Судья Перов В.Л.

Дело № 22-4601-2021

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 3 августа 2021 года

Пермский краевой суд в составе:

председательствующего судьи Симбиревой О.В.,

при секретаре Конькове Э.А., 

с участием прокурора Захарова А.В.,

адвоката Куренкова И.А.,

осужденного ФИО1

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО1 и адвоката Куренкова И.А. в его защиту на приговор Индустриального районного суда г. Перми от 28 мая 2021 года, которым

ФИО1, родившийся дата в ****, судимый

11 марта 2019 года Индустриальным районным судом г. Перми по п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ к 4 годам лишения свободы, в силу ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 3 года,

осужден по ч. 1 ст. 318 УК РФ к 3 годам лишения свободы, в соответствии с ч. 4 ст. 74 УК РФ отменено условное осуждение про приговору Индустриального районного суда г. Перми от 11 марта 2019 года, на основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров путем частичного присоединения к назначенному наказанию неотбытой части наказания по приговору Индустриального районного суда г. Перми от 11 марта 2019 года окончательно назначено 4 года 6 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Постановлено взыскать с ФИО1 в счет возмещения морального вреда в пользу Г. 30 000 рублей.

Разрешен вопрос о процессуальных издержках, мере пресечения, сроке исчисления наказания и зачете в срок лишения свободы времени содержания под стражей.

Изложив содержание приговора, существо апелляционных жалоб и возражений, заслушав выступления осужденного ФИО1 и его защитника Куренкова И.А. в поддержание доводов апелляционных жалоб, мнение прокурора Захарова А.В. об оставлении приговора без изменения, суд апелляционной инстанции 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным в применении насилия, не опасного для жизни или здоровья и угрозы применения такого насилия, в отношении представителя власти – сотрудника полиции Г. в связи с исполнением им должностных обязанностей.

Преступление совершено в вечернее время 2 июля 2020 года в г. Перми при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Куренков И.А. в защиту осужденного ставит вопрос об отмене приговора и оправдании ФИО1 в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. В обоснование своих доводов указывает на то, что потерпевший неоднократно менял свои показания, заключением судебно-медицинской экспертизы не подтверждено наличие телесных повреждений. Органами предварительного расследования не собрано достаточно доказательств, подтверждающих виновность ФИО1, а также допущены нарушения уголовно-процессуального закона, для устранения которых уголовное дело дважды возвращалось следователю, однако при устранении нарушений не было добыто дополнительных доказательств.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный ФИО1 привел доводы, аналогичные доводам своего защитника, дополнив, что свидетель Т. менял свои показания, объясняя противоречия неубедительно, суд необоснованно не принял во внимание показания свидетеля П1., отрицавшей факт применения им насилия в отношении потерпевшего, а также не приобщил видеозапись произошедшего с ее телефона, которая подтверждает превышение полномочий потерпевшим и свидетелем Т. Обращает внимание на отсутствие у Г. и Т. средств видеофиксации при его задержании, противоречия между их показаниями, что судом не было учтено при вынесении приговора. Указывает на оказанное на свидетеля П1. давление со стороны потерпевшего и следователя на очной ставке. Считает, что суд не назначил экспертное исследование по вопросу возможности участия в судебном разбирательстве в связи с нахождением на лечении в психиатрической больнице в период предварительного расследования, а проведенное психиатрическое освидетельствование недостаточным. Просит учесть наличие больной матери-пенсионерки, нуждающейся в уходе, малолетней дочери, единственным кормильцем которой он является. Оспаривая размер морального вреда, обращает внимание на то, что имущества он не имеет, является единственным кормильцем семьи. Просит приговор отменить, квалифицировать его действия как административное правонарушение, отменить решение в части взыскания с него компенсации морального вреда.

В возражениях государственный обвинитель Абсатарова Ю.В. просит приговор оставить без изменения, доводы апелляционных жалоб – без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, возражений, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Предварительное расследование и судебное следствие по делу проведены всесторонне и достаточно полно. 

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые бы лишали или ограничивали гарантированные УПК РФ права участников уголовного судопроизводства, нарушали процедуру уголовного судопроизводства при рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции, не установлено, а представленных сторонами доказательств было достаточно для постановления обвинительного приговора по делу.

Как усматривается из материалов дела, в судебном заседании осужденный ФИО1 отрицал свою виновность, утверждая, что полицейские его оговаривают, умысла на совершение преступления не имел, сопротивляясь применению наручников, он неумышленно задел потерпевшего телом или головой, при этом каких-либо иных противоправных действий в адрес полицейских не производил и не угрожал и применением насилия.

Суд критически оценил его показания, поскольку они опровергаются показаниями потерпевшего, ряда свидетелей и не соответствуют обстоятельствам, установленным в судебном заседании. 

