УИД: 42RS0017-01-2024-001441-64 Дело № 2-889/2024 

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Новокузнецк 21 ноября 2024 года

Кузнецкий районный суд г. Новокузнецка Кемеровской области в составе судьи Шипицыной В.А.,

при секретаре Федоришиной Е.М.,

с участием помощника прокурора Кузнецкого района г. Новокузнецка Крыловой Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «РУСАЛ Новокузнецкий Алюминиевый Завод», Обществу с ограниченной ответственностью «Русская инжиниринговая компания» о взыскании компенсации морального вреда в связи с повреждением здоровья и утратой профессиональной трудоспособности от профессионального заболевания, о взыскании компенсации морального вреда за нарушение трудовых прав,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к АО «РУСАЛ Новокузнецкий алюминиевый завод», ООО «РИК», в котором просит взыскать с ответчиков в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 1000 000 рублей пропорционально отработанному времени у каждого из работодателей, в связи с полученным по вине ответчиков профессиональным заболеванием; также просит взыскать компенсацию морального вреда в сумме 50000 руб. за причинение нравственных страданий: невыполнением ответчиками – страхователями обязанности по разъяснению прав на возмещение вреда здоровью в связи с профессиональным заболеванием, что является нарушением п.п. 16 п. 2 ст. 17 Федерального закона РФ от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний; невыполнением ответчиками – работодателями обязанности, предусмотренной ст. 212 (в настоящее время ст. 214) ТК РФ по информированию истца как работника об условиях и охране труда на рабочем месте, о риске повреждения здоровья, о неэффективности выдаваемых индивидуальных средств защиты. 

Заявленные требования мотивирует тем, что он проработал у ответчиков во вредных условиях труда 14 лет. В акте о случае профессионального заболевания указан заключительный диагноз - ... Причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм вредного производственного фактора – фтора газообразного и солей фтористоводородной кислоты, среднесменные концентрации вредных веществ на рабочем месте в разы превышали предельно допустимые концентрации. Его вины в получении профессионального заболевания нет. Лицом, допустившим нарушения Федерального закона РФ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов указаны его работодатели, ответчики по делу.

По заключению Бюро медико-социальной экспертизы степень утраты профессиональной трудоспособности установлена 30 % бессрочно. Как видно из Программы реабилитации пострадавшего в результате профессионального заболевания, он вынужден принимать .. Нуждается в санаторно-курортном лечении. Также указано, что ему противопоказан труд в условиях воздействия фтора и его соединений. Работа во вредных условиях труда явилась основанием для получения им профессионального заболевания и существенного ухудшения здоровья по вине ответчиков. В результате полученного профессионального заболевания он лишился профессиональной трудоспособности и здоровья. Стал .. Вынужден изменить свой образ жизни.

Лишь сейчас он обращается за возмещением вреда здоровью, т.к. ответчики - работодатели, в нарушение требования подпункта 16 пункта 2 ст. 17 Федерального закона РФ от 24.07.1998 № 125 - ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» не выполнили свою обязанность, не разъяснили ему как работнику его права на возмещение вреда здоровью. Узнав об этом и о своих правах случайно из других источников, он расстроился и огорчился от того, как работодатели отнеслись к нему. В нарушение требований, содержащихся в ст. ст. 22, 212 (ныне 214) ТК РФ, работодатели не информировали его о том, что вредные производственные факторы, присутствовавшие на рабочем месте, во много раз превышали предельно допустимые концентрации, установленные государством. Не информировали о том, что выдаваемые средства защиты являются неэффективными и что его следовало направлять в центр профпатологии.

Помимо страданий, переносимых от профессионального заболевания, он испытывает .. из-за деяний работодателей по не разъяснению его прав на возмещение вреда здоровью, невыполнению обязанностей как по созданию здоровых и безопасных условий труда, так и по информированию, какие концентрации вредных производственных факторов на его рабочем месте, какие риски повреждения здоровья, в том числе, от неэффективности выдаваемых средств защиты. Он долго добросовестно во вредных и тяжелых условиях труда, не щадя сил, своего здоровья трудился на ответчиков, в связи с этим считает, что не заслужил такого отношения к себе. За данные нарушения ответчики должны компенсировать причиненный ему моральный вред. 

