РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

04 июля 2019 года г. Камень-на-Оби

Каменский городской суд Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Балакиревой А.Ю.,

при секретаре Биёвой Е.С.,

с участием прокурора Андреевой Л.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании дело № 2-71/2019 по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда в сумме 500000 рублей.

В обоснование иска указала, что *** около *** час. водитель ФИО2 управляя автомобилем 

<

данные изъяты>» государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, принадлежащим ФИО3, двигаясь по проезжей части .... в ...., у здания № допустил наезд на пешехода – истца ФИО1, причинив последней тяжкий вред здоровью. В связи с полученными травмами истец испытала нравственные страдания, которые она оценивает в 500000 рублей.

В судебное заседание истец ФИО1 не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежаще. В первом судебном заседании исковые требования поддержала, пояснила, что *** около 06-40 час. она по .... в .... шла на работу по левой обочине навстречу движению с фонариком, так как было темно и метель. Тротуара в этом месте нет. Ее сбил автомобиль, в себя пришла в больнице ..... Сам момент удара она не помнит, не знает как это произошло, после она длительное время лежала в больнице по ***. Как ей стало известно позже ее сбил водитель ФИО2, который и доставил ее в Каменскую ЦРБ без сознания, после ее также без сознания перевели в больницу ...., где она пришла в сознание. Длительное время находилась на лечении, в ноге установлена пластина, ходила на костылях, в настоящее время без них, но боли в ноге остались. Просила удовлетворить исковые требования в полном объеме.

Ее представитель ФИО4 поддержал исковые требования ФИО1 о компенсации морального вреда ссылаясь на основания, изложенные в исковом заявлении, пояснил, что ФИО1 в момент дорожно-транспортного происшествия двигалась по левому краю проезжей части и обочины навстречу движению ввиду того, что обочина была заснежена, нарушение ПДД не допускала. ФИО2 *** около 06-40 час. управляя автомобилем ***», государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, принадлежащим ФИО3 двигаясь по проезжей части .... в .... у здания № допустил наезд на пешехода – истца ФИО1, причинив последней тяжкий вред здоровью. Дорожно-транспортное происшествие произошло в темное время суток, в снежную погоду, при этом уличного освещения в месте дорожно-транспортного происшествия не имеется. ФИО1 ввиду длительного нахождения в коме не помнит обстоятельств дорожно-транспортного происшествия. Из материалов дела не следует, что ФИО1 пересекала проезжую часть слева направо или справа налево, следы крови обнаружены на левой обочине по ходу движения ФИО1, других следов не обнаружено, в том числе на проезжей части. 

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежаще, его представитель ФИО5 исковые требования не признал, пояснил, что ФИО2 является ненадлежащим ответчиком, поскольку состоял в трудовых отношениях с ИП ФИО3, несмотря на отсутствие надлежащего их оформления со стороны ФИО3 Собственником автомобиля является ФИО3, ответственность водителя ФИО2 на момент дорожно-транспортного происшествия была застрахована в ПАО СК «Росгосстрах». Считает, что в действиях ФИО2 отсутствует вина в нарушении Правил дорожного движения, а в действиях ФИО1 имеется грубая неосторожность, выразившаяся в том, что в момент дорожно-транспортного происшествия она двигалась по проезжей части, а не по ее левому краю и обочине, при этом ФИО2 двигающийся по проезжей части со скоростью 40 км/час, на расстоянии 1,5 метров от края, увидев истца примерно за 7 метров применил экстренное торможение и не смог предотвратить дорожно-транспортное происшествие, допустив наезд на ФИО1 в правый бок последней. Данные обстоятельства подтверждаются заключением эксперта, согласно которому ФИО1 в момент удара находилась правым боком к автомобилю. Кроме того, из заключения эксперта следует, что водитель ФИО2 не имел возможности предотвратить дорожно-транспортное происшествие, обладая резервом расстояния менее 30 м до столкновения с пешеходом. Согласно протоколу осмотра места происшествия и других доказательств, схемы дорожно-транспортного происшествия каких-либо следов пешехода либо автомобиля на обочине и крае проезжей части, в том числе и на ее заснеженной части, не обнаружено. Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что ФИО1 двигалась по проезжей части, пересекала ее и в момент удара находилась правым боком к автомобилю ФИО2, а следовательно в ее действиях имеется грубая неосторожность, в связи с чем учитывая отсутствие вины водителя ФИО2 в нарушении Правил дорожного движения, компенсация морального вреда должна быть значительно уменьшена. Просил отказать в удовлетворении иска к ФИО2 как заявленные к ненадлежащему ответчику, взыскать компенсацию морального вреда с владельца автомобиля ФИО3 в минимальных пределах. 

