РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

02 августа 2017 года город Радужный

Радужнинский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в составе судьи Гаитовой Г.К., при секретаре судебного заседания Окуловой С.А., с участием истцов ФИО1 и ФИО2, представителя ответчика ФИО3, специалиста ФИО8, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-515/2017 по исковому заявлению ФИО1 и ФИО2 к ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного в результате затопления жилого помещения при тушении пожара, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 и ФИО2 обратились в суд с иском к ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного в результате затопления жилого помещения при тушении пожара. В обоснование иска указали, что 24 февраля 2017 года вследствие тушения пожара в квартире ответчика по адресу: 

<

адрес>, произошло затопление принадлежащей им 

<

адрес>. Согласно акту от 10 марта 2017 года причиной затопления является тушение возгорания, возникшего в 

<

адрес>, расположенной над обследуемой квартирой. Согласно техническому заключению ФГБУ СЭУ ФПС «Испытательная пожарная лаборатория по ХМАО – Югре» от 29 марта 2017 года № 100/2017 наиболее вероятной причиной возникновения пожара является возникновение горения полимерной изоляции электропроводов, деревянных конструкций стеллажа и находящихся на нем предметов от теплового проявления электрического тока в процессе пожароопасного аварийного режима работы электропроводов. Размер ущерба согласно отчету ООО «Архит» № С66.03/17 составил 269 428 руб., расходы на оценку 5 000 руб. Направленная ответчику 19 мая 2017 года претензия о возмещении ущерба оставлена без удовлетворения. Ссылаясь на ст. 15, 210, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), ч. 4 ст. 30 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее – ЖК РФ), п. 6 Правил пользования жилыми помещениями, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 21 января 2006 года № 25, п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05 июня 2002 года № 14, просили взыскать с ответчика в свою пользу в равных долях в возмещение ущерба 269 428 руб., расходы на оценку в размере 5 000 руб. и расходы по уплате государственной пошлины в размере 5 894 руб. (л.д. 79).

В письменных возражениях на иск ответчик ФИО4 указал, что обязанность по возмещению ущерба возникает лишь при наличии прямой вины. Экспертное заключение, из которого можно было бы сделать вывод о причине пожара, истцы не представили. Не исследована версия замыкания электропроводов в результате постоянного залива его квартиры из-за протекания крыши, по поводу чего жильцы неоднократно обращались в администрацию города (л.д. 88, 141-143).

Истцы ФИО2 и ФИО1 в судебном заседании иск поддержали в полном объеме по изложенным в нем основаниям. Дополнительно указали, что акт осмотра от 18 января 2017 года оценщику не представляли, так как такой акт у них отсутствовал. Просили иск удовлетворить в полном объеме, взыскать с ответчика в свою пользу в равных долях в возмещение ущерба 269 428 руб., расходы на оценку в размере 5 000 руб. и расходы по уплате государственной пошлины в размере 5 894 руб. 

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явился, о рассмотрении дела извещен (л.д. 84, 138, 140), в предварительном судебном заседании 11 июля 2017 года ходатайствовал о рассмотрении дела без его участия в связи с состоянием его здоровья. На основании ч. 5 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) дело рассмотрено в отсутствие ответчика. Ранее, в судебном заседании 19 июля 2017 года ответчик суду пояснил, что иск не признает, поскольку его вина отсутствует. Он и его жена отсутствовали в городе, приехали по сообщению дочери о пожаре. Зимой истец, как и несколько других жильцов, осуществляли прогрев машин путем подключения к электропитанию дома, они «перегрузили» проводку и видимо из-за этого произошло возгорание, так как проводка могла не выдержать. Сотрудник МЧС его не опрашивал, поэтому о возможных причинах пожара он, истец, ничего не говорил. Постановление об отказе в возбуждении уголовного дела не обжаловал (л.д. 133-135).

Представитель ответчика ФИО3, действующая на основании устного заявления ответчика (л.д. 111-112), в судебном заседании пояснила, что вина ответчика в причинении истцам ущерба отсутствует. С размером ущерба ответчик не согласен, поскольку на осмотр квартиры истцов их никто не приглашал. Просила в иске отказать.

