Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

24 ноября 2017 года г. Тольятти

Судья Ставропольского районного суда Самарской области Шишкин А.Г.,

с участием:

истца ФИО1, представителя истца ФИО2 по доверенности,

ответчика ФИО3, его представителя ФИО4 в порядке ст. 53 ГПК РФ,

представителя Управления по вопросам семьи, опеки и попечительства м.р. Ставропольский Самарской области» ФИО5 по доверенности, 

при секретаре Пашкевич А.С.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2487/17 по иску ФИО1, ФИО6 к ФИО3 о признании договора купли-продажи недействительным, применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

Истцы обратились в Ставропольский районный суд с вышеуказанным исковым заявлением в котором просят: 

-признать недействительным договор купли-продажи земельного участка площадью 

<

данные изъяты> предназначенный для ведения подсобного хозяйства находящийся на территории 

<

адрес> с размещенным на нем домом № общей площадью 

<

данные изъяты>, в том числе жилой площадью 

<

данные изъяты>, со службами и сооружениями от ДД.ММ.ГГГГ

-применить последствия недействительности сделки вернуть стороны в первоначальное положение.

-взыскать с ответчика в пользу ФИО1 уплаченную госпошлину в сумме 400 рублей.

Заявленные требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ между истцами и ответчиком ФИО3 заключен договор купли-продажи земельного участка площадью 

<

данные изъяты> предназначенный для ведения подсобного хозяйства находящийся на территории 

<

адрес> с расположенным на нем домой № общей площадью 

<

данные изъяты> в том числе жилой площадью 

<

данные изъяты>, со служебными сооружениями. Указанный договор заключен по инициативе опекуна истцов ФИО7. При заключении договора были на рушены права истцов. О нарушении прав истцы узнали 12.01.2017 г. получив выписку из ЕГРН. На день заключения договора опекун, ФИО7 злоупотребил своим правом, лишив истцов жилья, полученного в наследство. На день заключения договора, в силу несовершеннолетия, истцы не могли осознавать значения своих действий и действовали по указанию опекуна. На день заключения договора у истцов не имелось иного жилья, была только прописка. 

Постановлением главы Администрации Ставропольского района Самарской области № от 

<

данные изъяты> выдано разрешение продажи только дома, а не земельного участка. При этом разрешение на продажу выдано не имущества истцов, а иных лиц: ФИО6 и ФИО8. Отчество истцов Викторович и соответственно Викторовна. По договору купли-продажи продан земельный участок, а в постановлении указано, что разрешается продажа дома. Разрешение на продажу земельного участка не получено и не выдано. То есть продажа земельного участка осуществлена вопреки требованиям закона.

Земельный участок и дом проданы по заниженной цене за 10 000 рублей. Реальная цена их опекуном и покупателем скрыта и была она гораздо выше, чем указано в договоре.

Кроме того, после продажи имущества орган опеки не интересовался последствиями продажи имущества. В п. 3 постановления указано «положить деньги на счета детей в равных долях». Деньги на счета детей не поступили. Счета не открыты, деньги опекуном использованы не по назначению.

Этим же постановлением стороны сделки предупреждены, что при нарушении жилищных прав несовершеннолетних договор купли-продажи будет признан недействительным. Иного жилья у истцов нет, деньги на счет не поступили. Денежные средства ими не получены. Земельный участок продан не законно, без разрешения органов опеки.

В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель в судебном заседании заявленные исковые требования поддержали по основаниям изложенным в иске, просили их удовлетворить в полном объеме.

Истец ФИО6 в судебное заседание не явился, представил в суд заявление о рассмотрении дела в его отсутствие. На исковых требованиях настаивал.

Ответчик и его представитель в судебном заседании иск не признали, просили в удовлетворении заявленных требований отказать, поскольку сделка совершена в законном порядке и прошла государственную регистрацию. Акт приема-передачи имущества не составлялся, вместе с тем, денежные средства переданы в полном объеме ФИО7. Имущество передано в день получения денежных средств. В удовлетворении заявленных требований также просят отказать, в связи с тем, что истцом пропущен срок исковой давности. 

Представитель Управления по вопросам семьи, опеки и попечительства м.р. Ставропольский Самарской области» в судебном заседании с исковыми требованиями не согласна, просила в иске отказать по основаниям, изложенным в письменном отзыве, также просит применить срок исковой давности. 

Суд с учетом мнения явившихся лиц, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие истца ФИО6 

Выслушав стороны, изучив письменные материалы гражданского дела, оценивая собранные доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого доказательства в отдельности, а также в их совокупности, суд находит заявленные требования не обоснованными и не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Статьей 8 ГК РФ установлено, что гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. 

