дело № 2-1102/2019 

24RS0054-01-2019-001119-21

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

29 ноября 2019 года город Ужур

Ужурский районный суд Красноярского края

в составе председательствующего судьи Макаровой Л.А.,

при секретаре Соловьевой Е.Ю.,

с участием помощника прокурора Ужурского района Красноярского края Мингачевой Т.В., 

истицы ФИО1, её представителя ФИО2, представителя ответчика ГПКК «Краевое автотранспортное предприятие» ФИО3, третьего лица ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к государственному предприятию Красноярского края «Краевое автотранспортное предприятие» о компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ГПКК «Краевое АТП» о компенсации морального вреда. Требования мотивированы тем, что в соответствии с трудовым договором №810, заключенным 20.10.2015 ГПКК «Ужурское автотранспортное предприятие» с истицей, она принята на должность кондуктора в автобусную колонну. 21.08.2018 истица, находясь на рабочем месте в пассажирском салоне автобуса марки «ПАЗ 4234», при его движении под управлением водителя ФИО4 упала, в результате чего получила телесное повреждение в виде 

<

данные изъяты> по классификации 

<

данные изъяты>. Причиной падения явилось то, что пассажирское сиденье не было закреплено, о данном обстоятельстве ей известно не было. Согласно заключению эксперта № 411 от 31.10.2018 телесное повреждение в виде 

<

данные изъяты>) квалифицируется как вред здоровью средней тяжести. По данному факту проведена доследственная проверка СО по Ужурскому району ГСУ СК России по Красноярскому краю и вынесено постановление от 28.11.2018 об отказе в возбуждении уголовного дела. Истице причинен вред здоровью на производстве при движении автобуса, принадлежащего ответчику. Последствия для истицы явились тяжелыми. Она была освобождена от работы с 21.08.2018 по 09.04.2019, в последующем не смогла выйти на работу и исполнять служебные обязанности, как результат - была вынуждена уволиться с работы. По настоящее время истица испытывает сильные физические боли и вынуждена передвигаться по квартире с помощью костылей. Соответственно, выполнять какую-либо оплачиваемую работу не в состоянии, прогресса в восстановлении не наблюдается. Ссылаясь на статьи 151, 1064, 1079, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, истица просит взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 300000 рублей.

Истица ФИО1 в судебном заседании настаивает на удовлетворении иска по доводам, изложенным в заявлении, дополнительно суду пояснила, что 21.08.2018 вышла на работу. Автобус, закрепленный за ФИО5, оказался неисправным и им дали другой автобус. Она зашла в автобус, прошла на заднюю площадку и села на пассажирское сиденье заднего ряда. Она держалась правой рукой за спинку соседнего кресла. Во время разворота автобуса его подкинуло на кочке, и она упала вместе с сиденьем. Сиденье не было закреплено, поскольку она поцарапала спину о каркас сиденья. После падения подумала, что сможет продолжить работу, но не смогла. Возможно, она сама вставила сиденье обратно, может быть, водитель, точно не помнит. Чтобы вставить сиденье на место, на него надо надавить, применив силу. В этом автобусе нет специально оборудованного места для кондуктора. В этот же вечер она дала объяснение сотрудникам ГИБДД. На следующей день в больницу к ней пришли работники Ужурского филиала ГПКК «Краевое АТП» М.Л.В. и В., которые тоже ее опросили. Им она также пояснила, что держалась за спинку и упала с сиденьем. Ее объяснение, составленное работниками АТП, не читала, так как плохо себя чувствовала, испытывала физическую боль. После прохождения стационарного лечения три месяца лежала дома и заново училась ходить. На амбулаторном лечении в связи с полученной травмы находилась до 24.04.2019. Впоследствии была вынуждена уволиться. В результате травмы пострадало ее здоровье, до настоящего времени не может долго сидеть и стоять. 