Ответчик ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признал, пояснил, что автомобиль «***», на котором совершено дорожно-транспортное происшествие принадлежит ему, на автомобиль оформлено разрешение на перевозку пассажиров, ответственность водителей застрахована в ПАО «Росгосстрах», водитель ФИО2 работал на его автомобиле по устному договору аренды, в трудовых отношениях с ним не состоял, а использовал автомобиль в своих интересах, прибыль делилась пополам, не оспаривал, что работал под руководством его диспетчера, однако не исключает, что в момент дорожно-транспортного происшествия ФИО2 мог ехать и по своим личным делам. Считает, что он является ненадлежащим ответчиком по делу, так как дорожно-транспортное происшествие не совершал, ответственность по возмещению морального вреда должен нести ФИО2 с учетом грубой неосторожности ФИО1 Сам он является инвалидом второй группы, на иждивении имеет двух несовершеннолетних детей.

Его представитель ФИО6 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежаще. 

Представитель третьего лица ПАО «Росгосстрах» в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежаще.

Суд, выслушав представителя истца, ответчика ФИО3, представителя ответчика ФИО2 – ФИО5., заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими частичному удовлетворению, исследовав материалы дела, приходит к следующему. 

В ходе рассмотрения дела установлено, что *** около 06-40 час. водитель ФИО2 управляя автомобилем «

<

данные изъяты>» государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, принадлежащим ФИО3, двигаясь по проезжей части .... в ...., в районе здания № допустил наезд на пешехода – истца ФИО1, причинив последней тяжкий вред здоровью.

В связи с полученными травмами ФИО1 находилась на лечении с *** по ***.

Согласно заключений эксперта № от ***, № от *** у ФИО1 обнаружены телесные повреждения в виде закрытой черепно-мозговой травмы, включающей в себя ушиб головного мозга средней степени тяжести, открытый перелом верхней челюсти справа, множественные ушибленные раны головы, кровоподтек на веках правого глаза, закрытый перелом правой бедренной кости со смещением отломков, ушибленные раны бедер, подтвержденные объективными клиническими данными и рентгеновским обследованием, которые согласно записи в представленном медицинском документе были причинены ФИО1 ***. Эти повреждения образовались от ударов в область правого бедра и головы справа твердыми тупыми предметами с ограниченной контактирующей поверхностью и могли образоваться от удара по правому бедру передней частью (краем капота) движущейся легковой автомашины с последующим возможным забрасыванием тела потерпевшей на капот, ударах головой о лобовое стекло, дворники, край крыши и т.д., дальнейшим падением потерпевшей на дорожное покрытие, ударах о него и перемещении по нему. Данный вывод подтверждается характером обнаруженных повреждений, односторонним расположением переломов. Имевшиеся у ФИО1 повреждения в совокупности, согласно п. 6.1.3 и 6.11.6 «медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», являются опасными для жизни и вызвали значительную стойкую утрату общей трудоспособности свыше одной трети (33%), на основании чего квалифицируются как повреждения причинившие тяжкий вред здоровью. В результате судебно-химического исследования крови ФИО1 в химико-токсикологической лаборатории, методом газожидкостной хроматографии этиловый спирт не обнаружен. 

В соответствии с п.1 ст.1079 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Таким образом, указанными нормами права установлена презумпция виновности причинителя вреда и обязанность доказать отсутствия вины возложена на него и владельца источника повышенной опасности. 

В соответствии со ст. 1068 ГК РФ применительно к правилам, предусмотренным главой 59 ГК РФ работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ. Таким образом, ответственность по возмещению вреда, причиненного источником повышенной опасности, должна быть возложена на собственника транспортного средства, водитель которого состоял с ним не только в трудовых отношениях, но и в гражданско-правовых, действуя по заданию не только юридического лица, но и гражданина.

