Дело № 2- 1151/2017 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

23 марта 2017 года г. Калининград

Ленинградский районный суд г. Калининграда в составе:

председательствующего судьи Никифоровой Ю.С.

при секретаре Цурмиловой М.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к АО «Янтарьэнерго» о признании недействительными условий договора, внесении изменений в договор, взыскании компенсации морального вреда, штрафа, судебной неустойки,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с названными выше исковыми требованиями, ссылаясь на то, что между ним и ответчиком заключен договор технологического присоединения индивидуального жилого дома по адресу: 

<

адрес> к электрическим сетям. Неотъемлемой частью данного договора являются технические условия. При этом ответчиком в нарушение положений Закона РФ «О защите прав потребителей» ему были навязаны невыгодные условия договора, противоречащие действующему законодательству. Так, в частности АО «Янтарьэнерго» включило в технические условия к договору п. 11.2, возлагающий на него обязанность установить приборы учета для расчетов за электроэнергию в соответствии с требованиями ПУЭ и устройство, обеспечивающее контроль величины максимальной мощности, тогда как в силу действующего законодательства такое требования к приборам учета электрической энергии незаконно. Также ссылался на незаконность указания в п. 5 договора от ДД.ММ.ГГГГ завышенного срока технологического присоединения к электрическим сетям в 6 месяцев, тогда как такой срок должен составлять 4 месяца. Указывал, что обращался к ответчику с заявлением о вынесении изменений в п. 5 договора и п. 11.2 технических условий, в чем ему было отказано. Указанные обстоятельства явились причиной его обращения с жалобой УФАС по Калининградской области, которая, проведя проверку по его обращению, усмотрела в действиях АО «Янтраьэнерго» состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 9.21 Кодекса РФ об административных правонарушениях. После вступления постановления УФАС по Калининградской области о привлечении АО «Янтраьэнерго» к административной ответственности в законную силу, ФИО1 вновь обратился в общество с заявлением о внесении изменений в п. 5 договора и п. 11.2 технических условий, однако, несмотря на указание соответствующего органа о незаконности навязывания потребителю условий договора, противоречащих действующему законодательству, ответчик вновь отказал истцу в изменении таких незаконных условий. Указал, что технологическое присоединение по спорному договору ему необходимо для электроснабжения индивидуального жилого дома, в связи с чем он вынужден обратиться в суд с настоящими исковыми требованиями. Просил признать несоответствующими действующему законодательству п. 5 договора технологического присоединения от ДД.ММ.ГГГГ, обязав ответчика изложить его в следующей редакции «Установить приборы учета класса точности 2,0 и выше для расчетов за электроэнергию», п. 11.2 Технических условий, обязав ответчика изложить их в следующей редакции «срок выполнения мероприятий по договору технологического присоединения составляет 4 месяца со дня заключения договора технологического присоединения № от ДД.ММ.ГГГГ», взыскать с ответчика в его пользу компенсацию морального вреда 

<

данные изъяты> рублей, а также штраф в соответствии с ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей». Также просил присудить судебную неустойку за неисполнение ответчиком решения с даты вступления в законную силу в размере 

<

данные изъяты> в день. При дальнейшем неисполнении решения суда размер компенсации еженедельно удваивается.

ФИО1 в судебное заседание не явился, о дате и времени судебного разбирательства извещен надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщал, об отложении дела не просил.

Представитель ФИО1 ФИО2 в судебном заседании заявленные исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в иске, просил удовлетворить. Пояснил, что аналогичная ситуация относительно оспариваемых условий договора и технических условий имела место и в отношении иных граждан, с которыми после проведенной проверки УФАС по Калининградской области АО «Янтарьэнерго» заключило дополнительные соглашения и внесла изменения в спорные условия добровольно. Однако в отношении договора с ФИО1 это сделать без судебного контроля отказалось, что, по мнению стороны истца, подтверждает выборочное отношение АО «Янтарьэнерго» к потребителям.

Представитель АО «Янтарьэнерго» ФИО3 в судебном заседании с заявленными исковыми требованиями не согласилась, в их удовлетворении просила отказать. Представила суду письменный отзыв на заявленные требованиями, в котором указано, что в силу Правил технологического присоединения установка приборов учета электроэнергии является обязанностью заявителя, а не сетевой организации. Относительно сроков присоединения к электрическим сетям указано на его обоснованность.

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела и дав им оценку в соответствии с положениями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее ГПК РФ), суд приходит к следующим выводам.

