Дело № 22-1380/2025 Судья Бакрин М.Ю.

УИД: 33RS0020-01-2024-000605-19

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10 июля 2025 года г. Владимир 

Владимирский областной суд в составе:

председательствующего

Ухолова О.В.

при секретаре судебного заседания

ФИО1

с участием:

прокурора

защитника - адвоката

Лезовой Т.В.

Ковбасюка А.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Малковой Т.Н. в защиту осужденного ФИО2 на приговор Юрьев-Польского районного суда Владимирской области от 12 мая 2025 года, которым

ФИО2, ****, 

судимый: 20 ноября 2023 года приговором Юрьев-Польского районного суда Владимирской области по ч.1 ст.157 УК РФ к исправительным работам на срок 6 месяцев с удержанием 5 % заработной платы в доход государства ежемесячно, наказание отбыто 1 августа 2024 года, 

осужден по ч.1 ст.109 УК РФ к лишению свободы на срок 10 месяцев.

В соответствии с ч.2 ст.53.1 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы заменено принудительными работами на срок 10 месяцев с удержанием 5 % из заработной платы ФИО2 в доход государства.

Срок отбывания наказания в виде принудительных работ постановлено исчислять со дня прибытия осужденного в исправительный центр. 

В соответствии с ч.1 ст.60.2 УИК РФ ФИО2 определено следовать в исправительный центр самостоятельно за счет государства в порядке, установленном ч.2 ст.60.2 УИК РФ.

До вступления приговора в законную силу мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении осужденному ФИО2 оставлена без изменения.

Судом принято решение о распределении процессуальных издержек.

Изложив содержание судебного решения, существо апелляционной жалобы и возражений государственного обвинителя, заслушав выступления защитника - адвоката Ковбасюка А.В., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, прокурора Лезовой Т.В., полагавшей об отсутствии оснований для отмены или изменения приговора суда и для удовлетворения апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции 

у с т а н о в и л:

ФИО2 признан виновным в причинении смерти по неосторожности **** имевшем место в **** во время и при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Малкова Т.Н. в защиту осужденного ФИО2 полагает приговор незаконным в силу неверной юридической оценки действий осужденного и в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела. Считает недоказанной вину ФИО2 в инкриминируемом деянии. В обоснование этого утверждения просит учесть, что в приговоре не отражена дата совершения преступления, а также точное его место, а лишь указано, что ФИО2 распивал спиртное в **** Сообщает, что в приговоре неверно установлено время наступления смерти **** до 18 час. 57 мин. 17 января 2024 года, хотя в обвинительном заключении и в постановлении о предъявлении обвинения указано время наступления смерти - до 19 час. 00 мин. 17 января 2024 года, а в заключении эксперта № 30 от 03.04.2024 года вообще указано, что точное время смерти установить не представляется возможным, при этом из показаний свидетеля Свидетель №5 следует, что смерть **** констатирована в 19 час. 00 мин. 17 января 2024 года. Утверждает, что причинно-следственная связь между действиями ФИО2 и смертью **** не доказана и вина ФИО2 не подтверждается показаниями потерпевшей **** и **** свидетеля Свидетель №2, которые ничего об обстоятельствах смерти **** не знают, место происшествия они не посещали и не являлись очевидцами случившегося. Считает, что свидетель Свидетель №4 дал противоречивые показания. Ссылаясь на показания свидетеля **** указывает, что показания свидетеля Свидетель №5, оглашенные в судебном заседании, в приговоре изложены не в полном объеме, поскольку в них отсутствуют сведения о том, что при осмотре трупа **** была обнаружена запекшаяся кровь из носа, изо рта, слуховых ходов и на лице, при осмотре ротовой полости были обнаружены фрагменты зубов, которые были выбиты, что подтверждается телефонным сообщением, поступившим в дежурную часть полиции 17 января 2024 года, из которого следует, что обнаружен труп **** в луже крови и выбитыми зубами, однако из заключения судебно-медицинского эксперта **** следует, что на трупе **** и в полости рта не обнаружено каких-либо следов, частиц и иного содержимого и эти противоречия в показаниях, справках и заключении эксперта в ходе судебного следствия не устранены и им не дана оценка в приговоре. Полагает невыясненным то, мог ли **** с выбитыми зубами употреблять спиртное. Сообщает, что на одной из страниц приговора неверно указана фамилия осужденного. Считает предположительными выводы суда при оценке доказательств. Резюмируя изложенное, просит приговор отменить, передать уголовное дело на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе либо изменить приговор, прекратив уголовное преследование ФИО2 по ч.1 ст.109 УК РФ в связи с отсутствием в его действиях состава этого преступления и квалифицировать его действия как преступление, предусмотренное ст.116 УК РФ.

