1–2–270–2020 

<

данные изъяты>

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

18 сентября 2020 года Санкт–Петербург

Санкт–Петербургский гарнизонный военный суд в составе председательствующего судьи Дибанова В.М., при секретаре Дюваль Ж.В., с участием сторон: представителя истца – Министерства обороны Российской Федерации (далее – Минобороны России)– ФИО1, ответчика ФИО2 и его представителя – Селезнева А.В., а также военного прокурора – Клюева В.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску военного прокурора Тверского гарнизона, предъявленному в интересах Минобороны России к военнослужащему войсковой части (далее – в/ч) № 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> ФИО2 о взыскании денежных средств, в счет возмещения причиненного ущерба,

УСТАНОВИЛ:

Военный прокурор Тверского гарнизона обратился в суд с иском, предъявленным в интересах Минобороны России, в котором просит взыскать с ответчика ФИО2 в счет возмещения материального ущерба, причиненного им в результате совершения преступных действий, установленных вступившим в законную силу приговором суда, 3487 357 рублей 36 копеек.

В судебном заседании представитель истца – ФИО1, а также военный прокурор – Клюев В.С., требования иска поддержали и пояснили, что вступившим в законную силу приговором Тверского гарнизонного военного суда от 22 августа 2019 года ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 351 УК РФ, и за потерпевшим – Минобороны России, признано право на удовлетворение гражданского иска о возмещении ФИО2 причиненного материального ущерба, а вопрос о его размере передан для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства. Приговором суда установлено, что 17 августа 2018 года в нарушение требований законодательства, регламентирующего правила полетов, ФИО2, управляя технически исправным вертолетом Ми–8МТВ–5–1, изменил высоту полета по установленному маршруту, допустил столкновение с линиями электропередач, в результате чего были повреждены и не подлежат ремонту следующие узлы и агрегаты: радиопрозрачный обтекатель антенны системы опознавания ГБ2.092.099, стоимостью с учетом износа (остаточная стоимость) 6 600 рублей 91 копеек; антенна системы опознавания ГБ2.092.099 (Блок 414), стоимостью с учетом износа (остаточная стоимость) 35 987 рублей 14 копеек; антенна БАНКЕР–286 И82.092.027–01ПС заводской номер 87130, стоимостью с учетом износа (остаточная стоимость) 91 913 рублей 03 копейки; комплект лопастей несущего винта 8АТ–2710–00ПС заводской номер 2ПС646060/8126, 2ПС646060/8127, 2ПС646060/8128, 2ПС646060/8129, 2ПС646060/8130, стоимостью с учетом износа (остаточная стоимость) 2901 498 рублей 28 копеек; рулевой винт МХ–7010404В и комплект лопастей 246–3925–00 заводской номер МХБВ581014, стоимостью с учетом износа (остаточная стоимость) 451 358 рублей. В результате преступных действий ФИО2, повлекших повреждение указанных узлов и агрегатов вертолета без возможности их восстановления, Минобороны России был причинен материальный ущерб на общую сумму 3487 357 рублей 36 копеек, в связи с чем ответчик подлежит привлечению к полной материальной ответственности на основании абз. 3 ст. 5 Федерального закона от 12 июля 1999 года № 161–ФЗ «О материальной ответственности военнослужащих».

Ответчик ФИО2 и его представитель – Селезнев А.В., требования иска не признали и пояснили, что согласно приговору Тверского гарнизонного военного суда от 22 августа 2019 года основанием для передачи гражданского иска Минобороны России для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства, явилась необходимость производства дополнительных расчетов, в том числе установления стоимости узлов и агрегатов, не подлежащих восстановлению (по стоимости лома), стоимости элемента втулки несущего винта (контрольного стаканчика) и стоимости реальных фактических затрат на восстановительные работы. Такой расчет истцом в поданном исковом заявлении не произведен, сведений о стоимости узлов и агрегатов, не подлежащих восстановлению (по цене лома), стоимости элемента втулки несущего винта (контрольного стаканчика) и стоимости произведенных затрат на восстановительные работы, материалы дела не содержат. Кроме того, представленные из материалов уголовного дела заключения экспертов по бухгалтерской и оценочно–технической судебным экспертизам, являются недопустимыми доказательствами, так как в них эксперты руководствовались недействующей нормативно–правовой базой, а также использовали устаревшие определения и термины нормативно–технической документации.

