АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Уфа 18 декабря 2025 г.

Судебная коллегия по уголовным делам

Верховного Суда Республики Башкортостан

в составе:

председательствующего судьи Каримова А.А.,

судей Михадюк Е.Н. и Моховой Л.Б.,

при ведении протокола секретарем Муллахметовым И.И.,

с участием: прокурора Ягудиной Л.Р.,

осужденного Т. в режиме видео-конференц-связи,

защитника – адвоката Матвеевой О.П.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Муталлапова И.Н., апелляционной жалобе адвоката Душанбаева З.М. в интересах осужденного Т. на приговор Кугарчинского межрайонного суда Республики Башкортостан от 27 октября 2025 года в отношении Т., дата года рождения.

Заслушав доклад судьи Моховой Л.Б., изложившей краткое содержание приговора, существо апелляционных представления и жалобы, выслушав участников судебного разбирательства, судебная коллегия,

установила:

по приговору Кугарчинского межрайонного суда Республики Башкортостан от 27 октября 2025 года Т., несудимый,

осужден по ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 105 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к 4 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения Т. заменена на заключение под стражей, взят под стражу в зале суда.

Срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачтено в срок отбытого наказания время содержания Т. под стражей с дата до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Решены гражданский иск, судьба арестованного имущества, вещественных доказательств.

По приговору суда Т. признан виновным и осужден за совершение покушения на убийство А., при этом преступление до конца не доведено по независящим от осужденного обстоятельствам.

Преступление им совершено дата в адрес, в период времени и при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании подсудимый Т. вину в предъявленном ему обвинении не признал, пояснив, что умысла на убийство у него не было, вред здоровью А. причинил по неосторожности.

Судом вынесен вышеуказанный приговор.

В апелляционном представлении государственный обвинитель, не оспаривая фактические обстоятельства совершенного Т. преступления и квалификацию его действий, считает приговор незаконным вследствие мягкости назначенного осужденному наказания. В обоснование представления указано, что судом не приведено убедительных оснований для применения положений ст. 64 УК РФ, какие конкретные обстоятельства и каким образом существенного снизили степень общественной опасности совершенного преступления. Полагает, что суд не в полной мере учел характер и высокую общественную опасность преступления, обстоятельства его совершения, формально сославшись на поведение виновного после совершения преступления и совокупность смягчающих наказание обстоятельств. При этом судом оставлено без внимания, что Т. вину в предъявленном обвинении не признал, мер по заглаживанию вреда не принял. Прокурор полагает, что необоснованное применение ст. 64 УК РФ повлекло несправедливость назначенного наказания, предлагает исключить указание о применении ст. 64 УК РФ и усилить назначенное Т. наказание до 7 лет лишения свободы.

В апелляционной жалобе адвокат Душанбаев З.М. в интересах осужденного Т. просит приговор изменить в связи с неверной квалификацией действий Т. по ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 105 УК РФ, а его действия переквалифицировать на ч. 1 ст. 118 УК РФ, назначив наказание в пределах санкции этой статьи.

В обоснование жалобы указано, что вывод суда о виновности Т. основан только на показаниях потерпевшего А., которые как полагает защитник не соответствуют действительности. Далее защитник, приводя показания осужденного Т., изложенные в приговоре, сообщает, что Т. не отрицает факт причинения А. проникающего ножевого ранения в грудную полость, но при этом умысла у него на убийство на было, он это сделал с целью напугать А., который угрожал отобрать у него автомобиль и изнасиловать его жену, чему не была дана оценка судом вопреки ст. 14 УПК РФ.

Также адвокат полагает, что судом не дана оценка показаниям Т. в части принесения им извинений потерпевшему с целью не допустить дальнейшей ссоры, а также показаниям свидетеля ФИО4, который настаивал, чтобы Т. переписал машину на А., с целью недопущения изнасилования его жены. Однако данный свидетель в суд не вызывался и допрошен не был. Не дана оценка показаниям потерпевшего, который при посещении его Т. и его супругой в больнице требовал от них передачи 800 000 рублей в счет возмещения морального вреда, иначе он оговорит Т., что он нанес ему повреждения в спящем состоянии и суд взыщет 2 млн. рублей. В связи с чем адвокат делает вывод о недостоверности показаний потерпевшего.

