Дело № 1-189/17 

П Р И Г О В О Р

именем Российской Федерации

г. Тамбов 09 июня 2017г.

Октябрьский районный суд г. Тамбова в составе председательствующего судьи Гуськова А.С.,

с участием гос. обвинителя помощника прокурора Октябрьского района г.Тамбова ФИО5, 

подсудимой ФИО1,

защитника– адвоката ФИО13, представившего удостоверение №, ордер №, 

при секретаре ФИО6, 

а также с участием потерпевшего Потерпевший №1,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении: 

ФИО2 ФИО27, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки 

<

адрес>, гражданки РФ, проживающей по адресу: 

<

адрес>-Б 

<

адрес>, 

<

данные изъяты> 

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 совершила убийство, т.е. умышленное причинение смерти другому человеку, при следующих обстоятельствах.

10 декабря 2016 года около 16 часов в 

<

адрес>-Б по 

<

адрес> между ФИО1 и ее мужем ФИО7 в процессе совместного распития спиртных напитков произошла словесная ссора, в ходе которой у ФИО1 возник преступный умысел, направленный на убийство ФИО7 Реализуя задуманное, примерно в 17 часов 30 минут того же дня ФИО1, находясь в помещении кухни указанной квартиры, взяла кухонный нож, подошла к сидевшему на стуле ФИО7, и умышленно, со значительной силой нанесла им один удар в жизненно- важный орган- левую половину грудной клетки ФИО7, повредив подключичную вену, задев клинком ножа левую часть головы. 

В результате преступных действий ФИО1 потерпевшему ФИО7 были причинены следующие телесные повреждения: проникающее колото-резаное ранение левой половины грудной клетки с повреждением левой подключичной вены с внутренним кровотечением в левую плевральную полость, сопровождавшееся наружным кровотечением; резаная рана левой половины волосистой части головы, наружное кровотечение. Проникающее колото-резаное ранение левой половины грудной клетки с повреждением левой подключичной вены квалифицируется как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и находится в прямой причинной связи со смертью. Резаная рана левой половины волосистой части головы квалифицируется как легкий вред здоровью по признаку кратковременного его расстройства. 

Смерть ФИО7 наступила 10.12.2016 г. на месте преступления от проникающего колото-резаного ранения левой половины грудной клетки с повреждением левой подключичной вены, сопровождавшимся наружным и внутренним кровотечением, выраженным обескровливанием организма. 

Подсудимая ФИО1 вину признала частично, пояснила в суде, что с ФИО7 состояла в браке с 2007 года. Они часто употребляли спиртное, часто ругались, дрались. 09.12.2016 г. ФИО24 принес зарплату, они стали распивать спиртное, 10.12.2016г. продолжили выпивать. Как наносила удар, она не помнит, т.к. была пьяная. Когда очнулась на кухне сидя на стуле, увидела их знакомого Свидетель №6, когда он к ним зашел, не помнит. Свидетель №6 сказал, что ФИО7 мертв. Она подошла к сидевшему на стуле мужу, под ним была лужа крови, в которой лежал нож. Она позвонила в полицию и своей маме. Убивать мужа она не хотела, не отрицает, что ударила его ножом.

В судебном заседании, по правилам п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, в связи с противоречиями, были оглашены показания подсудимой, данные ею в ходе предварительного расследования, в которых она так же признает свою вину полностью, но излагает несколько иную версию событий (т.1 л.д. 166- 171)

Виновность подсудимой подтверждается следующими доказательствами.

Потерпевший Потерпевший №1 пояснил в суде, что ФИО7 был его сыном. Сын жил вместе с ФИО24 в браке 10 лет. Когда они не выпивали, отношения у них были нормальные. ФИО24 в состоянии алкогольного опьянения становилась агрессивной. 10.12.2016г. сын позвонил ему и попросил привезти сигареты и мороженое. Около 16 часов он приехал к сыну, тот вышел на улицу, был с похмелья, сказал, что пойдет отсыпаться. Утром следующего дня ему позвонили со следственного комитета, попросили приехать на опознание. Думает, что причинить ранение его сыну могла только ФИО24. В настоящее время претензий к ФИО1 не имеет, свою вину она загладила. 