Представитель истицы ФИО1 ФИО2 просит исковые требования удовлетворить в полном объеме, суду пояснил, что водитель ФИО5 при движении автобуса наехал на кочку (что отражено в его объяснениях сотрудникам ГИБДД). От толчка сидевшая на заднем пассажирском сиденье ФИО1 вместе с сиденьем упала на пол автобуса. При падении, ударившись спиной, получила 

<

данные изъяты>. Тот факт, что ФИО1 сообщила сотрудникам ГИБДД о незакрепленном сидении, подтверждается показаниями кондуктора П.М.Г., из которых следует, что автобус был отозван с маршрутной линии. В присутствии П.М.Г. сотрудник ГИБДД проверил крепление сиденья. Аналогичные показания дал и работник АТП Г.А.М., который сообщил, что сотрудник ГИБДД выборочно проверил крепление сидений в данном автобусе. Оснований сомневаться в показаниях ФИО1. о том, что она упала в момент движения автобуса вместе с незакрепленным сиденьем, не имеется. То, что это обстоятельство не нашло отражение в акте о несчастном случае и объяснении ФИО1 главному бухгалтеру, а также в объяснении следователю, свидетельствует о том, что ей не задавался конкретный вопрос о причине падения и, с другой стороны, они не могут опровергнуть показания ФИО1, данные сотрудникам ГИБДД. Необходимо учитывать физическое состояние ФИО6 в больнице, куда приехал ее опрашивать главный бухгалтер М.Л.В.. ФИО6 последовательна в своих показаниях, данных сотрудникам ГИБДД и в суде, противоречий в них не имеется. Довод ответчика о том, что со стороны ФИО6 имела место грубая неосторожность, не состоятелен, поскольку в акте о несчастном случае на производстве от 16.10.2018 указано, что ФИО6, сидя на заднем сидении, держалась за спинку сиденья, но при повороте автобуса не удержалась и упала на пол автобуса. Таким образом, пункт 3.5. Инструкции по охране труда для кондукторов № 26 ФИО1 не нарушен. Из акта о несчастном случае на производстве следует, что имеет место неосторожность без квалифицирующего признака «грубая неосторожность», в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от 28.11.2018 действия ФИО1 квалифицированы как «собственная непредусмотрительность». Вместе с тем, есть вина владельца источника повышенной опасности в форме грубой неосторожности. Из журнала регистрации инструктажа по охране труда на рабочем месте следует, что ФИО6 прошла инструктаж 09.02.2017, то есть в день заключения трудового договора. После этой даты инструктаж по технике безопасности с ФИО6 не проводился. Требование Трудового кодекса Российской Федерации и императивных актов по охране труда работодателем в отношении ФИО6 выполнены не были, она была допущена к работе в 2018 году без обучения и инструктажа. Из объяснений ФИО5, данных сотруднику ГИБДД, следует, что при движении автобуса по территории предприятия он наехал на кочку и автобус подпрыгнул. Таким образом, имеется взаимосвязь между действием водителя ФИО5, движением автобуса и падением ФИО6.Истица не осознавала, не желала и не предвидела наступления для себя негативных последствий. Более того, предпринимала необходимые меры предосторожности, держась за спинку сиденья, как пассажир, выполняя требования пункта 3.5 Инструкции № 26 по охране труда кондукторов. ФИО6 упала с пассажирского места, не передвигаясь по салону. В то же время, водитель ФИО5 не принял необходимых мер по безопасности пассажиров, находящихся в салоне автобуса, наехал на кочку и в результате наступили вредные последствия для здоровья истицы. ФИО1 до настоящего времени несет физические и нравственные страдания от полученной травмы. Вследствие травмы она не смогла выполнять функции кондуктора, вынуждена была уволиться и, соответственно, потеряла источник дохода. Полученные страховые суммы практически все уходят на оплату лекарств для лечения. За 1 год 2 месяца, как результат, у истицы выросла задолженность по квартплате, а также кредиторская задолженность перед ПАО 

<

данные изъяты>. Из-за болезни, возникшей вследствие получения травмы, ФИО1 уже почти 15 месяцев не может устроиться на работу. Такое положение, естественно, вызывает нравственные страдания в форме тревоги и переживаний, бессонницы. Невозможность работать и получать стабильный доход, то есть реализовать свое право на труд, вызывает чувство безысходности. Такие страдания с каждым днем усиливаются. 