Так, в силу со ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В соответствии с п. 1 ст. 16 Закона РФ "О защите прав потребителей", условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными.

При разрешении возникшего между сторонами спора судебном установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и АО «Янтарьэнерго» заключен договор № об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям индивидуального жилого дома, расположенной по адресу: 

<

адрес> Собственником данного индивидуального жилого дома является истец. В силу пункта 4 договора технические условия, предусматривающие перечень мероприятий, выполняемых как АО «Янтарьэнерго», так и самим ФИО1 для осуществления технологического присоединения, являются неотъемлемой частью договора. Согласно п. 5 Договора срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению составляет 6 месяцев со дня заключения договора. П. 11.2 Технических условий предусмотрена обязанность ФИО4 установить прибор учета электроэнергии в соответствии с требованиями ПЭУ и устройство, обеспечивающее контроль величины максимальной мощности.

Не согласившись с условиями п. 5 Договора, устанавливающего срок исполнения сетевой организацией своих обязательств по технологическому присоединению, а также п. 11.2 Технических условий, возлагающих на заявителя обязанность установить приборы учета для расчетов за электроэнергию в соответствии с требованиями ПУЭ и устройство, обеспечивающее контроль величины максимальной мощности, ФИО5 в ДД.ММ.ГГГГ года обратился к ответчику с заявлением о внесении изменений в условия Договора и Технических условий в указанной части, в чем ему было отказано с ссылкой на законность таковых. 

Не согласившись с такой позицией АО «Янтарьэнерго», ФИО1 обратился в суд с настоящими исковыми требованиями, при этом доводы последнего суд находит заслуживающими внимания.

Так, согласно ст. 4 Федерального закона от 17 августа 1995 года № 147-ФЗ «О естественных монополиях» услуги по передаче электрической энергии относятся к сфере деятельности субъектов естественных монополий.

В соответствии с Приложением № 1 к постановлению Федеральной энергетической комиссии от 19 декабря 1997 года № 127/8 «Об утверждении перечня субъектов естественных монополий в топливно-энергетическом комплексе, включаемых в Реестр по разделу I «Услуги по передаче электрической и тепловой энергии» АО (ранее - ОАО) «Янтарьэнерго» включено в Реестр субъектов естественных монополий по разделу I «Услуги по передаче электрической и тепловой энергии». Решением правления энергетической комиссии Калининградской области от 24 февраля 2000 года № 10-1/100 ОАО «Янтарьэнерго» включено в реестр энергоснабжающих организаций Калининградской области, осуществляющих услуги по передаче и распределению электрической энергии (регистрационный номер 3.1).

В соответствии с пунктом 3.2 устава АО «Янтарьэнерго» к основным видам деятельности Общества относится оказание услуг по передаче электрической энергии, технологическому присоединению энергопринимающих устройств юридических и физических лиц к электрическим сетям и прочие виды деятельности.

Согласно п. 1 ст. 26 Федерального закона от 26 марта 2003 года № 35-Ф3 «Об электроэнергетике» технологическое присоединение к объектам электросетевого хозяйства энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, осуществляется в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, и носит однократный характер.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 27 декабря 2004 года N 861 утверждены Правила технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям (далее - Правила).

В силу п. 3 Правил сетевая организация обязана выполнить в отношении любого обратившегося к ней лица мероприятия по технологическому присоединению при условии соблюдения им Правил и наличии технической возможности технологического присоединения.

Согласно п. 6 Правил технологическое присоединение осуществляется на основании договора, заключаемого между сетевой организацией и юридическим или физическим лицом, в сроки, установленные настоящими Правилами. Заключение договора является обязательным для сетевой организации. При необоснованном отказе или уклонении сетевой организации от заключения договора заинтересованное лицо вправе обратиться в суд с иском о понуждении к заключению договора и взыскании убытков, причиненных таким необоснованным отказом или уклонением.

Существенные условия договора об осуществлении технологического соединения перечислены в п. 16 Правил. К таковым, помимо иных, относятся перечень мероприятий по технологическому присоединению (исходя из содержания п. 16, 18 и 25 (1) Правил определяются сетевой организацией в технических условиях, являющихся неотъемлемой частью договора) и обязательства сторон по их выполнению; срок осуществления мероприятий по технологическому присоединению.

В соответствии с п. 2 Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг под точкой присоединения к электрической сети понимается место физического соединения энергопринимающего устройства (энергетической установки) потребителя услуг по передаче электрической энергии (потребителя электрической энергии, в интересах которого заключается договор об оказании услуг по передаче электрической энергии) с электрической сетью сетевой организации.

