дело №2-12/2018

ПРИГОВОР

именем Российской Федерацииг. Тверь 30 октября 2018 года

Тверской областной суд

в составе:

председательствующего - судьи Нехаева В.В.,

с участием прокурора Пахомовой Н.И.,

потерпевших Потерпевший №3, Потерпевший №2, Потерпевший №1,

подсудимого ФИО7,

защитника - адвоката Беловой А.В.,

при секретарях Леонтьевой Л.В. и Мансурской О.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по

обвинению:

ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, гражданина РФ, имеющего среднее образование, женатого, имеющего на иждивении двух малолетний дочерей, до задержания работающего генеральным директором в ООО «

<

данные изъяты>», военнообязанного, зарегистрированного по адресу: 

<

адрес>, фактически проживающего по адресу: 

<

адрес>, не судимого,

в совершении преступлений, предусмотренных п. «з» ст. 102; ч.2 ст. 15, п.«з» ст.102 УК РСФСР,

установил:

В период с 18.00 часов 25 декабря 1994 года до 00.20 часов 26 декабря 1994 года ФИО7 находился в компании ФИО15, Свидетель №5 и иных лиц в кафе «Юрвес» (ранее «Молодежное»), расположенном по адресу: 

<

адрес>, где также среди прочих находились ФИО4, ФИО3, ФИО2 В ходе распития спиртных напитков между ФИО32 и ФИО31, находившимися в одной компании, произошел словесный конфликт, в связи с чем они вышли из помещения на прилегающую к кафе территорию. Вместе с ними вышел ФИО3, который наблюдал за происходящим с целью пресечения развития ссоры.

В это время ФИО7, ФИО35 и ФИО36, будучи в состоянии алкогольного опьянения, стояли возле входа в указанное кафе.

В ходе конфликта между ФИО32 и ФИО31 последние обратили внимание на ФИО7, ФИО37, ФИО38, и высказались в их адрес, что повлекло за собой словесный конфликт между ФИО32, ФИО31 и ФИО3, с одной стороны, и ФИО7, ФИО39 и ФИО40 - с другой, в результате которого ФИО7, действуя на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений и реализуя возникший у него умысел на убийство ФИО32, ФИО31 и ФИО3, с целью причинения им

2

смерти произвел из имевшегося при себе неустановленного следствием нарезного огнестрельного оружия, способного производить выстрелы пистолетными патронами калибра 7,62x25 мм («ТТ»), не менее трех выстрелов в ФИО32, не менее двух выстрелов в ФИО31 и не менее одного выстрела в ФИО3.

В результате указанных действий ФИО7 потерпевшим были причинены следующие телесные повреждения:

ФИО31 - сквозное огнестрельное ранение грудной клетки, живота и позвоночника с повреждением 10 ребра слева, петель тонкого кишечника, брыжейки толстого кишечника слева, нижнего полюса левой почки, тела 3-го поясничного позвонка и спинного мозга на этом уровне (входная рана в области края левой реберной дуги по средней ключичной линии, выходная рана в поясничной области справа, направление раневого канала слева направо, спереди назад и слегка сверху вниз) с кровоизлияниями в окружающие мягкие ткани по ходу раневого канала и в забрюшинное пространство слева; сквозное огнестрельное ранение правого бедра в нижней трети (входная рана на передне-внутренней поверхности, выходная на передней поверхности бедра, направление раневого канала снизу вверх, слева направо, сзади наперед). Повреждения в области грудной клетки, живота, позвоночника и в области правого бедра возникли в результате действия огнестрельного оружия. Наличие одного входного огнестрельного отверстия и одного выходного в области туловища и правого бедра, а также раневых каналов, соединяющих эти раны, свидетельствует о том, что выстрелы были произведены из огнестрельного оружия, снаряженного пулями; это подтверждается также наличием в области входных ран дефектов ткани и поясков осаднений. Сквозное огнестрельное ранение грудной клетки, живота и позвоночника с повреждением внутренних органов являлось опасным для жизни в момент причинения и поэтому относится к тяжким телесным повреждениям, повлекшим смерть. Сквозное огнестрельное ранение правого бедра при жизни относится к легким телесным повреждениям, повлекшим за собой кратковременное расстройство здоровья;

ФИО3 - сквозное пулевое огнестрельное ранение туловища с повреждением правого легкого, печени, диафрагмы, 6 и 10 ребер справа, которое образовалось в результате однократного выстрела из огнестрельного пулевого оружия, о чем свидетельствуют две огнестрельные раны, соединенные единым раневым каналом с входной раной округлой формы с дефектом ткани и пояском осаднения (направление раневого канала в мягких тканях и органах спереди назад, слева направо, горизонтально). Данное повреждение явилось опасным для жизни в момент причинения и поэтому относиться к тяжким телесным повреждениям;

ФИО32 - одно сочетанное ранение груди и живота слева в области 9-го межреберья по задне-подмышечной линии, проникающее в брюшную полость с повреждением диафрагмы, поперечной ободочной кишки, межпозвонкового диска (полным его разрушением) 12-го грудного и 1-го поясничного позвонков, спинного отдела позвоночника на этом уровне,

3

осложненное нарушением функции последнего (отсутствие движений и чувствительности в нижних конечностях), вероятным повреждением нижнего края 10-ребра справа; не менее двух ран на грудной клетке справа с локализацией на уровне 7-го ребра по задне-подмышечной линии и в области правой лопатки. Возможно образование всех имеющихся повреждений в результате выстрелов из огнестрельного оружия, патрон к которому снаряжен пулей; давность их образования не превышает нескольких часов до госпитализации в стационар 26 декабря 1994 года. Ранение груди и живота, проникающее в брюшную полость с повреждением толстого кишечника и спинного мозга, явилось опасным для жизни, поэтому квалифицируется как тяжкий вред здоровью. Раны правой половины груди не были опасными для жизни, вызвали кратковременное расстройство здоровья на срок не свыше трех недель, поэтому квалифицируются как по отдельности, так и в совокупности как лёгкий вред здоровью.

Смерть ФИО2 наступила 29 декабря 1994 года в 22.55 часов в Торжокской ЦРБ от сквозного огнестрельного пулевого ранения грудной клетки, живота и позвоночника с повреждением 10 ребра слева, петель тонкого кишечника, брыжейки толстого кишечника, левой почки, тела 3-го поясничного позвонка и спинного мозга на этом уровне, осложнившегося кровопотерей.

Смерть ФИО3 наступила 26 декабря 1994 года в 05.50 часов в Торжокской ЦРБ от сквозного пулевого огнестрельного ранения туловища с повреждением внутренних органов и ребер, сопровождающегося массивной кровопотерей и шоком.

Умысел, направленный на убийство ФИО4, ФИО7 не довел до конца по причинам, не зависящим от его воли - в результате оказания ФИО32 медицинской помощи в Торжокской ЦРБ, куда последний был доставлен после совершенного преступления.

Допрошенный в судебном заседании подсудимый ФИО7 вину в совершении вышеуказанных преступлений не признал и пояснил, что 25 декабря 1994 года он был приглашен ФИО41 к 19 часам в кафе «Молодежное» города Торжок отметить покупку автомобиля. В кафе он приехал вместе со своей знакомой ФИО42 и сел за стол в центре зала к ФИО43, ФИО44, ФИО45 и другим ребятам, которые уже находились в состоянии алкогольного опьянения. Побыв некоторое время в кафе, он вышел на улицу, подошел к стоявшим рядом с входом ФИО46, ФИО47 и ФИО48, и сказал ФИО49, что ему с ФИО50 пора уезжать, так как утром ему необходимо быть в Твери, после чего он сказал ФИО51, чтобы она шла одеваться. Также он видел недалеко от входа в кафе двух дерущихся людей, как впоследствии ему стало известно, это были ФИО31 и ФИО32, при этом никаких фраз со стороны ФИО31 и ФИО32 в его адрес не звучало. Затем к нему подошел еще один его знакомый - ФИО52, он сделал шаг к нему навстречу и поздоровался с ним за руку. В этот момент раздались выстрелы, которых было более трех.