Представитель ответчика ГПКК «Краевое АТП» ФИО3 исковые требования не признал в полном объеме по доводам, изложенным в возражении на исковое заявление, содержащий следующее. Ссылка ФИО1 на то, что сиденье не было закреплено, и это явилось причиной её падения, являются голословными и не подтверждаются актом расследования, свидетельскими показаниями и другими материалами дела. Актом расследования несчастного случая на производстве от 15.10.2018 установлено, что причиной несчастного случая явилась неосторожность пострадавшей, выразившаяся в том, что кондуктор, сидя на заднем сидении, при развороте автобуса не удержалась руками за спинку и упала на пол автобуса. В действиях водителя автобуса нарушений нормативных актов, послуживших причиной несчастного случая, комиссией не установлено. Проверкой СО по Ужурскому району ГСУ СК России по Красноярскому краю установлено, что причинами несчастного случая с ФИО1 явилось то, что она не удержалась за поручни, спинку сиденья при развороте автобуса и в результате собственной непредусмотрительности допустила падение. Тем самым ФИО1 допустила нарушение пункта 3.5. Инструкции по охране труда для кондукторов № 26, то есть не предприняла мер для предотвращения падения в салоне автобуса (не держалась за поручни, спинки сидений и.т.п.). Таким образом, непосредственной причиной произошедшего дорожно-транспортного происшествия явилась именно грубая неосторожность пострадавшей ФИО1, нарушившей элементарные, простейшие требования, предусмотренные инструкцией по охране труда. 

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительного предмета спора, ФИО4 суду пояснил, что работает водителем в Ужурском филиале ГПКК «Краевое АТП». 21.08.2018 на автобусе подъехал к диспетчерской за кондуктором ФИО1. Она зашла в автобус и прошла на заднюю площадку. Он начал движение, при развороте автобус немного накренился на сторону вправо, наехал на кочку, и его «болтонуло» в другую сторону - налево (автобус подскочил), ФИО1 упала. Момент падения он не видел, спросил у неё: «Как упала?», она ответила: «Не удержалась». Он впоследствии доставил ее в пункт скорой помощи. Когда вернулся на предприятие, сообщил о случившемся диспетчеру. После падения про сиденье ФИО1 ему ничего не говорила, сказала, что не удержалась. После этого ни он, ни она сиденья в салоне не поправляли. В этот же вечер сотрудники ГИБДД осматривали салон, в том числе крепления сидений, незакрепленных обнаружено не было. До рейса автобус, как обычно, осматривался механиком Г.А.М., в том числе он проверял выборочно крепление сидений. Если во время рейса обнаруживается, что сиденье в автобусе не закреплено, кондуктор должен об этом сообщить механику 

Помощник прокурора Ужурского района Красноярского края Мингачева Т.В. полагает исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению, однако сумму компенсации морального вреда с учетом требований разумности и справедливости следует взыскать в меньшем размере. 

Заслушав участвующих в деле лиц, исследовав представленные доказательства, заслушав заключение помощника прокурора, суд приходит к выводу об обоснованности исковых требований в силу следующих обстоятельств.

Как следует из статьи 209 Трудового кодекса Российской Федерации, под охраной труда понимается система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия.

В силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии с пунктом 3 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В силу статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя.

Пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее также ГК РФ) предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Из статьи 1064 ГК РФ следует, что вред, причиненный личности гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Статьей 151 ГК РФ предусмотрено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно статье 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда, в том числе, в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

На основании статьи 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии со статьей 1083 ГК РФ вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит. Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Таким образом, из содержания указанных норм права в их системной взаимосвязи следует, что моральный вред, причиненный повреждением здоровья гражданина в результате взаимодействия с источником повышенной опасности, в том числе, и в результате несчастного случая на производстве, должен быть компенсирован владельцем названного источника повышенной опасности, вне зависимости от наличия его вины в причинении вреда здоровью указанного гражданина и вне зависимости от наличия трудовых отношений между сторонами споров рассматриваемой категории, при этом, от указанной гражданско-правовой ответственности владелец соответствующего источника повышенной опасности может быть освобожден, только если докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Кроме того, названная обязанность возлагается на владельца источника повышенной опасности и в случае установления факта вины в рассматриваемом событии его работника.

По смыслу закона грубой неосторожностью потерпевшего - истца по делам рассматриваемой категории, в смысле, определенном статьей 1083 ГК РФ, могут быть признаны только такие неосторожные действия, либо бездействие, которые в значительной мере обусловили наступление соответствующего события или обусловили увеличение тяжести его последствий.

