№ 2-349/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

06 октября 2017 года г. Соль-Илецк

Соль-Илецкий районный суд Оренбургской области, в составе:

председательствующего судьи Журавской С.А.,

при секретаре Шевчик Л.Р.,

с участием: представителей истца – ФИО1, ФИО2, Зинченко Г.А.,

ответчиков – ФИО3, ФИО4,

представителя ответчиков – ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Соль-Илецкого районного потребительского общества к ФИО3, ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного работниками, 

У С Т А Н О В И Л

Соль-Илецкое районное потребительское общество (далее по тексту – Соль-Илецкое райпо) обратилось в суд с исковым заявлением, в котором просило взыскать с ФИО3 ущерб в сумме 101 992 руб. 47 коп, с ФИО4 – 87 181 руб. 47 коп, а также судебные расходы.

В обоснование своих требований ссылалось на то, что ответчики работали по трудовому договору от 08.04.2016 года, с коллективной (бригадной) материальной ответственностью, продавцами в магазине № ФИО19 РТП №.

На основании распоряжения Совета Соль-Илецкого райпо № от 17.08.2016 года комиссией в составе двух ревизоров и бухгалтера, при участии ответчиков, была проведена инвентаризация товарно-материальных ценностей в магазине за период с 11 мая по 17 августа 2016 года, в ходе которой выявлена недостача в сумме 203 984 руб. 94 коп.

Нарушений по ведению бухгалтерского учета не обнаружено, остатки достоверны и соответствуют товарно-денежным отчетам. Перечень остатков товаров по ревизии от 17.08.2016 года продавцами подписан, акт ревизии подписать отказались. Часть недостачи в сумме 14 811 руб. ФИО4 погасила. Ответчики уволены 18.08.2016 года по своей инициативе. Осталась за ними сумма долга 189 173 руб. 94 коп. 

В судебном заседании представитель истца – ФИО1, действующая на основании доверенности (л.д. 47), исковые требования поддержала по изложенным в иске основаниям. В обоснование дополнила, что инвентаризация проводилась 16.08.2016 года, по итогам была установлена недостача, ответчики с ней не согласились и по их просьбе была проведена вторая 17.08.2016 года. Инвентаризация проведена с соблюдением установленных правил, по результатам проверки была выявлена недостача, ответчики отказались подписывать акты, давать объяснения, поскольку были не согласны с результатом. Работодатель пришел к выводу, что недостача возникла в результате того, что ответчики давали продукты в долг покупателям, сами брали товар без оплаты. 

Представители истца – ФИО2, действующая на основании доверенности (л.д. 48), Зинченко Г.А., действующая на основании ордера (л.д. 64), требования и обоснование иска поддержали.

Ответчик – ФИО3 в судебном заседании возражала по заявленным требованиям. В обоснование пояснила, что 16 августа 2016 года в магазин приехали ревизоры, которые установили недостачу в 200 000 руб. Они попросили проверить еще раз. На следующий день приехала комиссия в составе три человека, ревизия шла весь день. Они с ФИО4 писали в тетради под диктовку, а ревизоры считали товар. Магазин во время ревизии был открыт. Продавался хлеб, заходили люди. О том, что будет проводиться ревизия, им сообщили примерно за неделю. Подписать распоряжение никто не предлагал. Товарные накладные, приходные ордера они сдавали ревизорам. Инвентарную опись она подписала. О размере недостачи ей сказали, она отказалась написать объяснительную, поскольку была не согласна с суммой. Сличительную ведомость им не давали подписать. Дать объяснения относительно причин недостачи также не предлагали. В долг покупателям она товар давала, но до ревизии все долги собрали и внесли в кассу.

Ответчик – ФИО4 дала аналогичные пояснения.

Представитель ответчиков – ФИО5, действующий на основании ордера (л.д. 52), иск не признал, поддержав позицию ответчиков. В обоснование дополнил, что при проведении инвентаризации были нарушены требования Методических указаний, при подсчете учтены не все товарно-материальные ценности, не отобраны расписки о том, что к началу инвентаризации все приходные и расходные документы сданы, оприходованы, а выбывшие списаны в расход. Отсутствовал приказ о проведении инвентаризации. Служебное расследование фактически не проводилось, с его результатами ответчиков не знакомили. От работников не требовали объяснений о причинах недостачи. При ознакомление с бухгалтерским документами в них были обнаружены исправления и дописки. Ревизия проводилась два дня, при этом, магазин не закрывался, велся отпуск продуктов населению.

Выслушав пояснения сторон, их представителей, свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

Согласно ст. 238 ТК РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. 

В соответствии со ст. 242 ТК РФ, материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Случаи полной материальной ответственности предусмотрены ст. 243 ТК РФ, их перечень является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит.

Должность продавца включена постановлением Минтруда Российской Федерации от 31.12.2002 N 85 в Перечень должностей, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности.

