,Дело №22-1160/2020

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Санкт-Петербург 26 августа 2020 года

Ленинградский областной суд в составе

судьи Поповой М.Ю., 

при секретаре Железовой В.А., 

с участием:

прокурора Управления прокуратуры Ленинградской области Орлова И.С., 

осужденного Витовтова А.Б., 

защитника - адвоката Шкодских А.Ю., 

представившего удостоверение №6091 и ордер А 1905351,

потерпевшей Потерпевший №1, 

её представителя – адвоката Ковалева В.В.,

представившего удостоверение №1092 и ордер №803101,

рассмотрев в апелляционном порядке в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам адвоката Шкодских А.Ю. в защиту Витовтова А.Б. и потерпевшей Александриной С.С. на приговор Всеволожского городского суда Ленинградской области от 30 декабря 2019 года, которым

Витовтов Анатолий Борисович, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес>, гражданин РФ, не судимый,

осужден по ч.2 ст.143 УК РФ к наказанию в лишения свободы на срок 1 год 6 месяцев.

На основании ст.73 УК РФ назначенное наказание постановлено считать условно, с испытательным сроком 1 год 6 месяцев.

На осужденного Витовтова А.Б. в течение испытательного срока возложены обязанности: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного (УИИ), в течение 10 дней после вступления приговора в законную силу встать на учет и являться один раз в месяц в уголовно-исполнительную инспекцию по месту жительства на регистрацию. 

Гражданский иск о взыскании с Витовтова А.Б. в пользу Потерпевший №1 и ее несовершеннолетних детей ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, компенсации морального вреда по 1000 000 рублей каждому, передан для разрешения в порядке гражданского судопроизводства.

Приговором также решен вопрос о вещественных доказательствах.

Выслушав осужденного ФИО1 и адвоката Шкодских А.Ю., поддержавших доводы апелляционной жалобы защитника, потерпевшую Потерпевший №1 и её представителя - адвоката Ковалева В.В., поддержавшего доводы жалобы потерпевшей Потерпевший №1 и возражавших против удовлетворения апелляционной жалобы адвоката Шкодских А.Ю., прокурора Орлова И.С., полагавшего приговор не подлежащим изменению, а апелляционные жалобы – оставлению без удовлетворения, суд апелляционной инстанции 

установил:

приговором суда ФИО1 признан виновным в нарушении требований охраны труда лицом, на которое возложены обязанности по их соблюдению, повлекшем по неосторожности смерть человека.

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре. 

В судебном заседании осужденный ФИО1 свою вину в совершении преступления не признал.

В апелляционной жалобе адвокат Шкодских А.Ю. вынесенный приговор суда считает незаконным и необоснованным, вынесенным с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, так как в основу приговора положены недопустимые доказательства, не учтены обстоятельства, подлежащие учету в силу преюдиции.

Ссылается на ст. ст.14, 75, 88, 90, 297 УПК РФ, положения которых были нарушены судом, обращает внимание, что доказательства обвинения, связанные с выполнением ФИО1 должностных обязанностей в ООО «АСК-Инвест»: должностная инструкция главного механика ООО «АСК-Инвест», Положение об управлении охраной труда и о функциональных обязанностях по охране труда руководителей и специалистов ООО «АСК-Инвест», приказы №-ОТ от ДД.ММ.ГГГГ, №-ОТ от ДД.ММ.ГГГГ, №-№ от ДД.ММ.ГГГГ; заключения судебных экспертиз в сфере промышленной безопасности и охраны труда №-№ от ДД.ММ.ГГГГ, №-№ от ДД.ММ.ГГГГ, №-№ от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненные экспертами ФИО13, ФИО24 и ФИО10, не могли использоваться в качестве допустимых доказательств. Поскольку должностная инструкция главного механика ООО «АСК-Инвест», Положение об управлении охраной труда и о функциональных обязанностях по охране труда руководителей и специалистов ООО «АСК-Инвест», приказы № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, касающиеся возложения на него функций по охране труда, противоречили его трудовому договору, с ними он не был ознакомлен, поэтому они не соответствовали ТК РФ.

