Дело ***

Судья Руднева С.В.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тамбов «***

Тамбовский областной суд в составе:

председательствующего судьи Шигоревой Е.С.,

при секретаре судебного заседания Григорьеве Н.А.,

с участием прокурора апелляционно – кассационного отдела уголовно – судебного управления прокуратуры Тамбовской области Королевой Л.В.,

осужденного Л.А.А.,

защитника – адвоката Агаханян А.А.,

представителя потерпевшего – адвоката Воробьева Д.Н.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (основную и дополнительные) осужденного Л.А.А. и адвоката Агаханян А.А. в интересах осужденного Л.А.А. на приговор Знаменского районного суда Тамбовской области от ***, которым

Л.А.А., *** года рождения, уроженец ***, гражданин Российской Федерации, зарегистрированный и проживающий по адресу: ***, состоящий в зарегистрированном браке, имеющий несовершеннолетнего ребенка, работающий *** не судимый:

осужден по ч. 2 ст. 143 УК РФ к 2 годам лишения свободы, на основании ст. 73 УК РФ условно, с испытательным сроком 2 года.

Гражданский иск потерпевшего Ю.С.В. удовлетворен частично. С Л.А.А. в пользу Ю.С.В. взыскана компенсация морального вреда в размере *** рублей, а также расходы по составлению искового заявления в суд в сумме ***.

Приговором разрешена также судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Шигоревой Е.С., выслушав прокурора Королеву Л.В., которая считала, что обжалуемый приговор подлежит отмене с направлением уголовного дела в тот же суд на новое судебное разбирательство в ином составе, представителя потерпевшего Ю.С.В. – адвоката Воробьева Д.Н., полагавшего, что апелляционная жалоба с учетом всех дополнений удовлетворению не подлежит, осужденного Л.А.А., его защитника - адвоката Агаханян А.А., поддержавших апелляционную жалобу (основную и дополнительные) в полном объеме, суд

УСТАНОВИЛ:

Л.А.А. признан виновным в нарушении требований охраны труда, совершенное лицом, на которое возложены обязанности по их соблюдению, повлекшее по неосторожности смерть человека, при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционных жалобах (основной и дополнительных) осужденный Л.А.А. и адвокат Агаханян А.А. в интересах Л.А.А. считают обжалуемый приговор незаконным и необоснованным, поскольку по мнению стороны защиты, отсутствуют бесспорные доказательства, свидетельствующие о том, что именно бездействия подсудимого повлекли наступление смерти Ю.В.С. и находятся с ними в прямой причинно-следственной связи, в связи с чем, не возможно сделать вывод о его виновности в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 143 УК РФ. Считают, что в действиях Л.А.А. отсутствует состав инкриминируемого органами следствия преступления, и он подлежит оправданию. Просят приговор отменить ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, а также в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона по следующим основаниям.

При изложении приговора не раскрыты показания свидетелей в полном объеме, не изложены и не приведены показания свидетеля В.А.И., допрошенного в судебном заседании ***, который пояснил, что сама операторская, где операторы *** включали ленту, находилась в компетенции Завода. Взаимодействие между подрядчиком и работниками *** нигде не прописывалось, была устная договоренность о том, что как только будут готовы работники подрядчика, они подают команду, включают линию силоса.

Судом не разрешено ходатайство о признании заключения эксперта от *** недопустимым доказательством, заявленного стороной защиты в судебном заседании ***.

Судом постановлено об отказе в назначении повторной экспертизы без рассмотрения ходатайства по существу, не дана оценка, не приведены обоснованное опровержение доводов защиты о назначении повторной экспертизы.

Судом в приговоре не приведены и не раскрыты показания экспертов, допрошенных в судебном заседании ***. Вместе с тем, эксперты Е.И.В. и Ш.Д.Ю. показали суду, что на момент проведения экспертизы не обладали соответствующей квалификацией, а именно по специальности 33.1 «Исследование соответствия деятельности на опасных производственных объектах требованиям охраны труда и техники безопасности», предъявляемых к судебным экспертам согласно приказу Минюста от 28 декабря 2023 года №404 «Об утверждении Инструкции по организации производства судебных экспертиз в федеральных бюджетных судебно-экспертных учреждениях Министерства юстиции Российской Федерации», и что им не было известно о том, что бункер бестарного хранения не зарегистрирован в Ростехнадзоре как опасный производственный объект, в случае предоставления такой информации, применили бы другие приказы Ростехнадзора.