В соответствии со ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключение договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

В силу положений ч. 1 ст. 160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

В силу ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии со ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии со ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских обязанностей.

В силу ст. 12 ГК РФ одним из способов защиты гражданских прав является признание оспоримой сделки недействительной и применение последствий ее недействительности, а также применение последствий недействительности ничтожной сделки.

Положениями ст. 166 ГК РФ (в редакции действовавшей на момент заключения оспариваемого договора) определено, что сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе.

В силу ст. 168 ГК РФ (действовавшей на момент заключения оспариваемого договора) установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Поскольку, истцами в исковом заявлении указывается о ничтожности оспариваемого договора, то ФИО1, ФИО6 в силу статьи 56 ГПК РФ в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 ГПК РФ, обязаны доказать наличие оснований недействительности (ничтожности) сделки.

Судом установлено, что на основании свидетельства о праве на наследство по закону, выданного нотариусом г.Тольятти ФИО9, ФИО10 и ФИО6 являлись собственниками земельного участка и жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>.

Недвижимое имущество перешло к истцам в порядке наследования после смерти ФИО15 умершего ДД.ММ.ГГГГ.

На основании постановления Администрации с. Александровка Ставропольского района Самарской области № от ДД.ММ.ГГГГ опекуном ФИО8 и ФИО6 являлся ФИО7 

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО8, ФИО6 действующих с согласия опекуна ФИО7 с одной стороны и ФИО3 с другой стороны был заключен договор купли-продажи земельного участка и дома расположенного по адресу: 

<

адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ договор купли-продажи удостоверен нотариусом ФИО11

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 выдано свидетельство о регистрации права собственности на земельный участок, расположенный по адресу: 

<

адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 выдано свидетельство о регистрации права собственности на жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес>.

Статьей 121 Семейного кодекса Российской Федерации (далее - СК РФ) предусмотрено, что защита прав и интересов детей в случаях смерти родителей, лишения их родительских прав, ограничения их в родительских правах, признания родителей недееспособными, болезни родителей, длительного отсутствия родителей, уклонения родителей от воспитания детей или от защиты их прав и интересов, в том числе при отказе родителей взять своих детей из образовательных организаций, медицинских организаций, организаций, оказывающих социальные услуги, или аналогичных организаций, при создании действиями или бездействием родителей условий, представляющих угрозу жизни или здоровью детей либо препятствующих их нормальному воспитанию и развитию, а также в других случаях отсутствия родительского попечения возлагается на органы опеки и попечительства.

В соответствии с положениями ст. 123 СК РФ дети, оставшиеся без попечения родителей, подлежат передаче в семью на воспитание (усыновление (удочерение), под опеку или попечительство, в приемную семью либо в случаях, предусмотренных законами субъектов Российской Федерации, в патронатную семью), а при отсутствии такой возможности временно, на период до их устройства на воспитание в семью, передаются в организации для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, всех типов (статья 155.1 настоящего Кодекса).

В силу абз. 3 п. 3 ст. 60 СК РФ при осуществлении родителями правомочий по управлению имуществом ребенка на них распространяются правила, установленные гражданским законодательством в отношении распоряжения имуществом подопечного (ст. 37 ГК РФ).

Пунктом 2 ст. 37 ГК РФ установлено, что опекун не вправе без предварительного разрешения органа опеки и попечительства совершать, а попечитель - давать согласие на совершение сделок по отчуждению, в том числе обмену или дарению имущества подопечного, сдаче его внаем (в аренду), в безвозмездное пользование или в залог, сделок, влекущих отказ от принадлежащих подопечному прав, раздел его имущества или выдел из него долей, а также любых других действий, влекущих уменьшение имущества подопечного.

В соответствии с ч. 1 ст. 21 ФЗ "Об опеке и попечительстве" опекун без предварительного разрешения органа опеки и попечительства не вправе совершать, а попечитель не вправе давать согласие на совершение сделок по сдаче имущества подопечного внаем, в аренду, в безвозмездное пользование или в залог, по отчуждению имущества подопечного (в том числе по обмену или дарению), совершение сделок, влекущих за собой отказ от принадлежащих подопечному прав, раздел его имущества или выдел из него долей, и на совершение любых других сделок, влекущих за собой уменьшение стоимости имущества подопечного. 

По смыслу названных норм права юридически значимым обстоятельством при разрешении возникшего спора является соблюдение опекуном несовершеннолетних ФИО10 и ФИО6 при отчуждении их имущества установленного законом порядка, предусматривающего предварительное согласие органов опеки и попечительства на совершение сделки, во взаимосвязи с соблюдением прав и законных интересов несовершеннолетних.