В мотивированных возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель считает приговор законным, обоснованным и справедливым, в связи с чем просит оставить его без изменения, а апелляционную жалобу защитника - без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений, заслушав выступления участников судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции оснований к отмене или к изменению приговора не усматривает, исходя при этом из следующего.

Согласно материалам уголовного дела привлечение ФИО2 к уголовной ответственности соответствует положениям Главы 23 УПК РФ.

Обвинительное заключение по уголовному делу составлено с учетом требований ст.ст.220, 221-222 УПК РФ, подписано следователем, согласовано с руководителем следственного органа и утверждено соответствующим прокурором. В нем указано существо обвинения, место, время и способ совершения преступления, его мотив и цели, перечень доказательств, подтверждающих обвинение ФИО2, а также другие обстоятельства, имеющие юридическое значение для уголовного дела, в связи с чем оснований для возвращения уголовного дела в порядке п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ у суда не имелось. 

Суд первой инстанции, обоснованно переходя из особого к общему порядку судебного разбирательства ввиду возражений государственного обвинителя против рассмотрения дела в порядке главы 40 УПК РФ, обеспечил сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и реализации предоставленных им прав. 

Судебное следствие по уголовному делу проведено в соответствии с требованиями стст.273-291 УПК РФ. 

Доводы стороны защиты и стороны обвинения в ходе судебного разбирательства проверены, ходатайства участников судебного заседания разрешены в соответствии с требованиями действующего законодательства. 

Нарушений требований ст.ст.14, 15, 244 УПК РФ о презумпции невиновности, состязательности и равенстве прав сторон, о соблюдении права на защиту судом не допущено.

Все представленные сторонами доказательства проверены судом в условиях состязательности сторон с соблюдением требований стст.87,88 УПК РФ путем их исследования в судебном заседании, при вынесении итогового решения по уголовному делу они были сопоставлены судом между собой и каждому из доказательств суд дал надлежащую оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а их совокупности - достаточности для постановления обвинительного приговора.

Субъективная оценка защитником в апелляционной жалобе положенных в основу приговора доказательств, отличающаяся от данной им судом, не свидетельствует о нарушении требований ст.ст.14, 15 УПК РФ. Вопреки доводам защитника какие-либо существенные неустраненные противоречия в доказательствах, вызывающие сомнения в виновности ФИО2 и требующие истолкования в его пользу, по делу отсутствуют.

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст.73 УПК РФ, в том числе время, место и способ совершения преступления, судом установлены с приведением в приговоре мотивов принятого решения.

В частности, вопреки доводам апелляционной жалобы в приговоре при изложении установленных судом фактических обстоятельств дела однозначно указано, что преступление ФИО2 совершено в ****. 

Также вопреки доводам апелляционной жалобы указание судом в приговоре времени наступления смерти **** - до 18 час. 57 мин.17 января 2024 года после нанесения ему ФИО2 в период с 21 час. 00 мин. до 23 час. 50 мин. 16 января 2024 года не менее двух ударов рукой в область лица, отчего тот упал, ударившись затылком о пол, не противоречит обвинению, от которого защищался ФИО2, согласно которому смерть **** от падения, сопровождавшегося ударом затылком об пол в результате нанесенных ему ФИО2 не менее двух ударов рукой в область лица, наступила в период с 21 час. 00 мин. 16 января 2024 года до 19 час. 00 мин. 17 января 2024 года. 

