смягчающие наказание обстоятельства, предусмотренные частями 1 и 2 ст. 61 УК РФ, то есть совокупность данных обстоятельств, судебная коллегия признает исключительной, существенно уменьшающей степень общественной опасности преступления, и назначает осужденному наказание с применением ст. 64 УК РФ, ниже низшего предела, предусмотренного санкцией ч. 5 ст. 291 УК РФ. 

Вместе с тем, принимая во внимание что ФИО2 совершил особо тяжкое преступление, направленное против государственной власти, нарушающее нормальную управленческую деятельность государственных учреждений, подрывающее их авторитет, с учетом всех обстоятельств данного дела и личности осужденного, судебная коллегия полагает необходим назначить ему наказание в виде лишения свободы со штрафом в размере пятикратной суммы взятки, поскольку только данный вид наказания отвечает закрепленным в уголовном законодательстве РФ целям исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, и является справедливым и соразмерным содеянному. Назначение иного, более мягкого вида основного наказания, по мнению судебной коллегии, не сможет обеспечить достижение целей наказания. 

При этом, учитывая установленные данные о личности ФИО2, смягчающие наказание обстоятельства, сведения о семейном положении осужденного, его раскаянии в содеянном, поведение до и после совершенного преступления, судебная коллегия полагает возможным исправление осужденного без реального отбывания наказания и наличии оснований для применения положений ст. 73 УК РФ при назначении наказания в виде лишения свободы.

Оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в порядке, предусмотренном ч. 6 ст. 15 УК РФ, судебная коллегия не усматривает. 

Мера пресечения в виде запрета определенных действий подлежит отмене.

Поскольку в материалах уголовного дела имеются сведения о снятии ареста с имущества осужденного и возвращении ему транспортного средства и денежных средств, что также подтвердил осужденный, судебная коллегия не разрешает вопрос о сохранении либо отмене обеспечительных мер. 

При решении вопроса о вещественных доказательствах, судебная коллегия руководствуется положениями ст. 81 УПК РФ. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.15, 389.20, 389.23, 389.28, 389.31-389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ПРИГОВОРИЛА:

Приговор Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от 20 октября 2023 года в отношении ФИО2 - отменить.

Постановить в отношении ФИО2 обвинительный апелляционный приговор.

Признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.5 ст.291 УК РФ и назначить ему наказание по ч.5 ст. 291 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ, в виде лишения свободы на срок ПЯТЬ лет с дополнительным наказанием в виде штрафа в размере пятикратной суммы взятки – то есть 12 500 000 рублей.

В соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы считать условным, установив ФИО2 испытательный срок на ПЯТЬ лет, с возложением на осужденного следующих обязанностей:

- не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного;

- в установленные дни и часы являться в контролирующий орган для контроля, не реже одного раза в месяц. 

Меру пресечения ФИО2 в виде запрета определенных действий отменить. 

Сумму, в размере 11 056 416 рублей, уплаченную ФИО2 по платежному поручению №... от 

<

дата>, зачесть в счет исполнения дополнительного наказания в виде штрафа, назначенного настоящим апелляционным приговором. 

Реквизиты для оплаты штрафа:

Получатель УФК по Санкт-Петербургу (Главное следственное управление Следственное комитета Российской Федерации по городу Санкт-Петербургу) ИНН 

<

***>, КПП 783801001, ОКТМО 40303000, БИК 044030001, Расчетный счет 

<

***>, КБК 41711603121019000145, Кор. счет 40102810945370000005, Банк Северо-Западное ГУ Банка России, адрес: 190000 

<

...>.

Вещественные доказательства: 

- мобильный телефон марки «Iphone» IMEI 353918107773099 принадлежащий С10, содержащийся при материалах уголовного дела №..., хранить при материалах уголовного дела №... до принятия по нему окончательного решения;

- CD-R диск белого цвета марки «Verbatim» № С3123АА16213622LH, CD-R диск жёлтого цвета марки «Vs» № LH3151 YJO3020659 D2 полученный из ПАО «МегаФон», содержащийся при материалах уголовного дела, по вступлении приговора в законную силу хранить при материалах уголовного дела; 

- мобильный телефона Samsung Galaxy S9 IMEI 353325102764341, переданный на ответственное хранение С16, по вступлении приговора в законную силу оставить по принадлежности у С16

Апелляционное представление государственного обвинителя Корниенко А.Э. и апелляционную жалобу адвоката Азязова В.Г. - удовлетворить частично.

Кассационные жалоба, представление на приговор или иное итоговое судебное решение районного суда, решение Санкт-Петербургского городского суда, вынесенное в апелляционном порядке, могут быть поданы в Судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции через районный суд в течение шести месяцев. 

В случае пропуска указанного выше срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление на приговор или иное итоговое судебное решение могут быть поданы непосредственно в Судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции. 

Осужденный, вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции. 

Председательствующий Ю.Ю. Сафонова

Судьи В.В. Васюков 

С.В. Жигулина