Дело № 2-13/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Колпашево Томской области 11 апреля 2017 года

Колпашевский городской суд Томской области в составе:

председательствующего судьи Дайнеко А.М., 

при секретаре судебного заседания Малыгиной А.А., 

с участием:

помощника Колпашевского городского прокурора Плесовских А.К., 

истца ФИО1, его представителя адвоката Сушкова А.Г., действующего на основании нотариальной доверенности от ДД.ММ.ГГГГ сроком действия ДД.ММ.ГГГГ,

представителя ответчика Государственного учреждения – Томского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации ФИО2, действующей на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ сроком действия до ДД.ММ.ГГГГ, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Государственному учреждению – Томское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации Филиал № о признании профессионального заболевания страховым случаем, взыскании единовременной страховой выплаты в связи с профессиональным заболеванием, обязании выплачивать ежемесячные страховые выплаты, взыскании судебных расходов, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Колпашевский городской суд с исковым заявлением к ГУ - Томское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации Филиал №, с учётом последующих уточнений, о признании страховым случаем профессионального заболевания – , установленное истцу ДД.ММ.ГГГГ, о взыскании единовременной страховой выплаты в размере 17 589 рублей 22 копейки, возложении обязанности выплачивать ежемесячно страховые выплаты начиная с ДД.ММ.ГГГГ до очередного переосвидетельствования в учреждении медико-социальной экспертизы с последующими индексациями согласно законодательству, а также судебных расходов по оплате услуг представителя в размере 10 000 рублей.

В обоснование заявленных требований в иске ФИО1 указано, что он состоял в трудовых отношениях с ОАО с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал , с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – , с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – . ДД.ММ.ГГГГ он выполнял обязанности в условиях воздействия на органы дыхания комплекса химических веществ: газожидкостной смеси (нефть, попутный газ, пластовая вода, метанол, деэмульгаторы нефти); нефть товарная и нефть в газово-жидкостной смеси, помимо смеси водородов, содержит пары нефти 4 класса опасности, которые обладают наркотическим, раздражающим сенсибилизирующим действием, а также парафин, смолы, асфальтены, сера, хлористые соли и другие химически активные вредные для организма человека вещества; топливный и попутный газ, содержащий кроме метана и этана, большую долю пропанов, бутанов и паров более тяжелых углеводородов, на рабочем месте относится к 3 классу опасности, работа связана с воздействием вышеперечисленных химических веществ. Кроме химического фактора на его организм воздействовал шум, превышающий ПДУ, неблагоприятный микроклимат при работе на открытой площадке в зимнее время, пониженная освещенность, повышенная концентрация положительных ионов. Условия труда на его рабочем месте по гигиенической оценке не соответствовали государственным нормативным требованиям охраны труда и отнесены к вредным (3 класс 1 степени). В ДД.ММ.ГГГГ, в связи с ухудшением состояния здоровья, он прошёл медицинское обследование в ОГУЗ «Томская клиническая больница», где ему был установлен диагноз: и назначено лечение. ДД.ММ.ГГГГ он вынужден был уволиться, чтобы исключить воздействие вредных производственных факторов на организм. С ДД.ММ.ГГГГ он находился на обследовании и лечении в Томской областной клинической больнице в пульмонологическом отделении с диагнозом – . Согласно заключению врачебной подкомиссии по экспертизе профпатологии № от ДД.ММ.ГГГГ отделения «Центр профпатологии» ОГБУЗ Томская областная клиническая больница ему был установлен диагноз: . Заболевание профессиональное. В соответствии с извещением об установлении заключительного диагноза хронического профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ ОГАУЗ «ТОКБ» Центр профпатологии, акта о профессиональном заболевании № от ДД.ММ.ГГГГ и акта освидетельствования № от ДД.ММ.ГГГГ ФКУ «ГБ МСЭ по Томской области» ему была установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием в размере В ДД.ММ.ГГГГ он обратился к ответчику с заявлением о назначении страхового возмещения вреда здоровью вследствие профзаболевания и представил необходимые документы, однако ответчиком было отказано в назначении страхового возмещения в следствие профзаболевания по причине того, что во время работы в ОАО он не подвергался воздействию вредных и опасных производственных факторов, поэтому данное профессиональное заболевание не является страховым случаем. Данный отказ ответчика полагает необоснованным и противоречащим действующему законодательству в виду установленной причинно-следственной связи между заболеванием и воздействием на его организм неблагоприятных условий труда Заключением комиссионной судебной медицинской экспертизы № ОГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы Томской области», решением Колпашевского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ. Размер единовременной страховой выплаты, по мнению истца, определяется в соответствии с Федеральным законом от 02.12.2013 № 322-ФЗ «О бюджете фонда социального страхования Российской Федерации на 2014 года и на плановый период 2015 и 2016 годов» и составляет 17 589 рублей 22 копейки (87 946,1х10%х2 (районный коэффициент и северная надбавка) = 17 589,22). Полагает, что ответчик обязан производить ему ежемесячные страховые выплаты с ДД.ММ.ГГГГ до очередного переосвидетельствования в учреждении медико-социальной экспертизы с последующей индексацией страховой выплаты в соответствии с законодательством РФ. За юридической помощью он обратился к адвокату Сушкову А.Г., которому оплатил 10 000 рублей, судебные расходы просит взыскать с ответчика. 

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования, с учётом их уточнений, поддержал в полном объеме, по изложенным основаниям, дополнительно указал, что в связи с тем, что он не был согласен с актом о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ, он обратился с заявлением о проведении государственной экспертизы условий труда в Департамент труда и занятости населения . Специалисты Департамента пришли к заключению, что условия труда на его рабочем месте не соответствуют нормативам. ДД.ММ.ГГГГ он прошёл повторное медицинское освидетельствование, ему вновь было установлено утраты трудоспособности в связи с профзаболеванием. Фондом социального страхования ему ранее были назначены ежемесячные страховые выплаты в размере 1 059 рублей 19 копеек в связи с по другому профзаболеванию, . 

Представитель истца ФИО1 – адвокат Сушков А.Г. в судебном заседании исковые требования, с учётом их уточнений, просил удовлетворить в полном объёме, указав, что ФИО1 имеет право на получение страховых выплат в связи с тем, что он работал в условиях воздействия на него вредных производственных факторов, что подтверждается должностей инструкцией, актом аттестации рабочего места от ДД.ММ.ГГГГ, инструкцией по охране труда от ДД.ММ.ГГГГ. Условия труда на рабочем месте ФИО1 в ОАО предшествовали его профессиональному заболеванию и по гигиенической оценке не соответствовали государственным нормативным требованиям охраны труда и отнесены к вредным, 3 класс 1 степени. Факт условий труда, не соответствующих требованиям также указан в санитарно-гигиенической характеристике от ДД.ММ.ГГГГ. Факт повреждения здоровья подтверждается медицинскими документами об установлении окончательного диагноза и степени утраты профессиональной трудоспособности, а именно заключительного диагноза хронического профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ ОГАУЗ «ТОКБ» Центр профпатологии, акта о профессиональном заболевании № от ДД.ММ.ГГГГ и акта освидетельствования № от ДД.ММ.ГГГГ ФКУ «ГБ МСЭ по Томской области». Согласно ст. 3 Федерального закон от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» страховым случаем является подтверждённый в установленном порядке факт повреждения здоровья, который влечёт возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию. Наличие профессионального заболевания подтверждается также заключением судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ. 