4

Он пригнулся, побежал в кафе, при этом увидел, что на площадке у кафе один человек сидел на земле, а второй - лежал. В помещении кафе была суматоха, он и ФИО53 забрали верхнюю одежду, после чего сели в машину и уехали в Тверь, в Торжок он больше не возвращался. На следующий день он позвонил ФИО54, который сказал, что в ходе стрельбы нескольких человек ранили, а также попросил позвонить ФИО55. Он позвонил ФИО56 и тот сообщил, что его избили, и спросил, видел ли он что-нибудь, а также сказал, чтобы он «держал язык за зубами», и что ему не нужно появляться в Торжке, при этом слушать его (ФИО7) объяснения ФИО57 не стал. В тот же день он уехал в Москву, подрабатывал там извозом, проживал у знакомой. В начале 1995 года он снова позвонил ФИО58, который опять стал ему угрожать и сказал, чтобы он не появлялся в Торжке. Угрозы ФИО59 он воспринял реально и остался в Москве. Обращаться в правоохранительные органы за помощью он не стал, так как в то время не доверял милиции. Примерно через полгода ему стало известно, что ФИО60 убили из-за событий 1994 года, а машина ФИО61 была обстреляна, в связи с чем он стал опасаться за свою жизнь, поэтому поменял себе паспорт и решил переждать в Москве, пока все не утихнет. Однако после того, как женился, он понял, что его все устраивает, и не стал возвращать себе прежнее имя и документы.

Несмотря на отрицание своей вины подсудимым ФИО7, его виновность нашла подтверждение собранными по делу и исследованными в ходе судебного разбирательства доказательствами.

Так, потерпевшая Потерпевший №2 в судебном заседании пояснила, что ФИО2 являлся ее мужем, они воспитывали дочь ФИО62, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. 25 декабря 1994 года около 15 часов ФИО31 ушел из дома в гости к матери и больше не вернулся. На следующий день утром к ней приехал друг семьи ФИО64 и сообщил, что ее мужа ранили, и он находится в больнице, куда они и направились. По пути в Торжокскую ЦРБ ФИО65 рассказал ей, что накануне ФИО31 возвращался от родителей и шел мимо кафе «Молодежное», куда его позвал кто-то из знакомых. В кафе у ФИО31 с ФИО32 произошел конфликт из-за того, что ФИО31 взял стопку ФИО32. В ходе конфликта ФИО31 предложил ФИО32 выйти на улицу, следом за ними пошел ФИО3 с целью не допустить драки. На улице стоял ФИО7 и другие ребята. В какой-то момент между ФИО31 и ФИО7 произошла словесная перепалка, в ходе которой ФИО7 достал пистолет и начал стрелять в ФИО31, ФИО3 и ФИО32. По приезду в больницу ей сообщили, что ее муж находится в коме. После этого она ходила к мужу каждый день, примерно дней пять, пока тот не умер. Вместе с ФИО31 в палате лежал ФИО32, с которым она общалась, при этом тот находился в здравом уме и ясном сознании. В ходе разговора ФИО32 ей сообщил, что в него, ФИО31 и ФИО3 стрелял ФИО7.

Потерпевшая Потерпевший №3 в судебном заседании пояснила, а также подтвердила свои показания, данные ею в ходе следствия о том, что ФИО4 является ее сыном. Около 7 часов утра 26 декабря 1994 года к

5

ней домой пришла девушка сына ФИО66 и сообщила, что около кафе «Молодежное» ночью произошла перестрелка, в которой пострадали ФИО32, ФИО31 и ФИО3. Кто стрелял в них, ФИО67 не сказала, но она пояснила, что ребята стояли на улице около кафе, курили и в это время в них стали стрелять. Со слов ФИО68, ребят доставили в Торжокскую ЦРБ. Они поехали в больницу, где её сыну делали операцию. Спустя четыре дня после произошедшего она пришла к сыну в палату, где ФИО32 ей рассказал, что он вместе со своими друзьями, в том числе ФИО31 и ФИО3, находились в кафе «Молодежное», а когда они вышли на улицу, в них стали стрелять «тверские» ребята. В больнице сын лечился месяц, после чего его выписали домой. У сына был поврежден пулей позвоночник, в связи с чем он испытывал сильные боли. О произошедшем с сыном в кафе «Молодежное» в ночь с 25 на 26 декабря 1994 года тот ей более не рассказывал, отвечая, что это не ее дело. От других лиц ей известно, что в её сына, ФИО31 и ФИО3 стрелял ФИО7. 27 июля 2000 года её сын ФИО4 умер (т.2, л.д. 23-25, 72-74).

Потерпевшая Потерпевший №1 в судебном заседании пояснила, что ФИО3 являлся ее отцом. Со слов матери ей известно, что отец зимой 1994 года был застрелен в кафе «Молодежное», также в тот вечер стреляли в его знакомых ФИО32 и ФИО31, последний из которых похоронен рядом с отцом. Подробности данного убийства ей неизвестны.

Свидетель Свидетель №1 в суде пояснил, а также подтвердил свои показания, данные им на предварительном следствии, о том, что в ночь с 25 на 26 декабря 1994 года он распивал спиртное в кафе «Молодежное» по адресу: 

<

адрес> совместно с ФИО31, ФИО32, ФИО3, ФИО69, ФИО70, ФИО71, ФИО72, ФИО73. За другим столом сидели ФИО7, ФИО74, ФИО75, ФИО76, ФИО77. В кафе между ФИО31 и ФИО32 произошла ссора, они вышли на улицу. Через некоторое время он тоже вышел на улицу и увидел, что ФИО32 стоит ближе к входу в кафе, а ФИО31 напротив него, и они ругаются между собой. На улице напротив входа в кафе рядом с ограждением он увидел ФИО7, ФИО78 и еще кого-то из их компании. Он подошел к ФИО31 и ФИО32 и встал между ними, чтобы они не подрались. ФИО31 взял его за одежду и откинул в сторону, вследствие чего он упал, и пока пытался встать, услышал не менее трех выстрелов. Он поднялся и увидел ФИО31, лежавшего на земле. Из кафе выбежало много людей, началась суматоха. Он совместно с ФИО79 погрузил ФИО31 в автомобиль. Во время произошедшего напротив входа в кафе стоял ФИО7. В тот день в больницу с пулевыми ранениями были доставлены ФИО32, ФИО31 и ФИО3. Через какое-то время он пришел в больницу к ФИО32, который лежал в отдельной палате, находился в сознании, поддерживал разговор, в ходе которого ФИО32 сообщил, что в него, ФИО3 и ФИО31 стрелял ФИО7, а не кто-либо другой.

6

Также свидетель ФИО80 пояснил, что в ходе проведенной между ним и ФИО7 очной ставки он узнал ФИО7, несмотря на то, что последний постарел и похудел (т.З, л.д. 19-23, т.4, л.д. 8-11).

Свидетель ФИО18 в суде пояснил, что он работает старшим следователем-криминалистом. 24 января 2018 года он оказывал практическую помощь следователю ФИО81 в проведении дополнительного допроса свидетеля ФИО82 с использованием видеосъемки, ФИО83 давал показания самостоятельно и уверенно, воздействие на ФИО84 никем не оказывалось.

