Дело №1-22/2017

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

о прекращении производства по уголовному делу

г.Нововоронеж Воронежской области 05 мая 2017 года

Нововоронежский городской суд Воронежской области в составе судьи Фроловой И.И. с участием

государственного обвинителя заместителя прокурора г.Нововоронеж Воронежской области Ратникова А.В.,

подсудимого ФИО1,

защитника – адвоката адвокатского кабинета ФИО2 адвокатской палаты 

<

адрес> ФИО2, представившего удостоверение №, ордер №-У,

при секретаре Быковской Н.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Нововоронежского городского суда Воронежской области в материалы уголовного дела в отношении

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, зарегистрированного по месту жительства по адресу: 

<

адрес> (фактически проживающего по адресу: 

<

адрес>), работающего в филиале АО 

<

данные изъяты> женатого, имеющего малолетнего ребенка, имеющего высшее образование, военнообязанного, не задерживавшегося по подозрению в совершении преступления, в отношении которого которого избрана мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке, несудимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.222 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил преступление, предусмотренное ч.1 ст.222 УК РФ, - незаконные хранение, ношение боеприпасов при следующих обстоятельствах.

В один из дней августа 2016 года в лесном массиве, расположенном в районе 

<

адрес>, ФИО1 с использованием металлоискателя обнаружил шесть корпусов (гильз) промышленно изготовленных запалов ручных противотанковых гранат типа РПГ-40 времен Великой Отечественной войны, которые содержат инициирующие и бризантные взрывчатые вещества, относятся к боеприпасам и пригодны для производства взрыва. Названные предметы ФИО1 привез в свой гараж № ПГК «

<

данные изъяты>» 

<

адрес>, где стал их хранить.

ДД.ММ.ГГГГ, около 

<

время>, ФИО1 со своим знакомым Свидетель №1 находился в своем гараже № ПГК «

<

данные изъяты>» 

<

адрес>, где Свидетель №1 в присутствии ФИО1 взял в руки один из вышеуказанных шести корпусов (гильз) промышленно изготовленных запалов ручных противотанковых гранат типа РПГ-40 времен Великой Отечественной войны и стал проводить с ним манипуляции, в результате чего произошел взрыв, которым Свидетель №1 причинены телесные повреждения в виде травматической ампутации левой кисти, пальцевых фаланг правой кисти.

В это же время ФИО1 исходя из сложившейся обстановки осознал тот факт, что хранящиеся в его гараже предметы являются боеприпасами, содержат взрывчатые вещества, пригодны для производства взрыва и запрещены к обороту, хранению и ношению в соответствии с действующим законодательством.

Несмотря на это, действуя умышленно, желая скрыть оставшиеся боеприпасы от правоохранительных органов и избежать их изъятия из его владения, ФИО1 незаконно продолжил хранить их в своем гараже № ПГК «

<

данные изъяты>» 

<

адрес>, а не позднее 

<

время> ДД.ММ.ГГГГ взял в правую руку пять корпусов (гильз) промышленно изготовленных запалов ручных противотанковых гранат типа РПГ-40 времен Великой Отечественной войны и незаконно перенес к колодцу, расположенному на расстоянии 18,5 м в юго-восточном направлении от его гаража, куда поместил их и стал незаконно хранить до их обнаружения и изъятия сотрудниками полиции ДД.ММ.ГГГГ

ДД.ММ.ГГГГ, в период времени с 

<

время> по 

<

время>, в результате осмотра места происшествия, произведенного в колодце, расположенном напротив гаража № ПГК «

<

данные изъяты>» по 

<

адрес>, обнаружены и изъяты принадлежащие ФИО1 пять корпусов (гильз) промышленно изготовленных запалов ручных противотанковых гранат типа РПГ-40 времен Великой Отечественной войны, которые содержат инициирующие и бризантные взрывчатые вещества, относятся к боеприпасам и пригодны для производства взрыва.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании не признал вину в совершении преступления и пояснил следующее.

ДД.ММ.ГГГГ, после ночной смены, они с Свидетель №1 находились в его (ФИО1) гараже. Свидетель №1 взял со стола неизвестный предмет, чтобы вскрыть его с помощью спицы и посмотреть содержимое. Как только он поднес спицу к этому предмету, произошел сильный хлопок. Он увидел, что у Свидетель №1 отсутствует кисть левой руки и повреждена правая рука, вызвал «Скорую помощь», оказал первую медицинскую помощь. После взрыва, во время ожидания «Скорой», он взял 5 аналогичных взорвавшемуся предметов, перенес их через дорогу от гаража и бросил в колодец, так как понял, что они тоже могут взорваться. После того, как «Скорая» уехала, он пошел в больницу. По пути ему позвонил сотрудник полиции и сказал, что ждет его около гаража. У гаража его встретили сотрудники полиции, произвели осмотр гаража, поехали в отдел для дачи объяснений. В ходе разговора с сотрудниками полиции, ФСБ выяснилось, что предметы были взрывателями. Так как он находился в шоковом состоянии, то сразу не сообщил о наличии у него таких же предметов, его об этом не спрашивали. Ближе к вечеру, испугавшись, что может еще кто-нибудь пострадать, он рассказал сотрудникам полиции, что в колодце, напротив его гаража, лежат еще 5 аналогичных предметов, указал место нахождения колодца. Предметы он выкопал с помощью металлоискателя в августе ДД.ММ.ГГГГ. в районе 

<

адрес> и забрал с собой, чтобы сдать в конце сезона как лом, не предполагая, что они взрывоопасны. 