Свидетель Свидетель №1 пояснила суду, что ее дочь ФИО1 прожила в браке с ФИО7 10 лет, они злоупотребляли спиртными напитками, в состоянии опьянения становились агрессивными, неадекватными, у них часто случались скандалы, драки, они ходили в синяках; когда были трезвыми, жили счастливо. 10.12.2016г. примерно в 12 часов ей позвонила дочь, сказала, что все нормально, по голосу было ясно, что ФИО24 трезвая. Затем около 18 часов 20 минут дочь снова ей позвонила, была пьяная, плакала, сказала, что ее муж мертв. Она приехала к ФИО24 домой, на лице у дочери была кровь и синяк; ее зять ФИО24 сидел на кухне на стуле, под стулом была лужа крови, в которой лежал нож, рядом сидел незнакомый ей мужчина. На ее вопросы мужчина пояснил, что ФИО24 дрались, ФИО24 защищалась. Она /Свидетель №1/ вызвала полицию, скорую помощь. 

Свидетель Свидетель №7 пояснила суду, что ФИО7 был ее братом, он прожил в браке с ФИО24 10 лет. Когда они были трезвые, отношения у них были нормальные, когда выпивали, ФИО24 становилась агрессивной по отношению к ФИО24, кидалась на него с топором, с ножом, порезала многие его вещи, ФИО7 часто возили в больницу. О случившемся она узнала от родителей. 

Свидетель Свидетель №6 пояснил суду, что у него есть знакомая ФИО1, также он знал ее мужа ФИО7, они вместе неоднократно распивали спиртные напитки. Между ФИО24 постоянно происходили конфликты и драки. 10.12.2016г. около 18 часов 50 минут он зашел к ФИО24 домой, чтобы занять у них денег; дверь в квартиру была открыта. На кухне у входа на стуле сидел ФИО7 весь в крови, на полу под ним было много крови, в крови лежал кухонный нож. Он подошел к ФИО24 и несколько раз позвал его по имени, тот не ответил. Затем он заметил в кухне ФИО1, которая кричала, и сказала ему, что она, наверное, убила мужа. Он сказал, что надо вызвать «скорую» и полицию. Затем пришла мать ФИО24. 

Свидетель Свидетель №2, допрошенная на предварительном следствии, показала (показания оглашены в суде с согласия сторон, (т.1 л.д. 99- 101), что проживает по соседству с семьей ФИО24. ФИО1 не может охарактеризовать с положительной стороны, она часто употребляет спиртное, в основном, вместе с мужем ФИО7; в состоянии алкогольного опьянения у них часто бывают скандалы и конфликты. Днем 10.12.2016 г. она видела, как ФИО24 пришла домой и долго стучалась в дверь, при этом громко ругалась. 

Свидетель Свидетель №3, допрошенный на предварительном следствии, показал (показания оглашены в суде с согласия сторон, т.1 л.д.102-104), что проживает вместе с Свидетель №2, по соседству с семьей ФИО24. ФИО1 может охарактеризовать с положительной стороны, однако она злоупотребляет спиртным, в основном, вместе с мужем ФИО7 Днем 10.12.2016г. он проходил мимо квартиры ФИО24, никаких криков и шума из квартиры он не слышал. 

Свидетель Свидетель №4, допрошенный на предварительном следствии, показал (показания оглашены в суде с согласия сторон, т.1 л.д.105-107), что проживает по соседству с семьей ФИО24. Из их квартиры постоянно доносились крики и шум, имели место побои и драки, особенно, когда они употребляли спиртное; ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения способна к агрессии. 10.12.2016г. примерно в 14 часов он услышал из квартиры ФИО24 крики, которые доносились с кухонной комнаты; он постучал в стену своей кухни, чтобы они успокоились, но ФИО24 не реагировали. 

Свидетель Свидетель №5, допрошенный на предварительном следствии, показал (показания оглашены в суде с согласия сторон, т.1 л.д.108-110), что проживает неподалеку от дома ФИО24. ФИО7 и ФИО1 нигде не работали, часто вместе употребляли спиртные напитки, у них часто бывали побои и драки. 09.12.2016г. около 18 часов к нему в гости пришли ФИО24, они выпили бутылку водки, ФИО24 стали между собой ругаться на бытовой почве, после чего ушли домой. 10.12.2016г. около 16 часов к нему в домофон позвонила ФИО1, по ее голосу он понял, что она находится в состоянии сильного алкогольного опьянения, и дверь ей открывать не стал. Примерно в 19 часов 30 минут того же дня он решил сходить домой к ФИО24 и спросить у ФИО24, зачем она к нему приходила. Около дома ФИО24 его встретили сотрудники полиции и доставили в здание УМВД, где он узнал, что ФИО7 убили. 