8 октября 2019 года решением Пушкинского районного суда города Санкт-Петербурга, вступившим в законную силу 12 ноября 2019 года, исковые требования в части необоснованного возложения на него вышеперечисленными локальными нормативными актами трудовых обязанностей, связанных с охраной труда, были полностью удовлетворены, а данные оспариваемые положения признаны недействительными, и в силу ст.90 УПК РФ оспариваемые локальные нормативные акты должны были без дополнительной проверки быть признанными недопустимыми доказательствами по уголовному делу.

Защитник не согласен с отказом суда в приговоре признать преюдициальное значение решения Пушкинского районного суда города Санкт-Петербурга от 8 октября 2019 года, поскольку оспариваемые локальные нормативные акты считаются недействительными с момента вынесения, ФИО1 о существовании данных положений и приказов узнал только при ознакомлении с материалами уголовного дела в порядк ст.217 УПК РФ, а его должностная инструкция не соответствовала трудовому договору.

Заключения экспертиз в сфере промышленной безопасности и охраны труда № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, №-№ от ДД.ММ.ГГГГ, №-№ от ДД.ММ.ГГГГ, выполненные экспертами ФИО13, ФИО24 и ФИО10, не могут быть признаны допустимыми доказательствами по делу, так как эксперты в своих экспертных заключениях, делая вывод о виновности ФИО1, ссылались на вышеуказанные пункты должностной инструкции главного механика, Положения по охране труда руководителей и специалистов ООО «АСК-ИНВЕСТ» и приказы №-№ от ДД.ММ.ГГГГ, признанных недействительными решением Пушкинского районного суда 

<

адрес>, поэтому основаны на недопустимых доказательствах.

Считает, что давшие заключения эксперты не имеют специального образования, необходимой подготовки и квалификации для проведения назначенных экспертиз, в нарушение ст.8 ФЗ Федерального закона от 31.05.2001 «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ» №73-Ф3, ст.13 ФЗ от 21.07.1997 №116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», экспертизы промышленной безопасности не могли быть проведены данными экспертными организациями, ввиду отсутствия у них соответствующих лицензий, и по вопросам, не относящимся к промышленной безопасности, в нарушение ст.216.1 ТК РФ экспертизы в области охраны труда не могли быть проведены коммерческими организациями.

Обращает внимание, что по постановлению следователя ФИО11 о назначении экспертизы промышленной безопасности она поручалась эксперту ФИО12 без указания названия экспертного учреждения л.д.145-147 т.3, а проведена была ФИО3 ФИО13, в отсутствие соответствующего постановления следователя о назначении экспертизы эксперту ФИО13 или в ООО «Нева», поэтому постановление о назначении экспертизы и заключение эксперта являются недопустимыми доказательствами. 

Постановлением следователя ФИО14 были назначены повторная и дополнительная экспертизы, производство которых было поручено ФИО3 ООО «Экспертно-консультативный центр СевЗапЭксперт» (л.д.1-2, л.д.49-50 т.3). Однако мотивов, по которым следователь их назначил, постановления не содержат, поэтому как постановление, так и заключения ФИО3 не могут быть допустимыми доказательствами по делу.

Постановлением следователя ФИО15 была назначена судебная экспертиза промышленной безопасности и охраны труда (л.д.83-84 т.3), проведение которой было поручено ФИО3 ООО «Многопрофильный Юридический Центр «СПЕциалист». Однако постановление следователя не содержит оснований её проведения, а до неё было проведено три экспертизы.

В заключении эксперта ФИО10№ от ДД.ММ.ГГГГ указано в качестве основания её проведения постановление следователя о назначении повторной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ, а в материалах уголовного дела имеется постановление следователя от ДД.ММ.ГГГГ о назначении первоначальной экспертизы, в связи с чем, постановление следователя от ДД.ММ.ГГГГ о назначении экспертизы и экспертное заключение являются недопустимыми доказательствами по делу.

Кроме того, акт о расследовании тяжелого несчастного случая (л.д.167-171 том 1) и акт о несчастном случае на производстве (л.д.172-176 том 1) основаны на должностной инструкции, положения которой в части возложения полномочий на ФИО1 по охране труда решением Пушкинского районного суда города Санкт-Петербурга признаны недействительными, поэтому также не могут быть допустимыми доказательствами по уголовному делу.