Помимо показаний ФИО1, в которых он фактически признал обстоятельства совершения преступления, событие незаконных хранения, ношения боеприпасов ФИО1 подтверждается следующей совокупностью согласующихся друг с другом доказательств:

показаниями в судебном заседании свидетеля Свидетель №1, пояснившего, что ДД.ММ.ГГГГ, после ночной смены, они с ФИО1 находились в гараже последнего. Его заинтересовало, из какого металла сделан ржавый предмет, похожий на корпус шариковой ручки с утолщением, и, взяв спицу, он хотел царапнуть по его поверхности, но в это время произошел взрыв, после чего его увезли на «Скорой помощи» в МСЧ №. Впоследствии ФИО1 рассказал ему, что сотрудники полиции выяснили, что это был взрывоопасный предмет, и он, испугавшись, вынес такие же предметы из гаража, а после добровольно выдал их;

показаниями в судебном заседании свидетеля ФИО4, ст.ОУ ОУР ОМВД России по 

<

адрес>, пояснившего, что в конце октября ДД.ММ.ГГГГ., около 

<

время>., в отдел поступило сообщение о том, что в одном из гаражей в 

<

адрес> произошел взрыв и мужчине оторвало руку. Когда следственная группа вернулась с места происшествия, то с ними был хозяин гаража ФИО1, с которым стали беседовать следователь Духан, сотрудники уголовного розыска, в том числе и он (свидетель). ФИО1 пояснил ему, что у него имеется металлоискатель, он занимается раскопками, взорвавшийся предмет был в единственном экземпляре. ФИО1 предлагалось добровольно выдать боеприпасы, разъяснялись последствия в соответствии со ст.222 УК РФ. Около 

<

время>. ФИО1 пояснил, что у него в гараже были еще 6 предметов, которые он нашел с помощью металлоискателя и, испугавшись, перенес их в канализационный колодец напротив своего гаража. Сотрудники отдела съездили в указанное место, где оказались 5 или 6 предметов, это были взрыватели от ручных противотанковых гранат. ФИО1 пояснил, что одним из этих предметов были причинены телесные повреждения Гончарову;

показаниями в судебном заседании свидетеля ФИО3, пояснившего, что ДД.ММ.ГГГГ, около 

<

время>., по приглашению сотрудников полиции он и еще один гражданин участвовали в качестве понятых в осмотре колодца, на дне которого видели 6 темно-зеленых предметов целиндрической формы. Эти предметы сфотографировали на телефон. ФИО1 также присутствовал при осмотре. Перед началом осмотра всем участвующим были разъяснены права, ответственность, порядок производства осмотра;

показаниями в ходе предварительного расследования дела, оглашенными в судебном заседании в связи с существенными противоречиями, свидетеля Свидетель №5, пояснившего, что ДД.ММ.ГГГГ, около 

<

время>., он на своем автомобиле проезжал по дороге, расположенной вдоль территории гаражного кооператива «

<

данные изъяты>» 

<

адрес> и в районе магазина «

<

данные изъяты>» его остановили сотрудники полиции, предложив поучаствовать в качестве понятого при осмотре места происшествия – колодца, расположенного с противоположной стороны от кооператива, напротив гаража №, на что он согласился. Вторым понятым был незнакомый ему мужчина. В осмотре также участвовали ФИО1, сотрудники полиции. Перед началом осмотра всем участвующим были разъяснены права, ответственность, порядок производства осмотра. Затем они осмотрели бетонный колодец, на дне которого, помимо мусора, находились 6 предметов цилиндрической формы, которые, со слов сотрудников полиции, являются запалами от гранат. Обнаруженные предметы упаковали в специальный контейнер. После осмотра был составлен соответствующий протокол, который все подписали, убедившись, что все отражено верно (л.д.105-107 т.1);

показаниями в ходе предварительного расследования дела, оглашенными в судебном заседании в связи с неявкой, свидетеля ФИО5, пояснившей, что ФИО1 рассказал ей, что ее муж Свидетель №1 в гараже взял в руки металлический предмет, стал трогать его спицей, и прозошел взрыв. Указанный предмет он (ФИО1) нашел металлоискателем на раскопках (л.д.52-54 т.1);

показаниями в судебном заседании свидетеля Свидетель №6, пояснившего, что в конце июля – начале августа ДД.ММ.ГГГГ. они вместе с ФИО1 ездили в 

<

адрес>, где ФИО1 металлоискателем нашел около 6 металлических предметов, похожих на гильзы, и положил их себе в карман. Вернувшись в Нововоронеж, они все выгрузили в гараж ФИО1, в том числе и найденные предметы. После взрыва в гараже ФИО1 следователь показал ему фотографию, на которой он узнал найденные предметы;

показаниями в судебном заседании свидетеля Свидетель №2, работающего следователем ОМВД РФ по 