Согласно протоколу судебного заседания, замечаний к которому стороны не имели, суд первой инстанции принял все предусмотренные уголовно-процессуальным законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку вопреки доводам апелляционной жалобы вина ФИО2 в причинении по неосторожности смерти **** объективно подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами стороны обвинения, содержание которых подробно приведено в обвинительном приговоре, в том числе:

- оглашенными в судебном заседании в порядке п.1 ч.1 ст.276 УПК РФ показаниями ФИО2, данными им в присутствии адвоката в ходе допросов на предварительном следствии в качестве подозреваемого и обвиняемого, согласно которым 16 января 2024 года в **** из-за того, что **** проливал спиртное мимо рюмок он нанес тому удар кулаком в лицо, последний умылся и сказал ему что-то оскорбительное, он подошел к **** и нанес ему, стоящему в дверном проеме, еще не менее двух ударов кулаком в лицо, отчего **** упал, ударившись затылком об пол, при этом он в падении также мог удариться об стоявший рядом деревянный ящик (лавочку) либо об угол шкафа, некоторое время полежал на полу, после чего они продолжили распивать спиртное;

- показаниями свидетеля Свидетель №4, пояснившего на предварительном следствии и в судебном заседании, что вечером 16 января 2024 года в ****, где он распивал спиртное с **** и ФИО2, между двумя последними произошел конфликт, в ходе которого ФИО2 нанес несколько ударов рукой **** в лицо, затем ФИО2 и **** ушли в малую комнату квартиры, где продолжили ругаться;

- показаниями свидетеля Свидетель №2, пояснившего в судебном заседании, что с его братом Свидетель №4 в **** проживал **** о смерти которого он узнал вечером 17 января 2024 года от соседки Свидетель №1, также сообщившей ему, что накануне в квартире его брата была драка. Впоследствии его брат Свидетель №4 рассказал ему, что между ФИО2 и **** в квартире произошел конфликт и они подрались;

- оглашенными в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ показаниями свидетеля Свидетель №1, согласно которым 16 января 2024 года около 22 часов в соседней с ней квартире, где проживали Свидетель №4 и **** раздался грохот, ощущалось как будто кого-то бьют, на следующий день, она пошла туда вместе с соседкой **** дверь им открыл Свидетель №4, под глазом которого был кровоподтек и который сообщил им, что его ударил ФИО2, а зайдя внутрь этой квартиры, они обнаружили труп **** в маленькой комнате, где тот лежал на полу лицом вниз в луже крови;

- оглашенными в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ показаниями свидетеля Свидетель №5, согласно которым 17 января 2024 года в 18 час. 45 мин. он по указанию диспетчера для оказания медицинской помощи прибыл в **** где обнаружил в одной из комнат жилища пьяного Свидетель №4 и в другой лежащий на полу, на животе, лицом вниз труп **** который, исходя из окоченения, умер примерно за 6-7 часов до его приезда.

Указанные положенные в основу обвинительного приговора показания объективно согласуются и с письменными доказательствами, исследованными судом первой инстанции, в том числе с:

- протоколом проверки показаний на месте от 3 августа 2024 года, согласно которому ФИО2, приводя характер своих действий, наглядно показал место в комнате ****, где распивал спиртное с Свидетель №4, **** взаиморасположение с последним и механизм нанесения удара кулаком в лицо потерпевшему, после чего наглядно продемонстрировал, каким образом он еще раз дважды ударил **** стоявшего в дверном проеме, кулаком в лицо, после чего указал, каким образом он ударил Свидетель №4, а также указал местонахождение ****. перед тем, как сам покинул квартиру;