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 25.01.2018г. с участием свидетеля Свидетель №1 осмотрено кафе «Юрвес» и прилегающая к нему территория. Вход в кафе осуществляется через металлическую дверь. При входе находится фойе, направо из которого имеется дверь, ведущая в зал кафе. Находясь около кафе, ФИО85 указал место, где в ночь на 26 декабря 1994 года находился ФИО7, и место, где находились ФИО2 и ФИО4(т.3, л.д. 44-59).

Свидетель Свидетель №2 в суде пояснил, а также подтвердил свои показания, данные им на предварительном следствии о том, что ФИО31 являлся его другом. 25 декабря 1994 года он с ФИО31 расстался в 17-18 часов. На следующий день от знакомых ему стало известно, что с 25 на 26 декабря 1994 года в ночное время возле кафе «Молодежное» произошла стрельба, в которой пострадал ФИО31, после чего его доставили в Торжокскую районную больницу. Он заехал за женой ФИО31, после чего они направились в больницу. ФИО31 находился в тяжелом состоянии без сознания в одной палате с ФИО32, который находился в сознании, у него была четкая и ясная речь. Он стал расспрашивать ФИО32 о произошедшем, на что тот дословно сказал следующее: «Партизан умер, и мы подохнем! А стрелял в нас ФИО86, губастенький». ФИО32, говоря о «партизане», имел в виду ФИО3, у которого было такое прозвище. ФИО31 прожил около трех дней, и, не приходя в сознание, скончался. После выписки из больницы ФИО32 в подробностях рассказал ему о произошедшем в ночь с 25 на 26 декабря 1994 года в кафе «Молодежное», а именно: в ходе распития спиртных напитков ФИО32 и ФИО31 вышли на улицу, где ФИО31 стал прикалываться над ФИО32, «волтузить» его, то есть ронять на снег и толкать. ФИО32 сделал замечание ФИО31: «Мы тут будем отношения выяснять, а наши враги над нами будут смеяться», и указал ФИО31 на стоящих неподалеку молодых людей, их количество ФИО32 не уточнял, но сказал, что это были не «торжокские», а парни из Твери, среди которых был ФИО7. ФИО31 направился к этой группе людей и начал конфликтовать с ними. ФИО32 увидел, как ФИО31 пытался выбить пистолет из руки ФИО7, а затем раздался выстрел, после которого ФИО32 побежал, но ФИО7 стал стрелять в него, и ФИО32 упал. Также ФИО7 выстрелил в вышедшего из кафе на улицу ФИО3. После стрельбы ФИО32, а также ФИО31 и ФИО3 доставили в больницу (т.3, л.д.34-35).

7

Аналогичные показания свидетель ФИО87 уверенно дал при допросе его с применением средств видеозаписи, которая была просмотрена в судебном заседании.

Свидетель Свидетель №3 в суде пояснил, а также подтвердил свои показания, данные им на предварительном следствии о том, что 25 декабря 1994 года в вечернее время он вместе с ФИО88 посещал кафе «Молодежное», где они распивали спиртные напитки в компании знакомых им ФИО32, ФИО3, ФИО31, ФИО89, ФИО90, ФИО91, ФИО92, ФИО93, ФИО94 и других. В состоянии алкогольного опьянения между ФИО32 и ФИО31 произошел конфликт, в ходе которого они пошли на улицу выяснять отношения, за ними вышел ФИО3. Спустя некоторое время он сам встал из-за стола и пошел в туалет, при этом он услышал хлопки, точное число которых не помнит. В этот момент в кафе забежал ФИО3, держась рукой за грудь, и стал падать на него и ФИО95 ФИО3 посадили на стул, после чего ФИО96 приподнял верхнюю одежду ФИО3, и на его груди они увидели рану округлой формы. Они подняли ФИО3 и понесли в машину, которая стояла у кафе. На улице на снегу лежали ФИО31 и ФИО32, последнего он также помог загрузить в машину.

В судебном заседании свидетель ФИО97 пояснил, что с ФИО7 знаком со школы, может его охарактеризовать как высокомерного человека. ФИО7, ФИО98, ФИО99, ФИО100, ФИО101 и других называли «тверскими» ребятами в связи с тем, что они переехали жить и работать в Тверь (т.3, л.д. 67-70, 185-189)

Свидетель Свидетель №4 в суде пояснил, а также подтвердил свои показания, данные им на предварительном следствии о том, что 25 декабря 1994 года в вечернее время он вместе со своим другом ФИО3 прибыли в кафе «Молодежное» города Торжок, где распивали спиртные напитки в компании знакомых им ФИО32, ФИО31, ФИО102, ФИО103 и других, при этом находились за столом, расположенным слева от входа. За столиком напротив сидела компания - ФИО7, ФИО104, ФИО105, ФИО106 В ходе распития спиртных напитков между ФИО32 и ФИО31 произошел конфликт по причине того, что ФИО31 взял рюмку ФИО32. После этого ФИО32 и ФИО31 вышли на улицу, ФИО3 пошел вслед за ними с целью предотвратить дальнейший конфликт. Незадолго до этого из кафе вышли ФИО7 и другие ребята из его компании. Оставаясь за столом, он услышал выстрелы, которых было более двух, после чего направился к выходу из кафе, навстречу ему шел ФИО3, держась за грудь, его руки были в крови. ФИО107 посадил ФИО3 на стул. Он вышел из кафе на улицу и увидел, что на расстоянии не более 3-4 метров напротив входа в кафе полусидя в снегу кричал и стонал ФИО32, слева от него на боку лежал ФИО31, оба были в крови, также следы крови были на земле. В этот момент он увидел, как ФИО7 отъезжал от кафе на своей машине ВАЗ-2199 бордового цвета. На улице началась суматоха, всех пострадавших посадили в машины и повезли в больницу.

8

Спустя несколько дней, когда он навещал ФИО32 в больнице, последний ему рассказал, что после конфликта, произошедшего между ним и ФИО31 в помещении кафе, они вышли на улицу и стали высказывать в адрес друг друга взаимные претензии вплоть до рукоприкладства. В это время ФИО7, ФИО108 и ФИО109 стояли в непосредственной близости от них. В какой-то момент ФИО32 попросил ФИО31 прекратить конфликт, поскольку на них смотрели «тверские» ребята. В ответ на это ФИО31 повернулся в сторону ФИО7, ФИО110, ФИО111 и произнес нецензурную фразу в их адрес. ФИО3 на тот момент находился на улице у входа в кафе. После этого ФИО7 достал из-за пазухи пистолет и произвел выстрелы в ФИО32, ФИО31 и ФИО3.

Свидетель ФИО112 охарактеризовал ФИО31 как вспыльчивого человека, ФИО3 как спокойного и неконфликтного, ФИО32 как человека, который «играл на публику» (т.3, л.д. 80-83, 204-209).

Согласно протоколу проверки показаний на месте от 23.03.2018г. Свидетель №4 указал местонахождение кафе «Юрвес», где рассказал об обстоятельствах случившегося в ночь с 25 на 26 декабря 1994 года, а также указал место, где находились ФИО32, ФИО3 и ФИО31 (т.З, л.д.215-224).

Свидетель ФИО113 ФИО113ФИО113 в суде пояснила, что она является генеральным директором ООО «Юрвес» и имеет кафе с аналогичным названием по адресу: 

<

адрес>, которое было приобретено в 1992 году. До 21 июля 1992 года кафе имело название «Молодежное», так его до сих пор называют местные жители. В 2007 году произошла реконструкция кафе, и оно было расширено в сторону проезжей части на 4 метра. В 1994 году столы в кафе стояли в два ряда, в конце зала напротив входа в кафе располагалась барная стойка.