<

адрес>, пояснившего, что во время его дежурства ДД.ММ.ГГГГ поступило сообщение о взрыве в гараже в ГК №. Он вместе с участковым ФИО14 направился на место, все гаражи были закрыты, но у входа одного гаража были пятна, напоминающие кровь. Через некоторое подошел ФИО1, который пояснил, что в гараже в руках его друга взорвался предмет, и другу оторвало руку. Когда ФИО1 открыл гараж, то они увидели кровь, следы телесной ткани. ФИО1 пояснил, что друг сидел на кресле, держал в руках предмет, похожий на ручку, и спицей пытался его вскрыть, после чего произошел взрыв. На вопрос, где он взял этот предмет и имеются ли подобные, ФИО1 пояснил, что металлоискателем нашел его в лесу, других подобных у него нет, но было видно, что это неправда, так как он суетился. При осмотре гаража были обнаружены металлоискатель, частицы от взрывателя, спица, которые были изъяты. В отделе он (Свидетель №2) неоднократно спрашивал у ФИО1 о наличии подобных предметов, но тот отрицал. После этого с ФИО1 общался оперативный сотрудник ФИО4, ближе к вечеру стало известно, что ФИО1 хочет показать место, куда он выбросил остальные взрыватели. Он (Свидетель №2) с ФИО14 снова прибыли к его гаражу, где ФИО1 указал на колодец через дорогу напротив его гаража, куда он выбросил взрыватели. В осмотре участвовал ФИО1, который пояснял, что он вынес их из гаража и бросил в колодец, так как не знал, что с ними делать, сразу не указал данное место из-за растерянности;

показаниями в судебном заседании свидетеля ФИО6, работающего УУП ОМВД России по 

<

адрес>, пояснившего, что он участвовал в изъятии запалов из колодца в ГК «

<

данные изъяты>», производил их фотографирование на телефон и фотоаппарат. Также при изъятии присутствовали понятые;

показаниями в судебном заседании свидетеля ФИО7, работающего начальником ИТО ОМОН УФСНВНГ РФ по 

<

адрес>, пояснившего, что ДД.ММ.ГГГГ он в составе группы участвовал в изъятии запалов из технического колодца напротив гаражей, а на следующий день - в их уничтожении на полигоне войсковой части;

показаниями в судебном заседании свидетеля ФИО10, работаюшего в ЭКЦ ГОВД МВД России по 

<

адрес>, пояснившего, что он участвовал в качестве специалиста в осмотре гаража ДД.ММ.ГГГГ В ходе омотра были изъяты металлические фрагменты неправильной геометрической формы предположительно взрывного устройства, которые были упакованы в бумажный пакет. В ходе осмотра от участвующих лиц замечаний не поступало;

показаниями в судебном заседании свидетеля ФИО8, пояснившего, что ДД.ММ.ГГГГ он участвовал в качестве понятого в осмотре гаража №, в котором произошел взрыв. Во время осмотра изымались металлоискатель, спица;

показаниями в судебном заседании свидетеля ФИО11, пояснившего, что он участвовал в качестве понятого в осмотре гаража после взрыва. Во время осмотра изымались осколки после взрыва, металлоискатель. Кроме него, был и другой понятой;

рапортом УУОУУП и ПДН ОМВД России по 

<

адрес> ФИО6 от ДД.ММ.ГГГГ., согласно которому около 

<

время> ДД.ММ.ГГГГ в гараже № ПКГ «

<

данные изъяты>» по 

<

адрес> в результате взрыва Свидетель №1 получил телесные повреждения. В ходе осмотра места присшествия ДД.ММ.ГГГГ в колодце, расположенном напротив гаража № ПКГ «Спутник 2» по 

<

адрес>, обнаружены и изъяты 5 предметов в форме запалов к противотанковой гранате РПГ-40 и 1 предмет в форме немецкого МУВ без детонатора. Из объяснений ФИО1 следует, что указанные предметы он обнаружил в ходе раскопок и принес в свой гараж, а после несчасного случая с Свидетель №1 выбросил их в колодец (л.д.4 т.1);

рапортом оперативного дежурного ОМВД России по 

<

адрес> ФИО9 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ, в 

<

время>., в дежурную часть поступило сообщение дежурного диспетчера ЕДДС МБУ «АСЦ» о том, что около магазина «

<

данные изъяты>» в результате взрыва мужчине отовало руку (л.д.5 т.1);

рапортом оперативного дежурного ОМВД России по 

<

адрес> ФИО9 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ, в 

<

время>., в дежурную часть поступило сообщение дежурного фельдшера СМП МСЧ-33 ФИО13 о том, что Свидетель №1 поступил с телесными повреждениями (л.д.7 т.1);

протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ осмотрен гараж № ПГК «

<

данные изъяты>» 

<

адрес>, в ходе которого обнаружены и изъяты металлоискатель «GARRET», металлический стержень, металлические осколки, образовавшиеся от взрыва боеприпаса (л.д.8-16 т.1);

протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ осмотрен колодец, расположенный у дороги по 

<

адрес>, в районе гаража № ПКГ «

<

данные изъяты>», в ходе которого обнаружены и изъяты 5 предметов в форме запалов к противотанковой гранате РПГ-40 и 1 предмет в форме немецкого МУВ без детонатора (л.д.21-24 т.1);

актом осмотра объекта на предмет наличия взрывных устройств (врзывчатых веществ) от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому при омотре колодца напротив гаража № изъяты 5 запалов к противотанковой гранате РПГ-40 и 1 немецкий МУВ без детонатора, которые помещены во взрывобезопсный контейнер (л.д.25 т.1);

протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ., согласно которому ДД.ММ.ГГГГ. осмотрен участок местности в 

<

адрес> - войского стрельбища ВЧ №, где обнаружены и изъяты осколки (фрагменты металла), образовавшиеся в результате подрыва 5 запалов к противотанковой гранате РПГ-40 и 1 немецкого МУВ (л.д.31-34 т.1);

актом об уничтожении взрывоопасных предметов – 5 запалов к гранате РПГ времен Великой отечественной войны и 1 МУВ, обнаруженных ДД.ММ.ГГГГ в техническом колодце напротив гаража № в ПК «

<

данные изъяты>» 

<

адрес>, на войсковом стрельбище 

<

данные изъяты> 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ., в 

<

время>. (л.д.36 т.1);

протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ., согласно которому осмотрены металлоискатель «GARRET», металлический стержень, металлические осколки, изъятые ДД.ММ.ГГГГ в ходе омотра гаража № ПГК «

<

данные изъяты>» 

<

адрес>; осколки (фрагменты металла) от 5 корпусов (гильз) промышленно изготовленных запалов ручных противотанковых гранат типа РПГ-40 врмен Великой Отечественной войны и от корпуса промышленно изготовленного неснараженного минного взрывателя МУВ, изъятых ДД.ММ.ГГГГ в ходе осмотра колодца, расположенного напротив гаража № ПКГ «

<

данные изъяты>» по 

<

адрес> (л.д.102-103 т.1);

протоколом осмотра места проишествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ осмотрен участок местности около гаража № ПГК «Спутник 2» 

<

адрес>. На расстоянии 18,5 м от указанного гаража в юго-восточном направлении обнаружен коммуникационный колодец (л.д.119-124 т.1);

заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому представленные на экспертизу фрагменты металла (группа №) являются частями 5 корпусов (гильз) промышленно изготовленных запалов ручных противотанковых гранат типа РПГ-40 времен Великой Отечестенной войны в остатках после уничтожения, которые содержат инициирующие и бризантные взрывчатые вещества, относятся к боеприпасам и пригодны для производства взрыва. Представленные на экспертизу фрагменты металла (группа №) являются частями корпуса промышленно изготовленного неснаряженного (отсутствует запал) минного взрывателя МУВ в остатках после уничтожения, который взрывчатых веществ не содержит, к боеприпасам не относится, для производства взрыва не пригоден (л.д.45-47 т.1);

заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ., согласно которому представленные на экспертизу фрагменты металла являются фрагментами корпуса боеприпаса в остатках после взрыва и могли быть образованы как в результае взрыва корпуса (гильзы) промышленно изготовенного запала ручной противотанковой гранаты типа РПГ-40 времен Великой Отечественной войны, так и в результате взрыва другого боеприпаса, конструктивно схожего с запалом ручной противотанковой грантаты типа РПГ-40 (л.д.89-91 т.1).

Оценив в совокупности доказательства, исследованные в судебном заседании, которые согласуются и взаимодополняют друг друга, а также, оценив их с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а в совокупности – достаточности (ч.1 ст.88 УПК РФ), суд находит, что действия ФИО1 органом дознания были правильно квалифицированы как незаконные хранение, ношение боеприпасов (ч.1 ст.222 УК РФ).

При этом учитываются положения, указанные в п.11 постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 12.03.2002г. №5 «О судебной практике по делам о хищении, вымогательстве и незаконном обороте оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств», согласно которому:

под незаконным ношением огнестрельного оружия, его основных частей, боеприпасов, взрывчатых веществ или взрывных устройств следует понимать нахождение их в одежде или непосредственно на теле обвиняемого, а равно переноску в сумке, портфеле и т.п. предметах;

под незаконным хранением огнестрельного оружия, его основных частей, боеприпасов, взрывчатых веществ или взрывных устройств следует понимать сокрытие указанных предметов в помещениях, тайниках, а также в иных местах, обеспечивающих их сохранность.

Проверив материалы уголовного дела, заслушав мнение государственного обвинителя Ратникова А.В., полагавшего необходимым освободить ФИО1 от уголовной ответственности и прекратить уголовное дело на основании примечания к ст.222 УК РФ, ст.28 УПК РФ, мнение защиника ФИО2, полагавшего необходимым прекратить уголовное дело на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи с отсутствием состава преступления в действиях ФИО1 с признанием права на реабилитацию, исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующему. 

Суд пришел к выводу о доказанности всех элементов объективной и субъективной стороны состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.222 УК РФ. Версия стороны защиты о том, что ФИО1 не были известны отличительные признаки запалов как боеприпасов, опровергается материалами дела, в том числе показаниями самого ФИО1 

Установлено, что у ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, после взрыва в его гараже корпуса (гильзы) промышленно изготовленного запала ручной противотанковой гранаты типа РПГ-40 времен Великой Отечественной войны, когда он осознал, что находившиеся в его гараже предметы содержат взрывчатые вещества, являются боеприпасами, возник умысел на незаконное хранение боеприпасов, в связи с чем он продолжил хранить в гараже 5 корпусов (гильз) промышленно изготовленных запалов ручных противотанковых гранат типа РПГ-40 времен Великой Отечественной войны, которые через некоторое время незаконно перенес к колодцу, поместил их туда и продолжил незаконно хранить до изъятия сотрудниками правоохранительных органов в тот же день. 

