дело № 2- 2581/19

Решение

Именем Российской Федерации

07 июня 2019 года г.Щелково

Щелковский городской суд Московской области в составе: 

председательствующего судьи Кулагиной И.Ю.,

при секретаре судебного заседания Шариповой О.Ф.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 ФИО9 к ФИО1 ФИО10 о взыскании неосновательного обогащения, судебных расходов,

Установил:

ФИО2 обратилась в Щелковский городской суд Московской области с иском к ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения, судебных расходов. В обоснование требований указала, что в 2013 году между истцом и ответчиком, которые по отношению друг к другу, являются матерью и дочерью, было заключено устное соглашение о приобретении квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, в долевую собственность, в которой они совместно будут проживать. В связи с тем, что имеющихся денежных средств у сторон на покупку квартиры было недостаточно, они обратились в банк ФИО11 (ранее ФИО12 По причине достижения истцом пенсионного возраста на момент совершения сделки, кредитная организация дала согласие выдать кредит на ответчика с оформлением права собственности на квартиру на должника по кредиту. С учетом условий банка истец и ответчик после проведенных между собой переговоров договорились, что совместно профинансируют покупку квартиры, с последующим оформлением доли квартиры в собственность истца. 13 ноября 2013 года ответчиком был заключен с банком ФИО13 кредитный договор на покупку квартиры. С учетом достигнутых договоренностей между сторонами, истец 16 ноября 2013 года оплатил первоначальный взнос в размере 2 415 000 (два миллиона четыреста пятнадцать тысяч) рублей путем перечисления указанной суммы со своего банковского счета на расчетный счет ответчика. В этот же день ответчик перечислил банковским платежом указанную сумму в банк ФИО14. 26 октября 2014 года истец снял со своего расчетного счета имеющуюся у нее денежную сумму в размере 900 000 рублей и передал ответчику, который перевел указанную сумму в банк ФИО15, в счет исполнения обязательств по кредитному договору, что также может быть подтверждено выпиской из банка. В дальнейшем истец регулярно оплачивала от своего имени ипотечные платежи в банк с целью гашения долга в счет своей будущей доли по кредитному договору, что подтверждается приложенными документами. Общая сумма денежных средств, перечисленных истцом по кредитному договору, составляет 2 702 700 руб. Кроме того, истец произвела расходы на ремонт квартиры в сумме 20 011 рублей. Таким образом, размер денежных средств, уплаченных ФИО2 в счет обязательств ответчика составляет 2 722 711 руб., что превышает стоимость доли квартиры, которую она должна была получить после погашения ипотеки. После оформления указанной квартиры в собственность ФИО3, истец и ответчик проживают в квартире, постоянно в ней зарегистрированы. С ноября 2018 года ответчик стала чинить истцу препятствия в пользовании квартирой, в то время как у истца нет другого жилья, поскольку квартира в 

<

адрес>, принадлежащая истцу на праве собственности, продана с целью приобретения жилья в 

<

адрес> в 2013 году и денежные средства уплачены в качестве первоначального взноса. 27 ноября 2018 года от ответчика истцу поступило СМС сообщение, в котором ответчик угрожала истцу обращением в суд, если истец не будет оплачивать ежемесячные платежи по ипотеке в размере 20 000 рублей. Неоднократные попытки истца решить с ответчиком возникшую ситуацию мирным путем, оказались безрезультатными. В марте 2019 года истцу стало известно, что ее дочь выставила квартиру на продажу, в связи с чем, истец поняла, что ответчик не намерена исполнять достигнутые договоренности сторон по переоформлению квартиры в долевую собственность истца и ответчика, в связи с чем, обратилась к ответчику с просьбой вернуть денежные суммы, уплаченные ею на приобретение квартиры. Однако на данную просьбу ответчик ответил отказом. Таким образом, в случае продажи квартиры, истец будет выселена новым собственником на улицу без средств к существованию, а ответчик получит неосновательное обогащение. Просит суд взыскать с ФИО3 неосновательное обогащение в размере 2 722 711 рублей, расходы по оплате госпошлины при обращении в суд в размере 8000 рублей. 

В судебном заседании ФИО2 и ее представитель, действующий на основании доверенности, исковые требования поддержали, просили удовлетворить, полагали срок исковой давности не пропущенным, поскольку о нарушении своих прав узнали из СМС сообщении. 

