Дело № 2-1188/2019

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

8 ноября 2019 года г. Коркино

Коркинский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего Юркиной С.Н.,

с участием прокурора Кузнецовой А.Г.,

при секретаре Коротковой И.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу по добыче угля «Челябинская угольная компания», Обществу с ограниченной ответственностью «Тимофеевский каменный карьер» о взыскании компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к АО по добыче угля «Челябинская угольная компания», ООО «Тимофеевский каменный карьер» о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование иска сослалась на следующие обстоятельства. Её сестра Ж.А.С. с 1 апреля 2009 года работала заведующей лаборатории ООО «Тимофеевский каменный карьер». 21 ноября 2016 года с Ж.А.С. произошёл несчастный случай на производстве со смертельным исходом, в 10 часов констатирована смерть на месте трагедии. Из акта от 13 марта 2017 года о случае профессионального заболевания следует, что несчастный случай произошёл в помещении лаборатории ООО «Тимофеевский каменный карьер». 21 ноября 2016 года заведующая лабораторией Ж.А.С. приступила к работе в 7 часов 45 мин., в районе 10 часов Ж. была обнаружена за рабочим столом без признаков жизни. Согласно медицинскому заключению смерть наступила в результате однократного воздействия на организм человека вредного производственного вещества углерода оксида в течение рабочей смены в период работы 21 ноября 2016 года с 7 часов 45 мин. до 10 часов. Содержание углерода оксида, на рабочем месте заведующей лаборатории, явилось причиной развития острого отравления со смертельным исходом. Актом о случае профессионального заболевания установлены причины произошедшего несчастного случая. Следственным комитетом Российской Федерации по Челябинской области в связи с гибелью Ж.А.С. возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст. 216 УК РФ. При расследовании несчастного случая в действиях пострадавшей Ж.А.С. вины либо неосторожности работника не установлено. Гибелью Ж.А.С. ей причинён неизгладимый моральный вред, в результате гибели близкого человека родной сестры испытала сильнейший психологический удар. Просит: взыскать в её пользу солидарно с АО по добыче угля «Челябинская угольная компания», ООО «Тимофеевский каменный карьер» компенсацию причинённого морального вреда в связи со смертью сестры Ж.А.С. в сумме 2000000 руб.; 1800 руб. в счёт возмещения расходов на изготовление доверенности, расходы по оплате госпошлины в сумме 300 руб. (л.д.3-7).

Истец ФИО1 и её представитель ФИО2 в судебном заседании требование поддержали полностью и просили его удовлетворить. 

Представитель ответчика АО по добыче угля «Челябинская угольная компания» в судебное заседание не явился, судом извещён надлежащим образом о месте и времени рассмотрения дела. Суду представлен отзыв с имеющимися возражениями, сумму денежной компенсации морального вреда, которую просит взыскать истец, признает частично, в размере не превышающей 10000 руб. (л.д. 77,66).

Представитель ответчика ООО «Тимофеевский каменный карьер» в судебное заседание не явился, судом извещён надлежащим образом о месте и времени рассмотрения дела. Суду представлен отзыв с имеющимися возражениями, просит в удовлетворении исковых требований отказать (л.д.89-90).

Третьи лица ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, САО «ВСК» в судебное заседание не явились, судом были извещены надлежащим образом о месте и времени рассмотрения дела (л.д.78,79,80,82,85,87,88). 

Третье лицо САО ВСК суду представил отзыв, в котором указал на отсутствие оснований для выплаты страхового возмещения в виду не наступления страхового случая (л.д.52).

Прокурор в заключение указал, истец приходилась родной сестрой Ж., безусловно, смерть Ж. причинила истцу моральный вред и страдания, сумму просил рассчитать с учётом разумности и справедливости, заявленный размер считает завышеным.

Поэтому суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчиков и третьих лиц. 

Выслушав объяснения истца, представителя истца, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, суд требование ФИО1 нашёл обоснованным и подлежащим частичному удовлетворению по следующим причинам.

В соответствии с ч. 1 ст. 46 Конституции Российской Федерации, гарантирующей каждому судебную защиту его прав и свобод, и соответствующих положений международных правовых актов, в частности, статьи 8 Всеобщей декларации прав человека, п. 1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также п. 1 ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, государство обязан обеспечить право на судебную защиту, которая должна быть справедливой, компетентной, полной и эффективной.

Согласно положениям Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства (статья 2); каждый имеет право на жизнь (пункт 1 статьи 20); право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (пункт 1 статьи 41).

Статьёй 37 Конституции Российской Федерации, каждому гарантировано право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности.

На основании ст. 1 ТК РФ, целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.

