№

№

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

04 июня 2024 г. __________ 2020 _______________________________________________________________________________________________________________ г. Ефремов Тульской области 

Ефремовский межрайонный суд Тульской области в составе:

судьи Шаталовой Л.В.,

при секретаре Скороваровой Н.В.,

с участием помощников Ефремовского межрайонного прокурора Петрова А.И., ФИО1, 

истца ФИО5 и его представителя по доверенности ФИО6, представителей ответчика ООО «Истоки» по доверенности ФИО7, ФИО8, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по иску ФИО5 к ООО «Истоки» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, 

у с т а н о в и л:

ФИО5 обратился в суд с иском к ООО «Истоки» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.

В обоснование заявленных исковых требований указал, что ДД.ММ.ГГГГ в 17 часов 05 минут по адресу: 137 км + 720 м автодороги «Орел-Ефремов» произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого вследствие столкновения автомобиля 

<

данные изъяты>, под управлением водителя ФИО2, двигавшегося по второстепенной дороге, с автомобилем 

<

данные изъяты>, под управлением водителя ФИО3, двигавшимся по главной дороге, пассажир автомобиля 

<

данные изъяты>, ФИО5 получил следующие травмы: сотрясение 

<

данные изъяты>. В связи с полученными травмами ФИО5 утратил трудоспособность в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, находясь на лечении в учреждениях здравоохранения Тульской области. Согласно заключению эксперта № БУЗ ОБ «Орловское бюро судебно-медицинской экспертизы» от ДД.ММ.ГГГГ, вышеуказанные травмы квалифицируются как тяжкий вред здоровью человека. Собственником транспортного средства 

<

данные изъяты>, согласно информации сайта Российского Союза Автостраховщиков и сведений об участниках дорожно-транспортного происшествия является ООО «Истоки». Фактом произошедшего дорожно-транспортного происшествия и его последствием - получением телесных повреждений и дальнейшей нетрудоспособностью, истцу были причинены существенные нравственные страдания, которые выражались в переживаниях по поводу того, что длительное время он лишен возможности полноценно, без болевых ощущений самостоятельно передвигаться и осуществлять уход за собой, и физические страдания, которые выражались в том, что в течение длительного времени его беспокоили постоянные боли в поврежденных областях и продолжают беспокоить до настоящего времени, при этом полученные в результате дорожно-транспортного происшествия травмы повлекли для истца нарушение коммуникационных способностей, искажение социальных ориентиров, дисбаланс субъективных ценностей. В течение всего процесса лечения истец постоянно находился в крайне негативном эмоциональном напряжении. С момента дорожно-транспортного происшествия жизнедеятельность истца была сильно ограничена из-за неполноценной возможности передвигаться и обслуживать себя, в связи с чем он вынужден был обращаться за помощью к третьим лицам. У истца регулярно возникают болевые симптомы, головокружения, нарушения сна, раздражительность, паника, повышенная утомляемость, которые он купирует сильнодействующими и дорогостоящими медицинскими препаратами. Вышеуказанное свидетельствует о том, что в результате произошедшего дорожно-транспортного происшествия, в связи с причинением вреда здоровью, истец испытал существенные физические и нравственные страдания, то есть ему был причинен моральный вред, при этом с момента дорожно-транспортного происшествия по настоящее время ответчик ни разу не предложил истцу какую-либо помощь.

Просит взыскать с ООО «Истоки» в пользу истца компенсацию морального вреда, причиненного в результате произошедшего дорожно-транспортного происшествия, в размере 500 000 рублей (том 1, л.д. 2-6).

Истец ФИО5 в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении, пояснив, что в результате дорожно-транспортного происшествия ему был причинен вред, он находился на лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, был нетрудоспособен, ему проводили операции, в связи с чем до настоящего времени плохо себя чувствует, имеет проблемы 

<

данные изъяты>, постоянно принимает обезболивающие препараты, периодически обращается в медицинские учреждения, не имеет возможности работать и прекратил свою деятельность как глава КФХ ДД.ММ.ГГГГ, хотя ранее имел доход, а в настоящее время находится на иждивении матери, являющейся пенсионером, у него право на пенсию возникнет только в 2028 году. Автомобилем, в котором он находился в момент дорожно-транспортного происшествия, управлял его друг. ООО «Истоки» не предлагало ему помощи, но он и не обращался за данной помощью к ответчику. Просил исковые требования удовлетворить.