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные требования поддержал. Последний раз медицинское обследование он проходил в конце прошлого года, когда ездил в санаторий. Самостоятельно за медицинской помощью по полученному профессиональному заболеванию он не обращался, не было необходимости. Каждый год он проходит лечение в санатории, которого для полноценной жизни хватает только на полгода. В настоящее время у него имеются проблемы со здоровьем в связи с наличием профессионального заболевания, .. Быстро ходить, заниматься долгое время физической работой он не может, т.к. у него начинаются .. Приобретенное профессиональное заболевание повлияло на всю его жизнь, на данный момент он состоит на бирже труда, но с таким заболеванием он не может никуда трудоустроиться, в связи с чем уровень его жизни существенно изменился, он вынужден во многом себе отказывать. Пенсию он получает в размере .., больше ничего от ответчика не получал. 

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании заявленные требования поддержал, просил их удовлетворить по доводам изложенным в иске. Все полученные профессиональные заболевания, а их четыре, очень сильно влияют на качество жизни истца не только в физическом плане, но и в моральном. Никакие выплаты по коллективному договору ему не производились. 

Представитель ответчика АО «РУСАЛ Новокузнецкий Алюминиевый Завод» ФИО3, действующая на основании доверенности, в судебном заседании заявленные требования не признала. Пояснила, что частично ответчик признает исковые требования в части компенсации морального вреда причиненного профессиональным заболеванием, которая с учетом 30% утраты профессиональной трудоспособности должна составлять 360 000 руб., учитывая степень вины ответчика в возникновении у истца профессионального заболевания (стаж работы 10 лет 3 месяца из общего стажа работы во вредных условиях 14 лет 8 месяцев), которая составляет 69,9%, размер компенсации оценивает в сумме 251 640 руб. Кроме того, ответчик не скрывает от своих сотрудников наличие вредных факторов на производстве, работники оснащаются имеющимися актуальными средствами защиты. На данный момент профессиональная деятельность истцу доступна, но только в оптимальных, допустимых условиях. Кроме того, наличие вредных производственных факторов на рабочем месте компенсировалось предоставлением истцу в соответствии с условиями трудового договора, соответствующих компенсаций, гарантий и льгот, а именно: доплата за работу с вредными и опасными условиями труда, дополнительный отпуск – 14 календарных дней, а также особый режим труда и отдыха. В материалы дела представлены возражения на заявленные требования (л.д. 65-68, 91-92). 

Представитель ответчика ООО «Русская инжиниринговая компания» в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, причина неявки неизвестна. 

Представитель третьего лица ОСФР по Кемеровской области-Кузбассу в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, причина неявки неизвестна. 

Суд, выслушав пояснения сторон, заключение помощника прокурора Кузнецкого района г. Новокузнецка Крыловой Е.А., полагавшей необходимым удовлетворить заявленные исковые требования с учетом всех доказательств, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующему.

В соответствии с Конституцией РФ в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (ч. 2 ст. 7), каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (ч. 1 ст. 41), на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (ч. 3 ст. 37), каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца и в иных случаях, установленных законом (ч. 1 ст. 39).

Трудовой кодекс РФ особо закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, гарантируя его обязательным социальным страхованием от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом (ст. 219 Трудового кодекса РФ).

В соответствии со ст. 220 ТК РФ государство гарантирует работникам защиту их права на труд в условиях, соответствующих требованиям охраны труда. Условия труда, предусмотренные трудовым договором, должны соответствовать требованиям охраны труда.

Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возложена на работодателя статьей 212 ТК РФ.

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью застрахованного при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных законом случаях, предоставляется в порядке обязательного социального страхования. 

Отношения по данному виду обязательного социального страхования регулируются Федеральным законом от 24.07.1998 N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

Из положений статьи 22 ТК РФ следует, что работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены данным Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Из разъяснений, изложенных в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" следует, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права, например, здоровье.

Порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», абзац 2 ч. 3 ст. 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда. 

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

В соответствии с пунктами 1, 2 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости, о чем разъяснено в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации». 

Из приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что по общему правилу необходимыми условиями для возложения на работодателя обязанности по компенсации морального вреда работнику являются: наступление вреда, противоправность деяния причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. Следовательно, обязанность по компенсации морального вреда может быть возложена на работодателя при наличии его вины в причинении вреда.

Статья 184 ТК РФ предусматривает, что при повреждении здоровья вследствие профессионального заболевания виды, объемы и условия предоставления гарантий и компенсаций определяются федеральными законами.

Федеральным законом ФЗ-125 «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» от 02.07.1998 дано определение понятию «профессиональное заболевание» как острое или хроническое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности.

Судом установлено, что ФИО1 на протяжении более 14 лет отработал на предприятиях ответчиков во вредных условиях труда. Так, 01.11.2006 истец принят на работу в ООО «Сервисный центр» (в дальнейшем - 28.12.2006 реорганизованное в ООО «Русская инжиниринговая компания») на участок демонтажа и футеровки электролизеров в действующих корпусах электролиза ОАО «РУСАЛ Новокузнецк» футеровщиком-шамотчиком на ремонте ванн 4 разряда, 28.12.2006 переведен в дирекцию по ремонту технологического оборудования, цех по капитальному ремонту, участок демонтажа и футеровки электролизеров в действующих корпусах электролиза ОАО «РУСАЛ Новокузнецк» футеровщиком-шамотчиком на ремонте ванн 4 разряда. 31.03.2009 уволен по собственному желанию по соглашению сторон. 01.04.2009 принят в дирекцию ООО «Русская инжиниринговая компания» по ремонту технологического оборудования, цех по капитальному ремонту, участок ремонта ошиновки и механомонтажных работ в действующих корпусах электролиза ОАО «РУСАЛ Новокузнецк» монтажником по монтажу стальных и железобетонных конструкций 5 разряда, 01.01.2010 переведен там же монтажником на ремонт ванн 5 разряда. 01.01.2011 переведен в том же цехе на участок ремонта ошиновки и механомонтажных работ в действующих корпусах электролиза ОАО «РУСАЛ Новокузнецк» монтажником на ремонте ванн 5 разряда, 01.01.2011 переведен в дирекцию по ремонту технологического оборудования, департамент по снабжению грузчиком, 06.07.2012 уволен собственному желанию. 17.07.2012 принят в ЗАО «Смена+» электролизником расплавленных солей 3 разряда, где 01.10.2012 ему присвоен 4 разряд электролизника расплавленных солей, 28.11.2012 уволен переводом в ОАО «РУСАЛ Новокузнецк». 30.11.2012 принят переводом на ОАО «РУСАЛ Новокузнецк» в 7-ую серию корпусов электролиза дирекции по производству электролизником расплавленных солей по 4-му разряду, в процессе осуществления трудовой деятельности в том же цеху 23.05.2014 ему присвоен 5-ый разряд электролизника расплавленных солей, 21.03.2023 трудовой договор с истцом расторгнут по п.8 ч.1 ст. 77 ТК РФ (л.д. 12-17). 

Санитарно-гигиенической характеристикой условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания № от 03.08.2022 установлено, что ФИО1 на протяжении 12 лет 9 месяцев, работая в профессиях футеровщика-шамотчика в филиале ООО «Сервисный центр», в филиале ООО «РУС-Инжиниринг», монтажника на ремонте ванн в филиале ООО «РУС-Инжиниринг», электролизника расплавленных солей в ЗАО «Смена+», АО «РУСАЛ Новокузнецк», подвергался воздействию фтора и его соединений. Данные условия труда по содержанию фтора и его соединений в воздухе не соответствует гигиеническим нормативам (л.д. 23-26). 