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании просила отказать ФИО1 в удовлетворении уточнённых исковых требований, указав, что в период работы ФИО1 в ОАО с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ год он не подвергался воздействию вредных производственных факторов в том объеме, который способствовал бы развитию профессионального заболевания, об этом прямо свидетельствует санитарно-гигиеническая характеристика условий труда ФИО1, которую он не обжаловал. На основании санитарно-гигиенической характеристики условий труда, утверждённой Роспотребнадзором, был составлен акт о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ, уже после того, как Кащеев прекратил свои трудовые отношения с ОАО . В данном акте указано об отсутствии причинно-следственной связи между заболеванием и теми условиями труда, в которых работал ФИО1, в том числе, потому что аварий на территории не зарегистрировано. Обжалование акта, на основании п. 35 Постановления Правительства Российской Федерации № 967, возможно в вышестоящую инстанцию либо в суд, но истец не обжаловал данный акт, тем самым с выводами комиссии согласился. Профессиональное заболевание ФИО1 также было установлено уже после прекращения трудовых отношений с ОАО . На основании представленных истцом в Фонд социального страхования документов, ответчик пришёл к выводу, что данный случай страховым не является. Судебно-медицинская экспертиза так же не является допустимым доказательством по данному спору, поскольку только Роспотребнадзор выявляет профессиональный характер заболевания в связи с условиями труда на определённом производстве. В состав комиссии входили врачи, в том числе, врачи-профпатологи, которые устанавливают, профессиональный характер заболевания, но не устанавливают причинно-следственную связь непосредственно с производством, это право дано только работодателю в соответствии с Постановлением Правительства Российской Федерации от 15.12.2000 № 967, Федеральным законом от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» и Роспортебнадзору. Из сложившейся судебной практики видно, что причинно-следственная связь устанавливается исключительно с участием работодателя и Роспотребнадзора, никаким экспертным, медицинским учреждениям, такое право не дано.

В отзыве на исковое заявление ответчик указал, что с предъявленными исковыми требованиями не согласен, а исковое заявление не подлежащим удовлетворению, сославшись на положения п. 4, п. 5 ст. 15 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (далее – Закон № 125-ФЗ), Постановления Правительства Российской Федерации от 15.12.2000 № 967 «Об утверждении Положения о расследовании и учёте профессиональных заболеваний», Инструкции о порядке применения названного Положения, утверждённой Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 28.05.2001 № 176. Полагает, что из представленных материалов дела следует: в Акте № о случае профзаболевания от ДД.ММ.ГГГГ представленном работодателем в региональное отделение Фонда указано, что причинно-следственная связь между заболеванием ФИО1 и условиями его работы в ОАО отсутствует. Заключение работодателя, являющееся выводом акта, не дает право страховщику квалифицировать его как надлежащий документ, что противоречит п. 4 ст.15 Закона № 125-ФЗ, предоставление в региональное отделение Фонда пакета документов, оформленных в соответствии с требованиями действующего законодательства. Полагает, что правомерно и обоснованно было отказано в назначении страхового обеспечении истцу ФИО1, поскольку по представленным в Фонд документам, данный случай не мог быть отнесён к категории страховых случаев. Кроме того, действующее законодательство в данном случае не ставит в зависимость правоотношения, возникающие между работником и страховщиком, данные правоотношения, возникли между работником и работодателем; и, соответственно, обязанность работодателя по предоставлению документов оформленных в соответствии с требованиями действующего законодательства первостепенна и правомерное решение Фонда зависит от представленных работодателем документов и вывода, описанного в акте о случае профессионального заболевания. Помимо прочего указывает, что ФИО1 является получателем страхового возмещения в рамках Федерального закона № 125-ФЗ с 22.04.2000 в связи с профессиональным заболеванием: произошедшем ДД.ММ.ГГГГ в период работы в ФГУП По заключению МСЭ от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлено утраты профессиональной трудоспособности на срок с ДД.ММ.ГГГГ бессрочно, то есть на момент заключения ФИО1 с ОАО трудового договора, истец уже имел стойкую утрату профессиональной трудоспособности полученную ранее в период работы в ФГУП Кроме того, исходя из сведений Федерального регистра Пенсионного фонда, ФИО1 установлена сведения об имеются также в программе реабилитации пострадавшего на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ. Таким образом, истец до поступления на работу в ОАО не был полностью здоров и нуждался в постоянном приёме лекарственных средств. 

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ОАО , будучи надлежащим образом извещённым о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явился. 

В письменных возражениях на исковое заявление, не соглашаясь с заявленными исковыми требованиями, представитель ответчика ОАО ФИО3, действующая на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ, пояснила, что актом о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ № и санитарно-гигиенической характеристикой условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравления) от ДД.ММ.ГГГГ № не установлена причинно-следственная связь между заболеванием ФИО1 и условиями его работы в обществе, между тем именно акт о случае профзаболевания является документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве. Согласно акту о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ №, связь заболевания истца с его работой в обществе в соответствующих профессиях отсутствует, при составлении санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника от ДД.ММ.ГГГГ № не были исследованы условия труда ФИО1 по химическим факторам при его работе в и причины его освобождения от работы по состоянию здоровья, а также не был рассмотрен период с момента увольнения работника из общества с ДД.ММ.ГГГГ до момента установления предварительного диагноза ДД.ММ.ГГГГ. Из п. 16 акта следует, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ среди работников аналогичной профессии, работающих в обществе, заболеваний органов дыхания, в том числе с диагнозом: в не выявлялось. Также не установлено случаев нарушения режима эксплуатации технологического оборудования, приборов, рабочего инструмента, нарушений режима труда, выхода из строя защитных средств. Несоблюдения санитарных правил, норм и гигиенических нормативов, правил техники безопасности ФИО1 в период его работы в обществе. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ аварий на объектах цеха не зарегистрировано. Комиссия, исследовав обстоятельства возникновения заболевания, условия работы ФИО1 в обществе, пришла к выводу, что причинно-следственной связи между заболеванием ФИО1 с условиями его работы в обществе не имеется, лиц, допустивших нарушение государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов, не установлено (отсутствует). Данный акт не был обжалован истцом, а потому является надлежащим доказательством отсутствия профессионального заболевания у истца. В свою очередь, составленная в отношении ФИО1 санитарно-гигиеническая характеристика условий труда работника, с учётом представленных на неё замечаний общества, не подтверждает факта приобретения ФИО1 заболеваний органов дыхания при работе в обществе, так как показатели условий труда истца, которые могли повлиять на ухудшение его здоровья, отнесены к допустимым, фактов нарушения правил использования применения СИЗ ФИО1 не установлено, необходимой специальной одеждой и обувью истец обеспечивался на протяжении всего трудового стажа, ему выдавалось спецпитание. Таким образом, акт и санитарно-гигиеническая характеристика подтверждают отсутствие связи заболевания ФИО1 с его работой у работодателя. Считают ссылку на заключение комиссионной медицинской экспертизы № ОГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы Томской области» необоснованной, поскольку в ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 уже имел соответствующее заболевание, в связи с чем, к возникновению рассматриваемого заболевания истца в период его работы в обществе – в ДД.ММ.ГГГГ, следует отнестись критически, приняв во внимание надлежащие доказательства – акт о случае профессионального заболевания и санитарно-гигиеническую характеристику, которые согласно требованиям действующего законодательства, являются документами, подтверждающими наличие профессионального заболевания. Согласно акту, при прохождении медосмотров в обществе до момента увольнения из общества истец признавался годным к работе, начинающегося заболевания при прохождении медицинских осмотров до момента увольнения из общества не было установлено, жалоб и сообщений о заболевании и о необходимости перевода истца на другую работу к работодателю не поступало, а воздействию вредных химических факторов истец мог подвергаться во время хищения, транспортировки и сбыта углеводородного конденсата в особо крупных размерах из нефтепродуктопроводов общества в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, что установлено вступившим в законную силу приговором Колпашевского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ. Своими неоднократными противоправными действиями ФИО1 сам мог привести к развитию заболевания. 