Также свидетелю ФИО114 были предъявлены копия плана БТИ помещения кафе на 1999 года, и составленная ею схема кафе по состоянию на 1994 год, которые она полностью подтвердила (т.4, л.д.25-26).

Согласно показаниям свидетеля Свидетель №5, данным в суде, а также на предварительном следствии и оглашенным в судебном заседании, 25 декабря 1994 года в вечернее время он с ФИО115 и его девушкой на автомобиле последнего приехали в кафе «Молодежное», где распивали спиртные напитки. Чуть позже к ним присоединились ФИО116, ФИО7, ФИО117 и ФИО118. За другим столом сидела большая компания, где были ФИО32, ФИО31, ФИО3, ФИО119, ФИО120 и другие. Через некоторое время он с ФИО121 вышли на улицу покурить и остановились в непосредственной близости от входа в кафе, при этом они находились в состоянии сильного алкогольного опьянения. Через некоторое время из кафе выбежали ФИО32 и ФИО31, которые стали бегать друг за другом вокруг припаркованных автомобилей и все это походило на конфликт между ними. Вскоре ФИО32 и ФИО31 остановились на расстоянии около пяти метров от них и стали выяснять отношения, высказывая в адрес друг друга взаимные Претензии. Далее ФИО32, ругаясь с ФИО31, произнес следующую фразу: «Чего ты ко мне пристал, слабо

9

пристать к тем ребятам!», указывая в их сторону. В это время вместе с ним и ФИО122 стоял ФИО7, который также находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, поскольку пил наравне со всеми. Затем ФИО31 стал говорить в их сторону что-то оскорбительное, после чего между ФИО32, ФИО3 и ФИО31, с одной стороны, и ФИО7, ФИО123 и им ФИО124), с другой, произошла словесная перепалка. Момент, когда к ФИО32 и ФИО31 присоединился ФИО3, он не помнит, но он стал разговаривать с ним, при этом ФИО125 вступил в диалог с ФИО31. ФИО32 находился перед ними в непосредственной близости, а ФИО7 в этот момент стоял позади него и ФИО126 Затем именно из-за его спины, где в тот момент находился один ФИО7, прозвучали выстрелы, после чего он забежал в кафе, так как испугался за свою жизнь и здоровье. Далее он и ФИО127 взяли куртки, вышли на улицу, сели в автомобиль ФИО128 и уехали (т.3, л.д. 194-198).

Согласно протоколу проверки показаний на месте от 11.04.2018г. Свидетель №5 указал местонахождение кафе «Юрвес» в городе Торжок и рассказал об обстоятельствах произошедшего в ночь с 25 на 26 декабря 1994 года, а также показал место, где стояли он, ФИО129, ФИО130 и ФИО7 во время конфликта между ФИО32 и ФИО31; указал, где находился ФИО3, который вышел из кафе; указал место около входа в кафе, где лежал ФИО31 (т.3, л.д.225-233).

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № от 13.01.1995г. у ФИО2 имеются повреждения: сквозное огнестрельное ранение грудной клетки, живота и позвоночника с повреждением 10 ребра слева, петель тонкого кишечника, брыжейки толстого кишечника слева, нижнего полюса левой почки, тела 3-го поясничного позвонка и спинного мозга на этом уровне (входная огнестрельная рана в области края левой реберной дуги по средней ключичной линии, выходная огнестрельная рана в поясничной области справа, направление раневого канала слева направо, спереди назад и слегка сверху вниз), кровоизлияния в окружающие мягкие ткани по ходу раневого канала и в забрюшинное пространство слева; сквозное огнестрельное ранение правого бедра в нижней трети (входная огнестрельная рана на передне-внутренней поверхности, выходная на передней поверхности бедра, направление раневого канала снизу вверх, слева направо, сзади наперед).

Повреждения в области грудной клетки, живота, позвоночника и в области правого бедра возникли в результате действия огнестрельного оружия. Наличие одного входного огнестрельного отверстия и одного выходного в области туловища и правого бедра, а также раневых каналов соединяющих эти раны свидетельствует о том, что выстрелы были произведены из огнестрельного оружия снаряженного пулями. Это подтверждается также наличием в области входных огнестрельных ран дефектов ткани и поясков осаднений.

Сквозное огнестрельное ранение грудной клетки, живота и позвоночника с повреждением внутренних органов являлось опасным для

10

жизни в момент причинения и поэтому относится к тяжким телесным повреждениям, повлекшим смерть. Сквозное огнестрельное ранение правого бедра при жизни относится к легким телесным повреждениям, повлекшим за собой кратковременное расстройство здоровья.

Наличие двух входных и выходных огнестрельных ран в области туловища и правого бедра свидетельствуют о том, что в пострадавшего было произведено не менее 2-х выстрелов.

Учитывая локализацию входных огнестрельных ран, направление раневых каналов, можно полагать, что первый выстрел в ФИО2 был произведен слева спереди в левую половину грудной клетки, и он находился в вертикальном положении. Второй выстрел был произведен в ФИО2 слева направо, снизу вверх и сзади наперед в правое бедро, это вероятно при положении пострадавшего в горизонтальном положении с поворотом правого бедра вправо.

Смерть ФИО2 наступила 29.12.1994г. в 22 часа 55 минут в Торжокской ЦРБ от сквозного огнестрельного пулевого ранения грудной клетки, живота и позвоночника с повреждением 10 ребра слева, петель тонкого кишечника, брыжейки толстого кишечника, левой почки, тела 3-го поясничного позвонка и спинного мозга на этом уровне, осложнившегося кровопотерей (т.4, л.д.56-59).

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № 536 от 19.01.1995г. у ФИО3 обнаружено сквозное пулевое огнестрельное ранение туловища с повреждением правого легкого, печени, диафрагмы, 6 и 10 ребер справа, которое образовалось в результате однократного выстрела из огнестрельного пулевого оружия, о чем свидетельствуют две огнестрельные раны, соединенные единым раневым каналом, из них входная рана округлой формы с дефектом ткани и пояском осаднения. Направление раневого канала в мягких тканях и органах спереди назад, слева направо, горизонтально. Данное повреждение явилось опасным для жизни в момент причинения и поэтому относиться к тяжким телесным повреждениям.

Смерть ФИО3 наступила 26.12.1994г. в 05 часов 50 минут в Торжокской ЦРБ от сквозного пулевого огнестрельного ранения туловища с повреждением внутренних органов и ребер, сопровождающегося массивной кровопотерей и шоком (т.4, л.д.69-73).

Согласно заключению экспертизы №123 от 11.01.1995г. в крови трупа ФИО3 обнаружен этиловый спирт в количестве 2,6% (т.4, л.д.78).

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы №28 от 13.01.1995г. у ФИО4 имеются повреждения: огнестрельное ранение левой половины грудной клетки и живота с повреждением диафрагмы, поперечно-ободочной кишки, поясничного отдела позвоночника с повреждением спинного мозга, огнестрельное ранение правой половины грудной клетки. Указанные ранения могли быть причинены в результате выстрелов из огнестрельного оружия, снаряженного пулями, 25-26 декабря 1994 года, и являлись опасными для жизни в момент причинения, а поэтому

11

относятся к тяжким телесным повреждениям. В ФИО32 было произведено не менее 3-х выстрелов (т.4, л.д.45-46).