Свидетель Свидетель №8, допрошенная на предварительном следствии, показала (показания оглашены в суде с согласия сторон, т.1 л.д.134-136), что у нее был сын ФИО7, который с 2007 года проживал в браке с ФИО1 Они часто вместе употребляли спиртные напитки; у них постоянно происходили конфликты на бытовой почве, инициатором которых всегда была ФИО8 состоянии алкогольного опьянения ФИО1 становилась агрессивной и неоднократно кидалась драться на ФИО7. Они просили сына развестись с ФИО1, но он не слушал.

Свидетель Свидетель №9, допрошенная на предварительном следствии, показала (показания оглашены в суде с согласия сторон, т.1 л.д.137-139), что проживает в 

<

адрес>-Б 

<

адрес>, по соседству с ней в 

<

адрес> проживала семья, фамилию их она не знает. Она часто видела их в состоянии алкогольного опьянения, из их квартиры иногда слышала женские крики и разговоры на повышенных тонах, к ним часто приходили их друзья в состоянии алкогольного опьянения. 

Свидетель Свидетель №10, допрошенная на предварительном следствии, показала (показания оглашены в суде с согласия сторон, т.1 л.д.140-142), что проживает по соседству с семьей ФИО24, может охарактеризовать их с отрицательной стороны, они часто употребляли спиртные напитки, после чего у них происходили постоянные ссоры и скандалы. ФИО7 может охарактеризовать с положительной стороны, он был воспитанный, добрый, неконфликтный. ФИО1 была агрессивной и вспыльчивой. 

Свидетель Свидетель №11, допрошенная на предварительном следствии, показала (показания оглашены в суде с согласия сторон, т.1 л.д.143-144), что проживает по соседству с семьей ФИО24. ФИО1 и ФИО7 постоянно употребляли спиртные напитки.

Свидетель ФИО9, допрошенный на предварительном следствии, показал (показания оглашены в суде с согласия сторон, т.1 л.д.145-147), что работает фельдшером выездной бригады Станции скорой медицинской помощи. 10.12.2016г. находился на дежурстве, около 19 часов 16 минут поступил вызов о том, что в 

<

адрес>Б 

<

адрес> в ходе драки порезали мужчину ножом. По прибытии на место он увидел в кухне сидящего на стуле ФИО7, который был в крови без признаков жизни, реанимационные мероприятия в отношении него не проводились. В комнате находилась жена убитого – ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения, она вела себя неадекватно, кричала, падала, ей была оказана первая медицинская помощь, после чего она пояснила, что в ходе ссоры убила мужа ножом. 

Эксперт ФИО10, допрошенная на предварительном следствии, показала (показания оглашены в суде с согласия сторон, т.1 л.д.148-151), что на основании предъявленного ей протокола проверки показаний на месте с участием ФИО1 от 11.12.2016 г. может пояснить, что ФИО1 в момент нанесения удара ножом сидевшему на стуле ФИО7, могла находиться в положении стоя напротив потерпевшего. Вероятнее всего повреждения были нанесены правой рукой; резаная рана слева на волосистой части головы ФИО7 могла быть нанесена единовременно с раной в левой подключичной области; ссадина на подбородке ФИО7 могла образоваться от действия твердого предмета либо от удара о твердый предмет. 