- заключением судебно-медицинской экспертизы от 3 апреля 2024 года №44, согласно которому при исследовании трупа **** были выявлены закрытая черепно-мозговая травма и кровоизлияние в мягкие ткани затылочной области головы справа, субарахноидальное кровоизлияние лобных, теменных долей, полушарий мозжечка справа, осложненные отеком головного мозга; черепно-мозговая травма, обнаруженная у **** характерна для травмы ускорения, которая возникает в результате соударения свободно подвижной головой о неподвижный предмет (плоский тупой предмет с преобладающей контактной поверхностью при падении на пол, грунт и т.д., либо вследствие удара таким предметом по голове), местом приложения силы явилась затылочная область справа, а минимально необходимо для ее причинения одно ударное воздействие; смерть **** наступила от закрытой черепно-мозговой травмы с кровоизлиянием под мягкие мозговые оболочки, которая причинила тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и привела к отеку головного мозга, она образовалась в пределах 1-2 суток до наступления смерти, которая могла наступить 17 января 20204 года, с вышеуказанными повреждениями **** мог совершать активные движения. Также согласно указанному заключению эксперта у **** обнаружены не вызвавшие вреда здоровью повреждения в виде кровоподтеков в области век правого глаза с переходом на правую щеку, на фоне которых четыре ссадины; в правой скуловой области, на фоне которого ссадина; кровоподтека на правой ушной раковине; кровоизлияния слизистой оболочки верхней губы, на фоне которого рана; кровоподтека на тыльной поверхности правой кисти, которые могли быть получены незадолго до смерти (в пределах 1-2 суток) от минимально 5-ти воздействий тупых твердых предметов, как ударами, так и при ударах о таковые (т.1 л.д.148-151);

- заключением дополнительной судебной медицинской экспертизы №30 от 6 августа 2024 года, согласно которому повреждения, обнаруженные у **** могли образоваться при обстоятельствах, указанных ФИО2 в ходе допроса и проверки показаний на месте с его участием (т.1 л.д.157-161).

Допрошенный в судебном заседании эксперт **** разъясняя данные ей заключения, пояснила, что посторонних предметов, в том числе осколков зубов, во рту трупа **** на момент вскрытия не было, первый левый верхний зуб отсутствовал, наличие лунки с западающим кровоизлиянием указывало на его недавнюю утрату, а обнаруженная на трупе погибшего «травма ускорения» возникает в результате соударения свободно подвижной головой о неподвижный предмет с преобладающей поверхностью, например, когда человек падает или происходит травматическое воздействие сзади предметом, поверхность которого больше чем площадь соприкосновения с головой, и этим предметом мог быть пол, травма могла возникнуть при ударе кулаком с последующим падением погибшего, она не характерна для ударений в алкогольном опьянении о косяки дверей, стены, после полученной травмы **** умер не сразу, определенное время он находился в сознании и мог самостоятельно перемещаться до наступления отека головного мозга.

Подтверждается вина ФИО2 в совершении преступления, за которое он осужден, и другими представленными суду стороной обвинения доказательствами, содержание которых подробно с изложением юридически значимых содержащихся в них обстоятельств приведено в приговоре.

В основу обвинительного приговора суд обоснованно положил показания ФИО2, данные им на предварительном следствии, которые осужденный после их оглашения в судебном заседании подтвердил и пояснил, что после того как **** умылся, он нанес ему еще два удара кулаком в лицо, отчего тот упал, ударившись затылком о пол.

Протоколы допросов ФИО2 соответствуют требованиям УПК РФ. Каждое из этих следственных действий проведено следователем с участием профессионального защитника, подписи которого, а также подписи самого ФИО2 имеются в данных протоколах допроса. Замечаний на протоколы допросов ФИО2 и его защитник не подавали, содержание изложенных в них показаний ФИО2 не оспаривали. При этом, как видно из протоколов допросов, ФИО2 следователем разъяснялись предусмотренные уголовно-процессуальным законом права, в том числе и предусмотренное ст.51 Конституции РФ право не свидетельствовать против себя, он в установленном УПК РФ порядке предупреждался о том, что данные им показания могут быть использованы в качестве доказательств, в том числе и в случае его последующего отказа от этих показаний.