Судом в приговоре изложены доказательства, не соответствующие исследованным материалам дела. На странице 2 приговора суд указал, что исходя из акта передачи объекта для производства работ на территории предприятия от *** (п.п. 3,4), подписанного ИП Л.А.А. с *** вся ответственность за выполняемые на участке работы и соблюдение требований техники безопасности при производстве работ переходит к ИП Л.А.А. Однако, по мнению защиты, указанное не соответствует исследованным в судебном заседании *** материалам дела, а именно, согласно п. 3.1.2 Акта приема-передачи объекта для производства работ на территории предприятия, *** обязан был контролировать документальное оформление «Подрядчиком» производства опасных работ (оформление наряд-допуска для работ).

Авторы жалоб ссылаются на то, что примерный перечень мероприятий по предотвращению случаев повреждения здоровья работников отражён в Приказе Минтруда России от 22.09.2021 года №656н «Об утверждении примерного перечня мероприятий по предотвращению случаев повреждения здоровья работников (при производстве работ (оказании услуг) на территории, находящейся под контролем другого работодателя (иного лица)» (зарегистрировано в Минюсте России от 02.12.2021 года №66192).

По мнению защиты, из представленных материалов уголовного дела, а именно, из Договора возмездного оказания услуг *** от ***, работы, которые производились ИП Л.А.А., выполнялись в отношении объекта, расположенного на территории *** по адресу: ***, *** и по его заданию, то есть работы, производимые пострадавшим Ю.В.С., выполнялись на территории, находящейся под контролем другого работодателя (иного лица) – *** (операторская Завода, откуда включалась конвейерная лента). Однако, данное обстоятельство не исследовалось экспертами, перечень согласованных мероприятий между ИП Л.А.А. и *** указанный в Приказе Минтруда России от 22.09.2021 года №656н «Об утверждении примерного перечня мероприятий по предотвращению случаев повреждения здоровья работников (при производстве работ (оказании услуг) на территории, находящейся под контролем другого работодателя (иного лица)» экспертами не устанавливалось, судом также данному обстоятельству не была дана оценка.

Кроме того, в апелляционных жалобах указано о том, что судом и следствием не установлено место совершения преступления. На странице 3 приговора судом указано, что для осуществления услуг *** по зачистке силоса бункера бестарного хранения сахара, расположенного по адресу: ***, ***, кадастровый ***, в рамках договора возмездного оказания услуг ***, *** на основании договора возмездного оказания услуг ИП Л.А.А. нанял в качестве подсобного рабочего по уборке территории от зачистки силоса Ю.В.С., *** года рождения, на период работ с *** по ***. А согласно исследованной в судебном заседании *** выписки из ЕГРН на л.д. 119-121 тома 3 на объект недвижимости нежилое здание с кадастровым номером *** наименование основной корпус завода ***

Из исследованных материалов дела, в том числе осмотра места происшествия (т. 1 л.д. 30-31), которые были оглашены в судебном заседании ***, выписки из ЕГРН на здание с кадастровым номером ***, а также запросом следователя Б.В.Ю., адресованным заместителю ***, и ответом на ее запрос, установить место совершения преступления, совпадающий с кадастровым номером ***, не представляется возможным. В исследованных материалах дела существуют противоречия между местом совершения преступления, указанного в Акте приема-передачи площадки, и документами, исследованными судом, на указанную площадку. Судом не была дана оценка тому обстоятельству, что Л.А.А. не была передана операторская и контролировать процесс включения и выключения конвейерной ленты на подачу сахара, не мог быть им контролируемым.

Кроме этого, из ответа ***, оглашенного *** в судебном заседании, следует, что бункер бестарного хранения сахара на 600000 тонн не числится в реестре опасных производственных объектов.

Стороной защиты приводятся следующие нормативно-правовые акты. В соответствии с требованиями статьи 2 Федерального закона от 21.07.1997 №116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», опасными производственными объектами являются предприятия или участки, площадки, а также иные производственные объекты с учетом идентификации, указанных в Приложении 1 к Федеральному закону №116-ФЗ.