Кроме того вина подсудимой подтверждается материалами уголовного дела:

- протоколом проверки показаний на месте, в ходе которой ФИО1 показала способ совершения убийства своего мужа ФИО7, с фототаблицей к нему (т.1 л.д. 173- 177, 179- 184);

- протоколом осмотра места происшествия– 

<

адрес>-Б по 

<

адрес>, где в кухне был обнаружен труп ФИО7 с ножевым ранением; в ходе осмотра изъяты: два ножа, два мобильных телефона, халат, нетбук (т.1 л.д.24-31); 

- протоколом выемки, согласно которому у свидетеля Свидетель №6 были изъяты его вещи, в которые он был одет 10.12.2016г.: куртка, свитер, майка, штаны (т.1 л.д.118- 122);

- протоколом освидетельствования от 10.12.2016г., согласно которому у свидетеля Свидетель №6 были получены смывы с рук и срезы ногтевых пластин (т.1 л.д.41-44);

- протоколом освидетельствования от 10.12.2016 г., согласно которому у обвиняемой ФИО1 были получены смывы с рук и срезы ногтевых пластин (т.1 л.д.35-39);

- протоколом выемки, согласно которому были изъяты образцы крови от трупа ФИО7, кожный лоскут с раной, трусы и носки (т.2 л.д.94-98);

- протоколом получения образцов для сравнительного исследования, согласно которому у обвиняемой ФИО1 были получены образцы крови для сравнительного исследования (т.1 л.д.204-207);

- протоколом получения образцов для сравнительного исследования, согласно которому у свидетеля Свидетель №6 были получены образцы крови для сравнительного исследования (т.1 л.д.124);

- протоколом осмотра предметов, изъятых в ходе осмотра места происшествия, в ходе выемок, в ходе получения образцов для сравнительного исследования, и приобщением их к материалам уголовного дела в качестве вещественных доказательств (т.2 л.д.55-84, л.д.99-106);

- протоколом осмотра предметов – детализации соединений абонентского номера, зарегистрированного на Свидетель №1, и постановлением о приобщении ее к уголовному делу в качестве вещественных доказательств (т.2 л.д.85-86, л.д.91); 

- сообщением в УМВД России по 

<

адрес>, согласно которому 10.12.2016г. Свидетель №1 сообщила о том, что по адресу: 

<

адрес>-Б 

<

адрес> обнаружила труп зятя (т.1 л.д.47);

- картой вызова скорой медицинской помощи, согласно которой 10.12.2016г. в 19.15 часов поступил вызов по адресу: 

<

адрес>-Б 

<

адрес> (т.1 л.д.49);

- заключением эксперта, согласно которому нож изготовлен промышленным способом, к холодному оружию не относится, является ножом хозяйственно-бытового назначения (т.2 л.д.44-45);

- заключением эксперта, согласно которому кровь потерпевшего ФИО7 относится в группе А бета; кровь Свидетель №6 относится к группе 0 (Н) альфа бета; кровь ФИО1 относится кК группе В альфа. На ноже №2, изъятом с пола, свитере Свидетель №6, халате, трусах ФИО7 обнаружена кровь человека группы А бета, которая могла произойти за счет ФИО7; за счет Свидетель №6 и за счет ФИО1 данная кровь произойти не могла. На рукоятке ножа № обнаружены клетки поверхностного слоя кожи человека (чешуйки эпидермиса) в антигенами В и Н, которые произошли от лица с группой крови В альфа, возможно, за счет ФИО1; за счет ФИО7 и Свидетель №6 данные клетки произойти не могли. На смывах с рук и подногтевом содержимом ФИО1 обнаружена кровь человека, которая, возможно, относится к группе А бета и могла произойти за счет ФИО7; за счет самой ФИО1 и Свидетель №6 происхождение данной крови исключается. Также обнаружены клетки поверхностного слоя кожи человека (чешуйки эпидермиса) с антигенами А, В, Н. Клетки, содержащие антиген А, принадлежащий лицу с группой крови А бета, возможно, ФИО7; ФИО1 они принадлежать не могут. Клетки, содержащие антиген В, произошли от лица с группой крови В альфа, наиболее вероятно, от самой ФИО1 Присутствие в клетках антигена Н не исключает также возможность примеси клеток кожи от лица с группой крови 0 (Н) альфа бета, в том числе и от Свидетель №6 На представленных смывах с рук и подногтевом содержимом Свидетель №6 кровь не обнаружена; обнаружены клетки поверхностного слоя кожи человека (чешуйки эпидермиса) с антигенами А,В,Н. Клетки, содержащие антигены А и В, Свидетель №6 не принадлежат; они произошли от лица (лиц) с группами крови АВ или А бета и В альфа, возможно, от ФИО7 и ФИО1 Клетки, содержащие антиген Н, наиболее вероятно, принадлежат самому Свидетель №6 На ноже (со стола), майке, курке Свидетель №6 кровь не обнаружена. На штанах Свидетель №6, паре носок ФИО7 пятен, пригодных для исследования на наличие крови, не обнаружено (т.2 л.д.7-13);