Согласно заключению эксперта № 751 от 07.03.2018г. у ФИО4 диагностированы следующие повреждения:

- одно сочетанное ранение груди и живота слева в области 9-го межреберья по задне-подмышечной линии, проникающее в брюшную полость с повреждением диафрагмы, поперечной ободочной кишки, межпозвонкового диска (полным его разрушением) 12-го грудного и 1-го поясничного позвонков, спинного отдела позвоночника на этом уровне, осложненное нарушением функции последнего (отсутствие движений и чувствительности в нижних конечностях), вероятным повреждением нижнего края 10-ребра справа;

- две (по данным осмотра СМЭ) или три (по записям в истории болезни) раны на грудной клетке справа с локализацией на уровне 7-го ребра по задней подмышечной линии и в области правой лопатки.

Учитывая размеры (0,5-0,6 см) и округлую форму ран, проникающий характер одной из них, нельзя исключить возможность образования всех имеющихся повреждений у ФИО4 в результате выстрелов из огнестрельного оружия, патрон к которому снаряжен пулей. Давность образования повреждений не превышает нескольких часов до госпитализации в стационар 26 декабря 1994 года.

Ранение груди и живота слева, проникающее в брюшную полость с повреждением толстого кишечника и спинного мозга, являлось опасным для жизни, поэтому квалифицируется как тяжкий вред здоровью. Раны правой половины груди не были опасными для жизни, вызвали кратковременное расстройство здоровья на срок не свыше трех недель, поэтому квалифицируются как по отдельности, так и в совокупности как лёгкий вред здоровью.

В момент причинения раны левой половины груди ФИО4 был обращен к источнику воздействия травмирующей силы левой боковой поверхностью тела, а в момент причинения ран в области 7-го ребра справа и правой лопатки - соответственно правой боковой и задней его поверхностью (т.4, л.д.92-95)

Согласно заключению эксперта № 348 от 01.02.2018г. представленные на экспертизу две гильзы являются частями пистолетных патронов калибра 7,62x25 мм («ТТ») к нарезному огнестрельному оружию. Данные две гильзы изготовлены заводским способом.

Следу оружия на представленных двух гильзах соответствуют следам на гильзах, стрелянных из нарезного огнестрельного оружия, а именно пистолета образца 1930/33 гг. конструкции ФИО5 («ТТ»), разработанного под штатный пистолетный патрон калибра 7,62x25 мм, а также другого оружия, оставляющего аналогичные следы (т.4, л.д. 108-112).

Согласно протоколу выемки от 22.02.2018г. в ИВС МО МВД России «Торжокский» изъят паспорт гражданина РФ серии №,

выданный Отделением УФМС России по гор. Москве по району

12

<

данные изъяты>, на имя: ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения: г.Курск; впоследствии паспорт был осмотрен (т.2, л.д.64-66, 75-86).

Согласно протоколу осмотра предметов (документов) от 29.01.2018г. были осмотрены: бумажный конверт; две гильзы патронов (т.2, л.д.181-188).

Согласно копии записи акта о смерти № 1026 смерть ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, наступила 29.12.1994г. (т.2, л.д.54).

Согласно копии записи акта о смерти № 1011 смерть ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, наступила 26.12.1994г. (т.2, л.д.52).

Согласно копии записи акта о смерти № 572 смерть ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, наступила 27.07.2000г. (т.2, л.д.51).

Согласно справке об исследовании № 1374 от 26.12.2017г. на фотоснимке в копии формы 1П на имя ФИО7 и на фотоснимке в копии формы 1П на имя ФИО1 изображено одно и то же лицо (т.1, л.д.59-74).

Свидетель Свидетель №6 в суде пояснил, что он занимался розыском ФИО7 и участвовал при его задержании. ФИО7 был задержан Москве, вел себя спокойно, назвался ФИО1 и предъявил паспорт на данное имя, заявлял, что не знал об объявлении его в розыск, однако в дальнейшем пояснил, что на самом деле он - ФИО7, а паспорт поменял в связи с тем, что скрывается.

Как усматривается из материалов настоящего уголовного дела, оно является восстановленным на основании постановления руководителя Торжокского МСО СУ СК при прокуратуре РФ по Тверской области от 17.08.2010г. после того, как в июле 2010 года в ходе инвентаризации архивных дел была выявлена утрата первоначального уголовного дела по обвинению ФИО7. В ходе судебного следствия судом проверялись обстоятельства восстановления утраченного уголовного дела.

Так, свидетель ФИО24 в суде пояснил, что он в 2010 году занимал должность заместителя руководителя Торжокского следственного отдела при прокуратуре Тверской области, где в это же время была выявлена недостача уголовного дела в отношении ФИО7 Он по поручению руководства занимался восстановлением данного уголовного дела, для чего в Торжокской межрайонной прокуратуре истребовал надзорное производство в отношении ФИО7 и, ознакомившись с ним, снял с имеющихся в нем документов копии, после чего приобщил их к материалам уголовного дела в отношении ФИО7

Свидетель ФИО25 в суде пояснил, что он с января 2018 года входил в состав следственной группы при расследовании уголовного дела в отношении ФИО7 Ранее в связи с утратой дело было восстановлено и в материалах дела имелись копии документов (постановление о возбуждении уголовного дела; об избрании меры пресечения и т.д.), сделанные ФИО131

13

с материалов надзорного производства в отношении ФИО7, однако данные копии документов не были заверены. В связи с этим он поехал в Торжокскую межрайонную прокуратуру, где сравнив находящиеся в материалах уголовного дела копии документов с надзорным производством в отношении ФИО7, заверил их печатью и своей подписью. Кроме того, по запросу следователя из «Бюро судебно-медицинской экспертизы» (Торжокское отделение) были получены и приобщены к материалам дела надлежащим образом заверенные копии заключений судебно-медицинских экспертиз в отношении ФИО31, ФИО3, ФИО32, и копии постановлений об их назначении.

В ходе судебного заседания к материалам уголовного дела на период его рассмотрения было приобщено надзорное производство в отношении ФИО7 Данное надзорное производство было представлено на обозрение свидетелям ФИО24 и ФИО25, которые после ознакомления с уверенностью заявили, что это именно то надзорное производство, с которого были сделаны копии документов, имеющиеся в материалах уголовного дела в отношении ФИО7.

Суд также находит несостоятельными довод защиты о недопустимости вещественных доказательств - двух гильз от патрона. Так, в материалах уголовного дела имеются две гильзы, а также два конверта с пояснительными записями: «Уголовное дело №. Две гильзы -часть патронов калибра 7,62 мм к пистолету. Изъяты при осмотре места происшествия по убийству ФИО3 и ФИО31. Следователь следственной группы Генеральной прокуратуры РФ ФИО26» и «Уголовное дело №. Две гильзы металла жел. цвета, изъят, с места происш. от кафе «Молод.» г.Торжка след. прок. ФИО132 Данные конверты также признаны вещественными доказательствами по делу. Таким образом, исходя из анализа указанных надписей и показаний следователя ФИО27, у суда не вызывает сомнения, что именно данные гильзы были изъяты с места происшествия у кафе «Молодежное» в г. Торжке в рамках данного уголовного дела, а при восстановлении утраченного уголовного дела обнаружены в камере хранения вещественных доказательств Торжокского МСО СУ СК РФ по Тверской области, после чего надлежащим образом осмотрены и приобщены к делу в качестве вещественных доказательств.

Необоснованными являются утверждения стороны защиты об одностороннем характере предварительного следствия по делу и личной заинтересованности следователя ФИО27 в исходе дела. Так, в ходе предварительного следствия отводов следователю со стороны защиты не заявлялось, на конкретные причины заинтересованности не указывалось, и таковых судом не установлено. Кроме того, в судебном заседании перед допросом работникам следственных органов председательствующим в соответствии со ст.ст. 307, 308 УК РФ разъяснялась ответственность за дачу заведомо ложных показаний либо отказа от дачи показаний, о чем были отобраны подписки.