Приведение их в приговоре в качестве доказательств вины ФИО1 в совершении преступления, по мнению защитника, незаконно. 

Основания передачи гражданского иска потерпевшей Потерпевший №1 о компенсации морального вреда для разрешения в порядке гражданского судопроизводства, указанные судом, не соответствуют нормам закона. Так как решением Московского районного суда города Санкт-Петербурга с надлежащего ответчика - владельца (собственника) транспортного средства ООО «АСК-Инвест» взыскана денежная компенсация. ФИО1 не является владельцем транспортного средства, которым управлял ФИО16 в момент гибели, не является и надлежащим ответчиком. Поэтому суд должен был либо отказать в удовлетворении иска потерпевшей, либо оставить его без рассмотрения.

Просит приговор отменить и вынести в отношении ФИО1 оправдательный приговор.

В апелляционной жалобе потерпевшая Потерпевший №1 назначенное наказание по приговору суда полагает слишком мягким и не соответствующим тяжести содеянного.

Обращает внимание, что ФИО1 изначально признал свою вину, это подтверждается его подписью в акте о несчастном случае на производстве (т.1 л.д.172), после возбуждения уголовного дела стал менять показания и злоупотреблять правами, затягивая судебное разбирательство, подал исковое заявление в Пушкинский районный суд Санкт-Петербурга об отмене тех инструкций и постановлений, которыми руководствовались все работники ООО «АСК-Инвест» (из которого в настоящее время выведены все активы и уволен весь персонал). На процессе в Пушкинском районном суде защитник осужденного вместе с ООО «АСК-Инвест» - организацией, аффиллированной с новым работодателем ФИО1 - ООО «АТП 24», сыграли «в поддавки» сами с собой (один попросил признать незаконными действующие инструкции и положения, другой иск признал). Считает, что к вынесенному по иску решению Пушкинского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ необходимо относиться критически.

С приговором суда, не удовлетворившим её гражданский иск, не согласна, суд причину отказа не обосновал.

ФИО1 не признал своей вины, не загладил ущерб перед ней и детьми, не извинился, пытался обмануть суд, чтобы облегчить своё положение.

Просит приговор суда отменить, постановить новый приговор, назначить ФИО1 наказание в виде реального лишения свободы на срок 2 года и удовлетворить её гражданский иск в полном объеме.

В возражениях на апелляционную жалобу адвоката Шкодских А.Ю., государственный обвинитель Шмакова О.А. просила приговор суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу защитника Шкодских А.Ю. - без удовлетворения. 

В возражениях на апелляционную жалобу потерпевшей ФИО29. адвокат Шкодских А.Ю. в защиту осужденного ФИО1 просил жалобу потерпевшей оставить без удовлетворения, поскольку её доводы не обоснованы.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений на них, суд апелляционной инстанции приходит к следующему выводу.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих безусловную отмену приговора либо его изменение, судом допущено не было.

Обвинительный приговор соответствует требованиям ст. ст. 302, 307, 308 УПК РФ: в нем указаны обстоятельства, установленные судом, дан полный и всесторонний анализ доказательств, обосновывающих вывод суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, мотивирована верная юридическая оценка его действий.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании вину в совершении преступления не признал и показал, что в его обязанности входило только проведение ремонтных работ, проверка технического состояния техники, а также допуск водителей к управлению транспортных средств. За погрузочно-разгрузочные работы отвечала ФИО18, а обязанности по охране труда в организации осуществлял ФИО19. 

ДД.ММ.ГГГГ он не знал, для какой цели ФИО16 поехал на площадку, тому нужно было лишь привезти туда блоки, а не разгружать их самому. Смерть ФИО16 наступила по вине погибшего, без допуска к управлению краном-манипулятором производившего погрузочно-разгрузочные работы. В их организации все КАМАЗы оборудованы кранами-манипуляторами, ФИО16 должен был использовать КАМАЗ для доставки груза. Подтвердил, что ФИО16 находился в его подчинении.