- заключением эксперта, согласно которому на кожном лоскуте, изъятом от трупа ФИО7, имеется одна рана колото-резаного характера, длиной основной части в пределах 1,9-2,2 см. Данное повреждение образовалось от ударного воздействия предметом, обладающим колюще-режущими свойствами. Таким предметом является нож, плоский клинок имеет острие, обух и режущую кромку. Ширина клинка на уровне погружения раны составляет в пределах 1,9-2,2 см.; толщина обуха – 0,1-0,2 см. Истинная рана могла образоваться от ударного воздействия ножом, представленным на исследование (т.2 л.д.20-22);

- заключением эксперта, согласно которому у ФИО7 обнаружены телесные повреждения: проникающее колото-резаное ранение левой половины грудной клетки с повреждениями левой подключичной вены с внутренним кровотечением в левую плевральную полость, сопровождавшееся наружным кровотечением; рана левой половины волосистой части головы, наружное кровотечение; ссадина в левой подбородочной области. Эти телесные повреждения – резаная рана левой половины волосистой части головы, проникающее колото-резаное ранение левой половины грудной клетки причинены ударным действием колюще-режущего предмета, возможно, клинком ножа. Ссадина в левой подбородочной области причинена действием тупого твердого предмета незадолго до наступления смерти. Указанные телесные повреждения носят прижизненный характер, могли быть причинены единовременно при нанесении удара клинком ножа и его рукояткой. В соответствии с п. 6.1.26 Медицинских критериев, утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ № 194н от 24.04.2008 года повреждение - проникающее колото-резаное ранение левой половины грудной клетки с повреждением левой подключичной вены квалифицируется как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и находится в прямой причинной связи со смертью. В соответствии с п. 8.1 Медицинских критериев, утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ № 194н от 24.04.2008 года, повреждение - резаная рана левой половины волосистой части головы квалифицируется как легкий вред здоровью по признаку кратковременного его расстройства. Ссадина на подбородке как вред здоровью не квалифицируется. Судя по наличию подсохших вертикальных потеков на левой половине туловища в момент получения телесных повреждений, туловище потерпевшего находилось в вертикальном или близком к нему положении. Следов, свидетельствующих о предшествующей борьбе, следов волочения трупа и признаков, свидетельствующих о самостоятельных активных действиях потерпевшего при экспертиза трупа ФИО7 не установлено. Смерть ФИО7 наступила 10.12.2016г. от проникающего колото-резаного ранения левой половины грудной клетки с повреждением левой подключичной вены, сопровождавшимся наружным и внутренним кровотечением, выраженным обескровливанием организма. При судебно-химическом исследовании крови от трупа найден этиловый спирт в количестве 4,6 промилле. Обнаруженная концентрация спирта в крови от трупа у живых лиц расценивается как тяжелая степень алкогольного опьянения (т.2 л.д.27-30);

- заключением эксперта, согласно которому у ФИО1 имели место кровоподтеки нижнего века правого глаза, на задней поверхности грудной клетки справа, на правом предплечье. Данные телесные повреждения возникли от действия тупых твердых предметов с ограниченной контактирующей поверхностью. Наиболее вероятный срок образования кровоподтеков в области нижнего века правого глаза и на задней поверхности грудной клетки справа– более чем за 7 дней до проведения освидетельствования 10.12.2016г.; кровоподтек на правом предплечье возник не более чем за 3 дня до проведения освидетельствования 10.12.2016 г. В соответствии с приказом Минздравсоцразвития РФ № 194н от 24.04.2008 года, имевшиеся у ФИО1 телесные повреждения расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека, т.к. не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности. Положение ФИО1 в момент получения повреждений могло быть любым, при котором травмируемые поверхности были доступны для нанесения травмирующего воздействия (т.2 л.д.51-52);