Далее защитник указывает, что при допросе эксперт показал, что ножевая рана в грудную полость А. является опасной для жизни и при неоказании медицинской помощи могла наступить смерть, при этом эксперт не сообщил, что умысел Т. был направлен на убийство А.

Защитник полагает, что доводы суда о пресечении действий Т. свидетелем ФИО1 основаны только на показаниях потерпевшего, при этом доводит до сведения суда, что в судебном заседании ФИО1 сообщил, что он стоял рядом, а Т. не пытался нанести еще удар ножом А.

Защитник считает, что отсутствие умысла у Т. на убийство А. подтверждается тем, что имея реальную возможность его убить, Т. совершал активные действия по недопущению смерти А., а именно прижал рану полотенцем и остановил кровотечение, попросил ФИО1 вызвать скорую помощь и полицию, что подтвердили свидетели ФИО1 и ФИО2 (фельдшер), данное обстоятельство признано судом смягчающим в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ.

Адвокат полагает, что суд пришел к противоречивым выводам об умысле Т. при причинении телесных повреждений А., а наличие прямого умысла у Т. не доказано, показания осужденного о причинении ножевых ранений по неосторожности не опровергнуты.

В возражениях на апелляционную жалобу осужденного, государственный обвинитель предлагает оставить её без удовлетворения, указывая, что квалификация действий Т. судом дана верная, оснований для переквалификации на ч. 1 ст. 118 УК РФ не имеется.

В возражениях на апелляционное представление осужденный просит оставить его без удовлетворения, приговор изменить по доводам жалобы его защитника.

Обсудив доводы представления и жалобы с изучением материалов уголовного дела, выслушав участников судебного заседания, судебная коллегия приходит к следующему.

Совокупность приведенных в приговоре доказательств свидетельствует о правильном установлении судом фактических обстоятельств дела. Выводы суда первой инстанции о виновности Т. в покушении на умышленное причинении смерти А., основаны на имеющихся в материалах дела доказательствах, исследованных в судебном заседании всесторонне, полно, объективно и подробно изложенных в приговоре.

Так, вина Т. в совершении инкриминируемого ему преступления установлена следующими доказательствами:

- показаниями потерпевшего А., согласно которым дата, когда он спал Т. нанес ему удары ножом сначала в шею, потом в грудь, проснулся он от сильной боли, стал отталкивать от себя Т., в этот момент получил повреждение кисти ножом, затем Т. вывел ФИО1, забрал нож. Каких-либо угроз об изнасиловании жены Т. он не высказывал, автомобиль на себя переписывать не требовал, денег у Т. не требовал, напротив деньги предлагали Т. с супругой в больнице, чтобы он изменил показания, не говорил, что получил повреждения когда спал.

Свои показания потерпевший А. подтвердил в ходе очных ставок между ним и Т., в ходе которых изобличил Т. в совершении преступления;

- показаниями свидетеля ФИО2, из которых следует, что со дата ей прозвонил ФИО1, сообщил о кровотечении у человека, она оказывала первую помощь А., слышала как Т. попросил ФИО1 вызвать скорую и полицию;

- показаниями свидетеля ФИО1, согласно которым в ночь со дата они выпивали в доме ФИО3, во время распития спиртного между Т. и А. произошла словесная ссора, потом все легли спать, он проснулся от криков А., слышал, как он резко встал, оттолкнул от себя Т., который стоял перед ним, увидел, что А. был весь в крови, схватил Т. за руку в которой был нож. После чего они стали оказывать помощь А. Т. предложил позвонить фельдшеру, зажимал рану А.;

- показаниями свидетеля ФИО3, согласно которым со дата у него в доме употребляли спиртное, в том числе Т. и А., между которыми произошла ссора, в ходе которой А. требовал, чтобы Т. переписал свой автомобиль на него, говорили, что жену Т. изнасилуют. Он был пьян, лег спать, его разбудила фельдшер ФИО2, спросила бинты, но проснулся он утром, ему сообщили что Т. нанес ножевые ранения А.;

- показаниями свидетеля ФИО5, согласно которым она является супругой Т., утром дата муж ей сообщил, что ранил А., после они ездили к А. в больницу, муж просил прощения, они предлагали помощь.

