Судья ФИО3 №

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

<

адрес> 22 мая 2024года

Костромской областной суд в составе:

председательствующего судьи ФИО24,

при секретаре ( помощнике судьи) ФИО4

с участием прокурора отдела прокуратуры 

<

адрес> ФИО5, осужденного ФИО1, защитника – адвоката ФИО8, представителя гражданского ответчика ФИО16, потерпевших ФИО15, Потерпевший №4, Потерпевший №3

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционной жалобе адвоката ФИО8 в интересах осужденного ФИО1, апелляционному представлению государственного обвинителя ФИО10 на приговор Костромского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, 

заслушав доклад судьи ФИО24, доложившей материалы дела, выступления адвоката ФИО8, представителя гражданского ответчика ФИО16, осужденного ФИО1, поддержавших доводы, изложенные в апелляционной жалобе и представлении, прокурора ФИО5, поддержавшей доводы апелляционного представления, потерпевших Потерпевший №4, ФИО15, Потерпевший №3 согласившихся с приговором суда

установила:

Приговором Костромского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, женатый, имеющий двоих малолетних детей, не судимый,

признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 264 ч. 3 УК РФ, к наказанию в виде 2 лет лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 2 года, с отбыванием наказания в колонии-поселении. 

Срок отбывания наказания в виде лишения свободы постановлено исчислять со дня прибытия ФИО1 в колонию-поселение.

В срок лишения свободы зачтено время содержания под стражей в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ из расчета один день содержания под стражей за два дня отбывания наказания в колонии-поселении. 

В срок лишения свободы подлежит зачету время следования в колонию-поселение из расчета один день за один день. 

Мера пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставлена прежняя– запрет определенных действий в виде запрета управления автомобилем и иным транспортным средством, с возложением обязанности своевременно являться по вызову следователя или суда.

На основании ст. 44 ч.5 УПК РФ прекращено производство по гражданским искам Потерпевший №3, ФИО15, Потерпевший №4, Потерпевший №2, Потерпевший №1 к ФИО1 о возмещении морального вреда в связи с отказом их от иска.

Решена судьба вещественных доказательств.

Приговором суда, ФИО1 признан виновным в том, что ДД.ММ.ГГГГ около 11 часов, управляя автомобилем «Mercedes-Benz ML 300 4MA» г.р.з. О 298 ЕО 44 совершил столкновение с задней левой частью кузова двигавшегося впереди в попутном направлении автомобиля «ГАЗ 3009В1» г.р.з. В 708 МЕ 37, после чего совершил выезд на полосу встречного движения, где совершил столкновение с двигавшимся во встречном направлении автомобиля «Renault Laguna» г.р.з. О 496 ТМ 44 под управлением Потерпевший №4

В результате допущенных ФИО1 нарушений Правил дорожного движения РФ, повлекших столкновение транспортных средств, несовершеннолетнему ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ г.р., причинен тяжкий вред здоровью, который находятся в прямой причинной связи с наступлением ДД.ММ.ГГГГ в медицинском учреждении смерти ФИО6, малолетней ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ г.р., Потерпевший №3, Потерпевший №4, причинен тяжкий вред здоровью.

Преступление совершено ФИО1 при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре. 

В апелляционной жалобе защитник – адвокат ФИО8 выражает несогласие с приговором в части назначенного наказания. 

Обращает внимание, что в судебном заседании все потерпевшие заявили ходатайство о прекращении уголовного преследования в отношении подсудимого ФИО9, однако суд отказал в прекращении уголовного дела. При этом материалы уголовного дела представлены объективные доказательства, для прекращения уголовного дела. Таким образом, полагает, что суд обязан не просто констатировать наличие или отсутствие указанных в законе оснований для прекращения уголовного дела, а принять справедливое и мотивированное решение с учетом всей совокупности данных, в том числе конкретные действия, предпринятые лицом для возмещения ущерба или иного заглаживания причиненного преступлением вреда, изменение степени общественной опасности деяния вследствие таких действий, личность виновного, а также обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.

Считает, что несмотря на наличие совокупности смягчающих обстоятельств, ходатайств потерпевших о прекращении уголовного дела, суд ошибочно не нашел оснований для замены наказания в виде лишения свободы принудительными работами в порядке ст. 53.1 ч.2 УК РФ, а также для применения положений ст. ст. 64,73 УК РФ.

Указывает, что для полной компенсации материального и морального ущерба потерпевшим, подсудимым ФИО1 были получены заемные денежные средства и, находясь в местах лишения свободы, эти деньги придется возвращать жене ФИО25, что является для нее непосильным обязательством. Однако данное обстоятельство осталось без внимания и не мотивировано в приговоре.

