Дело №2-27/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

12 августа 2019 года город Казань

Советский районный суд города Казани в составе 

председательствующего судьи А.А. Ахметгараева

при секретаре судебного заседания Е.Н. Яркиной 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании результатов межевания недействительными, 

по встречному иску ФИО3 к ФИО1 о признании решения о предоставлении земельного участка, государственного акта недействительными, 

по встречному иску ФИО2 к ФИО1 о признании решения о предоставлении земельного участка, государственного акта недействительными

по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО4, ФИО3 о признании недействительными государственного акта на земельный участок, свидетельства о праве на наследство по закону, договора купли-продажи земельного участка, признании права собственности на земельный участок отсутствующим, аннулировании записи о регистрации права собственности,

УСТАНОВИЛ:

Первоначально ФИО1 (далее также истец, ФИО1) обратился в суд с иском к ФИО3 (далее также ФИО3) о признании недействительными результатов межевания, а именно ошибочных сведений о метаположении границ земельного участка с кадастровым номером 

<

номер изъят>, исключив графическую часть земельного участка из Единого государственного реестра недвижимости. 

Иск мотивирован тем, что ФИО1 на праве собственности принадлежит земельный участок с кадастровым номером 

<

номер изъят>, площадью 2 500 кв.м, что подтверждается государственным актом на землю 

<

номер изъят>, выданным на основании решения Салмачинского совета местного самоуправления от 12 августа 1998 года. При проведении кадастровых работ с целью уточнения границ данного земельного участка кадастровым инженером выявлено пересечение границ данного земельного участка с границами принадлежащего ответчику земельного участка с кадастровым номером 

<

номер изъят>. Земельный участок с кадастровым номером 

<

номер изъят> поставлен на кадастровый учет в 2008 году. По мнению истца, описание местоположения границ земельного участка с кадастровым номером 

<

номер изъят> является ошибочным, а документы, на основании которых он поставлен на кадастровый учет недействительными, поскольку принадлежащий ему земельный участок существовал до постановки на кадастровый учет в 2017 году земельного участка с кадастровым номером 

<

номер изъят>. Также истец считает, что процедура согласования границ земельного участка с кадастровым номером 

<

номер изъят> кадастровым инженером ФИО5 нарушена, поскольку согласование проведено через публикацию, что недопустимо при условии изменения смежной границы соседнего участка.

ФИО3, не согласившись с исковыми требованиями ФИО1, подала встречное исковое заявление, в котором просила признать недействительными государственный акт 

<

номер изъят>, выданный на имя ФИО1, решение Салмачинского Совета местного самоуправления от 12 августа 1998 года о выделении земельного участка ФИО1

Встречный иск мотивирован тем, что указанные документы содержат неточности и ошибки при указании данных истца, наименования органа местного самоуправления, что по мнению ФИО3 свидетельствует о недостоверности этих документов.

В ходе рассмотрения дела произведена замена ненадлежащего ответчика ФИО3 надлежащим ФИО2, поскольку установлен заключения между данными лицами договора купли-продажи земельного участок с кадастровым номером 

<

номер изъят> от 5 сентября 2017 года. 

ФИО2, не согласившись с исковыми требованиями, подал встречное исковое заявление, в котором просил признать недействительными государственный акт 

<

номер изъят>, выданный на имя ФИО1, решение Салмачинского Совета местного самоуправления от 12 августа 1998 года о выделении земельного участка ФИО1, по тем же основаниям, по которым заявлен встречный иск ФИО3

В ходе производства по данному делу ФИО1 обратился к ФИО2, ФИО4, ФИО3 с самостоятельным иском о признании недействительными государственного акта на земельный участок 

<

номер изъят>, выданного на имя ФИО6, свидетельства о праве на наследство по закону от 4 августа 2016 года на имя ФИО4 после смерти ФИО6, договора купли-продажи земельного участка от 10 августа 2016 года между ФИО4, и ФИО3 и признании права собственности ФИО2 на земельный участок отсутствующим и аннулировании записи о регистрации права собственности на данный земельный участок.