Согласно пункту 25.1 Правил технологического присоединения в Технических условиях для заявителей, предусмотренных пунктах 12.1 и 14 Правил, должны быть указаны: точки присоединения, которые не могут располагаться далее 25 метров от границы участка, на котором располагаются (будут располагаться) присоединяемые объекты заявителя (пп. «а») и требования к приборам учета электрической энергии (мощности), устройствам релейной защиты и устройствам, обеспечивающим контроль величины максимальной мощности.

П. 8 Правил недискриминационного доступа на сетевые организации возложена обязанность по ведению учета резервируемой мощности с учетом максимальной мощности энергопринимающих устройств.

При таком положении, вопреки позиции стороны ответчика, приведенные нормы материального права, регулирующие спорное правоотношение, не предусматривают возложение на потребителей электроэнергии обязанности по установке устройств контроля величины максимальной мощности, необходимых для выполнения сетевой организацией своих обязанностей, а равно обязанности контролировать максимальную мощность.

При этом п. 19 Правил запрещается навязывать заявителю услуги и обязательства, не предусмотренные Правилами.

Как следует из оспариваемого п. 11.2 Технических условий Г-995/16 от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обязан «установить приборы учета для расчетов за электроэнергию в соответствии с требованиями ПУЭ и устройство, обеспечивающее контроль величины максимальной мощности».

Между тем, шестым изданием Правил устройства электроустановок (ПУЭ), утвержденных Главтехуправлением, Госэнергонадзором Минэнерго СССР 05 октября 1979 (редакции от 20 июня 2003 года), установлено, что требования ПУЭ являются обязательными для всех ведомств, организаций и предприятий, независимо от форм собственности, занимающихся проектированием и монтажом электроустановок.

Физические лица, указанные в пункте 14 Правил, в указанном перечне отсутствуют.

Согласно Правилам устройства электроустановок, утвержденным приказом Минэнерго России от 20 мая 2003 года № 187, требования этих правил обязательны для всех организаций независимо от форм собственности и организационно-правовых форм, а также для физических лиц, занятых предпринимательской деятельностью без образования юридического лица.

В соответствии с пп. «г» п. 25(1) Правил мероприятия по технологическому присоединению в пределах границ участка, на котором расположены энергопринимающие устройства заявителя, осуществляются заявителем, а мероприятия по технологическому присоединению до границы участка, на котором расположены энергопринимающие устройства заявителя, включая урегулирование отношений с иными липами, осуществляется сетевой организацией.

В пункте 7 Технических условий Г-995/16 от 25 февраля 2016 года указано, что точка присоединения к электрической сети является границей балансовой принадлежности АО «Янтарьэнерго».

При таком положении, возложение выполнения мероприятий, указанных в пункте 11.2 технических условий, исключительно на ФИО1, противоречит положениям действующего законодательства, ущемляет права последнего как потребителя услуги, что в силу ст. 16 Закона РФ «О защите прав потребителей» влечет недействительность таких условий договора. 

В соответствии с п. 138 "Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии", утвержденных Постановлением Правительства РФ от 04 мая 2012 года N 442, для учета электрической энергии, потребляемой гражданами, подлежат использованию приборы учета класса точности 2,0 и выше.

С учетом приведенных норм материального права, суд соглашается с позицией стороны истца и полагает возможным определить п. 11.2 Технических условий к договору от 06 апреля 2016 года в следующей редакции «Установить приборы учета класса точности 2,0 и выше для расчетов за электроэнергию».

Обоснованным являются и требования истца и признании несоответствующим действующему законодательству п. 5 договора № от ДД.ММ.ГГГГ, устанавливающего завышенный срок технологического присоединения к электрическим сетям относительно обязательств сетевой организации, указанных в п.п.10.1 и 10.2 Технических условий № Г-995/16, поскольку такие условия договора нарушают порядок технологического присоединения к электрическим сетям, установленным пунктом 16 Правил.

Срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению к электрическим сетям урегулирован Правилами технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 27 декабря 2004 года N 861 во исполнение пункта 1 статьи 26 Федерального закона от 26 марта 2003 г. N 35-ФЗ "Об электроэнергетике". В соответствии с подпунктом "б" пункта 16 Правил, такой срок по договорам, заключенным с физическими лицами, исчисляется со дня заключения договора и не может превышать четырех месяцев - если технологическое присоединение осуществляется к электрическим сетям, уровень напряжения которых составляет до 20 кВ включительно, и если расстояние от существующих электрических сетей необходимого класса напряжения до границ участка заявителя, на котором расположены присоединяемые энергопринимающие устройства, составляет не более 300 метров в городах и поселках городского типа и не более 500 метров в сельской местности.