Обращает внимание, что ФИО1 впервые совершил преступление средней тяжести, ранее не судим, вину в совершенном преступлении признал полностью и в содеянном раскаялся.

В месте с тем, указывает, что автомашину ФИО1 выбросило на встречную полосу, после столкновения с ГАЗелью. Он предпринимал все зависящие от него меры предотвращения ДТП, в том числе и торможение, что подтверждается заключением видео технической экспертизы.

Маневр обгон ФИО25 не совершал, что свидетельствует, что он не производил каких - умышленных действий по управлению транспортным средством для выезда на встречную полосу движения.

Полагает, что назначенное ФИО1 наказание является чрезмерно суровым.

Просит приговор изменить, применить к ФИО1 положения ст.73 УК РФ. 

В апелляционном представлении прокурор района ФИО10 выражает несогласие с приговором в части назначенного наказания. 

Указывает, что из материалов уголовного дела, в том числе, из показаний осужденного ФИО1, свидетеля Свидетель №6 следует, что после совершения дорожно-транспортного происшествия осужденный помогал пострадавшим в автомашине «Renault Laguna», в том числе доставал младенца из салона. Вместе с тем, помощь потерпевшим суд не признал в качестве смягчающего обстоятельства и никак не мотивировал приговоре.

Просит приговор Костромского районного суда 

<

адрес> изменить, признать в качестве смягчающего наказание обстоятельства на основании п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ оказание помощи потерпевшим непосредственно после совершения преступления. 

Изучив материалы дела, проверив доводы апелляционной жалобы и апелляционного представления, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что постановленный приговор является законным, обоснованным и мотивированным.

Вина ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, установлена собранными по делу доказательствами, а именно показаниями потерпевших Потерпевший №4, Потерпевший №3, законного представителя малолетней потерпевшей ФИО7- ФИО15, потерпевших Потерпевший №1 и Потерпевший №2, свидетелей Свидетель №5, Свидетель №3, Свидетель №1, Свидетель №6, Свидетель №7, Свидетель №8, Свидетель №9, протоколом осмотра места дорожно-транспортного происшествия, протоколами осмотра транспортных средств, заключениями экспертиз, протоколами осмотров предметов, вещественными и другими доказательствами, подробное содержание которых приведено в приговоре.

Совокупность приведенных в приговоре доказательств проверена и исследована в ходе судебного следствия, суд дал им надлежащую оценку и привел мотивы, по которым признал их достоверными, соответствующими установленным фактическим обстоятельствам дела, а также указал основания, по которым он принял эти доказательства.

В соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ каждое из доказательств оценено с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а их совокупность обоснованно признана судом достаточной для разрешения уголовного дела.

Суд апелляционной инстанции исследовал доводы стороны защиты о том, что все потерпевшие, за исключением Потерпевший №4 не были пристегнуты ремнями безопасности, что по мнению защиты подтверждается фотографией салона автомашины ( т.1 л.д.38) и отвергает их как несостоятельные, так как они опровергаются показаниями потерпевших Потерпевший №4, Потерпевший №3, ФИО15, пояснявших, что все пассажиры автомашины были пристегнуты ремнями безопасности, не доверять данным показаниям нет никаких оснований, фотография заднего ряда сидений автомашины, показания потерпевших не опровергает, так как сделана была уже после извлечения потерпевших из машины.

Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы защитника адвоката ФИО8 именно ввиду несоблюдения ФИО1 требований Правил дорожного движения, произошло дорожно-транспортное происшествие, повлекшее смерть одного потерпевшего и причинение тяжкого вреда здоровью троим потерпевшим.

В связи с вышеизложенным суд апелляционной инстанции отвергает как несостоятельные довода апелляционной жалобы защитника о том, что ФИО1 предпринимались все зависящие от него меры предотвращения ДТП.

Судебное следствие проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона с предоставлением возможности сторонам в равной степени реализовать свои процессуальные права.

Исследовав и оценив доказательства в их совокупности, суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела, пришел к верному выводу о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления и верно квалифицировал его действия по ч. 3 ст. 264 УК РФ - как нарушение лицом, управляющим автомобилем, Правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека и смерть человека, указав в приговоре мотивы принятого решения и выводы об обоснованности такой квалификации.

Вместе с тем, как следует из предъявленного обвинения, при описании содеянного не указано, в чем выразилось нарушение ФИО1 п.1.4 Правил дорожного движения, в соответствии с которым на дорогах установлено правостороннее движение транспортных средств. Учитывая изложенное нарушение п.1.4 Правил дорожного движения РФ подлежит исключению из приговора при описания преступного деяния.

Исключение из описательно-мотивировочной части приговора указания о нарушении ФИО1 требований п.п.1.4 Правил дорожного движения не является основанием для смягчения назначенного ему наказания, поскольку внесение изменений в приговор не является уменьшением объема действий, находящихся в причинно-следственной связи с наступившими преступными последствиями. 