Вина ФИО1 в совершении указанного в приговоре преступления обоснованно доказана совокупностью исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств:

показаниями потерпевшей Потерпевший №1, от мужа ФИО16 знавшей о поездке его ДД.ММ.ГГГГ с плитами на площадку в 

<

адрес>. Муж работал крановщиком в ООО «АСК-Инвест» на автомобиле КАМАЗ, оснащенном крано-манипуляторной установкой, не имея допуска на работу с данной установкой. О его гибели узнала от свекрови, приезжала на строительную площадку в 

<

адрес>;

показаниями свидетеля ФИО20 в судебном заседании, с 2010 года по 2019 год генерального директора ООО «АСК-Инвест», о том, что ФИО16 работал водителем автокрана и допуска для работы к управлению краном-манипулятором не имел, соответствующего обучения не проходил. В ООО все машины оснащены крано-манипуляторной установкой, имеется должность стропальщика. ФИО16 должен был перевезти груз на другую площадку, часть его выгрузить руками, остальное оставить;

показаниями свидетеля ФИО21, генерального директора ООО «Перспектива» на апрель 2017 года, о том, что ООО сдавало территории в аренду, участок в 

<

адрес> был арендован у них ООО «АСК-Инвест». ДД.ММ.ГГГГ он выезжал на этот участок, разделенный на 2 части, 20% из которой было частично отсыпано, а по не отсыпанной части проходила дорога. Он видел кран-манипулятор в зоне не отсыпанной территории, стрела которого находилась под линией электропередач, рядом стояли частично разгруженные блоки, в 5-10 м тело ФИО16, смерть которого зафиксировали приехавшие работники скорой помощи;

исследованными письменными показаниями свидетеля ФИО22, менеджера по снабжению ООО «АСК-Инвест», сообщившей, что до ДД.ММ.ГГГГ начальник ФИО23 давал указание о перевозке бетонных конструкций на участок в 

<

адрес>. ДД.ММ.ГГГГ она определила ФИО16 работу, указав на необходимость перевезти бетонные конструкции на участок базы. ФИО16 на автомобиле, оснащенном крано-манипуляторной установкой, загрузил блоки и повез их на площадку. Позже узнала, что с ФИО16 на площадке произошел несчастный случай;

протоколом осмотра участка местности по адресу: 

<

адрес>, напротив 

<

адрес>, зафиксировано место обнаружения трупа ФИО16, крана-манипулятора с кузовом, государственный регистрационный знак 

<

***> нахождение в кузове нескольких бетонных блоков, проведенной к электрическим проводам стрелы манипулятора, с левой стороны от крана нахождение бетонных блоков;

приказом № от ДД.ММ.ГГГГ и заключенным трудовым договором, согласно которым ФИО16 был принят на работу в ООО «АСК-Инвест» в отдел главного механика на должность машиниста крана автомобильного;

путевыми листами от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, из которых усматривается, что ФИО16 на автомобиле КАМАЗ-65117, государственный регистрационный знак 

<

***> осуществлял по заданию диспетчера ФИО22 погрузочно-разгрузочные работы на участке в 

<

адрес>, каждый раз выезд ему на данном автомобиле разрешал механик ФИО1;

выпиской из журнала выхода и возвращения машин в парк ООО «АСК-Инвест», согласно которой ДД.ММ.ГГГГ ФИО16 в 9:00 выехал на автомобиле КАМАЗ-65117, государственный регистрационный знак 

<

***> выпуск машины произвел механик ФИО1;

заключением ФИО3 № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ФИО16, как машинист автомобильного крана, не имел права управлять крано-манипуляторной установкой при погрузо-разгрузочных работах, а руководство ООО «АСК-Инвест» не имело право допускать ФИО16 к управлению крано-манипуляторной установкой, имеющейся на автомобиле КАМАЗ-65117;

показаниями допрошенного в судебном заседании эксперта ФИО24, подтвердившего выводы заключения и указавшего, что автокран и автокран с манипуляторной установкой различаются по способам управления;