В соответствии со ст. 2 ТК РФ, исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, одним из основных принципов правового регулирования трудовых отношений является установление государственных гарантий по обеспечению прав работников и работодателей.

Согласно ст. 16 ТК РФ, трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

Согласно ст. 56 ТК РФ, трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определённую этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В силу ст. 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125 "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", несчастным случаем на производстве является событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору (контракту) и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях, как на территории страхователя, так и за её пределами во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, доставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной работоспособности либо его смерть.

Частью 3 ст. 8 вышеназванного Федерального закона установлено, что возмещение морального вреда, причинённого в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Согласно ст. 212 ТК РФ, работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; создание и функционирование системы управления охраной труда; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте.

Согласно ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с ч. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причинённый личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред. Законом обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В силу ст. 1099 ГК РФ, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ и статьей 151 ГК РФ. Частью 3 указанной статьи предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинён моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Исходя из разъяснений, содержащихся в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от дата N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причинённые действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право пользования своим именем, право авторства), либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда РФ, изложенной в п. 32 Постановления Пленума от 26.01.2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечёт физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причинённого ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

В силу п. 2 ст. 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесённые страдания. Смерть близкого человека (родственника), рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, влекущего состояние субъективного стресса и эмоционального расстройства, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам.

В судебном заседании достоверно установлено: Ж.А.С. состояла в трудовых отношениях с ООО «Тимофеевский каменный карьер» в должности заведующей лаборатории. 21.11.2016 Ж.А.С. приступила к работе в 7 час. 45 мин.. Около 10 часов Ж. была обнаружена за рабочим столом без признаков жизни. Согласно договору аренды имущества НОМЕР от 1 мая 2016 года ОАО по добыче угля «Челябинская угольная компания» передало в аренду ООО «Тимофеевский каменный карьер» здание лаборатории, расположенное на территории угольного разреза «Коркинский» (л.д.8-28)

Согласно акту о случае профессионального заболевания от 13.03.2017 причиной профзаболевания или отравления послужило: однократное воздействие на организм человека вредного производственного вещества углерода оксида в течение рабочей смены, в период работы 21.11.2016 с 7 час. 45 мин. до 10 часов. ООО «Тимофеевский каменный карьер» не обеспечены безопасные условия труда работнику - заведующей лабораторией ООО «ТКК» Ж.А.С. - острое отравление со смертельным исходом наступило на рабочем месте вследствие воздействия углерод оксида, вещества остронаправленного механизма действия на организм. Контроль за содержанием углерод оксида в рабочем помещении (лаборатории, расположенной на территории АО по добыче угля «Челябинская угольная компания» АДРЕС) юридическим лицом - ООО «ТКК» не проводился. Нарушение ст. 2, ст. 11, ст. 20, ст. 24, ст. 25 ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» от 30 марта 1999 № 52-ФЗ, гигиенических нормативов «Предельно допустимые концентрации (ПДК) вредных веществ в воздухе рабочей зоны. ГН 2.2.5.1313-03», утверждённые Главным государственным санитарным врачом РФ 27.04.2003, СП 1.1.1058-01 «Организация и проведение производственного контроля над соблюдением санитарных правил и выполнением санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий (с изменениями и дополнениями). АО «ЧУК»: ведение работ в районе здания, в котором расположена лаборатория без уведомления арендатора. 

В соответствии с актом о несчастном случае от 16.03.2017 года установлено: неудовлетворительная организация производства работ, нарушение техники безопасности при производстве работ, нарушение должностных инструкций, допущенных, в том числе сотрудниками предприятий - начальником производства ОАО по добыче угля «Челябинская угольная компания» ФИО3, главным инженером ООО «Тимофеевский каменный карьер» ФИО5, обязанным обеспечить контроль за выполнением совместного приказа о предоставление в пользование здания лаборатории. Расследованием установлено, что ООО «Тимофеевский каменный карьер» не обеспечены безопасные условия труда. Контроль за содержанием углерод оксида в рабочем помещении (лаборатории, расположенной на территории АО по добыче угля «Челябинская угольная компания» ООО «Тимофеевский каменный карьер» не проводился. АО «Челябинская угольная компания» допущено проведение работ в районе здания лаборатории без уведомления арендатора. Установлены нарушения ст. 2, ст. 11, ст. 20, ст. 24, ст. 25 ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» от 30 марта 1999 года № 53 - ФЗ, нарушения гигиенических нормативов «Предельно допустимые концентрации вредных веществ в воздухе рабочей зоны. ГН 2.2.51313-03», утверждённых Главным государственным санитарным врачом Российской Федерации 27 апреля 2003 г., нарушение СП 1.1.1058-01 «Организация и проведение производственного контроля над соблюдением санитарных правил и выполнением санитарно-противоэпидемиологических (профилактических) мероприятий.