14

Довод стороны защиты о том, что показания потерпевшей Потерпевший №3, данные ею в ходе предварительного следствия, записаны не со слов потерпевшей, а изложены формулировками следователя, суд находит несостоятельным. Так, в ходе судебного заседания потерпевшая ФИО32 после оглашения ее показаний, данных в ходе предварительного следствия, их подтвердила, пояснив, что она давала показания самостоятельно и добровольно, какого-либо давления со стороны следствия на нее оказано не было.

Вопреки доводов защиты, судом не установлено каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона при производстве следователем ФИО27 допроса свидетеля Свидетель №1 с видеофиксацией криминалистом ФИО18, о чем последний подробно пояснил в судебном заседании. В ходе допроса свидетеля ФИО133 ФИО134 обратил внимание следователя, что при формулировке одного из вопросов тот оговорился, перепутав лицо, производившее выстрелы, с потерпевшим ФИО32, и следователь тут же исправился. При таких обстоятельствах вмешательства в процедуру допроса не было, и каких-либо нарушения положений УПК РФ при допросе никем не допущено.

Суд отвергает как недостоверные пояснения свидетеля ФИО135 в судебном заседании (а равно данные им при проверке показаний на месте 11.04.2018г. и при допросе 16.07.2018г.) в той части, в которой он изменил свои первоначальные показания и стал утверждать, что в момент выстрелов позади него находился не один ФИО7, а ряд лиц (он, ФИО7, ФИО136 и ФИО137), а слова ФИО32 касались не только «тверских» ребят, но всех людей, находившихся у входа в кафе. Так, в ходе предварительного следствия свидетель ФИО138 первоначально дважды давал показания о том, что в момент выстрела он, ФИО139 и ФИО7 стояли своей компанией на улице у входа в кафе, при этом о других лицах, находящихся непосредственно рядом с ними, он не упоминал. Кроме того, ФИО140 пояснял, что позади него находился один ФИО7, а ФИО141 в этот момент находился рядом с ним, разговаривая с ФИО31, сам он разговаривал с ФИО3. При этом правильность сведений, изложенных в первоначальных протоколах допроса, удостоверена подписью самого свидетеля ФИО142, который ознакомился с содержанием протоколов, и у него была возможность внести необходимые уточнения. Нарушений уголовно-процессуального закона как при производстве допроса, так и при оформлении протокола следователем допущено не было. Оснований не доверять данным показаниям не имеется. Суд считает, что впоследствии свидетель ФИО143 частично изменил показания с целью смягчения участи ФИО7, который ранее являлся его близким знакомым и с которым они вместе занимались перегоном и продажей автомобилей.

Кроме того, в судебном заседании были допрошены свидетели ФИО27 и ФИО144. пояснившие, что они входили в состав следственной группы по расследованию уголовного дела в отношении ФИО7 и осуществляли допрос свидетелей по данному делу, в том числе

15

ФИО145. Свидетели ФИО146 и ФИО147, каждый в отдельности, указали, что в момент допроса ФИО148 давал показания уверенно, в свободном рассказе. В протокол допроса показания ФИО149 записаны с его слов. Также в ходе допроса следователями задавались уточняющие вопросы ФИО150. После окончания допроса протокол был распечатан на бумажном носителе и передан для ознакомления ФИО151, который внимательно изучил данный протокол и после ознакомления его подписал.

Кроме того, свидетель ФИО152 пояснил, что в ходе допроса ФИО153 он не ориентировался на предыдущий протокол допроса данного свидетеля, производил допрос заново. Данное пояснение объективно подтверждается тем, что протокол допроса ФИО154 от 20.02.2018г. (т.3, л.д. 194-198) отличается от предыдущего протокола допроса от 27.01.2018г. (т.3, л.д. 126-130) отдельными вопросами и деталями событий, которые выясняли следователи.

По ходатайству стороны защиты в судебном заседании был допрошен в качестве свидетеля ФИО28 пояснивший, что он в конце декабря 1994 года в вечернее время, проезжая в городе Торжок мимо кафе «Молодежное», увидел перед ним скопление народа, в том числе ФИО7, и решил поздороваться с ним. Припарковавшись, он пешком направился к нему. На краю площадки кафе «Молодежное» левее от входа в кафе стоял ФИО7, других людей между ФИО7 и дорогой не было. В стороне, на расстоянии около трех метров и левее от ФИО7 стояли ФИО155, ФИО8 ФИО156, ФИО157, ФИО158. Каких-либо ссор и конфликтов на площадке не было. Он подошел к ФИО7 и за руку поздоровался с ним. В это время со стороны входа в кафе раздались хлопки (более двух), похожие на выстрелы. Испугавшись за свою жизнь, он вернулся к своей машине и уехал. Спустя некоторое время ему стало известно о трех пострадавших в результате стрельбы на площадке возле кафе «Молодежное», а также о том, что той же ночью был избит ФИО159 ФИО8, а спустя некоторое время убит, как говорили, из-за событий в кафе.

Таким образом, согласно позиции защиты, ФИО7 не производил выстрелов в ФИО31, ФИО3 и ФИО32, поскольку в этот момент находился рядом с ФИО28 и здоровался с ним за руку.

Однако суд не находит оснований для признания у подсудимого алиби.

Вышеприведенные показания свидетеля ФИО28 отвергаются судом как не соответствующие действительности, поскольку противоречат показаниям других свидетелей (в том числе очевидцев) в отношении следующих значимых обстоятельств: местонахождения ФИО7, ФИО160 ФИО161 и ФИО162 в момент совершения преступления; конфликта между ФИО31 и ФИО32; местонахождения ФИО3 во время указанного конфликта; места, откуда раздались выстрелы.

Так, ФИО28 пояснил, что ФИО7 стоял на краю площадки кафе «Молодежное» левее от входа в кафе, а в стороне на расстоянии примерно трех метров от него стояли ФИО163, ФИО164 ФИО8, ФИО165, ФИО166

16

ФИО167. Однако свидетель Свидетель №1 в суде пояснил, что ФИО7, ФИО168 и другие лица стояли одной компанией напротив входа в кафе. Аналогичные показания в части местонахождения его, ФИО169, ФИО170 и ФИО7 во время конфликта, происходившего между ФИО32 и ФИО31, дал свидетель Свидетель №5 Оснований не доверять им не имеется, так как их показания в этой части последовательны и согласуются между собой.

Также ФИО28 пояснил, что на площадке у кафе не было конфликтующих между собой людей. К данным показаниям свидетеля суд относится критически. Так, свидетель Свидетель №5 в суде пояснил, что он, ФИО171, ФИО7 и ФИО172 ФИО8 стояли во дворе кафе и курили, в это время из кафе выбежали ФИО32 и ФИО31, следом за ними вышел ФИО3 и остался стоять у входа. ФИО31 бегал за ФИО32, они ссорились и кричали друг на друга, при этом он (ФИО173) был рядом с ФИО3, который попросил дать ему закурить. Шумный конфликт между ФИО31 и ФИО32 перед входом в кафе подтверждают и другие лица, находившиеся в тот вечер в кафе либо слышавшие о конфликте от одного из его участников - ФИО32 (ФИО174, ФИО175, ФИО176, ФИО31). Таким образом, показания ФИО28 о том, что на площадке кафе в его присутствии ссор и конфликтов не происходило, а также об отсутствии ФИО3 рядом с ФИО177 не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Кроме того, свидетель ФИО28 пояснил, что похожие на выстрелы хлопки раздались со стороны входа в кафе, однако свидетель Свидетель №5 пояснил, что выстрелы прозвучали у него за спиной, то есть напротив входа, а он в этот момент находился лицом к ФИО3, который вышел на улицу и остановился на входе в кафе.