Ранее, в судебном заседании 19 июля 2017 года представитель ответчика пояснила, что приезжала в г. Радужный в октябре 2016 года, квартира была в порядке, электропроводку она не проверяла. В январе 2017 года их известили о том, что в связи с морозами образовался конденсат, и весь второй этаж начало топить. Полагала, что квартира загорелась по вине истца, потому что он прогревал машину, и были перепады напряжения (л.д. 134). 

Выслушав участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, выслушав консультацию специалиста, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 210 ГК РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Права и обязанности собственника жилого помещения определены в ст. 30 ЖК РФ, согласно частям 3 и 4 которой собственник жилого помещения несет бремя содержания данного помещения и обязан поддерживать его в надлежащем состоянии, не допуская бесхозяйственного обращения с ним, соблюдать права и законные интересы соседей, правила пользования жилыми помещениями, а также правила содержания общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме.

По смыслу приведенных выше норм, ответственность по содержанию жилого помещения в надлежащем состоянии и соблюдению прав и законных интересов соседей лежит на собственнике данного помещения.

На основании ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Статьей 34 Федерального закона от 21 декабря 1994 года № 69-ФЗ «О пожарной безопасности» установлено, что граждане обязаны соблюдать требования пожарной безопасности.

В соответствии со ст. 38 указанного Закона ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут собственники имущества.

Согласно п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Как разъяснено в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05 июня 2002 года № 14 «О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем», вред, причиненный пожаром личности и имуществу гражданина либо юридического лица подлежит возмещению по правилам, изложенным в ст. 1064 ГК РФ в полном объеме лицом, причинившим вред. При этом необходимо исходить из того, что возмещению подлежит стоимость уничтоженного огнем имущества, расходы по восстановлению или исправлению поврежденного в результате пожара или при его тушении имущества, а также иные вызванные пожаром убытки (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Как установлено судом, истцам ФИО1 и ФИО2 на основании договора купли – продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ на праве общей совместной собственности принадлежит квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>, что подтверждается имеющейся в деле копией свидетельства о государственной регистрации права от 06 декабря 2010 года (л.д. 60). Указанное обстоятельство ответчиком не оспорено и не опровергнуто.

Ответчик ФИО4 является собственником квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости от 15 мая 2017 года. (л.д. 6-9, 90).

Из представленных отделом надзорной деятельности документов, а также акта от 10 марта 2017 года следует, что 24 февраля 2017 года в квартире ответчика произошел пожар, в результате тушения которого была залита квартира истцов (л.д. 10-12, 91-92, 119). 

В соответствии с техническим заключением ФГБУ Судебно-экспертное учреждение Федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория» по ХМАО – Югре от 29 марта 2017 года № 100/2017 очаг пожара находился в верхней части середины деревянного стеллажа, установленного у восточной стены в восточной жилой комнате квартиры ответчика. На представленных на исследование фрагментах кабеля выявлены следы протекания пожароопасного аварийного режима работы – короткого замыкания. Наиболее вероятной причиной возникновения пожара является возникновение горения полимерной изоляции электропроводов, деревянных конструкций стеллажа и находящихся на нем предметов от теплового проявления электрического тока в процессе пожароопасного аварийного режима работы электропроводов (л.д. 120-128).

Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении уголовного дела отказано, в основу постановления положены выводы указанного выше технического заключения (л.д. 129-131).

Суд при этом принимает во внимание, что в нарушение ст. 56 ГПК РФ доказательства отсутствия вины в причинении ущерба ответчиком суду не представлены, какие-либо ходатайства (в том числе, о назначении экспертиз) не заявлены, изложенные в техническом заключении выводы и постановление об отказе в возбуждении уголовного дела не обжалованы, в рамках проверки, проведенной дознавателем по факту пожара, ходатайства также заявлены не были.

Более того, из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 24 марта 2017 года следует, что в ходе проверки ФИО4 был опрошен дознавателем ОНДиПР по г. Радужному УНДиПР ГУ МЧС России по ХМАО – Югре. Между тем, в рамках проводимой проверки ФИО4 не сообщил дознавателю какие-либо версии о причинах возникновения пожара (в том числе озвученные в ходе судебного заседания 19 июля 2017 года (течь с кровли, подгорев автотранспорта жильцами дома путем подключения через электрооборудование дома)), о состоянии кровли дома, в результате которого происходит образование конденсата и протекание влаги в жилые помещения, дознавателя также не уведомил. Напротив, в судебном заседании ответчик утверждал, что его в ходе проверки дознаватель не опрашивал, однако это утверждение прямо опровергается постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела (л.д. 129-131, 133-135). 

