дело № 2-4172/2017

РЕШЕНИЕ

Именем российской Федерации

24 августа 2017 года г.Красноярск 

Центральный районный суд г. Красноярска в составе:

председательствующего судьи Дидур Н.Н.,

при секретаре Иорих Г.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству внутренних дел Российской Федерации о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к МВД Российской Федерации о компенсации морального вреда. Свои требования мотивировал тем, что в период июнь-июль 2006 года, август-октябрь 2010 года он содержался в ИВС ОП № 13 МУ МВД Росси «Красноярское». В период содержания, в нарушение правил внутреннего распорядка изолятора, ему не выдавались: постельные принадлежности в полном комплекте, индивидуальные гигиенические пакеты (мыло, зубная щетка, зубная паста, одноразовые станки), настольные игры, издания периодической печати. В ИВС отсутствовала комната свиданий, в связи с чем он не мог увидеться со своими родственниками, отсутствовала комната для проведения религиозных обрядов. В камерах отсутствовали: шкафы для хранения индивидуальных принадлежностей и продуктов питания, урны для мусора, таз для стирки белья. При этапировании из ИВС не выдавался индивидуальный рацион питания. В камерах не выдавались швейные иглы, ножницы, отсутствовало радиовещание. ИВС не оборудовано системой видеонаблюдения, пожарной сигнализацией, кнопками экстренного вызова дежурного. В ИВС отсутствовали естественное освещение (окна), прогулочный дворик.

Кроме того, в период содержания в ИВС с августа по ноябрь 2014 года продолжались подобные нарушения, а именно, в ИВС отсутствовали стенды для ознакомления с ПВР ИВС в связи с чем задержанные и родственники не имели возможности ознакомиться со своими правами и обязанностями. В ИВС не производилось ознакомление с техникой пожарной безопасности, со схемой эвакуации при пожаре. В нем не имеется пожарного щита, гидранта, где-то двери открываются по ходу движения. Данные действия приводили к переживаниям и беспокойству относительно реальной опасности за свою жизнь. В камерах имелись бетонные полы, что мешало произвести эффективную уборку, отсутствовали условия, обеспечивающие приватность отправления естественных нужд. Средняя площадь камер на одного человека в данный период не соответствовала установленным нормам, также в камерах отсутствовали баки с питьевой водой. 

В результате указанных нарушений содержания истец испытывал моральный вред, поскольку подвергался страданиям от бесчеловечного и унижающего достоинство обращения, в связи с чем, просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

ФИО1, извещенный надлежащим образом о месте и времени рассмотрения заявления, в судебное заседание своего представителя не направил, ходатайства об отложении рассмотрения дела не заявил, в связи с чем, дело рассмотрено в его отсутствие. Оснований для конвоирования заявителя в судебное заседание не имеется.

Представитель ответчика МВД Российской Федерации ФИО2 (по доверенности от 12.01.2017 года), она же представитель третьего лица ГУ МВД России по Красноярскому краю (по доверенности от 09.01.2017 года) в судебном заседании просила отказать в удовлетворении заявленных требований, поддержала доводы, изложенные в отзыве.

Представитель третьего лица Министерства финансов РФ ФИО3 (по доверенности от 26.12.2016 года) поддержал возражения стороны ответчика, полагал необходимым отказать истцу в удовлетворении иска.

В силу ч. 3 ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствии не явившихся лиц.

Исследовав материалы дела, суд находит исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 17 Конституции РФ в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Статьей 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод предусмотрено, что никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию. Аналогичные положения получили закрепление и в ст. 21 Конституции РФ, ст. 4 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ.

В силу ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет казны РФ, казны субъектов РФ или казны муниципального образования.

Согласно ст. 151 ГК РФ при причинении гражданину физических или нравственных страданий действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

На основании ст. 23 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности.

В соответствии с Правилами внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных Приказом МВД РФ от 22.11.2005 № 950, камеры ИВС оборудуются: … санитарным узлом с соблюдением необходимых требований приватности; краном с водопроводной водой;.. (п. 45).

Исходя из содержания приведенных правовых положений (ст. 1069, ст. 151 ГК РФ), основанием для возмещения вреда, в том числе морального, являются наличие обязательных признаков: противоправность органов внутренних дел, наличие причиненного истцу вреда, в том числе нравственных страданий, прямая причинная связь между незаконными действиями должностных лиц органов внутренних дел и наступившими негативными последствиями для истца.

Так, в судебном заседании установлено, что ФИО1 содержался в ИВС ОП № 13 МУ МВД Росси «Красноярское» в 2010 году в периоды:

с 17.08.2010 года по 27.08.2010 года в камере № 6,

с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камере №,

с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камере №,

с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камере №,

с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камере №,

а также в 2014 году в периоды:

с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камере №,

с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камере №,

с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камере №,

с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камере №,

с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камере №,

с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камере №,

согласно сведениям начальника ИВС ПиО ОП № 13 МУ МВД Росси «Красноярское».