Представитель истца ФИО5 по доверенности ФИО6 в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении, пояснив, что ФИО5 в результате дорожно-транспортного происшествия ДД.ММ.ГГГГ получил множественные травмы: 

<

данные изъяты>, и согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ причиненный вред классифицируется как тяжкий вред здоровью, при этом в связи с полученными травмами ФИО5 утратил трудоспособность с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, после чего продолжил лечение в медицинских учреждениях Тульской области; перенес множество дорогостоящих хирургических операций, на весь период для проведения весенне-осенних полевых работ потерял трудоспособность, а доводы ответчика о том, что ФИО5 после закрытия листка нетрудоспособности мог осуществлять трудовую деятельность, без каких-либо ограничений, являются необоснованными, так как сведения, изложенные специалистами медицинских учреждений, указывают на продолжение лечения. Такие травмы, как 

<

данные изъяты> не позволили ФИО5 осуществлять сельскохозяйственную деятельность, как тяжелого физического труда, и требовался длительный период времени для восстановления после полученных травм. Потеря деловой активности ФИО5, как руководителя, привела к сокращению посевных площадей и не дало урожая, работать на сельскохозяйственной технике стало невозможно, в связи с чем все показатели в 2022 году по выращиванию сельскохозяйственных культур перед министерством сельского хозяйства Тульской области не были выполнены. Из-за отсутствия прибыли хозяйство стало нести убытки, и ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 был вынужден сняться с учета как индивидуальный предприниматель в налоговом органе, прекратил свою деятельность в качестве главы КФХ. Произошло это все в связи с подорванным, ослабленным здоровьем, с полученными травмами и увечьем в результате дорожно-транспортного происшествия ДД.ММ.ГГГГ. Сторона ответчика обращает внимание суда на получение дохода ФИО5 от реализации церковной утвари, которая неоднозначно трактуется обществом, но сведения о скупке ФИО5 старинных икон, ничем не подтверждены и представлены суду на основании слухов, в то время как согласно удостоверению и доверенности, выданным Храмом Рождества Пресвятой Богородицы Московского патриархата Русской православной церкви, ФИО5 имеет право заниматься благотворительной деятельностью от имени храма. Обращает внимание, что Министерством культуры РФ целенаправленно выделяются финансы на покупку различных старинных икон, утраченных в годы революции и при других обстоятельствах, с целью возвращения их в храмы, а, следуя логике представителя ответчика, такая деятельность, а также деятельность частных коллекционеров, тоже должна оцениваться неоднозначно и отрицательно, что не соответствует действительности. Ответчик ссылается на то, что ФИО5 к ООО «Истоки» за помощью не обращался, но и предложение об урегулировании вопроса о возмещении морального вреда ФИО5 от ООО «Истоки» не поступало. Представители ООО «Истоки» считают компенсацию морального вреда в размере 90 000 рублей достаточной, но как разъяснено в п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда. В сложившейся судебной практике, вне зависимости от того или иного понимания правовой доктрины термина «моральный вред», потерпевший самостоятельно оценивает нравственные и физические последствия деяния через своё восприятие и устанавливает определенный объем требования о возмещении морального вреда. Учитывая моральное, психологическое, физическое состояние, в котором находился и находится в настоящее времени ФИО5, здоровью которого был причинен тяжкий вред, принимая во внимание, что он пережил и что испытывает в связи с утратой своего друга и одноклассника ФИО20, утрату принадлежащего ему имущества – автомобиля, который не подлежал восстановлению, в связи с чем был реализован по цене металлолома, утрату и приведение в негодное состояние практически всех товарно-материальных ценностей, потерпевший ФИО5, понимая и осознавая, что все эти обстоятельства являются результатом дорожно-транспортного происшествия, установил объем требования о возмещении причиненного морального вреда. ФИО5 не может работать, чувствует быструю утомляемость, усталость, невозможность организации работы, не может осуществлять организацию наемных сотрудников на период уборочной; он остался без источника дохода, полностью зависит от своей мамы, живет на ее пенсию, имеют небольшое хозяйство, и таким образом человек выживает. Травмы, полученные при дорожно-транспортном происшествии, продолжают беспокоить ФИО5, не позволяют ему физически работать, учитывая также его возраст. Просил исковые требования удовлетворить.