Из представленных суду доказательств действительно следует, что кровля дома находится в аварийном состоянии, в результате чего образуется конденсат и происходит протечка влаги в жилые помещения, в связи с чем жильцы дома обращались с коллективными заявлениями в различные инстанции (л.д. 97-105). 

Также подтверждается материалами дела и пояснениями ответчика и его представителя их отсутствие в г. Радужный на момент пожара и прибытие в город 27 февраля 2017 года (л.д. 93, 94).

Вместе с тем, по мнению суда, ответчик, зная о состоянии кровли дома и соответствующих возможных последствиях, обязан был предпринять все достаточные и необходимые меры с целью предотвращения каких-либо аварийных ситуаций, тем более, на период своего длительного отсутствия.

Однако доказательства того, что ответчиком с учетом сложившейся ситуации предприняты какие-либо меры (например, отключение подачи электроэнергии до устранения нарушения целостности изоляции электропроводки в квартире для исключения замыкания электроцепей и возгорания электропроводки; иные меры), суду не представлены. Напротив, из пояснений представителя ответчика можно сделать вывод о том, что такие меры ими не предпринимались.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что обязанность по возмещению истцам ущерба, причиненного заливом квартиры в результате тушения пожара, подлежит возложению на ответчика ФИО4 как собственника 

<

адрес>, который обязан был следить за принадлежащим ему жилым помещением и находящимся в нем оборудованием и с учетом требований пожарной безопасности поддерживать его в состоянии, исключающем причинение вреда иным лицам.

Обсуждая подлежащий взысканию размер возмещения ущерба, суд приходит к следующему. 

Согласно отчету ООО «Архит» от 14 марта 2017 года № С66.03/17 рыночная стоимость работ и материалов для выполнения восстановительного ремонта с учетом износа составила 269 428 руб. (л.д. 20-74). 

Суд отвергает возражения стороны ответчика относительно отчета об оценке в той части, что их на осмотр квартиры истцов не приглашал, поскольку в нарушение ст. 56 ГПК РФ иные доказательства в опровержение доказательств истцов суду ответчиком не представлены. По иным основаниям отчет стороной ответчика не оспорен. 

Более того, суд принимает во внимание, что до обращения в суд ответчику была направлена претензия от 18 мая 2017 года с копией отчета (л.д. 14-17, 89), в связи с чем у ответчика имелась реальная возможность заблаговременно подготовиться к разрешению спора в суде, собрав и представив суду доказательства своих доводов. В ходе подготовки дела к судебному разбирательству и в процессе рассмотрения дела ответчику также неоднократно предлагалось представить доказательства своих возражений, как это предусмотрено ст. 56 ГПК РФ, что им также исполнено не было (л.д. 2-3, 83, 111-112, 133-137).

Согласно акту от 10 марта 2017 года сотрудниками управляющей организации произведено обследование квартиры истцов, в которые выявлены следующие повреждения: зал – следы течи на обоях улучшенного качества по всему периметру зала, на потолочной плитке из ПХВ желтые пятна, плитка частично отклеена, покрытие пола из линолеума сорвано, конструкция пола из ДВП мокрая; спальная – на смежной с залом стене отслоение обоев улучшенного качества, на потолочной плитке из ПХВ следы течи в виде коричневых пятен, плитка частично отклеена, частичное намокание линолеума и конструкции пола из ДВП; кухня – в результате течи разрушение отделки стен, обои улучшенного качества отклеились, потолочная плитка из ПХВ отклеилась, покрытие пола из линолеума сорвано, конструкция пола из ДВП мокрая; коридор – на стене, смежной с кухней, намокание отделки из МДФ, потолочная плитка из ПХВ частично отклеилась; ванная – течь по стене в месте расположения вентиляционной решетки, на потолке следы течи в виде желтых потеков (л.д. 10). 