выводами заключения эксперта в области судебной медицины № от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что причиной смерти ФИО16 послужило поражение техническим электричеством, на что указывают: электрометка в теменной области, осложнившаяся отеком головного мозга, легких, эмфиземой легких. У ФИО16 обнаружены повреждения в виде: электрометки в теменной области головы, правой верхней конечности - область четвертого пальца средней фаланги по внутренней поверхности, правой нижней конечности область пятого пальца боковой поверхности. Электрометка теменной области образовалась в результате воздействия электрического тока в виде местного повреждения покровных тканей, расценивается совокупно с воздействием электрического тока на внутренние органы и ткани, приведшим к смерти пострадавшего. Электротравма причинила вред здоровью, опасный для жизни человека, вызвавший угрожающее жизни состояние и повлекший тяжкий вред его здоровью, состоит в прямой причинной связи с наступлением смерти ФИО16;

приказом №-к от ДД.ММ.ГГГГ о приеме на работу ФИО1 и заключенным с ним трудовым договором №от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с которыми ФИО1 принят ДД.ММ.ГГГГ на работу в ООО «АСК-Инвест» на должность главного механика;

п.1 раздела 2 Должностной инструкции главного механика, утвержденной генеральным директором ООО «АСК-Инвест» Свидетель №1 ДД.ММ.ГГГГ, с которой в тот же день ознакомлен ФИО1, согласно которому главный механик обеспечивает бесперебойную и технически правильную эксплуатацию и надежную работу оборудования и техники; в соответствии с п.6 раздела 3 имеет право запрещать работу на оборудовании в случае грубого нарушения правил технической эксплуатации, угрозы аварии, несчастных случаев; на основании п.1 раздела 4 несет ответственность за ненадлежащее исполнение или неисполнение своих должностных обязанностей в пределах, установленных действующим трудовым законодательством РФ;

Положением об управлении охраной труда и о функциональных обязанностях по охране труда руководителей и специалистов ООО «АСК-Инвест», в соответствии с п.4.4.1 и п.4.4.4 которого главный механик контролирует состояние охраны труда на подчиненных ему участках, техническое состояние и безопасность эксплуатации и испытания производственного оборудования, принимает меры по устранению выявленных недостатков, контролирует соблюдение установленного порядка допуска лиц к обслуживанию оборудования и механизмов;

приказом ООО «АСК-Инвест» от ДД.ММ.ГГГГ №-№ о назначении главного механика ФИО1 руководителем стажировки с водительским составом ООО в целях обеспечения здоровых и безопасных условий труда в организации, соблюдении требований ст. 212, 225, 227-230 ТК РФ, «Порядка обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда работников организаций»;

приказом ООО «АСК-Инвест» от ДД.ММ.ГГГГ №-№ о возложении на ФИО1 непосредственного руководства работой по охране труда, обеспечения соблюдения требований законодательства о труде, правил и норм охраны труда в структурных подразделениях;

журналом регистрации инструктажа, в соответствии с которым ФИО1 являлся ответственным за проведение инструктажа с водителями;

актом о расследовании в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ тяжелого несчастного случая от ДД.ММ.ГГГГ комиссией во главе с председателем - государственным инспектором труда, в соответствии с которым ДД.ММ.ГГГГ начальником материально-технической базы был составлен план работ для водителей ООО «АСК-Инвест» на ДД.ММ.ГГГГ, состоявший из перевозки бетонных блоков на автомобиле КАМАЗ, регистрационный знак 

<

***> оснащенном крано-манипуляторной установкой, в день выполнения работ ФИО18 ознакомила водителей с планом, машинист автомобильного крана ФИО16 обязался его выполнить, не имея удостоверения на право эксплуатации крано-манипуляторной установкой. В числе лиц, ответственных за допущенные нарушения, явившиеся причинами несчастного случая, согласно п.6.3, указан ФИО1 – главный механик, допустивший работника к выполнению работ не по специальности, не осуществивший контроль за допуском к эксплуатации машин и механизмов обученного и аттестованного персонала, - как лицо, ответственное за обеспечение охраны труда в производственных подразделениях. Не были выполнены п.1, п.6, п.9 «Должностной инструкции главного механика»; 

