Судья – Кошлевский Р.В. Дело № 22-844

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Пенза 19 ноября 2025 года

Пензенский областной суд составе:

председательствующего судьи Агуреевой Н.Ю.,

с участием прокурора Борисова В.Е., 

осужденного ФИО1, 

защитника осужденного ФИО1 – адвоката Федоровой Н.А.,

потерпевшего К.В.В. и его представителя – ФИО2, 

при секретаре Холодневой С.Л., 

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе потерпевшего К.В.В. на приговор Зареченского городского суда Пензенской области от 29 сентября 2025 года, которым 

ФИО1, 

<

данные изъяты>, 

осужден по ч.1 ст.109 УК РФ к 1 году ограничения свободы.

В соответствии с ч.1 ст.53 УК РФ ФИО1 установлены ограничения: не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы; не выезжать за пределы территории муниципального образования – г.

<

адрес> без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы; возложена обязанность: являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц для регистрации.

Судом разрешен и удовлетворен частично гражданский иск потерпевшего К.В.В. о взыскании с ФИО1 компенсации морального вреда.

На основании ст.ст.151, 1099-1101 ГК РФ постановлено взыскать с ФИО1 в пользу К.В.В. в счет компенсации морального вреда 300 000 рублей.

Мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке ФИО1 оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

Заслушав доклад судьи Агуреевой Н.Ю., выступление потерпевшего К.В.В. и его представителя – ФИО2, поддержавших доводы апелляционной жалобы, объяснения осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Федоровой Н.А., не согласившихся с апелляционной жалобой, просивших оставить приговор без изменения, мнение прокурора Борисова В.Е., полагавшего приговор подлежащим оставлению без изменения, суд апелляционной инстанции 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 осужден за причинение смерти по неосторожности своей матери К.Н.Я.

Преступление им совершено 28 декабря 2024 года, в период времени с 22 часов 00 минут до 22 часов 21 минуты, по адресу: 

<

адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении преступления признал полностью, от дачи показаний отказался, воспользовавшись правом, предоставленным ст.51 Конституции РФ.

В апелляционной жалобе потерпевший ФИО3 выражает несогласие с состоявшимся приговором в части суммы взыскания в его пользу морального вреда. В обоснование потерпевший приводит нормы ст.ст.151, 1101 ГК РФ, и указывает, что причинив тяжкий вред здоровью матери, ФИО1 не вызвал ей скорую помощь ни в день совершения преступления, и не оказал ей помощи и позднее. Бригаду скорой помощи вызвала соседка М.Л.С., которая пояснила, что 28 декабря 2024 года к ней вбежала его (К.В.В.) бабушка – К.Н.Я., рассказала, что ее избил сын, в руках держала пустой кошелек, говоря при этом, что сын забрал у нее все деньги. Материалами дела также установлено, что ФИО1 состоит на учете у врача нарколога с диагнозом – 

<

данные изъяты>. Потерпевший считает неоправданным при определении суммы морального вреда учитывать материальное положение человека, который злоупотребляет спиртными напитками, отнял деньги у родной матери, избил ее до смерти и при этом все это он совершил во вменяемом состоянии, он не мог не понимать опасности своих действий, не мог не предвидеть наступления смерти пожилого человека при изложенных в приговоре обстоятельствах, это возможно сделать лишь с прямым умыслом. Суд при определении суммы морального вреда сослался на отсутствие факта близкого общения его с бабушкой, отсутствие между ними устойчивых семейных связей. При этом потерпевший указывает, что после распада семьи из-за пьянства, ФИО1 пришел жить в квартиру матери, поэтому с того времени он (К.В.В.) не смог бывать у бабушки, но оказывал ей материальную помощь, потому что все деньги у нее отбирал сын, на поведение которого и взаимоотношения он повлиять не мог. Ссылаясь на разъяснения, изложенные в п.32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 г. №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», автор апелляционной жалобы указывает, что вопреки данным требованиям, изложенные им обстоятельства, судом учтены не были. Согласно заключению судебно-медицинского эксперта, смерть его бабушки наступила 21 марта 2025 года в результате преступных действий ФИО1, от черепно-мозговой травмы в виде хронической субдуральной гематомы, осложнившейся вторичным внутричерепным кровотечением, вызвавшим сдавление и смещение головного мозга с последующим развитием его отека и отека легких, в квартире по месту ее жительства. Определяя размер денежной компенсации морального вреда, суд исходил из того, что смерть его бабушки К.Н.Я. наступила в результате преступных действий ее сына – ФИО1, и отсутствии у него умысла, однако, при этом не принято во внимание, что смерть бабушки наступила через 3 месяца после нанесения тяжкого вреда здоровью, что она была выписана из больницы с положительной динамикой, и ухудшение состояния здоровья произошло дома, что, как считает потерпевший, может свидетельствовать только либо об активном, либо о пассивном поведении ее сына – ФИО1 Материалами дела не установлено, что ФИО1 сделал что-либо положительное для выздоровления матери после 28 декабря 2024 года по день ее смерти. Так, из приговора следует, что возможность получения К.Н.Я. черепно-мозговой травмы, состоящей в причинно-следственной связи с ее смертью, в другом месте или при иных обстоятельствах, в судебном заседании не установлена. Как указывает потерпевший, его бабушка умерла в результате насильственных действий ФИО1, в связи с чем он испытывал и испытывает в настоящее время нравственные страдания. ФИО1 знал, что он помогал бабушке материально, как родному человеку, но не поставил его в известность о случившемся и не привлек для оказания помощи в восстановлении ее здоровья, а он бы сделал все необходимое для сохранения ее жизни, оплатил бы расходы на лечение, но ФИО1 не сделал и этого, причинив ему нравственные страдания, возможно бабушку можно было спасти. Потерпевший полагает, что при изложенных обстоятельствах ФИО1 необоснованно отрицает умысел на лишение жизни своей матери, заболевания, вызванные злоупотреблением алкоголя ФИО1, не являются смягчающими его вину обстоятельствами и при определении размера морального вреда. Просит приговор отменить в части взыскания морального вреда, удовлетворить его исковые требования в полном объеме. 