Из заключения эксперта НОМЕР от 02. 12. 2016 года следует, что смерть Ж.А.С. наступила от отравления окисью углерода. 

При этом, экспертным заключением ООО «Маггеоэксперт» от 15.08. 2017 г. установлено, что к несчастному случаю с заведующей лаборатории ООО «Тимофеевский каменный карьер» причастны, как ООО «Тимофееский каменный карьер», так и АО по добыче угля «Челябинская угольная компания». В соответствии с приказом Министерства энергетики «О совместной деятельности ООО «Тимофеевский каменный карьер» и АО по добыче угля «Челябинская угольная компания» от 13. 01. 2016 г. в целях обеспечения соответствующей ответственности между предприятиями руководство ООО «Тимофеевский каменный карьер» должно обеспечить безопасное производство работ на выделенном участке в соответствии с требованиями промышленной безопасности и охраны труда, соблюдение трудового законодательства, требований санитарных норм и правил. Руководство АО по добыче угля «Челябинская угольная компания» не обеспечило консервацию грузового ствола НОМЕР после его вывода из эксплуатации, не приняло действенных мер, исключающих поступление газов и дыма через грузовой ствол НОМЕР в поверхностные здания и сооружения, не обеспечило газовый контроль в зданиях и сооружениях поверхностного комплекса, сопряжённых с грузовым стволом НОМЕР, не поставило в известность руководство ООО «Тимофеевский каменный карьер» о возможности поступления ядовитых газов в лабораторию, расположенную в здании «раскомандровки» АО по добыче угля «Челябинская угольная компания». Руководство ООО «Тимофеевский каменный карьер» не обеспечило здоровье и безопасные условия труда (п.2.2 Трудового контракта с генеральным директором ООО «Тимофеевский каменный карьер» ФИО4 от 31. 12. 2010 г.), не обеспечило производственный контроль за соблюдением требований промышленной безопасности (п.2.2 должностной инструкции НОМЕР главного инженера ООО «Тимофеевский каменный карьер» ФИО5 от 01. 03. 2014 г.), не организовало комплексные и целевые проверки состояния промышленной безопасности на рабочих местах (п.2.2 должностной инструкции НОМЕР заместителя директора по производству ООО «Тимофеевский каменный карьер» ФИО6 от 01. 03. 2014 г.), не организовало изучение условий труда на рабочих местах, работу по проведению паспортизации санитарно-технического состояния (п.2.6 должностной инструкции НОМЕР специалиста по охране труда ООО «Тимофеевский каменный карьер» ФИО7 от 01. 03. 2014 г.).

Вместе с тем, заключением НОМЕР технической судебной экспертизы от 28 февраля 2018 года ФБУ «Кемеровский ЦСМ» установлены нарушения должностных инструкций, требований федерального законодательства и иных нормативных актов должностных лиц АО по добыче угля «ЧУК: генерального директора К.В.А., главного инженера К.М.С., заместителя генерального директора по ОТ и ПБ Т.Т.В., главного маркшейдера Г.О.Ю. главного геолога Е.В.В., начальника производства ФИО3.

Из разъяснений, изложенных в п. 32 постановления Пленума ВС РФ «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» от 26 января 2010 № 1 следует, при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических и нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. 

В настоящем иске истец заявил требования о взыскании морального вреда с ООО «Тимофеевский каменный карьер» и АО по добыче угля «Челябинская угольная компания». 

По делам о компенсации морального вреда бремя доказывания распределяется следующим образом: истец должен доказать причинение вреда при определённых обстоятельствах и конкретным лицом, степень физических и нравственных страданий, претерпеваемых им, и в чём они выражаются, причинно-следственную связь между причинителем вреда и наступившими физическими или нравственными страданиями, размер компенсации вреда. 

В судебном заседании истец ФИО1 пояснила степень претерпеваемых ею физических и нравственных страданий, наличие близких родственных отношений, которые принимаются судом. 

В обоснование требования о возмещении морального вреда истец привела доводы о том, что она испытывает физические и нравственные страдания. При этом, суд учитывает обстоятельства гибели близкого родственника истца, необратимость данной утраты для него, нарушающим психическое благополучие членов семьи, также неимущественное право на родственные и семейные связи, характер и степень нравственных и физических страданий, степень разумности и справедливости.