- заключением эксперта, согласно которому ФИО1 обнаруживает признаки синдрома зависимости от алкоголя (F 10.2). Об этом свидетельствуют данные анамнеза о злоупотреблении спиртными напитками с формированием психофизической зависимости, а также выявленные при настоящем обследовании эмоциональная огрубленность, неустойчивость, категоричность суждений, ограничение круга интересов. Однако указанные особенности психики выражены не столь значительно, не сопровождаются существенными расстройствами памяти, мышления, критики и не лишают возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими. В период, относящийся к совершению инкриминируемого ей деяния, у нее не было также признаков какого-либо временного психического расстройства, она находилась в состоянии простого алкогольного опьянения. Об этом свидетельствуют данные об употреблении ею перед правонарушением спиртных напитков, сохранности ее ориентировки в окружающем, целенаправленный характер ее действий, отсутствие в ее поведении и высказываниях признаков бреда, галлюцинаций, патологически расстроенного сознания. Поэтому ФИО1 могла в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими. В настоящее время она также может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими, в период следствия может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, давать о них показания. В каких-либо принудительных мерах медицинского характера не нуждается. Психологический анализ материалов уголовного дела и результаты настоящего экспериментально-психологического исследования выявляют следующие индивидуально-психологические особенности ФИО1: достаточный уровень проведения логических операций, при проведении сравнения, обобщения выделяет практически значимые признаки категориального, реже функционального уровня, адекватность ассоциативных образов, эмоциональную неустойчивость, вспыльчивость, переменчивость в интересах, сниженную самооценку, снижение самоконтроля в конфликтных ситуациях с совершением недостаточно продуманных и осторожных поступков. У ФИО1 не выявляется склонности к фантазированию, повышенной внушаемости. ФИО1 в момент совершения инкриминируемого ей деяния в состоянии аффекта не находилась, о чем свидетельствует отсутствие характерной для аффекта течение эмоциональной реакции. ФИО1 не находилась в каком-либо эмоциональном состоянии, которое могло бы оказать существенное влияние на ее поведение. В исследуемой ситуации ФИО1 находилась в состоянии алкогольного опьянения, которое могло способствовать снижению самоконтроля, облегчать открытые проявления агрессии в поведении и снизить контроль над своими действиями (т.2 л.д.36-39).

Суд, руководствуясь правилами ст. 88 УПК РФ, изучив, доказательства, собранные по делу и представленные сторонами к исследованию в судебном заседании, считает их относимыми, допустимыми и достоверными, а их совокупность достаточной для разрешения уголовного дела. Доказательств, полученных с нарушением требований уголовно-процессуального закона, являющихся недопустимыми и подлежащими исключению, судом не установлено.

Оценив приведенные в приговоре доказательства в их совокупности, суд считает, что показания потерпевшего и свидетелей, данные в ходе предварительного расследования и в суде, были достоверными, они прочно связаны между собой и составляют единую логическую структуру с иными доказательствами по уголовному делу, взаимодополняют друг друга и в совокупности позволяют составить общую картину преступления.

При этом, в соответствии с рекомендациями, изложенными в п. 10 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 29.11.2016 г. №55 «О судебном приговоре», суд не может учитывать в качестве доказательства, подтверждающего виновность подсудимой в совершении инкриминируемого ей деяния, протокол ее явки с повинной (т.1 л.д.50-51), поскольку в указанном процессуальном документе отсутствуют какие- либо указания на то, что подсудимой, при ее обращении с указанной явкой с повинной, были разъяснены права с учетом требований ч. 1.1 ст. 144 УПК РФ. 

Суд также кладет в основу приговора признательные показания подсудимой, данные ею в ходе предварительного расследования, поскольку они согласуются с показаниями потерпевшего, свидетелей и иными фактическими обстоятельствами, установленными в судебном заседании, и не противоречат им. Напротив, показания подсудимой, данные в судебном заседании, суд не может признать достоверными, поскольку они противоречат очевидным обстоятельствам, установленным по делу, так подсудимая пояснила в суде, что не помнит сам момент нанесения ею удара ножом потерпевшему, в то время как в ходе предварительного расследования она четко описывала обстоятельства нанесения этого удара, более того, эти показания были ею подкреплены в ходе проведения проверки показаний на месте. По мнению суда, подсудимая изменила показания, в этой части, пытаясь преуменьшить степень своей вины в произошедшем. Утверждения подсудимой о том, что показания, которые изложены в протоколе ее допроса (т.1 л.д. 166- 171), были сформированы ею с помощью следователя как возможные, а фактически она события не помнила, о чем и заявляла, суд подвергает сомнению, поскольку они не убедительны и не логичны, кроме того, указанные показания были даны в присутствии защитника.