Представитель ответчика ООО «Истоки» - генеральный директор ФИО9 представил суду письменный отзыв на исковое заявление, согласно которому истцом не представлено обоснования и подтверждения заявленного к возмещению морального вреда. Так, период нетрудоспособности истца с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а согласно имеющимся в материалах дела листкам нетрудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 может приступить к трудовой деятельности, и данная оценка возможностей истца с учетом специфики нетрудоспособности (травма) подтверждается соответствующим заключением специалиста медицинского учреждения и не может подвергаться иному толкованию, кроме как возможность осуществлять трудовую функцию с ДД.ММ.ГГГГ без каких-либо ограничений. В связи с чем ссылки истца на то, что он «лишен возможности полноценно, без болевых ощущений самостоятельно передвигаться и осуществлять уход за собой», что «жизнедеятельность истца была сильно ограничена из-за неполноценной возможности передвигаться и обслуживать себя» несостоятельны. Кроме того, из искового заявления невозможно определить, в чем выражается «нарушение коммуникативных способностей, искажение социальных ориентиров, дисбаланс субъективных ценностей», а реалии настоящего времени таковы, что ссылки на данные формулировки применимы к будням обычного гражданина. Указание ФИО5 на симптомы, выражающиеся в виде «головокружения, нарушения сна, раздражительности, паники, повышенной утомляемости» также могут быть применимы к каждому человеку, особенно в пожилом возрасте. Ссылка истца на отсутствие предложения со стороны ООО «Истоки» помощи несостоятельна, поскольку ФИО5 ни разу не обратился за нею. Учитывая особенности деятельности ФИО5 по получению доходов до произошедшего дорожно-транспортного происшествия, а именно скупка икон у населения, продажа церковного инвентаря и т.п., нравственные страдания могли быть последствиями такой индивидуальной особенности истца, так как данный вид деятельности неоднозначно трактуется обществом. Кроме того, истец был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя - главы крестьянского фермерского хозяйства с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с основным видом деятельности - выращивание овощей, бахчевых, корнеплодных и клубнеплодных культур, грибов и трюфелей, что подтверждает ведение ФИО5 деятельности до ДД.ММ.ГГГГ и не ставит в зависимость нравственные страдания, как указывается в исковом заявлении. Таким образом, истцом не предоставлено доказательств того, что нравственные страдания являлись следствием произошедшего ДД.ММ.ГГГГ дорожно-транспортного происшествия с участием транспортного средства, принадлежащего ООО «Истоки» на праве собственности, как и не представлено обоснования размера морального ущерба в 500 000 рублей. Учитывая судебную практику по аналогичной категории дел, руководствуясь нормами действующего законодательства, разъяснениями Постановления Пленума Верховного суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм компенсации морального вреда, ООО «Истоки» полагает, что размер морального вреда не должен превышать 90 000 руб. (том 1, л.д. 166-168).

Представитель ответчика ООО «Истоки» по доверенности ФИО7 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований в размере заявленной истцом суммы, поддержала письменный отзыв ответчика, пояснив, что истцом не обоснована сумма морального вреда, поскольку согласно листкам нетрудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ истец уже мог приступить к труду. Истец ссылается на болевые ощущения, лишение возможности самостоятельно передвигаться и осуществлять за собой уход, ограничение жизнедеятельности из-за неполноценной возможности передвигаться и обслуживать себя, однако данные доводы несостоятельны, поскольку представленные документы подтверждают обратное. Ссылки на указанную истцом в исковом заявлении симптоматику, которая возникла после дорожно-транспортного происшествия, необоснованны, и невозможно понять, почему истец не обратился первоначально в ООО «Истоки», но говорит о том, что ООО «Истоки» поступило незаконно, не предложило со своей стороны помощи. Истец был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя, главой КФХ с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с основным видом деятельности - выращивание овощей, грибов, и ведение деятельности не ставят в зависимость какие-то нравственные страдания; истцом не представлено доказательств того, что нравственные страдания являлись следствием произошедшего ДД.ММ.ГГГГ дорожно-транспортного происшествия с участием транспортного средства, принадлежащего ООО «Истоки» на праве собственности, как и не представлено обоснования размера морального ущерба в 500 000 рублей. ООО «Истоки» действительно является собственником транспортного средства, которым управлял виновник дорожно-транспортного происшествия, и считает, что возмещению подлежит сумма не более 90 000 рублей.