В Акте о случае профессионального заболевания от 02.12.2022, утвержденного главным государственным санитарным врачом по КО в г. Новокузнецке и Новокузнецком районе, истцу установлен заключительный диагноз: ... Заболевание профессиональное, установлено 27.09.2022 г. Общий стаж работы составляет 29 лет, из них стаж работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов 14 лет. Причиной заболевания послужило длительное воздействие на организм вредного производственного фактора: фтора газообразного (гидрофторида) и солей фтористоводородной кислоты (л.д. 6-11). 

При этом в п.21 исследуемого акта указано, что в связи со сменой работодателя в процессе трудовой деятельности ФИО1, виновные лица в нарушении государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов не установлены. Так, истец осуществлял трудовую деятельность в ООО «РУС-Инжиниринг», ООО «Сервисный Центр», АО «РУСАЛ Новокузнецк». 

02.02.2024 в связи с профессиональным заболеванием, установленного актом от 02.12.2022 ФИО1 установлено 30% утраты профессиональной трудоспособности бессрочно, что подтверждается справкой серии № (л.д. 18). 

Выпиской из медицинской карты стационарного больного № установлено нахождение ФИО1 в период с 12.09.2022 по 27.09.2022 в стационарном отделении № клиники НИИ КПГПЗ с диагнозом: ... Заболевание профессиональное, установлено впервые. Труд с фтором и его соединениями противопоказан, ... Рекомендовано санаторно-курортное лечение и медикаментозная реабилитация, контроль в клинике через 1 год (л.д. 22). 

В период с 13.12.2023 по 21.12.2023 ФИО1 находился на обследовании в стационарном отделении №1 клиники НИИ КПГПЗ, по результатам проведенного обследования у истца выявлена .. (л.д. 54). 

Из Программы реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания от 02.02.2024, выданной взамен ПРП № от 14.02.2023 ФИО1 назначен прием лекарственных средств .. установлена невозможность продолжения выполнения профессиональной деятельности (л.д. 19-21). 

Обращаясь в суд с заявленными исковыми требованиями, ФИО1 просит взыскать с ответчика АО «РУСАЛ Новокузнецк», ООО «Русская инжиниринговая компания» компенсацию морального вреда в сумме 1000 000 рублей. Считает, что данная сумма является достаточной для удовлетворения нравственно-физических страданий, которые он понес в связи с установленной утратой профессиональной трудоспособности в размере 30 % ввиду наличия профессионального заболевания.

Возражая против заявленных исковых требований, представитель ответчика ссылается на тот факт, что заявленные требования о компенсации морального вреда являются необоснованно завышенными. Кроме того, истец осуществлял трудовую деятельность не только на предприятии АО «РУСАЛ Новокузнецк», но и на другом предприятии, в связи с чем, считает необходимым взыскать компенсацию пропорционально отработанному у каждого работодателя времени. 

Изучив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что в ходе судебного разбирательства достоверно установлено, что имеющееся у истца профессиональное заболевание возникло в результате его работы в профессиях футеровщика-шамотчика в филиале ООО «Сервисный центр», филиале ООО «РУС-инжиниринг», монтажника на ремонте ванн в филиале ООО «РУС-инжиниринг», электролизника расплавленных солей в ЗАО «Смена+», АО «РУСАЛ Новокузнецк», где он в процессе трудовой деятельности – более 14 лет подвергался длительному воздействию на организм вредного производственного фактора: фтора газообразного (гидрофторида) и солей фтористоводородной кислоты. Заболевание является профессиональным, что подтверждается актом о случае профессионального заболевания от 02.12.2022, которым установлено, что непосредственной причиной профессионального заболевания явилось наличие в воздухе рабочей зоны гидрофторидов, солей фтористоводородной кислоты.

Доказательств, бесспорно подтверждающих, что профессиональное заболевание возникло у истца не в периоды работы у ответчиков, суду предоставлено не было, факт трудовых отношений истца на предприятиях ответчиков не оспаривался, а также факт наличия вредных производственных факторов, указанных в Акте о случае профессионального заболевания от 02.12.2022 и в санитарно-гигиенической характеристике. 