Суд, анализируя исследованные по делу доказательства в их совокупности, находит вину подсудимой доказанной и действия ФИО1 квалифицирует по ч. 1 ст. 105 УК РФ– убийство, т.е. умышленное причинение смерти другому человеку. 

Квалифицируя действия подсудимого именно таким образом, суд исходит из очевидного умысла ФИО1, направленного на причинение смерти потерпевшему. Подсудимая взяла нож- предмет, которым заведомо можно лишить жизни человека, и с достаточной силой нанесла им ФИО7 удар в левую половину грудной клетки, т.е. в область нахождения жизненно важных органов, причинив при этом опасные для жизни телесные повреждения, которые находятся в прямой причиненной связи со смертью потерпевшего, при этом подсудимая не могла не осознавать, что от подобного удара ножом может наступить смерть.

Таким образом, об умысле ФИО1 на убийство ФИО7 четко свидетельствует как само орудие преступления– нож, так и локализация раны- левая половина грудной клетки. 

Устанавливая в соответствии с требованиями п. 1 постановления Пленума ВС РФ от 27.01.1999 N1 мотив и цель совершенного преступления, суд считает, что в данном случае подсудимый совершил убийство потерпевшего по мотивам неприязни, возникшим на почве личных отношений в результате ссоры. При этом суд принимает во внимание разъяснения, содержащиеся в п. 4 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. N 1 "О судебной практике по делам об убийстве (ст.105 УК РФ)". 

Кроме того, суд не может применить в отношении действий подсудимой, связанных с нанесением удара ножом потерпевшему, положения ст. 37 УК РФ, поскольку суд не может признать действия подсудимой, совершенными в пределах необходимой обороны от действий потерпевшего. Так, взаиморасположение подсудимой и потерпевшего в момент нанесения удара ножом, четко свидетельствует о том, что подсудимая занимала по отношению к потерпевшему активную позицию и последний не предпринимал в ее отношении каких- либо угрожающих действий, он сидел на стуле, в то время как подсудимая, нанося удар, стояла перед ним. Таким образом, по мнению суда, в момент нанесения подсудимой удара ножом потерпевшему, последний никак ей не угрожал и непосредственной опасности для нее не представлял. По тем же основаниям суд не считает действия, совершенные подсудимой, совершенными при превышении пределов необходимой обороны, поскольку в момент нанесения подсудимой повреждений потерпевшему, последний не представлял какой- либо опасности для подсудимой и она могла беспрепятственно покинуть место конфликта, таким образом подсудимая не оборонялась от каких- либо действий потерпевшего.

Так же суд не может расценивать действия подсудимой как совершенные в состоянии аффекта, поскольку данный факт уверенно отвергается проведенной судебно- психиатрической экспертизой. Кроме того, подсудимая непосредственно перед преступлением употребляла алкоголь, а состояние опьянения, в том числе и вызванного употреблением алкоголя, не может способствовать нахождению лица в состоянии аффекта. 

За содеянное, подсудимая подлежит наказанию, поскольку у суда нет оснований сомневаться в ее способности отдавать отчет своим действиям и руководить ими.

Решая вопрос о виде и мере наказания, суд, в соответствии со ст.60 ч. 3 УК РФ, принимает во внимание характер и степень общественной опасности совершенного преступления, учитывает личность подсудимой, наличие обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание, а так же влияние назначенного наказание на ее исправление и условия жизни ее семьи. 

Кроме того, суд, при назначении наказания, руководствуется принципами справедливости и гуманизма, установленными ст. ст. 6, 7 УК РФ, соответственно.

Подсудимая ФИО1 ранее не судима, вину признала, оказывала активное содействие следствию в раскрытии и расследовании преступления, возместила потерпевшему материальный и моральный вред в размере, удовлетворившем последнего, указанные обстоятельства признаются судом обстоятельствами, смягчающими наказание в соответствии с ч. 1 ст. 61 УК РФ; на учете у нарколога и психиатра не состоит. 