Данный иск мотивирован тем, что в рамках уголовного дела проведена проверка подлинности государственного акта 

<

номер изъят> в результате которой установлено, что подпись в этом государственном акте от имени уполномоченного лица ФИО7 выполнена иным лицом.

Определением от 20 июня 2019 года гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании результатов межевания недействительными, по встречному иску ФИО3 к ФИО1 о признании решения о предоставлении земельного участка, государственного акта недействительными, по встречному иску ФИО2 к ФИО1 о признании решения о предоставлении земельного участка, государственного акта недействительными и гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО4, ФИО3 о признании недействительными государственного акта на земельный участок, свидетельства о праве на наследство по закону, договора купли-продажи земельного участка и признании права собственности на земельный участок отсутствующим и аннулировании записи о регистрации права объединены в одно производство.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление Росреестра по Республике Татарстан.

В судебном заседании представитель ФИО1 – ФИО8 требования ФИО1 поддержала в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении; в удовлетворении встречных исков просила отказать, считая их необоснованными.

Представитель ФИО2- ФИО9 просил отказать в удовлетворении требований ФИО1, считая, что истцом не подтверждено местоположение принадлежащего ему земельного участка, а также факт его отвода и фактическое использование; просил удовлетворить встречный иск ФИО2 по изложенным в нем доводам.

В судебном заседании 5 августа 2019 года были объявлены перерывы до 13 часов 30 минут 9 августа 2019 года, до 15 часов 15 минут 12 августа 2019 года.

Остальные лица, участвующие в деле в судебное заседание не явились, извещены.

Изучив материалы дела, выслушав пояснения представителей участвующих в деле лиц, суд приходит к следующим выводам.

Согласно статье 15 Земельного кодекса Российской Федерации собственностью граждан и юридических лиц (частной собственностью) являются земельные участки, приобретённые гражданами и юридическими лицами по основаниям, предусмотренным законодательством Российской Федерации.

В силу пункта 3 статьи 6 Земельного кодекса Российской Федерации земельный участок как объект права собственности и иных предусмотренных данным Кодексом прав на землю является недвижимой вещью, которая представляет собой часть земной поверхности и имеет характеристики, позволяющие определить его в качестве индивидуально определённой вещи.

В соответствии с пунктом 1 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

На основании части 1 статьи 25 Земельного кодекса Российской Федерации права на земельные участки, предусмотренные главами III и IV настоящего Кодекса, возникают по основаниям, установленным гражданским законодательством, федеральными законами, и подлежат государственной регистрации в соответствии с Федеральным законом "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним".

В соответствии с пунктом 9 статьи 3 Федерального закона от 25 октября 2001 года N 137-ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации» государственные акты, свидетельства и другие документы, удостоверяющие права на землю и выданные гражданам или юридическим лицам до введения в действие Федерального закона «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», имеют равную юридическую силу с записями в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

Пункт 9.1 статьи указанного 3 Закона предусматривает, что если земельный участок предоставлен до введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации для ведения личного подсобного, дачного хозяйства, огородничества, садоводства, индивидуального гаражного или индивидуального жилищного строительства на праве пожизненного наследуемого владения или постоянного (бессрочного) пользования, гражданин, обладающий таким земельным участком на таком праве, вправе зарегистрировать право собственности на такой земельный участок, за исключением случаев, если в соответствии с федеральным законом такой земельный участок не может предоставляться в частную собственность.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Обращаясь с исками ФИО1 указывает, что ему на праве собственности принадлежит земельный участок с кадастровым номером 

<

номер изъят>, площадью 2 500 кв.м, что подтверждается государственным актом на землю 

<

номер изъят>, выданным на основание решения Салмачинского совета местного самоуправления от 12 августа 1998 года.

Площадь данного земельного участка является декларированной, границы земельного участка не установлены.