Несмотря на занятую осужденным позицию, судом первой инстанции сделан обоснованный вывод о его виновности в совершении инкриминированного ему преступления, который подтверждается достаточной совокупностью допустимых и достоверных доказательств, собранных на предварительном следствии, исследованных в судебном заседании с участием сторон и подробно изложенных в приговоре, а именно показаниями: 

потерпевшего Г. о том, что, он прибыл в составе наряда по охране общественного порядка по вызову П1. о скандале, возникшем с сожителем, который находился в состоянии опьянения. В ходе ее опроса было установлено, что она готова написать заявление о нанесении ей побоев ФИО1, в результате чего ему было предложено выйти из квартиры и проследовать в служебный автомобиль, ФИО1 стал агрессивно себя вести, кричать на П1., высказывал в отношении него угрозу применения физической силы, которую он воспринял реально, затем ФИО1 схватил его за палец и стал выкручивать, отчего он испытал физическую боль. На его неоднократные просьбы выйти на улицу ФИО1 отвечал отказом, затем он, Г., положил свою правую руку на плечо ФИО1 и еще раз попросил его покинуть квартиру, в этот момент ФИО1 своей левой рукой с силой оттолкнул от себя его руку, а ладонью правой руки с силой нанес ему два удара в область грудной клетки. Несмотря на неоднократные просьбы покинуть квартиру, прекратить противоправные действия, предупреждения о применении физической силы и специальных средств, ФИО1 продолжал вести себя агрессивно, выражался грубой нецензурной бранью. После того, как ФИО1 услышал, как он просит Т. подняться в квартиру, схватил его за правую руку своей правой рукой и высказал угрозу убийством. Когда в квартиру зашел Т., они оба стали загибать руки ФИО1 назад, в ответ на это, он, сопротивляясь, плечом правой руки нанес ему не менее трех ударов в область груди, причинив физическую боль. С помощью Д. и П2., которые прибыли для подкрепления, ФИО1 был доставлен в отдел полиции. Он принял заявление от П1. о противоправных действиях ФИО1 в отношении нее, в своем заявлении она также сообщила о том, что видела, как ФИО1 применил в отношении него физическую силу;

в ходе следственного эксперимента потерпевший продемонстрировал действия ФИО1 и свои во время совершения последним преступления, в результате чего установлено, что осуществление выкручивания пальца, толчков ладонью руки и ударов плечом в момент применения к ФИО1 боевого приема борьбы – загиба обеих рук за спину, возможно при обстоятельствах, указанных потерпевшим Г. в своих показаниях;

в ходе очных ставок с осужденным и со свидетелем П1. потерпевший подтвердил свои показания, уточнив, что последняя перед первой очной ставкой в октябре 2020 года говорила ему, что урегулировала конфликт с ФИО1 и не хочет, чтобы он был привлечен к уголовной ответственности, просила прощения за произошедшее;

из заключения судебно-медицинского эксперта от 3 июля 2020 года следует, что, при проведении экспертизы потерпевший Г. пояснял судебно-медицинскому эксперту о том, что 2 июля 2020 года при задержании подозреваемого, тот нанес ему удары руками и плечами в область груди. На момент экспертизы каких-либо видимых телесных повреждений у Г. не обнаружено.

Суд правомерно признал показания потерпевшего Г. достоверными и положил их в основу приговора, поскольку они подтверждаются показаниями свидетеля сотрудника полиции Т., который являлся непосредственным очевидцем произошедшего. Свидетель в суде показал о том, что они с Г., находясь на службе, прибыли по вызову об избиении женщины. У подъезда их встретила П1., которая сообщила об избиении ее ФИО1 и с Г. они ушли в квартиру, а он остался в машине. Через некоторое время по просьбе Г. он поднялся в квартиру. ФИО1 и Г. находились в коридоре квартиры, последний пытался применить в отношении ФИО1 боевой прием борьбы – загиб руки за спину, однако ФИО1 оказывал активное сопротивление. ФИО1, в тот момент, когда он забежал в квартиру, трижды ударил плечом в область грудной клетки Г., он заметил, что у того после нанесения ударов перехватило дыхание. Он и Г. надели на руки ФИО1 наручники и положили на пол, последний стал кричать, оскорблять его и Г. нецензурной бранью, впоследствии по их вызову прибыло подкрепление и ФИО1 был доставлен в отдел полиции;

в ходе следственного эксперимента свидетель воспроизвел события, очевидцем которых он являлся, в результате чего установлена возможность нанесения ударов плечом лицом в момент применения к ФИО1 боевого приема борьбы – загиба обеих рук двумя лицами.

Свидетели Д. и П2. показания которых оглашены в судебном заседании, пояснили о том, что по заданию дежурной части прибыли в квартиру и увидели в наручниках ФИО1, который был агрессивен, не соглашался с задержанием, ругался нецензурной бранью. Т. ему сообщил, что ФИО1 несколько раз ударил Г. Они доставили ФИО1 в дежурную часть отдела полиции. 