В соответствии с разъяснением, содержащимся в п. 19 Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" согласно статьям 1068 и 1079 ГК РФ не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

На лицо, исполнявшее свои трудовые обязанности на основании трудового договора (служебного контракта) и причинившее вред жизни или здоровью в связи с использованием транспортного средства, принадлежавшего работодателю, ответственность за причинение вреда может быть возложена лишь при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно (пункт 2 статьи 1079 ГК РФ).

Из материалов дела следует, что автомобиль «ВАЗ-21093» государственный регистрационный знак 

<

***> принадлежит ФИО3, ФИО3 согласно сведениям ЕГРИП является индивидуальным предпринимателем, осуществляющим деятельность такси, на данный автомобиль ИП ФИО3 выдано разрешение на перевозку пассажиров и багажа легковым такси, ответственность водителей на момент дорожно-транспортного происшествия была застрахована в ПАО СК «Росгосстрах».

В объяснении, данном после дорожно-транспортного происшествия, протоколе осмотра места совершения административного правонарушения, в протоколе об отстранении от управления транспортным средством от ***, в протоколе освидетельствования на состояние алкогольного опьянения от *** в графе место работы ФИО2 указано водитель такси «Люкс» ИП ФИО3.

В протоколе допроса от *** в качестве свидетеля ФИО3 пояснил, что имеет фирму «Такси Люкс», осуществляет перевозку пассажиров, имеет в собственности автомобили, в том числе автомобиль «

<

данные изъяты>» государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, на которых работают посменные водители, со слов диспетчера ему стало известно, что *** водитель ФИО2 двигаясь на рабочем автомобиле 

<

данные изъяты> сбил женщину и увез ее в больницу.

Указанные обстоятельства ответчиком ФИО3 в судебном заседании не оспаривались, кроме того, в судебном заседании ФИО3 пояснил, что после рабочей смены водители сдают автомобиль ему, за работу он производит оплату труда водителям, в том числе ФИО2

При указанных обстоятельствах и отсутствии достоверных доказательств наличия между ФИО2 и ФИО3 каких-либо иных гражданско-правовых отношений, в том числе арендных, суд, принимая во внимание положения ст. 19.1 Трудового кодекса РФ о том, что неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений трудовыми толкуются в пользу наличия трудовых отношений, приходит к выводу о том, что водитель ФИО2 в момент дорожно-транспортного происшествия состоял в трудовых отношениях с ИП ФИО3.

Учитывая, что ответчиком ФИО3 не представлено доказательств противоправного завладения ФИО2 автомобилем «ВАЗ-21093», надлежащим ответчиком в данном случае будет являться владелец автомобиля ФИО3 

В силу п.2 ст.1083 ГК РФ при грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Статьей 1100 ГК РФ установлено, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (ст.1101 ГК РФ).

В целях определения механизма произошедшего дорожно-транспортного происшествия судом назначалась автотехническая экспертиза.

Заключением эксперта № от *** установлено, что правая передняя часть движущегося автомобиля «

<

данные изъяты>» контактировала с правой стороной тела потерпевшей, которая вероятнее всего в момент наезда находилась на проезжей части дороги и была обращена к автомобилю правым боком. В сложившейся дорожно-транспортной обстановке водитель ФИО2 должен был руководствоваться требованиями пункта 10.1 Правил дорожного движения. Ориентировочное значение скорости движения автомобиля в момент наезда на пешехода исходя из расположения зон контакта пешехода с кузовом автомобиля. составляло 40-50 км/час. 

Заключением эксперта также установлено, что если для предотвращения столкновения водитель автомобиля «

<

данные изъяты>» располагал резервом расстояния более 30,0 – 42,0 м., то у него имелась техническая возможность предотвратить наезд на пешехода путем торможения, если же этот резерв расстояния был менее 30,0-42,0 метров, то водитель автомобиля такой возможности не имел. Если же пешеход двигалась по краю проезжей части навстречу движению автомобиля «

<

данные изъяты>» без изменения направления своего движения, то эксперт не находит причин, которые помешали бы водителю автомобиля предотвратить наезд двигаясь в пределах проезжей части без выезда на обочину. В сложившейся дорожно-транспортной обстановке действия пешехода ФИО1 регламентировались требованиями п. 4.1 и 4.3 Правил дорожного движения. 

