Дело № 2-433/2018

№ 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

с. Краснотуранск 19 ноября 2018 года

Краснотуранский районный суд Красноярского края в составе:

Председательствующего федерального судьи Швайгерт А.А.

При секретаре: Черкасовой С.Г.

С участием: помощника прокурора Краснотуранского района Рамишвили Е.В., истицы ФИО1, представителя истца ФИО2, представителей ответчика ФИО3 и ФИО4

Рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к муниципальному казенному учреждению «Технологический центр» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и денежной компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, действуя через представителя по доверенности ФИО2, обратилась в суд с исковыми требованиями, с учетом их уточнения в порядке ст. 39 ГПК РФ, к МКУ «Технологический центр» о признании незаконным и отмене приказа № 139-л.с. от 12.09.2018 г., восстановлении в МКУ «Технологический центр» на работе в должности уборщика служебных помещений, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула за период с 13.09.2018 г. по день восстановления на работе и взыскании денежной компенсации морального вреда в размере 100000 руб. (том 1 л.д. 5-7).

Требования мотивированы тем, что 01.09.2017 г. она (истица) была принята ответчиком на работу на должность уборщика служебных помещений. В период работы нареканий относительно выполнения должностных обязанностей со стороны ответчика в адрес истицы, не было. С 13.09.2018 г. истица согласно приказу № 139-л.с. от 12.09.2018 г. была уволена по основаниям, предусмотренным п. 7 ч. 1 ст. 77 ТК РФ. При этом фактически ответчиком условия труда не изменялись, объем выполняемой работы также не менялся. В связи с потерей работы истица испытывала нравственные и физические страдания, так при отсутствии постоянного заработка и средств на содержание детей, она была вынуждена брать в долг денежные средства.

От представителя ответчика – директора МКУ «Технологический центр» ФИО4 в суд поступили письменные возражения, в которых она просит отказать в удовлетворении заявленных требований по тем основаниям, что 12.07.2018 г. ФИО1 было зачитано уведомление об изменении определенных сторонами условий трудового договора по инициативе работодателя при продолжении работы без изменения трудовой функции, а именно в изменении оплаты труда: о сокращении до 0.5 ставки уборщика служебных помещений, уменьшение ставки связано с организационными причинами - перераспределение нагрузки,от подписи о вручении уведомления, истица отказалась, о чем был составлен акт. 09.07.2018 г. был издан приказ по учреждению № 11-о.д от 09.07.2018 г. «Об утверждении норм по уборке помещений», где определена норма на должность уборщика служебных помещений устанавливается из расчета на 1 единицу ставки 500 кв.м. убираемой площади. Согласно трудового договора местом работы работника является здание МБУК «Краснотуранский РДК, помещение Кортузской СБФ № 9, площадь которого составляет 128.8 кв.м. От продолжения работы в новых условиях работник ФИО1 (истица) отказалась и была уволена по пункту 7 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации и трудовой договор был расторгнут. Увольнение произведено правомерно с соблюдением предусмотренного Трудовым кодексом Российской Федерации порядка уведомления и расторжения трудового договора (том 2 л.д. 11).

Определением суда от 30.10.2018 г. к участию в деле в качестве третье лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора со стороны ответчика, привлечена администрация Краснотуранского района Красноярского края (том 2 л.д. 3 оборотная сторона).

В судебном заседании истица ФИО1 и её представитель, действующая на основании доверенности от 06.09.2018 г. (том 1 л.д. 13), ФИО2 уточненные исковые требования поддержали в полном объеме по основаниям, изложенным в иске и, дали суду пояснения, аналогичные доводам, изложенным в исковом заявлении. Добавив, что размер денежной компенсации морального вреда был определен произвольно, но при этом учитывались переживания истицы, так как она (истица) находится в разводе с отцом малолетних детей, который никакого участия в материальном содержании детей не осуществляет, и потеряв работу истица вынуждена была осуществлять заем средств у различных людей, в том числена содержание своих детей. Дополнительного соглашения о внесении изменений в трудовой договор ей не предоставляли.

Представитель ответчика – директор МКУ «Технологический центр» ФИО4 возражала относительно удовлетворения заявленных исковых требований и по основаниям, изложенным в письменных возражениях, добавив, что работодателем было принято решение о распределении нагрузки на работников центра, так как уборщики служебных помещений имели различные площади на которых производили уборку. В связи с чем работодателем было принято решение и издан приказ, согласно которому на ставку уборщика помещений площадь убираемой территории должна составлять 500 кв. м. У кого данная площадь меньше то и оплата должна была уменьшаться. Об этом была уведомлена истица (ФИО1) которая подписывать уведомление, а также и приказ об её увольнении отказывалась, хотя ей все разъяснялось.