Представитель третьего лица причины невозможности рассмотрения спора в его отсутствие ничем не мотивировал, ранее представил суду письменные возражения, ходатайство об отложении судебного разбирательства судом отклонено, как не обоснованное уважительными причинами. На основании ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие представителя третьего лица ОАО .

Заслушав стороны, мнение прокурора, полагавшего необходимым исковые требования удовлетворить в полном объёме, исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (часть 1 статьи 41), на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца и в иных случаях, установленных законом (часть 1 статьи 39).

В силу ст. 25 Всеобщей декларации прав человека, принятой Генеральной Ассамблеей ООН 10.12.1948, каждый человек имеет право на обеспечение на случай безработицы, болезни, инвалидности, вдовства, наступления старости или иного случая утраты средств к существованию по не зависящим от него обстоятельствам.

Требования ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, заключённой в г. Риме 04.11.1950, устанавливают, что каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях имеет право на справедливое разбирательство дела судом.

Среди основных принципов правового регулирования трудовых отношений, закреплённых статьей 2 Трудового кодекса Российской Федерации, предусмотрены такие, как обязательность возмещения вреда, причинённого работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей, и обеспечение права на обязательное социальное страхование.

Кроме того, Трудовой кодекс Российской Федерации особо закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, гарантируя его обязательным социальным страхованием от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом (ст. 219 ТК РФ).

Правовая регламентация отношений по социальному обеспечению, как это следует из правовой позиции, выраженной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 24 мая 2007 года № 7-П, – полномочие законодателя; в рамках реализации данного полномочия законодатель устанавливает специальное правовое регулирование, гарантирующее гражданам осуществление их конституционного права на социальное обеспечение, включая обеспечение по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний самого работника (части 1 и 2 статьи 39; пункт «ж» части 1 статьи 72 Конституции Российской Федерации).

При этом государство обязано стремиться к максимальному социальному эффекту в сфере охраны здоровья граждан и возмещения им вреда, причинённого увечьем или иным повреждением здоровья в связи с осуществлением ими трудовой (служебной) деятельности, используя для этого все необходимые правовые средства, включая частноправовые (страхование, возмещение вреда) и публично-правовые (государственное и социальное страхование, социальное обеспечение, денежные компенсации) институты (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 15 июля 2009 года № 13-П).

В целях реализации конституционных положений, обязывающих государство разработать эффективный организационно-правовой механизм восполнения гражданам, здоровью которых был причинен вред в связи с исполнением трудовых обязанностей, имущественных потерь, связанных с утратой трудоспособности, был принят Федеральный закон «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», установивший правовые, экономические и организационные основы обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний и определивший порядок возмещения вреда, причинённого жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору. Тем самым федеральный законодатель осуществил переход к страховому механизму возмещения вреда, причинённого указанным гражданам при исполнении ими обязанностей по трудовому договору и в иных установленных данным Федеральным законом случаях.

Согласно ст. 3 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» страховым случаем является подтверждённый в установленном порядке факт повреждения здоровья, который влечёт возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию.

В силу требований п. 1 ст. 5 данного Федерального закона обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний подлежат физические лица, выполняющие работу на основании трудового договора, заключенного со страхователем. 

Согласно ч. 1 п. 1 ст. 9 Федерального закона от 16 июля 1999 года №165-ФЗ «Об основах обязательного социального страхования» отношения по обязательному социальному страхованию возникают у страхователя (работодателя) – по всем видам обязательного социального страхования с момента заключения с работником трудового договора.

В соответствии со статьей 8 Федерального закона от 24.07.1998 №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» обеспечение по страхованию осуществляется в виде страховых выплат: единовременной страховой выплаты застрахованному, ежемесячных страховых выплат застрахованному, оплаты дополнительных расходов, связанных с медицинской, социальной и профессиональной реабилитацией застрахованного при наличии прямых последствий страхового случая.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ был принят в , на основании Приказа № от ДД.ММ.ГГГГ уволен в связи с призывом на службу в Советскую Армию; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ служил в рядах Советской Армии; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ обучался в ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал в ; ДД.ММ.ГГГГ принят в ОАО ; ДД.ММ.ГГГГ присвоен 4 разряд ; ДД.ММ.ГГГГ переведён ; ДД.ММ.ГГГГ назначен ; ДД.ММ.ГГГГ переведён ; ДД.ММ.ГГГГ переведён ; ДД.ММ.ГГГГ переведён ; ДД.ММ.ГГГГ переведён ; ДД.ММ.ГГГГ уволен по собственному желанию, пункт 3 части первой ст. 77 ТК РФ (том 1 л.д. 18-21). 

Из трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что ФИО1 был принят на работу в ОАО ДД.ММ.ГГГГ в по профессии (в должности): на неопределенный срок, с работой в местности, приравненной к районам Крайнего Севера, вахтовым методом из , продолжительностью рабочей вахты 15 дней (пункт сбора ) (том 1 л.д. 6-8).

Соглашениями № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ о внесении изменений в трудовой договор определено, что ФИО1 выполняет работу в , и ему была изменена тарифная ставка (том 1 л.д. 9, 10, 11, 12). 

Соглашением № от ДД.ММ.ГГГГ о внесении изменений в трудовой договор определено, что режим работы ФИО1 установлен вахтовым методом продолжительностью 21 день, полное описание должностных обязанностей работника содержится в должностной инструкции/перечне работ, с содержанием которых знакомится работник (том 1 л.д. 13). 

Соглашением № от ДД.ММ.ГГГГ о внесении изменений в трудовой договор определено, что ФИО1 особенности рабочего времени изменены: вахтовым методом по 15 дней, изменена тарифная ставка (том 1 л.д. 14). 

Соглашениями № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ о внесении изменений в трудовой договор определено, что ФИО1 обязуется выполнять обязанности по профессии (в должности) , а работодатель обязуется обеспечить ему необходимые условия для работы, выплачивать заработную плату и предоставлять социально-бытовые льготы в соответствии с законодательством, коллективным договором и трудовым договором, изменена тарифная ставка (том 1 л.д. 15, 16, 17).

Из п. 24 заключения о состоянии условий труда ФИО1, указанного в санитарно-гигиенической характеристике условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отправления) от ДД.ММ.ГГГГ №, утверждённой руководителем управления федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по , следует, что работа ФИО1 в течение ДД.ММ.ГГГГ в условиях комплексного воздействия компонентов малосернистой нефти, топливного и попутного газов, деэмульгаторов, обладающих раздражающим и сенсибилизирующим действием, могла привести к заболеваниям . На организм работников, при исполнении ими трудовой функции в указанных выше должностях действовали следующие факторы: пары нефти 4 класса опасности, обладающие наркотическим, раздражающим, сенсибилизирующим действием; топливный, попутный газ, который содержит в своем составе кроме метана и этана большую долю пропанов, бутанов и паров более тяжелых углеводородов; метанол – вещество 3 класса опасности, оказывает основное действие на нервную и сосудистую системы, при хронической интоксикации раздражающее действие на слизистые; деэмульгаторы (поверхностно-активные вещества) 3 класса опасности, обладают раздражающим действием (том 1 л.д. 24-27). 