С целью уточнения границ данного земельного участка истец обратился к кадастровому инженеру ООО «КЦ Земля и недвижимость» ФИО10

При проведении кадастровых работ кадастровым инженером выявлено пересечение границ данного земельного участка с границами принадлежащего ответчику земельного участка с кадастровым номером 

<

номер изъят>, что является препятствием для кадастрового учета изменений земельного участка с кадастровым номером 

<

номер изъят>.

Площадь и границы земельного участка с кадастровым номером 

<

номер изъят> являются уточненными, площадь составляет 2 610 кв.м.

Установлено, что данный земельный участок поставлен на кадастровый учет по заявлению ФИО4 на основании государственного акта на землю 

<

номер изъят>.

ФИО4 является наследником ФИО6, которому выдан государственный акт на земельный участок 

<

номер изъят>.

Право собственности ФИО4 на земельный участок с кадастровым номером 

<

номер изъят> зарегистрировано на основании свидетельства о праве на наследство по закону от 4 августа 2016 года.

На основании договора купли-продажи от 10 августа 2016 года, заключенного с ФИО4, право собственности на этот земельный участок перешло к ФИО3, которая уточнила местоположение границ земельного участка.

Право собственности ответчика ФИО2 на земельный участок с кадастровым номером 

<

номер изъят> зарегистрировано на основании договора купли-продажи земельного участка от 

<

дата изъята>, заключенного с ФИО3

По мнению истца, его право на земельный участок с кадастровым номером 

<

номер изъят> подтверждается государственным актом на земельный участок 

<

номер изъят>, выданным на основании решения Салмачинского совета местного самоуправления Пестречинского района Республики Татарстан от 12 августа 1998 года. Поэтому в результате уточнения границ земельного участка с кадастровым номером 

<

номер изъят> таким образом, что происходит наложение земельных участков друг на друга, нарушаются права истца.

Вместе с тем суд не соглашается с данным доводом истца в силу следующего.

Согласно части 1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

В силу статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации нарушенное право подлежит восстановлению либо защите способами, в частности путем признания права, восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, прекращения или изменения правоотношения.

Статья 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определяет, что целью гражданского судопроизводства является защита нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, организаций, прав и интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, других лиц, являющихся субъектами гражданских, трудовых или иных правоотношений.

В силу положений статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации в судебном порядке защите подлежит только нарушенное или оспоренное право.

В соответствии с пунктом 9 статьи 3 Федерального закона от 25 октября 2001 года № 137-ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации» признаются действительными и имеют равную юридическую силу с записями в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним выданные после введения в действие Федерального закона от 21 июля 1997 года N 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" до начала выдачи свидетельств о государственной регистрации прав по форме, утвержденной постановлением Правительства Российской Федерации от 18 февраля 1998 года N 219 "Об утверждении Правил ведения Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним", свидетельства о праве собственности на землю по форме, утвержденной Указом Президента Российской Федерации от 27 октября 1993 года N 1767 «О регулировании земельных отношений и развитии аграрной реформы в России», а также государственные акты о праве пожизненного наследуемого владения земельными участками, праве постоянного (бессрочного) пользования земельными участками по формам, утвержденным Постановлением Совета Министров РСФСР от 17 сентября 1991 года N 493 «Об утверждении форм государственного акта на право собственности на землю, пожизненного наследуемого владения, бессрочного (постоянного) пользования землей», свидетельства о праве собственности на землю по форме, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 19 марта 1992 года N 177 «Об утверждении форм свидетельства о праве собственности на землю, договора аренды земель сельскохозяйственного назначения и договора временного пользования землей сельскохозяйственного назначения».

Статьей 31 Земельного кодекса РСФСР, утвержденного Верховным Советом РСФСР 25 апреля 1991 года №1103-I в редакции, действовавшей до издания Указа Президента РФ от 24 декабря 1993 года №2287, устанавливалось, что право собственности на землю, пожизненного наследуемого владения, бессрочного (постоянного) пользования земельным участком удостоверяется государственным актом, который выдается и регистрируется соответствующим Советом народных депутатов. Форма государственного акта утверждается Советом Министров РСФСР.