Представитель ответчика, действующая на основании доверенности (том 1 л.д. 172), ФИО3 возражала относительно удовлетворения заявленных исковых требований и по основаниям, изложенным в письменных возражениях.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора – администрация Краснотуранского района Красноярского края была извещена о времени и месте рассмотрения дела по существу по правилам ст. 113 ГПК РФ. В судебное заседание представителя не направило. От представителя ФИО5 в суд поступило заявление в котором просит дело рассмотреть без его участия (том 2 л.д. 14). В соответствии с положениями ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации злоупотребление правом не допускается. Согласно ч. 1 ст. 35 ГПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами. Кроме того суд учитывает положения п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ N 5 от 10.10.2003 г. «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации». Из п. 1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод следует то, что каждый имеет право на судебное разбирательство в разумные сроки. По смыслу ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических прав лицо само определяет объем своих прав и обязанностей в гражданском процессе. Распоряжение своими правами является одним из основополагающих принципов судопроизводства. Поэтому неявка лиц, извещенных в установленном порядке о времени и месте рассмотрения дела, является их волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в судебном разбирательстве и иных процессуальных прав. В соответствии со ст.ст. 167 ГПК РФ судом было принято решение о рассмотрении дела без его участия.

Выслушав стороны, допросив свидетелей, исследовав и проанализировав материалы дела, заслушав заключение помощника прокурора Краснотуранского района Рамишвили Е.В., сделавшего вывод об удовлетворении исковых требований по тем основаниям, что стороной ответчика при увольнении истицы не были соблюдена процедура увольнения, а также ответчиком не представлено доказательств, что были осуществлены организационные или технологические условия труда истицы, суд приходит к следующему.

В статье 37 Конституции Российской Федерации закреплено, что труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию (часть 1). Принудительный труд запрещен (часть 2). Каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, а также право на защиту от безработицы (часть 3).

В соответствии со ст. 3 Трудового кодекса РФ никто не может быть ограничен в трудовых правах и свободах или получать какие-либо преимущества независимо от пола, расы, цвета кожи, национальности, языка, происхождения, имущественного, семейного, социального и должностного положения, возраста, места жительства, отношения к религии, политических убеждений, принадлежности или непринадлежности к общественным объединениям, а также от других обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника.

Статья 21 Трудового кодекса РФ предусматривает, что работник имеет право в том числе на: заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами; предоставление ему работы, обусловленной трудовым договором. Работник обязан: добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка; соблюдать трудовую дисциплину; выполнять установленные нормы труда.

Согласно статье 22 ТК РФ работодатель обязан, в том числе: соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, условия трудового договора; предоставлять работникам работу, обусловленную трудовым договором; исполнять иные обязанности, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и трудовыми договорами.

По общим правилам трудового законодательства права и обязанности, возникшие на основании трудового договора, сохраняются до его прекращения.

Из пояснений сторон, показаний свидетелей ФИО6 и ФИО9, а также исследованных в судебном заседании трудовой книжки на имя ФИО1 (том 1 л.д. 190-194), приказа о приеме работника на работу № 59-л.с. от 01.09.2017 г. (том 1 л.д. 22) и трудового договора № 58 от 01.09.2017 г. (том 1 л.д. 23-25) судом установлено, что 1 сентября 2017 года между сторонами заключен трудовой договор, в соответствии с которым ФИО1 (истица) принята на работу в МКУ «Технологический центр» (ответчик) на должность уборщика служебных помещений МКУ «Технологический центр» на 0,75 ставки, её (истицы) рабочее место находится в помещении Кортузской СБФ № 9, расположенной в здании МБУК «Краснотуранский РДК» расположенное по адресу: 

<

адрес>, с установлением пятидневной 21,5-часовой рабочей недели с выходными днями - суббота и воскресенье.

В соответствии с дополнительным соглашением № к трудовому договору от 09.01.2018 года в трудовой договор № от 01.09.2017 года внесены изменения, согласно которым за выполнение трудовых обязанностей, работнику ФИО1 устанавливается должностной оклад в размере 2552 руб. Все остальные положения трудового договора остаются без изменений (том 1 л.д. 26).

9 июля 2018 года директором МКУ «Технологический центр» ФИО4 издан приказ № 11-о.д. «Об утверждении норм по уборке служебных помещений» согласно которому, должность уборщик служебных помещений устанавливается из расчета на 1 единицу ставки 500 кв. м. убираемой территории (том 1 л.д. 166).