Судом установлено, что ФИО1 с 09.02.2017 по 29.07.2019 состояла в трудовых отношениях с Ужурским филиалом ГПКК «Краевое АТП». Так, приказом Ужурского филиала ГПКК «Краевое АТП» от 09.02.2017 №12-к ФИО1 принята в службу эксплуатации на должность кондуктора на 2 месяца. 09.02.2017 заключен срочный трудовой договор №865. В соответствие с приказом от 27.02.2017 №23-к трудовой договор оформлен как бессрочный, что также следует из дополнительного соглашения №1 к трудовому договору №865 от 09.02.2017 

Вводный инструктаж и первичный инструктаж на рабочем месте по технике безопасности ФИО1 прошла 09.02.2017, а также один раз в каждые последующие три месяца до 09.04.2018 проходила повторный инструктаж на рабочем месте, что подтверждается контрольным листом и журналами регистрации вводного инструктажа, регистрации инструктажа по охране труда на рабочем месте.

Согласно пункту 1.4 Инструкции по охране труда для кондукторов №26, утвержденной директором Ужурского филиала ГПКК «Краевое АТП» 20.01.2016, обеспечение здоровых и безопасных условий труда возлагается на работодателя.

Пунктом 3.5 Инструкции предусмотрено, что кондуктор должен предпринять меры для предотвращения падения в салоне автобуса (держаться за поручни, спинки сидений и т.п.).

Пунктом 3.2 должностной инструкции кондуктора автобуса, утвержденной директором Ужурского филиала ГПКК «Краевое АТП» 28.08.2015, установлено, что кондуктор обязан перед выездом на линию, принимая автобус, внимательно осмотреть его. В случае обнаружения неисправности дверей и подножек, внутренней сигнализации, освещения салона, отсутствия маршрутных указателей или несоответствия их маршруту, на который направляется автобус, а также в случае обнаружения грязных и испорченных сидений, разбитых и немытых стекол, не подметенного пола, грязного кузова, заявить об этом водителю для принятия мер к устранению. При приеме смены, а также при переводе на линии на другой автобус, например, в случае неисправности первого, произвести тщательный осмотр и приемку автобуса в соответствии с требованиями данной инструкции (пункт 4.11 инструкции).

В соответствии с пунктом 3 должностной инструкции водителя автобуса, утвержденной директором Ужурским филиалом ГПКК «Краевое АТП» 08.08.2015, водитель автобуса должен знать: обслуживаемый маршрут, места расположения остановок, опасные участки дороги, схемы объезда ремонтных участков, а так же расположения медицинских учреждений, заправочных и технических пунктов помощи на маршруте следования; правила перевозки пассажиров и багажа. 

21.08.2018 ФИО1 вышла на работу по графику с 14 часов 35 минут до 19 часов 05 минут, что подтверждается билетно-учетным листом № 3083 от 21.08.2018.

На основании путевого листа автобуса №2764 водитель ФИО4 и кондуктор ФИО1 в 14 часов 35 минут вышли на маршрутную линию на автобусе ПАЗ 4234, с государственным регистрационным знаком №.

Указанный автобус принадлежит на праве собственности ГПКК «Краевое АТП» с 24.12.2014, что подтверждается паспортом транспортного средства.

Во время разворота для выезда с территории Ужурского филиала ГПКК «Краевое АТП» и следования по маршруту автобус наехал на неровность, отчего автобус подбросило, и произошло падение на пол сидевшей на заднем пассажирском сиденье кондуктора ФИО1, что привело к получению ею травмы в виде компрессионного перелома позвоночника. 

По данному факту работодателем - Ужурским филиалом ГПКК «Краевое АТП», создана комиссия, проведено расследование несчастного случая с тяжелыми последствиями.

Как следует из протокола осмотра места несчастного случая - салона автобуса, травма получена при соприкосновении со штатным оборудованием (поручни, сиденья).

22.08.2018 ФИО4 пояснил комиссии, что 21.08.2018 кондуктор ФИО1 вошла в автобус, он начал движение с последующим разворотом для выезда с территории АТП. Он не закончил разворот, как услышал, что ФИО1 что-то кричит. Он остановился и спросил, что случилось, она сказала, что упала. Момент падения не видел. ФИО1 подошла и села на переднее сиденье. Он спросил, может ли она работать или нужно обратиться в «скорую», она сказала, что может работать. Автобус выехал на линию. На начальной остановке в автобус вошли пассажиры, но кондуктор не смогла их «обилетить», ссылаясь на то, что испытывает боль при передвижении по салону автобуса. Пассажиров попросили выйти, он на автобусе довез ФИО1 до станции скорой помощи, где ее осмотрели, с помощью фельдшера она дошла до машины скорой помощи и ее увезли в ЦРБ.