Согласно протоколу судебного заседания судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст. ст. 273 - 291 УПК РФ, заявленные сторонами ходатайства разрешены в соответствии с требованиями закона, принятые по ходатайствам решения мотивированы, каких-либо сведений о нарушении принципов равенства и состязательности сторон, предвзятом отношении председательствующего в той или иной стороне не имеется. 

Как указано в ст. 6, ч. 2 ст. 43 УК РФ, суду надлежит выполнять требования ст. 60 УК РФ о назначении виновным справедливого наказания, которое должно соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, личности виновного, в том числе подлежат учету обстоятельства, влияющие на размер наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

При назначении ФИО1 основного и дополнительного наказания суд учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, которое совершено по неосторожности и относится к категории средней тяжести, данные о личности виновного, который характеризуется положительно, трудоустроен, имеет семью.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд правильно признал в соответствии с ч.1 ст.61 УК РФ добровольное возмещение всем потерпевшим в полном объеме вреда причиненного в результате преступления, наличие на иждивении двоих малолетних детей;

в соответствии с ч.2 ст.61УК РФ признание вины и раскаяние в содеянном, получение самим виновным и его ребенком телесных повреждений в результате ДТП.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что судом учтены все смягчающие наказание обстоятельства и данные о личности ФИО1

Иных смягчающих обстоятельств, предусмотренных ч. 1 ст. 61 УК РФ и подлежащих обязательному учету при назначении наказания, в том числе, о которых ведется речь в апелляционной представлении прокурора, а именно оказание иной помощи потерпевшей непосредственно после совершения преступления, в той мере, в которой это могло быть признано обстоятельством, смягчающим наказание, предусмотренным п. "к" ч. 1 ст. 61 УК РФ, нет. 

Факт того, что ФИО1 достал малолетнюю ФИО26 ДД.ММ.ГГГГ года рождения из салона поврежденного автомобиля и передал ее свидетелю Свидетель №7, не может расцениваться в качестве такового. 

В силу положений пункта 2.6 Правил Дорожного движения дорожного движения, утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1090 если в результате дорожно-транспортного происшествия погибли или ранены люди, водитель, причастный к нему, обязан: принять меры для оказания первой помощи пострадавшим, вызвать скорую медицинскую помощь и полицию, таким образом, оказание помощи потерпевшим является специальной обязанностью ФИО1 как водителя транспортного средства причастного к ДТП, предусмотренной Правилами дорожного движения, невыполнение которого влечет административную ответственность по ч.1 ст.12.27 КоАП РФ. 

Учитывая конкретные обстоятельства дела и данные о личности виновного, суд пришел к правильному выводу о том, что цели наказания в отношении ФИО1 могут быть достигнуты лишь в условиях изоляции от общества и обоснованно назначил ему наказание в виде лишения свободы с применением ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Несмотря на наличие смягчающих наказание обстоятельств, их совокупность не являлась исключительной и существенным образом не снизила общественную опасность содеянного, в связи с чем наказание, назначенное осужденному в виде лишения свободы, нельзя признать несправедливым. 

При этом суд в полной мере обосновал невозможность применения ст.73 УК РФ при назначении наказания в виде лишения свободы, с учетом характера совершенного преступления, сведений о личности осужденного и всех обстоятельств дела. Новых обстоятельств, свидетельствующих о необходимости изменения приговора в данной части и применения к осужденному при назначении наказания положений ст.73 УК РФ, стороной защиты не приведено, не усматривает их и суд апелляционной инстанции.

Учитывая фактические обстоятельства дела, степень общественной опасности преступления, а также закрепленный в ст. 6 УК РФ принцип справедливости назначенного наказания, совокупность указанных обстоятельств в их взаимосвязи с целями наказания и его неотвратимостью, в данном конкретном случае, суд апелляционной инстанции не находит оснований как для назначения условного наказания, с применением ст. 73 УК РФ, так и для возможности применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ и изменения категории преступления на менее тяжкую, либо применения положений ст.53.1 УК РФ.

Суд апелляционной инстанции считает, что назначенное осужденному наказание не является чрезмерно суровым, соответствует целям восстановления социальной справедливости, исправления осужденного, предупреждения совершения им новых преступлений, является справедливым и соразмерным содеянному, поэтому оснований для изменения вида или сокращения срока наказания не имеется.

Вопреки доводам стороны защиты, нарушений уголовно-процессуального и уголовного закона при отказе в удовлетворении ходатайства потерпевших о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1 в связи с примирением не допущено.