Из представленной стороной ответчика безномерной письменной справки, предоставленной 14.09.2018 г. главой Кортузского сельсовета (том 1 л.д. 167) следует, что в здании Кортзуского СДК по адресу: 

<

адрес> занимает Кортузская сельская библиотека филиал № 9. 

Из пояснений сторон, показаний свидетелей ФИО7 и ФИО8, а также исследованных в судебном заседании уведомления об изменении определенных условий трудового договора (том 1 л.д. 168) и безномерного Акта об отказе работника подписать, составленного 12.07.2018 г. (том 1 л.д. 169), судом также, установлено, что работодатель (ответчик) в лице директора ФИО4 пыталась вручить для ознакомления работнику ФИО1 (истица) указанное уведомление, а также в устном порядке уведомила последнюю об изменении существенных условий трудового договора №, в соответствии с которыми истица уведомлена о том, что изменения произойдут в условиях оплаты труда, а именно о переводе её на 0,5 ставки уборщика служебных помещений. 

13 сентября 2018 г. ФИО1 (истица) была уволена в соответствии с пунктом 7 части 1 статьи 77 ТК РФ. При этом, основанием увольнения послужил приказ № 10 от 06.07.2018 г. «Об изменении структуры и сокращении штата», письменное уведомление от 12.07.2018 г. Истица отказалась подписать приказ № 139-л.с. от 12.09.2018 г. об её увольнении и в этот же день ей была выдана трудовая книжка, что не оспаривается сторонами и следует как из показаний вышеуказанных свидетелей, так и исследованных в судебном заседании приказа № 139-л.с. (том 1 л.д. 170) и Акта об отказе работника от ознакомления с приказом о расторжении трудового договора (том 1 л.д. 171). 

Согласно п. 7 ч. 1 ст. 77 ТК РФ основаниями прекращения трудового договора являются, в том числе отказ работника от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора (ч. 4 ст. 74 ТК РФ).

В соответствии с ч. ч. 1 - 4 ст. 74 ТК РФ в случае, когда по причинам, связанным с изменением организационных или технологических условий труда (изменения в технике и технологии производства, структурная реорганизация производства, другие причины), определенные сторонами условия трудового договора, не могут быть сохранены, допускается их изменение по инициативе работодателя, за исключением изменения трудовой функции работника.

О предстоящих изменениях определенных сторонами условий трудового договора, а также о причинах, вызвавших необходимость таких изменений, работодатель обязан уведомить работника в письменной форме не позднее, чем за два месяца, если иное не предусмотрено ТК РФ.

Если работник не согласен работать в новых условиях, то работодатель обязан в письменной форме предложить ему другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.

В соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ в пункте 21 Постановления N 2 от 17.03.2004 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», дано разъяснение о том, что разрешая дела о восстановлении на работе лиц, трудовой договор с которыми был прекращен по пункту 7 части первой статьи 77 Кодекса (отказ от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора), либо о признании незаконным изменения определенных сторонами условий трудового договора при продолжении работником работы без изменения трудовой функции (статья 74 ТК РФ), необходимо учитывать, что исходя из статьи 56 ГПК РФ работодатель обязан, в частности, представить доказательства, подтверждающие, что изменение определенных сторонами условий трудового договора явилось следствием изменений организационных или технологических условий труда, например изменений в технике и технологии производства, совершенствования рабочих мест на основе их аттестации, структурной реорганизации производства, и не ухудшало положения работника по сравнению с условиями коллективного договора, соглашения. При отсутствии таких доказательств прекращение трудового договора по пункту 7 части первой статьи 77 Кодекса или изменение определенных сторонами условий трудового договора не может быть признано законным.

Пленум Верховного Суда РФ в своем постановлении № 2 от 17.03.2004 года (в действующей редакции) «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснил, что при разрешении дел о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдения установленного порядка увольнения возлагается на работодателя. 

В силу п. 60 Постановлении Пленума Верховного Суда РФ N 2 от 17 марта 2004 года (в действующей редакции) «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», работник, уволенный без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения, подлежит восстановлению на прежней работе.

Из пояснений директора ФИО4, следует, что основанием издания приказа № 11-о.д. от 09.07.2018 г. послужила необходимость перераспределения нагрузки на уборщиков служебных помещений. При этом, определение нагрузки на уборщиков служебных помещений, а как следствие основания уменьшения оплаты труда, послужила необходимость учета площадей, которые убирают уборщики служебных помещений и приведение их к единообразию. Руководствовался же работодатель при этом типовыми нормами обслуживания, установленными институтом труда в 2014 г. и которые носят рекомендательный, а не обязательный характер (том 2 л.д. 16-27).