Судом установлено, что 08 апреля 2016 года истцом был заключен трудовой договор с ФИО3, последняя принималась на работу на должность продавца Соль-Илецкого райпо, ФИО20 РТП, магазин № (л.д. 5-7).

Аналогичный трудовой договор 08 апреля 2016 года заключен с ФИО4 (л.д. 8-10).

08.04.2016 года с ответчиками заключен договор № о полной коллективной материальной ответственности (л.д. 11-14).

Распоряжением за № от 17.08.2016 года в магазине № ФИО21 РТП № назначено проведение инвентаризации с 17.08.2016 года, в члены комиссии включены: ревизор ФИО22, ревизор ФИО23, бухгалтер ФИО24, заведующая магазином ФИО3, продавец Киричек (л.д. 26).

Последние отказались расписаться в ознакомлении с распоряжением, о чем членами комиссии 17.08.2016 года был составлен соответствующий акт.

Согласно расписке ответчиков, составленной 17.08.2016 года (включена в инвентаризационную опись №), к началу инвентаризации все расходные и приходные документы на имущество переданы комиссии, выбывшие ценности списаны в расход, что соответствует требования п. 2.4 Приказа Минфина РФ от 13.06.1995 N 49 (ред. от 08.11.2010) "Об утверждении Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств".

Указанное противоречит позиции ответчиков, утверждавшим, что данной расписки они не давали.

В ходе проведения инвентаризации, в которой принимали участие все члены комиссии, была составлена инвентаризационная опись №, имеющая подписи членов комиссии на каждом листе, опись. 

В нарушение требований п. 2.10. Приказа Минфина РФ от 13.06.1995 N 49 (ред. от 08.11.2010) "Об утверждении Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств" ответчики при составлении инвентаризационной описи не указали на наличие каких-либо претензий, подписав без замечаний.

Остатки на момент инвентаризации составили по отчетам 839 327 руб. 47 коп, фактически установлено наличие товара на сумму 635 342 руб. 53 коп, разница 203 984 руб. 94 коп и есть недостача.

Из пояснений стороны истца, свидетелей ФИО9, ФИО10 следует, что инвентаризация проходила один день - 17.08.2016 года, магазин был закрыт, продажа товара не велась.

Доказательства обратного стороной ответчика не представлено.

В сличительной ведомости от 17.08.2016 года указана сумма недостачи, ведомость ответчики отказались подписать, о чем были составлены акты от 17.08.2016 года.

Также, ответчикам было предложено дать объяснения по причинам недостачи. В материалы дела представлены акты от 17.08.2016 года, составленные членами ревизионной комиссии, что от дачи объяснений ответчики отказались, что соответствует требованиям ст. 247 ТК РФ.

У суда нет оснований не доверять актам, представленным стороной истца. Опрошенные свидетели – участники инвентаризации, ФИО9, ФИО10 подтвердили отказ ответчиков от дачи объяснений, подписи представленных им для ознакомления распоряжения, сличительной ведомости.

При этом, будучи опрошенной в судебном заседании (л.д. 68 оборот), ФИО3 подтвердила тот факт, что она отказалась написать объяснение, поскольку не согласилась с суммой недостачи.

К изменению позиции в последующем суд относится критически, как к способу защиты.

Доводы стороны ответчика о том, что не была проведена инвентаризация на дату их принятия на работу, суд находит не состоятельными. Так, из пояснений сторон установлено, что в мае 2016 года проведена первая инвентаризация, по итогам которой у ответчиков обнаружена недостача в сумме 10 694 руб. 76 коп (л.д. 40).

ФИО3 с указанной суммой согласилась, написав объяснительную, что брала продукты (л.д. 42).

Сами ответчики пояснили, что недостача была погашена. Следующая инвентаризация проводилась за период с 11 мая по 17 августа 2016 года, в ходе которой выявлена спорная недостача.

Ответчики объяснить причины недостачи комиссии отказались, а суду не смогли. 

Из заключения о служебном расследовании, проведенного работодателем, следует, что причиной недостачи явилось передача товара населению в долг. О чем свидетельствуют долговые тетради, записи, найденные в магазине (л.д. 40, 43).

В суде ответчики не отрицали тот факт, что действительно, продавали в долг покупателям товар, без оплаты. Денежные средства собирали позже, после получения должниками заработной платы, с участковым уполномоченным полиции. Последнее свидетельствует о нежелании должников погашать задолженность. Доказательства того, что задолженность отсутствовала на дату инвентаризации, ответчиками не представлено.

На вопросы суда ответчики пояснили, что переданный в долг товар не учитывался в ежедневных отчетах, как проданный товар. Полученные позже за него денежные средства сдавались по ежедневному отчету, в числе проданного товар также не учитывали.