Шоковое состояние ФИО1 после взрыва не является доказательством отсутствия у него умысла на дальнейшее хранение запалов. К тому же он длительное время в течение ДД.ММ.ГГГГ не сообщал правоохранительным органам о наличии у него других запалов и месте их нахождения. Помещение ФИО1 запалов в открытый технический колодец, расположенный на территории гаражного кооператива в черте города, не исключало их из оборота, так как колодец был неглубокий, и имелся доступ к содержимому колодца. В случае отказа ФИО1 от пользования запалами он должен был сообщить о наличии у него боеприпасов в правоохранительные органы, чего им не было сделано.

Из сообщения Центра лицензионно-разрешительной работы Управления Федеральной службы войск национальной гвардии РФ по Воронежской области от ДД.ММ.ГГГГ. следует, что ФИО1 с заявлением о приеме оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств не обращался (л.д.149 т.1).

Доводы стороны защиты о том, что ФИО1 без опаски привез запалы в свой гараж, перенес их до колодца, вместе с Свидетель №1 намеревался бросить их в печь-буржуйку, следовательно, не предполагал, что они являются боеприпасами, опровергаются показаниями самого ФИО1, который пояснил, что после взрыва понял, что они взрывоопасны, перенес их в колодец во избежание причинения вреда.

Суд не считает противоречием то, что в протоколе осмотра гаража от ДД.ММ.ГГГГ указано, что с места происшествия изъяты «3 части металлических частей от взорвавшегося предмета» (л.д.9 т.1), а в заключении эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ. указано, что на экспертизу представлен бумажный конверт, в котором, в том числе находились 2 фрагмента металла желтого цвета, которые имеют рваные, неровные края (л.д.89-90 т.1). По мнению суда, по изображению внешнего вида указанных фрагментов металла (изображение №) в равной степени можно сказать, что это как 2 фрагмента, так и 3 фрагмента. Свидетель ФИО10 в судебном заседании подтвердил, что фрагменты металла были деформированы, один осколок состоял из нескольких спаянных между собой. Свидетель ФИО11 также подтвердл, что осколки были неровные из рваного металла, на представленном для обозрения изображении внешнего вида осколков (л.д.90 т.1) затруднился ответить, сколько осколков изображено – 2 или 3.

То обстоятельство, что на конверте с вещественными доказательствами, представленными на экспертизу, имелось только 2 подписи (следователя и специалиста), хотя в протоколе осмотра гаража от ДД.ММ.ГГГГ указано, что расписались все участвующие лица, также не является нарушением, поскольку в указанном протоколе осмотра не содержится перечисление всех лиц, подписавших конверт с изъятыми вещественными доказательствами. 

Суд считает надуманными выводы стороны защиты о том, что уничтоженные на полигоне предметы могли не являться именно теми взрывателями, которые были изъяты из колодца.

Не является существенным противоречием несоответствие времени, указанного в акте осмотра объекта на предмет наличия взрывных устройств (взрывчатых веществ) от ДД.ММ.ГГГГ и в протоколе осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ

В акте осмотра объекта на предмет наличия взрывных устройств (взрывчатых веществ) от ДД.ММ.ГГГГ, который составил начальник ИТО ОМОН УФСНВНГ РФ по 

<

адрес> ФИО7 в присутствии Свидетель №2 в 

<

время>, указано, что при омотре колодца напротив гаража № изъяты 5 запалов к противотанковой гранате РПГ-40 и 1 немецкий МУВ без детонатора, которые помещены во взрывобезопасный контейнер (л.д.25 т.1). А в протоколе осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ указано, что осмотрен колодец, расположенный у дороги по 

<

адрес>, в районе гаража № ПКГ «

<

данные изъяты>», в ходе которого обнаружены и изъяты 5 предметов в форме запалов к противотанковой гранате РПГ-40 и 1 предмет в форме немецкого МУВ без детонатора. Осмотр закончен в 

<

время>. (л.д.21-24 т.1). В судебном заседании свидетель Свидетель №2 в ходе повторного допроса подтвердил, что на момент окончания омотра колодца запалы были изъяты, но их сразу не стали транспортировать, так как саперы долго определялись, как именно с ними поступить; сведения, указанные в протоколе осмотра, соответствуют действительности. Свидетель ФИО7 также подтвердил, что сначала была проделана вся работа по изъятию запалов, только после этого он составил акт осмотра. Именно этим объясняется несоответствие времени, указанного в названных документах, поэтому у суда нет оснований сомневаться в сведениях, указанных в протоколе осмотра от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.21-24 т.1).