При опросе в хирургическом отделении районной больницы 22.08.2018 ФИО1 пояснила членам комиссии, что 21.08.2018 зашла в автобус, открыла люки и села на задние сидения. При развороте автобуса на территории упала, водитель продолжал движение. Она кричала, с трудом дошла до водителя, он предложил поехать в «скорую». Они доехали до «Искры», но она работать не смогла, поэтому они поехали в скорую помощь, откуда ее увезли в больницу.

В соответствии с актом о несчастном случае на производстве в действиях водителя автобуса ФИО4 нарушений законодательных и иных нормативных правовых и локальных нормативных актов, послуживших причиной несчастного случая с кондуктором ФИО1 не установлено. Нарушение пункта 3.5 Инструкции по охране труда для кондукторов №26, утвержденной директором Ужурского филиала 20.01.2016, предписывающего предпринять меры для предотвращения падения в салоне автобуса (держаться за поручни, спинки сидений и т.п.), ФИО1 не допущено. В то же время, в акте указано, что причиной несчастного случая явилась неосторожность пострадавшей, выразившаяся в том, что кондуктор ФИО1, сидя на заднем сидении, при развороте автобуса не удержалась руками за спинку и упала на пол автобуса. Должностные лица, допустившие нарушения законодательных и иных нормативных правовых и локальных нормативных актов, явившиеся причинами несчастного случая, отсутствуют. 

Доследственной проверкой СО по Ужурскому району ГСУ СК России по Красноярскому краю установлено, что причинами несчастного случая явилось то, что ФИО1 не удержалась за поручни, спинку сиденья при развороте автобуса и в результате собственной непредусмотрительности допустила падение. Тем самым, ФИО1 допустила нарушение пункта 3.5 Инструкции по охране труда для кондукторов №26, то есть не приняла мер для предотвращения падения в салоне автобуса (не держалась за поручни, спинки сидений и т.д.). Постановлением от 28.11.2018 в возбуждении уголовного дела в отношении специалиста по охране труда Ужурского филиала ГПКК «Краевое АТП» Н.П.А., водителя ФИО7 по признакам состава преступления, предусмотренного частью 1 статьи 143 УК РФ, отказано в связи с отсутствием в их действиях состава данного преступления.

В объяснениях ФИО1 от 01.11.2018, отобранных в ходе доследственной проверки, указано, что после того, как она прошла в автобус и села на задние сидения, ФИО5 стал разворачивать автобус и выезжать с территории АТП. Автобус двигался со скоростью около 5 км/ч, при этом на территории имеются ямы и кочки. В какой-то момент, видимо, ФИО4 заехал на кочку, она упала с пассажирских сидений и ударилась спиной и ягодицами, испытав при этом физическую боль. 

16.11.2018 опрошенный следователем ФИО4 пояснил, что в тот момент, когда он стал разворачивать автобус для выезда с территории АТП, услышал крик ФИО1 Он остановил автобус и, обернувшись, увидел, что ФИО1 находилась на коленях около задних пассажирских сидений и сказала ему, что упала. Как упала и ударилась, она ему не говорила. 

Постановлением инспектора ДПС группы ДПС ОГИБДД Отдела МВД России по Ужурскому району от 04.12.2018 производство по делу об административном правонарушении по части 2 статьи 12.24 КоАП РФ в отношении ФИО4 по факту падения ФИО1 во время движения автобуса прекращено в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

В объяснениях от 21.08.2019 инспектору ДПС группы ДПС ОГИБДД Отдела МВД России по Ужурскому району ФИО4 пояснил, что при развороте, так как на территории АТП присутствуют искусственные неровности (выбоины), в результате наезда на выбоину автобус качнуло, и он услышал крик кондуктора на задней площадке автобуса. Он остановился, на его вопрос ФИО1 пояснила, что упала и ударилась о сиденье автобуса. 