Из чего следует, что истец осуществлял трудовую деятельность в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов на предприятия ответчиков, вред здоровью истца причинен ответчиками ООО «Русская инжиниринговая компания», АО «РУСАЛ Новокузнецк», на которых лежали обязанности по обеспечению безопасных условий труда истцу, а также ЗАО «Смена+». При этом наличие вины работника ФИО1 в возникновении у него профессионального заболевания не установлено. Полученное истцом профессиональное заболевание находится в причинно-следственной связи с выполнением им работы и условиями труда в ООО «Русская инжиниринговая компания», АО «РУСАЛ Новокузнецк», ЗАО «Смена+». 

Устанавливая степень вины ответчиков, суд принимает во внимание, что профессиональное заболевание возникло у истца не одномоментно, а в течение длительного времени работы (на протяжении более 15 лет), так как причиной данного профессионального заболевания является длительное воздействие на организм вредных производственных факторов. Наличие таких факторов установлено санитарно-гигиенической характеристикой условий труда. 

В соответствии с п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания. 

При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Из разъяснений данных в абзаце 2 п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», следует, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Как указано, что в случае спора размер компенсации морального вреда должен быть определен судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

В соответствии с разъяснениями п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

В п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В ходе судебного разбирательства судом достоверно установлено, что ФИО1 причинены физические страдания, выразившиеся в физической боли, которые он переносит в результате профессионального заболевания – ..

Факт физических страданий подтверждается самим характером заболеваний истца: .. а также показаниями истца, свидетеля, медицинским заключением. 

Так, допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля СНЮ, пояснила, что она является гражданской супругой истца, вместе они проживают одной семьей 3-4 года. В последнее время состояние его здоровья только ухудшается. С момента их знакомства у него имелись постоянные проблемы .. Раньше он помогал ей на даче, при выполнении какой-либо физической работы, но сейчас он уже не имеет такой возможности. 

При этом, из доказательств, представленных в материалы дела усматривается, что 30% утраты профессиональной трудоспособности установлено истцу бессрочно 29.01.2024. Судом учитывается, что актом о случае профессионального заболевания, выпиской из медицинской карты больного установлено, что в результате длительного стажа работы в условиях воздействия фтора и его соединений у ФИО1 произошло ... Таким образом, в результате длительного воздействия вредных производственных факторов истцом приобретено четыре профессиональных заболеваний. 

Сведений о прохождении лечения в ином медицинском учреждении истцом не представлено, как сам пояснил истец в судебном заседании необходимость в прохождении дополнительного лечения, обследования у него отсутствует. 

В соответствии с пунктом 25 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности истца, наличии в его действиях признаков злоупотребления правом не установлено. Из материалов дела видно, что вины ФИО1 в возникновении у него профессионального заболевания не установлено, доказательств неприменения истцом эффективных специальных средств защиты органов дыхания, предоставленных работодателями в материалы дела не представлены. 

Доводы представителя ответчика о наличии у истца возможности выбора осуществления трудовой деятельности во вредных условиях, не исключают вины ответчиков в развитии профессионального заболевания истца, как и не исключает причинение истцу моральных и нравственных страданий именно в связи с получением профессионального заболевания, и не могут являться основанием для освобождения от ответственности. 

Таким образом, в ходе судебного разбирательства судом достоверно установлено, что ФИО1 понесены физические страдания, выразившиеся в ... Установив данные обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что вина ответчика в пережитых нравственных и физических страданиях истца установлена.

Определяя сумму компенсации морального вреда, суд учитывает, что истцу установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 30% бессрочно с 2024 года, вину предприятий (100%), учитывает возраст истца .. пояснения свидетеля, показавшего о состоянии истца и имеющихся у него болей, а также при наличии у истца четырех заболеваний, вызванных воздействием вредных производственных факторов, наличие прогрессии заболевания, что установлено уже после увольнения истца, при отсутствия в материалах дела доказательств систематического обращения истца за медицинской помощью, прохождения лечения по профессиональному заболеванию, каких-либо доказательств ограничения в образе жизни, а также при наличии заключения о невозможности продолжения выполнения профессиональной деятельности, суд считает определить в счет компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием сумму в размере 388 000 рублей. 