Вместе с тем, суд принимает во внимание, что согласно акту от 18 января 2017 года управляющей организацией на основании заявления жильцов произведено обследование 

<

адрес> и жилых помещений в нем. Из акта следует, что в 

<

адрес> имеются следующие повреждения: зал – образование и течь конденсата на оконных откосах, на фасадной стене образование конденсата, поверхность высококачественных обоев мокрая, на потолочной плитке из ПХВ желтые пятна; спальная – фасадная стена мокрая, обои частично отклеились; кухня - в результате попадания влаги частично деформированы полы; коридор – на стене, смежной с кухней, намокание отделки из МДФ; ванная – течь по стене в месте расположения вентиляционной решетки (л.д. 101). 

Таким образом, из указанных документов следует, что часть повреждений квартиры истцов образовалась до пожара, следовательно, вина ответчика в этом отсутствует.

По мнению суда, возмещению подлежит ущерб согласно акту обследования от 10 марта 2017 года, но за исключением тех повреждений, которые отражены в акте от 18 января 2017 года.

Как пояснил суду специалист – оценщик ФИО8, при проведении оценки размера восстановительного ремонта акт от 18 января 2017 года ему представлен не был, и оценка произведена по результатам осмотра квартиры на основании тех документов, которые были переданы ему заказчиком. 

В связи с этим и с учетом сведений, изложенных в актах от 18 января и 10 марта 2017 года, размер ущерба составляет 217 986 руб., что подтверждается расчетом (л.д. 144-149).

С учетом доводов ответчика и его представителя принимаются во внимание состояние здоровья ФИО4 и его статус как инвалида 1 группы (л.д. 85, 95, 110). Однако данные обстоятельства не влекут освобождение ФИО4 от обязанности доказывать свои возражения, при том, что ответчик реализовал свое процессуальное право участвовать в деле через представителя, который также имел возможность представлять доказательства суду. 

Кроме того, состояние здоровья не освобождает ФИО4 от обязанности возместить причиненный истцам ущерб; ходатайство в порядке п. 3 ст. 1083 ГК РФ об уменьшении размера возмещения вреда ответчиком либо его представителем заявлено не было. 

При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу о частичном удовлетворении иска в размере 217 986 руб.

Расходы истцов по оплате услуг оценщика в размере 5 000 руб. подтверждаются договором об оказании услуг об оценке от 28 февраля 2017 года № 25.02/17, актом выполненных услуг, кассовым чеком (л.д. 13, 70-72). Указанные расходы в силу ст. 88 и 94 ГПК РФ суд относит к издержкам, связанным с рассмотрением дела, которые на основании ст. 98 ГПК РФ подлежат возмещению ответчиком. 

Исходя из заявленных требований о взыскании 269 428 руб. в равных долях в пользу каждого истца им надлежало уплатить государственную пошлину в размере по 2 947,14 руб. каждому (5 894,28 / 2). Фактически ФИО2 уплачено 5 944 руб., ФИО1 2 972 руб. (л.д. 5, 80). 

В связи с этим в соответствии со ст. 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации излишне уплаченная государственная пошлина подлежит возврату истцам, в том числе ФИО2 2 996,86 руб., ФИО1 24,86 руб.

В остальной части государственная пошлина в размере 5 379,86 руб. согласно ст. 98 ГПК РФ пропорционально удовлетворенным требованиям подлежит взысканию с ответчика в пользу истцов в равных долях.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1 и ФИО2 к ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного в результате затопления жилого помещения при тушении пожара,– удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО1 и ФИО2 в равных долях в счет возмещения материального ущерба денежные средства в размере 217 986 руб., расходы на проведение оценки в размере 5 000 руб. и расходы по уплате государственной пошлины в размере 5 379,86 руб., всего взыскать 228 365,86 руб. (Двести двадцать восемь тысяч триста шестьдесят пять рублей 86 копеек).

В остальной части в иске отказать.

Возвратить ФИО2 из бюджета государственную пошлину в размере 2 996,86 руб. (Две тысячи девятьсот девяносто шесть рублей 86 копеек), излишне уплаченную по чеку – ордеру ПАО «Сбербанк России» от 06 июня 2017 года.

Возвратить ФИО1 из бюджета государственную пошлину в размере 24,86 руб. (Двадцать четыре рубля 86 копеек), излишне уплаченную по квитанции ПАО «РГС Банк» от 09 июня 2017 года.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Радужнинский городской суд.

Резолютивная часть решения оглашена 02 августа 2017 года.

Решение в окончательной форме принято 07 августа 2017 года.

Судья Г.К. Гаитова