В соответствии с пунктами 6,7 Требований к регистрации объектов в государственном реестре опасных производственных объектов и ведению государственного реестра опасных производственных объектов, утвержденных приказом Ростехнадзора от 30.11.2020 года №471, отнесение объектов к опасным производственным объектам осуществляется эксплуатирующей организацией на основании проведения их идентификации, в ходе которой должны быть выявлены все признаки опасности на объекте, учтены их количественные и качественные характеристики, а также учтены все осуществляемые на объекте технологические процессы и применимые технические устройства, обладающие признаками опасности, позволяющими отнести такой объект к категории опасных производственных объектов.

Отнесение объектов к опасным производственным объектам осуществляется эксплуатирующей организацией на основании проведения их идентификации в соответствии с Требованиями.

Статьей 9 Закона №116-ФЗ установлены требования промышленной безопасности к эксплуатации опасного производственного объекта, в соответствии с которыми, организация, эксплуатирующая опасный производственный объект обязана иметь лицензию на осуществление конкретного вида деятельности в области промышленной безопасности, подлежащего лицензированию в соответствии с законодательством Российской Федерации.

К лицензируемому виду деятельности Положение *** относит выполнение работ на объектах по перечню согласно Приложению. Пунктом 10 Приложения к Положению *** к таковым видам работ отнесено, в том числе, хранение или переработка растительного сырья, в процессе которых образуются взрывоопасные пылевоздушные смеси, способные самовозгораться от источника зажигания и самостоятельно гореть после его удаления, а также хранение зерна, продуктов его переработки и комбикормового сырья, склонных к самосогреванию и самовозгоранию на объектах.

Утвержденные приказом Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от 03.09.2020 года №331 «Федеральные нормы и правила в области промышленной безопасности «Правила безопасности взрывопожароопасных, производственных объектов хранения и переработки растительного сырья» устанавливают требования, направленные на обеспечение промышленной безопасности, предупреждение аварий, случаев производственного травматизма на опасных производственных объектах, на которых осуществляется хранение и (или) переработка растительного сырья, в процессе которых образуются взрывоопасные пылевоздушные смеси, способные самовозгораться, возгораться от источника зажигания и самостоятельно гореть после его удаления, а также осуществляется хранение зерна, продуктов его переработки и комбикормового сырья, склонных к самосогреванию и самовозгоранию.

Исходя из вышеизложенного, по мнению авторов апелляционных жалоб, бункер бестарного хранения сахара (с кадастровым номером *** на 60000 тонн, отсутствует как место совершения преступления, отсутствует как объект передачи Л.А.А. территории для выполнения работ или услуг.

Защита также указывает, что даже если исходить из того обстоятельства, что территория бестарного хранения сахара передана Л.А.А., то у *** имелась обязанность, как это указано в п. 3.1.2 Акта приема-передачи территории предприятия от ***, контролировать оформление Подрядчиком наряд-допусков. Чего со стороны *** не было сделано.

Авторы жалоб полагают, что судом нарушен п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2016 года №55, согласно которого, в описательно-мотивировочной части приговора, исходя из положений пунктов 3,4 части 1 статьи 305 УПК РФ, п. 2 ст. 307 УПК РФ, надлежит дать оценку всем исследованным в судебном заседании доказательствам, как уличающим, так и оправдывающим подсудимого. При этом, излагаются доказательства, на которых основаны выводы суда по вопросам, разрешаемым при постановлении приговора, и приводятся мотивы, по которым те или иные доказательства отвергнуты судом.

Осужденный и его защитник также не согласны с приговором, в том числе, в части размера взысканного морального вреда по гражданскому иску. Считают, что суд не привел мотивы, по которым судом была установлена сумма к взысканию в размере *** в пользу потерпевшего. Суд не дал правовой оценки приобщенной и исследуемой в судебном заседании *** расписки потерпевшего об отсутствии претензий к подсудимому, а также то, что потерпевшему принесены соболезнования и оказана материальная помощь. Вопреки п. 29, 30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №33 от 15.11.2022 года «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» и требований п. 2 ст. 1101 ГК РФ, судом первой инстанции не учитывались требования разумности и справедливости и не учтено имущественное и семейное положение осужденного, размер его заработной платы. Также судом не принято во внимание, что факт родственных и семейных отношений сам по себе не является достаточным основанием для удовлетворения требований о компенсации морального вреда при причинении вреда жизни гражданина. Ссылаются на то, что в каждом конкретном случае суду необходимо установить обстоятельства, свидетельствующие о том, что лица, обратившиеся за компенсацией морального вреда, действительно испытывают физические и нравственные страдания в связи со смертью потерпевшего, что предполагает, в том числе, выяснение характера семейных отношений, сложившиеся между этими лицами и потерпевшим при жизни. Суд ограничился указанием лишь на то, что смерть сына сама по себе является сильнейшим травмирующим фактором, необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие его родных и близких, их неимущественное право на семейные связи, суд не привел мотивов относительно того, какие конкретно обстоятельства были учтены при принятии решения о взыскании в пользу истцов компенсации морального вреда и определения ее размера.