На апелляционную жалобу государственным обвинителем по делу – старшим помощником прокурора ЗАТО г.Заречный ФИО4 принесены возражения, в которых он считает состоявшийся в отношении ФИО1 приговор законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, в том числе и в части разрешения исковых требований потерпевшего о взыскании морального вреда, апелляционную жалобу потерпевшего – без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции находит, что вина ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств, полно и правильно изложенных в приговоре, а именно: 

- показаниями самого осужденного, полностью признавшего свою вину в причинении смерти по неосторожности своей матери К.Н.Я.; 

- показаниями потерпевшего К.В.В., согласно которым К.Н.Я. приходилась ему бабушкой, ФИО1 – его дядя. О смерти бабушки ему стало известно в конце апреля 2025 года. Обстоятельства ее смерти ему неизвестны. На момент смерти бабушки он был в г.

<

адрес>, но о смерти ему никто не сообщил, на похоронах он не присутствовал. Общался он с бабушкой редко, проживал отдельно, в гости к ней не ходил, изредка они виделись на улице, между ними был судебной спор после смерти его отца по поводу наследства – квартиры. Он помогал бабушке материально в оплате коммунальных услуг за квартиру. Заявленный гражданский иск в размере 1 000 000 рублей поддержал в полном объеме, поскольку в связи со смертью близкого человека испытал нравственные страдания;

- показаниями старшего участкового уполномоченного по г.

<

адрес> Д.А.М., согласно которым 28 декабря 2024 года ему стало известно о госпитализации К.Н.Я. в больницу в связи с черепно-мозговой травмой и иными телесными повреждениями, со слов которой 8 января 2025 года узнал о произошедшим 28 декабря 2024 года между ней и ее сыном ФИО1 конфликте, в ходе которого тот нанес ей несколько ударов руками по голове, от которых она упала на пол, ударившись телом о стоящую рядом тумбочку, а затем головой о пол, после чего она убежала к соседке, где ей вызвали скорую помощь, и она была госпитализирована; 

- показаниями свидетеля С.А.В., из которых следует, что в связи с поступившим сообщением об избиении сыном своей матери, он в составе СОГ 28 декабря 2024 года выезжал по месту жительства К.Н.Я., где уже находились сотрудники скорой медицинской помощи, и К.Н.Я., которая сообщила, что ее избил сын ФИО1 по голове руками, отчего она упала на пол, ударившись сильно телом о тумбочку и головой о пол, после чего К.Н.Я. была госпитализирована в ГБУЗ КБ 

<

данные изъяты>; 

- показаниями свидетеля Ш.Т.В., согласно которым она в составе бригады СМП № выезжала по вызову к К.Н.Я., на голове и лице которой были видимые телесные повреждения, она была в сознании, но жаловалась на головную боль, боль в области грудной клетки и лица, у нее из носа шла кровь. Со слов женщины, ее избил сын. Из видимых повреждений у нее были множественные кровоподтеки лица, области носа и гематома на лобной области. С ее слов, сын нанес ей удар ладонью по носу, а затем несколько ударов по голове, отчего она упала, сильно ударилась головой о пол и потеряла сознание. Придя в сознание, направилась к соседке в квартиру №, которая вызвала скорую помощь. К.Н.Я. также высказывала жалобы на тошноту, головную боль, головокружение, и была доставлена ими в КБ 

<

данные изъяты> в г.