Третье лицо на стороне истца, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора – федеральное казённое учреждение «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Западному военному округу» (далее – ФКУ УФО), извещённое о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не прибыли.

Заслушав стороны и исследовав доказательства, имеющиеся в материалах дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с абз. 3 ст. 5 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» военнослужащие несут материальную ответственность в полном размере ущерба в случаях, когда ущерб причинен в результате преступных действий (бездействия) военнослужащего, установленных вступившим в законную силу приговором суда.

Согласно ч. 3 ст. 196 ГПК и разъяснениям, содержащимся в п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении», суд принимает решение по заявленным истцом требованиям, выйти за пределы которых может только в случаях, предусмотренных федеральным законом.

Исходя из принципа диспозитивности гражданского процесса, суд разрешает исковые требования по основаниям, указанным истцом, а также по обстоятельствам, вынесенным судом на обсуждение в соответствии с ч. 2 ст. 56 ГПК РФ.

Как видно из вступившего в законную силу приговора Тверского гарнизонного военного суда от 22 августа 2019 года, около 13 часов 49 минут 17 августа 2018 года ФИО2, осуществляя управление технически исправным вертолетом над озером Селигер, в районе населенного пункта 

<

адрес>, управляя технически исправным воздушным судном, выполняя полет с резким изменением углов крена и тангажа, двигаясь с превышением скорости, пренебрегая требованиями п.п. 3 – 6 раздела I «Общие положения» Федеральных авиационных правил полетов в воздушном пространстве Российской Федерации утвержденными приказом Минобороны России, Минтранса Российской Федерации и Росавиакосмоса от 31 марта 2002 года № 136/42/51 (далее – ФАПП ВП РФ), п.п. 18–21 раздела V ФАПП ВП РФ «Определение, выдерживание и изменение высоты (эшелона) полета. Правила установки высотомеров», п. 29 Федеральных авиационных правил производства полетов государственной авиации, утвержденных приказом Министра обороны Российской Федерации от 24 сентября 2004 года № 275 (далее – ФАППП ГосА) и ст. 57 Воздушного кодекса Российской Федерации, в нарушение п.п. 13, 20 раздела IV «Безопасные высоты (эшелоны) полета» ФАПП ВП РФ; п.п. 31, 255 ФАППП ГосА, а также в нарушение указаний диспетчера ФГУП «Госкорпорация по Организации воздушного движения» (далее – ОрВД 

<

адрес>) и задания на полет, не выдержал заданный диспетчером маршрут и высоту полета, умышленно и намеренно допустил изменение высоты (эшелона) полета по установленному маршруту без разрешения диспетчера ОрВД 

<

адрес>, снизился на высоту от 15 до 26 метров и допустил столкновение с линиями электропередач, в результате чего были повреждены узлы и агрегаты вертолета Ми–8МТВ–5–1, заводской номер 97007, бортовой номер 15, что расценено как тяжкие последствия.

При этом, как усматривается из приговора суда, а также искового заявления, в расчет причиненного ФИО2 материального ущерба на общую сумму 3487 357 рублей 36 копеек включены только не подлежащие ремонту узлы и агрегаты вертолета, остаточная стоимость которых подтверждена имеющейся в материалах дела информацией заводов–изготовителей:

– радиопрозрачный обтекатель антенны системы опознавания ГБ2.092.099 – 6 600 рублей 91 копеек; 

– антенна системы опознавания ГБ2.092.099 (Блок 414) – 35 987 рублей 14 копеек; 

– антенна БАНКЕР–286 И82.092.027–01ПС заводской номер 87130 – 91 913 рублей 03 копейки; 

– комплект лопастей несущего винта 8АТ–2710–00ПС заводской номер 2ПС646060/8126, 2ПС646060/8127, 2ПС646060/8128, 2ПС646060/8129, 2ПС646060/8130 – 2 901 498 рублей 28 копеек; 

– рулевой винт МХ–7010404В и комплект лопастей 246–3925–00 заводской номер МХБВ581014 – 451 358 рублей.

В то же время, подлежащие ремонту автомат перекоса 8–1950–000ПС (заводской номер Л21110184) и втулка несущего винта 8–1930–000ПС (заводской номер 1138С163), а также произведенные затраты на восстановительные работы, в расчет иска не включены и, следовательно, требование о возмещении материального ущерба, причинённого их восстановлением, истцом к ответчику не предъявляются.