Из показаний свидетеля П1. в том числе и оглашенных в судебном заседании, установлено, что она действительно вызвала сотрудников полиции поскольку ФИО1 хватал ее за шею от чего образовались царапины, подтвердив готовность написать заявление, просила забрать ФИО1 из дома. Когда они с Г. поднялись в квартиру, ФИО1 стал агрессивен, на просьбы Г. покинуть квартиру говорил, что ему необходимо собрать вещи, но этого не делал, в какой-то момент появился второй сотрудник полиции, в ходе борьбы сотрудники полиции применили в отношении ФИО1 боевой прием и положили на пол. Все происходило быстро, ее внимание во время вышеописанных событий было сконцентрировано на ребенке. В ее присутствии ФИО1 не наносил Г. ударов, не толкал его и не выкручивал ему пальцы. После того как ФИО1 увезли, Г. составил заявление от ее имени, которое она подписала не читая, то, что она в своем заявлении указала, что ФИО1 применил насилие в отношении Г. она не подтверждает.

Вместе с тем, из оглашенного с суде протокола устного заявления П1. следует, что в ответ на просьбу сотрудника полиции о прекращении противоправных действий, ФИО1 толкнул сотрудника полиции в грудь, схватив его за форменное обмундирование и стал хватать за руки, после чего сотрудник полиции применил к ФИО1 физическую силу, стал загибать его руки за спину, чтобы прекратить его действия. В этот момент в квартиру зашел второй сотрудник полиции, затем они надели на руки ФИО1 наручники и уложили на пол, так как он стал агрессивно себя вести, толкать их руками (плечами), наносить удары, при этом оскорблять их, используя нецензурную брань.

Суд обоснованно отнесся критически к показаниям свидетеля П1., изменившей свои показания, поскольку она сожительствовала с ФИО1 и пыталась помочь избежать ему наступления ответственности за содеянное.

Вина осужденного в совершении преступления объективно подтверждается исследованными судом письменными доказательствами:

согласно протоколу осмотра местом преступления является квартира по улице **** в городе Перми;

нахождение полицейского Г. 2 июля 2020 года при исполнении служебных обязанностей подтверждается выпиской из приказа № 2180 л/с от 4 октября 2017 года о назначении на должность, постовой ведомостью;

обоснованность доставления ФИО1 в отдел полиции подтверждается протоколом об административном задержании от 2 июля 2020 года в связи с совершением административного правонарушения, предусмотренного ст. 19.3 КоАП РФ, данных, содержащихся в протоколе об административном правонарушении, предусмотренном ст. 6.1.1 КоАП РФ, в том числе на основании которых по постановлению мирового судьи судебного участка № 6 Индустриального судебного района города Перми от 3 июля 2020 года ФИО1 признан виновным в совершении 2 июля 2020 года административного правонарушения, предусмотренного ст. 6.1.1 КоАП РФ, ему назначено наказание в виде административного ареста сроком на 10 суток и другими доказательствами, изложенными в приговоре.

Суд тщательно проверил все аналогичные изложенным в апелляционных жалобах доводы ФИО1 о невиновности, обоснованно признал их несостоятельными, поскольку они опровергаются совокупностью исследованных доказательств и в соответствии со ст. 307 УПК РФ привел мотивы и основания, по которым признал достоверными одни доказательства и отверг другие.

Вопреки доводам осужденного, каких-либо существенных противоречий в показаниях потерпевшего и свидетеля Т., которые могли бы повлиять на правильное установление по делу фактических обстоятельств и на доказанность вины осужденного, не имеется, их показания согласуются между собой и другими исследованными доказательствами. Основания полагать, что сотрудники полиции, находившиеся при исполнении служебных обязанностей, заинтересованы в исходе дела и оговорили осужденного, отсутствуют, данных, свидетельствующих о превышении должностных полномочий потерпевшим и свидетелем Т., как и подтверждающих оказание давления со стороны сотрудников правоохранительных органов на свидетеля П1. в ходе очной ставки вопреки доводам апеллянтов, материалы дела не содержат, поскольку ФИО1 с заявлением в компетентные органы для оценки действий сотрудников полиции не обращался, свидетель П1. в ходе очной ставки не подтвердила применение ФИО1 насилия в отношении Г., все заявленные сторонами ходатайства разрешены.

Отсутствие видеозаписи задержания осужденного потерпевшим и свидетелем Т. не опровергает выводы суда о виновности ФИО1

Наличие возможности у осужденного нанесения ударов потерпевшему проверена путем следственных экспериментов, в ходе которых потерпевший и свидетель Т. подтвердили свои показания, показав как это происходило, незначительные расхождения в показаниях они убедительно объяснили.