В соответствии с п. 10.1 Правил дорожного движения водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. В силу п. 10.2 ПДД в населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч.

Суд, исследовав имеющиеся в деле доказательства, считает, что в действиях водителя ФИО2 отсутствует нарушение Правил дорожного движения, в том числе п. 10.1 Правил.

*** возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ст. 264 ч.1 УК РФ, производство по которому приостановлено в соответствии с ч. 1 ст. 208 УПК РФ. 

Из протокола допроса свидетеля ФИО2, имеющегося в материалах уголовного дела №, следует, что он двигался со скоростью 40 км/час.

Управление водителем ФИО2 автомобилем с указанной скоростью, не превышающей установленной, подтверждается заключением судебной автотехнической экспертизы № от *** 

Кроме того, из указанного протокола допроса свидетеля ФИО2 также следует, что пешехода ФИО1, двигавшуюся по проезжей части, он увидел на расстоянии не более 7 метров. Эти показания ФИО2 согласуются с его объяснением от ***, данным непосредственно после дорожно-транспортного происшествия о том, что «расстояние до пешехода, двигавшегося про проезжей части было настолько малым, что он не успел отреагировать и совершил наезд на пешехода».

Согласно названному заключению эксперта водитель ФИО2 при резерве расстояния до пешехода менее 30,0-42,0 метров не имел технической возможности предотвратить наезд на пешехода путем торможения.

Указанное свидетельствует об отсутствии вины водителя ФИО2 в произошедшем дорожно-транспортном происшествии и несостоятельности доводов представителя истца о наличии в действиях ФИО2 нарушений Правил дорожного движения и наличия у него возможности предотвратить наезд на пешехода ФИО1

При этом, суд, исходя из исследованных в ходе рассмотрения дела доказательств, приходит к выводу о том, что в действиях потерпевшей ФИО1 усматривается грубая неосторожность. 

В силу п. 4.1 Правил дорожного движения пешеходы должны двигаться по тротуарам, пешеходным дорожкам, велопешеходным дорожкам, а при их отсутствии - по обочинам. При отсутствии тротуаров, пешеходных дорожек, велопешеходных дорожек или обочин, а также в случае невозможности двигаться по ним пешеходы могут двигаться по велосипедной дорожке или идти в один ряд по краю проезжей части (на дорогах с разделительной полосой - по внешнему краю проезжей части). 

При движении по краю проезжей части пешеходы должны идти навстречу движению транспортных средств. 

При переходе дороги и движении по обочинам или краю проезжей части в темное время суток или в условиях недостаточной видимости пешеходам рекомендуется, иметь при себе предметы со световозвращающими элементами и обеспечивать видимость этих предметов водителями транспортных средств.

Согласно п. 4.3 Правил дорожного движения пешеходы должны переходить дорогу по пешеходным переходам, в том числе по подземным и надземным, а при их отсутствии - на перекрестках по линии тротуаров или обочин. При отсутствии в зоне видимости перехода или перекрестка разрешается переходить дорогу под прямым углом к краю проезжей части на участках без разделительной полосы и ограждений там, где она хорошо просматривается в обе стороны.

В соответствии с п. 4.5 Правил дорожного движения при переходе дороги вне пешеходного перехода пешеходы, кроме того, не должны создавать помех для движения транспортных средств и выходить из-за стоящего транспортного средства или иного препятствия, ограничивающего обзорность, не убедившись в отсутствии приближающихся транспортных средств.

Так, согласно протоколу осмотра места происшествия от ***, имеющихся в материалах дела фото-таблиц, обочина в месте дорожно-транспортного происшествия была заснежена, в месте наезда на пешехода на левой обочине какие-либо следы не обнаружены, в связи с чем, суд приходит к выводу о том, что потерпевшая ФИО1 пересекала проезжую часть дороги в темное время суток вне пешеходного перехода, не имея каких-либо световозвращающих элементов. При этом она не убедилась в безопасности перехода, который осуществляла в непосредственной близости от движущегося автомобиля ответчика, о чем свидетельствует механизм дорожно-транспортного происшествия и отсутствие у водителя ФИО2 технической возможности предотвратить наезд. 