Участие ДД.ММ.ГГГГ в осмотре гаража в качестве понятого ФИО11, работавшего водителем ППС ОМВД России по 

<

адрес>, не противоречит ст.60 УПК РФ, так как ФИО11 не являлся работником органов исполнительной власти, наделенным в соответствии с федеральным законом полномочиями по осуществлению оперативно-розыскной деятельности и (или) предварительного расследования. Названный вывод следует из положений ФЗ от 07.02.2011г. N 3-ФЗ «О полиции», ФЗ от 12.08.1995г. «Об оперативно-розыскной деятельности», приказа МВД РФ от 29.01.2008г. №80 «Вопросы организации деятельности строевых подразделений патрульно-постовой службы полиции», а также должностного регламента (должностной инструкции) полицейского-водителя ППС полиции ОМВД России по 

<

адрес>, утвержденного начальником ОМВД России по 

<

адрес> ФИО12 ДД.ММ.ГГГГ. То, что ФИО11 являлся водителем ППС ОМВД России по 

<

адрес> никак не свидетельствует о его заинтересованности в результате дознания по уголовному делу, которое проведено начальником ОД ОМВД России по 

<

адрес> Свидетель №3 

Сторона защиты не представила доказательств того, что осмотр колодца ДД.ММ.ГГГГ был произведен с нарушением закона – в отсутствие понятых, что понятые в нарушение ч.1 ст.60 УПК РФ не выполнили свое назначение и не удостоверили факт производства следственного действия, а также содержание, ход и результаты следственного действия. Понятые подписали протокол осмотра, не имея каких-либо замечаний. То, что в какой-то момент понятых отводили от колодца, объясняется необходимостью выполнения Свидетель №2, проводившим осмотр колодца, требований ч.4 ст.164 УПК РФ о том, что при производстве следственных действий недопустимо создание опасности для жизни и здоровья участвующих в них лиц.

Мнение стороны защиты о том, что понятые не видели саперов, извлекавших запалы из колодца, опровергается материалами дела, в частности показаниями свидетелей ФИО7, Свидетель №2 Свидетель ФИО3, утверждавший, что не видел саперов, тем не менее пояснил, что видел, как сотрудники изымали и помещали запалы в контейнер. Исходя из того, что свидетель ФИО7 пояснил, что он и его группа были одеты в обычную рабочую одежду, один из них потом надел зашитный костюм, то, по мнению суда, понятые могли перепутать саперов с сотрудниками полиции.

Довод ФИО1 о том, что до изъятия запалов сотрудники правоохранительных органов не спрашивали у него о наличии других взрывоопасных предметов, опровергается показаниями свидетелей ФИО4, Свидетель №2 о том, что ФИО1 предлагалось добровольно выдать подобные предметы, но ФИО1 отрицал наличие у него таких предметов.

Мнение стороны защиты о том, что осколки после подрыва запалов на полигоне могут быть не от уничтоженных запалов, так как не был произведен осмотр местности перед подрывом, являются ничем не подтвержденным предположением. Все действия по подрыву подробно изложены в протоколе осмотра стрельбища от ДД.ММ.ГГГГ., составленного с участием понятых (л.д.31-34 т.1), а также специалистов, в акте об уничтожении взрывоопасных предметов (л.д.36 т.1).

Суд считает, что неверная предпосылка стороны защиты о том, что так как взрыватели не взорвались при помещении их в колодец, влечет неверный вывод о том, что взрыватели являются не пригодными для взрыва.

Суд критически относится к показаниям в судебном заседании свидетеля Свидетель №5 о том, что он не принимал участия в изъятии из колодца боеприпасов; сотрудник полиции показал ему на телефоне фотографию каких-то предметов, напоминающих крупные ручки серебристого цвета, находящихся на дне колодца, и пояснил, что, вероятно, это компоненты взрывчатого устройства, которые находятся где-то в люке. Он расписался в протоколе и уехал, ФИО1 он не видел.

По мнению суда, показания Свидетель №5, являющегося коллегой ФИО1, направлены на облегчение участи ФИО1 Показания свидетеля опровергаются приведенными выше доказательствами, положенными в основу приговора, и другими исследованными судом доказательствами, направлены на введение суда в заблуждение. Показания свидетеля, данные в ходе предварительного расследования дела, оглашенные в судебном заседании в связи с существенными противоречиями, являлись полными, последовательными и логичными. Свидетель был допрошен в соответствии с требованиями ст.189 УПК РФ, ему разъяснены права, обязанности и ответственность, предусмотренные ст.ст.307, 308 УК РФ, что подтверждается соответствующими подписями в протоколе допроса, замечаний к которому не заявлено. Свидетель рассказывал об обстоятельствах, которые ему были известны. Показания согласуются с другими исследованными судом доказательствами, в том числе полученными в ходе предварительного расследования дела. 

Кроме того, свидетель ФИО3, участвовавший в качестве второго понятого в осмотре колодца, подтвердил, что было два понятых.

В ходе рассмотрения уголовного дела в связи с существенными противоречиями были оглашены показания, данные в ходе предварительного расследования дела, свидетелей Свидетель №2 (в части даты), ФИО3 (ч.3 ст.281 УПК РФ). В судебном заседании свидетели подтвердили сведения, указанные ими в протоколах допроса, объяснив противоречия длительностью прошедшего времени после допроса, что логично. Данные объяснения приняты судом, так как протоколы допросов подписаны свидетелями, замечаний к протоколам не заявлено; показания свидетелей согласуются с другими исследованными судом доказательствами. 

В ходе рассмотрения дела с согласия сторон в связи с неявкой судом были оглашены показания свидетеля ФИО5, данные в ходе предварительного расследования дела (ч.1 ст.281 УПК РФ).

Сторона защиты не представила доказательств, которые могли бы подвергнуть сомнению оглашенные в судебном заседании протоколы допросов свидетелей.

