судья Волошенко Г.Д. дело № 22-1855/2020

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

23 апреля 2020 г. г. Ставрополь

Судья Ставропольского краевого суда Гунарис Р.Г.

при секретаре Шевляковой М.С.,

с участием прокурора Хандогого Д.А., осужденного ФИО1 в режиме видеоконференц-связи и его защитников адвоката Гандаур-Эги М.Х. и адвоката Слащевой А.Н.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя Хандогого Д.А. и апелляционную жалобу адвоката Гандаур-Эги М.Х. в интересах осужденного ФИО1 на приговор Железноводского городского суда Ставропольского края от 18 февраля 2020 г., которым 

ФИО1, родившийся **********, гражданин Российской Федерации, зарегистрированный по месту жительства по адресу: ******, проживающий по адресу:*************, не судимый,

осужден по ч. 1 ст. 318 УК РФ к лишению свободы на срок 1 год 10 месяцев с отбыванием наказания в колонии-поселении;

мера пресечения в отношении осужденного до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения – в виде заключения по стражу;

срок наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу, в соответствии с п. «в» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачтено в срок отбывания наказания время содержания под стражей в период с 11 апреля 2019 г. до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за два дня отбывания наказания в колонии поселении;

разрешен вопрос о вещественных доказательствах.

Изложив кратко содержание приговора, существо апелляционного представления, апелляционной жалобы, заслушав мнение прокурора по доводам представления и выступления осужденного и адвокатов в поддержку жалобы, 

УСТАНОВИЛ:

при обстоятельствах, изложенных в приговоре, ФИО1 признан виновным в совершении ****** применения насилия, не опасного для здоровья, к сотруднику войск национальной гвардии Д. в связи с исполнением им своих должностных обязанностей.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Хандогий Д.А. считает приговор незаконным ввиду существенных нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона. Суд необоснованно исключил из обвинения указание на совершение преступления по мотивам политической вражды и не признал данное обстоятельство отягчающим на основании п. «е» ч. 1 ст. 63 УК РФ. Не указан мотив совершения преступления. Материалами дела установлено, что ФИО1 принимал участие несогласованном митинге по политическим вопросам. Применение насилия в отношении сотрудников национальной гвардии находится в связи с этими обстоятельствами. Назначение в качестве места отбывания наказания колонии-поселения не соответствует целям уголовного наказания, назначение ФИО1 исправительной колонии общего режима в полной мере соответствовало бы положениям ч. 2 ст. 43 УК РФ. Просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд, в ином составе.

В апелляционной жалобе адвокат Гандаур-Эги М.Х. считает приговор незаконным ввиду существенных нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона. Предварительное расследование проводилось с обвинительным уклоном, изначально ФИО1 намеренно инкриминировалась ч. 2 ст. 318 УК РФ. Не дана правовая оценка тому факту, что согласно заключению эксперта от 24 апреля 2019 г. № 623 у потерпевшего отсутствовали следы телесных повреждений. Срок содержания под стражей неоднократно продлевался. 

Вопреки требованиям Федерального закона "О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях", Закона Республики "О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях на территории Республики Ингушетия" Правительство Республики Ингушетия не ответило на уведомление общественного движения «Опора Ингушетии» о проведении митинга 27 и 28 марта 2019 г., не предложило иное место и время проведения митинга в указанные дни, но не высказало возражений относительно проведения митинга. ФИО1 был уверен о законности проведении митинга.

Свидетель М. М.А. показал, что после 18 часов 26 марта 2019 г. митинг не проводился, граждане стояли, совершали религиозные обряды, общались между собой, беспорядков не учиняли, не выступали, проезжую часть не занимали. Аналогичные показания дали и другие свидетели. Не дана объективная правовая оценка действиям сотрудников национальной гвардии, которые совершили действия, направленные против осуществления гражданами своих конституционных прав собираться мирно без оружия. М. М.А. также показал, что часть сотрудников правоохранительных органов применяла незаконные провокационные действия в отношении находившихся на площади граждан. 

Просит приговор отменить, уголовное дело в отношении ФИО1 прекратить за отсутствием в его действиях состава преступления.

В силу ч. 7 ст. 389.13 УПК РФ ввиду согласия сторон апелляционное рассмотрение дела произведено без проверки доказательств, исследованных судом первой инстанции, что, однако, не лишает суд апелляционной инстанции права ссылаться на них.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции считает следующее.

Выводы суда первой инстанции о виновности ФИО1 в совершении применения насилия, не опасного для здоровья, к сотруднику войск национальной гвардии в связи с исполнением им своих должностных обязанностей являются обоснованными и правильными.