Данный вывод подтверждается заключениями медицинских экспертиз в части касающейся локализации телесных повреждений и механизма их образования у потерпевшей ФИО1, характеризующихся односторонним расположением переломов у потерпевшей, заключением судебной автотехнической экспертизы, согласно выводам которой правая передняя часть движущегося автомобиля «

<

данные изъяты>» контактировала с правой стороной тела потерпевшей, которая в момент наезда находилась на проезжей части дороги и была обращена к автомобилю правым боком.

Доводы представителя истца о том, что потерпевшая ФИО1 двигалась по краю обочины и проезжей части навстречу движению автомобиля «

<

данные изъяты>» без изменения направления своего движения, опровергаются выше приведенными доказательствами, объяснения водителя ФИО2 о том, что пешеход двигался по проезжей части ему навстречу, а не по ее краю и обочине, отсутствием каких-либо следов на обочине, а также на крае заснеженной части проезжей части дороги в месте наезда на пешехода, выводом эксперта о том, что в случае, если бы пешеход двигалась по краю проезжей части навстречу движению автомобиля «

<

данные изъяты>» без изменения направления своего движения, то технические причины, которые помешали бы водителю автомобиля предотвратить наезд, двигаясь в пределах проезжей части без выезда на обочину, отсутствуют. 

Наличие вещества бурого цвета на правой, по ходу движения автомобиля, границе проезжей части и обочины, отраженное на фотографиях с места дорожно-транспортного происшествия не подтверждает нахождение ФИО1 на границе проезжей части и обочины в момент наезда и опровергается исследовательской частью заключения судебной автотехнической экспертизы о том, что локализация полученных ФИО1 телесных повреждений и повреждения на автомобиле «ВАЗ-21093» являются характерными при наезде на пешехода, при котором пешеход забрасывается на капот, а далее его голова контактирует лобовым стеклом. При таком контакте потерпевшей может переместиться на значительное расстояние от места наезда и зафиксированное на месте ДТП наличие пятна бурого цвета на правой, по ходу движения автомобиля, границе проезжей части и обочины свидетельствуют лишь о том, что тело потерпевшей, вероятнее всего голова, находилось после контакта с автомобилем именно в этом месте.

При таком положении суд приходит к выводу о доказанности наличия в действиях истца грубой неосторожности и применения к спорным правоотношениям положений ч. 2 ст. 1083 ГК РФ.

Учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда с учетом положений ч. 2 ст. 1083 ГК РФ.

Определяя размер подлежащей взысканию в пользу истца компенсации морального вреда, суд учитывает степень и характер физических и нравственных страданий истца, обусловленных тяжестью причиненного вреда его здоровью, прохождение истцом длительного стационарного и амбулаторного лечения, длительность испытываемой истцом физической боли в области полученных повреждений, утрату им 33 % общей трудоспособности, что привело к невозможности длительное время продолжить активную общественную жизнь, материальное положение ответчика ФИО3, являющегося индивидуальным предпринимателем, имеющего инвалидность, на иждивении двух малолетних детей, отсутствие в действиях водителя ФИО2 вины в происшедшем дорожно-транспортном происшествии, наличие в действиях истца грубой неосторожности безусловно приведшей к неблагоприятным последствиям и увеличению вреда, суд находит обоснованным и в наибольшей степени обеспечивающим баланс прав и законных интересов потерпевшего от причинения вреда, компенсирующего потерпевшему в некоторой степени утрату здоровья, причиненные физические и нравственные страдания, руководствуясь принципами разумности и справедливости, позволяющими с одной стороны максимально возместить причиненный моральный вред, а с другой стороны - не допустить неосновательного обогащения истца и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение ответчика с учетом наличия в действиях самой потерпевшей грубой неосторожности, полагает необходимым взыскать в пользу истца с ответчика ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей.

При таких обстоятельствах исковые требования ФИО1 подлежат удовлетворению частично.

Руководствуясь статьями 194-198, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО3 ФИО3 о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей.

В остальной части исковые требования ФИО1 оставить без удовлетворения. В иске к ФИО2 отказать.

Взыскать с ФИО3 в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300 рублей. 

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд через Каменский городской суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Судья Балакирева А.Ю.

Мотивированное решение изготовлено 09 июля 2019 года.