Представитель ответчика ООО «Истоки» по доверенности ФИО8 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований в размере заявленной истцом суммы, поддержал письменный отзыв ответчика, пояснив, что ООО «Истоки» никогда не отказывалось в оказании помощи, тем более осознавая, что является владельцем источника повышенной опасности, но с учетом суммы доходов ФИО5, ответчик ориентируется на сумму в 90 000 рублей, которую считает объективной.

Выслушав участников процесса, исследовав письменные материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования законными и обоснованными, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в 17 час. 05 мин. на 137 км + 720 м объездной автодороги Орел-Ефремов, вблизи с. Старогольское Новодеревеньковского района Орловской области, произошло дорожно-транспортное происшествие, а именно водитель автомобиля 

<

данные изъяты>, ФИО2, не пропустил транспортное средство, двигающееся по главной автодороге, то есть автомобиль 

<

данные изъяты>, под управлением водителя ФИО3, при этом после столкновения оба водителя транспортных средств погибли на месте, а пассажир автомобиля 

<

данные изъяты>, ФИО5 был доставлен в приемный покой ГУЗ «Ефремовская районная больница им. А.И. Козлова» с диагнозом: 

<

данные изъяты>. 

Данные обстоятельства подтверждаются материалами уголовного дела №, в частности, справкой об участниках дорожно-транспортного происшествия (том 1, л.д. 10-11), а также постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ, которым отказано в возбуждении уголовного дела по ч. 3 ст. 264 УК РФ по основаниям, предусмотренным п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, поскольку водитель ФИО2 от полученных травм скончался (том 1, л.д. 12-13), а также постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ, которым отказано в возбуждении уголовного дела по ч. 3 ст. 264 УК РФ по основаниям, предусмотренным п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в действия водителя ФИО3 состава преступления (том 2, л.д. 151-152).

Кроме того, из данных постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ следует, что на основании протокола осмотра места дорожно-транспортного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей, схемы дорожно-транспортного происшествия установлено, что водитель автомобиля 

<

данные изъяты>, ФИО2 не выполнил требование дорожного знака «2.4 уступить дорогу», в результате чего допустил столкновение с автомобилем 

<

данные изъяты>, движущемся по главной дороге под управлением водителя ФИО3.

В соответствии с п. 1.3 Правил дорожного движения РФ участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

Согласно п. 13.9 Правил дорожного движения РФ на перекрестке неравнозначных дорог водитель транспортного средства, движущегося по второстепенной дороге, должен уступить дорогу транспортным средствам, приближающимся по главной, независимо от направления их дальнейшего движения.

Дорожный знак 2.4 «Уступите дорогу» раздела 2 Приложения № 1 к Правилам дорожного движения РФ, обязывает водителя уступить дорогу транспортным средствам, движущимся по пересекаемой дороге, а при наличии таблички 8.13 - по главной.

Согласно п. 1.2 Правил дорожного движения РФ «Уступить дорогу (не создавать помех)» - требование, означающее, что участник дорожного движения не должен начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить других участников движения, имеющих по отношению к нему преимущество, изменить направление движения или скорость.

Таким образом, с учетом вышеизложенного, суд приходит к выводу о том, что нарушение водителем ФИО2 Правил дорожного движения состоит в причинно-следственной связи с произошедшем ДД.ММ.ГГГГ дорожно-транспортным происшествием и причинением вреда здоровью ФИО4

В силу ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (п. 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п. 2).

В соответствии с п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Такой случай предусмотрен статьей 1079 Гражданского кодекса РФ в отношении владельца источника повышенной опасности, а именно юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, в том числе (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего, при этом обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

По смыслу приведенных норм надлежащим ответчиком по заявленному требованию о возмещении ущерба является собственник автомобиля, либо лицо, не являющееся его собственником, но владеющее автомобилем на законном основании.

При разрешении спора суд исходит из того, что юридически значимыми обстоятельствами при разрешении настоящего спора являются, в частности, обстоятельства, связанные с тем, кто и на каком праве на момент дорожно-транспортного происшествия владел источником повышенной опасности.

Судом установлено, что автомобиль 

<

данные изъяты>, которым управлял виновник дорожно-транспортного происшествия ФИО2, по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ на праве собственности принадлежал ООО «Истоки», что подтверждается свидетельством о регистрации транспортного средства (том 1, л.д. 127) и никем не оспорено.