Таким образом, ответчиками не велся учет товара, переданного без оплаты, в связи с чем, имеет место разница между переданным в магазин товаром и имеющимся в наличии. Недостача определена именно по товару.

Согласно п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 года N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником работодатель обязан доказать отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вину работника в причинении ущерба; причинную связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Если работодателем доказаны правомерность заключения с работником договора о полной материальной ответственности и наличие у этого работника недостачи, последний обязан доказать отсутствие своей вины в причинении ущерба.

По мнению суда, истцом доказано наличие у ответчиков недостачи вверенного имущества.

Так, по результатам инвентаризации и представленным документам установлена недостача в размере 203 984 руб. 94 коп. Вина работников подтверждается письменными доказательствами (инвентаризационные описи, сличительная ведомость, отражающие результаты инвентаризации, а также акты и расписки), которые являются допустимыми доказательствами по делу.

Доводы о том, что имели место дописки в товарно-денежных отчетах за период с мая по август 2016 года, судом проверены и признаны несостоятельными, поскольку сумма остатка на определенную в отчете дату совпадает с той суммой, за которую расписывается материально-ответственное лицо ФИО3 (п. 4).

Приказом № л/с от 18 августа 2016 года ФИО4 уволена на основании п. 3 ст. 77 ТК РФ (л.д. 17), аналогичный приказ принят в отношении ФИО3 за № л/с 2 (л.д. 18).

Суд соглашается с доводами стороны истца, что с результатами служебного расследования ответчиков не знакомили, поскольку на тот момент они уже не являлись их работниками.

В добровольном порядке ФИО4 погасила 14 811 руб. (л.д. 55), ее долг составил 87 181 руб. 47 коп, который должен быть взыскан с ответчика.

Задолженность ФИО3 составляет 101 992 руб. 47 коп (половина от общей суммы недостачи).

Доводы стороны ответчика о том, что уголовное дело, которое возбуждено по заявлению истца, приостановлено постановлением от 05.07.2017 года, в виду не установления лица, виновного в совершении преступления, судом не могут быть приняты во внимание, поскольку в силу ч. 4 ст. 61 ГПК РФ преюдициальное значение имеет лишь приговор суда.

Наличие обстоятельств, предусмотренных ст. 239 ТК РФ, судом не установлено, ответчиками не доказано отсутствие вины в причинении ущерба работодателю, поэтому, в силу положений о коллективной материальной ответственности, они обязаны возместить причиненный вред.

Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах (ч. 1 ст. 100 ГПК РФ).

Истец просил о взыскании 15 000 руб. в счет оплаты услуг представителя – адвоката Зинченко Г.А., расходы подтверждаются квитанцией.

Разрешая данный вопрос, судом приняты во внимание положения ст. 421 ГК РФ, а также разъяснения, содержащиеся в п.п. 12, 13, 15 постановления Пленума ВС РФ № 1 от 26.01.2016 года. 

По мнению суда, взысканию подлежит сумма в размере 7 000 руб. с учетом разумности, количества судебных заседаний (три), объема оказанных услуг, сложности дела. Расходы должны быть возмещены ответчиками в равных долях, по 3 500 руб. каждая. Сумму в размере 15 000 руб. суд находит завышенной.

Судебные расходы истца по оплате госпошлины, в силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, подлежат возмещению в сумме 2 815,44 руб. ФИО4, исходя из цены иска, ФИО3 – 3 239,85 руб.

Истцом оплачено при обращение с иском в суд 4 984 руб. (л.д. 4), следовательно, сумма в размере 441,29 руб. подлежит взысканию в местный бюджет, согласно ч. 1 ст. 103 ГПК РФ.

4 984 – 2 185,44 = 2 798, 56 руб.

3 239,85 - 2 798, 56 = 441,29 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л

Исковые требования Соль-Илецкого районного потребительского общества удовлетворить.

Взыскать с ФИО3 в пользу Соль-Илецкого районного потребительского общества сумму материального ущерба, причиненного работником, - 101 992 рубля 47 копеек, расходы по оплате государственной пошлины – 2 798 рублей 56 копеек, расходы по оплате услуг представителя – 3 500 рублей. 

Взыскать с ФИО4 в пользу Соль-Илецкого районного потребительского общества сумму материального ущерба, причиненного работником, - 87 181 рубль 47 копеек, расходы по оплате государственной пошлины – 2 815 рублей 44 копейки, расходы по оплате услуг представителя – 3 500 рублей.

В удовлетворении остальной части требований о возмещении судебных расходов по оплате услуг представителя Соль-Илецкому районному потребительскому обществу отказать.

Взыскать с ФИО3 в доход местного бюджета «город Соль-Илецк» государственную пошлину в сумме 441 рубль 29 копеек. 

Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд, через Соль-Илецкий районный суд, в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Журавская С.А.

Мотивированный текст решения изготовлен 11 октября 2017 года. Решение суда не вступило в законную силу