актом № о несчастном случае на производстве ДД.ММ.ГГГГ, утвержденным ДД.ММ.ГГГГ генеральным директором ООО «АСК-Инвест, в соответствии с которым лицами, допустившими нарушение правил охраны труда, является, в том числе, ФИО1 – главный механик ООО «АСК-Инвест», допустивший работника к выполнению работ не по специальности, не осуществивший контроль за допуском к эксплуатации машин и механизмов обученного и аттестованного персонала, не выполнивший п.1, п.6, п.9 «Должностной инструкции главного механика»;

выводами заключений экспертов №-ст/18 от ДД.ММ.ГГГГ, №-СТЭ от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым лицом, допустившим нарушения требований охраны труда, является, в том числе, ФИО1 - главный механик ООО «АСК-Инвест» (в подчинении которого находился машинист автомобильного крана ФИО16), допустивший работника к выполнению работ не по специальности, не осуществивший контроль за допуском к эксплуатации машин и механизмов обученного и аттестованного персонала, тем самым нарушил требование п.20 «Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правил безопасности опасных производственных объектов, на которых используются подъемные сооружения», утвержденных приказом Ростехнадзора от ДД.ММ.ГГГГ N533, ФИО1 являлся лицом, ответственным за обеспечение охраны труда на объекте по адресу: 

<

адрес>, у 

<

адрес>. Между нарушением правил охраны труда и техники безопасности, допущенной сотрудниками ООО «АСК-Инвест», и несчастным случаем с ФИО16 ДД.ММ.ГГГГ, имеется причинно-следственная связь;

а также другими, подробно изложенными в приговоре, доказательствами.

Обвинительный приговор в отношении ФИО1 соответствует требованиям ст. ст. 303, 304, 307 - 309 УПК РФ. В нем содержится описание преступного деяния, признанного судом доказанным, приведены доказательства, исследованные в судебном заседании и оцененные судом, на которых основаны выводы суда о виновности осужденного, мотивированы выводы относительно квалификации преступления и назначения наказания.

Все обстоятельства, подлежащие в соответствии со ст.73 УПК РФ доказыванию по уголовному делу, судом первой инстанции установлены.

Положенные в основу приговора доказательства были получены в предусмотренном законом порядке, всесторонне, полно и объективно исследованы в судебном заседании, с соблюдением требований ст. ст. 87 и 88 УПК РФ подвергнуты проверке с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности, оценены в приговоре в совокупности, сомнений не вызывают, каких-либо существенных противоречий, которые могли бы повлиять на решение вопроса о виновности осужденного ФИО1 в инкриминированном преступлении, не содержат.

Исходя из объективно установленных судом фактических обстоятельств совершения преступления, действия ФИО1 по ч.2 ст.143 УК РФ квалифицированы правильно.

Оснований не согласиться с правильно данной судом оценкой доказательств, а также со сделанными на основании этой оценки выводами суда, изложенными в приговоре, о доказанности вины ФИО2 в нарушении требований охраны труда лицом, на которое возложены обязанности по их соблюдению, повлекшем по неосторожности смерть человека, и квалификации его действий по ч.2 ст.143 УК РФ, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Выводы суда первой инстанции о нарушении ФИО1, являвшимся главным механиком ООО «АСК-Инвест», ДД.ММ.ГГГГ требований охраны труда, обязанности по соблюдению которых были на него возложены: п.8 Трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, п.1 Главы II и п.6 Главы 111 должностной инструкции главного механика, утвержденной генеральным директором ООО «АСК-Инвест» ДД.ММ.ГГГГ, п.4.4.1 и п.4.4.4. Положения об управлении охраной труда и о функциональных обязанностях по охране труда руководителей и специалистов ООО «АСК-Инвест», п.20 «Федеральных норм и правил в области промышленной «Правил безопасности опасных производственных объектов, на которых используются подъемные сооружения», утвержденных приказом Ростехнадзора от ДД.ММ.ГГГГ №, повлекшие по неосторожности смерть ФИО16 от поражения техническим электричеством, соответствуют доказательствам, исследованным в судебном заседании и приведенным в приговоре. Между допущенными осужденным нарушениями требований охраны труда и наступлением смерти ФИО16 имеется прямая причинно-следственная связь.

Доводы осужденного ФИО1 о невиновности был предметом тщательной проверки суда первой инстанции, им дана надлежащая оценка, которая является правильной. 