Показания потерпевшего и вышеуказанных свидетелей, а также иных свидетелей, чьи показания подробно приведены в приговоре, судом первой инстанции обоснованно признаны достоверными и положены в основу приговора, поскольку они логичны, последовательны, согласуются между собой и с иными доказательствами по делу, объективно подтверждены совокупностью исследованных доказательств, включая сведения, содержащиеся: в протоколах осмотра места происшествия, выемки, осмотра предметов, заключениях экспертов, другими доказательствами, подробно изложенными в приговоре. Согласно заключениям судебно-медицинских экспертиз, у А. установлены: проникающая колото-резаная рана грудной клетки слева с повреждением межреберной артерии. Гемоторакс слева. Геморрагический шок 2-3 ст. по своему характеру непосредственно создает угрозу для жизни (вред здоровью, опасный для жизни человека), и, поэтому квалифицирующему признаку расценивается, как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью человека. Колото-резаная рана шеи слева, резаная рана правой кисти по своему характеру влекут за собой кратковременное расстройство здоровья продолжительностью до 3 недель от момента причинения травм и квалифицируются как причинение легкого вреда здоровью человека. Постгеморрагическая анемия тяжелой степени тяжести. Данные телесные повреждения могли быть получены от ударного воздействия острого предмета с колюще-режущими свойствами, не исключается дата.

Эти доказательства были правильно оценены судом и обоснованно положены в основу приговора, поскольку они последовательны, согласуются с другими доказательствами и соотносятся между собой. Ни одно из доказательств, чья юридическая сила вызывала бы сомнения у судебной коллегии, не приведено в приговоре суда, поскольку суд первой инстанции в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ проверил и оценил их с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности признал достаточными для разрешения уголовного дела.

Суд апелляционной инстанции вопреки доводам апелляционной жалобы защитника, находит вышеуказанные показания потерпевшего А. достоверными, поскольку даны они были после предупреждения об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, ему разъяснены соответствующие права, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств, в том числе и в случае последующего отказа от данных показаний, данные показания не противоречивы, логичны и последовательны, согласуются с показаниями свидетелей ФИО1, ФИО2, иными доказательствами и каких-либо оснований полагать, что при даче показаний потерпевший преследовал личную заинтересованность у суда апелляционной инстанции не имеется, в связи с чем суд первой инстанции обоснованно признал их достоверными доказательствами по делу и положил в основу приговора.

Судом первой инстанции все собранные доказательства непосредственно исследовались, показаниям допрошенных лиц, сведениям, содержащимся в заключениях экспертиз, как и другим письменным доказательствам и доводам в защиту осужденного в приговоре дана соответствующая оценка. В связи с чем доводы жалобы защитника о том, что судом в основу приговора положены только одни показания потерпевшего А., судебная коллегия признает необоснованными.

Оснований для признания недопустимыми доказательствами протоколов следственных действий, составленных в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства и согласующихся с материалами уголовного дела, судом апелляционной инстанции не усматривается. Каждый из вышеприведенных протоколов следственных действий соответствует требованиям ст. ст. 166, 167 УПК РФ, содержит указание на дату, место, время и результат проведения следственного действия.