Из содержания пункта 3 Указа Президента РФ от 27 октября 1993 года №1767 «О регулировании земельных отношений и развитии аграрной реформы в России», из содержания пункта 3 Указа Президента РФ от 25 января 1999 года №112 «О признании утратившими силу и об изменении некоторых актов Президента РФ» следует, что документами, удостоверяющими права на земельный участок, после вступления в силу Земельного кодекса Российской Федерации могли являться государственный акт либо свидетельство. 

Документы, подтверждающие права собственности на земельные участки или права пользования земельными участками, выданные после вступления в силу настоящего Указа органами исполнительной власти местного самоуправления без регистрации в районном (городском) комитете по земельным ресурсам и землеустройству, являются недействительными.

На основании изложенных норм права суд приходит к выводу о том, что в силу действующего в период возникновения спорных правоотношений законодательства решение о предоставлении земельного участка являлось основанием для выдачи документа, удостоверяющего право собственности на него, - государственного акта или свидетельства на право собственности на землю, подлежащего регистрации в регистрационной (поземельной) книге с обязательным включением в них чертежа границ земельного участка и его местоположения.

Объектом землепользования всегда является индивидуально определенный земельный участок, поскольку именно установление границ участка позволяет однозначно идентифицировать его в качестве предмета имущественных прав. При выдаче государственного акта или свидетельства на право собственности на землю в соответствии с действующим в период их выдачи законодательством проводилась индивидуализация земельного участка, прикладывался чертеж земельного участка с описанием смежеств.

Между тем, представленным истцом государственный акт на землю, не содержит описание земельного участка в соответствии с требованиями Указа Президента Российской Федерации от 27 октября 1993 года N 1767 (в ред. Указа Президента РФ от 24 декабря 1993 года N 2287) «О регулировании земельных отношений и развитии аграрной реформы в России».

Указанный государственный акт на землю, а также решение Салмачинского Совета местного самоуправления о выделении истцу земельного участка площадью 0,25 га не содержат в себе в необходимом объеме индивидуальных признаков и данных о расположении границ земельного участка на местности, по которым можно идентифицировать объект недвижимости, что не позволяет выделить его из других объектов недвижимости.

Суд учитывает, что в ходе рассмотрения дела по запросу суда Управлением Росреестра по РТ представлены две копии государственных актов на землю с одним и тем же номером 

<

номер изъят>. Один из них выдан на имя ФИО11, а другой на имя ФИО12, а также представлена копия государственного акта на землю 

<

номер изъят> на имя ФИО13 При этом все три государственных акта выданы Салмачинским Советом местного самоуправления и зарегистрированы в книге записей за одним и тем же номером 1522 (л.д. 42-54, т.2).

Кроме того суд учитывает, что согласно материалам реестрового дела, ранее с заявлением о регистрации права собственности на земельный участок с кадастровым номером 

<

номер изъят> обращалось иное лицо - ФИО14 на основании договора купли-продажи от 3 апреля 2015 года, заключенного с ФИО15. При этом в качестве документа-основания возникновения права собственности был представлен государственный акт на землю 

<

номер изъят>. Решением государственного регистратора 18 мая 2015 года в регистрации перехода права собственности на земельный участок с кадастровым номером 

<

номер изъят> отказано в связи с тем, что у государственного регистратора возникли сомнения относительно достоверности сведений, указанных в государственном акте 

<

номер изъят> и в ходе проверки факт выделения земельного участка по этому государственному акту не подтвердился (л.д. 185-208, т.1).

Согласно части 8 статьи 22 Федерального закона от 13 июля 2015 года № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» местоположение границ земельного участка устанавливается посредством определения координат характерных точек таких границ, то есть точек изменения описания границ земельного участка и деления их на части.