Оспаривая договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, истцы ссылаются на несоответствие сделки требованиям закона, поскольку ФИО7, действующий в интересах несовершеннолетних ФИО8 и ФИО6, не выполнил условие органа опеки и попечительства в части перечисления полученных по сделке денежных средств на счета детей, что привело к нарушению их прав и законных интересов, что свидетельствует о недействительности сделки.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом, таких надлежащих доказательств недействительности сделки суду представлено не было.

Частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Данному конституционному положению корреспондирует пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс), согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В пункте 1 статьи 10 Гражданского кодекса закреплена недопустимость действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

По смыслу приведенных выше законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в статье 10 Гражданского кодекса, в связи с чем такая сделка должна быть признана недействительной в соответствии со статьями 10 и 168 Гражданского кодекса как нарушающая требования закона.

Как следует из материалов гражданского дела ДД.ММ.ГГГГ договор купли-продажи заключен ФИО8 и ФИО6 с согласия опекуна ФИО7 Предметом договора явился дом и земельный участок.

Договор купли-продажи удостоверен нотариусом ФИО11 в присутствии сторон. 

Денежные средства по сделке покупателем ФИО3 переданы опекуну ФИО7

Из имеющихся в деле доказательств следует, что перед заключением оспариваемого договора законным представителем несовершеннолетних было получено разрешение на продажу имущества, о чем свидетельствует постановление органа местного самоуправления.

При этом вопреки доводам искового заявления, само по себе наличие в постановлении администрации указания о необходимости положить денежные средства на счета детей и несоблюдение такого условия, не свидетельствуют о недействительности оспариваемой сделки по смыслу ст. 168 ГК РФ, поскольку такие требования действующим законодательством не предусмотрены.

Имеющиеся в постановлении органа местного самоуправления технические ошибки, по мнению суда, являются не существенными, не могли повлиять на суть принятого решения и самостоятельным основанием к признанию сделки недействительной, при совокупности иных доказательств, являться не могут.

Суд считает необходимым указать на то, что даже если оценивать оспариваемый договор, как заключенный не в полной мере с предоставленным органами опеки разрешением, то в силу прямого указания в законе это не приводит к его недействительности.

В соответствии с ч. 4 ст. 21 ФЗ "Об опеке и попечительстве" при обнаружении факта заключения договора от имени подопечного без предварительного разрешения органа опеки и попечительства последний обязан незамедлительно обратиться от имени подопечного в суд с требованием о расторжении такого договора в соответствии с гражданским законодательством, за исключением случая, если такой договор заключен к выгоде подопечного.

Как следует из представленного суду технического паспорта на спорный дом от ДД.ММ.ГГГГ степень его износа составляла 62%, что позволяет суду сделать вывод о непригодности его для проживания на момент совершения сделки.

Стоимость спорного имущества определена договором. Надлежащих доказательств иной стоимости реализованного имущества на момент заключения договора купли-продажи суду не представлено.

Обязанности положить денежные средства на счета детей указанным постановлением на ответчика ФИО3 не возлагается. 

Денежные средства ФИО3 ФИО7 переданы, о чем свидетельствует представленная суду расписка.

Признаков недобросовестности со стороны ФИО3 судом не усмотрено.

Оснований полагать, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в правомочиях продавца на отчуждение имущества, у суда не имеется, т.к. и при совершении сделки стороны присутствовали, разрешение органа местного самоуправления имелось, сделка совершена в нотариальной форме, денежные средства по сделке переданы.

Надлежащих доказательств того, что денежные средства не были потрачены на нужды истцов иным способом, суду представлено не было. На момент рассмотрения гражданского дела ФИО7 скончался.

При этом на момент сделки данное жилое помещение не являлось для ФИО8 и ФИО6 единственным, что в силу ст. 168 ГК РФ может свидетельствовать о недействительности сделки.

Из материалов гражданского дела следует, что на момент совершения сделки истцы проживали по адресу: 

<

адрес>. Указанное жилое помещение сохранено за ними после смерти матери ФИО17, умершей ДД.ММ.ГГГГ.

О сохранении указанного жилого помещения за несовершеннолетними свидетельствует постановление 

<

адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ.

ФИО6 право пользования указанным жилым помещение сохранил до настоящего времени, права на приватизацию жилого помещения не утратил.

ФИО10 решением Ставропольского районного суда Самарской области от 09.12.2016 г. признана утратившей право пользования жилым помещением расположенным по адресу: 

<

адрес> в связи с ее добровольным выездом из указанного жилого помещения, который носит постоянный характер.

Решение суда ФИО10 не обжаловалось и вступило в законную силу.