Основания не доверять показаниям свидетелей, положенным в основу настоящего постановления, у суда отсутствуют. Каких-либо оснований оговаривать ФИО1 в совершении преступления у свидетелей не имелось, и судом они не установлены. 

Несущественные противоречия в показаниях свидетелей, не касающиеся обстоятельств совершения преступления, не относящиеся к предмету доказывания, не затрагивают существа обвинения, не опровергают обвинение, поэтому не могут влиять на выводы суда. Такие противоречия связаны с индивидуальными особенностями восприятия происходящего, а также длительностью времени после совершения преступления.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля начальник ОД ОМВД России по г.Нововоронеж Свидетель №3 подтвердил, что нарушений закона в ходе предварительного расследования дела допущено не было. Показания участников уголовного судопроизводства записаны в протоколах следственных действий дословно с их слов, замечаний к протоколам не поступало.

Требования уголовно-процессуального закона также соблюдены при допросах, свидетелей в судебном заседании. Допросы проводились в соответствии со ст.277, ст.278 УПК РФ.

Показания свидетеля ФИО4 являются допустимым доказательством, несмотря на утверждение стороны защиты.

Доказательства, положенные в основу обвинения, получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, соответствуют требованиям, предусмотренным ст.74 УПК РФ и подтверждают вину подсудимого в совершении преступления.

Выводы суда по настоящему делу подтверждены заключениями экспертиз, которые производились в установленном уголовно-процессуальным законом порядке профессиональными экспертами, имеющими соответствующую квалификацию и стаж работы. Заключения экспертиз содержат мотивированные научно-обоснованные выводы, не имеющие каких-либо противоречий, основаны на фактических материалах дела, дополняют друг друга. К тому же заключения экспертиз подтверждаются исследованными в судебном заседании другими доказательствами по делу. Поэтому у суда отсутствуют основания сомневаться в достоверности заключений экспертиз, квалификации, объективности экспертов.

В силу указанных причин и вопреки доводом стороны защиты у суда нет оснований сомневаться в обоснованности заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.45-47 т.1). Названным заключением подтверждается, что фрагменты металла являются частями 5 корпусов (гильз) промышленно изготовленных запалов ручных противотанковых гранат типа РПГ-40 времен Великой Отечестенной войны в остатках после уничтожения, которые содержат инициирующие и бризантные взрывчатые вещества, относятся к боеприпасам и пригодны для производства взрыва. 

У суда отсутствуют сомнения в том, что к материалам уголовного дела в качестве вещественных доказательств приобщены именно изъятые при осмотре мест происшествия предметы, имеющие значение для дела, но не какие-либо другие. Утрата, замена вещественных доказательств места не имела.

Доказательства нарушений при направлении вещественных доказательств на экспертизы не представлены, несмотря на утверждение стороны защиты.

Суд не считает, что дознавателем нарушены требования ч.3 ст.195 УПК РФ, согласно которой следователь знакомит с постановлением о назначении судебной экспертизы, в том числе, обвиняемого и его защитника, а также разъясняет им права, предусмотренные ст.198 УПК РФ, о чем составляется протокол, подписываемый следователем и лицами, которые ознакомлены с постановлением. Принимая во внимание, что закон не ограничивает дознавателя сроками, в течение которых тот обязан ознакомить участников уголовного судопроизводства с постановлениями о назначении экспертиз, а также, учитывая, что обвиняемому, защитнику при ознакомлении с заключением эксперта были разъяснены права, предусмотренные ст.206 УПК РФ, суд пришел к выводу об отсутствии со стороны дознавателя нарушений прав ФИО1, в том числе и права на защиту.

Не имеется оснований для признания каких-либо доказательств недопустимыми (ст.75 УПК РФ).

Вместе с тем суд руководствуется следующим.

В соответствии с примечанием к ст.222 УК РФ лицо, добровольно сдавшее предметы, указанные в настоящей статье, освобождается от уголовной ответственности по данной статье. Не может признаваться добровольной сдачей предметов, указанных в настоящей статье, а также в статьях 222.1, 223 и 223.1 настоящего Кодекса, их изъятие при задержании лица, а также при производстве следственных действий по их обнаружению и изъятию.

Согласно п.19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 12.03.2002г. №5 «О судебной практике по делам о хищении, вымогательстве и незаконном обороте оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств» под добровольной сдачей огнестрельного оружия, его основных частей, боеприпасов, взрывчатых веществ или взрывных устройств, предусмотренной примечаниями к статьям 222 и 223 УК РФ, следует понимать выдачу лицом указанных предметов по своей воле или сообщение органам власти о месте их нахождения при реальной возможности дальнейшего хранения вышеуказанных предметов. Не может признаваться добровольной сдачей предметов, указанных в статьях 222 и 223 УК РФ, их изъятие при задержании лица, а также при производстве следственных действий по их обнаружению и изъятию. Вместе с тем выдача лицом по своей воле не изъятых при задержании или при производстве следственных действий других предметов, указанных в статьях 222 и 223 УК РФ, а равно сообщение органам власти о месте их нахождения, если им об этом известно не было, в отношении этих предметов должна признаваться добровольной. Добровольность сдачи оружия оценивается применительно к конкретным обстоятельствам дела. При этом надлежит иметь в виду, что закон не связывает выдачу с мотивом поведения лица, а также с обстоятельствами, предшествовавшими ей или повлиявшими на принятое решение.