Суд апелляционной инстанции признает достоверными и допустимыми доказательствами заключения приведенных выше судебных экспертиз, поскольку они отвечают требованиям, предъявляемым к таковым доказательствам как Уголовно-процессуальным законом, так и Федеральным законом «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ», а именно требованиям к назначению, проведению и содержанию экспертного заключения, в том числе в них указаны: содержание и результаты проведенных исследований с указанием методов исследований; оценка результатов исследований; приведены обоснование и формулировка выводов по поставленным вопросам. Заключения экспертов мотивированны и научно обоснованы, даны после разъяснения им прав и предупреждения их об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Судом полно и объективно исследованы обстоятельства дела, проверены все возникшие версии, в том числе и выдвинутые осужденным и его защитником о причинении телесных повреждений Т. по неосторожности, которым дана надлежащая правовая оценка. Как следует из содержания приговора, суд первой инстанции, оценив показания Т., дал им критическую оценку, достаточно полно мотивировав свое решение. А потому аргументы защитника о том, что суд не принял во внимание доводы стороны защиты об этом, являются полностью несостоятельными.

Доводы, приведенные защитником в апелляционной жалобе об отсутствии у Т. умысла на покушение на убийство А., также версию осужденного относительно имевших место событий, в том числе принесение извинений Т. потерпевшему с целью избежания дальнейшей ссоры; требовании А. и ФИО4 переписать автомобиль Т. на А., а в случае его отказа, изнасиловать супругу Т., об отсутствии умысла на убийство потерпевшего в связи с его действиями, совершенными после нанесения новых ранений А., суд апелляционной инстанции считает несостоятельными, противоречащими исследованным доказательствам, совокупность которых явилась достаточной для постановления обвинительного приговора.

Несогласие осужденного и его защитника с оценкой доказательств в приговоре и квалификацией деяния, не может свидетельствовать о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного заседания, недоказанности виновности осужденного и мотивов содеянного им, непричастности к инкриминированному деянию, неправильном применении уголовного закона.

Позиция осужденного основана на его собственной интерпретации исследованных доказательств и их оценки, без учета установленных ст. ст. 87, 88 УПК РФ правил оценки доказательств, которыми в данном случае руководствовался суд первой инстанции.

Проанализировав и дав надлежащую оценку всем исследованным материалам дела, проверив доводы подсудимого, в том числе доводы, аналогичные указанным в апелляционной жалобе, суд мотивировал в приговоре, почему он, с одной стороны, принял те или иные доказательства в качестве допустимых и достоверных, признал их в своей совокупности достаточными для разрешения дела, а с другой - критически оценил и отверг показания подсудимого и выдвинутые им аргументы в свою защиту.

Оснований сомневаться в данной судом оценке доказательств и для их пересмотра, о чем по существу ставится вопрос в апелляционной жалобе, у судебной коллегии не имеется.

Суд пришел к обоснованному выводу о виновности Т. в совершении покушения на убийство потерпевшего А. - умышленных действий, непосредственно направленных на совершение преступления - убийства, то есть, умышленного причинения смерти другому человеку, при этом преступление не было доведено до конца по независящим от него обстоятельствам. В частности, вывод суда о наличии у Т. умысла именно на лишение жизни А., суд обосновал показаниями потерпевшего А., а также способом преступления, характером и локализацией телесных повреждений.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что об умысле Т. на причинение смерти А. свидетельствуют установленные в суде объективные действия осужденного, а именно нанесение ударов ножом в шею, затем в грудную клетку, то есть в область жизненного важных органов человека, причинив тем самым ему тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. При этом, Т. осознавал общественную опасность своих действий, возможность наступления общественно опасных последствий в виде причинения смерти А., и, желая этого, предвидя возможность и неизбежность наступления общественно опасных последствий, испытав резкую неприязнь к последнему в результате ранее возникшей ссоры, реализуя преступный умысел, направленный на убийство А. Между действиями Т. и наступившими последствиями имеется прямая причинно-следственная связь. При этом, согласно материалам уголовного дела Т. после нанесения ударов ножом спящему потерпевшему сначала в шею, затем в грудную клетку, был остановлен самим потерпевшим, который его оттолкнул от себя, при этом Т. продолжил свои преступные действия, направленные на причинение телесных повреждений А., который пресекая их, схватился рукой за нож, находившийся в руках Т., в результате чего получил телесные повреждения кисти. Таким образом преступление не было доведено Т. до конца, по причинам независящим от него, поскольку потерпевшей оказывал активное сопротивление осужденному, кроме того в ходе совершения преступления вмешался ФИО1, который также пресек преступные действия осужденного, после чего А. была оказана медицинская помощь. Поэтому доводы жалобы защитника о том, что Т. в случае наличия у него умысла на причинение смерти потерпевшему имел возможность совершить его убийство, судебная коллегия находит голословными и отвергает их.