Оценивая по правилам ст. 67 ГПК РФ представленные в материалах дела доказательства в их совокупности, суд не усматривает нарушения прав истцов в результате совершения оспариваемой сделки, доказательств, свидетельствующих об обратном, истцами суду не представлено.

Представителем ответчика в ходе судебного разбирательства заявлено о пропуске истцами сроков исковой давности.

Согласно пункта 1 статьи 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из общего правила исчисления срока исковой давности устанавливаются настоящим Кодексом и иными законами.

Такие изъятия в частности закреплены в статье 181 ГК РФ, на основании пункта 1 которой срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

Таким образом, законодателем в пункте 1 статьи 181 ГК РФ предусмотрена специальная норма, в соответствии с которой начало течения срока исковой давности по требованию о признании сделки недействительной определяется не субъективным фактором - осведомленностью заинтересованного лица о нарушении его прав, - а объективными обстоятельствами, характеризующими начало исполнения сделки. Такое правовое регулирование обусловлено характером соответствующих сделок как ничтожных, которые недействительны с момента совершения независимо от признания их таковыми судом (пункт 1 статьи 166 ГК РФ), а значит, не имеют юридической силы, не создают каких-либо прав и обязанностей как для сторон по сделке, так и для третьих лиц.

При этом следует иметь в виду, что, определяя момент начала течения срока исковой давности по ничтожным сделкам, закон не связывает его с тем, кем из участников ничтожной сделки было начато ее исполнение и было ли оно завершено.

Как следует из разъяснений, данных в Постановлении Пленума ВС РФ от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ» для требований сторон ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и о признании такой сделки недействительной установлен трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая - к принятию такого исполнения (пункт 1 статьи 181 ГК РФ).

В соответствии со ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о которой заявлено стороной в споре, является самостоятельным и достаточным основанием к отказу в иске.

В соответствии со ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о которой заявлено стороной в споре, является самостоятельным и достаточным основанием к отказу в иске.

Как видно из материалов дела, спорный договор заключен ДД.ММ.ГГГГ Исполнение договора купли-продажи недвижимого имущества имело место ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается распиской о передаче денежных средств во исполнение сделки. И пояснениями ответчика ФИО3, пояснившего суду, что имущество было фактически передано в день передачи денежных средств.

Таким образом, ФИО3 передав денежные средств, приступил к фактическому исполнению сделки, в свою очередь ФИО7, действуя в интересах истцов, принял такое исполнение. Надлежащих доказательств обратного, суду представлено не было.

В суд с настоящим иском истцы обратились ДД.ММ.ГГГГ, т.е. по истечении установленного законом трехлетнего срока.

Ссылки представителя истцов на то, что его доверители не знали о переоформлении спорного имущества на ФИО3, суд считает несостоятельными.

Во-первых, применительно к положениям ст. 181 ГК РФ то обстоятельство, когда заинтересованной стороне стало известно о нарушении ее права, не имеет значения для применения срока исковой давности по ничтожным сделкам.

Во-вторых, как следует из материалов дела, ФИО10 и ФИО6 не могли не знать о совершенной сделке, поскольку, участвовали в ней непосредственно, что подтверждается представленным суду реестром совершенных нотариальных действий и оспариваемым договором купли-продажи.

Несостоятельными являются и ссылки представителя истцов на то, что для несовершеннолетних членов семьи срок исковой давности начинает течь лишь с момента достижения совершеннолетия.

Как видно из материалов дела, у несовершеннолетних ФИО10 и ФИО6. имелся законный представитель – ФИО7, который имел возможность и обязанность выступать в защиту их прав и интересов с любыми физическими лицами и юридическими лицами без специальных полномочий (п. 1 ст. 64 СК РФ).

Каких-либо уважительных причин для восстановления указанного срока истцами не представлено.

Учитывая требования закона и установленные обстоятельства, суд считает возможным применить к возникшим правоотношениям сроки исковой давности и считать их пропуск самостоятельным основанием к отказу в удовлетворении заявленных требований.

Принимая во внимание изложенное, учитывая необходимость соблюдения баланса прав и взаимных интересов сторон, пропуск сроков исковой давности, суд оснований для признания договора купли-продажи недействительным по основаниям, указанным в исковом заявлении, не усматривает, в связи с чем исковые требований подлежат оставлению без удовлетворения.

Руководствуясь ст. 12, 56, 194 – 199 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1, ФИО6 к ФИО3 о признании договора купли-продажи недействительным - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия в окончательной форме через Ставропольский районный суд.

Судья Шишкин А.Г.

Мотивированное решение изготовлено 28.11.2017 года