В этой связи оснований сомневаться в допустимости и достоверности положенных в основу обвинительного приговора показаний ФИО2, данных им в ходе допроса в качестве обвиняемого, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Как видно из протокола судебного заседания эксперт **** была допрошена в судебном заседании в соответствии с требованиями закона - перед допросом судом ей были разъяснены права и ответственность, предусмотренные ст.57 УПК РФ и она была предупрежден об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний, что подтверждается подпиской эксперта, приобщенной к протоколу судебного заседания. Оснований не доверять показаниям эксперта, обладающего необходимыми познаниями в области судебной медицины, у суда апелляционной инстанции не имеется, в том числе и по той причине, что они согласуются с иными собранными по делу доказательствами и не опровергнуты в ходе судебного разбирательства.

Достаточных и разумных оснований подвергать сомнению достоверность выводов судебно-медицинских экспертиз, проведенных экспертом **** также не имеется - каждая из них назначена на основании постановления следователя, в котором указаны основания назначения судебной экспертизы, наименование экспертного учреждения, в котором должна быть произведена экспертиза, вопросы, поставленные перед экспертом, и материалы, предоставляемые в его распоряжение. Требования ч.3 ст.195 УПК РФ об ознакомлении с постановлениями о назначении каждой судебной экспертизы обвиняемого, его защитника и о разъяснении прав, предусмотренных ст.198 УПК РФ, по делу также выполнены. В ходе ознакомления с этими постановлениями ФИО2 и его защитнику была предоставлена возможность ходатайствовать о постановке новых вопросов, а также о проведении дополнительных либо повторных судебных экспертиз, заявить отвод эксперту. Экспертизы проведены компетентным экспертом с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, Федерального закона от 31 мая 2001 года №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», эксперт в установленном законом порядке перед проведением экспертных исследований был предупрежден об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения. В заключениях экспертиз подробно описаны исследования, которые проведены, отражены их результаты, указаны примененные методики, выводы эксперта надлежаще оформлены, им даны ответы на поставленные следователем вопросы, которые обоснованы и ясны, выводы экспертов научно аргументированы, содержат необходимые обоснования и в совокупности с результатами следственных действий и иными доказательствами, исследованными в судебном заседании, подтверждают выводы суда о причастности осужденного к содеянному. Предусмотренных законом оснований признать положенные в основу приговора заключения судебно-медицинских экспертиз недопустимыми доказательствами не имеется.

Вопреки позиции стороны защиты выводы, изложенные в заключениях экспертиз, не противоречат сведениям, сообщенным ФИО2 относительно механизма и локализации нанесенных им **** ударов. 

Не имеется каких-либо противоречий, которые поставили бы под сомнение выводы суда о вине осужденного в неосторожном причинении смерти, между показаниями свидетеля Свидетель №5 и показаниями эксперта ****

Каких-либо существенных противоречий между показаниями свидетеля Свидетель №5, картой о вызове скорой помощи и заключениями судебно-медицинских экспертиз также не имеется - эти доказательства указывают на одни и те же юридические факты, в целом они согласуются между собой.

Неполное изложение в приговоре показаний свидетеля Свидетель №5 не свидетельствует о существенном нарушении уголовно-процессуального закона, поскольку и в той части, в которой они не отражены, они не могли повлиять на выводы суда о доказанности вины осужденного ФИО2 в инкриминированном преступлении и при этом они не свидетельствуют о невиновности осужденного в содеянном. Кроме того, раскрытие в приговоре основного содержания этих показаний в той их части, в которой они имеют отношение к делу, а не их дословное приведение (на что обращено в апелляционной жалобе защитника), о незаконности постановленного приговора не свидетельствует, поскольку полностью соответствует как положениям ст.74 УПК РФ, так и разъяснениям, данным в п.8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 года №55 «О судебном приговоре».