Также следует учесть, что ни один из свидетелей, находившихся в момент выстрелов в кафе или на прилегающей территории (ФИО178, ФИО179, ФИО180, ФИО181) либо знающих о произошедшем от ФИО32 (ФИО182, ФИО31, ФИО32) не упоминает о нахождении во дворе кафе ФИО183.

В этой связи суд расценивает показания свидетеля защиты ФИО28 как неубедительную попытку сформировать алиби, продиктованную желанием помочь подсудимому, которому он, по собственному признанию, симпатизировал и занимался совместно в спортзале.

Кроме того, в ходе предварительного следствия и большей части судебного разбирательства защитой ФИО7 об алиби не заявлялось.

Оценивая в совокупности приведенные доказательства, суд считает фактические обстоятельства дела установленными, а собранные доказательства относимыми, допустимыми, достоверными, и в своей взаимосвязи с достаточной полнотой подтверждающими виновность ФИО7 в совершении инкриминируемых ему деяний. Все доказательства, положенные в основу приговора, получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, последовательны и взаимосогласованы.

17

Доводы подсудимого и его защитника о том, что ФИО7 не стрелял в ФИО31, ФИО32 и ФИО3, опровергаются исследованными доказательствами.

В судебном заседании установлено, что ФИО7 в ходе распития спиртных напитков с 18.00 часов 25 декабря 1994 года до 00.20 часов 26 декабря 1994 года в компании ФИО15, Свидетель №5 и иных лиц в кафе «Юрвес» («Молодежное»), вышел на улицу рядом с кафе покурить с ФИО184 и ФИО185. В это же время между ФИО32 и ФИО31 произошел словесный конфликт, в ходе которого они также вышли на улицу из кафе, где в своей компании также употребляли спиртное. За ними с целью предотвращения ссоры вышел их знакомый ФИО3 и остался стоять у входа в кафе. Затем в ходе конфликта ФИО31 нецензурно высказался в адрес ФИО7, ФИО186 и ФИО187, что повлекло за собой ссору между ФИО32, ФИО31 и ФИО3, с одной стороны, и ФИО7, ФИО188 и ФИО189 - с другой. ФИО7 на почве внезапно возникших неприязненных отношений, вызванных указанной ссорой, из имевшегося при нем пистолета выстрелил не менее трех раз в ФИО32, не менее двух раз в ФИО31 и не менее одного раза в ФИО3, вследствие чего ФИО31 и ФИО3 умерли в больнице спустя непродолжительное время, а ФИО32 остался в живых по независящим от ФИО7 обстоятельствам в результате оказанной ему медицинской помощи, но при этом ему были причинены тяжкие телесные повреждения. После произведенных выстрелов ФИО7 с места происшествия скрылся.

Довод стороны защиты о том, что ФИО32, находящийся в состоянии алкогольного опьянения, в момент выстрелов не мог адекватно воспринимать события и затем воспризводить их в больнице, опровергается показаниями свидетелей. Так, свидетели ФИО190 и ФИО191 в суде указали, что ФИО32 в момент конфликта с ФИО31 активно перемещался по территории прилегающей к кафе, о нарушении координации, дикции, других признаков тяжелой степени алкогольного опьянения никто из них не пояснял. Кроме того, свидетели ФИО192, ФИО193, ФИО194 и потерпевшая ФИО31, общавшиеся в больнице с ФИО32, отметили нахождение последнего в адекватном состоянии, каждому из них в разное время ФИО32 четко, ясно и одинаковым образом рассказывал об обстоятельствах произошедшего, всякий раз однозначно указывая на ФИО7 как на лицо, стрелявшего во всех троих пострадавших.

Не нашла своего подтверждения в судебном заседании версия защиты о том, что ФИО32 оговорил ФИО7 из ревности в связи с тем, что его девушка ФИО195 стала встречаться с ФИО7. Так, сам ФИО7 в судебном заседании пояснил, что знал, что ранее ФИО196 встречалась с ФИО32, но значения этому не придавал. Кроме того, никто из допрошенных свидетелей не упомянул об имевшемся между ФИО32 и ФИО7 конфликте на почве ревности ФИО32 к ФИО197. Потерпевшая Потерпевший №3 пояснила В суде, что на момент совершения преступления её сын - ФИО4 - имел ребенка и встречался с

18

девушкой - ФИО198, вместе с которой они навещали сына в больнице. В связи с изложенным, суд приходит к выводу об отсутствии оговора подсудимого ФИО7 со стороны ФИО4

Довод стороны защиты о том, что после произошедшего у кафе «Молодежное» ФИО7 скрывался в связи с тем, что от ФИО199 в его адрес прозвучали угрозы, которые он воспринял реально, суд находит несостоятельным. Так, сам ФИО7 в судебном заседании пояснил, что он занимался спортом и мог постоять за себя. Кроме того, никто из допрошенных по делу свидетелей не заявил об угрозах в их адрес или в адрес кого-либо из многочисленных лиц, присутствовавших на месте происшествия. В судебном заседании не было приведено убедительных доводов о том, почему только в адрес самого ФИО7 поступили угрозы со стороны ФИО200, и почему ФИО7 вынужден был скрываться более двух десятилетий, сменив место жительство и нелегально получив паспорт на другое имя.

Голословными являются утверждения подсудимого и его защитника о совершении инкриминируемых ФИО7 деяний третьим лицом -ФИО201 или еще кем-то из числа присутствовавших на месте происшествия. Помимо ФИО7, только его знакомые свидетель защиты ФИО28 и присутствовавший в компании подсудимого ФИО202 упоминали о якобы ходивших в Торжке разговорах о причастности ФИО204 к данным преступлениям, однако все они источников своей осведомленности назвать не смогли, сославшись на ничем не подтвержденные слухи. Подобные предположения противоречат установленным в ходе судебного разбирательства фактическим обстоятельствам дела и опровергаются совокупностью изложенных выше доказательств, в том числе первоначальными показаниями самого ФИО205, положенным в основу приговора, согласно которым выстрелы прозвучали из-за его спины, где в тот момент находился только один ФИО7.

С учетом изложенного, действия ФИО7 правильно квалифицированы органами предварительного следствия:

в отношении ФИО31 и ФИО3 - по п.«з» ст. 102 УК РСФСР как умышленное убийство двух лиц;

в отношении ФИО32 - по ч.2 ст. 15, п.«з» ст. 102 УК РСФСР как покушение, то есть умышленное действие, непосредственно направленное на совершение умышленного убийства двух и более (трех) лиц, при этом преступление не было доведено до конца по причинам, не зависящим от его воли.

Согласно заключению комплексной комиссионной судебно-психологической экспертизы №61/48 от 18.04.18г. ФИО7 как в период правонарушения не страдал, так и в настоящее время не страдает каким-либо хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием либо иным болезненным состоянием психики. В период инкриминируемого ему деяния он не

19

обнаруживал признаков нарушенного сознания и каких-либо психотических расстройств, правильно ориентировался в месте, времени и окружавших его лицах и поддерживал с ними речевой контакт, поэтому как в период правонарушения он мог, так и в настоящее время может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. По своему психическому состоянию может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать показания. В принудительных мерах медицинского характера не нуждается.

ФИО7 не находился во время совершения инкриминируемого ему деяния в состоянии физиологического аффекта, о чем свидетельствует отсутствие характерной трехфазной динамики возникновения и протекания подобных эмоциональных реакций, явлений сужения сознания и дезорганизации поведения.