ФИО1 в объяснениях от 21.08.2019 сотруднику ГИБДД пояснила, что села на заднее сиденье автобуса, при развороте на территории АТП водитель допустил наезд на искусственные неровности, автобус подкинуло, и она, не удержавшись, упала с заднего сиденья автобуса на пол. Претензий по данному факту к водителю она не имеет, ей показалось, что она упала из-за того, что было не закреплено сиденье автобуса, на котором она сидела. 

В соответствие со схемой места совершения административного правонарушения, составленной с участием понятых инспектором ДПС ГДПС ОГИБДД ОМВД РФ по Ужурскому району 21.08.2018 в 20 часов 09 минут, на территории АТП на участке разворота автобуса, где произошло падение кондуктора, имеются выбоины.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля П.М.Г. показала, что занимает должность кондуктора Ужурского филиала ГПКК «Краевое АТП» на протяжении 5 лет. 21.08.2019 она была на подмене, диспетчер ей сообщила, что надо выйти на работу с ФИО5, поскольку ФИО1 упала. Ближе к 19 часам диспетчер их сняла с линии и направила на автобусе на территорию предприятия. Там были сотрудники ГИБДД, которые проводили осмотр, в том числе сотрудник зашел в автобус, стал дергать заднее сиденье, но неполадку не обнаружил. Она ему, шутя, сказала: «Не ломайте, нам еще работать», он сказал: «Странно, все нормально». 

Свидетель Г.А.М. показал, что занимает должность контролера технического состояния транспортных средств Ужурского филиала ГПКК «Краевое АТП». При проверке технического состояния ПАЗ 4234, государственный регистрационный знак №, замечаний не было. Территория предприятия имеет грунтовое дорожное покрытие, с небольшими неровностями. 21.08.2018 после несчастного случая с ФИО1 сотрудники ГИБДД проверяли состояние автобуса, замечаний также не было. Возможно, ФИО1 упала, поскольку не удержалась. Сиденья в автобусе состоят из железного каркаса и пластмассовых скоб, имеют 4 фиксатора. Сотрудники ДПС проверяли крепления пассажирских сидений, дергали выборочно задние сидения, незакрепленных не обнаружили.

Свидетель А.С.П. показал, что занимает должность слесаря Ужурского филиала ГПКК «Краевое АТП». Со слов других работников ему известно, что ФИО1 упала в автобусе. Сиденья держатся на раме, закрепленной саморезами, и защелкиваются на 4 пластмассовых крепления каждое. Чтобы снять сиденье с крепления, необходимо приложить усилия снизу вверх, чтобы «отщелкнуть» крепления. 

Свидетель М.Л.В. показала, что работает главным бухгалтером Ужурского филиала ГПКК «Краевое АТП». 21.08.2019 произошел несчастный случай с ФИО1. 22.08.2018 она и член профсоюза В., как представители комиссии по расследованию несчастного случая, посетили в больнице истицу с целью истребования у нее объяснений. ФИО1 рассказала, что, либо не удержалась, либо не держалась за спинку сиденья, точно не помнит. О том, что падение произошло, поскольку слетело сиденье, она не говорила.

Согласно диагностической карте от 19.06.2018 проведен технический осмотр автобуса ПАЗ 4234, с государственным регистрационным знаком №, в ходе которого установлено надежное крепление сидений (пункт 59 карты). 

Таким образом, несчастный случай с истицей произошел при эксплуатации источника повышенной опасности, принадлежащего ответчику - ГПКК «Краевое АТП».

Вина истицы в нарушении требований охраны труда не установлена. 

Суд не может согласиться с выводами, изложенными в акте Ужурского филиала ГПКК «Краевое АТП» о несчастном случае на производстве от 16.10.2018 и постановлении следователя СО по Ужурскому району ГСУ СК России по Красноярскому краю от 28.11.2018, о том, что причинами несчастного случая с ФИО1 явилась неосторожность пострадавшей, которая не удержалась за поручни, спинку сиденья при развороте автобуса. Как установлено судом и не опровергнуто стороной ответчика, истица при выполнении автобусом маневра сидела на сиденье, держалась за спинку рядом расположенного сиденья, то есть, ею были предприняты все возможные, доступные в тот момент и предписываемые Инструкцией по охране труда для кондукторов меры по предотвращению падения. Однако покрытие территории Ужурского филиала ГПКК «Краевое АТП», где автобус производил разворот, на тот момент имело неровности и выбоины, что повлекло подбрасывание автобуса и, вследствие этого, падение кондуктора с сиденья на пол, соответственно, причинение ей телесных повреждений. Ответственным за действия своих работников, за надлежащее состояние транспорта - источника повышенной опасности, и территории, где осуществляется движение автобусов, за безопасные условия труда кондуктора, является ответчик - ГПКК «Краевое АТП».