Из анализа представленных сторонами доказательств суд приходит к выводу о том, что по сути приказ № 11-о.д. от 09.07.2018 г. не содержит основания изменения организационных или технологических условий труда, выполняемого истицей, в том понимании, которое законодателем заложено и содержится в вышеуказанных нормах трудового права.

Кроме того, вышеуказанным трудовым договором не предусмотрен конкретный объем убираемых истицей служебных помещений, а предусмотрено лишь конкретное рабочее место, время работы и размер оплаты труда.

В представленном же стороной ответчика 12.07.2018 г. истице, а в дальнейшем и суду, вышеуказанном письменном уведомлении о предстоящем изменении условий трудового договора (том 1 л.д. 168), работодателем (ответчиком) истица информировалась только о том, что предусмотрено лишь изменение оплаты её труда, а именно её снижение с 0,75 ставки до 0,5 ставки и ничего не говорится об изменении организационных или технологических условий труда, выполняемого истицей, также ничего не говорится о причинах, вызвавших необходимость таких изменений.

Также стороной ответчика не представлено суду доказательств того, что было подготовлено и представлено истице дополнительное соглашение к вышеуказанному трудовому договору № от 01.09.2018 г., которым бы могли быть внесены изменения в основные условия (в том числе по оплате труда) указанного трудового договора.

Кроме того, в приказе № 139-л.с. в качестве оснований увольнения истицы, работодателем (ответчиком) на ряду с письменным уведомлением от 12.07.2018 г. указан приказ № 10 от 06.07.2018 г. «Об изменении структуры и сокращении штата», тогда как из пояснений сторон и представленных ими доказательств следует, что изменение структуры и сокращение штата в период с 12.07.2018 г. до настоящего времени (19.11.2018 г.), ответчиком не осуществлялось.

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу о том, что ответчик при увольнении ФИО1 нарушил процедуру её увольнения, а также в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ не представил суду доказательств, свидетельствующих о том, что им (ответчиком) были осуществлены изменения организационных или технологических изменений условий труда истицы, могущих служить основанием внесения изменений определенных сторонами условий вышеуказанного трудового договора №, так как из пояснений сторон и показаний свидетелей ФИО8 и ФИО7 следует, что у ответчика фактически не имело место изменение организационных или технологических условий труда (например изменений в технике и технологии производства, совершенствования рабочих мест на основе их аттестации, структурной реорганизации производства).

Судом также установлено, что только 14.09.2018 г., то есть уже после увольнения истицы, на общем собрании работников МКУ «Технологический центр» (ответчик) было принято решение об избрании из числа работников учреждения представителей, которые будут в дальнейшем представлять интересы всех работников муниципального казенного учреждения, а также рассматривался вопрос о том, что должность уборщика служебных помещений устанавливается из расчета 1 единицу ставки на 500 кв.м. убираемой площади (том 2 л.д. 65-66).

Кроме того, коллективный договор МКУ «Технологический центр», в котором стороны пришли к соглашению о том, что должность уборщика служебных помещений устанавливается из расчета 1 единицу ставки на 500 кв.м. убираемой площади (п. 4.13), был заключен только 17.09.2018 г. (том 2 л.д. 28-57), то есть уже после увольнения истицы.

На основании ст. 394 Трудового кодекса РФ в случае признания увольнения незаконным работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор. При этом принимается решение о выплате работнику среднего заработка за время вынужденного прогула. В случае увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения, суд может по требованию работника вынести решение о возмещении работнику денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об обоснованности и как следствие об удовлетворении исковых требований в части восстановлении истицы на работе в должности уборщика служебных помещений МКУ «Технологический центр» с 14.04.2018 г. и о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула.

Частью 1 статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права (часть 2 статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно частям 4, 5 статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации локальные нормативные акты, устанавливающие системы оплаты труда, принимаются работодателем с учетом мнения представительного органа работников (часть 4). Условия оплаты труда, определенные трудовым договором, не могут быть ухудшены по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами (часть 5).

При определении размера заработной платы за время вынужденного прогула, подлежащей взысканию с ответчика в пользу истицы, при определении количества дней, которые истица отработала бы в соответствии с действующим трудовым законодательством, за период вынужденного прогула, суд руководствовался как нормами Трудового кодекса РФ (ст. 91), пояснениями истицы и её представителя, представителей ответчика, показаниями вышеуказанных свидетелей, исследованными вышеуказанными материалами дела, расчётами, представленными стороной ответчика, по определению размера заработной платы за время вынужденного прогула (том 1 л.д. 157-159) и иными исследованными в судебном заседании материалами дела (том 1 л.д. 30-156, 160-161).