Подэкспертный ФИО7 обнаруживает следующие индивидуально-психологические особенности: приверженность своим принципам и убеждениям, настойчивость в отстаивании собственных интересов, упрямство, нетерпимость к внешнему давлению, чувствительность к замечаниям и осуждению, желание избавиться от сложившихся обстоятельств. Характерны эгоцентризм, избирательность в контактах. Считает, что сам добился всего, что есть у него в жизни, сознательно пытается представить дело так, что везде и во всем, при любых обстоятельствах неукоснительно и пунктуально выполняет все нормы и требования поведения. Защитный механизм - отрицание и рационализация. Указанные индивидуально-личностные особенности нашли отражение в поведении испытуемого в исследуемой ситуации, однако не нарушали способности к произвольной саморегуляции и не оказывали существенного влияния на сознание и деятельность. ФИО7 не находился в условиях психотравмирующей ситуации (т.4, л.д.134-138)

Экспертиза проводились комиссией высококвалифицированных специалистов, ими обследовался подсудимый, изучались документы, материалы дела, их выводы мотивированы, обоснованы, и у суда нет оснований не доверять результатам исследований. В связи с этим, а также на основании данных, характеризующих личность подсудимого, его последовательного поведения в процессе судебного разбирательства и предварительного расследования, суд считает ФИО7 юридически вменяемым в отношении инкриминируемых ему деяний и подлежащим уголовной ответственности за совершенные преступления.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, данные о личности виновного и влияние назначаемого наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи.

По делу установлено, что ФИО7 женат, на учете у психиатра и нарколога не состоит, до задержания работал, положительно характеризуется в ОМВД по 

<

адрес>.

20

При этом обстоятельств, отягчающих наказание, в отношении ФИО7, не имеется. Так, судом не установлено объективных доказательств, свидетельствующих о том, что состояние алкогольного опьянения каким-либо образом спровоцировало совершение ФИО7 преступлений либо повлияло на мотивы и действия подсудимого.

Кроме того, не может быть признано в качестве отягчающего вину обстоятельства «совершение преступления с использованием оружия», так как положения ст.39 УК РСФСР, действовавшей на момент совершения преступлений, такового не предусматривали.

В качестве смягчающих вину обстоятельств суд учитывает наличие у ФИО7 на иждивении двух малолетних дочерей 2009 и 2013 годов рождения; состояние его здоровья; отсутствие судимостей; а также аморальность поведения потерпевшего ФИО31, допустившего нецензурное высказывание в отношении ФИО7 и стоявших с ним лиц, и направившегося к ним для выяснения отношений, что явилось поводом для преступления.

Учитывая конкретные обстоятельства дела и данные о личности подсудимого, суд считает необходимым назначить ему наказание в виде реального лишения свободы.

С учетом фактических обстоятельств совершенных преступлений и степени их общественной опасности суд не видит оснований для применения положений ч.6 ст. 15 УК РФ в отношении ФИО7

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, поведением виновного во время или после их совершения, которые существенно уменьшали бы степень общественной опасности содеянного и позволяли применить положения ст.64 УК РФ, по настоящему делу не установлено.

В соответствии с абзацем 4 ч.4 ст.24 УК РСФСР, с учетом положений ст. 10 УК РФ, отбывание наказания в виде лишения свободы ФИО7 надлежит назначить в исправительной колонии общего режима.

Со дня совершения ФИО7 преступлений истек 15-летний срок, однако согласно ч.4 ст.48 УК РСФСР и ч.4 ст.78 УК РФ применение сроков давности к лицу, совершившему преступление, за которое предусмотрено наказание в виде смертной казни, решается судом по итогам рассмотрения уголовного дела по существу, с учетом всех обстоятельств дела и данных о личности обвиняемого.

Руководствуясь указанными нормами закона, исходя из фактических обстоятельств дела, характера и степени тяжести совершенных деяний, личности подсудимого, несмотря на истечение сроков давности, суд не находит оснований для их применения к ФИО7, поскольку он совершил два особо тяжких преступления против личности, в результате которых были лишены жизни двое лиц, еще одному были причинены тяжкие телесные повреждения, после чего обвиняемый длительное время скрывался от правоохранительных органов, сменив место жительства и паспорт.

21

В ходе судебного заседания потерпевшими Потерпевший №2 и Потерпевший №1 были заявлены исковые требования о взыскании с подсудимого компенсации морального вреда в размере по 1 5000 000 рублей каждой из потерпевших.

Потерпевшие заявленные требования в судебном заседании поддержали полностью и мотивировали тем, что Потерпевший №1 в связи с гибелью ее отца и Потерпевший №2 в связи с гибелью ее мужа претерпели физические и нравственные страдания. Потеря близких явилась для них невосполнимой. Потерпевшая Потерпевший №1 пояснила, что она всю жизнь лишена отцовской любви, поддержки и заботы. В момент смерти отца она с матерью остались одни без средств к существованию, она до сегодняшнего дня переживает утрату близкого человека, испытывает глубокую депрессию и боль. Потерпевшая Потерпевший №2 пояснила, что после случившейся трагедии у нее начались нервные срывы, резко ухудшилось состояние здоровья -появилась язвенная болезнь желудка, бессонница, до сих пор сняться кошмары. Двое её маленьких детей остались без отца.

Подсудимый ФИО7 иски не признал, отрицая свою вину в совершенном преступлении.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В отношении компенсации морального вреда суд исходит из положений ст.ст. 151, 1101 ГК РФ, в соответствии с которыми если гражданину причинен моральный вред в виде нравственных страданий и переживаний, в том числе в связи с утратой близкого родственника, суд может на виновное лицо возложить обязанность денежной компенсации этого вреда. При определении размеров возмещения принимается во внимание степень вины нарушителя и степень нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимание обстоятельства, а также требования разумности и справедливости.

Потерпевшие в результате совершения особо тяжкого преступления потеряли близких родственников: Потерпевший №1 - отца, Потерпевший №2 - мужа. Данное обстоятельство определяет степень тяжести перенесенных потерпевшими нравственных страданий. Учитывая также принципы разумности и справедливости, суд полагает заявленную сумму компенсации морального вреда подлежащей взысканию в полном объеме, то есть по 1 500 000 рублей каждой из потерпевших.

Вещественные доказательства по делу - гильзы и конверты к ним -подлежат хранению в материалах дела

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 296-300, 303, 304, 307-309 УПК РФ, суд

22 приговорил:

ФИО7 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных п.«з» ст. 102; ч.2 ст.15, п.«з» ст.102 УК РСФСР, и назначить ему наказание:

- по п.«з» ст.102 УК РСФСР - в виде лишения свободы сроком на 13 (тринадцать) лет;

- по ч.2 ст.15, п.«з» ст.102 УК РСФСР - в виде лишения свободы сроком на 11 (одиннадцать) лет.

На основании ч. 1 ст.40 УК РСФСР по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначить ФИО7 наказание в виде лишения свободы сроком на 14 (четырнадцать) лет с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения ФИО7 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения в виде заключения под стражу.

Срок отбытия наказания ФИО7 исчислять с 30 октября 2018 года, зачесть в срок отбытия наказания время содержания его под стражей в порядке меры пресечения с 24 января 2018 года до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Взыскать с ФИО7:

в пользу Потерпевший №1 в счет компенсации морального вреда 1 500 000 рублей;

в пользу Потерпевший №2 в счет компенсации морального вреда 1 500 000 рублей.

После вступления приговора в законную силу вещественные доказательства по делу: два бумажных конверта и две гильзы - хранить при материалах настоящего уголовного дела.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Верховный суд Российской Федерации в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным ФИО206. - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, путем подачи жалобы или представления через Тверской областной суд.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать в ней о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, а также об участии в заседании суда апелляционной инстанции своего защитника - адвоката.

Председательствующий

В.В. Нехаев