Таким образом, все доказательства суд проверил, сопоставив их между собой, и дал им надлежащую оценку в соответствии со ст.ст. 87, 88 УПК РФ, при этом указал, почему принял одни доказательства и отверг другие. Правильность оценки доказательств, данной судом, сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает.

Переоценка этих доказательств со стороны защиты, выявление несущественных и незначительных противоречий, не отражающихся на полноте восстановленной картины произошедшего, является способом защиты ФИО1 и обусловлены необходимостью опорочить эти доказательства, а потому не могут быть признаны обоснованными.

Суд правильно установил, что умысел ФИО1 был направлен на применение насилия, не опасного для жизни и здоровья представителю власти и угроз применения такого насилия, поскольку об этом свидетельствуют способ и характер совершенных осужденным действий, направленных на причинение физической боли в связи с нанесением им ударов потерпевшему и высказывание угроз.

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что доводы апелляционных жалоб являются несостоятельными и не содержат каких-либо новых значимых обстоятельств, которые не были бы предметом разрешения суда при рассмотрении дела.

С учетом изложенного, суд сделал обоснованный и мотивированный вывод о доказанности вины ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления, и верно по изложенным в приговоре основаниям квалифицировал действия осужденного по ч. 1 ст. 318 УК РФ.

Наказание осужденному назначено в соответствии со ст. 6, 43, 60 УК РФ с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности виновного, который на специализированных учетах в медицинских учреждениях не состоит, ранее привлекался к уголовной ответственности, в быту характеризуется положительно, имеет благодарственные письма от руководителей трудовых коллективов, а также отсутствия отягчающих и наличия смягчающих наказание обстоятельств.

Выводы суда о возможности исправления ФИО1 только в условиях реального отбывания наказания, отсутствии оснований для применения положений ст. 64, 73 УК РФ, изменения категории совершенного преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ мотивированы судом совокупностью конкретных обстоятельств дела, общественной опасностью содеянного и данными о личности виновного, подробно приведенными в приговоре, суд апелляционной инстанции находит их правильными.

Учитывая тяжесть содеянного и обстоятельства его совершения, суд правомерно отменил в соответствии с ч. 4 ст. 74 УК РФ условное осуждение, назначенное по приговору Индустриального районного суда г. Перми от 11 марта 2019 года и назначил наказание по совокупности приговоров на основании ст. 70 УК РФ с отбыванием в исправительной колонии общего режима, мотивировав свои выводы.

Оснований для назначения судебно-психиатрической экспертизы в отношении ФИО1 не имелось, в судебном заседании проведено его психиатрическое освидетельствование врачем-психиатром, в соответствии с заключением которого от 17 мая 2021 года ФИО1 хроническим психическим расстройством не страдает, проведение ему судебно-психиатрической экспертизы не целесообразно.

Выводы эксперта подробны, мотивированы, психиатрическое освидетельствование выполнено компетентным специалистом, оснований не доверять которому не имелось, объем предоставленных судом времени и документов был достаточным, что позволило специалисту произвести освидетельствование и составить на его основе соответствующий документ, имеющий доказательственную силу. Поскольку у суда не возникло сомнений во вменяемости ФИО1 и его способности самостоятельно защищать свои права и законные интересы в уголовном судопроизводстве, то оснований, предусмотренных п. 3 ст. 196 УПК РФ для назначения и производства судебной экспертизы у суда не имелось.

Таким образом, все заслуживающие внимания обстоятельства, влияющие на вид и размер наказания, учтены, в связи с чем суд апелляционной инстанции полагает назначенное ФИО1 наказание справедливым и соразмерным содеянному.

Определяя размер компенсации морального вреда в пользу потерпевшего Г., суд первой инстанции с достаточной полнотой исследовал все обстоятельства дела, касающиеся разрешения данного вопроса, которым дал правильную оценку. 

Вопреки доводам жалобы, судом в должной мере учтены фактические обстоятельства дела, степень вины ФИО1, дана оценка степени перенесенных потерпевшим физических и нравственных страданий, исследовано материальное и семейное положение осужденного, в результате чего судом требования потерпевшего удовлетворены частично. Новых обстоятельств, которые свидетельствовали бы о необходимости уменьшения суммы компенсации морального вреда, суду апелляционной инстанции не представлено. 

Нарушений норм уголовно-процессуального закона при расследовании данного дела и его рассмотрении судом первой инстанции, влекущих отмену или изменение приговора, допущено не было, приговор суда является законным, обоснованным и справедливым.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Индустриального районного суда г. Перми от 28 мая 2021 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденного ФИО1, адвоката Куренкова И.А. – без удовлетворения.

Судебное решение может быть обжаловано в кассационном порядке в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу через Индустриальный районный суд г. Перми, осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения копии приговора, вступившего в законную силу, а по истечении этого срока непосредственно в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке главы 47.1 УПК РФ. Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий подпись