В силу ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско–правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Поскольку цены на вооружение, военную технику, боеприпасы, другое имущество, централизованно поставляемые воинским частям, определяются уполномоченными на то государственными органами, и размер причинённого ответчиком материального ущерба Минобороны России на общую сумму 3487 357 рублей 36 копеек, рассчитанного исходя из остаточной стоимости не подлежащих ремонту узлов и агрегатов вертолета, установлен приговором Тверского гарнизонного военного суда от 22 августа 2019 года, вступившим в законную силу 29 октября 2019 года, ФИО2 подлежит привлечению к полной материальной ответственности на основании абз. 3 ст. 5 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих», то есть за причинение ущерба в результате его преступных действий, установленных вступившим в законную силу приговором суда.

Заключение эксперта С. от 25 апреля 2019 года и заключение эксперта Т. от 8 мая 2019 года получили оценку в приговоре Тверского гарнизонного военного суда от 22 августа 2019 года, а заявление ФИО2 и его защитников – Селезнева А.В. 

<

данные изъяты> о недопустимости всех, полученных в ходе предварительного следствия экспертиз, содержалось в их апелляционной жалобе на приговор суда и уже было предметом оценки суда апелляционной инстанции, что прямо усматривается из апелляционного постановления 2–го Западного окружного военного суда от 29 октября 2019 года.

Повторно заявив в ходе судебного заседания при рассмотрении гражданского иска о недопустимости полученных в ходе предварительного следствия экспертиз, ФИО2 фактически оспаривает вступивший в законную силу 29 октября 2019 года приговор Тверского гарнизонного военного суда от 22 августа 2019 года, что является недопустимым.

Заявление ФИО2 о необходимости вычета из остаточной стоимости не подлежащих ремонту узлов и агрегатов вертолета, их стоимости по цене лома, не основано на нормах действующего законодательства.

Так, в силу ст. 2 и п. 2 ст. 6 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» под прямым действительным ущербом понимается утрата или уменьшение наличного имущества, ухудшение состояния указанного имущества, расходы, которые воинская часть произвела или должна произвести для восстановления, а размер причиненного ущерба определяется с учетом степени износа имущества по установленным на день обнаружения ущерба нормам, но не ниже стоимости лома (утиля) этого имущества.

Вместе с тем, в ходе судебного заседания установлено, что ФИО2 имеет на иждивении двух несовершеннолетних детей сына – А. (ДД.ММ.ГГГГ г.р.) и дочь – Е. (ДД.ММ.ГГГГ г.р.), на основании чего, в силу ст. 11 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих», суд находит необходимым уменьшить размер денежных средств, подлежащих взысканию с ответчика для возмещения причиненного ущерба до 3000000 рублей, в связи с чем отказывает в удовлетворении требований, превышающей указанную сумму – 487 357 рублей 36 копеек.

На основании п. 3 ст. 41, п. 6 ст. 46, п. 1 ст. 51, п. 4 ст. 161, п. 1 ст. 166.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации суммы принудительного изъятия относятся к неналоговым доходам бюджета, в данном случае федерального, по нормативу 100 процентов и подлежат зачислению в бюджет через лицевой счет, открытый учреждению в органах федерального казначейства для учета операций администратора дохода федерального бюджета. Следовательно, денежные средства подлежат взысканию с ответчика в доход федерального бюджета.

Согласно ст. 98 и ч. 1 ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае государственная пошлина взыскивается в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Размер государственной пошлины, взыскиваемой с ответчика ФИО2 в доход бюджета Санкт–Петербурга на основании ст. 98 ГПК РФ, с учетом положений ч. 6 ст. 52 Налогового кодекса Российской Федерации, составляет 23 200 рублей.

Руководствуясь ст. 98, 103, 194–199 ГПК РФ суд, 

РЕШИЛ:

Требования предъявленного в интересах Министерства обороны Российской Федерации искового заявления военного прокурора Тверского гарнизона, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу Министерства обороны Российской Федерации через федеральное казённое учреждение «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Западному военному округу» в счет возмещения причинённого ущерба 3000 000 (три миллиона) рублей, отказав в удовлетворении требований, превышающей указанную сумму.

Взыскать с ответчика ФИО2 в доход бюджета Санкт–Петербурга государственную пошлину в размере 23 200 (двадцать три тысячи двести) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в 1–Западный окружной военный суд через Санкт–Петербургский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме.

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

Судья Дибанов В.М.

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>