Согласно путевому листу от ДД.ММ.ГГГГ водитель ФИО2 осуществлял управление транспортным средством 

<

данные изъяты>, с 07 час. 00 мин. ДД.ММ.ГГГГ по заданию ООО «Истоки» (том 1, л.д. 128).

Из страхового полиса ПАО СК «Росгосстрах» следует, что автомобиль 

<

данные изъяты>, на момент дорожно-транспортного происшествия ДД.ММ.ГГГГ был застрахован по полису ОСАГО в отношении неограниченного круга лиц и цель использования указана как «прочее», собственник ООО «Истоки» (том 1, л.д. 137).

В соответствии со ст. 210 Гражданского кодекса РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не установлено законом или договором.

В силу абз. 2 п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса РФ обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Из взаимосвязи указанных правовых норм следует, что гражданско-правовой риск возникновения вредных последствий при использовании источника повышенной опасности возлагается на собственника при отсутствии вины такого собственника в непосредственном причинении вреда, как на лицо, несущее бремя содержания принадлежащего ему имущества, если не докажет, что право владения источником передано им иному лицу в установленном законом порядке.

Таким образом, с учетом установленных судом обстоятельств, суд приходит к выводу, что законным владельцем транспортного средства 

<

данные изъяты>, на момент дорожно-транспортного происшествия - ДД.ММ.ГГГГ являлось именно ООО «Истоки», а водитель ФИО2, являясь работником данного учреждения, управлял им по заданию последнего, в связи с чем ООО «Истоки» является надлежащим ответчиком по делу и обязано возместить причиненный ущерб.

При этом суд учитывает, что в силу п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 данного кодекса, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

В пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).

Разрешая требования о компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 150 Гражданского кодекса РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения. 

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу ст. 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Согласно ст. 1100 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом.

В соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 1 Постановления № 33 от 15.11.2022 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (пункт 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 33 от 15.11.2022)

В силу п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 33 от 15.11.2022 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ).

Как указано в п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

В соответствии с п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

В п. 30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Таким образом, компенсация морального вреда должна отвечать цели, для достижения которой она установлена законом - компенсировать потерпевшему перенесенные им физические и нравственные страдания, при этом истцу ФИО5 бесспорно в результате дорожно-транспортного происшествия причинен моральный вред.

Судом установлено, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 находился на стационарном лечении в травматологическом отделении ГУЗ «Ефремовская районная больница им. А.И. Козлова» с основным диагнозом: 

<

данные изъяты>., что подтверждается выписным эпикризом (том 1, л.д. 14).

Кроме того, как следует из данного выписного эпикриза и медицинской карты стационарного больного ФИО5 (том 2, л.д. 3-52) в период стационарного лечения в ГУЗ «Ефремовская районная больница им. А.И. Козлова» истцу ФИО5 проводились операции: 

<

данные изъяты>, он осматривался врачом-травматологом, врачом-анестезиологом-реаниматологом, ему назначались лекарственные препараты, анальгетики, сильнодействующие препараты, проводились исследования – рентгеновская компьютерная томография.

Как следует из медицинской карты пациента ФИО5, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях (том 2, л.д. 181-191), он находился на стационарном лечении в травматологическом отделении ГУЗ «Ефремовская районная больница им. А.И. Козлова» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с основным диагнозом – 

<

данные изъяты>, при этом ДД.ММ.ГГГГ был проведено 

<

данные изъяты>.

Как следует из листков временной нетрудоспособности ФИО5 был временно нетрудоспособен с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в связи с травмой (том 1, л.д. 81-82). 

Согласно заключению эксперта БУЗ Орловской области «Орловское бюро судебно-медицинской экспертизы» № от ДД.ММ.ГГГГ у ФИО5 при поступлении на лечение в ГУЗ «Ефремовская районная больница им. ФИО13» ДД.ММ.ГГГГ в 19 часов 25 минут обнаружены телесные повреждения: 

<

данные изъяты>; телесные повреждения в виде 

<

данные изъяты> сами по себе как в отдельности, так и в совокупности – не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и поэтому оцениваются как телесные повреждения, не причинившие вред здоровью; телесные повреждения в виде 

<

данные изъяты>, оцениваются в едином комплексе, как закрытая травма грудной клетки, квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, так как 

<

данные изъяты>, являются опасными для жизни в момент причинения (том 1, л.д. 15-22).