Согласно рекомендациям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 25 "О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения", прекращение уголовного дела о преступлении, предусмотренном ст.264 УК РФ, за примирением сторон является правом, а не обязанностью суда и, принимая такое решение, суд должен всесторонне исследовать характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности подсудимого, иные обстоятельства дела, а также оценить, соответствует ли решение целям и задачам защиты прав и законных интересов личности, общества и государства.

Как видно из приговора, суд первой инстанции принял решение в соответствии с указанными рекомендациями, учел обстоятельства инкриминируемого деяния, наступившие последствия, позицию потерпевшей стороны, меры, принятые к заглаживанию вреда, а также данные о личности подсудимого и пришел к правильному выводу о том, что все эти обстоятельства в совокупности не свидетельствует о снижении его общественной опасности и объективно указывают на необходимость назначения виновному наказания в целях исправления.

Сведения же о заглаживании осужденным причиненного вреда путем выплаты денежных средств в размере 7 миллионов рублей и принесении им извинений, которые были исследованы в суде, сами по себе не свидетельствуют о безусловной необходимости удовлетворения ходатайств потерпевших, осужденного и защитника о прекращении уголовного дела за примирением сторон.

Учитывая все установленные сведения в совокупности, суд пришел к обоснованному выводу, что прекращение уголовного дела в отношении ФИО25 в связи с примирением с потерпевшими целям и задачам защиты прав и законных интересов личности, общества и государства соответствовать не будет, так как объектом преступного посягательства, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, является не только безопасность дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, но и общественные отношения, гарантирующие неприкосновенность жизни любого человека, а не только потерпевших по делу.

Общественная опасность содеянного заключается в причинении вреда интересам государства и общества в сфере эксплуатации транспортных средств, являющихся источником повышенной опасности, а также нарушение основополагающего права человека на жизнь, закрепленного в ст. 2 и ч. 1 ст. 20 Конституции Российской Федерации, то есть важнейшее, бесценное, охраняемое законом благо, непреходящая общечеловеческая ценность, утрата которой необратима и невосполнима.

Очевидно, что само по себе возмещение вреда потерпевшим, никоим образом не может устранить наступившие последствия, снизить степень общественной опасности содеянного, заключающуюся в гибели малолетнего ребенка либо иным образом свидетельствовать о заглаживании вреда, причиненного как дополнительному, так и основному объекту преступного посягательства.

По этой причине отсутствие лично у потерпевших, законных представителей потерпевших претензий к ФИО1, а также их субъективные мнения о полном заглаживании им вреда, не могли быть единственным подтверждением такого снижения степени общественной опасности преступления, которое действительно позволило бы суду освободить ФИО1 от уголовной ответственности.

При этом следует отметить, что мнение потерпевших, законных представителей потерпевших, не настаивавших на строгом наказании ФИО1, не является обязательным для суда, поскольку по смыслу закона потерпевший не обладает правом определять пределы возлагаемой на виновное лицо уголовной ответственности и наказания.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Определении от ДД.ММ.ГГГГ N 2053-0, положения ст. 6 УК РФ о соблюдении принципа справедливости при назначении наказания во взаимосвязи с законоположениями ст. 60 УК РФ не называют мнение потерпевшего в числе обстоятельств, учитываемых при назначении наказания, поскольку обязанность государства обеспечивать права потерпевших от преступлений не предполагает наделение их правом определять необходимость осуществления публичного уголовного преследования в отношении того или иного лица, а также пределы возлагаемой на это лицо уголовной ответственности и наказания - такое право в силу публичного характера уголовно-правовых отношений принадлежит только государству в лице его законодательных и правоприменительных органов; вид и мера ответственности лица, совершившего правонарушение, должны определяться, исходя из публично-правовых интересов, а не частных интересов потерпевшего.

Вид исправительного учреждения назначен в соответствии с п. "а" ч. 1 ст. 58 УК РФ. 

Зачет времени содержания под стражей и время следования к месту отбывания наказания произведены верно.

Нарушений уголовно-процессуального закона судом при рассмотрении дела допущено не было, оснований для изменения или отмены приговора не имеется. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.389.20, 389.28 УПК РФ суд

постановил:

Приговор Костромского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 изменить:

исключить из приговора указание на нарушении ФИО1 пункта 1.4 Правил дорожного движения в РФ, в остальном приговор оставить без изменения, апелляционные жалобу и представление – без удовлетворения.

Апелляционное постановление и приговор вступают в законную силу со дня вынесения апелляционного постановления и могут быть обжалованы в кассационном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции, постановивший приговор, в течение шести месяцев со дня вступления их в законную силу.

В случае пропуска осужденным указанного срока или отказа в его восстановлении - путем подачи кассационной жалобы непосредственно в суд кассационной инстанции. 

В случае подачи кассационной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий судья: ФИО24