Просят обжалуемый приговор отменить, направить уголовное дело в суд первой инстанции в ином составе суда со стадии судебного разбирательства.

В возражениях на апелляционную жалобу осужденного Л.А.А. и защитника Агаханян А.А. заместитель прокурора Знаменского района Тамбовской области Карвацкий В.В. считает доводы апелляционной жалобы несостоятельными и просит приговор Знаменского районного суда Тамбовской области от *** оставить без изменения, в удовлетворении апелляционной жалобы отказать.

Проверив материалы дела, выслушав указанных выше лиц, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Обжалуемый приговор данным требованиям уголовно -процессуального закона не соответствует.

Согласно п. 2 ст. 389.15, ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения судом апелляционной инстанции являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных настоящим Кодексом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

В соответствии с п. 2 ч. 2 ст. 389.17 УПК РФ приговор суда подлежит отмене в любом случае, если он вынесен незаконным составом суда.

В силу положений ст.ст. 8, 14 и 15 УПК РФ, виновность лица устанавливается только приговором суда, и обвиняемый считается невиновным, пока обратное не доказано в предусмотренном уголовно-процессуальном законом порядке, а суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения либо защиты и лишь создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

В соответствии со ст. 307 УПК РФ, описательно-мотивировочная часть приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления; доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства.

Суд первой инстанции, в нарушение указанных положений уголовно-процессуального закона, описав преступные действия осужденного Л.А.А., надлежащую оценку всем исследованным доказательствам по делу не дал, анализ всех доказательств не привел.

Согласно ст. 15 УПК РФ, уголовное судопроизводство осуществляется на основе состязательности сторон. Суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты. Суд создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Как следует из протокола судебного заседания, по делу в судебном заседании *** был допрошен в качестве свидетеля В.А.И., показания которого в приговоре не приведены, и им оценка судом не дана. Однако, на момент инкриминируемого подсудимому преступления, указанный свидетель работал менеджером в *** и выступал представителем *** при передачи территории для производства на ней работ персоналом «Подрядчика», поскольку им от Заказчика *** был подписан акт передачи объекта для производства работ на территории предприятия от *** (л.д. 144-145 том 2).

Поэтому доводы жалобы в этой части заслуживают внимание, поскольку свидетель В.А.И. пояснял суду, что в договоре точно не прописано, как будет строиться взаимодействие между работниками *** (заказчик) и подрядчиком (ИП Л.А.А.), и в случае производственных травм со стороны сотрудников завода не понятно, кто будет нести ответственность. А также данный свидетель сообщал о том, что сама операторская Завода, откуда включалась конвейерная лента, находилась под контролем ***. Оценка показаниям свидетеля В.А.И. судом не дана, тогда как суд установил в приговоре, что Л.А.А. (подрядчик) допустил производство работ на работающем оборудовании (нарушение п. 610 приказа Ростехнадзора от 03.09.2020 года №331 «Об утверждении Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила безопасности взрывопожароопасных производственных объектов хранения и переработки растительного сырья»).

Кроме того, в приговоре не изложены и не получили оценки показания специалиста С.М.А. – государственного инспектора труда Государственной инспекции труда в ***, которая была допрошена в суде *** и в силу должностных обязанностей проводила расследование несчастного случая на производстве в связи со смертью Ю.В.С.