В связи с вышеизложенным, доводы стороны защиты об отсутствии у Т. умысла на причинение смерти А., судебная коллегия отвергает как несостоятельные. Совершение Т. активных действий по недопущению смерти потерпевшего после нанесения ему ножевых ранений, вопреки доводам стороны защиты, не исключают умысла осужденного, направленного не совершение покушения на убийство А.

На основании изложенного судебная коллегия не усматривает оснований для переквалификации содеянного осужденным в на ч. 1 ст. 118 УК РФ, как просили об этом защитник и подсудимый.

Действия Т. содержат состав покушения на убийство потерпевшего А., и его непризнание вины не ставит под сомнение правильность такой квалификации действий подсудимого.

Суд, оценив доказательства по делу в совокупности, обоснованно пришел к выводу о доказанности умысла Т. на убийство А., привел мотивы, по которым он доверяет доказательствам, положенным в основу обвинения осужденного Т., которые получены в установленном законом порядке, всесторонне, полно и объективно исследованы в судебном заседании, обоснованно признаны судом относимыми, допустимыми и достоверными.

С учетом изложенного, тщательный анализ и основанная на законе оценка исследованных в судебном заседании доказательств в их совокупности, позволили суду правильно установить фактические обстоятельства совершенного Т. преступления, и прийти к выводу о его виновности в его совершении.

Доказательства, приведенные в обоснование вины осужденного, не содержат существенных противоречий, которые бы повлияли на выводы суда.

Судебная коллегия находит приведенные судом первой инстанции мотивы оценки доказательств убедительными. Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, в той части, в которой они признаны достоверными, требующие их истолкования в пользу осужденного, по делу отсутствуют.

Описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления; доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении осужденного, мотивы решения вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания; обоснование принятых судом решений, в приговоре изложены в соответствии с требованиями ст. 307 УПК РФ.

Юридическая квалификация действий Т. по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ является правильной.

Поэтому ничем не мотивированные и голословные доводы жалобы адвоката о якобы необоснованности приговора, грубом нарушении уголовно-процессуального закона, судебная коллегия находит полностью несостоятельными. Также не могут быть признаны убедительными доводы как самого осужденного, так и его защитника о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, а также об отсутствии в материалах дела доказательств совершения Т. вмененного ему преступления.

В судебном заседании исследованы все представленные сторонами доказательства, разрешены все заявленные ходатайства. Нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов осужденному и его защитнику в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено. Следовательно, признаков предвзятости суда при рассмотрении дела и оценки доказательств не установлено и не имеется.

Доводы стороны защиты о не вызове на судебное заседание ФИО4 в качестве свидетеля по уголовному делу, судебная коллегия находит несостоятельными, поскольку осужденный не был ограничен в своих правах, возможности самостоятельно представлять доказательства, в том числе ходатайствовать о допросе свидетеля в судебном заседании.

Доводы осужденного о несогласии с постановлениями об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении А. и ФИО4, заявленные в суде апелляционной инстанции, судебная коллегия находит необоснованными, поскольку данные постановления Т. вправе обжаловать лично либо через своего представителя в установленном законом порядке.

В ходе предварительного следствия и судебного разбирательства законные права Т., в том числе его право на защиту, были соблюдены.

Нарушений уголовно-процессуального закона, которые могли бы повлиять на законность и обоснованность приговора, а также повлечь его отмену в целом, не допущено.