Камеры ИВС ОП № 13 МУ МВД Росси «Красноярское»№ 3, 6 двухместные, камера № 3 площадью 10,4 кв.м., камера № 6 площадью 10,2 кв.м.

В соответствии технической документацией ИВС ОП № 13 МУ МВД России «Красноярское», в ИВС имеется два прогулочных двора, предусмотрено наличие двухместных камер.

В соответствии с актами комиссионного обследования ИВС ОП № 13 МУ МВД Росси «Красноярское» от 22.09.2014 года и 23.12.2014 года, установлено, что помимо прогулочных дворов, ИВС оборудован системой видеонаблюдения, орано-тревожной сигнализацией, системой видеонаблюдения, системой вентиляции, имеются два огнетушителя, световое табло над пожарным входом. В камерах имеются металлические нары (закреплены), имеются столы, шкафы для хранения личных вещей, потолки для туалетных принадлежностей, полки для туалетных принадлежностей, вешалки для одежды, санузлы с мерами приватности. Все камеры оборудованы охранно-тревожной и пожарной сигнализацией, имеется табло для дублирования сигнала тревоги, две камеры видеонаблюдения. Все системы находятся в исправном состоянии.

Из материалов дела следует, что служебная документация ИВС ОП № 13 МУ МВД Росси «Красноярское» за 2006 год и 2010 год, в том числе касающаяся пребывания истца в данном учреждении уничтожена за истечением срока хранения, что подтверждается соответствующим актом № от 27.07.2015 года.

Из частично представленной документации за 2010 год следует, что в указанный период в ИВС ОП № 13 МУ МВД Росси «Красноярское» производилась выдача белья и пастельных принадлежностей, ежедневно осуществлялся обход камер с проверкой на санитарное состояние камер ИВС, периодически производилась дезинфекция и дератизация ИВС, также в 2010 году в ИВС осуществлялись медицинское осмотры лиц, содержащихся под стражей.

Данные обстоятельства подтверждаются представленными в материалах дела журналами выдачи постельного белья и пастельных принадлежностей за 2010 год, журналом санитарного содержания ИВС за 2010 год, журнал медицинских осмотров лиц, содержащихся в ИВС за 2010 год.

Из материалов дела также следует, что в период пребывания истца в ИВС ОП № 13 МУ МВД Росси «Красноярское» в 2014 года, в данном учреждении также осуществлялось проверка санитарного состояния ИВС, медицинское осмотры, что также подтверждается сведениями из учетных журналов за 2014 год.

Лицам, содержащимся в ИВС предоставлялись прогулки, в том числе и ФИО1 в период пребывания его в ИВС, что подтверждается журналом учета предоставления прогулок за 2014 год.

В установленном порядке лицами, содержащимся в ИВС, осуществлялись помывки, что усматривается из журнала предоставления помывок спецконтингента ИВС за 2014 год.

На основании государственного контракта от 27.12.2013 года, заключенного с ИП ФИО4, в ИВС осуществлялось комплексно-прачечное обслуживание (стирка и обработка белья).

В соответствии с государственными контрактами от 27.12.2014 года и от 10.09.2014 года, заключенных с ИП ФИО5 в ИВС организовано предоставление трехразового горячего питания на основе цикличного меню.

Оценивая представленные в материалах дела доказательства, суд принимает во внимание, что в соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

По делам о возмещении вреда бремя доказывания распределяется следующим образом. Истец должен обосновать заявленный им размер причиненного вреда, доказать факт противоправного поведения ответчика (причинителя) и причинно-следственную связь между действиями причинителя и возникновением вреда у потерпевшего. На ответчике же лежит бремя доказывания отсутствия вины в совершении противоправного поведения.

Таким образом, по делам данной категории, рассматриваемым в порядке искового производства, бремя доказывания причинения вреда, наличия причинно-следственной связи между незаконными действиями и наступившим вредом лежит на истце, в отличие от дел, возникающих из публичных правоотношений, когда обязанности по доказыванию обязательств законности оспариваемых решений, действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих возлагаются на органы и лиц, которые приняли оспариваемые решения или совершили оспариваемые действия (бездействие).

В силу ст. 15 Федерального закона № 103-ФЗ в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом РФ.

Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

В нарушение требований ст. 56 ГПК РФ истцом не представлено каких-либо относимых и допустимых доказательств совершения сотрудниками ИВС действий, направленных на умышленное унижение его достоинства как личности, причинение истцу физических и нравственных страданий.

Так, заявляя требования о нарушении своих прав при содержании в ИВС ОП № 13 МУ МВД Росси «Красноярское» в 2006, 201 г.г., истец не представил доказательств того, что указанные в иске нарушения содержания в соответствующие временные периоды имели место в действительности, а также каким-то образом причинили ему моральные или нравственные страдания.