Кроме того, в качестве смягчающего наказание обстоятельства суд признает противоправность и аморальность поведения потерпевшего, который до случившегося подвергал подсудимую физическому воздействию, о чем свидетельствуют, имевшиеся у нее кровоподтеки. Так же, в качестве обстоятельства, смягчающего наказание подсудимой, суд признает ее явку с повинной, не смотря на то, что суд посчитал невозможным основывать на ней выводы о виновности подсудимой, поскольку каких- либо законодательно установленных препятствий к ее признанию смягчающим наказание обстоятельствам не имеется.

Каких- либо данных о наличии иных смягчающих наказание обстоятельств, суду на момент вынесения приговора не представлено. 

При этом, подсудимая совершила умышленное особо тяжкое преступление. 

В качестве обстоятельства, отягчающего наказание, суд, в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ, признает совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, поскольку, согласно заключению эксперта, ФИО1 в момент совершения преступления находилась в состоянии алкогольного опьянения, которое могло способствовать снижению самоконтроля, облегчать открытые проявления агрессии в поведении и снизить контроль над своими действиями (т.2 л.д.36-39). 

При таких обстоятельствах, суд находит возможным достижение целей наказания в отношении подсудимой, установленных ч.2 ст. 43 УК РФ- в первую очередь восстановление социальной справедливости, а также исправление подсудимой и недопущение совершения новых преступлений, лишь при назначении ей единственно возможного, предусмотренного законом за данное преступление наказания, в виде лишения свободы не в максимально возможном размере. При этом, суд считает возможным не применять к подсудимой дополнительное наказание в виде ограничения свободы.

При назначении конкретного размера наказания за совершенное преступление суд не может применить положение ч. 1 ст. 62 УК РФ в силу конструктивных ограничений, содержащихся в ней, поскольку по уголовному делу установлено отягчающее наказание обстоятельство. 

Суд не находит оснований для вывода о том, что исправление подсудимой возможно без реального отбывания наказания с учетом особой тяжести и характера совершенного преступления, таким образом, не применяет положения ст. 73 УК РФ.

Так же, суд не находит оснований для применения положений ст.64 УК РФ, поскольку в материалах уголовного дела отсутствуют какие- либо исключительные обстоятельства, связанные с целями и мотивами преступления, ролью виновной, ее поведением во время или после совершения преступления, а равно другие обстоятельства, существенно уменьшающие степень общественной опасности преступления. 

Суд, так же, не считает возможным воспользоваться правом, предусмотренным ч. 6 ст. 15 УК РФ, и изменить категорию преступления, совершенного подсудимой, на менее тяжкую. При этом суд учитывает социальную опасность преступления, его фактические обстоятельства.

При определении вида исправительного учреждения, суд руководствуется правилами, предусмотренными п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 307, 308 и 309 УПК РФ суд,

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО2 ФИО28 виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Назначить ФИО2 ФИО29. наказание по ч. 1 ст. 105 УК РФ в виде лишения свободы сроком на 9 (девять) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. 

Меру пресечения в отношении ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить заключение под стражу с содержанием в ФКУ СИЗО -1 УФСИН России по Тамбовской области. 

Срок отбывания наказания ФИО1 исчислять с 09 июня 2017 года, засчитав в срок наказания время, отбытое ФИО1 под стражей в качестве меры пресечения по настоящему уголовному делу с 11.12.2016 г. по 09.06.2017 г.

Вещественные доказательства по уголовному делу, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств следственного отдела по Октябрьскому району г. Тамбова СУ СК РФ по Тамбовской области: куртку, майку, свитер, штаны, изъятые у ФИО30., передать ФИО31. по принадлежности; халат ФИО32., передать родственникам ФИО1; трусы, носки ФИО7, уничтожить; смывы с рук и срезы ногтевых пластин Свидетель №6, уничтожить; срезы ногтевых пластин ФИО1, уничтожить; образцы крови Свидетель №6, ФИО1, ФИО7, уничтожить; два кухонных ножа, уничтожить; кожный лоскут, уничтожить; мобильный телефон «Нокиа» передать родственникам ФИО7; детализацию абонентских соединений, хранящуюся в материалах уголовного дела, оставить при деле. 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Тамбовский областной суд в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденной, содержащейся под стражей, в тот же срок со дня вручения ей копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. 

Председательствующий А.С. Гуськов