Вопреки утверждению автора жалобы, суд верно признал допустимыми, относимыми и достоверными доказательствами показания потерпевших, а также показания свидетелей Свидетель №2, Свидетель №1 и Свидетель №5, положив их в основу обвинительного приговора, поскольку они также получены в соответствии с требованиями УПК РФ, не содержат существенных противоречий и в юридически значимых обстоятельствах в целом согласуются как между собой, так и с иными доказательствами по делу. При этом каждый из потерпевших и свидетелей указал источник своей осведомленности об обстоятельствах, имеющих отношение к уголовному делу. В этой связи доводы стороны защиты о недостоверности показаний упомянутых лиц являются надуманными - достаточных оснований не доверять им у суда не имелось. 

Показания свидетеля Свидетель №4, данные им на стадии предварительного следствия и в ходе судебного разбирательства в той их части, в которой они положены в основу приговора, обоснованно признаны судом первой инстанции допустимым и достоверным доказательством, поскольку они получены в установленном законом порядке, выявленные незначительные противоречия между ними и показаниями иных лиц объясняются состоянием алкогольного опьянения, в котором находился этот свидетель во время и после совершения в отношении **** преступления, они были устранены судом путем оглашения показаний Свидетель №4 в ходе предварительного следствия с заслушиванием после этого дополнительных пояснений с его стороны. Эти положенные в основу приговора показания свидетеля Свидетель №4 в юридически значимых обстоятельствах согласуются и взаимно дополняются иными доказательствами по делу.

Доводы защитника о незаконности показаний свидетеля **** несостоятельны, поскольку такое доказательство стороны обвинения не было положено судом в основу обвинительного приговора.

Всем доказательствам, приведенным в обвинительном приговоре в обоснование своих выводов о доказанности вины ФИО2 в преступлении, которые в полной мере отвечают требованиям закона о допустимости и относимости доказательств, суд первой инстанции дал правильную и объективную оценку, по правилам ст.88 УПК РФ сопоставив каждое доказательство с другими доказательствами, привел мотивы, по которым он принял одни доказательства и отверг другие, каждое из них оценил с точки зрения относимости и допустимости, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела. 

Существенные противоречия между доказательствами, приведенными в приговоре в обоснование вывода суда о доказанности вины осужденного в инкриминируемом ему правоохранительном органом деянии, а также неустраненные судом сомнения, которые можно было бы истолковать в пользу ФИО2, по делу отсутствуют.

Позицию стороны защиты о непричастности ФИО3 к неосторожному причинению смерти **** аналогичную доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции подробно проанализировал в приговоре и обоснованно признал несостоятельной. Эти свои выводы суд первой инстанции должным образом и подробно мотивировал в приговоре, они основаны на соответствующей требованиям ст.88 УПК РФ оценке доказательств, логичны и последовательны, в связи с чем суд апелляционной инстанции соглашается с ними. 

По результатам оценки проверенных в ходе судебного следствия показаний не установлено данных, указывающих на стремление допрошенных лиц оговорить осужденного, либо умышленно исказить известную им юридически значимую информацию. 

Показания потерпевших и свидетелей, данные ими в ходе судебного следствия, а также их показания на предварительном следствии, которые были оглашены в судебном заседании с соблюдением требований УПК РФ, изложены в приговоре в соответствии с материалами уголовного дела и протоколом судебного заседания. 

При таких обстоятельствах достаточных оснований для того, чтобы не согласиться с соответствующей требованиям уголовно-процессуального закона оценкой доказательств, проведенной судом первой инстанции, у судебной коллегии не имеется.