Также судом установлено, что ФИО5 является уполномоченным представителем храма Рождества Пресвятой Богородицы села Льялово Солнечногорского района Московской области по вопросу благотворительной деятельности и на основании доверенности имеет право заниматься благотворительной деятельностью от имени храма, имеет право на заключение двусторонних долгосрочных договоров и сбора заказов на поставку необходимых церковных товаров, что подтверждается доверенностью и удостоверением храма Рождества Пресвятой Богородицы Московского патриархата Русской православной церкви (том 2, л.д. 169-170).

Кроме того, истец ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, снят с учета в налоговом органе в качестве главы крестьянского (фермерского) хозяйства с ДД.ММ.ГГГГ (том 2, л.д. 171), не имеет неисполненной обязанности по уплате налогов, сборов, страховых взносов, пеней, штрафов, процентов, подлежащих уплате в соответствии с законодательством о налогах и сборах (том 2, л.д. 172), относится к категории граждан предпенсионного возраста (том 2, л.д. 173), им были уплачены налоги и сборы за 2020 год в размере 14 761,31 руб., за 2021 год в размере 182 295,15 руб., за 2022 год в размере 35 581,5 руб. (том 2, л.д. 165-166). 

При определении размера компенсации морального вреда, суд принимает во внимание фактические обстоятельства, степень нравственных и физических страданий истца, причинение ФИО5 таких телесных повреждений, как: 

<

данные изъяты>, при том, что повреждения в виде 

<

данные изъяты>, которые оценены в едином комплексе, как закрытая травма грудной клетки, и квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Кроме того, суд учитывает, что в результате дорожно-транспортного происшествия, безусловно, ФИО5 был причинен моральный вред, который выразился в том, что от полученных травм он испытывал сильную постоянную физическую боль в поврежденных областях, сильные нравственные страдания, эмоциональное напряжение, переживания из-за необходимости прохождения длительного лечения, при том, что длительное время истец был лишен возможности полноценно, без болевых ощущений самостоятельно передвигаться и осуществлять уход за собой, в связи с чем жизнедеятельность истца была существенно ограничена, он был лишен возможности самостоятельное себя обслуживать, тем самым он не имел возможности в период лечения и проведения операций в полной мере реализовать свое право на труд.

Доводы стороны истца об отсутствии предложения со стороны ООО «Истоки» помощи ФИО5 и доводы стороны ответчика о необращении ФИО10 за такой помощью в ООО «Истоки», не имеют правового значения при разрешении спора, поскольку компенсация морального вреда производится при установлении факта причинения нравственных, физических страданий, и не зависит от досудебного обращения пострадавшего к лицу, ответственному за причинение вреда.

Также довод стороны ответчика о неоднозначной трактовке обществом деятельности по получению доходов от скупки икон у населения и продаже церковного инвентаря, не имеет правого значения при разрешении настоящего спора, при том, что судом установлено, что ФИО5 является уполномоченным представителем храма Рождества Пресвятой Богородицы села Льялово Солнечногорского района Московской области по вопросу благотворительной деятельности и на основании доверенности имеет право заниматься благотворительной деятельностью от имени храма, имеет право на заключение двусторонних долгосрочных договоров и сбора заказов на поставку необходимых церковных товаров.

Таким образом, учитывая вышеперечисленные обстоятельства, индивидуальные особенности и возраст ФИО5, а также период его лечения, проведенные операции, прием соответствующих лекарственных препаратов и период временной нетрудоспособности согласно вышеуказанным медицинским документам, исходя из того, что физические и нравственные страдания истца с учетом вышеизложенного из-за повреждения здоровья очевидны, то суд считает с учетом требований разумности и справедливости определить размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с ответчика в пользу истца, в размере 450 000 рублей. 

Иные приведенные истцом доводы в обоснование заявленной денежной суммы в счет компенсации морального вреда в большем размере, в том числе в ходе судебного заседания, в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ ничем не подтверждены, при том, что суд рассматривает дело в пределах заявленных предмета и основания иска. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО5 к ООО «Истоки» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Истоки» в пользу ФИО5 компенсацию морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 450 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО5 к ООО «Истоки» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, отказать. 

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Тульского областного суда путем подачи апелляционной жалобы, апелляционного представления в Ефремовский межрайонный суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 10.06.2024.

Судья Л.В. Шаталова