В суде первой инстанции осужденный ФИО1 свою вину в совершении преступления признал полностью. Помимо признания вины, выводы суда о его виновности в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ подтверждаются оглашенными в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаниями:

- потерпевшего Д. А. (данные, о личности которого сохранены в тайне), являющегося сотрудником войск национальной гвардии РФ и выполняющего 27 марта 2019 г. задачу по вытеснению протестующих граждан на несанкционированном митинге в г. Магасе о том, что он получил удар камнем по правой ноге от чего испытал боль и в дальнем он опознал кидающего камень гражданина в ходе осмотра видеозаписи;

- свидетелей Б. Е., К. С. и иных свидетелей (данные, о личности которых сохранены в тайне), являющихся сотрудниками войск национальной гвардии РФ и выполняющихся 27 марта 2019 г. задачу по вытеснению протестующих граждан на несанкционированном митинге в г. Магасе об обстоятельствах произошедшего на митинге.

Д. А. прямо указал на ФИО1, как на лицо, применившее к нему насилие, оснований для оговора осужденного потерпевшим, судом не установлено. Не усматривает их и суд апелляционной инстанции.

Кроме того, вина ФИО1 подтверждается показаниями свидетелей Х. У., И. С. (данные, о личности которых сохранены в тайне), присутствующих на митинге, об обстоятельствах того, как сотрудники правоохранительных органов стали вытеснять граждан с площади в результате чего граждане стали кидать стулья, камни, металлические ограждения.

Аналогичные показания были даны свидетелями С. К.В., П. М.В., М. Б.А., Б. А.Н.

Проведение фото и видео фиксации в период проведения митинга подтверждается в том числе показаниями свидетеля Г. М.И., являющегося инженером ЦИТСиЗИ МВД России по Республике Ингушетия и свидетеля Г. А.Х., являющегося сотрудником МВД России Республике Ингушетия.

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката свидетель М.М.А. показал, что оставшиеся после окончания согласованного времени проведения митинга граждане высказывали недовольство на требования сотрудников правоохранительных органов покинуть площадь, кидали камни и иные предметы.

Вина ФИО1 подтверждается также письменными доказательствами, которые были исследованы в судебном заседании, в том числе:

- заключением портретной судебной экспертизы от 13 мая 2019 г. № 211-15;

- заключением судебно-медицинского эксперта от 24 апреля 2019 г. № 623;

- протоколами осмотра предметов от 29 марта, 30 марта, 08 апреля, 19 апреля, 20 апреля, 23 апреля, 22 мая, 15 августа 2019 г.;

- протоколами выемки от 30 марта, 09 апреля 2019 г.;

- протоколом обыска от 11 апреля 2019 г.;

- протоколом предъявления для опознания по фотографии от 23 апреля 2019 г.

Кроме того, факт участия ФИО1 в несогласованном митинге также подтверждается постановлением суда о привлечении к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 5 ст. 20.2 КоАП РФ.

Таким образом, анализ доказательств в их совокупности позволил суду первой инстанции сделать правильные выводы о доказанности вины ФИО1 и квалификации его деяния по ч. 1 ст. 318 УК РФ как применение насилия, не опасного для здоровья, в отношении представителя власти.

Назначая наказания, суд учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Учтено, что ФИО1 вину в применении насилия в отношении представителя власти признал, положительно характеризуется по месту жительства и регистрации, на учетах у врачей нарколога и психиатра не состоит, несудимый.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1 суд признал признание вины, раскаяние в содеянном, положительные характеристики по месту жительства и работы, состояние здоровья.

Суд не нашел оснований для применения ст. ст. 64 и 73 УК РФ, а также ст. 53.1 УК РФ, что в приговоре мотивировано.

Суд первой инстанции не согласился с доводами государственного обвинителя о наличии в действиях ФИО1 обстоятельства, отягчающего наказание, указанного в п. «е» ч. 1 ст. 63 УК РФ - совершение преступления по мотивам политической вражды.

Однако суд апелляционной инстанции считает заслуживающими внимания доводы апелляционного представления о необходимости признания совершения осужденным преступления по мотиву политической вражды.

Согласно положений Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2011 г. № 11 при рассмотрении уголовных дел экстремистской направленности судам следует обеспечивать, с одной стороны, охрану публичных интересов (основ конституционного строя, целостности и безопасности РФ), с другой - защиту гарантированных Конституцией РФ прав и свобод человека и гражданина, в том числе права собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и т.д. К числу таких преступлений относятся преступления, предусмотренные ст.ст. 280, 280.1, 282, 282.1, 282.2, 282.3 УК РФ, п. "л" ч. 2 ст. 105, п. "е" ч. 2 ст. 111, п. "б" ч. 1 ст. 213 УК РФ), а также иные преступления, совершенные и по мотиву политической вражды, который в соответствии с п. «е» ч. 1 ст. 63 УК РФ признаётся обстоятельством, отягчающим наказание. 