Утверждения адвоката ФИО6 о постановлении судом в отношении ФИО1 приговора на основании недопустимых доказательств, являются несостоятельными.

Изложенные в жалобе доводы о недопустимости указанных адвокатом доказательств были известны суду первой инстанции, всесторонне проверены и обоснованно отвергнуты.

Решение Пушкинского районного суда Санкт-Петербурга от ДД.ММ.ГГГГ о признании незаконным ч.II; п.6 ч.III Должностной инструкции главного механика ООО «АСК-Инвест», п.4.4.1 и п.4.4.4 Положения об управлении охраной труда и о функциональных обязанностях по охране труда руководителей и специалистов ООО «АСК-Инвест», о признании незаконным и отмене п.3 приказа директора ООО «АСК-Инвест» №-ОТ от ДД.ММ.ГГГГ, п.3 и п.5 приказа директора ООО «АСК-Инвест» №-ОТ от ДД.ММ.ГГГГ, п.1 приказа директора ООО «АСК-Инвест» №-ОТ от ДД.ММ.ГГГГ не является основанием для признания доказательств по уголовному делу, в которых имеется ссылка на оспоренные нормативные акты, недопустимыми доказательствами и не ставит под сомнение выводы суда о виновности ФИО1, которая установлена на основе всей совокупности доказательств, включая не исследованные при разбирательстве гражданского дела доказательства, рассмотренные в установленных уголовно-процессуальным законом процедурах.

Предметом рассмотрения Пушкинским районным судом Санкт-Петербурга гражданского дела являлись события, не связанные с обстоятельствами совершенного ФИО1 преступления, решением суда от ДД.ММ.ГГГГ иск ФИО1 был удовлетворен в связи с признанием его ответчиком, какие-либо доказательства при этом судом не исследовались. По состоянию на ДД.ММ.ГГГГ на ФИО1 были возложены нормативными документами обязанности соблюдения требований охраны труда, указанные в обжалуемом приговоре.

Правильными являются выводы суда первой инстанции о допустимости исследованных заключений экспертов №-№ от ДД.ММ.ГГГГ, №-№ от ДД.ММ.ГГГГ, №-№ от ДД.ММ.ГГГГ, №-№ от ДД.ММ.ГГГГ, акта о расследовании в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ тяжелого несчастного случая от ДД.ММ.ГГГГ и акта № о несчастном случае на производстве ДД.ММ.ГГГГ, утвержденного ДД.ММ.ГГГГ, и использование их в качестве доказательств виновности ФИО1. 

Вопреки доводам жалобы, указанные заключения экспертов выполнены на основании постановлений следователей, в производстве которых находилось уголовное дело, научно обоснованы и надлежаще аргументированы, даны лицами, обладающими специальными познаниями, имеющими высшее образование, необходимую квалификацию и опыт работы, прошедшими специальную подготовку и повышение квалификации, содержание заключений соответствует положениям ст.204 УПК РФ и Федеральному закону от ДД.ММ.ГГГГ №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ», эксперты были предупреждены об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения. 

Отсутствие в постановлениях следователя о назначении экспертиз от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ достаточной мотивировки их назначения не свидетельствует о незаконности проведенных экспертных исследований №-№ от ДД.ММ.ГГГГ, №-№ от ДД.ММ.ГГГГ, №-№ от ДД.ММ.ГГГГ, №-№ от ДД.ММ.ГГГГ по уголовному делу, заключения которых были исследованы судом первой инстанции, правильно оценены с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, в совокупности с другими доказательствами по делу, как допустимые доказательства.

Установив, что в заключении эксперта №-№ от ДД.ММ.ГГГГ в качестве основания для ее проведения имеется ссылка на постановление следователя о назначении экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ, которого нет в материалах уголовного дела, а имеется постановление от ДД.ММ.ГГГГ о назначении экспертизы, исследовав заключение эксперта, суд сделал обоснованный вывод о допустимости данного доказательства, отсутствии существенных процессуальных нарушений при его получении и производстве экспертизы, так как экспертом в заключении были даны ответы на все вопросы, аналогичные поставленным перед экспертом в имеющемся в материалах уголовного дела постановлении следователя о назначении экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ.