Согласно части 10 статьи 22 Федерального закона от 13 июля 2015 года № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» при уточнении границ земельного участка их местоположение определяется исходя из сведений, содержащихся в документе, подтверждающем право на земельный участок, или при отсутствии такого документа исходя из сведений, содержащихся в документах, определявших местоположение границ земельного участка при его образовании; в случае отсутствия в документах сведений о местоположении границ земельного участка их местоположение определяется в соответствии с утвержденным в установленном законодательством о градостроительной деятельности порядке проектом межевания территории; при отсутствии в утвержденном проекте межевания территории сведений о таком земельном участке его границами являются границы, существующие на местности пятнадцать и более лет и закрепленные с использованием природных объектов или объектов искусственного происхождения, позволяющих определить местоположение границ земельного участка.

Такой же порядок определения границ земельных участков был установлен нормами Федерального закона от 24 июля 2007 года № 221-ФЗ «О кадастровой деятельности» в редакции, действовавшей до 1 января 2017 года.

В ходе рассмотрения дела установлено, что границы земельного участка истца, указанного в государственном акте на землю 

<

номер изъят>, установлены не были. 

Данный земельный участок поставлен на учет с декларированной площадью 2 500 кв.м.

Поэтому представленные истцом государственный акт на землю и решение о выделении в собственность земельного участка нельзя признать достаточными доказательствами, подтверждающими право собственности на спорный земельный участок. 

В ходе рассмотрения дела судом в связи с возникшим между сторонами спором относительно местоположения земельных участков на основании ходатайства представителя ФИО2 назначена землеустроительная экспертиза, проведение которой поручено экспертам акционерного общества «Республиканский кадастровый центр «Земля».

При проведении исследования экспертом проведен натурный осмотр земельных участков.

Согласно выводам эксперта, фактические линейные размеры земельного участка с кадастровым номером 

<

номер изъят> соответствуют государственному акту, кроме линейного размера по левой стороне, что связано с указанием местоположения поворотной точки правообладателем. При этом эксперт не смог отразить на карте границы данного земельного участка по государственному акту ввиду отсутствия координат. В отношении земельного участка с кадастровым номером 

<

номер изъят> сделан вывод о том, что его фактические линейные размеры не соответствуют государственному акту на земельный участок, но при этом соответствуют сведениям ЕГРН.

Как видно из заключения эксперта, единственными искусственными ориентирами, определяющими местоположение границ земельных участков являются металлические трубы и штыри. 

В настоящее время определить фактическое местоположение земельных участков по данным государственных актов на землю не представляется возможным ввиду отсутствия в этих документах координат поворотных точек.

Наличие существующих на местности пятнадцать и более лет объектов искусственного происхождения, позволяющих определить местоположение границ земельных участков, экспертом не выявлено.

Судом представителю истца неоднократно предлагалось представить доказательства, свидетельствующие о фактическом использовании земельного участка, его расходах, связанных с данным земельным участком. Однако такие доказательства не были представлены.

Довод представителя истца о том, что фактическое использование земельного участка в тех границах, в которых сформирован принадлежащий ответчику земельный участок, подтверждается землеустроительным делом 

<

номер изъят> (л.д. 38-50, т. 1), отклоняется судом, поскольку данное землеустроительное дело, как указано в пояснительной записке, подготовлено на основании заявки истца и утвержденного им задания. В данном деле правоустанавливающих документов, подтверждающих право собственности истца на спорный земельный участок в заявленных им границах не имеется.

При этом суд учитывает, что имеющиеся у истца государственный акт на землю и решение о выделении в собственность земельного участка, на основании которых подготовлено указанное землеустроительное дело нельзя признать достаточными доказательствами, подтверждающими право собственности истца на земельный участок с кадастровым номером 

<

номер изъят> Кроме того, в разделе геодезические данные границ земельного участка указаны данные как о земельном участке иного лица - ФИО16 (л.д. 49, т.1).