Из заключения № ОГАУЗ «Томская областная клиническая больница», отделение «Центр профпатологии», от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО1 установлен диагноз: . Дано заключение о трудоспособности, согласно которому противопоказан труд, связанный с воздействием токсических, раздражающих, аллергических веществ, с пылью, физическим перенапряжением, переохлаждением (том 1 л.д. 28). 

Согласно извещению об установлении заключительного диагноза хронического профессионального заболевания, его уточнении и отмене № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 установлен заключительный диагноз профессионального заболевания – , заболевание профессиональное; дата его постановки: ДД.ММ.ГГГГ. Вредные производственные факторы и причины, вызвавшие профзаболевание – комплекс химических веществ, обладающий раздражающим и сенсибилизирующим действием (том 1 л.д. 29).

Актом № о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ, утверждённым начальником ТО Управления Роспотребнадзора по в городе , установлено, что причинно-следственная связь между заболеванием ФИО1 и условиями его работы в ОАО « отсутствует (том 1 л.д. 181-185). 

Согласно справке серия № № от ДД.ММ.ГГГГ, степень утраты профессиональной трудоспособности ФИО1 составляет , в связи с профессиональным заболеванием от ДД.ММ.ГГГГ, Акт о профессиональном заболевании № от ДД.ММ.ГГГГ, срок установления степени утраты профессиональной трудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, дата очередного освидетельствования указана ДД.ММ.ГГГГ, (том 1 л.д. 32). ФИО1 разработана программа реабилитации, заключающаяся в приёме лекарственных средств, с использованием изделий медицинского назначения – , санаторно-курортное лечение (том 1 л.д. 33). 

Согласно справке серии № от ДД.ММ.ГГГГ, степень утраты профессиональной трудоспособности ФИО1 составляет , в связи с профессиональным заболеванием от ДД.ММ.ГГГГ, Акт о профессиональном заболевании № от ДД.ММ.ГГГГ, срок установления степени утраты профессиональной трудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, дата очередного освидетельствования указана ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д. 68). ФИО1 разработана программа реабилитации, заключающаяся в приеме лекарственных средств: , показано санаторно-курортное лечение (том 1 л.д. 69). 

Из заключения № от ДД.ММ.ГГГГ ГУ – Томское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации следует, что экспертной группой, на основании ст. 11 Федерального закона от 16.07.1999 № 165 «Об основах обязательного социального страхования», проведена экспертиза профессионального заболевания ФИО1, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ, по результатам исследования представленных на экспертизу документов сделано заключение, что профессиональное заболевание не относится к страховым, так как ФИО1 во время работы воздействию вредных и опасных производственных факторов не подвергался, в акте о профессиональном заболевании отсутствует причинно-следственная связь между трудовой деятельностью пострадавшего и случаем профессионального заболевания (том 1 л.д.34). 

ФИО1 обратился к ответчику за назначением страхового обеспечения, однако согласно письму № от ДД.ММ.ГГГГ ГУ - Томского регионального отделения Фонда социального страхования РФ филиал №, Фонд, на основании заключения от ДД.ММ.ГГГГ №, квалифицировал случай не страховым, поскольку в акте о профессиональном заболевании отсутствует причинно-следственная связь между трудовой деятельность пострадавшего и случаем профессионального заболевания, в связи с чем в назначении страхового обеспечения было отказано (том 1 л.д. 37). 

В то же время, заключением № от ДД.ММ.ГГГГ Государственной экспертизы условий труда Департамента труда и занятости населения установлено, что условия труда на рабочем месте ФИО1, предшествовавшие профессиональному заболеванию, по гигиенической оценке не соответствуют государственным нормативным требованиям охраны труда и отнесены к вредным 3 класса 1 степени. Согласно п. 4.2 руководства Р2.2.2006-05 (Руководство по гигиенической оценке факторов рабочей среды и трудового процесса. Критерии и классификации условий труда) класс условий труда 1 степень 3 класса (3.1) характеризуются такими отклонениями уровней вредных факторов от гигиенических нормативов, которые вызывают функциональные изменения, восстанавливающиеся, как правило, при более длительном (чем к началу следующей смены) прерывании контакта с вредными факторами, и увеличивают риск повреждения здоровья. Согласно санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника № от ДД.ММ.ГГГГ, работа ФИО1 в условиях комплексного воздействия компонентов малосернистой нефти, топливного и попутного газов, деэмульгаторов, обладающих раздражающим и сенсибилизирующим действием, могла привести к заболеваниям (том 1 л.д. 35-36). 

В соответствии с пунктом 1 ст. 7 Федерального закона № 125-ФЗ от 24.07.1998 «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» право застрахованного на обеспечение по страхованию возникает со дня наступления страхового случая. 

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 16 Федерального закона № 125-ФЗ застрахованный имеет право на обеспечение по страхованию в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Федеральным законом

Согласно п. 3. ст. 11 Федерального закона № 125-ФЗ степень утраты застрахованным профессиональной трудоспособности устанавливается учреждением медико-социальной экспертизы. Порядок установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний определяется Правительством Российской Федерации.

Согласно п. 10 ст. 3 Федерального закона № 125-ФЗ страховой случай – подтверждённый в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, который влечёт возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию; профессиональное заболевание – хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности.

Статьёй 3 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ определено, что профессиональное заболевание – хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности. 

Аналогичное понятие профессионального заболевания содержится в п. 4 Положения о расследовании и учёте профессиональных заболеваний, утверждённого Постановлением Правительства Российской Федерации от 15 декабря 2000 года № 967.

При этом, профессиональное заболевание, возникшее у работника, подлежащего обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, является страховым случаем (п. 5 Положения).

В соответствии с п. 11 указанного Положения, при установлении предварительного диагноза – хроническое профессиональное заболевание (отравление) извещение о профессиональном заболевании работника в 3-дневный срок направляется в центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора; больной направляется на амбулаторное или стационарное обследование в специализированное лечебно-профилактическое учреждение или его подразделение (п. 13), Центр профессиональной патологии на основании клинических данных состояния здоровья работника и представленных документов устанавливает заключительный диагноз – хроническое профессиональное заболевание (в том числе возникшее спустя длительный срок после прекращения работы в контакте с вредными веществами или производственными факторами), составляет медицинское заключение и в 3-дневный срок направляет соответствующее извещение в центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора, работодателю, страховщику и в учреждение здравоохранения, направившее больного (п. 14).

В силу п. 16 данного Положения, установленный диагноз – острое или хроническое профессиональное заболевание (отравление) может быть изменён или отменён центром профессиональной патологии на основании результатов дополнительно проведённых исследований и экспертизы. Рассмотрение особо сложных случаев профессиональных заболеваний возлагается на Центр профессиональной патологии Министерства здравоохранения Российской Федерации.

Согласно п. 17 Постановлением Правительства РФ от 15.12.2000 № 967 «Об утверждении Положения о расследовании и учёте профессиональных заболеваний» извещение об изменении или отмене диагноза профессионального заболевания направляется центром профессиональной патологии в центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора, работодателю, страховщику и в учреждение здравоохранения в течение 7 дней после принятия соответствующего решения.