Вопреки доводам ответчика суд не усматривает в действиях истицы грубой неосторожности, так как никаких действий либо бездействия, которые в значительной мере обусловили наступление несчастного случая или обусловили увеличение тяжести его последствий, она не допустила, доказательств обратного суду не представлено.

Также суд не может согласиться с доводами истицы о том, что она упала вместе с сиденьем кресла, так как оно не было закреплено, поскольку эти доводы доказательствами не подкреплены.

В первых же своих объяснениях сотрудникам ГИБДД в день происшествия 21.08.2018 ФИО1 пояснила «Претензий по данному факту к водителю ФИО4 я не имею, мне показалось, что я упала из-за того, что было не закреплено сиденье т.с. автобуса, на котором я сидела». В последующих объяснениях: членам комиссии по расследованию несчастного случая на производстве, следователю, проводившему доследственную проверку, ФИО1 не говорила о незакрепленном сиденье автобуса. Предыдущие проверки, в том числе предрейсовая, проводившиеся работниками работодателя, и проверка после несчастного случая, проведенная сотрудниками ГИБДД, нарушений в креплении сиденья не обнаруживали. 

Поскольку нечастный случай с истицей произошел на производстве на транспорте ответчика вследствие необеспечения безопасных условий труда, суд приходит к выводу, что имеются основания для возложения на ответчика обязанности по компенсации морального вреда, причиненного истице производственной травмой. 

Согласно заключению эксперта № 411 от 31.10.2018 в результате падения у ФИО1 имелось телесное повреждение в виде 

<

данные изъяты>). Это повреждение возникло в результате действия твердого тупого предмета (предметов) или при ударе о таковой (таковые), в том числе при соударении о выступающие части салона автотранспортного средства в условиях ДТП. В соответствие с пунктом 27 приказа МЗиСР № 194Н определить тяжесть вреда здоровью не представляется возможным ввиду неясности исхода. Однако согласно пункту S22.0.0. Информационного письма МЗРФ и ФССРФ № 2510/9362-34 от 21.02.2000 ориентировочные сроки нетрудоспособности при 

<

данные изъяты>, составляет 145-160 суток. В соответствие с пунктом 7.1 приказа МЗиСР №194Н период временной нетрудоспособности, превышающий 21 день, отнесен к критериям квалифицирующего признака длительного расстройства здоровья. По указанному признаку длительное расстройство здоровья в соответствие с пунктом 4.Б постановления Правительства Российской Федерации №522 квалифицируется как вред здоровью средней тяжести. 

Выписным эпикризом подтверждается, что ФИО1 находилась на лечении в хирургическом отделении Ужурской ЦРБ с 21.08.2018 по 30.08.2018 с диагнозом 

<

данные изъяты>. С 31.08.2018 по 11.01.2019, со 02.03.2019 по 24.04.2019 истица находилась на амбулаторном лечении, что подтверждается листами нетрудоспособности.

Принимая во внимание обстоятельства дела, степень причиненных истице физических страданий и нравственных переживаний в связи с повреждением здоровья, характер полученной травмы, длительность лечения и последствия травмы, лишение в связи с получением травмы возможности вести привычный образ жизни, степень вины ответчика в причинении вреда здоровью ФИО1, а также учитывая требования разумности и справедливости, суд приходит к выводу о взыскании в ее пользу компенсации морального вреда в размере 50000 рублей.

Оснований для взыскания компенсации морального вреда в размере, заявленном истицей, суд не находит по указанным выше причинам.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, 

Р Е Ш И Л:

исковые требования ФИО1 к государственному предприятию Красноярского края «Краевое автотранспортное предприятие» о компенсации морального вреда удовлетворить. 

Взыскать в пользу ФИО1 с государственного предприятия Красноярского края «Краевое автотранспортное предприятие» компенсацию морального вреда в размере 50000 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд через Ужурский районный суд Красноярского края в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий Л.А. Макарова 

Мотивированное решение составлено 06 декабря 2019 года.