<

адрес> где была госпитализирована в нейрохирургическое отделение для прохождения лечения;

- показаниями врача-нейрохирурга КБ 

<

данные изъяты> Х.Н.П., из которых следует, что К.Н.Я. поступила в отделение нейрохирургии 28 декабря 2024 года с сочетанной травмой на лице и голове, жаловалась на головные боли, тошноту, боли в области ушибов и кровоподтеков. По словам К.Н.Я., она была избита сыном, такие же сведения были у скорой помощи. По результатам КТ никаких гематом, кровоизлияний у К.Н.Я. выявлено не было. Фатальных травм у нее не было, травмы были поверхностными; 

- оглашенными в судебном заседании в порядке ст.281 УПК РФ показаниями врача травматолога ФГБУЗ МСЧ-

<

данные изъяты> Ш.И.М., данными в ходе предварительного следствия, из которых следует, что 3 января 2025 года из КБ 

<

данные изъяты> к ним медицинское учреждение поступила К.Н.Я. для прохождения лечения в связи с полученными ею 28 декабря 2024 года травмами по месту жительства. При первичном осмотре 3 января 2025 года К.Н.Я. высказывала жалобы на головные боли. Со слов К.Н.Я.., ее избил сын в квартире по месту жительства, после чего она упала, ударилась ребрами о тумбочку и головой о пол, отмечала потерю сознания после произошедшего. К.Н.Я. пролежала в травматологическом отделении до 16 января 2025 года, после чего была выписана по улучшению самочувствия (т.1 л.д.123-126);

- протоколом осмотра места происшествия от 4 апреля 2025 года, в котором зафиксирован осмотр квартиры по адресу: 

<

адрес> с участием ФИО1, который в ходе осмотра указал на место в зальной комнате квартиры, где находилась К.Н.Я. в тот момент, когда он 28 декабря 2024 года наносил ей ладонью руки удары по лицу и голове, а также указал на тумбочку, о которую она ударилась при падении от его ударов с высоты собственного роста (т.1 л.д.67-71);

- заключениями экспертиз № от 8 апреля 2025 года (т.1 л.д.156-158), № от 28 апреля 2025 года (т.1 л.д.163-174), № от 31 июля 2025 года (т.2 л.д.117-147), № от 5 августа 2025 года (т.2 л.д.148-152) которыми установлено, что смерть К.Н.Я. наступила от черепно-мозговой травмы в виде хронической левосторонней субдуральной гематомы, осложнившейся вторичным внутричерепным кровотечением, вызвавшим сдавление и смещение головного мозга с последующим развитием его отека и отека легких; черепно-мозговая травма впоследствии трансформировавшаяся в хроническую в виде хронической левосторонней субдуральной гематомы образовалась от одного ударного взаимодействия головы и тупого твердого предмета и не исключается при падении К.Н.Я. с высоты собственного роста с приданным ускорением, обусловленным нанесенным ей ударом/ударами в область головы/носа; давность субдуральной гематомы по данным гистологического исследования 2-3 месяца и более, образование которой 28 декабря 2024 года не исключается; отсутствие диагностики черепно-мозговой травмы в виде острой субдуральной гематомы 29 декабря 2024 года в условиях ГБУЗ «Клиническая больница 

<

данные изъяты>» может объясняться недостаточной разрешающей способностью данного метода, малого объема излившейся крови на момент проведения исследования и др.; для развития организующегося кровоизлияния с одной стороны твердой мозговой оболочки с резорбцией с формированием капсулы и депозитами внеклеточного гемосидерина необходимо, как правило, 2-3 месяца и более;

- другими доказательствами по делу, приведенными в приговоре.

Всем исследованным доказательствам судом дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями ст.88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости и достоверности. Доказательства, исследованные судом и изложенные в приговоре, являются достаточными.

Оснований не доверять имеющимся в деле доказательствам, в том числе заключениям экспертиз не имеется, поскольку экспертизы проведены экспертами, обладающими специальными познаниями, выводы экспертов обоснованы, убедительно мотивированы, соответствуют исследованным судом другим доказательствам и обстоятельствам дела, суд дал им надлежащую оценку.

В судебном заседании были исследованы все существенные для исхода дела доказательства, представленные сторонами, разрешены все заявленные ходатайства, нарушений принципа состязательности сторон, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено. 

В полной мере исследовав и правильно оценив исследованные доказательства, суд обоснованно пришел к выводу о доказанности вины ФИО1 в причинении смерти по неосторожности.

Юридическая квалификация действий ФИО1 по ч.1 ст.109 УК РФ является правильной.