Вопреки доводам стороны защиты каких-либо данных о том, что причинение ФИО2 смерти по неосторожности **** имело место быть при других обстоятельствах, что смерть **** по неосторожности наступила не от действий ФИО2, а от действий иного лица или по иным причинам, что осужденный не совершал признанных доказанными судом первой инстанции действий в отношении **** и что его вина в содеянном не подтверждена, не имеется. 

Доводы жалобы о наличии доказательств, которые опровергают выводы суда о вине осужденного в преступлении, за которое он осужден, являются несостоятельными, основанными на собственном субъективном анализе стороной защиты проверенных судом доказательств. Фактически эти указанные в апелляционной жалобе доводы о недоказанности вины ФИО2 в совершении преступления, за которое он осужден, сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции в приговоре и не содержат указаний на имеющие юридическое значение факты, которые не были бы проверены в судебном заседании и не были бы учтены судом первой инстанции при вынесении решения, влияли бы на его обоснованность и законность, либо опровергали бы выводы суда первой инстанции. 

Не соглашаясь с этими доводами стороны защиты, суд апелляционной инстанции учитывает, что во исполнение требований п.2 ч.1 ст.307 УПК РФ суд первой инстанции привел в приговоре подробные мотивы, по которым он принял одни доказательства, признав их достоверными, и по которым отверг другие, и тот факт, что данная судом оценка доказательств не совпадает с оценкой этих же доказательств стороной защиты не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене или изменению приговора. 

Каких-либо достаточных данных для вывода о том, что поведение **** имело признаки противоправности или аморальности, что оно явилось поводом к преступлению для ФИО2, инициировавшего конфликт с **** по малозначительному поводу и первым нанесшим потерпевшему удар кулаком в лицо, повлекший кровотечение, по делу не имеется, о чем судом первой инстанции правильно и мотивированно указано в приговоре. 

Мотив действий осужденного при применении им к **** физического насилия судом в приговоре установлен правильно.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что судом первой инстанции обоснованно признанно доказанным, что ФИО2, действуя из личной неприязни, нанес **** удары рукой в голову, не имея намерения причинить его здоровью тяжкий вред, не предвидел при этом возможности причинения потерпевшему тяжкого вреда здоровью в виде закрытой черепно-мозговой травмы с кровоизлияниями под мягкие мозговые оболочки, приведшей к отеку головного мозга и смерти, но при необходимой внимательности и предусмотрительности он должен был и мог предвидеть падение **** с соударением головой о твердую поверхность пола, которое могло повлечь наступление смерти.

При таких правильно установленных судом первой инстанции фактических обстоятельств дела действия ФИО2 суд правильно квалифицировал как преступление, предусмотренное ч.1 ст.109 УК РФ. 

Вопреки доводам стороны защиты оснований для иной юридической оценки действий осужденного, а равно для его оправдания или для прекращения его уголовного преследования по реабилитирующим основаниям не имеется. 

Как видно из материалов уголовного дела, до совершения преступления, во время его совершения, а также после него в ходе досудебного производства и судебного разбирательства поведение ФИО2 было адекватно окружающей обстановке, он правильно воспринимал обстоятельства, имеющие значение для дела, понимал значение судебного разбирательства, отвечал на вопросы председательствующего и участников процесса соответственно их смыслу, активно защищался, он не состоит на учетах ни у нарколога, ни у психиатра. В этой связи суд первой инстанции обоснованно признал ФИО2 лицом, вменяемость которого сомнений не вызывает.

Неверное указание на седьмой странице приговора фамилии осужденного (ФИО2 вместо ФИО2) является технической ошибкой (опечаткой) и не влияет на существо обжалуемого решения, поскольку достоверно установлено и никем не оспаривается, что подсудимым по уголовному делу являлся именно ФИО2

Наказание ФИО2 назначено в соответствии с положениями стст.6, 43, 60 УК РФ, то есть с учетом характера и степени общественной опасности совершенного им преступления, отнесенного уголовным законом к категории преступлений небольшой тяжести, а также данных о личности виновного, подробно изложенных в приговоре.