А также в судебном заседании по ходатайству стороны защиты по заключению судебно-технической экспертизы были допрошены эксперты Ш.Д.Ю. и Е.И.В., однако, их показания в приговоре не изложены, оценки им судом в приговоре не дано. Так, не получили оценки суда пояснения экспертов Ш.Д.Ю. и Е.И.В. о своей квалификации на момент производства экспертизы, которые ссылались на то, что у них на период проведении экспертизы имелась основная специальность 16.1 «Исследование строительных объектов и территории, функционально связанной с ними, в том числе с целью проведения их оценки», при этом, у них отсутствовала на момент проведения экспертизы специальность 33.1 «Исследование соответствия деятельности на опасных производственных объектах требованиям охраны труда и техники безопасности». Не дано судом оценки в приговоре и тому обстоятельству, что эксперты использовали в качестве нормативного документа при производстве экспертизы Инструкцию по организации производства судебных экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях системы Министерства юстиции Российской Федерации/Приложение к Приказу Министерства юстиции Российской Федерации от 20.12.2002 г. №347-М., 2003, которая утратила силу 09.01.2024 года, а также использовали на момент производства экспертизы Методические рекомендации решения актуальных задач судебной строительно-технической экспертизы. Методическое пособие для экспертов, следователей, судей, Ставропольская ЛСЭ. 2001 г., которые также на момент проведения экспертизы уже не действовали.

Кроме этого, перечисляя в качестве письменных доказательств вины осужденного акт передачи объекта для производства работ на территории предприятия от ***, судом указано, что вся ответственность за выполняемые на участке работы и соблюдение требований техники безопасности при проведении работ переходит к ИП Л.А.А., при этом, судом не указано и не дано оценки тому обстоятельству, что согласно данного Акта, Заказчик, то есть *** обязан обеспечить общие мероприятия по технике безопасности в течение выполнения работ «Подрядчиком» (п.3.1): Проводить вводный инструктаж работников «Подрядчика» (п. 3.1.1); контролировать документальное оформление «Подрядчиком» производства опасных работ (оформление наряда-допуска для работ) (л.д. 144-145 том 2).

Таким образом, в нарушение норм уголовно-процессуального закона всем указанным обстоятельствам судом оценка в приговоре не дана.

Также в процессе рассмотрения уголовного дела в ходе судебного заседания *** защитником Агаханян А.А. было заявлено ходатайство о признании заключения экспертов от *** *** (л.д. 205-230 том 2) недопустимым доказательством, ходатайство защитника об этом было приобщено к материалам дела (л.д. 156-164 том 4), однако, в ходе судебного разбирательства в нарушение требований ст. 235 УПК РФ, ч. 2 ст. 271 УПК РФ, судом разрешено не было.

На основании ч. 2 ст. 61 УПК РФ, судья не может участвовать в производстве по уголовному делу в случаях, если имеются обстоятельства, дающие основание полагать, что он лично, прямо или косвенно заинтересован в исходе данного уголовного дела.

На основании ч. 1 ст. 62 УК РФ, при наличии оснований для отвода, предусмотренных настоящей главой, судья, прокурор, следователь, начальник органа дознания, начальник подразделения дознания, дознаватель, помощник судьи, секретарь судебного заседания, переводчик, эксперт, специалист, защитник, а также представители потерпевшего, гражданского истца или гражданского ответчика обязаны устраниться от участия в производстве по уголовному делу.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в определениях от 01.11.2007 №799-О-О, от 01.03.2012 №425-О-О и от 01.03.2012 №426-О-О, необходимо обеспечивать беспристрастность и независимость судей при рассмотрении ими уголовных дел (статья 120, часть 1 Конституции Российской Федерации), признано недопустимым принятие как ими самими, так и вышестоящими судебными инстанциями решений, предопределяющих в той или иной мере выводы, которые должны быть сделаны судом по результатам рассмотрения находящегося в его производстве уголовного дела. Высказанная судьей в процессуальном решении до завершения рассмотрения уголовного дела позиция относительно наличия или отсутствия события преступления, обоснованности вывода о виновности в его совершении обвиняемого, достаточности собранных доказательств определенным образом ограничивала бы его свободу и независимость при дальнейшем производстве по делу и постановлении приговора или иного итогового решения

По смыслу закона судья, высказавший в процессуальном решении до завершения рассмотрения уголовного дела мнение по предмету рассмотрения, касающемуся существа дела, не должен принимать участие в дальнейшем производстве по делу.

При рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанцией установлено, что в ходе судебного заседания до удаления в совещательную комнату для принятия итогового решения по существу дела председательствующий *** рассмотрел ходатайство адвоката Агаханян А.А. в защиту подсудимого Л.А.А. о назначении по делу повторной судебно-технической экспертизы. Согласно протокола судебного заседания подсудимый Л.А.А. ходатайство адвоката поддержал.