Установленный ФИО1 диагноз: , заболевание профессиональное, не менялся.

На Государственное учреждение - Томское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации возложены функции страховщика по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с Федеральным законом № 125-ФЗ от 24.07.1998 «Об обязательном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний». 

В силу норм трудового законодательства и указанного Положения профессиональное заболевание, возникшее у работника, расследуется комиссией, которая на основании рассмотрения документов, в числе прочего, устанавливает обстоятельства и причины профессионального заболевания работника и составляет акт о случае профессионального заболевания.

В соответствии с п. 19 Положения работодатель обязан организовать расследование обстоятельств и причин возникновения у работника профессионального заболевания. Работодатель в течение 10 дней с даты получения извещения об установлении заключительного диагноза профессионального заболевания образует комиссию по расследованию профессионального заболевания, возглавляемую главным врачом центра государственного санитарно-эпидемиологического надзора. В состав комиссии входят представитель работодателя, специалист по охране труда (или лицо, назначенное работодателем).

По результатам расследования комиссия составляет Акт о случае профессионального заболевания (п. 27 Положения о расследовании).

Согласно п. 30 Положения о расследовании акта о случае профессионального заболевания является документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве.

В соответствии с п. 31 Положения Акт о случае профессионального заболевания составляется в 3-дневный срок по истечении срока расследования в пяти экземплярах, предназначенных для работника, работодателя, центра государственного санитарно-эпидемиологического надзора, центра профессиональной патологии (учреждения здравоохранения) и страховщика. Акт подписывается членами комиссии, утверждается главным врачом центра государственного санитарно-эпидемиологического надзора и заверяется печатью центра.

В силу пункта 35 Положения о расследовании и учёте профессиональных заболеваний, утверждённого Постановлением Правительства Российской Федерации от 15.12.2000 № 967 разногласия по вопросам установления диагноза профессионального заболевания и его расследования рассматриваются органами и учреждениями государственной санитарно-эпидемиологической службы Российской Федерации, Центром профессиональной патологии Министерства здравоохранения Российской Федерации, федеральной инспекцией труда, страховщиком или судом.

Таким образом, ФИО1 выбрал предусмотренный законом способ защиты права на получение социальной помощи по своему усмотрению.

Окончательный диагноз профессионального заболевания установлен истцу заключением № ОГАУЗ «Томская областная клиническая больница» отделение «Центр профпатологии» от ДД.ММ.ГГГГ о том, что в период работы в ОАО истец ФИО1 получил профессиональное заболевание – . Заболевание профессиональное, установлено впервые ДД.ММ.ГГГГ. Заболевание: , утверждённому приказом Минздравсоцразвития России от 27.04.2012 №417н «Об утверждении Перечня профессиональных заболеваний», отнесена к категории профессиональных заболеваний, связанных с воздействием производственных физических факторов. 

В период работы истца на предприятии нефтедобывающей промышленности ОАО , имело место длительное (ДД.ММ.ГГГГ) воздействие вредных факторов производственной среды и трудового процесса: газожидкостной смеси (нефть, пластовая вода, попутный газ), топливного нефтяного газа, товарной нефти, подтоварной воды, метанола, деэмульгаторов нефти, нефть в газожидкостной смеси помимо смеси углеводородов, содержит парафин, смолы, асфальтены, содержащие общей серы 0,38% (малосернистая нефть), товарная нефть, помимо смеси углеводородов, содержит хлористые соли. Вышеприведенные вредные факторы условий труда истца в качестве в условиях комплексного воздействия компонентов малосернистой нефти, топливного и попутного газов, деэмульгаторов, обладающих раздражающим и сенсибилизирующим действием могли привести к заболеванию органов дыхания. Данные условия труда, по гигиенической оценке не соответствуют государственным нормативным требованиям охраны туда и отнесены к вредным 3 класса 1 степени. Вышеприведённые вредные факторы условий труда истца на предприятии нефтедобывающей отрасли привели к возникновению у истца профессионального заболевания: , повлекшего утрату профессиональной трудоспособности, что подтверждено справками Бюро № ФКУ ГБ МСЭ по от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ об установлении истцу степени утраты профессиональной трудоспособности вследствие данного профессионального заболевания.

Установленный диагноз – профессиональное заболевание может быть изменён или отменён исключительно центром профессиональной патологии на основании результатов дополнительно проведенных исследований и экспертизы, принимая во внимание, что истцом были представлены надлежащие документы, подтверждающие в установленном законом порядке профессиональный характер имеющегося у него заболевания. 

В нарушение требований ст. 56 ГПК РФ, доказательств, подтверждающих, что установленный диагноз у истца отменён или изменён центром профессиональной патологии, либо оспорен в судебном порядке стороной ответчика суду не представлен.

Доводы ответчика о том, что наступление страхового случая не подтверждено, являются несостоятельными, противоречат представленным доказательствам и нормам материального права, основаны на предположениях, что не может быть положено в основу судебного постановления.

Так, основанием для принятия комиссией работодателя решения об отсутствии вредных факторов, повлекших утрату истцом профессиональной трудоспособности, фактически явился вывод об отсутствии сведений об условиях труда по химически факторам при работе ФИО1 в , не рассмотрении периода с момента увольнения работника из ОАО , возможном воздействии вредных химических факторов в результате противоправного поведения самого ФИО1 

Вместе с тем, указанные доводы представителя ответчика, необоснованны и надлежащими доказательствами в судебном заседании не подтверждены. Именно во время работы в ОАО у ФИО1 впервые обнаружено и установлено заболевание: , что следует из консультативного заключения врача-пульмонолога ОГУЗ Томская ОКБ от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д. 22-23). Заключение Центра профпатологии № от ДД.ММ.ГГГГ и санитарно-гигиеническая характеристика условий труда № от ДД.ММ.ГГГГ, утверждённые подписями и печатями, в настоящее время никем не оспорены и не отменены. Отрицательное воздействие на здоровье истца вредных факторов в период его работы в иной отрасли само по себе не ставит под сомнение как наличие вредных факторов в ОАО в период работы истца в должности , так и наличие причинно-следственной связи между установленным истцу впервые в ДД.ММ.ГГГГ профессиональным заболеванием и его работой на этом предприятии. 

Помимо этого, суд обращает внимание на то, что в акте также отражено: при проведении производственного контроля соблюдения санитарных правил и выполнения санитарно-эпидемиологических (профилактических) мероприятий, осуществляемых ежегодно посредством проведения лабораторных исследований и измерений, не установлено превышение концентрации вредных веществ химической природы в воздухе рабочей зоны . Между тем, соответствующие акты (протоколы) произведённых ежегодных лабораторных исследований воздуха рабочей зоны оператора обезвоживающей и обессоливающей установки цеха подготовки и перекачки нефти №, членами комиссии не исследовались, в прилагаемых материалах расследования не значатся. 

Кроме того, судом учитывается то обстоятельство, что по своей правовой силе и предназначению данный акт не устанавливает и не отменяет диагноза профессионального заболевания, а лишь устанавливает и подтверждает причинно-следственную связь этого заболевания с вредными условиями труда, длительностью и интенсивностью их воздействия по месту работы заболевшего работника (застрахованного).