Заключение эксперта №-Э от ДД.ММ.ГГГГ выполнено экспертом с целью разрешения поставленных перед ним следователем в постановлении вопросов в области судебной медицины, а не промышленной безопасности и охраны труда, как указано в жалобе.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований для признания недопустимыми доказательствами данных заключений экспертов, не усматривая нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих их безусловное исключение из числа доказательств. 

Поскольку выполненное на основании постановления следователя о назначении экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ заключение эксперта ФИО13 на л.д.151-162 том 3 в судебном заседании суда первой инстанции не исследовалось, оснований для его оценки не имелось.

Каких-либо данных о наличии не устраненных существенных противоречий вдоказательствах, требующих их толкования в пользу осужденного, иных обстоятельств и доказательств, которые судом при вынесении приговора не были учтены и которые могли повлиять на его выводы о виновности осужденного, в апелляционной жалобе не приведено и судом апелляционной инстанции не усматривается. 

По существу, доводы апелляционной жалобы адвоката Шкодских А.Ю. выражают несогласие с оценкой исследованных доказательств и установленными судом фактическими обстоятельствами дела, основаны на ином толковании применительно к ним положений законодательства, в связи с чем не могут служить достаточным основанием для отмены приговора и оправдания осужденного ФИО1.

Предварительное расследование и судебное следствие по делу проведены в соответствии с требованиями действующего уголовно-процессуального закона полно, объективно и всесторонне. Из протоколов судебных заседаний следует, что участникам процесса судом были созданы необходимые условия для осуществления ими процессуальных обязанностей и реализации предоставленных им процессуальных прав, которыми стороны активно пользовались.

Наказание осужденному ФИО1 назначено в пределах санкции статьи уголовного закона, по которой он осужден, с учетом характера и степени общественной опасности преступления, данных о его личности, наличия смягчающего и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, с учетом влияния наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

Выводы о назначении осужденному наказания в виде лишения свободы условно с применением ст.73 УК РФ, суд мотивировал в приговоре. При этом все заслуживающие внимание обстоятельства были учтены при решении вопроса о виде и размере наказания, которое является справедливым, соразмерным содеянному, назначено в соответствии с требованиями закона. 

Поэтому оснований полагать назначенное судом первой инстанции ФИО1 наказания излишне мягким, а в целом - несправедливым, как указывается в апелляционной жалобе потерпевшей Потерпевший №1, не усматривается и оснований для пересмотра наказание не имеется. 

Решение суда первой инстанции о передаче гражданского иска потерпевшей Потерпевший №1 к ФИО1 о компенсации ей и несовершеннолетним детям ФИО8 и ФИО9 морального вреда, по 1 000 000 рублей каждому, для разрешения в порядке гражданского судопроизводства надлежаще мотивировано и является правильным. 

Поскольку для принятия решения по существу искового заявления потерпевшей, помимо решения Московского районного суда Санкт-Петербурга от ДД.ММ.ГГГГ по аналогичному иску Потерпевший №1 к ООО «АСК-Инвест» о компенсации морального вреда, имевшегося в материалах уголовного дела, необходимо исследование доказательств возмещения или не возмещения вреда ООО «АСК-Инвест», причин неисполнения судебного решения, исполнительного производства и других обстоятельств, требующих отложения судебного разбирательства.

Данное решение суда первой инстанции, вопреки доводам жалобы, не является итоговым решением по заявленному иску о компенсации морального вреда и не лишает потерпевшую Потерпевший №1 в рамках гражданского судопроизводства реализации прав гражданского истца, не препятствует её доступу к правосудию.

Все иные вопросы в приговоре разрешены в соответствии с нормами действующего законодательства.

При таких обстоятельствах приговор в отношении ФИО1 подлежит оставлению без изменения, так как оснований для удовлетворения апелляционных жалоб адвоката ФИО6 и потерпевшей Потерпевший №1 не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

постановил:

приговор Всеволожского городского суда Ленинградской области от 30 декабря 2019 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы адвоката Шкодских А.Ю. и потерпевшей Потерпевший №1 - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в установленном главой 47.1 УПК РФ порядке в Третий кассационный суд общей юрисдикции.

Судья –