Исходя из приведённых выше норм права, учитывая обстоятельства дела, суд приходит к выводу о том, что применяя установленный Федеральным законом от 19.06.2000 № 82-ФЗ «О минимальном размере оплаты труда» с 01.05.2018 - в сумме 11163 рублей, с начислением на данную сумму районного коэффициента - 30 % и надбавки за стаж работы в особых климатических условиях - 30%, с учетом выполнения нормы рабочего времени, с 01.05.2018 года истица должна была получать заработную плату в месяц в размере не менее 13395 рублей 60 копеек (11163*1,6)*0.75 ставки.

При таких обстоятельствах подлежит взысканию с ответчика в пользу истца заработная плата за время вынужденного прогула, а именно с 14.09.2018 г. по 19.11.2018 г. (день принятия решения) в общем размере 29055,75 руб. из расчета:

1. (13395,60 руб. : 20 рабочих дней в сентябре) * 11 дней = 7367,58 руб.;

2. 13395,60 руб. – полный месяц;

3. (13395,60 руб. : 21 рабочих дней в ноябре) * 13 дней = 8292,57 руб.;

4. 7367,58 руб. + 13395,50 руб. + 8292,57 руб. = 29055,75 руб.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Как установлено в судебном заседании, неправомерными действиями ответчика, выразившимися в незаконном увольнении, истице были причинены нравственные страдания, выразившиеся в постановке её в невыгодное положение по отношению к другим работникам. Суд также считает, что требования истицы в части взыскания денежной компенсации морального вреда завышены и несоразмерны причиненному вреду.

Определяя размер денежной компенсации морального вреда, суд учитывает: характер и тяжесть понесенных истицей нравственных страданий, степень вины ответчика (работодателя), индивидуальных особенностей истицы (36 лет), наличие на иждивении 3-х малолетних детей, а также, с учетом разумности и справедливости, суд считает, возможным уменьшить сумму заявленной компенсации морального вреда и приходит к выводу, о взыскании с виновного денежной компенсации морального вреда в сумме 5 000 (пять тысяч) рублей.

По вышеизложенным основаниям суд не принимает во внимание как доказательство необходимости отказа в удовлетворении заявленных исковых требований доводы представителя ответчика ФИО3 о том, что основанием и законностью принятия оспариваемого решения об увольнении истицы, явились другие причины, связанные с изменением организационных или технологических условий труда.

Согласно ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу положений ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в местный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

На основании п/п. 1 и п/п. 9 ч.1 ст. 333.36 НК РФ истица освобождена от уплаты государственной пошлины при подачи настоящего искового заявления в суд.

Ответчиком не представлено в суд доказательств того, что он освобожден от уплаты государственной пошлины. 

В соответствии с п/п. 1 и п/п. 3 п. 1 ст. 333.19, п/п. 1 п. 1 ст. 333.20 НК РФ, суд приходит к выводу о взыскании с МКУ «Технологический центр» в местный бюджет государственную пошлину в размере 1671,67 руб. 

Согласно ст. 211 ГПК РФ суд приходит к выводу о том, что немедленному исполнению подлежит решение суда в части восстановления на работе истца.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к МКУ «Технологический центр» удовлетворить частично.

Признать незаконным и отменить приказ № 139-л.с. о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) от 12.09.2018 г. 

Восстановить ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ уроженку 

<

адрес> на работе в муниципальном казенном учреждении «Технологический центр» в должности уборщика служебных помещений с 14 сентября 2018 года. 

Взыскать с муниципального казенного учреждении «Технологический центр» (ОГРН №) в пользу ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ уроженки 

<

адрес> заработную плату за время вынужденного прогула в размере 29 055 рублей 75 копеек, денежную компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей, всего взыскать 34055 рублей 75 копеек. 

В удовлетворении остальной части заявленных исковых требований отказать.

Взыскать смуниципального казенного учреждении «Технологический центр» (ОГРН №) в местный бюджет Муниципального образования «Краснотуранский район» Красноярского края государственную пошлину в размере 1671 рубль 67 копеек.

Решение в части восстановлении ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ уроженки 

<

адрес> на работе подлежит немедленному исполнению. 

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Красноярский краевой суд, через Краснотуранский районный суд в течение 1 (одного) месяца с момента изготовления решения в окончательной форме.

Изготовлено 20.11.2018 г.

Председательствующий: А.А. Швайгерт