Это подтверждает то, что акт о случае профессионального заболевания составляется тогда, когда диагноз профессионального острого или хронического заболевания предварительно уже установлен лечебно-профилактическим учреждением с учётом условий и факторов производства, сведения о которых отражены в санитарно-гигиенической характеристике рабочего места, и подтверждён заключительным диагнозом центра профессиональной патологии в случае хронического профессионального характера заболевания.

В процессе рассмотрении дела для подтверждения или опровержения обстоятельств, на которые ссылается истец, судом была назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза в ОГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы Томской области» с правом привлечения специалистов Центра профпатологии. 

Согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы №, поступившей в адрес суда ДД.ММ.ГГГГ, выполненному экспертами Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Бюро судебно-медицинской экспертизы Томской области» следует, что по представленным документам и медицинской документации ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ, причинно-следственная связь между профессиональной деятельностью ФИО1 в качестве в ОАО в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и формированием у него заболевания: бронхиальная , имеется вследствие длительного воздействия комплекса химических веществ (газожидкостной смеси – нефть, пластовая вода, попутный газ, топливный нефтяной газ, товарная нефть, метанол, деэмульгаторы нефти), содержащих углеводороды, гелий, аргон, углекислый газ, парафин, смолы, асфальтены, общую серу – 0,38% (малосернистая нефть), хлористые соли, обладающих раздражающим и сенсибилизирующим действием. Первые клинические признаки заболевания: зафиксированы у ФИО1 в ДД.ММ.ГГГГ (медицинская карта амбулаторного больного: записи от ДД.ММ.ГГГГ). В ДД.ММ.ГГГГ врач-пульмонолог ТОКБ подтверждает клинические симптомы и устанавливает диагноз: . После увольнения в ДД.ММ.ГГГГ, в связи с прекращением воздействия комплекса химических веществ на организм, состояние здоровья ФИО1 прогрессивно не ухудшалось. Заболевание у него приобрело стабильное контролируемое течение (нет фактора воздействия – нет прогрессии заболевания) (том 1 л.д. 206-215). 

В соответствии с положениями ст. 79 ГПК РФ, при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.

Согласно ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы. Заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в ст. 67 ГПК РФ. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

Выводы экспертов могут быть определенными (категоричными), альтернативными, вероятными и условными.

Определенные (категорические) выводы свидетельствуют о достоверном наличии или отсутствии исследуемого факта.

Из исследованной судом комиссионной судебно-медицинской экспертизы №, поступившей в адрес суда ДД.ММ.ГГГГ, выполненной экспертами ОГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы Томской области», проведенной в составе экспертной комиссии: врача судебно-медицинского эксперта высшей категории, заведующего отделом сложных судебно-медицинских экспертиз ОГБУЗ «БСМЭТО» С.И. , обладающей высшим медицинским образованием, стаж работы - 26 лет, врача судебно-медицинского эксперта отдела сложных судебно-медицинских экспертиз ОГБУЗ «БСМЭТО» С.А. , обладающего высшим медицинским образованием, стаж работы - 13 лет; врача-профпатолога высшей категории, заведующего Центром профпатологии ОГАУЗ «Томская областная клиническая больница», главного внештатного профпатолога Я.Е. , обладающей высшим медицинским образованием, стаж работы - 19 лет, следует, что выводы экспертов основаны на материалах настоящего гражданского дела и медицинской карты амбулаторного больного ФИО1

Таким образом, экспертиза содержит существенный объём сведений о развитии и изменении состояния здоровья ФИО1, анализа его условий труда, информации об его обращениях за медицинской помощью, с учетом исследованной медицинской карты больного, экспертиза проведена в порядке, предусмотренном законом, комиссией экспертов, предупрежденных об ответственности по ст. 307 УК РФ, имеющими соответствующую квалификацию, существенный стаж работы экспертами (26, 13, и 19 лет работы экспертами). Для проведения экспертизы судом собраны все имевшиеся на ФИО1 медицинские документы, истец или его представитель не сообщали о наличии еще каких-либо документов на момент назначения экспертизы. При этом выводы экспертизы достаточно полно мотивированы, что указывает на соответствие представленного заключения требованиям, предъявляемым к экспертным заключениям, статьями 16 и 25 Федерального закона от 31.05.2001 №73 «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

Норма ч. 1 ст. 12 ГПК РФ, в силу которой правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, конкретизируется в части первой статьи 56 того же Кодекса, в силу которой каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

По смыслу положений ст. 86 ГПК РФ экспертное заключение является одним из самых весомых видов доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования, тем не менее, суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения эксперта не может пренебрегать иными добытыми по делу доказательствами, в связи с чем, законодателем в ст. 67 ГПК РФ закреплено правило о том, что ни одно доказательство не имеет для суда заранее установленной силы, а в положениях ч. 3 ст. 86 ГПК РФ отмечено, что заключение эксперта для суда необязательно и оценивается наряду с другими доказательствами. 

Суд в данном случае не усматривает оснований ставить под сомнение достоверность заключения комиссионной судебно-медицинской экспертизы №, выполненному экспертами ОГБУЗ «БСМЭТО», поскольку данная экспертиза проведена в рамках судебного разбирательства, в полном соответствии с требованиями гражданско-процессуального законодательства (в частности эксперты на основании статей 79-80 ГПК РФ предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения), компетентными экспертами, рассматриваемая экспертиза проведена в соответствии с требованиями Федерального закона от 31.05.2001 №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» на основании определения суда о поручении проведения комиссионной экспертизы, с соблюдением установленного процессуального порядка лицами, обладающим специальными познаниями для разрешения поставленных перед ними вопросов и имеющими длительный стаж экспертной работы. Выводы данного заключения согласуются с иными письменными документами, содержащимися в материалах гражданского дела и исследованными в судебном заседании. 

Таким образом, оценив в совокупности исследованные в судебном заседании доказательства, суд приходит к выводу о наличии причинно-следственной связи между воздействием вредных факторов на данном предприятии и установлением истцу утраты профессиональной трудоспособности, что предполагает обязанность органов социального страхования по предоставлению истцу страхового обеспечения в рамках положений Федерального закона № 125-ФЗ от 24.07.1998 «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний». 

Доводы в возражениях ответчика относительно имеющегося профзаболевания , с ДД.ММ.ГГГГ судом отклоняются по следующим основаниям.

Федеральный закон от 24.07.98 № 125-ФЗ и Постановление Правительства Российской Федерации от 15.12.2000 № 967 связывают профессиональное заболевание у застрахованного в качестве страхового случая, который влечёт возникновение обязательств страховщика осуществлять обеспечение по страхованию. Возникновение хронического профессионального заболевания у работника (застрахованного) возможно лишь при условиях труда, которые характеризуются наличием на рабочем месте вредных производственных факторов, превышающих гигиенические нормативы и способных оказывать неблагоприятное воздействие на здоровье работника (застрахованного). Иных правил и условий признания заболевания профессиональным законом не установлено.

Пунктом 12 ст. 12 Федерального закона № 125-ФЗ предусмотрен максимальный размер ежемесячной страховой выплаты, который устанавливается федеральным законом о бюджете Фонда социального страхования Российской Федерации на очередной финансовый год. При назначении страховых выплат застрахованному по нескольким страховым случаям ограничение максимальным размером применяется к общей сумме страховой выплаты.