Справедливость назначенного осужденному ФИО2 наказания сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает, поскольку оно полностью отвечает целям, предусмотренным ч.2 ст.43 УК РФ и соразмерно тяжести содеянного, его вид и размер в полной мере соответствует требованиям уголовного закона.

Из материалов уголовного дела следует, что ФИО2 на учетах у нарколога и психиатра не состоит, в зарегистрированном браке не состоит, имеет детей - одного малолетнего и одного несовершеннолетнего, официально трудоустроен.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание осужденного, суд правильно признал и в полной мере учел при назначении наказания явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, наличие несовершеннолетнего и малолетнего детей, раскаяние в содеянном на предварительном следствии и признание вины, частичное признание вины в судебном заседании, совершение действий, направленных на заглаживание причиненного вреда, в виде принесения извинений бывшей жене ****

Суд в соответствии с ч.1.1 ст.63 УК РФ, учитывая характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения, влияние состояния опьянения на поведение ФИО2 при совершении преступления, а также личность виновного, обоснованно признал отягчающим наказание обстоятельством совершение ФИО2 преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. Нахождение осужденного в состоянии алкогольного опьянения в момент совершения преступления и влияние этого состояния на действия ФИО2 подтверждается исследованными в суде доказательствами, в том числе показаниями самого осужденного, пояснившего о том, что если бы он был трезвым, то **** бить бы не стал. Данные выводы суда о признании этого обстоятельства отягчающим наказание ФИО2 в соответствии с требованиями закона подробно мотивированы в приговоре.

Каких-либо иных обстоятельств, подлежащих согласно закону обязательному учету, в том числе в качестве смягчающих наказание, сведения о которых имеются в деле, но оставленных судом без внимания, по настоящему делу не имеется.

Проанализировав данные о личности осужденного, суд пришел к обоснованному выводу о необходимости назначения ФИО2 наказания только в виде лишения свободы, мотивированно указав на невозможность применения правил ст.ст.64, 73 УК РФ и обоснованно заменил назначенное лишение свободы принудительными работами в соответствии с правилами ч.2 ст.53.1 УК РФ. Указанные выводы суда должным образом мотивированы в приговоре, поэтому суд апелляционной инстанции с ними соглашается.

Мотивы всех иных принятых судом решений в приговоре приведены, они в достаточной степени обоснованы и сомнений у суда апелляционной инстанции также не вызывают.

Оснований для постановления приговора без назначения наказания, прекращения уголовного преследования, как и оснований для освобождения осужденного от наказания не имеется.

Назначенное осужденному наказание нельзя признать чрезмерно суровым и несправедливым, оно полностью отвечает целям исправления виновного лица, предупреждения совершения им новых преступлений, восстановления социальной справедливости, в связи с чем смягчению не подлежит.

Принятое решение о распределении процессуальных издержек отвечает требованиям уголовно-процессуального закона и является правильным.

Таким образом, приговор в отношении ФИО2 является законным, обоснованным и справедливым, поскольку он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении норм уголовного закона.

В этой связи апелляционная жалоба защитника Малковой Т.Н. удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного и руководствуясь стст.389.13, 389.15, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

п о с т а н о в и л:

приговор Юрьев-Польского районного суда Владимирской области от 12 мая 2025 года в отношении осужденного ФИО2 оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Малковой Т.Н. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, через Юрьев-Польский районный суд Владимирской области в течение 6 месяцев со дня его вынесения, а осужденным, содержащимся под стражей - в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного постановления. 

Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования может быть восстановлен судьей Юрьев-Польского районного суда Владимирской области по ходатайству лица, подавшего кассационные жалобу или представление. Отказ в его восстановлении может быть обжалован в порядке, предусмотренном главой 45.1 УПК РФ. 

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба подается непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Председательствующий О.В. Ухолов