Доказательств в подтверждение данных обстоятельств истцом не представлено, как и доказательств обращения в указанные периоды с соответствующими жалобами к руководству ИВС или в прокуратуру с целью устранения имеющихся нарушений условий содержания.

В отношении периода нахождения в ИВС в 2014 году ФИО1 обращался с жалобой в прокуратуру г.Дивногорска Красноярского края, в связи с чем получил ответ от 03.08.2016 года.

В отношении доводов истца по нарушению его прав и законных интересов в период содержания в ИВС в 2014 году, суд принимает во внимание, что материалами дела подтверждено наличие в ИВС пожарной сигнализации, необходимых средств пожаротушения, схемы эвакуации. 

Вместе с тем, обязанности ознакомления лиц, содержащихся в ИВС с техникой пожарной безопасности не предусмотрено действующим законодательством.

По сведениям ответчика, в помещении ИВС имеются информационные стенды, на которых размещена информация о распорядке дня ИВС. В соответствии с требованиями правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания, утвержденных приказом МВД РФ от 22.11.2005 года № 950, принятым в ИВС подозреваемым и обвиняемым предоставляется информация о правах и обязанностях, режиме содержания од стражей, дисциплинарных требованиях, порядке подачи предложений, заявлений и жалоб. Указанная информация предоставляется указанным лицам, как в письменном виде, так и устно.

Кроме того, в ИВС имеются стенды с необходимой информацией для посетителей и родственников лиц, содержащихся в ИВС, которые размещены в доступных местах. Данное обстоятельство установлено в ходе прокурорской проверки и отражено в письме от 03.08.2016 года. 

Доказательство обращения родственников истца к руководству ИВС с заявлениями о разъяснении их прав и обязанностей, в том числе относительно возможности предоставления свиданий с истцом, последним в материалы дела не представлено. Из доводов иска не следует, что подобные обращения имели место быть в действительности.

Из ответа заместителя прокурора г.Дивногорска от 03.08.2016 года на жалобу ФИО1 также следует, что камеры ИВС не оборудованы бачками для питьевой воды, деревянными полами, санузлы не огорожены.

Факт наличия в камерах содержания бетонных полов подтвержден материалами дела, однако доводы истца о том, что данное обстоятельство препятствует полноценной уборке помещения, суд находит несостоятельным.

В силу ст. 36 Федерального закона № 103-ФЗ от 15.04.1995 года «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», уборка помещений камер относятся к обязанностям подозреваемых и обвиняемых, содержащихся под стражей в ИВС, которые обеспечиваются уборочным инвентарем и дезинфицирующими средствами для проведения ежедневной уборки. Таким образом, эффективность уборки камеры является обязанностью лиц, содержащихся в ИВС. 

Со стороны ИВС меры по дезинфекции и дератизации ИСВ в 2014 году предпринимались в полном объеме, что подтверждается представленными в материалах дела журналами дезинфекции и кварцевания за соответствующий период.

Отсутствие в камерах бачков с питьевой водой восполняется мерами администрации ИВС, организовавшей предоставление кипяченой воды лицам, содержащимся в ИВС по мере надобности, что указано в письме прокурора от 03.08.2016 года. Кроме того, указанное письмо также содержит сведения о том, что вода, подаваемая по центральной системе водоснабжения ИВС, соответствует СанПиН 2.1.4.1074-01 и является питьевой. Данные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии нарушений прав и законных интересов истца относительно данной части требований.

Вместе с тем, актами комиссионного обследования от 22.09.2014 года и 23.12.2014 года установлено, что в камерах ИВС санузлы обеспечены мерами приватности. 

Кроме того, в период пребывания в ИВС является очевидным, что условия содержания в данном учреждении могут отличаться от привычного образа жизни истца, в том числе могут характеризоваться некоторыми бытовым неудобствами. 

В связи с изложенным, суд не усматривает со стороны администрации ИВС ОП № 13 МУ МВД Росси «Красноярское» нарушений прав истца в период его содержания в ИВС.

Доказательств того, что отсутствие полноценной приватности санитарного узла камеры повлекло причинение истцу каких-либо физических и нравственных страданий, суду не представлено, в ходе судебного разбирательства таковых не установлено.

При этом суд учитывает, что истцом не представлено допустимых доказательств того, что имеющиеся отклонения от требований условий содержания в ИВС повлекли причинение ему нравственных страданий либо вред здоровью, ущемление прав и свобод, бесчеловечное или унижающее достоинство обращение.

Поскольку нарушение личных неимущественных прав и личных нематериальных благ истца, причинение ему морального вреда действиями должностных лиц ответчиков не нашло своего подтверждения в судебном заседании, суд не усматривает оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 о компенсации морального вреда.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявленных требований ФИО1 к Министерству внутренних дел Российской Федерации о компенсации морального вреда – отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца с момента изготовления в окончательной форме в Красноярский краевой суд через Центральный районный суд города Красноярска.

Председательствующий Н.Н. Дидур