Поскольку погибшая во время травмирования находилась при исполнении служебных обязанностей, действовала по заданию работодателя, ответчиком ООО «Тимофеевский каменный карьер» не обеспечены достаточные условия для безопасности и охраны труда, в результате чего ФИО8 погибла в результате несчастного случая на производстве, ответственность за причинение вреда должна быть возложена на работодателя. АО по добыче угля «Челябинская угольная компания» допустило нарушение правил безопасности при ведении горных и иных работ, выразившееся в не обеспечении контроля за соблюдением требований промышленной безопасности, охраны труда, соблюдением производственного контроля на источниках выбросов загрязняющих веществ в атмосферу, что повлекло по неосторожности смерть заведующей лаборатории ООО «Тимофеевский каменный карьер» Ж., что является основанием для привлечения к ответственности за причинение вреда АО по добыче угля «Челябинская угольная компания».

Таким образом, вред, причинённый истцу, должен быть возмещён юридическими лицами ООО «Тимофеевский каменный карьер» и АО по добыче угля «Челябинская угольная компания». Следовательно, ООО «Тимофеевский каменный карьер» и АО по добыче угля «Челябинская угольная компания» обязаны возместить вред, причинённый в результате несчастного случая на производстве в виде смерти Ж.А.С. её близкому родственнику - родной сестре ФИО1.

При определении суммы денежной компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца, суд учёл следующие обстоятельства: 

- вину работников ООО «Тимофеевский каменный карьер» и АО по добыче угля «Челябинская угольная компания», в результате которой наступила гибель Ж.А.С.; степень физических и нравственных страданий истца; обстоятельства, при которых ей был причинён моральный вред; 

<

данные изъяты>

- отсутствие вины у погибшей в наступлении смерти, а также и грубой неосторожности. 

Установленные в суде обстоятельства подтверждены доказательствами, находящимися в материалах дела: паспортом истца (л.д.8), свидетельствами о рождении (л.д.9,11,12), свидетельством о браке (л.д.10), справками о заключении брака (л.д.13,14), справкой нотариуса (л.д.15), свидетельством о смерти (л.д.16), трудовым договором (л.д.17), трудовой книжкой (л.д.18-19), постановлением о возбуждении уголовного дела (л.д.20-22), решением Коркинского городского суда от 16 марта 2018 (л.д.23-28), выпиской из ЕГРЮЛ (л.д.33-37), заявлением истца (л.д.44,121), отзывами (л.д.52,66,89-90), страховым полисом (л.д.55), заявлением об обязательном страховании (л.д.56-57), сведениями об объекте (л.д.58-59), договором на оказание услуг по обязательному страхованию (л.д.60-61), информационным листом (л.д.62), учредительными документами (л.д.92-110), фотографиями (л.д.123-125).

Как следует из п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причинённые действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причинённым увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесённым в результате нравственных страданий и др..

Представленные истцом доказательства, изложенные выше в настоящем решении, стороной ответчика оспорены не были. Никаких сомнений они у суда не вызывают и в своей совокупности подтверждают заявленное истцом требование. 

Таким образом, ООО «Тимофеевский каменный карьер» и АО по добыче угля «Челябинская угольная компания» являются юридическими лицами, являются виновными лицами в наступлении смерти Ж.А.С., обязаны возместить вред истцу, причинённый в результате несчастного случая на производстве, её сестре ФИО1. 

С учётом изложенных обстоятельств, суд полагает необходимым констатировать следующие выводы по делу. В пользу истца ФИО1 надлежит взыскать: с ответчика ООО «Тимофеевский каменный карьер» - денежную компенсацию морального вреда в сумме 50000 рублей, с ответчика АО по добыче угля «Челябинская угольная компания» - денежную компенсацию морального вреда в сумме 50000 рублей.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ, с ответчиков в пользу истца надлежит взыскать судебные расходы в виду уплаты госпошлины в сумме 300 рублей, по 150 рублей с каждого.

Однако в удовлетворении требования о взыскании расходов за удостоверение доверенности, выданной истцом 20.02.2019 года, удостоверенной В.Т.Н., нотариусом нотариального округа АДРЕС в размере 1800 руб., надлежит отказать, поскольку доверенность выдана истцом на представление её интересов во всех органах и учреждениях без указания в ней определённого настоящего гражданского дела. 

Руководствуясь ст. ст.194 - 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать в пользу ФИО1:

- с Акционерного общества по добыче угля «Челябинская угольная компания» компенсацию морального вреда - 50000 рублей, в счёт возмещения госпошлины в сумме 150 рублей;

- с Общества с ограниченной ответственностью «Тимофеевский каменный карьер» компенсацию морального вреда - 50000 рублей, в счёт возмещения госпошлины в сумме 150 рублей.

В удовлетворении остальной части требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда, расходов за услуги нотариуса по удостоверению доверенности, отказать. 

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд в течение месяца со дня его вынесения через суд г. Коркино.

Председательствующий: С.Н. Юркина Мотивированное решение изготовлено 14.11.2019 года.