Из вышеизложенного следует, что срок осуществления мероприятий по технологическому присоединению в случае, если сетевой организации требуется только проведение работ по строительству объектов электросетевого хозяйства от существующих объектов электросетевого хозяйства до присоединяемых энергопринимающих устройств, как указано в Технических условиях ФИО1 № Г-995/16, не должен превышать 4-х месяцев.

Каких – либо бесспорных и допустимых доказательств необходимости проведения работ в ином объеме, стороной ответчик суду представлено не было.

С учетом изложенного п. 5 Договора технологического присоединения № от ДД.ММ.ГГГГ суд полагает необходимым определить в следующей редакции: «срок выполнения мероприятий по договору технологического присоединения составляет 4 месяца со дня заключения договора технологического присоединения № от ДД.ММ.ГГГГ».

Наряду с изложенным суд учитывает, что по обращению ФИО1 административным органом УФАС по Калининградской области выявлено несоблюдение обществом Правил технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 27 декабря 2004 года N 861, выразившееся в необоснованном завышении сроков технологического присоединения устройств заявителя к электрическим сетям АО «Янтраьэнерго» с четырех до шести месяцев, а также в возложении на заявителя обязанности по выполнению мероприятий, предусмотренных п. 11.2 Технических условий.

Выявленное нарушение послужило основанием для привлечения АО «Янтарьэнерго» к административной ответственности, предусмотренной ч.1 ст. 9.21 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Ссылки стороны ответчика на то, что истец имел возможность в соответствии с нормами действующего гражданского законодательства представить обществу протокол разногласий в случае несогласия с условиями договора, однако этого не сделал, безосновательны. Как следует из письменных материалов дела, обращение по вопросу внесения изменений в Технические условия со стороны ФИО1 в адрес сетевой организации имело место, на что ДД.ММ.ГГГГ обществом в адрес истца был направлен ответ об оставлении технических условий без изменения. В последующем ФИО1 дважды обращался к обществу с письменными требования о внесении в договор и технические условия соответствующих изменений путем заключения дополнительных соглашений, в том числе и со ссылкой на результаты проведенной УФАС по Калининградской области проверки, однако и такие требования ФИО1 ответчиком удовлетворены не были.

Согласно преамбуле Закона РФ "О защите прав потребителей" от 07 февраля 1992 года N 2300-1, настоящий Закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, продавцами при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни и здоровья потребителей, получение информации о товарах, работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.

Данный Закон определяет потребителя как гражданина, имеющего намерение заказать или приобрести, либо заказывающего, приобретающего или использующего товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Из спорного договора об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям, заключенного между ФИО1 и АО «Янтарьэнерго», усматривается, что предметом договора по технологическому присоединению к электрическим сетям заявителя является индивидуальный жилой дом, использование которого с осуществлением предпринимательской деятельности не связано.

В соответствии с п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", если отдельные виды отношений с участием потребителей регулируются и специальными законами Российской Федерации, содержащими нормы гражданского права (например, договор участия в долевом строительстве, договор страхования, как личного, так и имущественного, договор банковского вклада, договор перевозки, договор энергоснабжения), то к отношениям, возникающим из таких договоров, Закон о защите прав потребителей применяется в части, не урегулированной специальными законами.

С учетом изложенного, установив в ходе судебного разбирательства нарушение прав истца, как потребителя, гарантированных Законом от 07 февраля 1992 года N 2300-1 "О защите прав потребителей", суд в соответствии с правилами ст. 15 названного Закона приходит к выводу об обоснованности требования истца о компенсации морального вреда. Определяя размер компенсации морального вреда, суд с учетом принципа разумности и справедливости, полагает возможным определить сумму компенсации морального вреда, подлежащей возмещению истцу ответчиком, в 

<

данные изъяты>.

Руководствуясь п. 6 ст. 13 Закона РФ "О защите прав потребителей", при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Поскольку требования истца в добровольном порядке ответчиком не были исполнены, об уменьшении размера штрафа при рассмотрении дела представитель ответчика не заявлял, суд полагает возможным взыскать с ответчика штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований истца в размере 

<

данные изъяты>

Также истцом заявлено требования о взыскании судебной неустойки.