В соответствии со ст. 6 УК РФ наказание должно быть справедливым, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

В силу ч. 3 ст. 60 УК РФ при назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Судом первой инстанции в качестве смягчающих наказание обстоятельств признаны согласно п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ – оказание помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, принятие мер к остановке кровотечения и перемещению потерпевшего, содействие вызову фельдшера, а также на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ - частичное признание вины, привлечение к уголовной ответственности впервые, наличие почетной грамоты, занятие общественно-полезной деятельностью, раскаяние в содеянном, принесение извинений потерпевшему, состояние его здоровья, наличие заболеваний и ..., положительные характеристики, данные его супругой, односельчанами.

Вопреки доводам защитника, заявленным в суде апелляционной инстанции о признании смягчающими наказание обстоятельствами – аморальное и противоправное поведение потерпевшего, судебная коллегия не находит, поскольку судом достоверно установлено, что поводом совершения преступления Т. явились – личные неприязненные отношения, возникшие в ходе ссоры с А.

Каких-либо иных обстоятельств, не учтенных судом первой инстанции в качестве смягчающих, но подлежащих учету при назначении наказания, в том числе по доводам апелляционных жалоб, судебной коллегией не установлено.

Отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено.

С учетом всех обстоятельств дела, личности виновного, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о необходимости назначения Т. наказания в виде лишения свободы, поскольку указанный вид наказания будет способствовать достижению целей восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений. Наказание назначено Т. с учетом положений ч. 1 ст. 62 и ч. 3 ст. 66 УК РФ.

Судом первой инстанции обсуждался вопрос о возможности применения положений ч. 6 ст. 15, ст. 73 УК РФ к назначенному наказанию, однако оснований к этому установлено не было. Судебная коллегия соглашается с принятым решением, и также не усматривает оснований к применению данных норм уголовного закона.

Вид исправительного учреждения определен Т. с учетом положений п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ, правовых оснований для изменения вида исправительного учреждения не имеется.

Вместе с тем, судебная коллегия находит заслуживающими внимания доводы апелляционного представления государственного обвинителя о несправедливости приговора вследствие чрезмерной мягкости назначенного наказания, необоснованного применения правил ст. 64 УК РФ.

В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть, помимо прочего, справедливым.

Согласно закону, применение ст. 64 УК РФ (назначение более мягкого наказания, чем предусмотрено законом за данное преступление) возможно при наличии исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, а равно при активном содействии участника группового преступления раскрытию этого преступления. При этом наказание может быть назначено ниже низшего предела, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ, или суд может назначить более мягкий вид наказания, чем предусмотрен этой статьей, или не применить дополнительный вид наказания, предусмотренный в качестве обязательного.

По смыслу закона, исключительные обстоятельства должны существенно уменьшать степень общественной опасности совершенного лицом преступления и личности; при учете характера и общественной опасности преступления следует иметь ввиду, прежде всего направленность деяния на охраняемые уголовным законом интересы общества, государства и причиненный им вред, а степень общественной опасности преступления зависит от конкретных обстоятельств содеянного, в частности от характера и размера наступивших последствий, способа совершения преступления, от вида умысла.

Назначая наказание Т., суд эти положения закона в полной мере не учел и не выполнил.

Согласно ч. 1 ст. 389.24 УПК РФ обвинительный приговор суда первой инстанции может быть изменен в сторону ухудшения положения осужденного не иначе как по представлению прокурора либо жалобе потерпевшего или его представителя.

В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 389.26 УПК РФ при изменении приговора в апелляционном порядке суд вправе усилить осужденному наказание или применить в отношении его уголовный закон о более тяжком преступлении.

Т. осужден по ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 105 УК РФ, по которой ему назначено наказание с применением ст. 64 УК РФ в виде 4 лет лишения свободы.

Суд признал совокупность указанных выше смягчающих обстоятельств исключительными и посчитал возможным применение правил ч. 1 ст. 64 УК РФ.

Вместе с тем, судом первой инстанции в приговоре не указаны обстоятельства, которые, по его мнению, существенно уменьшили степень общественной опасности преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 105 УК РФ.

По мнению судебной коллегии, применение правил ст. 64 УК РФ при назначении Т. наказания за покушение на убийство человека является незаконным и необоснованным, поскольку перечисленные судом в приговоре смягчающие обстоятельства не являются исключительными, существенно уменьшающими степень общественной опасности совершенного Т. преступления и его личности, связанными с целями и мотивами совершенного преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления.