Суд в постановлении от ***, отказывая в удовлетворении ходатайства адвоката о назначении повторной экспертизы, дал оценку экспертному заключению от *** ***, находящемуся на л.д. 205-230 том 2, до вынесения итогового решения по делу, согласно которого, экспертами установлено нарушение Л.А.А. техники безопасности, охраны труда в бункере силосного хранения *** как ответственным лицом за обеспечение безопасных условий для произошедшего несчастного случая (смерть Ю.В.С.), и оно послужило его причиной. Суд первой инстанции в своем постановлении от *** указал, что каких-либо сомнений в обоснованности выводов экспертов экспертное заключение не содержит, что оно отвечает требованиям ст. 204 УПК РФ и содержит все необходимые сведения, круг методик и способы исследований, которые применяли эксперты, а также отражает ход и результаты проведенных исследований. По мнению председательствующего судьи, изложенного в указанном постановлении, выводы не имеют противоречий, не вызывают сомнений в их обоснованности, экспертиза была выполнена в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, проведена экспертами, обладающими специальными познаниями, необходимыми для установления обстоятельств и фактов, имеющих значение для уголовного дела. Указывает, что эксперты Ш.Д.Ю. и Е.И.В. были допрошены в судебном заседании и дали исчерпывающие ответы на постановленные сторонами вопросы. То есть суд первой инстанции, оценив данное заключение эксперта в совокупности с другими доказательствами до вынесения итогового решения по делу, сделал вывод о её достоверности, соглашаясь с экспертами, указывая, что оснований сомневаться в правильности выводов экспертов не имеется и что объективных доказательств, безусловно опровергающих выводы и показания экспертов, суду не представлено, вместе с тем, согласно ч. 2 ст. 17 УПК РФ, никакие доказательства не имеют заранее установленной силы.

Таким образом, в данном решении председательствующий высказал свое мнение по предмету рассмотрения, касающемуся существа дела, а именно, по инкриминируемым Л.А.А. нарушениям требований охраны труда и о причине смерти Ю.В.С., тем самым, предрешив исход судебного разбирательства.

Данные обстоятельства в силу положений ст.ст. 61 и 62 УПК РФ исключали участие председательствующего в дальнейшем производстве по уголовному делу.

Вместе с тем, под председательством этого же судьи в отношении Л.А.А. постановлен обвинительный приговор, который подлежит отмене в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона на основании п. 2 ст. 389.15 и п. 2 ч. 2 ст. 389.17 УПК РФ.

Допущенные судом нарушения уголовно-процессуального закона не могут быть устранены при апелляционном рассмотрении дела, поэтому уголовное дело в силу требований ст. 389.22 УПК РФ подлежит направлению на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции в ином составе.

Кроме вышеизложенного, суд апелляционной инстанции обращает внимание, что в силу п. 1.1 ч. 2 ст. 131 УПК РФ расходы потерпевшего, связанные с выплатой им вознаграждения своему представителю, в частности, оплата услуг адвоката по составлению искового заявления в суд, оплачиваются из средств федерального бюджета. Суммы, выплаченные потерпевшему на покрытие этих расходов, являются процессуальными издержками и взыскиваются с осужденных или относятся на счет средств федерального бюджета.

Между тем, суд не принял во внимание, что расходы потерпевшего по оплате услуг адвоката Тамбовской областной коллегии адвокатов «Юридическая фирма Приходько» в сумме *** рублей по составлению искового заявления в суд являются процессуальными издержками и подлежат возмещению из средств федерального бюджета с последующим решением вопроса о взыскании этих процессуальных издержек с осужденного в доход государства.

Ввиду того, что приговор отменяется по причине существенных нарушений норм уголовно-процессуального закона, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для оценки других доводов, содержащихся в апелляционных жалобах адвоката и осужденного Л.А.А.

Суду первой инстанции при новом рассмотрении уголовного дела необходимо учесть изложенное, всесторонне и объективно исследовать представленные сторонами доказательства, дать им надлежащую оценку, учесть все обстоятельства, имеющие значение по делу, и принять по делу законное и обоснованное судебное решение.

В связи с отменой приговора и направлением уголовного дела на новое судебное разбирательство, учитывая, что избранная ранее Л.А.А. мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении явилась достаточной для выполнения задач судопроизводства, суд полагает возможным сохранить её без изменения.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.17, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор Знаменского районного суда Тамбовской области от *** в отношении Л.А.А. отменить, направив уголовное дело на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе со стадии судебного разбирательства.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в судебную коллегию по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий: Е.С. Шигорева