Следовательно, правовая позиция законодателя такова, что под мотивом политической вражды могут пониматься не только действия, которые связаны с применением насилия к представителям власти исходя из побуждений, продиктованных намерением ослабления и устранения политического противника, а также и из намерения воспрепятствовать реализации прочей законной деятельности, которая связаны с государственной и общественной деятельностью. 

Из материалов уголовного дела усматривается и это было установлено судом первой инстанции, что 26 марта 2019 г. в г. Магасе Республики Ингушетия на площади проводился митинг с требованиями отставки главы этого субъекта РФ. Проведение митинга было согласовано до 18 часов 26 марта 2019 г. После 18 часов часть граждан покинули территорию площади. Оставшиеся граждане продолжили несогласованный митинг, не реагировали на законные требования сотрудников правоохранительных органов о прекращении митинга, устроили беспорядки, ФИО1 также находился в числе оставшихся на митинге граждан. Осужденный отказался покинуть место проведения митинга, умышленно, с целью применения насилия, осознавая, что последний, будучи в форменном обмундировании сотрудника войск национальной гвардии, является представителем власти и находится при исполнении должностных обязанностей, применил к Д. А. (данные которого сохранены в тайне) физическое насилие - бросил рукой в Д. А. один из принесенных с собой камней, попав последнему в правую ногу.

Указанное позволяет суду апелляционной инстанции прийти к выводу о том, что ФИО1 совершил преступление, то есть применил насилие в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей именно по мотиву политической вражды.

Противопоставление своих интересов, выразившееся в поддержке политических требований лиц оставшихся после проведения митинга и отказавшихся покидать место его проведения, законным требованиям представителя власти находящегося при исполнении своих обязанностей, применение при этом насилия, не опасного для здоровья, к сотруднику войск национальной гвардии в связи с исполнением им своих должностных обязанностей, по охране порядка при проведении политического митинга, свидетельствует о наличии мотива политической вражды.

Таким образом, суд апелляционной инстанции признает в качестве обстоятельства, отягчающего его наказание совершение ФИО1 преступления по мотиву политической вражды, в соответствии с п. «е» ч. 1 ст. 63 УК РФ.

Доводы стороны защиты о том, что судом первой инстанции не дана оценка законности действий Правительства Республики Ингушетия и поведению сотрудников войск национальной гвардии, которые якобы бросали в митингующих стулья, не могут быть приняты судом апелляционной инстанции, поскольку законом установлены определенные требования к проведению митингов, шествий и демонстраций, которые организаторами и участниками данной акции, в частности ФИО1, не были соблюдены в полном объеме, а материалами дела не подтверждено, что потерпевший допустил провоцирующее поведение и бросал в митингующих предметы мебели, а осужденный каким-либо образом пострадал от этих действий потерпевшего, либо имелась реальная опасность нарушения его прав и законных интересов действиями потерпевшего. 

В соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ лицам, осужденным за преступления, совершенные по неосторожности, а также лицам, осужденным к лишению свободы за совершение умышленных преступлений небольшой и средней тяжести, ранее не отбывавшим лишение свободы, наказание назначается с отбыванием - в колониях-поселениях. С учетом обстоятельств совершения преступления и личности виновного суд может назначить указанным лицам отбывание наказания в исправительных колониях общего режима с указанием мотивов принятого решения.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции полагает, что определение ФИО1 в качестве места отбывания наказания колонии-поселении не соответствует таким целям уголовного наказания, как восстановление социальной справедливости, исправление осужденного и предупреждение совершения новых преступлений, в связи с чем, с учетом всех фактических обстоятельств совершения преступления установленных судом, с учетом данных о личности, суд апелляционной инстанции полагает необходимым изменить ФИО1 вид исправительного учреждения при отбывании наказание в виде лишения свободы в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ на исправительную колонию общего режима.

В силу этого апелляционное представление подлежит частичному удовлетворению, а апелляционная жалоба – оставлению без удовлетворения.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Железноводского городского суда Ставропольского края от 18 февраля 2020 г. в отношении ФИО1 изменить:

в соответствии с п. «е» ч. 1 ст. 63 УК РФ, признать обстоятельством, отягчающим наказание ФИО1, совершение преступления по мотиву политической вражды;

назначенное ФИО1 наказание в виде лишения свободы на срок 1 год 10 месяцев отбывать в исправительной колонии общего режима; 

в соответствии с п. "б" ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, в срок отбывания наказания ФИО1, зачесть время его содержания под стражей в период с 11 апреля 2019 г. до вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима;

в остальном приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника – без удовлетворения;

апелляционное представление прокурора удовлетворить частично.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Пятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке главы 47.1 УПК РФ.

Судья

Мотивированное решение изготовлено 24 апреля 2020 г.