Судом достоверно установлено, что ФИО1 28 декабря 2024 года, в период времени с 22 часов 00 минут до 22 часов 21 минуты, находясь в жилой части квартиры по адресу: 

<

адрес>, в ходе ссоры со своей матерью К.Н.Я., произошедшей на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, нанес последней один удар открытой ладонью правой руки в область лица, а затем еще несколько ударов открытой ладонью правой руки в область ее головы, в результате чего К.Н.Я., потеряв равновесие, с приданным ей ускорением, с высоты собственного роста, упала, ударившись при падении телом о стоящую рядом тумбочку, а после ударившись головой о пол, получив при этом физическую боль, а также телесные повреждения, повлекшие в последующем ее смерть.

Нанося К.Н.Я. удары открытой ладонью правой руки в область лица и головы, в результате чего потерпевшая, потеряв равновесие, с приданным ей ускорением, с высоты собственного роста упала, ударившись телом о стоявшую рядом тумбочку, а после ударившись головой о пол, ФИО1 не предвидел возможности наступления смерти потерпевшей и не желал ее наступления, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть наступление общественно опасных последствий в виде смерти потерпевшей от падения и удара головой о пол, поэтому суд пришел к верному выводу, что причинение смерти К.Н.Я. совершено ФИО1 по неосторожности (в форме преступной небрежности).

Вопреки доводам жалобы, исследованные судом доказательства не свидетельствуют о наличии у ФИО1 умысла на причинение своей матери К.Н.Я. такого вреда здоровью, который мог бы повлечь ее гибель. При этом между неосторожными действиями ФИО1 и наступившими последствиями в виде смерти потерпевшей, имеется прямая причинно-следственная связь.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции, что возможность получения К.Н.Я. черепно-мозговой травмы в виде хронической левой субдуральной гематомы, осложнившейся вторичным внутричерепным кровотечением, вызвавшим сдавление и смещение головного мозга с последующим развитием его отека и отека легких, состоящей в причинно-следственной связи с наступлением ее смерти, в другом месте и при иных обстоятельствах не установлена.

При назначении ФИО1 наказания судом учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности виновного, известные суду и исследованные с достаточной полнотой, в том числе состояние его здоровья, смягчающие наказание обстоятельства, в качестве которых суд верно признал – признание ФИО1 вины, раскаяние в содеянном, наличие несовершеннолетнего ребенка, совершение преступления впервые, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

С учетом личности осужденного, характера и тяжести содеянного, а также с учетом требований ч.1 ст.56 УК РФ, суд пришел к правильному выводу о том, что достижение целей наказания, предусмотренных уголовным законом, возможно путем наказания ФИО1 наказания в виде ограничения свободы, с возложением ограничений, которые будут способствовать исправлению осужденного.

Оснований для применения положений ст.64 УК РФ, освобождения от наказания, в том числе с назначением судебного штрафа, судом не установлено, и суд апелляционной инстанции не находит.

Назначенное ФИО1 наказание соразмерно содеянному и является справедливым.

Вопреки доводам апелляционной жалобы исковые требования потерпевшего К.В.В. о возмещении морального вреда судом разрешены верно.

Так, право на компенсацию морального вреда в связи со смертью потерпевшего, согласно разъяснениям, изложенным в п.32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинение вреда жизни или здоровью гражданина», могут иметь иные лица, в частности члены семьи потерпевшего, иждивенцы, при наличии обстоятельств, свидетельствующих о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий.

Как верно отметил суд, закон обязывает в каждом конкретном случае принимать во внимание характер причиненных потерпевшему страданий с учетом фактических обстоятельств, при которых причинен моральный вред, а, поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

В данном случае суд верно посчитал исковые требования потерпевшего К.В.В. о возмещении морального вреда в сумме 1 000 000 рублей в связи со смертью его бабушки К.Н.Я. завышенными и удовлетворил их частично.

При этом судом обоснованно принято во внимание отсутствие факта близкого общения между потерпевшим и его бабушкой, отсутствие между ними устойчивых семейных связей, раздельное проживание, обстоятельства преступления, а также требования справедливости, разумности, материальное положение осужденного ФИО1

Оснований для увеличения суммы компенсации морального вреда в пользу потерпевшего, о чем последний просит в апелляционной жалобе, суд апелляционной инстанции, исходя из вышеизложенного, не усматривает.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона в ходе предварительного следствия, а также в ходе рассмотрении данного уголовного дела судом, влекущих отмену либо изменение приговора, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20 и 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Зареченского городского суда Пензенской области от 29 сентября 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу потерпевшего К.В.В. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в соответствии с требованиями главы 47.1 УПК РФ в Первый кассационный суд общей юрисдикции.

В случае подачи кассационной жалобы осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий