РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

02 октября 2018 года г. Сургут

Сургутский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа-Югры в составе:

председательствующего Хуруджи В.Н.,

при секретаре Елшине Н.А.,

с участием представителя ППО «Профсвобода» ФИО1, представителей ПАО «Сургутнефтегаз» ФИО2, ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Сургутского городского суда гражданское дело № по иску первичной профсоюзной организации «Профсвобода», действующей в интересах ФИО4 к ПАО «Сургутнефтегаз» о признании незаконными приказов о снижении премии, взыскании премии, признании незаконными действий, нарушающих трудовые права, признании не подлежащими применению нормы рабочей инструкции, взыскании компенсации морального вреда, 

установил:

Первичная профсоюзная организация «Профсвобода», действуя в интересах ФИО4 обратилась в суд с иском к ПАО «Сургутнефтегаз» о признании незаконными приказов о снижении премии, взыскании премии, признании незаконными действий, нарушающих трудовые права, признании не подлежащими применению нормы рабочей инструкции, взыскании компенсации морального вреда.

Свои требования мотивирует тем, что в ППО «Профсвобода» с заявлением обратился истец, работающий у ответчика в НГДУ «Лянторнефть» цехе по ремонту и подготовке насосно-компрессорных труб и штанг стропальщиком 4 разряда. Ответчик издал приказ от ДД.ММ.ГГГГ год № «О выплате премии за производственные результаты», где в отношении истца приказал не выплачивать премию за производственные результаты, включая премию за выполнение производственно-экономических показателей и премию за дополнительное задание по добыче нефти, начисленную согласно приложению, за апрель 2018 года за не выполнение задания мастера по разгрузке насосно-компрессорных труб на кустовой площадке № Западно-Сахалинского месторождения ДД.ММ.ГГГГ. Приказ о невыплате премии начисленной истцу незаконный. Приказание ответчика «не выплачивать начисленную истцу часть заработной платы» противоречит нормам ст.129, 136 Трудового Кодекса. В силу того, что невыплата начисленной заработной платы незаконна, то незаконен и приказ ответчика о невыплате истцу начисленной истцу премии за апрель 2018 года. Приказ незаконен в силу невозможности истца выполнять работы во внерабочее время. ДД.ММ.ГГГГ истец выполнял погрузо-разгрузочные работы. В 11 ч. 10 мин. была закончена погрузка, и истец поехал на разгрузку. К месту разгрузки истец прибыл в 14 ч. 20 мин. на кустовую площадку № Западно-Сахалинского месторождения, где ожидал кран для разгрузки до 16 ч. 00 мин., после чего, в целях соблюдения графика работы до 19 ч. 00 мин. истец направился на трубную базу. На обратной дороге в 16 ч. 10 мин. истец встретил кран, но в оставшееся рабочее время истца было невозможно истцу вернутся и выполнить разгрузочно-укладочные работы. Для выполнения разгрузочных работ необходимо было в совокупности времени не менее 2 часов. То есть, времени до окончания рабочего времени истца заведомо не хватало, и истец отправился на трубную базу, куда прибыл в 18 ч. 50 мин., за 10 минут до окончания рабочего времени истца. Кроме того, истец не был ознакомлен с приказом, о привлечении истца ДД.ММ.ГГГГ к сверхурочной работе после 19 ч. 00 мин. по погрузке-разгрузке на кустовой площадке № Западно-Сахалинского месторождения ДД.ММ.ГГГГ. Истец не имел надлежащим образом оформленного наряда-допуска на работы ближе 30 м от линий электропередач на кустовой площадке № Западно-Сахалинского месторождения ДД.ММ.ГГГГ. Истец не имел письменного задания на кустовой площадке № Западно-Сахалинского месторождения ДД.ММ.ГГГГ на определенный вид работы от лица, ответственного за безопасное производство работ грузоподъемными машинами (мастера). Истец не был ознакомлен ответчиком с возникновением чрезвычайных обстоятельств на кустовой площадке № Западно-Сахалинского месторождения ДД.ММ.ГГГГ. У истца в 16 ч. 10 мин. не было прав самовольно, вне своего рабочего времени производить погрузо-разгрузочные работы на кустовой площадке № Западно-Сахалинского месторождения ДД.ММ.ГГГГ. Ответчик не создал условий, необходимых для соблюдения истцом дисциплины труда. Рабочая инструкция стропальщика от ДД.ММ.ГГГГ № не подлежит применению, так как не соответствует по объёму и конкретизации определённых работ утверждённой Постановлением Госгортехнадзора России от ДД.ММ.ГГГГ № «Типовой инструкции для стропальщиков по безопасному производству работ грузоподъёмными машинами» РД 10-107-96, а соответственно - нормы Рабочей инструкции № угрожают здоровью и жизни истца, и также, лицам находящимся рядом, или совместно с ним выполняющим работы. Кроме того, в Рабочей инструкции стропальщика от ДД.ММ.ГГГГ № отсутствуют реквизиты, свидетельствующие о её принятии ответчиком с соблюдением установленного ст. 372 ТК порядка учета мнения представительного органа работников истца. Нарушением трудовых прав истца ответчик причиняет истцу моральный вред.

Истец, с учетом уточнения, просит суд признать незаконным приказ № от ДД.ММ.ГГГГ в отношении истца в части «не выплачивать истцу премию за производственные результаты, включая премию за выполнение производственно-экономических показателей и премию за дополнительное задание по добыче нефти, начисленную согласно приложению, за апрель 2018 года»; взыскать ответчика в пользу истца 35000 рублей в качестве недоплаченной ответчиком истцу премии за производственные результаты, включая премию за выполнение производственно-экономических показателей и премию за дополнительное задание по добыче нефти за апрель 2018 года; признать нарушение ответчиком ч. 2 ст. 189 ТК в виде не предоставления ответчиком истцу ДД.ММ.ГГГГ транспортного средства по перевозке людей для доставки истца на кустовую площадку № Западно-Сахалинского месторождения и обратно, что есть не создание ответчиком условий для дисциплины труда истца; признать нарушение ответчиком нормы ч. 6 ст. 193 Трудового Кодекса в форме издания ответчиком Приказа от ДД.ММ.ГГГГ № «Об отказе от исполнения трудовых обязанностей»; признать незаконным не выдачу истцу письменного задания на кустовой площадке № Западно-Сахалинского месторождения ДД.ММ.ГГГГ на определенный вид работы от лица, ответственного за безопасное производство работ грузоподъемными машинами; признать незаконным пункт «1.» Приказа ответчика от ДД.ММ.ГГГГ №, и признать незаконными пункты «2 и 3» Приказа ответчика от ДД.ММ.ГГГГ № с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ; признать не подлежащими применению в отношении истца норм Рабочей инструкции стропальщика от ДД.ММ.ГГГГ №; взыскать с ответчика в пользу истца в качестве возмещения морального вреда 10000 рублей.

В судебном заседании представитель ППО «Профсвобода» заявленные требования с учетом уточнения поддержал в полном объеме согласно доводам, изложенным в исковом заявлении.

Истец ФИО4 в суд не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Представители ответчика в судебном заседании предъявленные требования не признали, представили возражения на исковое заявление, согласно которого не признание иска обосновывают следующим.

Издание приказа №, не противоречит нормам трудового законодательства Российской Федерации, Положения об оплате труда. При этом, исполнение приказа № является обязательным при начислении премии по окончании учетного периода. Таким образом, не выплата премии истцу в связи с допущенным производственным упущением, не противоречит нормам ст. 129, 136 ТК РФ. Факт совершения истцом производственного упущения, выразившегося в невыполнении задания мастера по разгрузке насосно-компрессорных труб на кустовой площадке № Западно-Сахалинского месторождения ДД.ММ.ГГГГ, истцом никак не оспаривается. При этом истец утверждает, что он не выполнил выданное ему мастером задание в связи с тем, что в оставшееся после приезда крана время было, якобы, невозможно истцу вернуться и выполнить разгрузочно-укладочные работы, поскольку для проезда от места разгрузки до базы ЦРП НКТиШ необходимо более 3 часов. Однако, по фактическим данным информационной системы контроля транспортных средств «Навигатор-С», которая фиксирует движение транспортных средств в Обществе, время движения к месту разгрузки от базы ЦРП НКТиШ до Кустовой площадки составило 2 часа 15 минут, от Кустовой площадки до базы ЦРП НКТиШ 2 часа 23 минуты. Вперед и назад автомобиль следовал груженный, при движении автомобиля без груза, время в пути сократится. Истец, приняв решение покинуть Кустовую площадку в 16 часов 00 минут, при выезде из Кустовой площадки в 16 часов 6 минут встретил автокран, но от разгрузки труб отказался, свои действия по возвращению на базу ЦРП НКТиШ истец не согласовал с непосредственным руководителем. На базу ЦРП НКТиШ истец прибыл в 18 часов 35 минут. Истец к сверхурочной работе не привлекался, поскольку с момента прибытия автокрана на Кустовую площадку, времени на разгрузку и возвращение на базу ЦРП НКТиШ было достаточно. Истцом не представлено ни одного доказательства, подтверждающего, что работы по разгрузку должны были выполняться на расстоянии менее 30 метров от линии электропередач. Кроме того, линии электропередач на Кустовой площадке находятся на расстоянии более 30 метров от предполагаемого места выполнения работ по разгрузке. Не выполнив без уважительных причин выданное мастером задание, истец нарушил условия трудового договора, самостоятельно покинув место выполнения работ. Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ истец недобросовестно использовал своё время для производительного труда, прибыв на базу ЦРП НКТиШ в 18 часов 35 минут, истец до конца рабочего дня никакую работу не выполнял. Таким образом, доводы истца о признании незаконным приказа № в силу невозможности истца выполнять работу во внеурочное время и без выдачи наряда-допуска являются безосновательными. Вместе с тем, если бы истец исполнил выданное ему задание и не допустил производственного упущения, то премия подлежала бы выплате в размере 26942 рубля 84 копейки. Довод истца о том, что ответчик в соответствии со ст. 189 ТК РФ обязан был ознакомить его с локальным нормативны актом, регулирующим отношения при возникновении ситуаций, когда необходимые предприятию работы не могут быть произведены не по вине работника в его рабочее время, является надуманным. Истец не указывает, каким конкретно нормам законодательства РФ противоречит отсутствие письменного задания от лица, ответственного за безопасное производство работ грузоподъемными машинами истцу на определенный вид работ. Работы по разгрузке труб ДД.ММ.ГГГГ планировалось проводить одним ПС, вес груза был маркирован, схемы стоповки являлись стандартными, в связи с чем руководство специалиста, ответственного за безопасное производство работ не требовалось. Кроме того, согласно пункту 115 ФНиП наряд-допуск выдается крановщику (машинисту подъемника, оператору), а не стропальщику. Требования истца о признании незаконным не ознакомление истца на Кустовой площадке ДД.ММ.ГГГГ о необходимости выполнения заранее непредвиденных работ, от срочного выполнения которых зависит в дальнейшем нормальная работа организации ответчика в целом или её отдельных структурных подразделений, являются надуманными и абсурдными, т.к. неясно, каким образом и с каким документом должен быть ознакомлен истец, если эта работа заранее не предвиденная (т.е. не запланирована). В соответствии со ст. 212 ТК РФ обязанность работодателя учитывать мнение выборного органа первичной профсоюзной организации или иного уполномоченного работниками органа в порядке, установленном ст. 372 ТК предусмотрена при разработке и утверждении правил и инструкций по охране труда для работников, но не рабочих инструкций. В рабочей инструкции стропальщика от ДД.ММ.ГГГГ № отражены характеристики работ, основные требования к знаниям, которыми должен обладать работник. Из указанного следует, что рабочая инструкция стропальщика от ДД.ММ.ГГГГ № определяет и конкретизирует трудовую функцию стропальщика 4 разряда, а не правила безопасности при выполнении работ для стропальщиков. Инструкция стропальщика от ДД.ММ.ГГГГ № не противоречит нормам действующего законодательства РФ, а указанные доводы истца являются безосновательными. В Обществе разрешена перевозка своих работников в кабинах транспортных средств Общества для выполнения обязанностей, связанных с производством. В связи с чем, истец был доставлен к запланированному месту выполнения работ на кустовую площадку № Западно-Сахалинского месторождения на трубовозе КАМАЗ-6522 М.69706С, в кабине которого оборудовано место для перевозки пассажира. В нарушение ст.56 ГПК РФ каких-либо доказательств, обосновывающих заявленные требования, истец не приводит. Истец считает незаконными пункт 1 приказа НГДУ «Лянторнефть» от ДД.ММ.ГГГГ № «Об отказе от исполнения трудовых обязанностей» о привлечении Истца к дисциплинарной ответственности в виде выговора и пункты 2 и 3 Приказа № с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ о привлечения истца к материальной ответственности и удержании ущерба из заработной платы. Однако, истец в нарушение требования ст.56 ГПК РФ не приводит ни одного довода или обоснования, подтверждающего незаконность данного требования, и почему именно в период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ пункты 2 и 3 являются незаконными. В части требований истца о признании незаконными в период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ пунктов 2 и 3 приказа № отсутствует спор о праве, поскольку Общество, воспользовавшись своим правом отказа от возмещения материального ущерба, причинённого истцом, приказом от ДД.ММ.ГГГГ № отменило пункты 2 и 3 приказа №. Общество в отношении истца не совершало каких-либо неправомерных действий или бездействие. В связи с чем, отсутствуют основания для возмещения истцу морального вреда. Председатель ФИО5 ФИО6 не имеет законных оснований для представления интересов ФИО4. А.ФИО7 не имеет высшего юридического образования, что не позволяет ему применять законодательство РФ на практике.

Дело рассмотрено в отсутствие истца ФИО4 в соответствии со ст. 167 ГПК РФ.

Заслушав пояснения представителя ППО «Профсвобода», представителей ответчика, исследовав и оценив в совокупности представленные доказательства, суд полает, что требования ППО «Профсвобода» не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В силу ст. 21 Трудового кодекса РФ работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка; соблюдать трудовую дисциплину; выполнять установленные нормы труда.

Согласно ст. 22 Трудового кодекса РФ работодатель имеет право: поощрять работников за добросовестный эффективный труд; требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей и бережного отношения к имуществу работодателя (в том числе к имуществу третьих лиц, находящемуся у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества) и других работников, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка; привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В соответствии со ст. 91 Трудового кодекса РФ рабочее время - время, в течение которого работник в соответствии с правилами внутреннего трудового распорядка и условиями трудового договора должен исполнять трудовые обязанности, а также иные периоды времени, которые в соответствии с настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации относятся к рабочему времени.

В ст. 189 Трудового кодекса РФ закреплено, что дисциплина труда - обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с настоящим Кодексом, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Работодатель обязан в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором создавать условия, необходимые для соблюдения работниками дисциплины труда.

В судебном заседании установлено, что ФИО4 работает в НГДУ «Лянторнефть» ОАО «Сургутнефтегаз в цехе по ремонту и подготовке насосно-компрессорных труб и штанг стропальщиком 4 разряда, что подтверждается трудовым договором от ДД.ММ.ГГГГ №.

Пунктом 2.2.3. трудового договора предусмотрено, что работник обязан исполнять приказы, решения, указания, стандарты, письма, телефонограммы, регламенты, распоряжения и задания работодателя и представителей работодателя по подчиненности, а также другие локальные нормативные акты и распорядительные документы работодателя и представителя работодателя в установленные сроки.

Согласно пункту 1.6. Трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ № в редакции дополнительного соглашения № от ДД.ММ.ГГГГ истцу установлена 10 часовая продолжительность ежедневной работы (смены), в первую смену с 08.00 до 19.00 часов, во вторую смену, с 20.00 до 07.00 часов, с чередованием рабочих и нерабочих дней согласно графику рабочего времени (сменности) и режима рабочего времени.

Из содержания выписки из табеля учета рабочего времени за апрель 2018 года ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ выполнял свои трудовые обязанности в первую смену с 08.00 до 19.00 часов.

В соответствии с нормированным заданием на ДД.ММ.ГГГГ и журналом выдачи заданий, истец ДД.ММ.ГГГГ совместно с водителем автокрана ФИО8, водителем трубовоза ФИО9 и водителем АПШ ФИО10 должен был завезти и разгрузить на кустовую площадку № Западно-Сахалинского месторождения 143 насосно-компрессорных труб.

Истцу необходимо было выполнить запланированный объем работ, который был ему поручен в начале рабочей смены, что подтверждается журналом выдачи заданий и служебной запиской мастера ЦРП НКТиШ ФИО11 от ДД.ММ.ГГГГ, в которой он поясняет, что задание истцу было выдано перед выездом из базы ЦРП НКТиШ.

Согласно служебной записки начальника ЦРП НКТи Ш НГДУ «Лянторнефть» от ДД.ММ.ГГГГ, акта о нарушении трудовой дисциплины, служебной записки мастера ФИО11, пояснительных записок водителя трубовоза ФИО9, стропальщика 4 разряда ФИО4 последний получил задание от мастера ЦРП НКТиШ ФИО11 на завоз насосно-компрессорных труб на кустовую площадку № Западно-Сахалинского месторождения в количестве 143 шт. Истец прибыл на вышеуказанную кустовую площадку на трубовозе (водитель ФИО9) в 14.18 и, не дождавшись автокрана (который производил погрузочно-разгрузочные работы на кустовой площадке № Западно-Сахалинского месторождения), самовольно покинул кустовую площадку в 16.06. На выезде с кустовой площадки № Западно-Сахалинского месторождения, встретившись с автокраном, отказался от разгрузки НКТ, что привело к простою бригады Самарского УПНПиКРС.

В своих пояснениях истец, в качестве причины отказа в выполнении порученного ему задания указывает отсутствие времени, необходимого для выполнения работ.

В соответствии со ст. 161 Трудового кодекса РФ для однородных работ могут устанавливаться типовые (межотраслевые, отраслевые, профессиональные и иные) нормы труда.

Постановлением Минтруда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № утверждены межотраслевыми нормами времени на погрузку, разгрузку вагонов, автотранспорта и складские работы (далее - Межотраслевые нормы), которые предназначены для нормирования труда рабочих, выполняющих погрузочно-разгрузочные работы.В соответствии с Межотраслевыми нормами время на разгрузку 143 штук (12,841 тонн) насосно-компрессорных труб составляет 0,73 часа, т.е. 48 минут, что подтверждается нормированным заданием, выданным ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ.

При этом в нормативное время выполнения работ, в частности, включено время на подготовительно-заключительные работы, обслуживание рабочего места, время на подъезд (отъезд) автотранспорта к месту погрузки (выгрузки) груза; смену грузоприхватных сооружений, смену спецодежды, установку автокранов на аутригеры, уборку рабочего места после окончания работы (п.1.8 Межотраслевых норм).

Кроме того, в помощь ФИО4 для разгрузки труб (для выполнения задания мастера) был направлен стропальщик ФИО12, что подтверждается служебными записками ФИО13 ФИО14, в которых они поясняют, что стропальщик ФИО12 получил задание вместе со стропальщиком ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ разгрузить трубу НКТ с трубовоза.

По фактическим данным информационной системы контроля транспортных средств «Навигатор-С», которая фиксирует движение транспортных средств у ответчика, время движения к месту разгрузки от базы ЦРП НКТиШ до Кустовой площадки составило 2 часа 15 минут, от Кустовой площадки до базы ЦРП НКТиШ 2 часа 23 минуты, что подтверждается отчетом анализа эффективности использования транспортного средства - автомобиля Камаз-№.

Из вышеуказанного следует, что с 16 часов 10 минут до 19 часов 00 минут у ФИО4 было достаточно времени для выгрузки насоснокомпрессорных труб и возвращения на базу ЦРП НКТиШ, а значит, он без уважительных причин ДД.ММ.ГГГГ не выполнил задание мастера по разгрузке НКТ на кустовой площадке № Западно-Сахалинского месторождения.

Доводы истца, изложенные в исковом заявлении не опровергают вышеуказанных обстоятельств.

В силу ст. 129 Трудового кодекса РФ заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Согласно приказу НГДУ «Лянторнефть» от ДД.ММ.ГГГГ № «О выплате премии за производственные результаты» премия за дополнительное задание по добыче нефти, не выплачена истцу за невыполнение задания мастера по разгрузке насосно-компрессорных труб.

Пунктом 5.1 коллективного договора Общества, с которым истец был ознакомлен ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается листом ознакомления, установлено, что оплата труда работников Общества, включая премирование за производственные результаты, производится в соответствии с Положением об оплате труда работников ОАО «Сургутнефтегаз» согласно приложению 3.

Согласно пункту 3.6 Положения об оплате труда, работникам Общества, допустившим производственные упущения, выявленные в учетном периоде, премии за отчетный месяц могут быть снижены или не выплачены полностью согласно перечню производственных упущений (приложение 4 к Положению об оплате труда).

Пунктом 7 перечня производственных упущений предусмотрено – нарушение условий трудового договора, Положения о структурном подразделении, неисполнение или ненадлежащее исполнение должностной (рабочей) инструкции, регламентов, стандартов, плана работы, мероприятий, программ, приказов, решений, указаний, писем, телефонограмм, поручений, распоряжений и заданий по вине работника.

Из пункта 3.1.3 Трудового договора истца следует, что работодатель имеет право при невыполнении работником установленных показателей, условий премирования, условий трудового договора, а также при допущении работником производственных упущений, выявленных в учетном периоде, снижать размер премии или полностью не выплачивать ее в соответствии с перечнем производственных упущений и действующими локальными актами работодателя.

Издание Приказа №, не противоречит нормам трудового законодательства Российской Федерации, Положения об оплате труда. При этом, исполнение Приказа № является обязательным при начислении премии по окончании учетного периода.

Таким образом, не выплата премии истцу в связи с допущенным производственным упущением, не противоречит нормам ст. 129, 136 Трудового кодекса РФ.

Кроме того, если бы истец исполнил выданное ему задание и не допустил производственного упущения, то премия подлежала бы выплате в размере 26942 рубля 84 копейки, что подтверждается расчётом ответчика.

Принимая во внимание изложенное, требования истца о признании незаконным приказ № от ДД.ММ.ГГГГ в отношении истца в части «не выплачивать истцу премию за производственные результаты, включая премию за выполнение производственно-экономических показателей и премию за дополнительное задание по добыче нефти, начисленную согласно приложению, за апрель 2018 года» и взыскать ответчика в пользу истца 35000 рублей в качестве недоплаченной ответчиком истцу премии за производственные результаты, включая премию за выполнение производственно-экономических показателей и премию за дополнительное задание по добыче нефти за апрель 2018 года удовлетворению не подлежат.

В НГДУ «Лянторнефть» ОАО «Сургутнефтегаз» разрешена перевозка своих работников в кабинах транспортных средств для выполнения обязанностей, связанных с производством, что подтверждается выпиской из приказа НГДУ «Лянторнефть» от ДД.ММ.ГГГГ № «О дорожно-транспортной дисциплине на предприятии». Запись о том, что истец был доставлен на кустовую площадку в кабине трубовоза имеется в путевом листе.

В связи с чем, истец был доставлен к запланированному месту выполнения работ на кустовую площадку № Западно-Сахалинского месторождения на трубовозе КАМАЗ-6522 М№, в кабине которого оборудовано место для перевозки пассажира.

Таким образом, требования истца о признании нарушение ответчиком ч.2 ст. 189 ТК в виде не предоставления ответчиком истцу ДД.ММ.ГГГГ транспортного средства по перевозке людей для доставки истца на кустовую площадку № Западно-Сахалинского месторождения и обратно, что есть не создание ответчиком условий для дисциплины труда истца удовлетворению не подлежит.

ДД.ММ.ГГГГ и.о.начальника НГДУ «Лянторнефть» ОАО «Сургутнефтегаз» издан приказ №, согласно п. 1 которого за неисполнение трудовых обязанностей, нарушение условий трудового договора стропальщику ЦРП НКТиШ ФИО4 объявлен выговор.

Пунктом 2 приказа ФИО4 работодатель привлек к материальной ответственности в размере прямого действительного ущерба, причиненного работодателю, но не более среднемесячной заработной платы.

Пунктом 3 приказа бухгалтерии в погашение материального ущерба, причиненного предприятию предписано произвести удержание суммы причиненного ущерба, в размере не более среднего месячного заработка в сумме 30042 рубля 50 копеек, из заработной платы истца.

Дисциплинарное взыскание в виде выговора было применено к истцу за неисполнение им трудовых обязанностей, выразившихся в отказе от разгрузки труб ДД.ММ.ГГГГ. Факт данного нарушения подтвержден доказательствами, которые представлены ответчиком в суд.

Перед применением к истцу дисциплинарного взыскания работодателем были соблюдены требования ст.ст. 192, 193 Трудового кодекса РФ, что не оспаривается истцом.

До издания Приказа № от истца было получено письменное объяснение от ДД.ММ.ГГГГ. Перед применением дисциплинарного взыскания работодателем учтено предшествующее поведение истца и его отношение к труду. В частности, в период работы истец уже совершал аналогичное производственное упущение. Так, ДД.ММ.ГГГГ он не выполнил задание мастера по разгрузке и погрузке штанг на кусте 88/1098 Западно-Камынского месторождения, в связи с чем, приказом от ДД.ММ.ГГГГ № к истцу были применены меры воздействия в виде снижения премии на 30 %.

Дисциплинарное взыскание применено в течение одного месяца со дня совершения проступка, при наложении дисциплинарного взыскания учтена тяжесть совершенного истцом проступка. Так, работодатель учел, что в результате отказа истца от разгрузки труб произошли длительные простои бригад подземного ремонта скважин в ожидании трубы.

Приказ № был издан ДД.ММ.ГГГГ, истцу предъявлен для ознакомления ДД.ММ.ГГГГ; от ознакомления с приказом под подпись истец отказался, что подтверждается актом от ДД.ММ.ГГГГ об отказе ознакомиться с приказом №. ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ для истца являлись нерабочими днями, что подтверждается выпиской из табеля учёта рабочего времени. Следовательно, Приказ № о применении дисциплинарного взыскания был объявлен истцу в течение трех рабочих дней со дня его издания.

Таким образом, дисциплинарное взыскание применено к истцу в точном соответствии с нормами ст. 192, 193 Трудового кодекса РФ.

В части требований истца о признании незаконными в период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ пунктов 2 и 3 приказа № отсутствует спор о праве, поскольку ответчик, воспользовавшись своим правом отказа от возмещения материального ущерба, причинённого истцом, приказом от ДД.ММ.ГГГГ № отменило пункты 2 и 3 приказа №, что подтверждается приказом от ДД.ММ.ГГГГ №.

Принимая во внимание изложенное, требования истца о признании нарушение ответчиком нормы ч.6 ст. 193 Трудового Кодекса в форме издания ответчиком приказа от ДД.ММ.ГГГГ № «Об отказе от исполнения трудовых обязанностей» и признании незаконным пункт «1.» Приказа ответчика от ДД.ММ.ГГГГ № и признании незаконными пункты «2 и 3» приказа ответчика от ДД.ММ.ГГГГ № с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ удовлетворению не подлежит.

Истец считает, что является незаконным невыдача истцу письменного задания на Кустовой площадке ДД.ММ.ГГГГ на определённый вид работы от лица, ответственного за безопасное производство работ грузоподъемными механизмами.

При этом, истец не указывает, каким конкретно нормам законодательства РФ противоречит отсутствие письменного задания от лица, ответственного за безопасное производство работ грузоподъемными машинами истцу на определенный вид работ.

Вместе с тем, пункт 130 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила безопасности опасных производственных объектов, на которых используются подъёмные сооружения», утверждённых приказом от ДД.ММ.ГГГГ № Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору (далее - ФНиП) предусматривает, что под непосредственным руководством специалиста, ответственного за безопасное производство работ с применением подъемных сооружений требуется выполнение работ по перемещению груза несколькими подъемными сооружениями (далее - ПС), разгрузка и погрузка полувагонов, работа ПС при отсутствии маркировки веса груза и схем строповки.

Работы по разгрузке труб ДД.ММ.ГГГГ планировалось проводить одним ПС, вес груза был маркирован, схемы строповки являлись стандартными, в связи с чем руководство специалиста, ответственного за безопасное производство работ не требовалось.

Кроме того, согласно пункту 115 ФНиП наряд-допуск выдается крановщику (машинисту подъемника, оператору), а не стропальщику.

Таким образом, требования истца о признании незаконным не выдачу истцу письменного задания на кустовой площадке № Западно-Сахалинского месторождения ДД.ММ.ГГГГ на определенный вид работы от лица, ответственного за безопасное производство работ грузоподъемными машинами не обоснованы и не подлежат удовлетворению.

Согласно абз. 23 ч. 2 ст. 212 Трудового кодекса РФ работодатель обязан обеспечить разработку и утверждение правил и инструкций по охране труда для работников с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации или иного уполномоченного работниками органа в порядке, установленном статьей 372 настоящего Кодекса для принятия локальных нормативных актов установлена.

ДД.ММ.ГГГГ заместителем начальника управления по производству НГДУ «Лянторнефть» ОАО «Сургутнефтегаз» утверждена рабочая инструкция № стропальщика Цеха по ремонту и подготовке насосно-компрессорных труб и штанг. ФИО4 ознакомился с указанной инструкцией ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается его подписью.

Пунктом 2.2.1 трудового договора предусмотрено, что работник обязан качественно и своевременно выполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него настоящим трудовым договором, рабочей инструкцией и другими локальными нормативными актами работодателя.

Истец указывает, что рабочая инструкция стропальщика от ДД.ММ.ГГГГ № не подлежит применению, так как не соответствует по объему и конкретизации определённых работ утвержденной Постановлением Госгортехнадзора России от ДД.ММ.ГГГГ № Типовой инструкции для стропальщиков по безопасному производству работ грузоподъемными машинами РД 10-107-96, а соответственно - нормы рабочей инструкции № угрожают здоровью и жизни истца, и лицам находящимся рядом, или совместно с ним выполняющим работы. Также истец полагает, что инструкция подлежит отмене в связи с тем, что в рабочей инструкции отсутствуют реквизиты, свидетельствующие о её принятии с соблюдением ст.372 Трудового кодекса РФ порядка учёта мнения представительного органа работников.

Однако, в соответствии со ст. 212 Трудового кодекса РФ обязанность работодателя учитывать мнение выборного органа первичной профсоюзной организации или иного уполномоченного работниками органа в порядке, установленном ст. 372 Трудового кодекса РФ предусмотрена при разработке и утверждении правил и инструкций по охране труда для работников, но не рабочих инструкций.

В рабочей инструкции стропальщика от ДД.ММ.ГГГГ № отражены характеристики работ, основные требования к знаниям, которыми должен обладать работник. Из указанного следует, что рабочая инструкция стропальщика от ДД.ММ.ГГГГ № определяет и конкретизирует трудовую функцию стропальщика 4 разряда, а не правила безопасности при выполнении работ для стропальщиков.

Согласно ст. 57 Трудового кодекса РФ конкретный вид поручаемой работнику работы (трудовая функция) определяется в соответствии квалификационными требованиями, указанными в квалификационных справочниках, утверждаемых в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации.

Инструкция стропальщика от ДД.ММ.ГГГГ № подготовлена и разработана в соответствии с ЕТКС, утвержденным Постановлением Госкомтруда СССР, Секретариата ВЦСПС от ДД.ММ.ГГГГ 3313/3-30, при этом действующие нормы трудового законодательства РФ не обязывают работодателя согласовывать конкретный вид поручаемой работнику работы с первичной профсоюзной организации или иным уполномоченным работниками органом.

Таким образом, инструкция стропальщика от ДД.ММ.ГГГГ № не противоречит нормам действующего законодательства РФ, а указанные доводы истца являются безосновательными, в связи с чем, в данной части исковые требования удовлетворению не подлежат.

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Неправомерным бездействием следует рассматривать пассивное поведение работодателя в тех случаях, когда законодательство возлагает на него совершение определенных действий. Работодатель обязан во всех случаях неправомерных действий или неправомерного бездействия возместить причиненный работнику моральный вред.

Учитывая, что в ходе рассмотрения дела факт нарушения трудовых прав истца не нашел своего подтверждения, требования о взыскании с ответчика компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат.

Часть 1 ст. 4 ГПК РФ в развитие принципа диспозитивности предусматривает, что суд возбуждает гражданское дело по заявлению лица, обратившегося за защитой своих прав, свобод и законных интересов. Согласно части второй указанной статьи гражданское дело может быть возбуждено по заявлению лица, выступающего от своего имени в защиту прав, свобод и законных интересов другого лица, неопределенного круга лиц в случаях, предусмотренных данным Кодексом, другими федеральными законами. Обращение в суд, в том числе организаций, в защиту прав, свобод и законных интересов неопределенного круга лиц также допускается, согласно части 1 статьи 46 ГПК РФ, в случаях, предусмотренных законом. 

Статья 23 Федерального закона «О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности» предоставляет профсоюзам право в случаях нарушения законодательства о труде по просьбе членов профсоюза, других работников, а также по собственной инициативе обращаться с заявлениями в защиту их трудовых прав в органы, рассматривающие трудовые споры, к числу которых статья 382 Трудового кодекса Российской Федерации относит и суд. 

В силу статьи 352 Трудового кодекса Российской Федерации к числу способов защиты трудовых прав и свобод отнесена защита трудовых прав и законных интересов работников профессиональными союзами, а также судебная защита данных прав и интересов. 

С учетом системного толкования вышеизложенных правовых норм, суд делает вывод о том, что ссылка ответчика на нормы Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 324-ФЗ «О бесплатной юридической помощи в Российской Федерации» предусматривающего обязательное наличие высшего юридического образования в случае оказания бесплатной юридической помощи профсоюзом юридически несостоятельна.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 98-103, 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Отказать в удовлетворении исковых требований первичной профсоюзной организации «Профсвобода», действующей в интересах ФИО4 к ПАО «Сургутнефтегаз» о признании незаконным приказа № от ДД.ММ.ГГГГ в отношении истца в части «не выплачивать истцу премию за производственные результаты, включая премию за выполнение производственно-экономических показателей и премию за дополнительное задание по добыче нефти, начисленную согласно приложению, за апрель 2018 года»; взыскании 35000 рублей в качестве недоплаченной ответчиком истцу премии за производственные результаты, включая премию за выполнение производственно-экономических показателей и премию за дополнительное задание по добыче нефти за апрель 2018 года; признании нарушение ответчиком ч.2 ст. 189 ТК в виде не предоставления ответчиком истцу ДД.ММ.ГГГГ транспортного средства по перевозке людей для доставки истца на кустовую площадку № Западно-Сахалинского месторождения и обратно; признании нарушение ответчиком нормы ч. 6 ст. 193 Трудового Кодекса в форме издания ответчиком Приказа от ДД.ММ.ГГГГ № «Об отказе от исполнения трудовых обязанностей»; признании незаконным не выдачу истцу письменного задания на кустовой площадке № Западно-Сахалинского месторождения ДД.ММ.ГГГГ на определенный вид работы от лица, ответственного за безопасное производство работ грузоподъемными машинами; признании незаконным пункта 1 Приказа ответчика от ДД.ММ.ГГГГ №, и признании незаконными пунктов 2 и 3 Приказа ответчика от ДД.ММ.ГГГГ № с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ; признании не подлежащими применению в отношении истца норм Рабочей инструкции стропальщика от ДД.ММ.ГГГГ №; взыскании в качестве возмещения морального вреда 10000 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в суд ХМАО-Югры через Сургутский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий судья В.Н. Хуруджи

Копия верна: В.Н.Хуруджи