Судом установлено, что ФИО1 до возбуждения уголовного дела отказался от дальнейшего продолжения незаконного хранения, ношения боеприпасов, выдав добровольно сотрудникам правоохранительных органов 5 корпусов (гильз) промышленно изготовленных запалов ручных противотанковых гранат типа РПГ-40 времен Великой Отечественной войны, при реальной возможности их дальнейшего хранения. При этом сотрудники правоохранительных органов не располагали сведениями о незаконных действиях ФИО1 до того момента, когда он указал канализационный колодец напротив своего гаража, куда перенес боеприпасы для хранения.

Суд считает, что при таких обстоятельствах, когда пять корпусов (гильз) промышленно изготовленных запалов ручных противотанковых гранат типа РПГ-40 времен Великой Отечественной войны, ответственность за незаконное хранение, ношение которых предусмотрена ч.1 ст.222 УК РФ, были выданы ФИО1 добровольно, то он подлежит освобождению от уголовной ответственности на основании примечания к ст.222 УК РФ, а уголовное дело - прекращению. 

Добровольность выдачи боеприпасов подтверждается показаниями подсудимого ФИО1, показаниями свидетелей ФИО4, Свидетель №2, протоколами осмотров мест происшествий, заключением эксперта о том, что фрагменты металла являются частями 5 корпусов (гильз) промышленно изготовленных запалов ручных противотанковых гранат типа РПГ-40 времен Великой Отечестенной войны относятся к боеприпасам, другими исследованными материалами дела.

Добровольность выдачи боеприпасов суд оценивает применительно к конкретным обстоятельствам дела, при этом мотивы добровольной выдачи боеприпасов не влияют на решение вопроса об освобождении от уголовной ответственности.

При этом суд руководствуется разъснениями, данными в п.7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013г. №19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождении от уголовной ответственности», согласно которым освобождение от уголовной ответственности за преступление небольшой или средней тяжести в случаях, специально предусмотренных примечаниями к соответствующим статьям Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации, производится по правилам, установленным такими примечаниями. При этом выполнения общих условий, предусмотренных частью 1 статьи 75 УК РФ, не требуется.

В связи с этим оснований для прекращения уголовного дела на основании ст.28 УПК РФ в связи с деятельным раскаянием подсудимого не имеется.

Исходя из положений п.28 указанного постановления Верховного Суда освобождение лица от уголовной ответственности, в том числе в случаях, специально предусмотренных примечаниями к соответствующим статьям Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации, не означает отсутствие в деянии состава преступления, поэтому прекращение уголовного дела и (или) уголовного преследования в таких случаях не влечет за собой реабилитацию лица, совершившего преступление.

Покскольку приведенными выше доказательствами подтверждено совершение ФИО1 незаконных хранения, ношения боеприпасов, то у суда нет оснований для прекращения уголовного дела на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи с отсутствием состава преступления с признанием права на реабилитацию вопреки доводам стороны защиты.

ФИО1 целесообразно сохранить меру процессуального принуждения в виде обязательства о явке до вступления потановления в законную силу.

В соответствии с п.2 ч.3 ст.81 УПК РФ, Федеральным законом от 13.12.1996г. N 150-ФЗ "Об оружии", пп.2 п.58 Инструкции "О порядке изъятия, учета, хранения и передаче вещественных доказательств по уголовным делам, ценностей и иного имущества органами предварительного следствия, дознания и судами", утвержденной Генеральной прокуратурой СССР, МВД СССР, МЮ СССР, Верховным судом СССР, КГБ СССР 18.10.1989 г. N 34/15, оружие, пули, гильзы и патроны, признанные вещественными доказательствами, после разрешения уголовного дела должны направляться в соответствующий орган внутренних дел, осуществляющий контроль за оборотом оружия, который в установленном порядке принимает решение об их уничтожении или реализации, либо использовании в надлежащем порядке. 

Поскольку металлоискатель «Garret», металлический стержень, металлические осколки, образовавшиеся в результате взрыва боеприпаса, осколки (фрагменты металла) от 5 корпусов (гильз) промышленно изготовленных запалов ручных противотанковых гранат типа РПГ-40 времен Великой отечественной войны и от корпуса промышленно изготовленногонеснаряженного минного взрывателя МУВ не относятся к оружию, то подлежат уничтожению в соответствии с ч.3 ст.81 УПК РФ.

Руководствуясь ст.256 УПК РФ, суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Освободить ФИО1 от уголовной ответственности по ч.1 ст.222 УК РФ и прекратить производство по уголовному делу по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.222 УК РФ, на основании примечания к ст.222 УК РФ.

Меру процессуального принуждения в виде обязательства о явке ФИО1 оставить без изменения до вступления приговора в законную силу.

Вещественные доказательства: 

металлоискатель «Garret», металлический стержень, металлические осколки, образовавшиеся в результате взрыва боеприпаса, осколки (фрагменты металла) от 5 корпусов (гильз) промышленно изготовленных запалов ручных противотанковых гранат типа РПГ-40 времен Великой отечественной войны и от корпуса промышленно изготовленногонеснаряженного минного взрывателя МУВ – уничтожить.

Жалоба, представление на постановление могут быть поданы в апелляционном порядке в Воронежский областной суд через Нововоронежский городской суд в течение 10 суток со дня вынесения.

Председательствующий И.И.Фролова