При этом, определяя степень вины ответчиков в развитии профессионального заболевания у истца, суд принимает во внимание, что истец работал на предприятиях ответчиков в условиях воздействия неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызвать профессиональное заболевание. Полученное истцом профессиональное заболевание находится в причинной связи с выполнением им работы и условиями труда не только в АО «РУСАЛ Новокузнецк», ООО «Русская инжиниринговая компания», но и на ликвидированном предприятии ООО «Смена+» (ранее ЗАО «Смена+). 

Таким образом, исходя из общего стажа работы истца на предприятиях в условиях воздействия вредных производственных факторов, у ответчиков, а также в ООО «Смена+» – 15 лет, суд производит расчет стажа работы у каждого из ответчиков, а также юридического лица ООО «Смена+»: на АО «РУСАЛ Новокузнецк» истец работал 10 лет 3 месяца, т.е. 123 месяца, что составляет 68,4 % стажа работы (123x100/180=68,4%). На ООО «РУС - Инжиниринг» истец работал 4 года и 5 месяцев, т.е. 53 месяца, что составляет 29,4 % стажа работы (53x100/180=29,4%). На ООО «Смена+» истец отработал 4 месяца, что составляет 2,2% стажа работы (4х100/180=2,2%). С учетом пропорционально отработанного истцом времени у каждого из работодателя, с АО «РУСАЛ Новокузнецк» подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 265 392 рублей, что составляет 68,4 % от суммы 388 000 руб., с ООО «РУС - Инжиниринг» подлежит взысканию 114 072 руб., что составляет 29,4 % от 388 000 руб. 

Ссылка представителей истца, ответчика на практику судов города по взысканию компенсации морального вреда в отношении иных работников АО «РУСАЛ Новокузнецкий алюминиевый завод», не является основанием для установления определенного судом по данному гражданскому делу размера компенсации морального вреда в отношении истца, поскольку физические и нравственные страдания оцениваются и рассматриваются судом в каждом конкретном случае индивидуально, с учетом всех обстоятельств по делу и не являются шаблонными.

Обращаясь в суд с настоящим иском, истец также указывает на невыполнение со стороны работодателей обязанности, предусмотренной подпунктом 16 пункта 2 ст. 17 Федерального закона РФ от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», по разъяснению ему прав на возмещение вреда в связи с профессиональным заболеванием - наступлением страхового случая. Неисполнение данной обязанности, по мнению истца, стало причиной столь позднего его обращения за взысканием компенсации морального вреда в связи с повреждением здоровья. Согласно позиции стороны истца, о возможности получения компенсации он узнал не от работодателей, а от знакомых уже после увольнения с предприятий ответчиков. 

Как следует из его преамбулы ФЗ от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», данный закон устанавливает в Российской Федерации правовые, экономические и организационные основы обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний и определяет порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных данным федеральным законом случаях.

Согласно подп. 8 п. 1 ст. 16 данного Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ застрахованный имеет право на получение от страхователя и страховщика бесплатной информации о своих правах и обязанностях по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний. 

Подпунктом 9 п. 2 ст. 18 названного федерального закона предусмотрена обязанность страховщика по разъяснению пострадавшему его прав и обязанностей, а также порядка и условий обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний. 

Аналогичная обязанность предусмотрена пп. 16 п. 2 ст. 17 ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» и для страхователя, который обязан разъяснять застрахованным их права и обязанности, а также порядок и условия обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Однако Федеральным законом от 24.07.1998 N 125-ФЗ не установлено, в какой форме страхователем (работодателем) и в каком объеме должна быть исполнена обязанность по разъяснению застрахованному его прав в части условий и порядка назначения выплат по обязательному социальному страхованию, в том числе отсутствует конкретное указание на необходимость разъяснения положений о наличии права на компенсацию морального вреда, предусмотренного норами Трудового кодекса РФ и Гражданского кодекса РФ.

Из разъяснений, данных в абзаце 2 п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», следует, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" осуществляется причинителем вреда. 