Представитель ответчика ФИО3, действующий на основании доверенности, в судебном заседании иск не признал, пояснил, что до покупки спорной квартиры ответчик с несовершеннолетней дочерью и матерью проживали в квартире по адресу: 

<

адрес>. Имея намерения приобрести квартиру в 

<

адрес>, ответчик решила продать принадлежащую ей долю в квартире в 

<

адрес>, а недостающую часть суммы взять в кредит, однако истец уговорила приобрести квартиру побольше, чтобы жить поближе к детям, обещала подарить какую-то часть денег на жилье и помогать с оплатой жилья по мере возможности, взамен на регистрацию ее в квартире, и отдельную комнату для проживания. 28 ноября 2013 г. ФИО3 по договору купли-продажи квартиры с использованием кредитных средств приобрела в свою личную собственность квартиру по адресу: 

<

адрес>, стоимостью 5 015 800 руб., из которых 600 000 руб. - заемные денежные средства по кредитному договору № от 28.11.2013 г.; оставшиеся 2 415 000 руб. - это средства от продажи доли квартиры ответчика в 

<

адрес> и денежные средства, подаренные матерью. Таким образом, заявленная ко взысканию сумма 1 207 000 руб. — это денежные средства, подаренные матерью, что подтверждается заявлением истца в банк о переводе в рублях с указанием цели перевода «дарение». После покупки квартиры стороны проживают и зарегистрированы как одна семья. В 2014 г. мама самостоятельно, без согласования с ответчиком, по своему усмотрению и вкусу купила в санузел плитку. Обязательства по возмещению стоимости плитки не признает, поскольку истец приобретала ее для себя и своего комфорта. Истец в течение длительного времени пользовалась и продолжает пользоваться санузлом с купленной ею плиткой, проживая в квартире. Никаких препятствий в проживании ответчик не чинит, ключи от квартиры у ФИО2 имеются, она проживает в квартире. В 2014 г. истец продала доставшийся ей по договору ренты от дедушки дом и земельный участок, часть вырученных от продажи денежных средств в размере 900 000 рублей отдала ответчику в счет участия в уходе за дедушкой, однако эта сумма в иске теперь заявлена как «платеж на погашение ипотеки» от февраля 2014 г., внесенный истцом. Учитывая, что стороны проживали все вместе и фактически вели общее хозяйство, истец добровольно помогала ответчику с оплатой платежей по кредиту. Денежные средства, которые истец перечисляла ответчику на карту в период с февраля 2014 г. по июль 2018 г., переводились добровольно и намеренно в интересах ФИО3 и ее дочери, при отсутствии какой-либо обязанности со стороны ответчика. Ни о каком возврате данных денежных средств либо ином встречном обязательстве никогда речи не было. Таким образом, спорные платежи, произведенные в период с февраля 2014 г. по июль 2018 г. на общую сумму 1 495 200 руб., не являются неосновательным обогащением. Кроме того, из искового заявления следует, что истец перечисляла спорные денежные средства ответчику в счет будущего обязательства по переоформлению на нее доли в квартире. Данная сделка могла бы быть осуществлена только после выплаты ипотеки и снятии обременения (залога) с квартиры. Между тем, в силу п. 1 ст. 1109 ГК РФ не подлежит возврату в качестве неосновательного обогащения имущество, переданное во исполнение обязательства до наступления срока исполнения, если обязательством не предусмотрено иное. Положения ст. 434.1 ГК РФ к настоящим правоотношениям неприменимы, поскольку отношения возникли в 2013 году, а положения статьи 434.1 ГК РФ применяются к правоотношениям, возникшим после 01.06.2015 г. Осуществляя платежи, истец знала об отсутствии правового основания для перевода денежных средств, в связи с чем, о нарушении своего права истец должна была знать с момента осуществления платежа. Полагает, что в силу п. 1 ст. 200 ГК РФ началом течения срока исковой давности является день перечисления каждой спорной суммы истцом ответчику. Таким образом, ответчик считает, что по спорным платежам за период с 16 ноября 2013 года по 28 марта 2016 г. истцом пропущен срок исковой давности. Просит в иске отказать. 

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно пункту 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего) обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По смыслу указанной нормы, обязательным условием возникновения неосновательного обогащения является то, что имущество приобретено лицом за счет другого лица без каких-либо правовых оснований. При рассмотрении спора о неосновательном обогащении предметом исследования является основания получения имущества (в данном случае - денежных средств).

Лицо, обратившееся с требованием о возмещении неосновательного обогащения, возникшего в результате неосновательного пользования его имуществом, обязано доказать факт пользования ответчиком принадлежащего истцу имуществом, отсутствие правовых оснований такого пользования, а также размер неосновательного обогащения.

При этом для возникновения обязательства из неосновательного обогащения необходимо, чтобы имущество было приобретено или сбережено неосновательно, то есть не основано на законе, ином правовом акте либо сделке.

Следовательно, для установления неосновательного обогащения необходимо, в том числе, отсутствие у ответчика оснований (юридических фактов), дающих ему право на получение имущества. Такими фактами могут быть договоры, сделки и иные предусмотренные ст. 8 ГК РФ основания возникновения гражданских прав и обязанностей.

В судебном заседании установлено, что на основании кредитного договора от 28 ноября 2013 года (л.д. 78-109), заключенного между Банком ФИО16 и ФИО3, последней предоставлен кредит в размере 2 600 000 рублей для приобретения трехкомнатной квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, площадью 79, 6 кв.м.. (л.д. 105).