В данном случае истцом по заявленным им требованиям подлежит доказыванию наличие права собственности на интересующий земельный участок в определённых границах.

Истцом не представлено доказательств закрепления границ земельного участка с кадастровым номером 

<

номер изъят> природными объектами или объектами искусственного происхождения, бесспорно свидетельствующими о границах данного земельного участка. 

Довод истца о том, что подпись ФИО7 в государственном акте на земельный участок, принадлежащий ФИО2, выполнен иным лицом, что установлено в рамках уголовного дела, возбужденного 21 мая 2018 года СЧ СУ УМВД России по г. Казани по признакам состава преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, не является безусловным основанием для удовлетворения заявленных истцом требований, поскольку данное уголовное дело, в рамках которого в том числе идет проверка подлинности оспариваемого государственного акта о предоставлении земельного участку ответчику, не рассмотрено, следовательно, констатировать факт подложности данного документа в настоящее время со ссылкой на обстоятельства, установленные в ходе предварительного следствия по уголовному делу, преждевременно. 

При этом суд учитывает тот факт, что право в отношении земельного участка с кадастровым номером 

<

номер изъят> ранее заявлялось также иным лицом на основании другого государственного акта на землю (л.д. 189-190, т.1).

Также суд принимает во внимание разъяснения, содержащиеся в пункте 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года N10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», согласно которым в случаях, когда запись в ЕГ"РП нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения, оспаривание зарегистрированного права может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права отсутствующим. 

Таким образом, иск о признании зарегистрированного права отсутствующим является исключительным способом защиты, который подлежит применению лишь тогда, когда нарушенное право истца не может быть защищено посредством предъявления специальных исков, предусмотренных действующим гражданским законодательством.

Поэтому в данном случае требование истца о признании права ответчика на спорный земельный участок отсутствующим является ненадлежащим способом защиты нарушенного права.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения исков ФИО1 не имеется.

В части встречных исковых требований ФИО3 и ФИО2 суд приходит к следующим выводам.

Мотивом оспаривания государственного акта 

<

номер изъят>, выданного на имя ФИО1, решения Салмачинского Совета местного самоуправления от 12 августа 1998 года о выделении земельного участка ФИО1 является неверное указание имени истца – вместо «Зуфар» указано «Зудгар», а также наименования органа местного самоуправления в оттиске печати – вместо «Салмачи» указано «Салмачы».

Между тем, указанные доводы опровергаются копией государственного акта, предоставленного по запросу суда (л.д. 51-54, т.1).

Также суд учитывает, что выполнение в государственном акте рукописного текста с указанием элементов букв при написании имени истца в форме, позволяющем прочитать данный текст в нескольких вариантах, не является безусловным доказательством, подтверждающим недействительность государственного акта и решения о выделении земельного участка истцу. Исходя из данного обстоятельства можно лишь сделать вывод о принадлежности либо непринадлежности государственного акта конкретному лицу.

Кроме того суд принимает во внимание, что ФИО3 заявила встречные требования в связи с тем, что ФИО1 обратился к ней с настоящим иском. В настоящее время ФИО3 не является собственником земельного участка с кадастровым номером 

<

номер изъят>. 

При таких условиях оснований для удовлетворения встречного иска не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194, 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 к ФИО2 о признании результатов межевания недействительными, встречный иск ФИО3 к ФИО1 о признании решения о предоставлении земельного участка, государственного акта недействительными, встречный иск ФИО2 к ФИО1 о признании решения о предоставлении земельного участка, государственного акта недействительными, иск ФИО1 к ФИО2, ФИО4, ФИО3 о признании недействительными государственного акта на земельный участок, свидетельства о праве на наследство по закону, договора купли-продажи земельного участка, признании права собственности на земельный участок отсутствующим, аннулировании записи о регистрации права собственности - оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Татарстан в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Советский районный суд города Казани.

Судья А.А. Ахметгараев