При этом судебная коллегия исходит из установленных в судебном заседании обстоятельств.

Так, в судебном заседании установлено, что поводом для покушения на убийство была произошедшая между подсудимым и потерпевшим ссора на почве личной неприязни, после чего Т., действуя с прямым умыслом, нанес ножом спящему А. ранения шеи и грудной клетки, его преступные деяния были прекращены в связи с оказанием активного сопротивления потерпевшим действиям осужденного, а также свидетелем ФИО1 и оказанию своевременной медицинской помощи. При этом инициатором конфликта изначально являлся осужденный.

Т. виновным себя в покушении на умышленное убийство не признавал, давал показания о том, что преступление совершил по неосторожности, в связи с тем, что потерпевший сам вскочил и присел когда он держал нож у его грудной клетки.

Вместе с тем данное обстоятельство было опровергнуто как самим потерпевшим, так и показаниями эксперта, согласно которым телесные повреждения потерпевшему А. не могли быть причинены при обстоятельствах, на которые Т. ссылался в своих показаниях, поскольку раневой канал в грудной клетке с повреждением межреберной артерии направлен слева направо глубиной до 6 см.

Кроме того, согласно установленным доказательствам Т. дважды ударил потерпевшего ножом в область шеи и грудной клетки, и один раз, когда потерпевший схватился за нож рукой, при этом нож находился в руках осужденного, однако в своих показаниях он последовательно говорит о нанесении только одного удара.

Признанные смягчающими обстоятельствами частичное признание вины Т., раскаяние в содеянном, принесение извинений, оказание помощи потерпевшему после совершения преступления, положительные характеристики, наличие заболеваний ..., почетной грамоты, занятие общественно-полезной деятельностью как каждое в отдельности, так и в совокупности степень общественной опасности совершенного преступления не уменьшают, исключительными не являются, как и возраст осужденного, который не препятствовал совершению покушения на убийство спящего человека.

В этой связи решение о применении в отношении Т. положений ст. 64 УК РФ не может быть признано законным и обоснованным, и подлежит исключению из приговора, а наказание в виде лишения свободы подлежит усилению.

При рассмотрении гражданского иска суд правомерно не усомнился в причинении потерпевшему А. морального вреда и в обязанности осужденного их возместить, а при определении размера компенсации этого вреда руководствовался, наряду с прочими положениями закона, принципом разумности, который в совокупности со сведениями о материальном положении виновного позволил принять решение о взыскании с него такой суммы, которая реально может быть возмещена.

Вопросы о вещественных доказательствах, зачете срока наказания, арестованном имуществе судом первой инстанции разрешены правильно.

Иных оснований для изменения или для отмены приговора, судебная коллегия не находит.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.26 и 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Кугарчинского межрайонного суда Республики Башкортостан от 27 октября 2025 года в отношении Т. изменить, чем удовлетворить апелляционное представление:

- из описательно-мотивировочной части исключить выводы суда о признании смягчающих обстоятельств исключительными, о назначении наказания с применением ст. 64 УК РФ;

- из резолютивной части исключить назначение наказания по ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 105 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ;

- Т. по ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 105 УК РФ усилить назначенное наказание в виде лишения свободы до 6 лет 6 месяцев с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

В остальной части приговор оставить без изменений, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции (г. Самара) путем подачи кассационной жалобы или представления:

- в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу итогового судебного решения, а для осужденного, содержащегося под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу, через суд первой инстанции для рассмотрения в предусмотренном ст.ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ порядке;

- по истечении вышеуказанного срока – непосредственно в суд кассационной инстанции для рассмотрения в предусмотренном ст. ст. 401.10- 401.12 УПК РФ порядке.

В случае обжалования судебных решений в кассационном порядке осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий судья п/п А.А. Каримов

Судьи п/п Е.Н. Михадюк

п/п Л.Б. Мохова

Справка: дело №22-5794/2025

Судья Файрузова Л.В.