Как отмечалось в Определении Конституционного Суда РФ от 21 апреля 2005 года № 123-О, дополнение, касающееся ограничения максимальным размером общей суммы страховых выплат, назначенных застрахованному по нескольким страховым случаям, связано с тем, что в основу исчисления размера ежемесячной страховой выплаты положено такое объективное обстоятельство, как степень утраты профессиональной трудоспособности, исчисляемая в процентах; тем самым все работники, утратившие в результате профессионального заболевания или трудового увечья трудоспособность, ставятся в равные условия. Конституционный Суд РФ также указал, что положение об ограничении максимальным размером общей суммы страховых выплат, назначенных застрахованному по нескольким страховым случаям, направлено на обеспечение равенства застрахованных от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний и основано на принципе социальной справедливости.

При таких обстоятельствах, учитывая достаточность и взаимную связь собранных по настоящему делу доказательств в их совокупности, исходя из конкретных обстоятельств по делу, принимая во внимание заключение комиссионной судебно-медицинской экспертизы, учитывая, что эксперты дали категоричный ответ на вопрос о связи заболевания ФИО1 – – с его профессиональной деятельностью в ОАО в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и в последующем не ухудшалось, заключение носит ясный и последовательный характер, дано комиссией экспертов имеющих значительный стаж экспертной работы, при этом заинтересованности экспертов в исходе дела не выявлено, выводы экспертов логичны и последовательны, основаны на данных медицинских документов ФИО1, подробно отраженных и проанализированных в исследовательской части заключения, суд приходит к выводу, что требования ФИО1 о признании страховым случаем профессионального заболевания – , установленное у ФИО1 заключением Центра профпатологии ОГУЗ Томская областная клиническая больница от ДД.ММ.ГГГГ, являются законными и обоснованными и подлежат удовлетворению. Оснований для квалификации указанного случая как нестрахового, у ответчика, лишившего ФИО1 права на получение государственной услуги по назначению страхового обеспечения, не имелось, напротив, возникли обязанности осуществлять обеспечение ФИО1 по страхованию.

Доказательства, свидетельствующие о том, что вред здоровью был причинен ФИО1 с его согласия или по его вине, отсутствуют.

Решением Колпашевского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ, с учётом апелляционного определения Томского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ, факт наличия у истца профессионального заболевания, равно как и факт работы ФИО1 во вредных условиях, подтвержден, установлены обстоятельства наличия причинно-следственной связи между заболеванием и профессией истца. 

Согласно ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела.

Истцом заявлены требования о выплате единовременного пособия в сумме 17 589 рублей 22 копейки.

В силу статьи 11 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» размер единовременной страховой выплаты определяется в соответствии со степенью утраты застрахованным профессиональной трудоспособности исходя из максимальной суммы, установленной федеральным законом о бюджете Фонда социального страхования Российской Федерации на очередной финансовый год. В местностях, где установлены районные коэффициенты, процентные надбавки к заработной плате, размер единовременной страховой выплаты, назначаемой застрахованному в зависимости от степени утраты им профессиональной трудоспособности, определяется с учётом этих коэффициентов и надбавок.

Разрешая вопрос о размере единовременной страховой выплаты, суд руководствуется законом, в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений, и исходит из того, что статьёй 11 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ размер единовременной страховой выплаты определяется в соответствии со степенью утраты застрахованным профессиональной трудоспособности исходя из максимальной суммы, установленной федеральным законом о бюджете ФСС РФ на очередной финансовый год.

ФИО1 обратился за выплатами в ДД.ММ.ГГГГ, что не оспаривалось сторонами и подтверждается материалами дела (том 1 л.д. 152; л.д. 34). Следовательно, максимальный размер единовременной страховой выплаты рассчитывается по правилам п. 1 ч. 1 ст. 6 Федерального закона от 01.12.2014 № 386-ФЗ (в редакции от 20.04.2015) «О бюджете Фонда социального страхования Российской Федерации на 2015 год и на плановый период 2016 и 2017 годов», где установлено, что сумма, из которой исчисляется размер единовременной страховой выплаты по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний застрахованному, составляет в ДД.ММ.ГГГГ 84 964 рубля 20 копеек.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 10.02.1960 «Об упорядочении льгот для лиц, работающих в районах Крайнего Севера и местностях, приравненных к районам Крайнего Севера» регламентировано, что общий размер выплачиваемых работнику надбавок во всех случаях не может быть выше: в районах Крайнего Севера 80 процентов заработка и в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, - 50 процентов заработка, а для рабочих и служащих, не переведенных на новые условия оплаты труда, соответственно 80 процентов и 50 процентов тарифной ставки (оклада) и не должен превышать для районов Крайнего Севера 240 рублей и для местностей, приравненных к районам Крайнего Севера, - 150 рублей.

В целях усиления социальной защищенности населения Томской области Постановлением Правительства Российской Федерации № 309 от 13.05.1992 «О повышении районных коэффициентов в отдельных районах и городах Томской области» в Колпашевском районе установлен районных коэффициент – 1,5. 

Таким образом, подлежащая выплате ФИО1 единовременная страховая выплата составит 16 992 рубля 84 копейки, с учётом установленной МСЭ ДД.ММ.ГГГГ степени утраты профессиональной трудоспособности (из расчёта: 84 964,20 * ) + 4 248,21 + 4 248,21 = 16 992,84).

В силу положений п. 2 ст. 10 и п. 7 ст. 15 Закона единовременные страховые выплаты выплачиваются не позднее одного календарного месяца со дня назначения указанных выплат, а в случае смерти застрахованного – лицам, имеющим право на их получение, в двухдневный срок со дня предоставления страхователем страховщику всех документов, необходимых для назначения таких выплат. Ежемесячные страховые выплаты производятся страховщиком не позднее истечения месяца, за который они начислены.

В соответствии с Федеральным законом № 125-ФЗ от 24.07.1998 «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, являясь видом социального страхования, предусматривает возмещение вреда, причинённого жизни и здоровью застрахованного при исполнении им обязанностей по трудовому договору, путём предоставления застрахованному в полном объёме всех необходимых видов обеспечения по страхованию, которое осуществляется в том числе в виде ежемесячных страховых выплат (пп. 2 п. 1 ст. 8); их размер определяется как доля среднего месячного заработка застрахованного, исчисленная в соответствии со степенью утраты им профессиональной трудоспособности (п. 1 ст. 12), и индексируется с учётом уровня инфляции в пределах средств, предусмотренных на эти цели в бюджете Фонда социального страхования Российской Федерации на соответствующий финансовый год; коэффициент индексации и её периодичность определяются Правительством РФ (п. 11 ст. 12).

В соответствии с п. 1 ст. 7 названного Федерального закона право застрахованных на обеспечение по страхованию возникает со дня наступления страхового случая.

Согласно п. 3 ст. 12 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ среднемесячный заработок застрахованного исчисляется путём деления общей суммы его заработка (с учётом премий, начисленных в расчётном периоде) за 12 месяцев повлёкшей повреждение здоровья работы, предшествовавших месяцу, в котором с ним произошёл несчастный случай на производстве, установлен диагноз профессионального заболевания или (по выбору застрахованного) установлена утрата (снижение) его профессиональной трудоспособности, на 12. При расчёте среднемесячного заработка застрахованного месяцы, не полностью им проработанные, а также месяцы, за которые отсутствуют сведения о заработке застрахованного, заменяются предшествующими месяцами, полностью проработанными на работе, повлекшей повреждение здоровья, и за которые имеются сведения о заработке, либо исключаются в случае невозможности их замены.