На основании договора купли-продажи от 28 ноября 2013 года, заключенного между ЗАО «ФИО17» и ФИО3, указанное жилое помещение, стоимостью 5 015 800 рублей передано в собственность ответчика (л.д. 110-113), право собственности зарегистрировано 24 декабря 2013 года, что подтверждается соответствующей отметкой в договоре (л.д. 113), выпиской из ЕГРН (л.д. 15-17). 

Сторонами не оспаривается, что денежные средства в размере 2 415 000 рублей получены ФИО2 от продажи квартиры в 

<

адрес>, принадлежащей сторонам на праве собственности, в равных долях. 

Денежные средства в размере 2 415 000 рублей перечислены от ФИО2 в пользу ФИО3 16 ноября 2013 года, что подтверждается выпиской по счету истца (л.д. 46-47). 

Из содержания выписки по счету банка ФИО18 открытого на имя ФИО3, денежные средства в размере 2 415 000 рублей поступили на счет 18 ноября 2013 года (л.д. 129). 

28 ноября 2013 года денежные средства в размере 2 415 000 рублей перечислены со счета ответчика в счет исполнения обязательств ФИО3 по договору купли-продажи с использованием кредитных средств 28 ноября 2013 года (л.д. 129-130).

Обязательств ФИО2 по внесению денежных средств по договору купли-продажи от 28 ноября 2013 года и кредитному договору, в нарушение ст. 56 ГПК РФ, судом не установлено. 

Таким образом, принимая во внимание равный размер долей в жилом помещении в 

<

адрес>, суд приходит к выводу, что денежные средства в размере 1 207 500 рублей, полученные ФИО4 от истца в счет оплаты обязательств по договору купли-продажи квартиры, принадлежащей на праве собственности ответчику, являются неосновательным обогащением и подлежат возврату истцу. 

Сторонами не оспаривается, что денежные средства от продажи дома, принадлежащего истцу, в размере 900 000 рублей также перечислены 26 февраля 2014 года в счет исполнения обязательств ФИО3 по кредитному договору, что подтверждается выпиской по счету (л.д. 131). В этой связи график платежей по кредиту изменен с уменьшением размера ежемесячного платежа с 32 045, 57 рублей до 21 113, 78 рублей (л.д. 18). 

Доказательств наличия прав ответчика на проданный жилой дом или иных обязательств истца перед ответчиком, а также наличия законных оснований по исполнению обязательств по возврату кредита за ФИО3 судом не установлено. 

Суду представлены платежные поручения о внесении ежемесячно денежных средств от ФИО2 в пользу ФИО3 на банковский счет ФИО19 за период с 16 июня 2014 года по 16 декабря 2014 года, весь период 2015 года, январь, февраль, март 2016 года на общую сумму 325 300 рублей.

Доводы ответчика о добровольном и безвозмездном перечислении денежных средств от матери в пользу дочери не могут быть приняты судом, поскольку наличия каких либо обязательств по содержанию перед ответчиком у истца судом не установлено. Доказательств обратному, в нарушение ст. 56 ГПК РФ суду не представлено. 

Одновременно, суд не находит оснований для взыскания с ответчика денежных средств на покупку плитки и сопутствующих товаров по заказ-наряду от 25 февраля 2014 года на сумму 20 011 рублей (л.д. 51-53), поскольку данные денежные средства ответчику не передавались и не могут являться неосновательным обогащением.

В судебном заседании судом допрошены свидетели ФИО6 и ФИО7, которые показали суду, что ФИО2 после продажи квартиры и дома оплатила денежные средства по обязательствам ФИО3, поскольку ранее они договорились о приобретении квартиры в общую долевую собственность, однако по причине отказа банка в выдаче кредита на имя ФИО2, стало возможно лишь приобретение квартиры в собственность ответчика. В будущем стороны планировали переоформить долю квартиры на истца, между тем, после получения ФИО2 27 ноября 2018 года СМС сообщения от ФИО3 об освобождении комнаты в случае невнесения средств по ипотеке, выяснилось, что намерения переоформить долю в квартире на мать у ответчика не имеется. 

Пунктом 1 статьи 196 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что срок исковой давности по требованиям о взыскании неосновательного обогащения с 27 ноября 2018 года не пропущен. 

В соответствии со ст.98 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд присуждает возместить истцу понесенные судебные расходы по оплате госпошлины в размере 8000 рублей, как подтвержденные документально (л.д. 7), кроме того, с учетом цены иска с ответчика подлежит взысканию госпошлина в размере 12 364 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 ФИО20 в пользу ФИО1 ФИО21 неосновательное обогащение в размере 2 432 800 (два миллиона четыреста тридцать две тысячи восемьсот) рублей, расходы по оплате госпошлины при обращении в суд в размере 8000 (восемь тысяч) рублей. 

Взыскать с ФИО1 ФИО22 в доход местного бюджета госпошлины в размере 12 364 (двенадцать тысяч триста шестьдесят четыре) рубля. 

Решение может быть обжаловано в Московский областной суд через Щелковский городской суд в течение одного месяца с момента его изготовления в окончательной форме. 

Председательствующий

Судья И.Ю.Кулагина