В соответствии с п. 1 ст. 308.3 ГК РФ в случае неисполнения должником обязательства кредитор вправе требовать по суду исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, иными законами или договором либо не вытекает из существа обязательства. Суд по требованию кредитора вправе присудить в его пользу денежную сумму (п.1 ст. 330) на случай неисполнения указанного судебного акта в размере, определяемом судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1).

В пунктах 31, 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 г. N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" разъяснено, что суд не вправе отказать в присуждении судебной неустойки в случае удовлетворения иска о понуждении к исполнению обязательства в натуре.

Судебная неустойка может быть присуждена только по заявлению истца (взыскателя) как одновременно с вынесением судом решения о понуждении к исполнению обязательства в натуре, так и в последующем при его исполнении в рамках исполнительного производства (ч. 4 ст. 1 ГПК РФ).

Удовлетворяя требования истца о присуждении судебной неустойки, суд указывает ее размер и/или порядок определения.

Размер судебной неустойки определяется судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения должником выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст.1 ГК РФ). В результате присуждения судебной неустойки исполнение судебного акта должно оказаться для ответчика явно более выгодным, чем его неисполнение.

С учетом установленных по делу обстоятельств, суд соглашается с требованием истца о взыскании в его пользу с ответчика судебной неустойки в части неисполнения решения суда об обязанности АО «Янтарьэнерго» внести изменения в п. 5 Договора и п. 11.2 Технических условий.

Определяя размер присужденной к взысканию судебной неустойки, в целях недопустимости извлечения истцом выгоды из недобросовестного поведения, с АО «Янтарьэнерго» в пользу ФИО1 подлежит взысканию судебная неустойка в размере 

<

данные изъяты> за каждый день неисполнения обществом решения суда в указанной части в течение 

<

данные изъяты> с даты его вступления в законную силу, в течение первого месяца, 

<

данные изъяты> за каждый день неисполнения в течение второго месяца, 1 

<

данные изъяты> за каждый день неисполнения с третьего месяца.

В силу требований ст. 103 ГПК РФ, ст. 333.19 Налогового кодекса РФ государственная пошлина по данному делу составляет 

<

данные изъяты>, которую подлежит взыскать с ответчика в доход местного бюджета.

На основании изложенного, руководствуясь положениями ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Признать п. 11.2 технических условий № Г-995/16 договора технологического присоединения № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО1 и ОАО «Янтарьэнерго», несоответствующим действующему законодательству.

Обязать АО «Янтарьэнерго» изложить п. 11.2 технических условий № Г-995/16 договора технологического присоединения № от ДД.ММ.ГГГГ в следующей редакции «Установить приборы учета класса точности 2,0 и выше для расчетов за электроэнергию».

Признать п. 5 договора технологического присоединения № от ДД.ММ.ГГГГ не соответствующим действующему законодательству.

Обязать АО «Янтарьэнерго» изложить п. 5 договора технологического присоединения № от ДД.ММ.ГГГГ в следующей редакции «Срок выполнения мероприятий по договору технологического присоединения составляет 4 месяца со дня заключения договора технологического присоединения № от ДД.ММ.ГГГГ».

Взыскать с АО «Янтарьэнерго» в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 4 000 (четыре тысячи) рублей, штраф 2 000 (две тысячи) рублей, а всего 6 000 (шесть тысяч) рублей.

Взыскать с АО «Янтарьэнерго» в пользу ФИО1 за неисполнения судебного акта в части возложения на АО «Янтарьэнерго» обязанности изложить п. 11.2 технических условий № Г-995/16 договора технологического присоединения № от ДД.ММ.ГГГГ в следующей редакции «Установить приборы учета класса точности 2,0 и выше для расчетов за электроэнергию», п. 5 договора технологического присоединения № от ДД.ММ.ГГГГ в следующей редакции «Срок выполнения мероприятий по договору технологического присоединения составляет 4 месяца со дня заключения договора технологического присоединения № от ДД.ММ.ГГГГ» в течение 10 дней с момента его вступления в законную силу, в размере 500 рублей за каждый день неисполнения в течение первого месяца, 1 000 рублей за каждый день неисполнения в течение второго месяца, 1 500 рублей за каждый день неисполнения с третьего месяца.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказать.

Взыскать с АО «Янтарьэнерго» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в Калининградский областной суд через Ленинградский районный суд г. Калининграда в течение месяца с момента его изготовления в окончательном виде.

В окончательном виде решение суда изготовлено 27 марта 2017 года. 

Судья Ю.С. Никифорова