Согласно разъяснениям в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011 № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», право застрахованных на обеспечение по обязательному социальному страхованию возникает со дня наступления страхового случая, каковым в силу статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ признаётся подтверждённый в установленном порядке факт повреждения здоровья или смерти застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, влекущий возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию. Квалифицирующими признаками страхового случая являются: факт повреждения здоровья, подтверждённый в установленном порядке; принадлежность пострадавшего к кругу застрахованных; наличие причинной связи между фактом повреждения здоровья и несчастным случаем на производстве или воздействием вредного производственного фактора. Днём наступления страхового случая при повреждении здоровья вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания (хронического или острого) является день, с которого установлен факт временной или стойкой утраты застрахованным профессиональной трудоспособности.

Степень утраты профессиональной трудоспособности установлена ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ.

При таких обстоятельствах, с учётом разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.03.2011 № 2, суд полагает, что у ГУ – Томского регионального отделения ФСС РФ филиал № возникла обязанность назначить ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ и выплачивать ежемесячные страховые выплаты с последующей их индексацией в соответствии с действующим законодательством, а также с учётом изменения степени утраты профессиональной трудоспособности и сроков её установления. 

Разрешая вопрос о взыскании судебных расходов, суд исходит из следующего. 

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в данной статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно ч. 1 ст. 88 ГПК Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу ст. 94 ГПК Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, суммы, подлежащие выплате экспертам.

В соответствии с ч. 3 ст. 96 ГПК РФ эксперты, специалисты и переводчики получают вознаграждение за выполненную ими по поручению суда работу, если эта работа не входит в круг их служебных обязанностей в качестве работников государственного учреждения. Размер вознаграждения экспертам, специалистам определяется судом по согласованию со сторонами и по соглашению с экспертами, специалистами.

Как указано Конституционным Судом РФ в Определении от 27.10.2015 года № 2479-О обязанность стороны, проигравшей гражданско-правовой спор в суде, выплатить денежную сумму, причитающуюся в качестве вознаграждения экспертам за выполненную ими по поручению суда экспертизу не зависит от того, был ли размер вознаграждения экспертам определён судом по согласованию со сторонами и по соглашению с экспертами в соответствии с положениями части третьей статьи 95 указанного Кодекса, - такая обязанность в деле заявителя вытекает из факта вынесения судом решения, подтверждающего правомерность заявленных к нему исковых требований.

Определением Колпашевского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ по данному делу по ходатайству истца ФИО1 была назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено экспертам ОГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы Томской области», с возложением расходов по производству экспертизы на истца ФИО1 

Как следует из письма ОГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы Томской области» стоимость проведенной экспертизы в соответствии с прейскурантом цен на медицинские услуги, составила 19 736 рублей. 

И поскольку оплата за проведенную экспертизу в настоящее время не произведена, а решение суда состоялось в пользу истца, с ответчика в пользу ОГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы Томской области» подлежат взысканию судебные расходы по производству вышеуказанной экспертизы в размере 19 736 рублей. 

Согласно ч. 1 ст. 333.36 НК РФ истец при подаче иска от уплаты государственной пошлины был освобождён. 

Согласно ч. 1 ст. 103 НК РФ издержки, понесённые судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобождён, взыскиваются с ответчика, не освобождённого от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счёт средств которого они были возмещены, а государственная пошлина – в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Таким образом, с ответчика подлежит взысканию госпошлина в бюджет муниципального образования «Колпашевский район» в размере 300 рублей. 

В соответствии со ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по её письменному ходатайству, суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. 

Лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесёнными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек (пункт 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 1 от 21 января 2016 года «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»).

Пленум Верховного Суда РФ в своем Постановлении от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснил, что расходы на оплату услуг представителя, понесённые лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ). Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объём заявленных требований, цена иска, сложность дела, объём оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Конституционного суда Российской Федерации от 17 июля 2007 № 382-0-0, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и, тем самым, - на реализацию требования ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в ч. 1 ст. 100 ГПК РФ речь идёт, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле. 

Из норм процессуального закона, регламентирующих взыскание судебных расходов на представителя стороне по делу, следует, что взыскание судебных расходов законно при наличии доказательств соблюдения указанных в законе условий: принятия судебного акта в пользу этой стороны; несения расходов тем лицом, в пользу которого вынесен судебный акт (стороной); причинной связи между произведенным расходом и предметом конкретного судебного спора.

Как следует из материалов дела, интересы ФИО1 при разрешении спора представлял адвокат Сушков А.Г., действующий на основании нотариальной доверенности от ДД.ММ.ГГГГ. 

Из представленной квитанции № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО1 за юридические услуги, а именно: представление интересов ФИО1 по взысканию страховых выплат в связи с профзаболеванием с ГУ – Фонда социального страхования в филиал №, оплатил Сушкову А.Г. 10 000 рублей.

Определяя размер расходов по оплате услуг представителя, подлежащих взысканию в пользу истца, суд в совокупности принимает во внимание: объём проделанной представителем Сушковым А.Г. работы, его активное участие в качестве представителя истца в пяти судебных заседаниях, категорию самого спора и его сложность, результат оказанной представителем помощи, а также время, необходимое на подготовку процессуальных документов и сбор доказательств, продолжительность рассмотрения дела и активное участие представителя в судебных засседаниях при рассмотрении дела по существу. Исходя из соблюдения баланса интересов участвующих в деле лиц и соотношения судебных расходов с объёмом защищаемого права, принимая во внимание сложившиеся в регионе цены за аналогичные услуги, суд полагает разумным и справедливым взыскать с ответчика ГУ – Томское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации – Филиал № в пользу ФИО1 судебные расходы, связанные с оплатой услуг представителя, по представлению его интересов в суде в размере 7 000 рублей. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Государственному учреждению – Томское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации Филиал № удовлетворить частично. 

Признать страховым случаем профессиональное заболевание – , – установленное ФИО1 заключением врачебной комиссии по экспертизе профпатологии Областного государственного автономного учреждения здравоохранения «Томская областная клиническая больница» отделение Центр профпатологии ДД.ММ.ГГГГ. 

Взыскать с Государственного учреждения – Томское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации Филиал № в пользу ФИО1 единовременную страховую выплату в размере 16 992 (Шестнадцать тысяч девятьсот девяносто два) рубля 84 копейки. 

Обязать Государственное учреждение – Томское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации Филиал № назначить ФИО1 ежемесячные страховые выплаты с ДД.ММ.ГГГГ и выплачивать их с последующей индексацией в соответствии с действующим законодательством, а также с учётом последующего изменения степени утраты профессиональной трудоспособности и сроков её установления.

Взыскать с Государственного учреждения – Томское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации Филиал № в пользу областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Бюро судебно-медицинской экспертизы Томской области» судебные расходы по оплате экспертизы в размере 19 736 (Девятнадцать тысяч семьсот тридцать шесть) рублей.

Взыскать с Государственного учреждения – Томское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации Филиал № в пользу ФИО1 судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 7 000 (Семь тысяч) рублей.

Взыскать с Государственного учреждения – Томское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации Филиал № в доход бюджета муниципального образования «Колпашевский район» государственную пошлину в размере 300 (Триста рублей) рублей. 

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном прядке в Томский областной суд через Колпашевский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья: А.М. Дайнеко

Мотивированное решение суда составлено 16 апреля 2017 года. 

Судья: А.М. Дайнеко

Подлинный судебный акт подшит в дело № 2-13/2017 

Колпашевского городского суда Томской области