Установлено, что после выявления у истца профессионального заболевания им было реализовано право на назначение обеспечения по обязательному социальному страхованию в связи со страховым случаем, наступившим в период работы в АО «РУСАЛ Новокузнецк», ООО «Русская инжиниринговая компания», что не оспаривалось сторонами в ходе судебного разбирательства. 

Доводы представителя истца о том, что ответчик не разъяснил его доверителю о том, что он имеет право на компенсацию морального вреда, относятся к страховому обеспечению, перечисленному в п.п. 1 п.1 ст. 16 N 125-ФЗ.

В данной связи суд не усматривает оснований для признания незаконным невыполнения ответчиком обязанности по разъяснению прав истцу на возмещение вреда в связи с профессиональным заболеванием, что явилось бы нарушением подпункта 16 пункта 2 ст.17 Федерального закона РФ от 24.07.1998 г. №125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний".

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя 

В соответствии с абзацем 2 части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов.

В п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 марта 2011 г. № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» разъяснено, что следует иметь в виду, что компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена. Поэтому, если наряду с требованиями о взыскании страхового возмещения заявлены требования о возмещении морального вреда, причиненного застрахованному в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, суд с согласия истца вправе привлечь к участию в деле в качестве соответчика причинителя вреда (работодателя (страхователя) или лица, ответственного за причинение вреда), поскольку согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. №125-ФЗ такой вред подлежит компенсации причинителем вреда.

В соответствии со статьей 214 ТК РФ работодатель обязан обеспечить информирование работников об условиях и охране труда на их рабочих местах, о существующих профессиональных рисках и их уровнях, а также о мерах по защите от воздействия вредных и (или) опасных производственных факторов, имеющихся на рабочих местах, о предоставляемых им гарантиях, полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты, об использовании приборов, устройств, оборудования и (или) комплексов (систем) приборов, устройств, оборудования, обеспечивающих дистанционную видео-, аудио- или иную фиксацию процессов производства работ, в целях контроля за безопасностью производства работ.

Поскольку законодательством о социальном страховании не предусмотрена обязанность страхователя возмещать застрахованному моральный вред за невыполнение обязанностей, предусмотренных п.16 ст.17 Федерального закона от 24.07.1998 №125-ФЗ за неразъяснение застрахованным их прав и обязанностей, а также порядок и условия обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, равно как и не предусмотрена в трудовом законодательстве обязанность работодателя по компенсации морального вреда за невыполнение обязанности, предусмотренной ст. 214 ТК РФ, то данное требование истца не подлежит удовлетворению. 

В соответствии со ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. 

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Учитывая, что истец в силу закона освобожден от уплаты государственной пошлины при подаче в суд иска о взыскании компенсации морального вреда, причиненного здоровью к двум ответчикам, с ответчиков, не освобожденных законом от оплаты государственной пошлины, подлежит взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина, согласно ч. 1 ст. 103 ГПК РФ и в размере, определенном ст.333.19 НК РФ, - по 300 руб. с каждого из ответчиков. 

Руководствуясь ст.ст. 11-12, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Акционерному обществу «РУСАЛ Новокузнецкий Алюминиевый Завод», Обществу с ограниченной ответственностью «Русская инжиниринговая компания» о взыскании компенсации морального вреда в связи с повреждением здоровья и утратой профессиональной трудоспособности от профессионального заболевания, о взыскании компенсации морального вреда за нарушение трудовых прав удовлетворить частично. 

Взыскать с Акционерного общества «РУСАЛ Новокузнецкий Алюминиевый Завод» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО1 (№) компенсацию морального вреда в размере 265 392 руб.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Русская инжиниринговая компания» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО1 № компенсацию морального вреда в размере 114 072 руб.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Взыскать с Акционерного общества «РУСАЛ Новокузнецкий Алюминиевый Завод (ИНН 

<

***>) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Русская инжиниринговая компания» (ИНН 

<

***>) в доход местного бюджета госпошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение месяца с момента его изготовления в окончательной форме через Кузнецкий районный суд г.Новокузнецка.

Мотивированное решение изготовлено 05.12.2024 года.

Судья В.А. Шипицына